Жанр: Научная фантастика
Джек Зиберт и Рон Барнаби 2. Правила большой игры
..., все качается и гудит... Это сон,
Джек, как пить дать, сон!
- Мы на судне, Рон, оттого и качает, а гуденье от судовых машин. Если не веришь,
можешь доползти до противоположной стены и выглянуть в иллюминатор - за ним море.
- Море?
- Море, Рон.
- Море. - Рон всхлипнул. - А я думал, что вокруг ночь, а эта круглая штуковина -
луна. Так ты говоришь, иллюминатор?
- Иллюминатор.
- Дерьмо какое. Зачем здесь иллюминатор?
Джек ничего не ответил, он понимал, что у на парника шок.
Спустя какое-то время Рон успокоился и попросил, чтобы Джек проводил его к
иллюминатору. Опираясь друг на друга, они сумели пройти это расстояние и по очереди стали
смотреть на море.
- Как мы оказались в море, как ты думаешь?
- Не знаю, Рон. Я пытался вспомнить хоть что-то, но в голове пустота.
- Хоть бы спросить у кого...
- У кого спросишь? Слушай, а это идея - давай хотя бы дверь найдем!
- Ты молодчина, Джек! Давай искать эту долбаную дверь!
Покачиваясь они стали двигаться вдоль стен, постукивая по ним ладонями. Неожиданно
со стороны Рона раздался душераздирающий крик.
- Рон! Что с тобой?!
- Это не со мной, Джек! Это я на кого-то наступил!
- Убийцы! Что вам от меня нужно?! Ну убейте, убейте меня еще раз!
- Рон, отойди от него!
- Я уже отошел.
Продолжая ощупывать стену, Джек наткнулся еще на одни жалюзи. Повозившись с
регулировочным барашком, он открыл их, и теперь в трюме стало достаточно света, чтобы
ходить, не боясь о кого-то споткнуться.
- У тебя какие-то странные брюки, Джек.
- Да и у тебя тоже.
Оказалось, что оба были наряжены в грязные парусиновые штаны на старых резинках,
отчего их постоянно приходилось подтягивать.
- Интересно, куда подевалась наша одежда?
- А какая у нас была одежда? - поинтересовался Джек.
- Я... я не помню...
- Кстати, вот и дверь.
Джек сделал еще пару шагов и коснулся стальной двери, на которой сохранилась едва
заметная надпись: "Выход". Там, где должна была торчать ручка, осталась только дырка.
- Мы заперты.
- Думаю, так и есть, - вздохнул Рон. - Ты знаешь, это, конечно, не ко времени, но мне
хочется отлить.
- Можно постучать в дверь - они обязаны выпустить нас по нужде.
- Давай посмотрим, нет ли здесь какой нибудь параши...
Напарники продолжили поиски, старательно обходя лежавших на полу людей, которых
здесь набиралось еще человек пять.
Параши найти не удалось, зато в одном из углов они обнаружили двухсотмиллиметровую
трубу, уходившую под наклоном скорее всего за борт. Поднимавшийся от нее запах указывал
на ее назначение, вдобавок в полутора метрах над трубой торчал вентиль.
Когда Джек его повернул, из вентиля потекла вода. Это открытие обрадовало напарников,
ведь можно было утолить жажду, однако вода оказалась соленой.
- Морская, - сказал Джек, лизнув мокрую ладонь.
- Давай еще поищем, здесь должна быть пресная вода.
И хотя Джек не очень верил в успешность поисков, Рон нашел еще одну водопроводную
трубу. Она была тоненькой и вместо мощного вентиля оканчивалась узеньким соском, однако,
когда Рон повернул кран, из него тонкой ржавой струйкой полилась пресная вода.
Не обращая внимания на ее привкус, приятели напились вдоволь и почувствовали себя
значительно лучше, в голове прояснилось, и они стали вспоминать.
- Я помню, что положил в правый карман пачку презервативов, - вспомнил Рон. -
Правда, початую...
А тут, - он похлопал себя по поясу, - даже карманов нет.
- А у меня... Рон! Где наши деньги?! - всполошился Джек и стал хлопать себя по
отсутствующим карманам. - Нет денег, Рон! Нет денег и чеков тоже нет! Рон!
Джек смотрел на друга такими сумасшедшими глазами, что тот неожиданно расхохотался.
Вскоре к нему присоединился и сам Джек, и это безумие продолжалось до тех пор, пока оба
окончательно не обессилели.
Когда снова смогли говорить, Рон сказал:
- Какие деньги, Джек, они нам даже трусов не выдали, едем в трюме, как рабы...
Джек пристально посмотрел на Рона.
- Кажется, я попал в самую точку, а, Джек?
- Боюсь, что так.
- Значит, мы едем на какую-нибудь хлопковую плантацию? - На Цитрагоне
выращивают хлопок?
- Откуда я знаю? - Джек пожал плечами. - Вряд ли рабский труд используют
легальные производители.
- Тогда наркоторговцы. Мы будем возделывать какую-нибудь ботву, содержащую
камидин. И умрем с киркой в руках...
62
Какое- то время они молчали, привыкая к своему новому статусу. Стучать в дверь не
решились -что-то подсказывало им, что ни к чему хорошему это не приведет. Тем временем
стали оживать попутчики.
Они стонали, таращили глаза на белые пятна иллюминаторов и поднимались на слабые
ноги, чтобы с ударом очередной волны в борт судна снова упасть.
Джек и Рон начали всех организовывать, поясняя, где в трюме туалет и где пресная вода.
Туалетом интересовались немногие, а вот пили помногу, из-за того, что вода шла тонкой
струйкой, самые нетерпеливые пытались устроить потасовку, но Рон быстро навел порядок. С
ним никто не спорил, почему-то их с Джеком все приняли за каких-то руководителей.
- А куда мы едем, сэр? - спросил один из узников, обращаясь к Джеку.
- Я не знаю, приятель. Я заперт, как и ты.
По глазам вопрошающего было ясно, что он не поверил. На смену одному приходил
другой, и все задавали одни и те же вопросы: куда везут, зачем и как долго это продлится.
Еще через пару часов, после того как все по нескольку раз напились и воспользовались
туалетом, встал вопрос о еде.
- Как ты думаешь, может, все же постучать в дверь? - спросил Рон.
- Если посчитают нужным покормить нас, они это сделают, но если это в их планы не
входит, а рабы начнут вести себя нагло, нас могут наказать.
- Согласен, - вздохнул Рон. Он и сам понимал все это, однако есть все равно хотелось.
- Я слышал, вы говорили о наказаниях? - произнес один из узников, подходя ближе.
- Вы позволите? - Он присел рядом с Роном. - Так вот, если вы считаете, что нужно
кого-то наказать, можете начать с меня.
- С чего это вдруг? - удивился Джек.
- Понимаете... У меня предчувствие, что я окажусь первой жертвой.
- Не провоцируйте охрану, и все будет в порядке.
- Это не поможет. - Незнакомец грустно улыбнулся. - Знаете, когда мужчины
попадают в экстремальную ситуацию, вот как у нас сейчас, или оказываются в тюрьме, в них
просыпается инстинкт насилия. Вроде бы все сидят по своим местам и ведут себя корректно, но
потом какое-то одно слово, один жест приводит к тому, что все бросаются на выбранную
жертву и жестоко ее насилуют... Вот я и подумал если уж это так необходимо, то пусть этой
жертвой стану я...
Незнакомец закончил свою речь, с грустной улыбкой глядя на обалдевших Рона и Джека.
- Знаешь, приятель, если ты сейчас встанешь и уйдешь, я сделаю вид, что тебя не
слышал, - произнес Рон тоном, не предвещавшим ничего хорошего.
- Извините меня...
Попутчик поднялся и, понурив голову, поплелся прочь.
Долго ждать перемен не пришлось. Спустя четверть часа дверь со скрежетом отворилась и
в проеме появился человек с короткоствольным автоматом в руках.
- Все живы? - спросил он, заглядывая внутрь.
Ответа не последовало, узники поднялись с пола и настороженно смотрели на
вооруженного человека.
- Ладно, дерьмоеды, выходи на палубу!
Такое приглашение лишь отпугнуло пленников, они стали пятиться в глубь трюма, под
защиту Джека и Рона. Напарникам пришлось подать пример и первыми выйти из трюма на
горячую, нагретую полуденным солнцем палубу. Там их ждали еще с полдюжины
вооруженных людей, выглядевших как настоящие пираты - они не слишком заботились о
чистоте одежды и внешнем виде. Вместе с тем пальцы их твердо лежали на спусковых крючках,
и было ясно, что они не позволят пленникам никаких вольностей.
- Построиться в одну шеренгу!
Из всех, кто сидел в трюме, только Джек и Рон знали, что такое шеренга. Остальным
изрядно досталось, пока они поняли, что от них требуется.
С разбитыми носами и ссадинами на скулах, они выстроились на палубе, вздрагивая от
каждого окрика.
- Я капитан Йорк! - громко объявил человек, от дававший команды. - Я занимаюсь
торговлей живым товаром, а попросту - рабами. Вы и есть мои рабы, и я волен решать - жить
вам или умереть!
Капитан сделал паузу, упиваясь собственной значительностью. Было видно, что подобные
митинги он устраивает перед каждой партией несчастных - у остальных членов команды на
лицах была написана скука, у капитана же, напротив, от волнения подрагивали ноздри и горели
глаза.
- Идти до конечной цели нашего плавания - пустынного острова - осталось совсем
немного: нынешний вечер и ночь, однако я требую беспрекословного выполнения моих
распоряжений, за неповиновение - смерть.
Джек и Рон косились на охранников: шестеро - это не так много, если выбрать
правильный момент для нападения. Рон указал взглядом на мачту, там на площадке за сетчатым
ограждением находился пулеметчик.
- Прежде вы были преуспевающими людьми и посматривали на других свысока, теперь
же все переменилось! - продолжал капитан. Он держал речь в течение получаса, и кончилось
это ничем - еды пленникам так и не дали. Их загнали обратно в трюм, приказав сидеть тихо.
До вечера пили воду и легли на голодный желудок. Под утро, перед рассветом, судно
остановилось - по иллюминатору прошелся луч прожектора.
- Неужели прибыли? - Рон поднялся, чтобы вы глянуть на волю. - Эй, Джек, здесь
второе судно! Кажется, катер!
Джек подошел к второму иллюминатору, и как раз в этот момент второе судно осветили
прожектором.
- Полицейский катер, Джек!
- Вижу.
Теперь был виден не только флаг морской полиции, но и палуба катера, на которой стояли
полицейский и капитан Йорк.
- Может, стоит покричать, поднять шум?
- Не думаю - они считают деньги.
И действительно, полицейский тщательно пересчитывал полученную мзду, иногда
придирчиво просматривая банкноты при свете карманного фонаря.
Вскоре судно работорговцев двинулось дальше, и Джек с Роном вернулись в свой угол.
- У них здесь все отлажено.
- Это их работа.
Часов около девяти, когда никто из узников уже не спал, машина сбавила обороты, и
после недолгих маневров судно ткнулось бортом в причал. Скрипнул блокирующий рычаг,
дверь трюма распахнулась.
- Все живы? - последовал уже знакомый вопрос - Выходи, курортники, приехали.
На сложенной из бетонных блоков и обшитой толстыми досками пристани пленников
ждала новая охрана - десять человек в одинаковой военной форме неизвестного рода войск.
Вооружены они были устаревшими автоматическими винтовками, вдобавок у каждого на поясе
болталась резиновая дубинка, испещренная вмятинами от частого употребления.
- Сколько? - спросил главный охранник, видимо ленившийся посчитать сам.
- Семеро, - ответил капитан Йорк.
- А трупы?
- Трупов в этот раз не было.
- Странно.
Главный скользнул по выстроившимся рабам равнодушным взглядом, потом уже с
большим интересом посмотрел на стоявшую тут же у причала большую моторную лодку.
Тяжело вздохнул, видимо не надеясь когда-нибудь получить такую, и, не глядя на пленников,
скомандовал:
- За мной шагом марш! Не отставать.
И они пошли по грунтовой, покрытой слоем красноватой пыли дороге.
Если брать на веру слова капитана Йорка, это был остров. Впереди поднимались голые
холмы, чуть правее темнел лес.
Выстроившись в колонну, пленники угрюмо брели друг за другом, едва волоча ноги и
поднимая пыль. Иногда на дороге попадались острые камешки, которые больно кололи ступни.
Охранники шли по обочине и со всей серьезностью посматривали на изможденных
доходяг.
Добравшись до холмов, пленники увидели лагерь. На территории в четыре-пять гектаров
стояло несколько длинных, похожих на ангары бетонных зданий и строений поменьше,
территорию окружала двойная ограда из колючей проволоки, а в двух, диагонально
расположенных углах лагеря высились пулеметные вышки.
Завидев команду невольников, часовые гостеприимно распахнули ворота.
- Жратвой пахнет... - прошептал Рон, когда они зашли на территорию.
- Теперь обязаны покормить, - сглотнув голодную слюну, заверил Джек. - Иначе
какой смысл тащить нас сюда.
- Стой! - скомандовал главный охранник и, повернувшись к подопечным, указал на
Джека пальцем.
- Ты и еще один, марш в штаб - вон то здание слева, остальные садятся на землю и
ждут.
Джек и Рон направились к дверям штаба, а остальные пленники с видимым облегчением
опустились в пыль.
"Администрация военно-хозяйственного склада 439-й ВСТР" - гласила потемневшая от
времени табличка над входом в "штаб". Джек оглянулся: без сомнения это был военный
объект, либо действующий, либо заброшенный. Повадками охранники еще напоминали солдат,
правда, с большой натяжкой.
За дверью оказался коридор.
- Туда! - сказал другой охранник, перенаправляя пленников в следующее помещение.
В небольшой комнате за длинным столом, точно судьи, сидели трое насупленных мужчин.
На них была та же, что и на охранниках, полувоенная форма, однако куда более чистая.
- Фамилия-имя! - резким голосом гаркнул си девший меж двух коллег лысый
дознаватель.
- Дэвид Карло, - ответил Джек.
- Боб Радецкий, - хрипло произнес Рон. В другой раз они бы назвались собственными
именами, однако сейчас, когда их искали могущественные организации, требовалось играть
спектакль.
- Как сюда попали, помните?
- Нет, - вздохнул Джек. - В иллюминатор было видно только море.
- Это хорошо. Смысл происходящего понимаете?
- Нет, сэр.
- А ты? - Лысый ткнул карандашом в сторону Рона.
- Откуда?
- У нас в лагере долго не живут, но, поскольку вы люди состоятельные, мы можем взять
у вас деньги в обмен на освобождение.
- А с чего видно, что мы состоятельные люди, сэр? - уточнил Джек.
- Я вот сейчас достану пистолет и отстрелю тебе яйца, - пригрозил лысый.
- Прошу прощения, сэр.
Рон, как в школе, поднял руку.
- Ну?
- Сэр, видимо, вышло недоразумение, мы с приятелем пришли за фальшивыми
документами - у нас проблемы с полицией, а фотограф нас того, усыпил.
- Какие документы?
- Удостоверения личности.
- А ты знаешь, придурок, сколько стоит сделать удостоверение?
- Нам сказали - три тысячи за комплект.
- И ты хочешь сказать, что у вас не было денег?
- Были, и немало, - заметил Джек.
- Ну вот! - обрадовался лысый и промокнул платочком начавшую блестеть голову.
- Но их у нас забрали, а это были все наши сбережения.
- Все наши сбережения, - подтвердил Рон.
- И сколько у вас с собой было?
- Сорок тысяч батов дорожными чеками и четыре с небольшим - наличными.
- Так вы говорите, фотограф забрал?
- Да, сэр, больше некому, это же он нас отключил. - Странно, что вы помните
последние сутки, обычно никто не помнит.
- Может, этот самый фотограф использовал устаревший препарат? - предположил один
из помощников лысого.
- Это нужно выяснить. И потом, давайте разберемся, кто таков этот фотограф? Вы
оба, - лысый указал на пленников, - знаете, кто вас захватил?
- Нет, сэр.
- Не Шляпник?
Джек с Роном так искренне удивились, что лысый махнул рукой.
- Ладно, это мы и без вас выясним. Мне совсем не нравится, что к рукам каких-то пешек
прилипают десятки тысяч батов. Сегодня же нужно связаться со
Шляпником. А с вами - все... Штольц!
В комнату из коридора заглянул охранник.
- Этих в третий корпус. Возможно, если ничего не выгорит с выкупом, более молодого
отправим в первый корпус, но пока обоих в третий.
Пока Джек и Рон в сопровождении охранников шли по территории, они с далеко не
праздным интересом вертели головами. Расположение зданий, сторожевые вышки и имевшийся
на территории транспорт - все это могло помочь при организации побега. На глаза попался
медицинский бокс - довольно большой для бывшего склада. На его фронтоне развевался флаг
с красным крестом, а у вертолетной площадки, расположенной возле санчасти, на лавочке
сидел человек в белом халате и курил с задумчивым видом.
- Добрый день, доктор Кохинор! - поздоровались охранники.
- Добрый день, ребята, - отозвался доктор, швырнул окурок на вертолетную площадку
и направился к дверям санчасти. Его халат был сильно перепачкан кровью.
Рон невольно оглянулся, глядя вслед доктору, и получил тычок в спину.
- Не верти башкой, урод!
Вскоре они подошли к третьему корпусу - длинному бетонному сооружению с чередой
узких окошек под самой крышей, прикрытых решетками.
Возле металлических ворот, запертых на обычный накидной замок, стоял часовой. Не
задавая лишних вопросов, он отомкнул замок и чуть приоткрыл одну из створок.
- Заходи!
Джек и Рон протиснулись внутрь и остановились, привыкая к полумраку. Сзади лязгнул
замок, и стало тихо.
Вскоре глаза привыкли, света здесь было куда больше, чем в трюме, свободного места -
тоже. Вдоль стен стояли нары, многие места на них были свободны, а посреди корпуса вообще
было пусто, хоть в футбол играй.
Навстречу новичкам вышли несколько местных.
- Здравствуйте, я Иохан, - произнес первый из них, протягивая руку для
приветствия. - Я из Циндриха, а вы случайно не из Циндриха?
- Нет, мы не из Циндриха, - ответил Джек.
- Я здесь долго не задержусь, мои родные уже собрали выкуп, и скоро я вернусь домой!
Его стали оттеснять другие, спеша в свою очередь пожать новоприбывшим руки.
- Не верьте ему, - хитро улыбаясь, сообщил бородатый человек. - Никаких
родственников у него нет - ему прямая дорога в первый корпус. Меня зовут
Эдвин Кройцер, у меня писчебумажный магазин в
Гонгезене. Вы были в Гонгезене?
- Никогда не был, - покачал головой Джек.
- А вы?
- Нет, я тоже не был, - поспешно отказался Рон.
- Да пустите же меня! - Растолкав других, к Джеку с Роном протиснулся высокий
блондин с длинными, неухоженными волосами. На его груди был заметен длинный, довольно
свежий шрам.
- Здравствуйте, господа! Я Клайнен, профессор психологии из Ревельского
университета. Я открыл новый закон психологической дистрибуции, поэтому меня должны
сохранить для мира, для цивилизации.
Вы пришли по заданию правительства, я правильно понял?
Напарники попятились, а эти полуголые сумасшедшие люди продолжали напирать, что-то
выкрикивая и требуя внимания. Кто-то истерично тряс грязными космами, другие рыдали.
- Ну-ка, всем разойтись! По нарам, быстро!
Люди дрогнули, как будто по их спинам прошлись бичом, и бросились врассыпную,
чтобы поскорее занять "место на нарах.
Перед удивленными новичками остался только один человек, в таких же, как и у
остальных, смешных штанах, однако обличенный властью.
Он подошел к напарникам ближе и сказал:
- Ну что, Джек Зиберт и Рон Барнаби, не удалось вам от меня сбежать?
Джек с Роном смотрели и не верили собственным глазам. В череде последних событий,
которые кружили их, словно щепки в водовороте, они и думать забыли об этом человеке.
- Майор Гастон? - неуверенно спросил Джек, опасаясь, что от одного неверного жеста
этот призрак растворится в воздухе.
- Сэр, это действительно вы? - на всякий случай уточнил Рон.
- Да, мерзавцы, да, сукины вы дети, это я, несчастный майор Гастон, которого вы так
подвели.
- Постойте, сэр, но ведь это вы пытались подставить нас в качестве наживки, чтобы
потом убрать за ненадобностью. Разве не так?
Гастон вздохнул.
- А если и так? Я ведь действовал в интересах контрразведки, в интересах государства, в
конце концов. Почему бы не пожертвовать парочкой бродяг, на которых висит обвинение в
убийстве?
- Мы никого не убивали, вы сами это знаете, - заметил Джек.
- Когда мы узнали, что в убийствах на пассажирском лайнере вы невиновны,
останавливать операцию было уже поздно. Противник схватил наживку, и у нас появилась
возможность уничтожить всю их боевую группу.
- А вы разве не уничтожили?
- Ну, практически - да.
А вы заметили, что на Шлезвиге нам с Роном удалось положить куда больше
государственных преступников, чем вам со своими агентами?
- Вы украли казенные деньги! Пятьдесят тысяч батов! - закричал Гастон.
- Мы их заработали! - в тон ему ответил Джек.
Часовой стукнул прикладом в дверь.
- Эй вы, твари, если не прекратите орать, я зайду и пересчитаю вам ребра!
Знакомый со здешними порядками, майор Гастон приложил палец к губам, предупреждая
Джека и Рона, чтобы молчали. Затем, уже шепотом, добавил:
- Идемте, у меня тут собственный кабинет имеется, там поговорим.
Джек с Роном обменялись удивленными взглядами. Как-то не вязалось слово "кабинет"
со всем, что они тут увидели.
Кабинетом оказался выстроенный из старых металлических шкафов закуток. Бетонный
пол в нем был выложен тщательно подогнанными досками, тут же имелись стол и несколько
стульев - все металлическое, окрашенное серой и темно-зеленой краской.
- Ну, как вам? По здешним меркам очень уютно, вся мебель военного назначения,
присаживайтесь.
Есть не хотите?
- Еще как хотим, сэр! - оживился Рон.
- Мы двое суток ничего, кроме воды, не видели, - подтвердил Джек.
- Вас никто не ждал, поэтому порции пока не выдадут, но завтра с утра для вас тоже
принесут пайку.
Открыв один из шкафов, Гастон достал несколько галет, шоколадку и две банки сардин.
- Налетай, ребята, сегодня Гастон добрый.
Стараясь соблюдать приличия, напарники пытались есть не спеша, но у них это не очень
получалось.
- Откуда такое изобилие, сэр? - спросил Джек, когда съел все до последней крошки и
откинулся на спинку стула.
- Все очень просто, я здесь старший по бараку и каптер, вы, бывшие солдаты, понимаете,
что это значит.
- И что, каптерам выдают сардины и шоколад? усмехнулся Джек. Его настроение стало
улучшаться.
- Нет, конечно. Просто здешний повар - мой земляк, он из Фамадильо, это город на
материке Севилья.
- Так вы из этого самого Фамадильо? - спросил
Рон, вылизывая банку из-под сардин.
- Нет, конечно. - Гастон улыбнулся. - Но я кадровый контрразведчик, мне часто
удавалась вербовка.
- Вы его завербовали? - не поверил Джек.
- Нет, просто я заметил, что он не особенно умен, и наводящими вопросами вывел его на
разговор о доме. Постепенно он рассказал мне все о себе и своем родном городе, методика
неявных допросов - моя работа. В следующую нашу встречу я прикинулся его земляком, а
когда начал рассказывать про улицу, где живу, и про школу, в которой учился, он едва не
расплакался. Теперь мы друзья, и он почитает за великую честь приносить мне продукты.
- А что это за лагерь, кому он принадлежит?
- Кому принадлежит, сказать трудно. С одной стороны, эти склады еще числятся на
балансе вооруженных сил, а с другой, насколько я понял, все здешние сотрудники давно
находятся за штатом и кормятся только этим преступным бизнесом.
- В чем он состоит?
- Часть его - выкупы. Они стараются похищать людей, у которых водятся денежки, как
только договариваются - совершают обмен. Причем деньги берут только вперед.
- И что, честно отпускают пленника на все четыре стороны? Не боятся, что он сообщит
об их местонахождении?
- Не боятся. Перед отправкой ему делают укол, и двое суток он валяется в беспамятстве.
Все, что потом сможет рассказать, это что его везли на судне по морю. Местная морская
полиция куплена, если присылают запрос, следует ответ: все проверили, подозрения не
подтвердились.
- А если денег нет?
- Если нет денег, людей отправляют либо в первый корпус, либо во второй лагерь,
который находится на северном побережье острова, в горах.
- Первый корпус, это где санчасть? - спросил Рон.
- Санчасть, - усмехнулся Гастон. - Правильнее говорить не санчасть, а скотобойня. В
первом корпусе изымают органы и переправляют их клиентам. Вертолетную площадку видели?
Видели, - одновременно произнесли Джек и Рон, невольно вспоминая доктора в
окровавленном халате.
- На нее садится вертолет, чтобы забрать один или несколько контейнеров с органами
для транс плантации.
Джек и Рон молчали как пришибленные.
- А чего вы так поразились, ребята? - Майор хохотнул. - Разве вам не бросились в
глаза эти уродливые шрамы на телах местной публики?
- Да, я заметил у одного... - произнес Джек.
- Что у одного? - Гастон махнул рукой. - У половины отсутствует какой-нибудь
парный орган, ну а если печень понадобится, то уж тогда всего под разделку - милости
просим.
- А что с вторым лагерем? - спросил Джек, что бы сменить жуткую тему.
- Туда отправляют бесперспективных, тех, кого взяли по ошибке и кто не годится для
первого корпуса, - то есть старых и больных.
- Они там умирают?
- Конечно, но только от работы. На побережье в глубинных горных пластах имеются
ренитовые залежи, их-то и разрабатывают те, кто попадает во второй лагерь.
- Ренитовая пыль ядовита, - заметил Джек.
- Вот именно. Те, кому везет, живут три месяца, но большинство не вытягивает и двух.
- Но как вы сюда попали, сэр? Или вы на службе?
- Эх... - Майор вздохнул. - Хотелось бы мне думать, что я на службе. Впрочем,
иногда мне так и кажется - мол, выполняю государственное задание, но - увы. Я приехал на
Цитрагон встретиться с одним очень ценным агентом, но в результате попал в ловушку,
получил удар по голове и очнулся уже здесь.
- А не проще было вас просто убить?
- Конечно, проще, но так интереснее, согласитесь. Продать своего врага в рабство - вот
высшая месть.
- И давно вы тут?
- Почти три недели.
- И что, вас так и будут держать на этом теплом местечке?
- Боюсь, что нет. У меня взяли анализы - они оказались не очень хорошими, но и не
очень плохими, то есть, если возникнет дефицит органов, меня могут пустить в дело, если
дефицита не будет, поеду добывать ренит... Перед смертью прощу вам все ваши
прегрешения...
Заметив, как изменились в лице Джек и Рон, майор замахал руками:
- Ладно-ладно, признаю, вы нам тогда здорово помогли, а преследовал я вас по
привычке. Мой заместитель убедил меня оставить вас в покое, он сказал: объективно они нам
не нужны, а везение у них такое, что гоняться за ними - только агентов терять... Прав да,
сейчас, насколько я понял, ваше везение закончилось.
- Очень на это похоже, сэр, - согласился Джек.
- Ну и как вы сюда попали?
- С работой одной не выгорело...
- Это была та работа, из-за которой вы и попали тогда в полицию?
- Мы не из-за работы попа
...Закладка в соц.сетях
