Жанр: Научная фантастика
Черновик. (Альтернатива)
... и повела от башни к морю. Котя остался. И не только Котя.
Политик и юморист тоже за нами не последовали. Так они, выходит, обычные люди?
- Они всего лишь люди, - негромко сказала Наталья. - Ни к чему им слышать...
детали. Ты меня второй раз удивляешь, Кирилл.
- Первый раз - когда пришел с ножом?
- Да. Совершенно не соответствовало твоему характеру. А сейчас ты удивительно
быстро освоился. Хорошо, я тебя недооценила. Давай определимся раз и навсегда, Кирилл.
Между нами - мир?
- А если нет? - спросил я.
Наталья дернула плечиками.
- Тут твоя территория. Ты меня можешь в бараний рог согнуть. Но потом...
Я кивнул:
- Понятно. Придет функционал-полицейский. Наталья, один вопрос. Почему именно я
стал таможенником? Эта какая-то врожденная особенность?
- Нет, - неохотно сказала Наталья. - Кажется, нет. Механизмов я не знаю, да и знать
не хочу.
- Ты же "акушерка".
- И что? Мне сообщают, что кто-то станет функционалом. Я наблюдаю за ним. Обычно
человек стирается из реальности легко и быстро. В его квартире появляется кто-то другой, его
рабочее место тоже занимают. Но иногда все сложнее. Твоя квартира изменилась, но вместо
тебя никто не возник. На твоей работе образовалась вакансия.
Я вспомнил, с какой готовностью шеф предложил мне устроиться на работу в "Бит и
байт" и неохотно кивнул.
- Забывали тебя медленно, - продолжала Наталья. - Пришлось подменить тебя. Занять
твое место и надавить как следует. А что делать? Ты как-то ухитрялся цепляться за
окружающий мир...
- Или мир за меня? - пробормотал я. - Понятно.
- Вся моя вина в том, - сказала Наталья, - что я тебя немного подтолкнула. Ускорила
твое превращение в функционала. Этой симуляцией... чтобы ты сам расхотел быть собой.
Любой другой функционал на моем месте поступил бы так же. Ну?
Она склонила голову на бок, заглянула мне в лицо. В уголках глаз опять возникли
лучистые морщинки.
А ведь она вовсе не молода, понял я. Функционалы, наверное, вообще не стареют,
консервируются в своем человеческом возрасте. Но Наталья стала функционалом вовсе не в
двадцать с небольшим...
- Ты добрая женщина, - сказал я.
- Что поделать. Ты меня немного достал, Кирилл. Целые сутки держался, - фальшивая
благожелательность стала понемногу исчезать из ее глаз. Но ее место, слава Богу, занимало
равнодушие. Наталья все-таки пришла к выводу, что я не опасен.
- Ну зачем было меня так пугать? Рассказала бы сразу...
- И этим бы все испортила, - Наталья, фыркнула. - Не учи функционала исполнять его
функцию.
- Поговорка?
- Вроде того. Мир?
- Мир, - я ухмыльнулся и пожал ей руку. - А все-таки ты из меня жилы потянула...
- Зато какая плата, - Наталья кивнула на шипящую полоску прибоя, подкатившуюся к
самым ногам. - Слушай дальше. Эти, - она глянула на политика с юмористом, - не
функционалы. Они могут пользоваться нашими способностями. Ходить из мира в мир. Красиво
стричься и вкусно кушать. Лечиться и учиться. Но особо с ними не откровенничай. Ты -
функционал при своей функции. Они - производные. Дери с них пошлину, когда они идут
через таможню. Будь вежлив, но строг. А вот функционалов у таможенников принято
пропускать без лишних церемоний... если не совершается что-то совсем противозаконное.
- Вроде провоза запретных товаров?
Наталья кивнула:
- Именно. Ну все, идем...
- Подожди! Еще пара вопросов.
- Да? - Наталья выжидающе посмотрела на меня.
- Откуда люди узнают про функционалов? Кто получает право пользоваться нашими...
функциями?
- Кирилл, тебе деньги нужны? - Наталья прищурилась. - Вещи... посложнее
табуретки и кастрюли? Безопасность?
- Нужны, - признал я и покосился на двух членов инспекции. - А еще юмор, да?
- Не все в мире меряется деньгами! Ты же открылся своему другу?
Отповедь была столь сурова и неожиданна, что я не нашелся, что ответить. Наталья
победно улыбнулась.
- Тогда последний вопрос. Кто у нас главный?
- Ты все еще живешь в каком-то уродливом мире, - Наталья покачала головой. -
Мире, где важны деньги, власть, положение в обществе; в мире жадных детей... Расслабься! Ты
вышел за эти рамки. Главных нет. Мы все равны. Честно исполняй свою функцию - и у тебя
все будет хорошо.
Развернувшись, Наталья двинулась к башне. Остановилась. Обернулась, посмотрела на
меня:
- Пойдем. Я за то, чтобы признать твое вступление в функцию состоявшимся. А твой
друг... что ж, нам могут пригодиться сметливые журналисты.
Они провели в башне еще с полчаса. После того как Наталья объявила, что довольна
мной, обстановка стремительно потеплела. Мы все-таки ушли с пляжа, поднялись на кухню. Но
перед этим политик выглянул из дверей, подозвал кого-то из охраны и ему принесли бутылку
шампанского. Настоящего, французского, конечно же брют, в меру охлажденного, но не
ледяного "из морозильничка... гляди, гляди, льдинки плавают, хорошо у нас морозит, правда?"
Впрочем, сладкое "Советское шампанское", надутое углекислым газом дешевое купажное
вино, иначе чем ледяным, раз в год "под куранты" и невозможно пить.
Я нашел более-менее приличные фужеры из того набора посуды, что возник вместе с
третьим этажом. Юморист сообщил, что "бытие на Руси есть питие" и мы выпили по глотку
шампанского.
Потом я получил визитки от Димы и Жени. Наталья, конечно же, никаких координат мне
не оставила. Но пообещала, что мы периодически будем видеться. И посоветовала купить
десяток-другой визитниц, поскольку за ближайший месяц у меня перебывает несколько сот
известных людей.
Уже когда я провожал "комиссию", юморист окончательно меня добил - картинно
хлопнул себя по залысине, закричал: "Голова моя седая, голова моя седовая!", бросился к
машине, долго рылся в багажнике, вернулся со слегка помятой книжкой своей юмористической
прозы - и очень долго писал автограф. Наталья даже не стала дожидаться - помахала мне
рукой и двинулась пешочком в сторону метро. Небось торопилась на Черкизовский,
китайскими штиблетами торговать... Зато политик вежливо дождался окончания эпистолярного
действа, красноречивой гримасой дав мне понять, что это неизбежно.
Только когда разъехались последние машины, в которые втянулись скучавшие вокруг
башни охранники (интересно, что они думали о причудах начальства?) я закрыл дверь и
вопросительно посмотрел на Котю.
- Ничего так, - сказал Котя. Он был очень серьезен. - Ты молодец. Хорошо тупил.
Особенно вначале: "Рад видеть в добром здравии".
- Это же я прокололся... - начал я. Осекся.
- Наоборот! - возмутился Котя. - Неужели ты и впрямь мог думать, что Наталья
мертва? Если бы ты при ее виде испугался или растерялся - вот это было бы подозрительно...
Нет, все хорошо. Ты себя вел как надо.
- А ты хорош! - не выдержал я. - Журналист-сенсационник!
- Хорошо звучит, - Котя гордо выпятил грудь. - Я не собираюсь всю жизнь писать
истории "Как нелюбимая теща стала любимой женой". Вот напорюсь на сенсацию...
Он осекся, а я кивнул:
- Именно. Ты уже наткнулся. Где же твои сенсационные статьи? У меня фотки есть,
можешь использовать.
Котя вздохнул, потер лоб. Сказал:
- И пива больше не хочется... Ты мне скажи, у нас что, вся власть - функционалы?
Я покачал головой:
- Он не функционал. Думаешь почему меня Наталья увела в сторону? Некоторые люди в
курсе и пользуются нашими услугами. Не обязательно политики...
Котю передернуло:
- Да уж! Еще юмористы.
- Он старается... - дипломатично сказал я, пряча за спину руку с книжкой. Ругать
человека, только что получив от него автограф, было неудобно.
- Знаешь, какое у меня сложилось ощущение? - оживился Котя. - Эта твоя Наталья -
она тоже мелкая сошка.
- Тоже?
- Слишком уж важничает, - не обращая внимания на вопрос, продолжал Котя. - Щеки
надувает...
Его размышления прервал стук в дверь - со стороны Кимгима.
- Ты начинаешь пользоваться популярностью, - оживился Котя. - Серьезно, подумай
над табличкой на дверь, с часами работы...
Я прошел к двери. Котя уже привычно встал в центре, у лестницы (у меня закралось
неприятное подозрение, что эта точка привлекает его возможностью быстрого отхода по
маршруту "второй этаж - окно - Москва"). Хотя... если честно, на его месте, не обладая
моими способностями, я бы тоже подстраховался.
Дверь открылась, впуская клубы холодного воздуха.
А вместе с ними - молоденькую черноволосую девчонку с раскосыми глазами.
- Прошу прохода! - выкрикнула девушка за мгновение до того, как мой кулак ударил ее
в висок.
Я успел. Остановил руку.
Со стороны это выглядело так, будто я быстрым движением погладил девчонку по голове.
Сейчас на ней не было черного комбинезона. Юбка - чуть длинновата, но такие и у нас
носят. Сапожки. Что-то вроде короткой дубленки. Коричневая меховая беретка.
Девушка как девушка. В метро никто бы и внимания не обратил. Ни на одежду, ни на тип
внешности.
- Куда ты идешь? - спросил я.
- Куда... куда есть проход? - она посмотрела через плечо назад. То ли со мной не
хотела встречаться глазами... то ли ожидала, что кто-то появится следом.
- В Москву. И куда-то на берег моря, там нет людей.
- Море, - девушка вошла, отстранив меня. Захлопнула дверь и закрыла ее на засов.
Посмотрела на Котю, гордо вскинула голову. И наконец встретилась со мной глазами.
Она была напугана до полусмерти. До трех четвертей смерти, до девяти десятых. До того
момента, когда даже паника исчезает, а остается обреченное спокойствие.
- Пошлина! - сказал я. - У тебя на поясе - метательные ножи. Холодное оружие
длинной менее локтя оплачивается из расчета...
Одним движением девушка вывернула карман дубленки. Бросила на пол горсть монет,
похоже - серебряных.
Это не было попыткой оскорбить. Она просто спешила.
- Хватит, - кивнул я. Деньги не надо было считать. Я знал, что заплачено с избытком,
что более ничего облагаемого пошлинами у нее с собой нет. - Иди. Вон та дверь.
- Ты должен открыть, - сказала девушка. Облизнула губы. - Я спешу.
Я открыл дверь - интересно, у нее бы это не получилось? Картинным жестом указал на
пляж. Девушка скользнула мимо меня. И тут же стянула дубленку, оставшись в черном
свитерке.
- Подожди! - позвал я. - Скажи, зачем вы напали на гостиницу?
Прыгая на одной ноге девушка стягивала сапог.
- Нам был нужен мастер.
- Какой?
- Любой, - вслед за сапогами на песок полетели шерстяные носки. Это уже слегка
напоминало стриптиз.
- Зачем? - не унимался я.
Девушка вынула из ножен метательный кинжал. Подтянула вверх юбку и стала быстрыми
движениями подрезать ее на уровне колен.
- Была одна идейка... - туманно ответила она. И вдруг, повернувшись ко мне, с
искренней ненавистью воскликнула: - Как же я вас всех ненавижу!
- И просишь у меня помощи?
- Не помощи! Прохода.
Секунду она держала нож в руке, будто размышляла, не метнуть ли в меня. Но разум
одержал верх. Нож вернулся в ножны, девушка отвернулась, сделала шаг-другой босыми
ногами, словно разминаясь. И побежала - легко и красиво, по направлению к берегу, к
зеленым кущам вдалеке. Хорошо побежала, я бы не догнал... во всяком случае, в бытность
свою менеджером.
- Куда она так спешит? - задумчиво произнес Котя.
- Не куда, а откуда, - поправил я. - Мне кажется...
Мне не казалось. В дверь из Кимгима постучали. Деликатно, но настойчиво.
- Может, не стоит? - Котя кивнул на дверь. - Ты мог отойти... в магазин, телевизор
купить...
Я покачал головой. Котя не понимал - я не мог не открыть. Если я действительно
находился в башне, то притвориться отсутствующим было выше моих сил. Все равно, что
пытаться сдержать чих.
Все, что я смог себе позволить - это подойти к двери очень неспешно, открыть ее
неторопливо и не сразу впустить человека, который стоял на пороге.
Мужчина лет тридцати. Высокий. Обычного телосложения. Разве что физиономия
нестандартное - бывают такие люди, у которых форма лица не овальная, не круглая, а какая-то
ромбовидная, словно из конструктора "Лего" человека строили. Очень легко одет, словно
прохладным летним вечером вышел погулять - курточка-ветровочка, какая-то
легкомысленная беретка на голове.
- Привет! - мужчина крепко пожал мне руку. - Ты Кирилл, знаю. Феликс о тебе много
хорошего рассказывал. Я - Цайес.
Я еще раз подумал, что жителям Кимгима не везет с фонетикой. А судя по грустному
вздоху Коти - мы с Цайесом говорили вовсе не на русском языке.
- Но ты меня зови просто - Цай, - доброжелательно продолжил он. - Я знаю, наши
имена для вас странно звучат.
- Кирилл, - ненужно представился я. И невольно заражаясь его манерой добавил: -
Можно Кир.
- Твой друг? - Цайес кивнул на Котю, приветливо махнул рукой. - Замечательно...
Куда убежала девушка?
- Туда.
- Пошел я... - Цайес вздохнул и уверенно двинулся к нужной двери. Рубчатые
подошвы ботинок оставляли на полу комья талого снега. - Если не затруднит, брат, не уходи
никуда с полчаса. Я быстро.
Он открыл дверь без всяких проблем. Вышел, огляделся. Пнул ногой сброшенную
девушкой куртку. И побежал по ее следам - вначале неторопливо, но с каждым движением все
более и более ускоряясь. При этом в его движениях не было той мрачной механической
монотонности, с которой устремляются в погоню терминаторы или вампиры в голливудских
фильмах. Нет, он бежал раскованно, свободно, временами без всякой причины подпрыгивая -
не то стараясь высмотреть жертву, не то просто радуясь бегу, песку, морю, солнцу.
И вот это было куда страшнее киношных монстров.
- Это функционал-полицейский, - сказал я.
- Я понял, - тихо ответил Котя. - Может зря ты его пропустил?
- Она ведь пыталась тебя убить.
- Все равно. У нее ни одного шанса нет...
- У меня тоже. Если бы я его не пропустил, он бы сам прошел.
- Ты же на своей территории! - напомнил Котя. - При функции, так сказать!
Может быть он и был прав. Может быть я смог бы выстоять против дружелюбного
полицейского. Под ним ломался бы паркет... пардон - "массивная доска", на голову падали
бы всякие стропила и балясины. Функционалу дома воистину стены помогают. Оторванные
руки-ноги немедленно прирастали бы ко мне обратно. Я был бы быстр, неутомим и дьявольски
силен. И в итоге победил бы полицейского.
Зачем?
- Зачем? - спросил я. - Зачем мне его останавливать? Он преследует бандита!
- Даму!
- Бандитку!
Я посмотрел на друга и честно сказал:
- Котя, мне он не понравился. Если честно - я испугался.
И Котя сразу поник и перестал наседать. Снял очки, стал протирать уголком несвежего
носового платка. Неохотно сказал:
- Я тоже. И подруга эта мне несимпатична. Только напускать на нее полицейского - все
равно что овчарку на болонку натравить.
Я развел руками:
- Котя, а чем эта болонка думала, когда начинала гавкать? Пошли допивать пиво.
- Ты способен пить пиво, когда где-то убивают женщину? - ахнул Котя.
- А ты способен?
Котя подумал и грустно признал:
- Способен. В мире все время кого-нибудь где-нибудь убивают. Не умирать же от
жажды.
Глава 13
Есть вещи, которыми совершенно невозможно заниматься, если напряженно чего-то
ждешь. Нет-нет, секс к их числу вовсе не относится!
Но представьте себе, что ваша любимая девушка задержалась допоздна. У нее нет с собой
телефона. Ваш район пользуется заслуженной дурной славой, но вы не знаете, откуда приедет
любимая и не можете даже встретить ее у остановки. Вам остается только сидеть дома и
ждать...
Можно снизить драматизм ситуации. Представьте, что прохудившаяся батарея медленно,
но верно затапливает вашу квартиру кипятком. А вызванная аварийная бригада все никак не
доедет к вам...
Так вот, скажите, вы сможете в такой ситуации: читать увлекательный детектив, пить
пиво или смотреть веселую комедию? Нет, конечно же. Есть масса других способов, которыми
вы сможете убить время - клеить пластиковую модель танка Т?34, общаться на форуме в
интернете, раскладывать пасьянс. В общем, все то, что занимает пальцы рук, но не требует даже
минимальной работы мозга.
- Не пьется, - мрачно сказал Котя, отставляя бутылку.
Мне тоже не пилось. К тому же пиво нагрелось, орешки и чипсы набили оскомину,
чудесный морской пейзаж больше не радовал. Организм явно был не в восторге от таких
прыжков из зимы в лето.
- Ай-цвай-полицай, - Котя все поглядывал вслед ушедшему по Цайесу. - Кирилл, а я
ведь начал отличать функционалов от обычных людей.
- Как? - заинтересовался я. - Ауру видишь?
- Какую еще ауру? Чушь это, сказки... Смотрю на человека - и знаю, что он
функционал. Кстати, баба мне тоже показалась... подозрительной на этот счет.
Я не стал спорить. Ну как спорить с человеком, который не может ничего объяснить, а
говорит "знаю"?
Некоторое время мы валялись на песке, загорая и отогреваясь. Московская осенняя
сырость, успевшая уже оккупировать организм, неохотно испарялась. Я вспомнил чьи-то
рассуждения, что если бы Петр Первый перенес столицу России не к Балтийскому морю, а к
Черному - жизнь в России потекла бы совершенно другим путем. Вздохнул и мысленно
согласился. Ну чем Петра привлек холодный сырой Питер? Впрочем... Может быть, в его
время на месте Питера стояла какая-нибудь башенка... и самодержец мог преспокойно
отправиться к теплым морям?
Да нет, чушь какая... Как тайну не храни, а должны быть какие-то предельные сроки на
секретность. Со времен Петра информация бы расползлась...
- Полицай бежит, - сказал Котя.
Я сел, приставил к глазам ладонь козырьком, закрываясь от солнца. Почувствовал, что
уже слегка перегрелся. Пора в Москву... Полицай действительно бежал обратно - все тем же
свободным, красивым бегом - в человеческом мире так умеют разве что какие-нибудь масаи и
эфиопы.
Он был один.
- Убил, - тихо и с нескрываемой неприязнью сказал Котя. - Свернул девчонке шею и
бросил в джунглях умирать.
Почему "свернул шею и бросил в джунглях умирать"? Вряд ли и сам Котя это знал. Но
благодаря своей нелепости образ сразу ожил. Я представил, как Цай догоняет девчонку - та
старается бежать быстрее, вязнет в песке, цепляется за лианы, в ужасе оглядывается, кричит,
наконец спотыкается - и падает лицом в грязную лужу... Цай прижимает ей коленом спину,
резко дергает за волосы, ломая шейные позвонки, вытаскивает из грязи и бросает умирать -
еще живую, но парализованную, неспособную ни пошевелить руками-ногами, ни даже
закричать. Глупая девчонка, посягнувшая на власть злых функционалов, лежит под пальмами и
смотрит в высокое небо. По ее лицу бежит маленький крабик, подбирается к глазам, поводит
ниточками-усиками и поднимает маленькую, острую, похожую на маникюрные ножницы
клешню...
- Тьфу, дурак, - прошептал я. - Тебе надо криминальную хронику писать, а не порно!
- Я пишу иногда, - грустно ответил Котя.
Цай был уже рядом. Помахал рукой, перешел на шаг. Он не запыхался, не вспотел, и
никак не выглядел человеком, только что преодолевшим десяток километров. Но вот лицо у
него было... раздосадованное.
- Сорок пять минут ждем, - поглядев на часы, сказал я.
- Думал, быстрее обернусь, - без смущения признал Цай. Сел рядом с нами, взял
бутылку пива, прижал к губам. Заходил под кожей кадык. Он высосал бутылку в один прием,
шумно вытер пену со рта, улыбнулся. - Провела меня, зараза!
- Что вы говорите? - радостно воскликнул Котя. По лицу его расплылась улыбка.
- Бегает хорошо, - объяснил Цай. - Я ее увидел. Но понял, что догоню слишком
поздно.
У меня будто что-то щелкнуло в башке.
- Там, где лишитесь способностей?
- Ну да, - горько признал Цай. - До твоей башни от моего участка - пять с половиной
километров. Девчонку я догнал бы в десяти километрах отсюда. Там я превратился бы в
обычного человека. А она - тренировалась, училась убивать. Ее навыки не пропадут.
- То, что миры разные- не важно? - спросил я.
- Не важно. Расстояния до точки перехода складываются.
- Как же она тебя обогнала? - с наигранным сочувствием спросил Котя. Так фальшиво,
что я испугался, не получил бы он затрещину от полицая. - Ай-яй-яй... простая девушка...
- Простая? - Цай засмеялся. - Она такой же функционал, как я или твой друг. Вот
только она предала свою функцию.
Видя наше непонимание, Цай пояснил:
- Бросила свою функцию и ушла! Ладно, никто ее не неволит. Но теперь мутит воду.
Организует группы сопротивления. Подымает людей на борьбу против нас. Ну не глупо ли?
- А кто она была? И откуда? - заинтересовался Котя.
Ох, чует мое сердце, слишком уж заинтересовался! Видимо, вчерашняя девица потеряла в
его глазах всякую привлекательность, едва выяснилось, что она завела нас в ловушку. А свято
место пусто не бывает...
- Не наша и не ваша, - туманно ответил Цай. - Была врачом, дуреха... Мне пора,
друзья. Встретимся завтра, у Феликса!
Он хлопнул меня по плечу, Коте неопределенно махнул рукой и двинулся в башню. Я
растерянно окликнул его:
- Цай! Она вернется к башне?
Цай остановился и пожал плечами:
- Возможно. А что?
- Мне ее задержать?
Невинный вопрос явно озадачил полицейского.
- Можешь, да. Зачем?
- Она ведь наш враг.
- Да... - казалось, Цай вот-вот впадет в ступор. Будто английский джентльмен, чей
верный старый дворецкий во время торжественного приема вдруг уселся за обеденный стол,
взгромоздил на стол ноги и закурил вонючую сигару... - Но ты же не полицейский! Зачем
тебе ее задерживать?
- Она напала на меня, - напомнил я.
Цай просиял.
- Тогда - задержи. Если хочешь. Или убей.
Когда он скрылся в башне, Котя задумчиво произнес:
- Нет, ну ты погляди, как у них все просто... Задержи или убей!
- У нас, - мрачно сказал я.
- У вас, - согласился Котя. - Ага. Слушай, Кирилл, ты можешь мне денег одолжить?
Тысяч пять?
Я чуть было ни спросил, откуда у меня деньги. Но вовремя вспомнил про "подъемные".
Достал пачку, отсчитал пять бумажек. Поинтересовался:
- Хватит?
- Ага, - Котя как-то очень напряженно и неловко взял деньги. - Я через полчаса
вернусь. Подожди.
- Вы с Цаем сговорились? - спросил я, ничего не понимая. Но Котя уже решительно
шагал к башне.
Интересно, зачем ему так спешно понадобилось без малого двести баксов? Купить бутыль
какого-нибудь навороченного французского коньяка? Не в Котиных привычках. Еще десять
ящиков пива? Тоже сомнительно.
Перебравшись в тень от башни (песок был прохладный и чуточку влажный, но это
оказалось даже приятно), я улегся поудобнее. Имеет право бедный задерганный функционал,
которому предстоит невесть сколько лет работать на таможне, отдохнуть на пляже? Имеет. И
даже чуточку вздремнуть...
- Вставай, таможня!
Я открыл глаза. Посмотрел на Котю. Рывком сел. И спросил:
- Ты чего? В Паганэля решил поиграть?
Выглядел Котя убийственно! На нем были коричневые дырчатые сандалеты на босу ногу,
зеленые мешковатые шорты, уже сейчас тянущаяся по вороту оранжевая футболка. На голове
- что-то вроде лимонно-желтой панамки для детсадовца-переростка. Через плечо -
спортивная сумка из кожзаменителя, белая с синим.
- А что? - воинственно спросил Котя.
- Ты выглядишь как пачка с фломастерами, - пробормотал я. - Китайскими
фломастерами. Ты чего? Ты куда?
Котя вздохнул. Вложил мне в руку какие-то бумажки.
- Возьми... сдача... Остальное отдам... потом.
Я посмотрел - там было несколько мятых десяток.
- Не могу я дома сидеть, Кирилл, - сказал Котя. - Ну как дома сидеть, когда такое
творится? И здесь не могу. Кто я по сравнению с вами? Ну, кто?
- Кто? - пробормотал я.
- Да никто! - горько ответил Котя. - Что я буду при тебе сидеть, будто домашний
зверек? Лучше пойду я... посмотрю, что это за мир.
- Ага, - сообразил я, едва взгляд Коти обратился к лесу. - Ну... иди. Что ж плохого.
Не заблудишься?
- Я купил компас, - Котя продемонстрировал мне настоящий туристический компас. -
Тут спортивный магазин, я как от метро шел - приметил. Еще топорик, спички туристические,
тушенку, сахар... Лопатку туристическую.
- Зачем?
- Говорят, полезная вещь в походе.
Я посмотрел в его храбрые глаза, стеснительно спрятавшиеся за линзами очков и
вздохнул:
- Почему рюкзак не взял?
- Дорого, - неубедительно соврал Котя.
- Да не ври! Рублей триста-четыреста, если плохой. Не дороже этой сумки.
- Не умею я рюкзаки носить...
- Рюкзак - не акваланг, Котя.
- У меня с рюкзаком вид как у идиота.
- Это ты с сумкой будешь идиотом, - продолжал я битву. Честно говоря, турист из меня
был немногим лучше Коти, но все-таки...
- Никаких рюкзаков, - уперся Котя. - Я плечи натру, буду за каждую ветку
цепляться...
- Хрен с тобой, - сдался я. - Лекарства?
- Бинты, йод, анальгин. И левомицетин. Лучшая вещь от поноса.
- Котелок взял? Крупу?
- Да зачем мне котелок, что я, буду кашу варить? Я ее ненавижу. Тушенка, сгущенка,
сахар.
Я молча потянул к себе его сумку. Котя не дал, отдернул.
Но оказалось, что мне и ненужно заглядывать в сумку. Все-таки я был таможенник.
- Еще сухарики ржаные, диетические "Елизавета", - сказал я с сарказмом. - Через
полчаса их консервными банками в труху сотрет. И свежий номер "Спорт-экспресса". Ты бы
лучше рулон туалетной бумаги взял! Детский крем от опрелостей... да, полагаю, ноги ты себе
быстро собьешь. А зачем тебе в джунглях упаковка презервативов?
Котя покраснел как рак. Но ответил твердо:
- Я читал, что их выдают всем американским коммандос. Потому что очень полезная
вещь в любых жизненных обстоятельствах.
- Тьфу на тебя, - только и сказал я. - Подожди тут!
Конечно, у меня не было рюкзака и котелка. Но я нашел вполне туалетную бумагу,
приличную кастрюльку и немного продуктов взамен обреченных сухариков. Еще в пользу
влюбленного туриста был пожертвован хороший нож (я понимаю, топорик в походе - это
хорошо, но как без ножа?) и мое собственное одеяло. Я туго свернул его в рулон и перевязал
найденной на кухне веревкой так, чтобы одеяло можно было нести за спиной, вместо рюкзака.
- Спасибо, - слегка виновато сказал Котя, принимая снаряжение.
- Ты бы хоть сказал мне, что собираешься делать!
Котя пожал плечами:
- Пойду к лесу. Прогуляюсь вдоль берега.
- Ну слава Богу, ты хоть в джунгли не собираешься...
- Это посмотрим, - храбро сказал Котя. - Да с чего мы взяли, что это джунгли?
Может, березовый лесок? Из зверей - только зайцы?
- Ага, - я посмотрел на густую темную зелень на горизонте. - Березки... зайцы...
Да-
...Закладка в соц.сетях
