Жанр: Научная фантастика
Авантюрное танго 1-2
...хнул отец. - Тогда начинай принимать
решения прямо сейчас. Рыцарь Серж через Станислава довел до моего сведения
(а я довожу до твоего), что ему хотелось бы включить в состав экспедиции
одного своего знакомого - работника Станции. Из обслуги волнового
генератора, некоего Кирилла Инфантьева... Что скалишься, или имеются
возражения? Очень просили!
- Какие могут быть возражения у бездельницы и горькой пьянчужки? -
ехидно прошелестела я. - Никаких. Принимается.
- Ну и прекрасно, - в тон мне ответствовал Командор и снова полез в
карман, с трудом доставая из него большое зеркало. - Кстати, я обещал
преподнести конкретное доказательство того, что ты ведешь... э-э...
рассеянный образ жизни. Можешь полюбоваться.
Предчувствуя подвох, я протянула руку, не сводя с отца настороженных
глаз. Увы, подвоха не было, а вот как я утром приводила себя в порядок -
ума не приложу. Левый зрачок, уставившийся на меня из зеркала, был
черного-пречерного цвета, а правый - нежно-голубого..."
Куда: К-33464+ХХХ-9
Н-66773+РМХ-8
Кому: "Заместителю"
"Приветик, господин Коревич!
Да-да, несложный код, полное забвение законов конспирации и все такое.
Вдобавок это сообщение я нагло посылаю на твой домашний почтовый ящик.
Надеюсь, оно никого не заинтересует - обычное послание из пункта "А" в
пункт "Б".
Сейчас я нахожусь в буквальном смысле на краю света, в забытом
Всевышнем (но не людьми) мирке, из которого, возможно, не так-то легко
будет выбраться. Однако это вовсе не значит, что я прошу помощи у твоей
милости - не воображай о себе слишком много! Просто захотелось
подстраховаться, вот и все...
Если по истечение ближайшего месяца ты получишь сигнал подтверждения с
паролем, то можешь сделать следующее.
Приезжай на нашу новую виллу и требуй у охраны мой служебный звездный
"катер". Шифры всех кодовых замков и прочие электронные отмычки я прилагаю.
Забирайся внутрь и устраивайся поудобнее.
Проблем со стартом не будет - полностью разработанный маршрут
находится в бортовом "расчетчике". Тебе нужно лишь совершить прыжок по
указанному галактическому каналу и... и набраться терпения.
Обнаружив искомую звезду, ты приблизишься к четвертой планете по имени
"Марс" и станешь ее спутником. Виток за витком, по орбите.
В нужный момент я подам сигнал - учти, с планеты No 3! Тогда готовь
планетолет и лети на свиданьице, которого ты так жаждал. Не бойся, с отцом
я как-нибудь объяснюсь. В крайнем случае, просто поставим его перед фактом.
Ну что еще сказать? Теперь можно и признаться: дело, которым мы
занимаемся, похищено у разведки "Элиты". Ты понимаешь, что это означает?
Вот и отлично.
А пока не вздумай заниматься самодеятельностью! Уразумел?
Эльза фон Хетцен".
ТУР ВТОРОЙ: Прелесть неразборчивых знакомств
Блок событий No 4
1. На привале
Опушка леса, где была сделана остановка на первый ночлег, оказалась
далеко не идеальной с точки зрения даже минимального походного комфорта.
Вездеходы только что миновали смешанный лес и замерли перед обширным
оврагом, топкое дно которого сплошь было покрыто сочной зеленой травой.
Противоположный, более низкий край находился неблизко, а за ним вставал
новый лес - сосновый. На всем свободном пространстве между лесами, как раз
над оврагом, металось, висело, колыхалось и пищало на разные голоса
огромное количество крупных комаров, размером почти с человеческий мизинец.
Увидев кровососов такой устрашающей величины, Эльза, до этого
предпочитавшая путешествовать на открытом воздухе, немедленно забилась в
самый дальний уголок машины и принялась тревожно озираться, опасаясь, что
отвратительное насекомое сможет проникнуть и сюда. Затем она встрепенулась,
хлопнула себя рукой по лбу, словно ее только что куснули, и принялась
лихорадочно законопачивать все вентиляционные щели.
Кирилл Инфантьев, вытянувшийся в кресле пилота, помогать этой работе
вовсе не собирался. Он включил передатчик, уменьшил громкость и стал
делиться со Станиславом Ладвиным обстоятельными соображениями по поводу
предстоящего ужина. Когда же большинство отверстий было кое-как заткнуто,
он скосил глаза на изрядно вспотевшую разведчицу и порекомендовал не
мучиться, а просто включить защитное поле.
Предложение было дельным, но признаваться в напрасно затраченном
труде, разумеется, не хотелось. Поэтому Эльза поспешила прочесть
непрошеному советчику краткую лекцию о необходимости экономить драгоценную
энергию, а затем, отдышавшись, потребовала как можно скорее убраться отсюда
в другое место. Инфантьев невозмутимо заметил, что этот маневр как раз и
потребует дополнительных энергетических расходов, после чего на него
беззвучно окрысились. Тогда он пожал плечами и принялся внимательно
рассматривать в оптику воздушное население оврага. Должно быть, при
многократном увеличении летучая нечисть показалась особенно противной, так
как и.о. пилота основательно передернуло, и в кабине прозвучало отчетливое:
"Бр-рр..." Вслед за этим из переговорного устройства донесся
делано-спокойный голос Станислава, известивший, что время для ужина,
вообще-то, еще слишком раннее, а во-он там, под соснами, есть чудесное
сухое местечко, куда и предлагалось незамедлительно переместиться. После
этого наступило непродолжительное молчание, а потом оба вездехода через
внешние громкоговорители принялись дружно вызывать Сержа.
Когда он появился из-за деревьев, то попал под нестройный хор женского
и мужских голосов, требовавших с разной настойчивостью и темпераментом
скорейшего продолжения экспедиции. Реакция рыцаря на это была
отрицательной. Повернув коня к левому вездеходу, Серж напомнил, что
пообедать им толком не удалось из-за поломки вездеходовых колес, которые
вместо того, чтобы сделать как надо, сварганили наспех, присобачили коекак,
и они в два счета раздолбали ось и раскурочились сами. Получив в ответ
согласный вздох, рыцарь обратил свое внимание на правый вездеход и сообщил,
что дальше идет сложное чередование "зон" и нормальных территорий.
Намеченный же на сегодня путь пройден полностью, и незачем нарушать пусть и
приблизительно составленное расписание.
С ним не согласились. С громким возгласом: "Под сосенки, друзья, под
сосенки!" сын начальника Станции включил гравитационный двигатель и резко
поднялся на несколько метров в воздух. Несомненно, его примеру последовал
бы и второй вездеход, но здесь раздраженный рыцарь неожиданно рявкнул,
чтобы "друзья и подруги" немедленно спустились на грешную землю и в
переносном смысле, и в прямом. Подождав, пока его требование очень неохотно
выполнили, Серж заметил, что, ежели большинство так уж настроено, то для
начала надо бы снова запустить на разведку "стрекозу".
Предложение было с восторгом подхвачено, ибо в нем заключался зародыш
возможной капитуляции единственного противника переезда. Со словами: "Ах,
да! Конечно!" Эльза достала электронного следопыта, посадила на ладонь и
осторожно включила - ей нравилось запускать его с руки, а не дистанционно.
Раздалось бодрое жужжание, и неспешный полет к мерно колыхавшейся кисее
насекомых начался. "Сейчас его съедят", - опасливо пробормотал Станислав.
В самом деле, хорошо было видно, как их механизм беспрерывно
подвергается настойчивым атакам. Они не могли ему навредить, но производили
очень неприятное впечатление на людей - ребята дружно поежились, а Эльза
незаметно втянула назад плечо и принялась на ощупь отыскивать кнопку
включения внешней энергозащиты. Один рыцарь продолжал спокойно следить за
ходом эксперимента и даже подался вперед, словно ожидая скорую развязку.
Внезапно "стрекоза" замедлила ход, и тотчас количество комаров вокруг нее
возросло. А затем она резко дернулась, будто почуяла совсем рядом какоето
невидимое препятствие, и неподвижно зависла в воздухе, уже полностью
облепленная противно ноющими крылатыми хищниками. Произошло это почти на
самой середине оврага, к немалому торжеству Сержа. Он мог бы ничего и не
говорить, однако не удержался и нарочито бесстрастным тоном (но очень
живописно) обрисовал сразу поскучневшему Станиславу, что именно ожидало
его, рвани он на своем катере к вожделенным "сосенкам".
Вероломная Эльза тут же переметнулась в стан победителя. Прощебетав
невинным голоском: "Сереженька, не стой так близко к краю... иди сюда!" и,
проявив таким образом свою заботу о рыцаре, она безапелляционно объявила,
что не пустила бы его вытягивать из трясины "этих лихачей". При этом она с
неописуемой наглостью небрежно мазнула пальцем сначала в сторону младшего
Ладвина, а затем по спине Инфантьева. Опешившие "лихачи" не нашли, что
возразить, и только покрутили головами, а потом, придя в себя, решительно
выказали молчаливый протест, забравшись в тот вездеход, где нахалки не
было. Та, ничуть не смутившись, живо вылезла наружу с крохотным пультом
управления в руке и, стараясь ступать как можно увереннее, направилась к
Сержу. Великодушный рыцарь снисходительно отнесся к перебежчице, особенно,
когда та принялась глядеть на него снизу вверх восторженными глазами. В
благодарность мисс фон Хетцен была подхвачена могучей дланью и легко
посажена на спину лошади. Удобно устроившись, она принялась короткими
нажатиями кнопок возвращать назад забуксовавшего разведчика. Все было
предельно ясно: впереди лежала "техническая мертвая зона" в совершенно не
изученном районе.
"Стрекоза" тем временем возвращалась очень медленно и в виде рыхлого
зудящего комка, который не желал распадаться. Это несколько встревожило
Эльзу - она даже приостановила свои действия и намекнула невозмутимому
всаднику, что не мешало бы отъехать и подальше. Рыцарь лукаво глянул на
нее, а затем сжал коленями бока коня, резко отклонился в сторону и коротко,
но с силой дунул в сторону оврага.
Эффект от этого простого действия оказался поразительным. На всем
участке от леса до леса пронесся небольшой шквал, как будто гигантская
метла веером прошлась по зеленой болотистой массе, выдавив на поверхность
мутную воду и откинув ее с шумным плеском далеко вперед. Словно в мгновение
ока очистилось и воздушное пространство: стаю зудящей нечисти разметало в
разные стороны, а освобожденную "стрекозу" отбросило вправо и чуть было не
перенесло за тот рубеж, откуда вернуться она уже не смогла бы. Однако
аварийная автоматика не подвела: отлетели предохранители, включилась
резервная мощность, предназначенная для экстренного торможения, а затем и
обратный ход. Аппарат бешено завертелся, гася инерцию, потом перешел в
стадию устойчивого равновесия и начал самостоятельно возвращаться без
помощи ошеломленной операторши.
А Эльза и впрямь пребывала в шоковом состоянии после того, как через
нее толчком прошла горячая силовая волна, исходившая от напряженного
мужского тела. За ничтожно малый временный период она словно успела
побывать в роли сверхновой звезды перед роковой вспышкой и благополучно
возвратиться к нормальному существованию. Но память сохранила, а теперь
воскрешала заново то душевное переживание, тот восторг, который возник от
внезапного осознания своей невероятной мощи. Эльза видела, как от ее
естественного дыхания, вырвавшегося из груди в такт с направленным дыханием
Сержа, его одежда заходила ходуном и забилась в частом трепете; как
случайный листок, попавший под этот вздох, взмыл высоко в небо, в его
бледнеющую вечернюю синеву; как под ее пальцами сплющился и раскрошился
чуть сжатый непроизвольным движением пульт управления, как... Но вдруг все
закончилось, сразу оборвавшись без остаточных следов, будто ничего и не
происходило. Она ожидала хоть какого-нибудь ничтожного знака, смутного
намека на реальность случившегося, но и малейшего подтверждения не
последовало - обычная молодая женщина сидела на обычном коне рядом с
мужчиной, который небрежным усилием воли вызвал и убрал нечто, чему
свидетелем оставалась только память. Образы, сохранившиеся в ней, не
тускнели, но с каждой минутой казались все более нереальными и начинали
напоминать странный диковинный фокус, которому бесполезно искать
объяснение.
...Дочь Командора, наконец, очнулась и, справившись с внезапной
дрожью, едва успела перехватить вернувшуюся "стрекозу", которая очень
довольно гудела, словно тоже что-то понимала и была в восторге и от своей
удачно выполненной миссии, и от случайно захваченного пленника - один из
комаров запутался в мельчайших кольчатых усиках антенн. Теперь уже без
страха, который улетучился неведомо куда, разведчица отключила питание,
удобно уложила умолкнувший механизм на ладони и принялась внимательно
рассматривать необычную находку. Гигантский комар отчаянно вырывался,
прилагая невероятные усилия для освобождения; он раздувался, увеличиваясь в
поперечнике чуть ли не втрое; бился, как в конвульсиях, издавая злобный
пронзительный писк, и было удивительно видеть в хрупком существе столько
целенаправленной энергии. Кажется, подобное мнение разделял и сам Серж, но
одного созерцания ему было мало - словно взрослого мальчишку, его тянуло к
экспериментальным исследованиям, которые заключались единственно в желании
ткнуть барахтающееся насекомое чем-нибудь в бок и посмотреть, что из этого
выйдет. Вскоре на сцене появилась толстая травинка, которая и выполнила
намеченное. Неизвестно, чего хотел добиться исследователь, но получил он
очередную порцию судорожного метания и нервного писка, правда, уже на новой
регистровой тональности. "Отпусти эту зверюгу, - немного брезгливо
посоветовала Эльза и поспешно предупредила: - Только чтобы не укусил!" - "А
если он осмелится?" - последовал задумчивый вопрос. - "Будешь тогда
защищать! И не вздумай его прихлопнуть на мне - получится ситуация
услужливого медведя".
Серж ответил очень сложным движением головы, из которого трудно было
понять, принял ли он замечание к сведению, или все оставляет на волю
случая. Забрав неподвижную "стрекозу", он все же отодвинул левую руку
подальше, а пальцами правой ловко согнул для большей прочности травинку
вчетверо и приступил к сложной операции извлечения, стараясь причинить
спасаемому как можно меньше ущерба. Это удалось блестяще - вскоре маленький
вампирчик был освобожден и с помощью все того же травяного пинцета отброшен
на некоторое расстояние. Эльза на всякий случай опасливо прикрылась
выставленным вперед плечиком и обеими ладонями, однако эта предосторожность
оказалась лишней. С большой скоростью, которая свидетельствовала и об
отличной форме, и о нежелании оставаться в обществе людей, комар устремился
к своему любимому оврагу, уже снова заполнившемуся к этому времени его
собратьями. Колыхание и занудливое нытье возобновилось, а Эльза подметила,
что пока все это происходило в строго очерченных границах - ни одно
насекомое не пыталось их нарушить и совершить естественное для вида "culex
pipiens" нападение.
Подобные выводы, как оказалось, сделала не только она. Инфантьев уже
выбрался из вездехода наружу и занимался установкой раскладного походного
стола - очень широкого, но настолько низкого, что сидеть за ним приходилось
на траве. Для этого были предусмотрены удобные подушки из кожзаменителя,
которые Станислав выбрасывал по одной из кабины. Делалось это с гораздо
меньшим энтузиазмом, и было видно, что своего отрицательного мнения о
месте, где предполагалось заночевать, он не изменил. Очевидно, его плохо
скрываемое недовольство заметил и Серж, который, ссадив Эльзу на землю,
расседлав и пустив погулять коня, первым делом подошел к Ладвину-младшему и
сообщил ему, что он далеко не всесилен и не способен, например, пересечь
овраг, дно которого вполне могло обернуться топким болотом. Далее Серж
объяснил, что одного прыжка коня с хорошего разгона, может быть, и хватило
бы, однако здесь разогнаться негде, а кроме того, некуда и приземлиться,
ибо пресловутые "сосенки" вставали сплошной стеной прямо за противоположным
краем оврага. Искать же проход по сторонам, на ночь глядя, рискованно -
где-то здесь находятся земли, контролируемые "трупырями". А располагаться
на отдых в их обществе даже с включенной на всю катушку защитой означало
просто искать на свою задницу рискованных приключений. "А сам? Ты же сам
постоянно живешь в "зоне ночной смерти!" - все еще раздраженно бросил
Станислав. - "Во-первых, мой стационарный кольцевой гравитатор не чета
вашим передвижным, - спокойно возразил Серж, указав на вездеходы, - а
во-вторых, нечего и сравнивать городских невидимых убийц с их куда более
свирепой лесной разновидностью! У меня ты можешь гулять практически в
полной безопасности аж до двенадцати ночи! А в опасных лесах лучше не
искушать судьбу. Не то будет с тобой то же, что и с маленькой ланью,
которую вам принес живодер Мстислав, и которую вы экспериментально
умертвили, чтобы полностью, так сказать, убедиться. Моего слова оказалось
мало, потребовались сильные ощущения..."
При этих словах Эльза вздрогнула, так как она только вчера
ознакомилась с тем ужасным фильмом. Иоганн Ладвин не зря называл его
"Пляска смерти" и несколько раз повторял, сколь искренне он сожалеет,
позволив его снять. Вдобавок Эльза допустила ошибку, включив поначалу
объемное изображение, и лишь на середине, не выдержав, перещелкнула на
простое плоское и вырубила звук. Двадцать шесть минут и двенадцать секунд
показа испортили ей настроение надолго. Потом еще не раз вспоминались
слова, брошенные вскользь Инфантьевым, разыскавшим для нее эту запись:
"Есть вещи, которые человек не имеет права делать ни в коем случае. Лучше
не смотрите - прикоснетесь к обреченным".
Конечно, дочь Командора не послушалась Кирилла, однако не поленилась
выяснить, что он был ярым противником безжалостного сценария и требовал его
запрета в ультимативной форме. Разумеется, Иоганн Ладвин не походил на
персонажа, с которым дозволялось разговаривать в подобном тоне. О временном
аресте строптивого сотрудника был отдан немедленный приказ, который удалось
осуществить лишь с третьей попытки и с помощью его жены Инги, уговорившей
мужа подчиниться. Первые два захода были чисто силовыми и закончились
ничем, если не считать пары вывихнутых рук и некоторого количества синяков,
полученных добровольными исполнителями.
При всех своих недостатках Ладвин самодурством не страдал, поэтому его
встревожила явная неадекватность реакции Кирилла поводу, ее вызвавшему. Не
найдя подходящего объяснения, он не стал наказывать, а ограничился двумя
сутками гауптвахты, в одни из которых и была выполнена съемка.
Жертву привязали к дереву в "зоне ночной смерти", установили
аппаратуру и незадолго до захода солнца удалились на безопасное расстояние.
Уже очень скоро маленькое животное начало проявлять признаки беспокойства,
которое все усиливалось по мере того, как темнело. Лань рвалась с привязи,
металась в разные стороны, молотила копытцами по земле. Ее тело начало
выгибаться, производить внезапные падения и странные кувырки, словно эти
противоестественные действия совершались без участия ее воли. Вдруг тишину
прорезал страшный, отчаянный крик боли - лань подскочила в нелепом высоком
прыжке, ударилась всем корпусом о землю и забилась в диком припадке.
Конечности мелькали с такой быстротой, которая не могла быть обеспечена
обычной мускульной работой, затем передние хрустнули и сломались...
Обезумевшее животное принялось рвать и грызть собственное тело, а в ее
глаза невозможно было глядеть без содрогания. К этому моменту прошло всего
двенадцать минут, и Эльза не раз порывалась бросить все и не досматривать
растянутую во времени агонию. С трудом она дотерпела до конца. Он был
воистину ужасным: лань принялась судорожно дергаться, стремясь разорвать
путы, которые только резали еще живое тело. Рывки же продолжались и
продолжались, а закончился этот кошмар лужей крови и частями истерзанной
плоти. Последний кадр, запечатлевший оторванную голову, казалось, все еще
издававшую нескончаемый крик, был просто садистским, хотя никто его,
разумеется, специально не делал...
Командор, разыскавший дочь после окончания сеанса в столовой, первым
долгом отобрал у нее бутылку коньяка, после чего погнал заниматься делом. В
его присутствии Эльзе пришлось еще раз проверить собранное в дорогу
снаряжение, провести полную ревизию оборудования, два раза рассказать
наизусть предполагаемый маршрут и заработать многочисленные наставления.
Работа помогла ей прийти в норму, хотя тягостное впечатление еще долго не
проходило. Наверное, именно оно и помешало Эльзе проявить принципиальность
и тщательно проверить то, в надежности чего отец не сомневался, ибо
конструкцию "колес" разрабатывал лично. Вся эта хитрая механика выглядела
очень красиво, однако немедленно развалилась, едва Серж попытался с помощью
прочного троса перетащить вездеход, когда в этом возникла необходимость.
Эльза с удовольствием отвлеклась бы от этих неприятных воспоминаний,
но оказалось, что последнее замечание рыцаря, касавшееся злополучного
фильма, не понравилось Станиславу, ибо напрямую задевало его отца как
главного режиссера. Он хорошо понимал всю малочисленность аргументов в свою
пользу, поэтому ограничился лишь самым бесспорным. Заснятую сцену видели
все сотрудники Станции, и она потрясла их настолько, что установила в
сознании надежный барьер любой беспечности - как результат этого, за все
время службы никто из людей не сгинул в "мертвых зонах". Эльза еле
сдержалась, чтобы не упомянуть о катастрофе на третьем "цветке" и проверить
реакцию Инфантьева, но промолчала, потому что как раз там и погибла Нина
Ладвина, мать Станислава.
К счастью, Серж тоже промолчал, явно не желая бередить старые раны, и
все с удвоенной энергией принялись готовить ужин. Походные пищевые
синтезаторы имелись в каждой машине, так что оставалось только использовать
карты-меню вместе с энергометрами. Инфантьев, любивший овощные салаты,
заполнил огромное блюдо разноцветной смесью из соленых и свежих огурцов,
помидоров, лука, чеснока, разных пряных трав и большого количества тертого
сыра. Станислав, объединившись с Сержем, наделал невероятное число
бутербродов с ветчиной, затем мужчины одновременно, но с разных сторон
подступили к начальнице экспедиции, чтобы поинтересоваться, как насчет...
Возражения не последовало, и на столе появился кувшин с марочным
виноградным вином. Что же касается самой начальницы, то, перебившись в обед
пирожками, которые она таскала из синтезатора чаще других, ей захотелось
сладких фруктов, из обилия которых были выбраны финики и бананы. Немного
поколебавшись, Эльза не выдержала и добавила на свою тарелку здоровенную
куриную котлету.
Выбравшись из вездехода последней, она обратила внимание на то, что
мужчины уселись рядышком, и намеренно расположилась против них с другой
стороны стола. При этом из-под Станислава была безжалостно вытащена сама
большая и удобная подушка, несмотря на его многочисленные протесты.
Утвердив, таким образом, свой авторитет, Эльза лично наполнила вином
стаканы и, бросив проверяющий взгляд в сторону комаров, провозгласила тост,
с ними же непосредственно связанный и желавший, чтобы это мерзкое зверье
никого и никогда не кусало. "Кроме наших обидчиков", - уточнил Станислав,
которому никак не удавалось хорошо устроиться на маленькой думочке. На него
строго зыркнули, но замечание делать не стали.
Стаканы были объемистые, граммов на триста, аппетит разыгрался не на
шутку, и Эльза моментально расправилась со своей котлетой и большей частью
сладостей. Парни заправлялись основательно и не спеша, как и полагается
здоровым и крепким мужикам. Утоляя первый голод, они ни на что не обращали
внимания, и мисс фон Хетцен воспользовалась этим, чтобы украдкой заглянуть
в зеркальце. Помня последний конфуз, она теперь обращала особое внимание на
свою внешность.
На сей раз был полный порядок, требовалось лишь промокнуть платочком
уголки рта. Сделав это быстрыми элегантными движениями, Эльза столь же
быстро на секундочку вытянула руку вперед, чтобы, вместив себя до пояса в
зеркальную рамочку, окончательно все проверить и оценить. Волноваться не
стоило: бюстгальтер стабильно держал высокую линию груди, на лице не было
косметики, а девчоночья прическа "конский хвост" ее здорово молодила.
Успокоившись, довольная разведчица плеснула на донышко стакана еще вина,
заложила за щеку финик и принялась незаметно разглядывать своих спутников.
Между Инфантьевым и Ладвиным-младшим имелось некоторое внешнее
сходство. Оба примерно одного роста, чуть выше шести футов; темно-русые
волосы (более темные у Кирилла) они аккуратно зачесывали назад. Зрачки их
глаз были черны до блеска, и уж совершенно одинаковыми казались прямые
линии носа и красивые изгибы крупных чувственных губ. Станислав носил
маленькие рыжеватые усы, а Кирилл всегда был отлично выбрит, однако
портретный контраст возникал из-за откровенной разницы
...Закладка в соц.сетях
