Жанр: Научная фантастика
Стрела времени
...Может быть, это и впрямь он? Да, Крис был уверен в этом: темные волосы, большой,
сильный, одетый в полотняную рубашку. Крис застонал. На берегу послышались крики
солдат, и он дернулся взглянуть, далеко ли они от него. Когда же он вновь
повернулся к реке, тело уже унесло течением.
Крис вытянулся на земле среди кустов и попытался сообразить, что же ему
следует делать дальше.
Когда Кейт пришла в себя, оказалось, что она лежит на спине и ее несет вниз
по течению. Вокруг нее с плеском рушились в воду обломки досок, и это напоминало
артиллерийский обстрел из кинофильма. Шея так болела, что Кейт с трудом могла
дышать, причем каждый вдох пронизывал все ее тело, как электрический разряд. В
первые секунды она не могла пошевелиться и испугалась, что ее парализовало, но
вскоре почувствовала, что может двигать пальцами рук и ног. Боль начала уходить
из конечностей, сосредоточившись в шее. Но она уже могла дышать несколько
свободнее; могла двигать руками и ногами. Она попробовала: да, действительно,
конечности шевелились.
Значит, она не была парализована. Может быть, сломана шея? Она попробовала
чуть-чуть повернуть голову налево, потом направо. Это оказалось чертовски
больно, но тем не менее получилось. Ее все так же несло по течению. Что-то
густое и непрозрачное стекло ей в глаз. Она вытерла его и увидела кровь на
кончиках пальцев Это, наверно, откуда-нибудь с головы. Ее лоб горел Она
прикоснулась ко лбу ладонью, а когда отняла ее, ладонь оказалась ярко-красной от
крови.
Она все так же плыла по течению на спине. Боль все еще оставалась настолько
сильной, что девушка не решалась перевернуться и начать работать руками и
ногами. "Интересно, почему солдаты не замечают меня?" - спросила она себя.
Но как раз в этот момент с берега послышались крики, и Кейт поняла, что ее
все-таки заметили.
Крис выглянул из кустов как раз вовремя, чтобы увидеть плывущую на спине по
течению Кейт. Она была ранена: вся левая сторона ее лица была в крови, текущей
откуда-то из-под волос. И она, похоже, не двигалась, словно ее парализовало.
На мгновение их глаза встретились. Девушка слабо улыбнулась. Крис знал,
что, если он сейчас обнаружит себя, его тут же схватят, но не колебался ни
секунды. Теперь, когда Марек пропал, ему уже нечего было терять. Зато они с Кейт
могли бы остаться вместе до конца. Он с шумом бросился в воду, помогая себе
руками, побежал к ней, и только тут понял свою ошибку.
Он находился в пределах выстрела лучников, которые все еще оставались на
башне моста, и они сразу же принялись обстреливать его; стрелы то и дело
свистели рядом с ним и шлепались в воду.
Почти сразу же с ближнего берега, занятого солдатами Арно, в воду прямо на
коне въехал рыцарь в полном вооружении. На голове рыцаря был шлем, закрывавший
лицо, и он, очевидно, ничего не боялся, поскольку направлял лошадь так, чтобы
заслонить плывущих от стрел своим телом. Он заехал очень глубоко, его лошадь
даже попыталась было плыть, самому ему вода доходила до пояса, когда он
дотянулся до Кейт и, словно мешок, положил ее поперек седла. Криса он взял за
руку, скомандовал:
- Allons! "Allons - вперед (фр.)" - и повернул обратно к берегу.
Кейт соскользнула с седла наземь. Рыцарь неразборчиво прокричал приказ, на
который бегом примчался человек, державший в руке флаг с диагональными красными
и белыми полосами. Он осмотрел рану Кейт, промыл ее, остановил кровотечение,
после чего перевязал ей голову чистым полотном.
Рыцарь тем временем слез с коня, отвязал и снял шлем. Это был высокий
человек мощного сложения, с необыкновенно красивым и запоминающимся лицом,
темными волнистыми волосами, темными глазами, полным чувственным ртом и
искорками в глазах, по которым можно было предположить, что рыцарь любит
развлечься, не чураясь при этом и самых дурацких забав. Кожа у него была
смуглая, и он всем своим обликом походил на испанца.
После того как Кейт перевязали, рыцарь улыбнулся, продемонстрировав
ослепительно белые зубы.
- Я почту за великую честь, если вы соизволите составить мне компанию.
Он провел их обратно в монастырь - в церковь. Возле боковой двери церкви
стояла группа солдат, а чуть поодаль еще одна, верхами. Конники несли зеленое с
черным знамя Арно де Серволя.
Когда они подходили к церкви, все солдаты, стоявшие неподалеку, кланялись
рыцарю; каждый повторял; "Мой лорд... мой лорд..."
Крис подтолкнул Кейт:
- Это он.
- Кто?
- Арно.
- Этот рыцарь? Ты шутишь.
- А ты только взгляни, как ведут себя солдаты.
- Арно спас нам жизнь, - сказала Кейт.
Крис понимал иронию происходящего. В дошедших до двадцатого века хрониках
сэр Оливер изображался чуть ли не святым воителем за веру, тогда как Серволь
однозначно изображался как полностью отрицательная фигура, "один из величайших
злодеев своего времени", по словам некоего историка. Но, судя по всему
происходящему, характеристики совершенно не соответствовали истине. Презренным
злодеем и мошенником был как раз Оливер, а Серволь являл собой образец
рыцарского поведения. К тому же теперь они были обязаны ему жизнями.
- Что с Андре? - спросила Кейт.
Крис мелко потряс головой.
- Ты уверен?
- Я так думаю. Мне кажется, что я видел, как его несла река.
Кейт промолчала.
Позади церкви Пресвятой Девы выстроилось несколько длинных людских цепочек.
Люди стояли, держа руки за спиной, дожидаясь, пока их введут внутрь.
Главным образом здесь были солдаты Оливера в своих малиново-серых цветах, и
несколько крестьян в грубой одежде. Крис прикинул, что здесь должно быть человек
сорок или пятьдесят. Когда археологи, предводительствуемые рыцарем, шли мимо,
эти люди проводили их угрюмыми взглядами. Некоторые из них были ранены, и все
они казались очень утомленными.
Один из малиновых солдат с ехидным видом громко сказал другому:
- Вон идет незаконнорожденный лорд Нарбонны. Его дела слишком грязны даже
для Арно.
Крис все еще пытался понять смысл этих слов, а красивый рыцарь уже резко
обернулся.
- Это ты сказал? - громовым голосом крикнул он и, недолго думая, схватив
ратника за волосы, откинул его голову назад. В левой его руке непонятно откуда
появился кинжал, и он одним движением перерезал солдату горло. Кровь с
неприятным, каким-то чавкающим звуком хлынула на грудь убитого.
- Ты произнес последнее в жизни оскорбление, - уже спокойным голосом сказал
красивый рыцарь. Он стоял, улыбаясь убитому им человеку, глаза которого широко
раскрылись от запоздалого ужаса, и смотрел, как из того вытекала кровь Но убитый
все еще оставался на ногах. Крису показалось, что тот стоял целую вечность, хотя
на деле это не могло продолжаться дольше тридцати-сорока секунд. А красивый
рыцарь молча смотрел на свою жертву, и искренняя улыбка так и оставалась на его
лице.
В конце концов человек опустился на колени, склонив на грудь голову, словно
молился. Рыцарь спокойно подцепил подбородок солдата ногой и слегка пнул его,
так что тот упал на спину, и все так же, приветливо улыбаясь, наблюдал за
агонией, которая продолжалась еще около минуты. Наконец ратник умер.
Красивый рыцарь склонился над ним и обтер лезвие кинжала о шоссы лежавшего.
Потом, подумав секунду, вытер свой испачканный кровью башмак полой его накидки,
после чего кивнул Крису и Кейт.
И они вошли в церковь Пресвятой Девы монастыря Сен-Мер.
В церкви было темно от дыма. Ее первый этаж представлял собой просторный
пустой зал; здесь в течение уже двух веков не было никаких скамей или сидений.
Вошедшие стояли в глубине зала. Красивый рыцарь казался довольным, оттого что им
приходится ждать. Поодаль от них сбились в кучку несколько перешептывавшихся
солдат.
Посреди церкви молился, стоя на коленях, одинокий рыцарь.
Крис обернулся, чтобы взглянуть на других рыцарей. Они, как ему показалось,
о чем-то ожесточенно спорили между собой, но он ничего не слышал и не мог даже
представить себе, о чем шла речь.
Спустя несколько минут ожидания Крис вдруг почувствовал, как что-то капнуло
ему на плечо. Подняв глаза, он увидел прямо над собою повешенного, который
медленно вращался на веревке.
По его ногам стекала моча. Крис отступил подальше от стены и увидел, что с
галереи второго этажа свисают на веревках еще полдюжины тел со связанными за
спиной руками. Трое были одеты в красные сюрко Оливера. Еще на двоих были
крестьянские одежды, а последний был облачен в белую монашескую рясу. Еще два
человека сидели на полу, молча следя за тем, как к перилам галереи привязывают
новые веревки. Они были неподвижны и, судя по всему, полностью смирились со
своей судьбой.
Молившийся перекрестился и поднялся на ноги.
- Мой лорд Арно, - обратился к нему красивый рыцарь, - я привел помощников.
- А? Что вы сказали? Помощников?
Арно де Серволь повернулся к ним. Это был худощавый человек, приблизительно
тридцати пяти лет, с узким, неприятным, хитрым лицом. К тому же он страдал
тиком, от которого дергался нос, что делало его похожим на постоянно
принюхивавшуюся крысу. Его броня была залита кровью. Он обвел пришедших
неподвижным скучающим взглядом.
- Вы говорите, Раймонд, что это помощники?
- Да, мой лорд. Помощники магистра Эдуардуса.
- А, вот что... - Арно обошел их кругом. - А почему они мокрые?
- Мы выловили их из реки, мой лорд, - ответил Раймонд. - Они были на
мельнице и убежали оттуда в последний момент.
- Вот как... - Скучающее выражение исчезло из глаз Арно, в них вспыхнул
интерес. - Молю вас, расскажите мне, как вы уничтожили мельницу?
Крис нервно откашлялся и сказал:
- Мой лорд, это не наших рук дело.
- Что? - Арно нахмурился и вопросительно взглянул на Раймонда. - Что он
сказал? Его невозможно понять.
- Мой лорд, они из Ирландии, а может быть, с Гебридских островов.
- Вот как? - Арно, видимо, любил переспрашивать. - Значит, они не
англичане. Это говорит в их пользу. - Он еще раз обошел их, затем остановился и
посмотрел в лица. - Вы понимаете меня?
- Да, мой лорд, - сказал Крис, припомнив свои беседы с леди Клер. На этот
раз де Серволь, казалось, понял его.
- Вы англичанин?
- Нет, мой лорд.
- Верю, что вы не из них. Вы кажетесь слишком кротким и не склонным к
войне. - Он взглянул на Кейт. - Этот свеж, как молодая девушка. А этот... - Он
стиснул железными пальцами бицепс Криса. - Он стряпчий или писец. Уверен, что он
не англичанин. - Арно вздернул голову; его нос задергался. - Потому что
англичане - дикари! - заявил он во весь голос, и его слова эхом разнеслись по
дымной церкви. - Вы согласны?
- Да, мой лорд, - ответил Крис.
- Англичане не знают иной жизни, кроме глубокой неудовлетворенности и
бесконечных свар. Они постоянно убивают своих королей, такова их дикарская
традиция. Наши норманнские братья победили их и попытались привить им
цивилизованность, но, естественно, у них ничего не вышло.
Варварство слишком сильно смешалось с саксонской кровью. Англичанам
доставляют радость разрушение, убийства и пытки. Но им недостаточно сражаться
друг с другом на своем жалком холодном острове, они вторгаются со своими армиями
сюда, на эту мирную и процветающую землю, и приводят в ничтожество простых
людей. Вы согласны?
Кейт кивнула, затем поклонилась глубже.
- Ничего иного я и не ожидал, - сказал Арно. - Их жестокость не сравнима ни
с чем. Вы слышали об их старом короле? Эдуарде II? Вы знаете, как эти ублюдки
убили его раскаленной кочергой? Короля! Поэтому неудивительно, что с нашими
селянами они обходятся с еще большей жестокостью.
Он прошелся взад-вперед по церкви, а потом снова повернулся к ним.
- А тот человек, который благодаря этому пришел к власти, Хью Щедрый?
Согласно английской традиции ему тоже следовало быть убитым. И вы знаете, как
это случилось? Его привязали к лестнице на площади перед толпой народа, отрезали
от тела потаенные части и сожгли их прямо перед ним. И только после этого
обезглавили! Ну, как? Charmant! "Charmant - очаровательно (фр.)" И снова он
уставился на них, ожидая согласия. И снова они кивнули.
- И наконец, последний король, Эдуард III усвоил уроки жизни своих предков
- он должен бесконечно вести войну, иначе ему грозит неминуемая смерть от рук
собственных подданных. И поэтому он и его трусливый сын, принц Уэльский, вновь
несут свои варварские нравы во Францию, в страну, которая не знала подобных
диких войн до тех пор, пока они не явились на нашу землю со своими chevauchees
"Chevauchees - конники, кавалеристы (фр.)", чтобы убивать наших крестьян,
насиловать наших женщин, резать наш скот, вытаптывать наши поля, жечь наши
города и разрушать нашу торговлю. Зачем? Только для того, чтобы кровожадный
английский дух мог найти себе выход за пределами собственной земли. Чтобы
присвоить богатства более благородной страны. Чтобы каждая английская дама могла
подавать своим гостям угощения на французских тарелках. Чтобы они могли называть
себя благородными рыцарями, хотя они не совершают никаких более отважных деяний,
чем рубить насмерть детей и их матерей.
Арно прервал свою тираду. Его беспокойный и подозрительный взгляд заметался
между Крисом и Кейт.
- И именно поэтому, - сказал он наконец, - я не могу понять, почему вы
присоединились к стороне этой английской свиньи, Оливера.
- Это не так, мой лорд, - поспешно возразил Крис.
- Я не слишком терпелив. И я знаю: вы помогаете Оливеру, потому что ваш
магистр находится у него на службе.
- Нет, мой лорд. Магистр попал к нему против своего желания.
- Против... его... - Арно взмахнул рукой, как будто отгонял навозную муху -
Кто может мне объяснить, что бормочет этот мокрый мошенник?
Красивый рыцарь подошел поближе.
- Я хорошо знаю английский, - сказал он. И обратился к Крису - Скажъитье
есчо раз.
Крис помолчал в размышлении, как сказать так, чтобы его поняли.
- Магистр Эдуардус.
- Да.
- Пленник.
- По-лен-ник? - красивый рыцарь нахмурился, на его лице появилось
растерянное выражение. - По-лен-ник?
Крис понял, что рыцарь владеет английским не настолько хорошо, как ему
самому кажется. Он решил попробовать объясниться на своем скудном и архаичном
латинском языке.
- Est in carcere - captus - heri captus est de coenobio sanctae Mariae - Он
надеялся, что построенная им фраза означает: магистр был вчера утром захвачен в
плен в монастыре Сен-Мер.
Рыцарь вскинул брови.
- Invite "Invite - приглашен "в гости" (фр.)" против своего желания?
- Воистину так, мой лорд.
Рыцарь перевел Арно.
- Они говорят, что магистр Эдуардус был вчера против собственной воли
похищен из монастыря и теперь является пленником Оливера.
Арно быстро повернулся и, прищурившись, впился яростным взглядом в их лица.
- Sed vos non capti estis. Nonne? Но вас не захватили? - произнес он тихим
голосом, от которого, однако, кровь стыла в жилах.
Крис снова замялся, подбирая слова.
- Э-э... мы...
- Oui? "Oui - да (фр.)".
- Нет, нет, мой лорд, - поспешно сказал Крис. - Э-э... non. Мы убежали. Ээ...
ef... effugi... i... imus. Effugimus. - To ли слово он вспомнил? Он даже
вспотел от напряжения.
Очевидно, память его не подвела, потому что красивый рыцарь кивнул.
- Они говорят, что убежали.
- Убежали? Откуда? - рявкнул Арно.
- Ex Castelgardus heri... - забормотал Крис.
- Вы вчера убежали из Кастельгарда?
- Etiam, mi domine. Да, мой лорд.
Арно молча уставился на него. Тем временем на галерее второго этажа
нескольким пленникам надели на шеи веревочные петли и сбросили их вниз.
Несчастные не сломали шеи при падении и теперь медленно умирали, корчась и
хрипя.
Арно посмотрел наверх, будто звуки агонии привели его в раздражение и сбили
с мысли.
- Осталось еще несколько веревок, - сказал он. И добавил, оглянувшись через
плечо на Криса и Кейт. - Я узнаю от вас правду.
- Я говорю вам чистую правду, мой лорд, - ответил Крис.
Арно резко повернулся к нему.
- Вы говорили с монахом Марселем перед тем, как он умер?
- Марселем? - Крис попытался показать растерянность. - Марселем, мой лорд?
- Да-да, Марселем. Cognovistine fratrem Marcellum? Вы знаете брата Марселя?
- Нет, мой лорд.
- Transitum ad Roccam cognitum habesne? - Крису не понадобилось думать, как
перевести эту фразу: "Вы знаете проход в Ла-Рок?"
- Проход... transitum... - Крис снова пожал плечами, демонстрируя полное
неведение. - Проход?.. В Ла-Рок? Нет, мой лорд.
Арно теперь смотрел на них с нескрываемым недоверием.
- Выходит, вы вообще ничего не знаете? - Он нагнулся вплотную к ним;
благодаря подергивавшемуся носу казалось, что он их обнюхивает. - Я сомневаюсь в
ваших словах. На самом деле вы лжете.
Он повернулся к красивому рыцарю:
- Повесьте одного, тогда второй заговорит.
- Которого, мой лорд?
- Этого, - сказал Арно, ткнув пальцем в сторону Криса. Он посмотрел на
Кейт, ущипнул ее за щеку, затем погладил. - Потому что этот хорошенький мальчик
тронул мое сердце. Я позабавлюсь с ним в своем шатре нынче ночью. Я не хотел бы
потерять его раньше времени.
- Будет исполнено, мой лорд. - Красивый рыцарь рявкнул приказ, и люди
начали привязывать к перилам очередную веревку. Несколько ратников схватили
Криса за руки и молниеносно связали ему запястья за спиной.
"Боже мой, - подумал Крис, - ведь они действительно сейчас это сделают". Он
взглянул на Кейт, ее глаза широко раскрылись от ужаса. Ратники потащили Криса
прочь.
- Мой лорд, - вдруг раздался новый голос откуда-то из глубины церкви. -
Если вы позволите...
Кучка солдат расступилась, и в зале появилась леди Клер.
- Мой лорд, - негромко проговорила Клер, - я прошу позволить мне сказать
вам несколько слов наедине.
- Что? Конечно, буде такова ваша воля. - Арно подошел к ней, и она
принялась что-то шептать ему на ухо. Он чуть отклонился, пожал плечами. Она
снова зашептала, видимо, более настойчиво.
- Да? Но что это даст?
Она опять зашептала. Крис не мог уловить ни звука.
- Добрая леди, я уже принял решение, - сказал Арно.
Клер опять склонилась к его уху.
Наконец Арно кивнул и возвратился к пленникам.
- Леди ищет способ безопасно попасть от меня в Бордо. Она говорит, что
знает вас и что вы честные люди. - Он сделал паузу. - Она говорит, что я должен
освободить вас.
- Только если на то будет ваша воля, мой лорд, - вставила Клер. Она
изъяснялась высокопарно; Крис прежде не слышал от нее таких речей. - Поскольку
хорошо известно, что англичане не знают меры в убийстве, тогда как французам сие
несвойственно. Французы показывают примеры милосердия, которое порождается их
разумностью и благородством крови.
- Так оно и есть, - согласился де Серволь. Он теперь вещал в том же стиле,
что и Клер:
- Воистину мы, французы, являемся цивилизованными людьми. И раз эти двое
ничего не знают о брате Марселе и тайном проходе, тогда мне нечего дальше делать
с ними. И потому я велю: дать им лошадей, еды и отпустить своей дорогой. Я желал
бы иметь добрые отношения с вашим магистром Эдуардусом и для того, чтобы
предстать перед ним в должном свете, молю бога, да ниспошлет он вам безопасный
путь, дабы вы могли воссоединиться с вашим учителем. Итак, вы вольны отбыть.
Леди Клер поклонилась.
Крис и Кейт поклонились.
Красивый рыцарь разрезал веревку, связывавшую руки Криса, и вывел обоих из
церкви. Крис и Кейт были так ошеломлены последними поворотами событий, что
просто не в состоянии были что-нибудь сказать по дороге к реке. Крис еле
держался на ногах, голова у него кружилась. Кейт не переставая терла лицо,
словно пыталась проснуться.
- Вы обязаны своими жизнями этой умной леди, - прервал наконец молчание
рыцарь.
- Воистину так, - выдавил из себя Крис.
Красивый рыцарь улыбнулся, правда, вовсе не так широко и открыто, как он
улыбался, когда вел их в монастырь.
- Господь улыбается вам, - сказал он.
Но радости в его голосе при этих словах не прозвучало.
Времени прошло совсем немного, но обстановка у реки полностью переменилась.
Солдаты Арно заняли мельничный мост, и над боевыми башнями теперь развевались
зеленые с черным знамена. По обоим берегам реки разъезжали рыцари де Серволя. А
по дороге к Ла-Року, поднимая облака пыли, тянулся поток вооруженных людей и
крытых фургонов с беззаботно болтающими женщинами и детьми, одетыми в отрепья. А
рядом тянулись тяжелые телеги, груженные огромными брусьями - это были
разобранные гигантские катапульты, предназначенные для того, чтобы метать камни
и горящие бревна в осажденную крепость.
Рыцарь нашел пару лошадей - жалких кляч с отметинами на шеях от хомута, к
которому прикрепляли плуг. Держа лошадей под уздцы, он провел Криса и Кейт мимо
заставы возле арки.
Сзади донесся шум, и Крис оглянулся. Он увидел дюжину людей, которые, стоя
по колено в воде, толкали чугунную пушку на деревянном лафете. Ему удалось
разглядеть, что пушка заряжалась с казенной части. Крис смотрел на нее как
зачарованный. Мало того, что с тех пор не сохранилось ни одного подобного
орудия, в хрониках даже не попадалось их описаний.
То, что в те времена уже использовалась примитивная артиллерия, было
общеизвестным фактом: археологи откопали пушечные ядра при раскопках поля боя
возле Пуатье. Но историки полагали, что орудия применялись крайне редко и их
использовали в основном для престижа и демонстрации не столько силы, сколько
богатства. Но сейчас, когда Крис смотрел, как люди напрягали все силы, чтобы
вытащить из воды чугунную чушку и водрузить ее обратно на телегу, ему стало
ясно, что ради символического предмета таких усилий никто предпринимать не стал
бы. Орудие было тяжеленным, оно тормозило движение всей армии, которая, конечно
же, стремилась достигнуть стен Ла-Рока до темноты. Казалось, ничто не мешало
оставить орудие в воде и вытащить его позже. Но поднявшаяся вокруг него суматоха
могла говорить только об одном: пушку намеревались использовать с самого начала
штурма.
"Но каким образом? - подумал он. - Стены Ла-Рока толщиной в десять футов. И
пушечному ядру пробить их не под силу".
Красивый рыцарь поднял руку в прощальном салюте.
- Да примет вас бог под свою длань и пошлет вам безопасную дорогу.
- Да благословит вас господь, и да ниспошлет он вам свою благодать, -
ответил Крис.
Затем рыцарь подхлестнул их лошадей, и те ленивой рысцой понесли своих
наездников в сторону Ла-Рока.
По дороге Кейт рассказала Крису о том, что они нашли в келье Марселя, и о
Зеленой часовне.
- А ты знаешь, где она находится? - спросил Крис.
- Да. Я видела ее на обзорной карте. Она расположена примерно в полумиле к
востоку от Ла-Рока. Туда ведет лесная дорога.
Крис вздохнул.
- Теперь мы знаем, как найти этот чертов проход, - сказал он, - но маяк был
у Андре, а Андре мертв. И мы все равно не сможем вернуться домой.
- Нет, - возразила Кейт, - маяк у меня.
- Да ну?
- Андре отдал его мне на мосту. Я думаю, он знал, что не сможет выбраться
оттуда живым. Он мог убежать и спастись, но не сделал этого. Он остался и спас
меня.
Она негромко заплакала.
Крис ехал молча. Он вспоминал, как посмеивались аспиранты над увлечением
Марека: "Вы только представьте себе - он действительно верит в это дурацкое
рыцарство!" Они принимали его поведение за эффектную позу. Ребята считали, что
он разыгрывает вычурную роль, ведь в конце двадцатого столетия нельзя убедить
людей в том, что ты на самом деле веришь в честь и правду, в телесное здоровье,
в необходимость защищать женщин от опасности, в святость истинной любви и тому
подобную чепуху.
Но, очевидно, Андре по-настоящему верил во все это.
Они проезжали по местности, которая, казалось, родилась в тайных безднах
ночного кошмара. Бледный диск солнца чуть проглядывал сквозь тучи пыли и дыма.
По сторонам дороги тянулись виноградники, но все лозы были сожжены; от них
остались лишь почерневшие пни, от которых поднимались струйки дыма. В
погубленных садах деревья вздымали к небесам обугленные ветви. Сожжено было все.
Отовсюду доносились жалобные стоны раненых солдат. Многие из отступавших
упали прямо возле дороги. Некоторые еще дышали, но лица большинства смерть уже
окрасила серым.
Крис остановился и слез с лошади, чтобы забрать оружие у одного из
мертвецов. Увидев его, один из лежавших поблизости раненых не то прокричал, на
то провыл на ломаном французском:
- Secors, secors! "Secors - помощь (фр.)" Крис подошел к нему. Из тела
солдата торчали две стрелы: одна глубоко воткнулась в живот, а вторая пробила
грудь.
Ему было не больше двадцати лет, и он, судя по всему, знал, что обречен.
Лежа на спине, он умоляющими глазами смотрел на Криса и что-то говорил. Увидев,
что тот ничего не понимает, раненый показал рукой на свой рот и вновь заговорил,
теперь уже на каком-то подобии латыни:
- Aquam. Da mihi aquam.
Он страдал от жажды и хотел пить. Крис беспомощно пожал плечами. У него не
было воды.
Лицо раненого исказилось сердитой гримасой, он вздрогнул, закрыл глаза и
повернул голову. Крис взобрался на лошадь и ударил ее пятками в бока. После
этого они проезжали мимо взывавших о помощи людей, не останавливаясь. Они ничего
не могли для них сделать.
Они видели вдали, на высоких утесах над Дордонью, неприступный Ла-Рок и могли
бы доехать до него менее чем за час.
В темном углу церкви монастыря Сен-Мер красивый рыцарь помог Андре Мареку
подняться на ноги.
- Ваши друзья уехали, - сказал он.
Марек закашлялся и схватил рыцаря за руку, чтобы удержать равновесие: его
ногу пронзила острая боль. Рыцарь улыбнулся. Он захватил Марека сразу же после
взрыва на мельнице.
Когда Марек выскочил из окна мельницы, он, по счастливой случайности, попал
в небольшую яму среди камней. Она оказалась достаточно глубокой, чтобы он ничего
не повредил себе при падении. А вынырнув на поверхность, он обнаружил, что все
еще находится под мостом. В яме образовался водоворот, и благодаря этому Марека
не унесло течением.
Марек только успел сорвать с себя рясу, когда мельница взорвалась; обломки
здания и человеческие тела полетели во все стороны. Рядом с ним с громким
плеском рухнул в воду солдат, его тело закрутилось в водовороте. Марек подплыл к
берегу и только начал взбираться на него, как красивый рыцарь приставил острие
меча
...Закладка в соц.сетях
