Жанр: Научная фантастика
Тени войны 16. Конвой
... Ник, пока мистер Хубер не начал расспрашивать тебя о
подробностях.
65
Затеянная Дзефирелли хитрость сработала. Люди Хубера еще не успели прибыть на
Онслейм, однако об их выдвижении стало известно неведомому противнику Колина.
Дзефирелли позвоночником чувствовал, как где-то рядом закрутились, завертелись
колесики, ускоряя принятие решений и до предела упрощая элементы операции. Конечно,
Эдгар Хубер, вместе с другими членами большой четверки, не был так искусен в подковерной
игре, однако его материальные ресурсы могли задействовать всех детективов Онслейма, а
спрятаться от такой армии было бы чрезвычайно трудно.
Все началось на другой день, когда Ника повели в тренажерный зал.
Он успешно побегал по "каменистой дорожке" и отправился в бассейн. Ламберт был уже
в хорошей форме и мог проплывать под водой до половины бассейна.
Возле лесенки на раскладном тренерском стульчике сидел Мэдсон - самый угрюмый из
охранников. Он следил за Ником с профессиональной концентрацией, но безо всякого живого
интереса, будто Ламберт был не человек, а пестрая кошка, какие обычно гадят в приусадебных
цветниках.
Ник, в свою очередь, использовал темный костюм Мэдсона для ориентирования под
водой. Охранник был виден сквозь прозрачную воду и служил надежным ориентиром. Однако,
открыв глаза в очередной раз, Ник не увидел привычного темного пятна.
Вынырнув на поверхность, он протер глаза и понял, что его нелегкая судьба делает
очередной поворот - Мэдсон лежал на боку, и вытекавшая из него кровь скатывалась по
мраморной плитке прямо в воду бассейна, окрашивая ее в нежный розовый цвет. Нику
показалось, что он уже чувствует привкус этой крови. Хотелось немедленно выбраться, но
Мэдсон лежал возле самой лесенки.
За небольшой перегородкой слышались хлопки и звонкие удары в стены. Глушители
делали схватку предельно бесшумной, однако стоны раненых и мокрые шлепки попадавших в
людей пуль давали Нику достаточно информации, чтобы понять - его снова делят
Наконец из-за загородки появился официант - худощавый парень с кровавым пятном на
белоснежной рубашке. Казалось, он даже не обратил на Ника внимания. Лишь что-то сказал в
едва различимый микрофон, и скоро за перегородкой послышались голоса.
К бассейну выскочили двое крепких молодых людей, и один из них, улыбнувшись Нику,
как старому приятелю, сказал:
- Мистер Ламберт, выходите. Не будете же вы стоять там целый день.
При этом он позволил себе такую улыбку, что Ник понял: перед ним умная собака,
которая не станет рвать добычу без команды хозяина.
- Там кровь, - отозвался Ламберт, указывая на покрасневшую возле лесенки воду.
Молодые люди переглянулись, и затем один прямо в костюме полез в бассейн. Загребая
воду широкими ладонями, он быстро добрался до Ника и, взяв его за руку, потащил к краю,
куда не достигала розовая вода.
Затем Ника подали наверх, словно драгоценную посылку и попросили одеться, положив
рядом с ним одежду почему-то с чужими брюками. Впрочем, Ламберт не стал капризничать и
надел то, что было. Потом его провели через основной зал, и он поразился тому, скольким
людям пришлось расстаться с жизнью, чтобы только взять его под контроль.
Находясь под впечатлением увиденного в тренажерном зале, он позволял вести себя, и
неизвестные люди тащили его по каким-то плохо освещенным винтовым лестницам.
Время от времени они связывались с кем-то по рации, и тогда Ламберт слышал
наслаивающиеся в эфире голоса, что позволяло ему представить масштабы всей операции. В
голову приходили мысли об урайцах, однако сопровождавшие его люди выглядели вполне
обыкновенно и даже могли показаться симпатичными, не будь их лица так сильно озабочены.
Наконец Ламберт и четверо сопровождавших его новых охранников оказались на небольшой
террасе, обитой рифленым железом. Свет, падавший из широкого окна, позволял Нику лучше
видеть их лица, но и они показались ему почти что двойниками Джерри Фокса и Мэдсона.
- Поставьте ноги пошире, мистер Ламберт, - сказали ему, и Ник повиновался. На его
плечи накинули тяжелую ременную снасть, похожую на крепления аварийных парашютов.
- Зачем это? - поинтересовался Ламберт.
- Вам ничего не грозит, но это необходимо.
Когда все ремни на снасти были затянуты и зафиксированы карабинами, один из новых
охранников доложил по рации: "Готово".
Ему что-то прохрипели в ответ, и тогда другой охранник подошел к окну и ударил по
нему куском арматуры. Стекло со звоном посыпалось на террасу и вылетело наружу, падая
с-выссеты в сто, а может быть, и в тысячу метров. В разбитое окно проник свежий ветер и
коснулся непросохших волос Ника.
- Вы не боитесь высоты, мистер Ламберт?
- Нет, я же пилот, - ответил Ник, стараясь быть вежливым. Несмотря на случившуюся в
зале бойню, с ним обращались вполне корректно.
Между тем где-то совсем рядом стрекотал вертолет, и Ламберт подумал, что это полиция.
Неожиданно через разбитое окно на террасу влетел буй и прилип к металлическому полу.
Двое охранников стали тянуть за тонкий шнур и вскоре втащили в окно крепкий трос со
сложным крепежным узлом на конце.
"О нет!" - подумал Ник. Он и представить себе не мог, почему его спрашивали про
боязнь высоты.
Впрочем, теперь его уже ни о чем не спрашивали. Когда трос был прочно прикреплен к
ременной снасти, Ламберта подвели к пролому в толстом стекле и вытолкнули наружу.
Ник не очень хорошо помнил, но, кажется, он кричал. Пропасть понеслась ему навстречу,
и в какой-то момент он решил, что трос оборвался или не был закреплен изначально, и все эти
долгие приготовления с ремнями - только вступление для чудовищной казни. Впрочем, скоро
последовал сильный рывок, а затем Ник почувствовал, что его поднимают еще выше.
В другой ситуации он, возможно, получил бы удовольствие от созерцания вздымавшихся
к небу громад-небоскребов, украшенных террасами зеленых парков и голубоватыми блюдцами
муниципальных прудов. В другой ситуации, но не теперь, когда ветер швырял его из стороны в
сторону и крутил, как попавшую на крючок рыбу.
Грохот вертолетного винта становился все ближе, и Ламберту казалось, что он ощущает
запах топлива, исторгаемый соплами разогретых турбин.
- Давай руку! - прокричал один из членов экипажа, когда Ника, словно поросенка,
подтащили к самому полу салона.
Ламберт протянул руку и почувствовал крепкое рукопожатие, которое не ослабевало, пока
окно в пропасть не закрылось и пол салона вертолета не сомкнулся, восстановив
первоначальную целостность.
Благополучно приняв ценный груз, винтокрылая машина легла набок и пошла в сторону
порта, совершенно не маскируя свои намерения.
- Очень хорошо, - произнес Колин Дзефирелли, наблюдая в бинокль маневр вертолета.
Затем отполз от окна и, обращаясь к одному из своих агентов, добавил:
- Давай, Бакстер, сейчас они выйдут!
- Вы уверены, сэр, что они воспользуются этим выходом? - спросил агент, быстро
занимая позицию у окна.
- Уверен. Этим выходом сегодня никто не пользовался. Там стоит мой датчик.
- О, идут! Вы гений, сэр! - встрепенулся вдруг Бакстер, припадая к окуляру оптического
прицела. Его винтовка безобидно затявкала, а внизу, в сотнях метров от окна, на
прямоугольных бетонных плитах стали корчиться черные червячки под безупречным
глазомером Бакстера.
Винтовка все стреляла и стреляла, а Дзефирелли смотрел на увлеченного стрелка и на его
высунувшийся от старания язык и ждал момента, когда сработает прикрытие его неведомых
противников.
Он мог вовсе не предпринимать никаких действий против этих могущественных сил, но
тогда бы они заподозрили его в подыгрывании, а Дзефирелли все-таки играл на свой интерес, и
потому ему следовало быть естественным. Ну как же - у него украли ценнейшего свидетеля, и,
по правилам, он должен жестоко мстить. И вот он мстил. Мстил с помощью Бакстера -
отличного снайпера, которым, увы, следовало пожертвовать. Жертвовать фигуры в больших
партиях считалось хорошим тоном.
Наконец где-то щелкнул выстрел, и Бакстера отбросило к стене. Его коллега был также
безупречен.
"Ну и ладно, - сказал себе Дзефирелли. - Небось настрелял уже человек двадцать".
Поднимаясь с пола, он даже испытал некоторое облегчение - монотонная стрельба Бакстера его
слегка утомила.
Колин осторожно пробрался к двери и, чтобы не попасть в зону видимости чужого
снайпера, одним прыжком выскочил в коридор.
Оказавшись наконец на чужом космическом корабле. Ник ничуть не удивился. Все
происходило так быстро, что он уже и не пытался анализировать происходящее. Ник собирался
заняться этим позже, когда окажется в каком-нибудь стационарном пункте.
Вскоре корабль тяжело стартовал из порта Байберры, а Ламберт сидел в похожей на
тюрьму каюте и прислушивался к надсадному вою судовых двигателей.
"Интересно, куда же меня повезут на этот раз? - подумал он. - И кто бы мог подумать,
что после училища я получу такую затянувшуюся практику?"
Несмотря на унылые серые стены каюты и отсутствие развлечений вроде TV-бокса или
голографического ванстайзера, туалет и водопылевой душ в ней имелись.
Не дожидаясь выхода за пределы атмосферы Онслейма, Ник сходил в туалет, затем
поплескал в лицо водовоздушной смесью и вернулся на кровать, ожидая, когда поступит
дополнительная информация.
И скоро она поступила в виде пришедшего офицера непонятно каких родов войск. Увидев
такую затейливую форму, Ник даже присел на кровати, удивленно взирая на гостя. Что-то в
этом мышином цвете с черной бархатной отделкой было ему знакомо.
- Пфалошено встафать! - пролаял офицер и выпятил грудь так сильно, что рисковал
сломать позвоночник.
- Кто ты такой, чтобы я перед тобой вставал? - спросил Ник, полагая, что раз уж его с
такими жертвами вырвали у Дзефирелли, то не ради того, чтобы им командовали какие-то
лейтенанты.
То, что перед ним лейтенант, Ник не сомневался. Этот парень не выглядел старше его
самого.
- Фарвар! Сфинья! Фстать немедленно!
- Ты кто такой? Ну-ка, офицер, представьтесь по всей форме! Вы на флоте или дерьмо на
базе грузите?! - грозно спросил Ламберт, вкладывая в эту фразу интонацию, подслушанную у
своего прежнего инструктора.
Незнакомец смутился. Он не ожидал встретить в лице пленника такой
квалифицированный отпор.
- Я? Я... капитан этого судна... Лейтенант Лост Ниппель, специальная группа урайского
флота генерала Ангерра...
- А-а-а! - воскликнул Ник, поняв, где он встречал обмундирование, похожее на это. - А-а,
значит, ты ураец?
- Откуда ты знаешь? - Лейтенант прошагал из угла в угол, выбрасывая ноги далеко в
стороны.
- А почему я не могу знать, я же воевал с урайцами.
- Ты?! - удивился лейтенант. - Ты воевал с урайцами? Где это?
- Я отражал атаку урайских абордажиров.
- Ну и как? - Ниппель позволил себе издевательскую улыбку.
- Крепкие ребята, но вместе с бойцами из "Корсара" мы положили их всех...
Улыбка исчезла с лица урайца. Он подошел к Нику ближе и, пододвинув стул, сел.
- Какие они - "корсары", расскажи мне, - неожиданно попросил он. - Я слышал, что у
них толстая мозолистая кожа - даже на лице, и в ней вязнут осколки и легкие пули. Это так?
- Этого я не знаю, - честно признался Ник. - Я видел их только в доспехах.
- Вот! - произнес лейтенант. - Никто не видел их без доспехов! И даже ты, варвар, это
подтвердил. Должно быть, они и вправду мутанты.
- Значит, лейтенант, урайский флот не боится отпускать свои боевые корабли внутрь
наших территорий? - спросил Ник. Он намеренно ставил вопросы так, чтобы Ниппель отвечал
наиболее полно и охотно.
- Что значит "боится", варвар? Да мы можем маршем пройтись по вашим планетам и
втоптать вас в самую грязь! Ты знаешь, какая у нас мощь?
- Догадываюсь.
- Ничего ты не догадываешься! Урайский флот сейчас легко сокрушает примаров! А уж
вас, варваров хвостатых, загоним обратно в пещеры!
- Ладно, - махнул рукой Ник. - Почему твой корабль никто не останавливает, он же,
наверное, выглядит как кастрюля?
- Это почему?
- У всех инопланетян корабли чудные.
- Тебя же сажали на него в порту. То что, ничего не помнишь? - резюмировал лейтенант.
- А, точно, - кивнул Ник. - С виду он выглядит вполне обычно.
- Вот! - Ниппель со значением поднял вверх палец. - Специально выбрали рейдер "Р-12",
который внешне напоминает варварские суда.
- Понятно. А где эта твоя группа генерала Ангерра?
- Она находится в районе, известном тебе под названием Прибрежных Миров.
- И много там кораблей?
- Много, - самодовольно ответил лейтенант Ниппель. - Одних только ударных крейсеров
три штуки, и все суда могут исчезать в маскировочном режиме. Понял, варвар?
- Да, представляю себе.
- Вся наша группа могла бы прогуляться мимо ваших миров, и никто об этом даже не
узнал бы.
Ник замолчал, переваривая услышанное. Все выглядело значительно хуже, чем он
представлял. Захватчики уже давно облюбовали себе их территории, и то, что его так быстро
отбили у Дзефирелли, только свидетельствовало в пользу их могущества на территориях ОАМ.
- Послушай, лейтенант те урайцы, которых мне приходилось видеть, выглядели как
привидения. У них рожи были такие серые и масленые. Почему же ты производишь
впечатление нормального человека? Краски, что ли, на рожу не хватило?
- Да я тебя, тварь... - Ниппель поднялся со стула. - Да я тебя, тварь, за такие слова знаешь
что?
- А почему ты сердишься? Я что - сказал что-то не так? - прикинулся простачком
Ламберт. - Если не можешь объяснить, так и скажи - я не знаю...
- Я знаю! - Ниппель одернул мундир и снова сел.
- Тогда расскажи, почему урайцы такие разные?
- Ладно, - уже спокойнее произнес Ниппель, видимо осознавая свое расовое
превосходство над пленником. - Слушай внимательно, потому что вещи буду излагать
непростые.
Ламберт выпрямился и согласно кивнул.
- Одним словом, варвар, много лет назад нас прогнали из страны примаров. Мы тоже
когда-то были примарами.
- Ну.
- Не нукай! В общем, нас избивали, изгоняли и преследовали, и только в Урайе мы нашли
себе прибежище.
- Кто мы?
- Вот тупой варвар! - Лейтенант хлопнул себя по коленям. - Мы - преследуемые. Ник
кивнул.
- Ну вот. Стали мы жить среди братьев-урайцев, они как раз имеют серый цвет лица, ну и
другие отличия, и потому детей от смешанных браков не бывает.
- И что же дальше? Как началась война?
- Не забегай вперед, варвар! Слушай по порядку! Ламберт опять кивнул.
- Примарам не понравилось, что мы живем хорошо, и они решили достать нас и в Урайе,
поэтому пошли на нас войной. Вот эта война и длится много веков, но уже при моей жизни мы
высадимся на их главную планету.
- Что за главная планета?
- Главная планета примаров. Называется - планета Земля.
- Чего ты мелешь, Никфель, Земли не существует! Это антинаучный миф!
- Земля существует, варвар, - уверенным и спокойным тоном произнес лейтенант. - Я в
этом году лично получил комплект голографических карт, и там, в самом углу, обозначена
планета Земля.
- Не врешь?!
- Да зачем мне врать какому-то варвару, - лейтенант снисходительно усмехнулся. - Если
начальство разрешит, покажу тебе эту карту... Кстати, меня зовут Ниппель, а не Никфель.
Понял? Лост Ниппель.
- Понял. Просто у тебя произношение очень неразборчивое, лейтенант. У тебя что,
врожденный дефект речи или у вас все так говорят, как в рот каши набрали?
От такой наглости лейтенант целую минуту не мог произнести ни слова. Он пыхтел,
начинал слова и тут же их бросал. Он никак не мог собраться с мыслями, чтобы дать нахалу
отпор.
Когда наконец он полностью успокоился и снова заговорил с Ником, тот заметил, что
Ниппель выговаривает слова более отчетливо, хотя и на свой лад.
- Послушай, варвар. Тебе нужно уяснить сразу, что ты не ураец, а стало быть,
неполноценный. Тебя везут ко мне на родину только для того, чтобы скрестить с собачками и
посмотреть, сумеют ли получившиеся уроды плавать.
- Ты думаешь? - спросил Ламберт, не желая сдаваться...,
- Уверен.
Когда лейтенант, сославшись на служебную необходимость, ушел, Нику стало грустно.
Вся его бравада куда-то подавалась, и он впервые осознал, что шуточки остались позади и
теперь он в руках самых настоящих инопланетян. Пусть имевших приличный вид, но
настоящих врагов.
"Почему я? Ну почему я?" - вопрошал Ник в темноту равнодушного космоса. Однако
ответа не было и оставалось только принять все как есть.
"Что меня ждет в этой Урайе? Неужели меня действительно начнут превращать в
мутанта? А что говорил этот кретин в кавалерийской форме - "скрестить с собачками". Да нет,
он просто издевался. Нельзя человека скрещивать с собакой. Никак нельзя".
В дверь осторожно постучали. Ламберт отошел от иллюминатора, возле которого было
так удобно грустить, и, сев на стул, дождался, пока постучали еще раз.
- Входите! - крикнул он.
Дверь открылась, и на пороге показался кок с накрытым салфетками подносом.
Сопровождали кока двое солдат, одетые в полный комплект штурмовой брони. В руках они
держали короткоствольные автоматы, и, видимо, только приказ начальства не позволял им
взять оружие на изготовку. Ламберг чувствовал, что его боятся.
- Ваш обед, сэр, - промямлил коки, покосившись на своих охранников, стал осторожно
приближаться к пленнику.
- Очень хорошо, - подбодрил его Ник. - Надеюсь, живых мышей принесли?
- Да! - обрадованно произнес кок и, обращаясь к сопровождавшим его солдатам, сказал:
- Ну вот, я же говорил!
Ламберт не поверил своим ушам, однако плотоядно улыбнулся и продолжал сидеть на
стуле, пока к нему пододвигали стол и расставляли на нем блюда.
- Мышки где? - напомнил Ламберт.
- Одну секунду, сэр! - Кок был так обрадован своей прозорливостью, что уже почти не
боялся варвара. Он отцепил висевшую на поясе деревянную коробку и, поставив ее на край
стола, снял крышку.
- Вот... - с придыханием произнес кок, зачарованно глядя на Ника и ожидая его реакции.
- А-а-а, - разочарованно протянул Ламберт. - Серые. Я к белым привык.
- Белых нет, - огорчился кок.
- Ну ладно, - согласно кивнул Ник. - Однако серых мышей можно есть только в
сумерках.
- Почему?
Кок заинтересовывался все больше, в то время как лица обоих солдат перекашивались все
сильнее.
- Потому что в сумерках они грустят и оттого питательнее...
- Правда? Я запишу.
Из большого кармана на фартуке кок выудил блокнот и карандаш и принялся быстро
записывать услышанное.
- А что еще вы принесли? - спросил Ник, который, несмотря на рассказанные им ужасы
про мышей, испытывал чувство голода.
- О, это в основном наши обычные блюда. Так сказать, народные урайские, сэр.
- Вот это что за дрянь? - скривился Ник и ткнул пальцем в некое подобие овсянки.
- Овсяная каша, сэр. Слышали о такой?
- Никогда в жизни, - соврал Ламберт и, подцепив на палец тягучую субстанцию,
осторожно ее понюхал. Пахло настоящей овсянкой, но Ник брезгливо вытер палец о салфетку
и, указав на маслины, которыми был украшен луковый салат, спросил:
- Куколки древесных жуков, насколько я пойял?
- Увы, нет, сэр. Это маслины.
- Как вы сказали?
- Мас-ли-ны... - по слогам произнес кок.
- Какой ужас. Неужели вы всем этим питаетесь? - переходя на шепот, спросил Ламберт и
посмотрел на обоих солдат так, будто уличил их в зоофилии.
- Но это же нормальная еда! - пробубнил один из охранников, не поднимая прозрачного
забрала.
Ламберт смерил его презрительным взглядом и, обращаясь к коку, сказал:
- Продолжим. Что это за субстанция?
- Это малиновый мусс, - радостно сообщил тот.
- Что такое малиновый?
- Ну, приготовленный из ягод малины.
- Вы что же, поедаете трупы ягод?
Кок не нашелся что сказать и, распрямившись, беспомощно уставился на
сопровождавших его охранников. Так и не дождавшись от них поддержки, он смущенно
улыбнулся и спросил:
- Так что, сэр, все это... унести?
- Ну почему же. - Ник пожал плечами. - Мы - варвары - едим все что угодно. Поэтому
можете не беспокоиться, я сумею приспособиться и к вашей еде.
- А можно мы посмотрим, как вы едите?
- Конечно. Только мышек сейчас есть не буду...
- Да-да, я помню, - кивнул кок. - В сумерках.
- А какие на судне могут быть сумерки? - подал голос один из солдат.
- Календарные, какие же еще, - невозмутимо ответил ему Ламберт. Затем засучил рукава
и под пристальным вниманием незваных гостей начал с невозмутимым видом поглощать еду.
Про себя Ламберт отмечал, что продукты ему подали добротные, однако не подавал виду,
что различает их вкус.
Когда все было съедено. Ник с унылой физиономией сказал коку "спасибо" и,
прислушавшись к своим внутренним ощущениям, добавил:
- Честно говоря, думал, что сблевану, но вроде обошлось. А теперь идите, я должен
отдохнуть и тщательно разложить съеденное на элементарные компонерты.
- Да-да, конечно, - закивал кок и стал собирать посуду. - Всего вам наилучшего, сэр, -
пожелал он Нику и вышел вместе с охраной.
Дверь закрылась, и наступила тишина. Двигатели судна мерно гудели и несли Ника
навстречу неизвестности. Сытое брюхо согревало его беспокойную сущность, и вскоре
накатилась блаженная дрема, сменившаяся покрывалом равнодушного сна.
Пробудился Ник через полчаса оттого, что кто-то вошел в его каюту. Мышки в коробке
забеспокоились, и Ник понял почему - возле дверей стоял самый настоящий ураец со
свинпово-серой физиономией и буравил Ника злыми желтоватыми глазками.
Ламберт сел на кровати и, сняв со стола коробку с мышами, убрал ее на пол.
- Ты почему не стучался? - строго спросил он незнакомца, надеясь сбить его с толку,
однако желтоглазый ураец был защищен панцирем генетической злобы и, усмехнувшись во все
пятьдесят восемь зубов, молча прошел к столу.
Придвинув стул, он небрежно на него уселся и положил на стол прямоугольную
коробочку.
"Неужели опять мыши?" - подумал Ник.
- Ты говоришь по-урайски, варвар? - неожиданно спросил серолицый.
- Ты же только что слышал.
- Слышал, но я не поверил своим ушам... Ник в ответ пожал плечами. Он еще не
разобрался, как нужно себя вести с этим существом.
- Вообще-то я лейтенант Бруц. Помощник командира корабля,
- А я варвар.
- Это и так видно, - процедил Бруц с таким видом, будто заметил у Ника хвост. - Я
пришел тебя протестировать.
- Протестировать? Это как? - по-настоящему изумился Ламберт.
- Это шахматы, - сказал ураец и блеснул желтым глазом. - Что-нибудь слышал о них?
- Практически ничего.
- Так я и думал. - Теперь в голосе Бруца прозвучало сожаление. - И тем не менее, я хочу
попытаться научить тебя этой игре. Мне любопытно знать, сумеешь ли ты запомнить хотя бы
названия фигур...
- Хорошо. Я согласен, - кивнул Ник. Помощник Бруц открыл коробочку и расставил
фигуры.
- Вот это ферзь, варвар. Понял? Ник кивнул.
- Повтори...
- Ферзь.
- Отлично. А вот это король, дальше - офицер, конь...
Не дожидаясь встречных вопросов, Ник повторил все названия и пару раз, для порядка,
запнулся. Бруц с явным удовольствием заметил его ошибки и начал объяснять
тактико-технические характеристики фигур.
После того как Ник сдал Бруцу теорию, тот предложил сыграть. Ламберт пожал плечами и
предложил помощнику капитана начинать первым.
Тот уверенно начал и через шестнадцать ходов получил мат.
- Э-э... - протянул Бруц. - Постой, что-то я не понял... Давай еще раз.
Они попробовали еще раз, но с тем же результатом.
Бруц задумался. Он внимательно смотрел на Ника и пытался понять, в чем же здесь
подвох.
- А давай сыграем в шашки. Знаешь, что это такое?
- Первый раз слышу, - ответил Ник. - Если научите, я попробую сыграть...
Бруц начал объяснения, но на этот раз не проводил никаких зачетов и начал игру сразу.
Однако и в шашках ему не везло, и он прекратил игру, как только Ник, выкосив половину его
шашек, прошел в дамки.
Лицо урайца превратилось в оловянную маску, и он несколько раз глубоко вздохнул,
чтобы унять внутреннюю злость.
- Должно быть, ты и о домино ничего не слышал? Ник простодушно замотал головой.
- И о картах?
- Откуда, сэр?
- Послушай, но ведь этого не может быть. - Ураец оперся на стол и приблизил свое лицо
к Нику.
Тот едва сдержал себя, чтобы не дотронуться до щеки Бруца, чтобы проверить - пачкает
ли эта блестящая краска.
- Этого просто не может быть, чтобы какой-то грязный варвар выиграл у офицера
урайского флота...
- Такое может быть, если у вас нездоровые видения, сэр, - учтивым тоном заметил Ник и
перевернул под столом коробку с мышами.
- Что ты мелешь, варвар? - вскинулся Бруц.
- Дело в том, что у нас, варваров, очень сильные флюидные воздействия в диапазоне
подкорковых колебаний мозга. Поэтому вы вполне могли попасть под мое влияние и поэтому
проиграть...
- Ты... смеешься надо мной, варвар?
- Нет, сэр. Например, я могу внушить вам, что по полу бегают мыши, и вы их сразу
увидите.
- Какая наглость! Ты думаешь, я попадусь на этот блеф?
- Не знаю, - пожал плечами Ник. - Попробуйте заглянуть под стол, и станет ясно,
восприимчивы вы к этому или нет.
Помощник Бруц взвесил доводы Ламберта, затем, отодвинувшись от стола, опустил глаза
вниз... и тут же поднял их на Ника. Из желтых они превратились в красновато-оранжевые и
стали больше раза в два.
- Ха-ха! нервно хохотнул Бруц. - Я... никаких мышей не вижу... и у вас ничего не
получилось... Ха-ха!
Он снова посмотрел на пол и медленно поджал ноги. Затем осторожно поднялся:
- Ладно, варвар. Мне пора. На негнущихся ногах он отошел к двери и, обернувшись,
хохотнул еще раз:
- Ты, варвар, сукин сын.
- Ваши шахматы, сэр, - напомнил Ник.
- Пусть останутся у тебя. Дарю.
- Спасибо, сэр.
До самого вечера Ника никто не беспокоил, поэтому ему хватило времени переловить
всех мышей. Животные яростно пищали и кусались, отстаивая свое право жить на свободе, но
Ник был решителен, и вскоре все беглецы вернулись обратно в коробку.
"Нужно будет покормить их", - подумал он, решив припрятать немного еды во время
ужина. В том, что ужин будет, Ник почти не сомневался. У урайцев, как он заметил, образ
жизни и вкусы были схожи с человеческими. Впрочем, афишировать свои догадки Ник не
собирался. Он считал правильной избранную им шоковую тактику и решил придерживаться ее,
сколько э
...Поділитися у соцмережах
