Жанр: Научная фантастика
Точка статуса 1_4.
...Луконя.
- Мы ведь уже знаем, что обитатели Мира без Солнца могут путешествовать
между мирами? - в свою очередь, задал бесенку вопрос Хорн.
- Конечно, - согласился тот, пока еще не понимая, куда клонит Волчатник.
- И нам известно, что пользуются они для этого внепространственными
переходами, которые могут открыть в любом нужном месте?
- Ну да, - снова непонимающе кивнул Луконя.
- А это значит, что их научно-технический потенциал многократно
превосходит все то, чем может похвалиться Бескрайний мир, - сделал закономерный
вывод из всего вышесказанного Хорн. - Следовательно, если бы обитатели Мира без
Солнца имели цель захватить Бескрайний мир, они давно бы уже это сделали.
- Ну, на это я мог бы кое-что возразить, - медленно произнес Луконя,
лихорадочно пытаясь найти эти самые возражения.
- Да нечего тебе возразить, Луконя! - подал насмешливый голос Брандл. -
Проиграл вчистую!
- Нет, постой! - не желая признавать своего поражения, протестующе
взмахнул рукой бесенок. - У меня в запасе имеется еще один очень сильный ход. -
Ответь-ка мне, - снова обратился он к своему партнеру по игре, - почему
обитатели Мира без Солнца, если они действительно не имеют никаких
злонамеренных помыслов в отношении Бескрайнего мира, до сих пор не установили с
нами прямого контакта?
- А почему люди и нечисть Бескрайнего мира до сих пор не могут
договориться о мирном сосуществовании? - тут же задал встречный вопрос Хорн.
- Но вопросы должен задавать я! - попытался уйти от ответа бесенок.
- Не увиливай, Луконя, - одернул его Брандл. - Хорн тоже имеет право
спрашивать тебя о том, что, с точки зрения человека из Мира без Солнца, кажется
ему непонятным.
Луконя поднял руки и быстро-быстро зашевелил кончиками пальцев, словно
надеясь поймать слова, витающие в воздухе.
- Ну, наверное, потому что мы слишком разные, - не очень уверенно ответил
он.
- Для большинства людей мы что-то среднее между фольклорными персонажами,
которых, возможно, и вовсе не существует, и порождением ночных кошмаров, о
которых лучше и не вспоминать, - добавил Брандл. - Нас вроде как и вовсе нет,
потому что люди не желают признать сам факт нашего существования. Так пастух, у
которого волк ни разу не утащил овцу, считает, что волков в природе просто не
существует. Вернее, они существуют, но только не для него, а следовательно, в
повседневной жизни он может полностью игнорировать факт существования волков
как вида. Но за кружкой пива он с удовольствием, хотя и с изрядной долей
скепсиса, послушает историю о том, как кто-то другой встретился в лесу с
волками.
- Та же самая проблема может возникнуть и в случае, если люди из Мира без
Солнца открыто объявят о своем существовании, - сказал Хорн. - Появление в
Бескрайнем мире чужаков могло бы породить невиданную доселе волну ксенофобии.
Вторая причина, по которой Мир без Солнца отказывается идти на прямой контакт
не только с вашей, но и со многими другими цивилизациями, также имеет четкое
научное определение: футурошок. Если Мир без Солнца вывалит на людей
Бескрайнего мира все свои достижения, то, возможно, на первых этапах контакта
это и приведет к некоторому ускорению процесса общественного развития. Но
закончится все полной социальной апатией, которая воцарится в обществе
Бескрайнего мира. Люди, столкнувшиеся с представителями иной цивилизации, на
многие тысячелетия опередившей их в своем развитии, станут считать
бессмысленными любые попытки как-либо влиять на ход своей жизни. Для чего
попусту тратить время и силы, если весь путь, который, как ты прежде считал,
предназначен только тебе одному, уже кем-то пройден и подробнейшим образом
описан? Что делать в мире, в котором уже сделаны все открытия, написаны все
книги, разгаданы все тайны? Правда, более развитые цивилизации уже убедились в
ошибочности подобного мнения. Все загадки и тайны Вселенной невозможно
разгадать никогда. Чем больше мы узнаем, тем больше новых вопросов ставим перед
собой. Но в случае цивилизаций, находящихся на ранних этапах развития,
футурошок может привести к коллапсу и гибели целого мира. Что, кстати, мы и
видим на примере Первой эпохи. После колоссального скачка, который совершило
общество Бескрайнего мира, получив неким неизвестным нам образом мощный
информационный допинг, наступили времена всеобщего упадка. Полчища полудиких
варваров прошли по всему континенту от моря и до моря, не встретив никакого
сопротивления со стороны тех, кто в свое время пользовался внепространственными
переходами и создавал новые формы жизни. Но, с другой стороны, именно варвары,
установившие на всех захваченных территориях свои довольно-таки либеральные по
тем временам порядки, предотвратили полный коллапс всех
общественно-экономических структур и тем самым спасли Бескрайний мир от
казавшейся неминуемой гибели.
- Значит, как к расцвету, так и к последующему упадку Первой эпохи Мир без
Солнца имеет самое непосредственное отношение?
- Вовсе нет, - отрицательно качнул головой Хорн. - Думаю, что для людей из
Мира без Солнца причина внезапного расцвета Бескрайнего мира в Первую эпоху до
сих пор остается загадкой, которую они безуспешно пытаются решить.
- Почему ты так думаешь? - Луконя насторожился, как охотничий пес,
почуявший дичь.
- Потому что люди из Мира Вечной Тьмы никогда не допускают подобных
ошибок, - сказал Хорн.
- Это не ответ! - протестующе взмахнул рукой бесенок.
- Извини, - развел руками Хорн, - но другого у меня нет.
Луконя посмотрел на Брандла, надеясь, что хотя бы в этом случае лепрехун,
взявший на себя роль судьи, возьмет его сторону.
- Хорн имеет право так ответить, - сказал Брандл, срезав крошечный
заусенец с кожаной подошвы ботиночка. - В соответствии с правилами, которые ты
сам установил в начале игры, Хорн является представителем Мира без Солнца, а
следовательно, знаком с его историей.
Не найдя, что сказать на это, Луконя только обескураженно всплеснул
руками.
- У тебя имеются еще какие-нибудь вопросы? - осведомился Брандл.
- Да! - с отчаянной решимостью воскликнул Луконя. - Ты человек из Мира без
Солнца? - спросил он, направив указательный палец в грудь Хорна.
- Ну да, - немного растерянно ответил тот. - Мы ведь так договорились.
- Но, находясь в Бескрайнем мире, ты выдаешь себя за местного жителя, -
продолжил Луконя. - Никто не должен узнать, кто ты такой на самом деле. Верно?
- Верно, - все так же растерянно кивнул Хорн.
- В таком случае ответь мне, - Луконя говорил намеренно тихо, но все же в
его голосе уже было слышно победное торжество, - откуда у тебя этот фонарь? -
Бесенок указал на небольшой черный цилиндр, лежавший на ковре рядом с Хорном. -
Ничего подобного в Бескрайнем мире просто не существует.
Готовясь принять заслуженные восторги по поводу своей убедительной победы,
Луконя откинулся назад и гордо вскинул подбородок.
Подавшись вперед, Хорн пальцем поманил к себе бесенка. После того как
удивленный Луконя наклонился к нему, Хорн заговорщицким полушепотом произнес:
- Скажу тебе по секрету - его подарил мне один знакомый колдун из Мира без
Солнца.
Услышав такой ответ, Брандл захохотал так, что трубка едва не вылетела у
него изо рта.
- Все, Луконя! - взмахнул он руками над головой. - Проиграл! Проиграл
вчистую!
ГЛАВА 23
Бездействие и тягостное ожидание приводило в угрюмое расположение духа не
только Антипа. Даже Брандл, которому в отличие от остальных в первые дни
пребывания в гробнице всегда было чем заняться, под конец почти перестал
работать со своим башмачком. По большей части лепрехун просто ходил с мрачным
видом из угла в угол, дымя зажатой в зубах трубкой, и что-то неразборчиво
бубнил себе под нос. Луконя, все более настойчиво пытавшийся заставить Хорна
признаться в том, что тот является агентом Мира без Солнца, в конце концов
начал раздражать Волчатника, как заноза в пальце, от которой невозможно
избавиться. Теперь, когда Луконя старался завести с ним разговор, Хорн отвечал
ему коротко и однозначно, давая понять, что не расположен к беседе.
Но последний день в гробнице Диджера Четвертого, казалось, примирил всех.
По поводу окончания вынужденного заточения был даже устроен грандиозный
прощальный пир, к которому Луконя приберег все самое лучшее, что только имелось
в его запасах, включая и большую бутыль красного виноградного вина. Антип
вместе со всеми сидел на полу за импровизированным столом и радостно улыбался
шуткам, которые без устали, одну за другой выдавал Луконя. А когда Брандл
потянулся за финиками, Антип услужливо подал ему тарелку, в ответ на что
лепрехун церемонно поклонился. Казалось, что теперь все разногласия,
непонимание и взаимные упреки были забыты, а все, что было пережито, навсегда
оставалось позади, растворяясь в небытии, как серый дым из трубки лепрехуна. И
никто не решался задать вопрос: а что же будет дальше? Потому что каждый боялся
разрушить ту общность, которая, как казалось, неожиданно возникла между ними.
После того как пиршество было завершено, люди и нечисть принялись
старательно уничтожать следы своего пребывания в гробнице фараона.
- Не хватало только, чтобы какой-нибудь исследователь будущего, первым
обнаруживший вход в усыпальницу Диджера Четвертого, нашел здесь недошитый
башмак Брандла, - не упустил возможности зацепить своего приятеля Луконя. - Или
какой другой подарочек из Четвертой эпохи.
Когда порядок, присущий древнему погребению, был восстановлен, Брандл,
окинув придирчивым взглядом дело рук своих, гордо произнес:
- Теперь в гробнице даже чище, чем было до того, когда мы здесь появились.
- Надеюсь, что к тому времени, как до усыпальницы фараона доберутся
исследователи, все здесь снова успеет зарасти паутиной и пылью, - улыбнулся
Хорн.
- Кто-нибудь хочет сказать слово на прощание? - окинул вопросительным
взглядом своих спутников Луконя.
- Я рад, что наконец-то выберусь отсюда, - с облегчением вздохнул Антип.
- Лучше и не скажешь, - кивнул, выпустив из трубки клуб дыма, лепрехун.
- Ну в таком случае прошу всех на выход!
Следуя указанной Луконей дорогой, все прошли в сокровищницу усопшего три
тысячи лет тому назад фараона. Там бесенок велел отодвинуть в сторону огромный
кованый сундук, набитый каким-то полуистлевшим тряпьем. Сундук оказался
настолько тяжелым, что Антипу на пару с Хорном с трудом удалось сдвинуть его с
места. Присев на корточки возле открывшейся стены, Луконя быстро пробежал
пальцами по начертанным на ней значкам, после чего прилегающая к полу каменная
плита со скрежетом сдвинулась в сторону, открыв прямоугольный лаз шириною около
метра и высотою не более сорока сантиметров.
- Кто первый? - не без лукавства посмотрел на своих спутников Луконя.
Хорн присел рядом с лазом на корточки и, наклонившись, посветил в глубь
него фонариком. Выхода с другой стороны лаза видно не было.
- Куда мы попадем через этот переход? - посмотрел Хорн на бесенка.
- Выход находится на берегу небольшой речки, - ответил Луконя. - Место
безлюдное. Оттуда, как я уже говорил, всего день пути до Тартаканда.
- И никаких твоих шуточек? - строго глянул на бесенка Хорн.
- Да что я, враг самому себе? - обиделся Луконя. - Я, между прочим, здесь
не по собственной инициативе, а по приказу Морока.
- Ладно, этот проход как раз мне по росту, - сказал Брандл.
Взяв из руки Хорна фонарь, лепрехун чуть пригнул голову и вошел в проход.
Посмотрев, как скользит по стенам узкого лаза луч фонарика, Хорн жестом
подозвал к себе Волка, который послушно лег на пол и пополз за лепрехуном.
Следом за ним, опустившись на четвереньки, пополз и Хорн. Как только ноги
Волчатника скрылись в темной дыре, заполз в проход и Антип. Оставшийся в
гробнице последним, Луконя окинул помещение хозяйским взглядом.
- Свет погасить, конечно же, никто даже и не подумал, - проворчал бесенок.
- А за все отвечать мне.
Дернув потайной рычаг, бесенок перевел систему зеркал в нерабочее
положение.
В кромешном мраке, поглотившем все внутреннее пространство гробницы
фараона Второй эпохи, Луконя на ощупь нашел лаз и, непонятно по какой причине
тяжело вздохнув, нырнул в него.
Антип не видел даже слабого отсвета от фонарика, которым освещал себе путь
лепрехун, поэтому он полз, ориентируясь только на слух, то и дело ощупывая
стены, чтобы лишний раз убедиться в том, что лаз не имеет боковых ответвлений,
которые могли увести в такие гиблые места, о которых лучше было не думать. Пол
под ним был ровный, сухой и холодный. Вначале Антип подумал, что лаз так же,
как и внутреннее пространство гробницы, выложен каменными плитами. Но когда он
попытался отыскать рукой стыки между камнями, ему это не удалось. Либо плиты
были так точно подогнаны друг к другу, что между ними не оставалось ни
малейшего зазора, либо пол был покрыт каким-то особенным материалом, не
оставляющим стыков и щелей.
Вскоре впереди показался дневной свет, и Антип несколько приободрился. Но
под конец лаз сделался таким узким, что Антип следом за Хорном с трудом
протиснулся через выходное отверстие. Скатившись вниз по песчаному склону,
Антип оглянулся назад и увидел высокий отвесный берег, изрытый глубокими
норами. Из одной такой норы, ничем не отличающейся от остальных, вылезал сейчас
Луконя.
Речка, на берегу которой они оказались, была совсем небольшой - переплыть
ее можно было за пять взмахов, - но с удивительно чистой, прозрачной водой и
широкой песчаной отмелью, тянущейся вдоль берега.
- Вы, ребята, как хотите, - сказал, посмотрев на воду, Хорн. - А я первым
делом искупаюсь.
Не дожидаясь ответа, Хорн скинул с себя одежду и прямо с берега нырнул в
воду. Следом за ним прыгнул в реку и Волк
- А я-то думал, что вода ему категорически противопоказана, - посмотрев на
Луконю, сказал Брандл.
Что и говорить, после десяти дней, проведенных в древней гробнице,
спроектированной и выстроенной без учета каждодневных потребностей живых людей,
помыться и в самом деле было необходимо. Недолго думая, Антип разделся и
присоединился к плещущимся в реке Хорну и Волку.
А вот нечисть потребности в купании, судя по всему, не испытывала. Луконя
присел на бережку, обхватив колени руками, а Брандл снял ботинки, закатал штаны
до колен и по щиколотку вошел в воду. Пуская клубы табачного дыма из своей
неизменной трубки, лепрехун с любопытством наблюдал за тем, как резвятся в воде
люди. Похоже было, что их поведение казалось ему если и не совсем непристойным,
то, уж по крайней мере, в высшей степени эксцентричным.
Вволю наплававшись и смыв с себя пыль и грязь древнего захоронения, Антип
и Хорн вышли из воды. Казалось, они только сейчас родились на свет, чистые и
свободные от всех тех проклятий, что несла в себе наследственная память
человечества.
- Ну, так что будем делать дальше? - спросил Хорн, натягивая рубашку на
мокрое тело.
- Морок велел нам вытащить Антипа из плена, - сказал Брандл. - После того,
в соответствии с полученными инструкциями, мы имеем право действовать по
собственному усмотрению.
- И куда вы теперь? - поинтересовался Хорн.
- За нас не беспокойся, - беззаботно взмахнул рукой Луконя. - Мы в
Бескрайнем мире не пропадем. Следи лучше за своим спутником.
- А ты разве не собираешься проводить его домой? - удивленно посмотрел на
бесенка Хорн. - По-моему, это твоя прямая обязанность, ведь именно ты со своими
штучками втянул его во всю эту историю.
- Да что я...
Луконя не успел ничего ответить.
- Я пойду с тобой в Тартаканд, - сказал Антип.
Крутанув между пальцами нож вестника смерти, он подбросил его вверх,
поймал за рукоятку и сунул за голенище.
- Насколько я помню, ты шел в Тартаканд только за тем, чтобы найти того,
кто поможет тебе присоединиться к каравану, идущему через Великие Степи в
сторону Белоземья, - Хорн посмотрел на Антипа, который был занят тем, что
затягивал на груди ремень, крепящий меч за спиной. - Луконя доставит тебя домой
за пару часов, - добавил Хорн.
- Я иду в Тартаканд, - убежденно и твердо, как будто речь шла о давно
решенном вопросе, повторил Антип. - Если ты не хочешь, чтобы я шел вместе с
тобой, то я и один туда доберусь.
Хорн посмотрел на Антипа так, словно хотел заглянуть к нему в душу. Антип
в ответ постарался придать своему лицу как можно более наивное и открытое
выражение. Пусть Волчатник думает, что его просто увлекла магия дальних дорог и
он решил прежде чем вернуться домой, посмотреть мир.
Хорн едва заметно усмехнулся и чуть наклонил голову к правому плечу -
хитрость Антипа не осталась незамеченной. Парень пытался выдать себя за
простачка, не понимая того, что Волчатник давно уже читал его, как открытую
книгу, угадывая малейшие изменения его настроения по едва заметным движениям
бровей, по легкому взмаху ресниц или по чуть напряженным крыльям носа.
- Если бы передо мной находился человек, которого я считал глупцом, то я,
наверное, стал бы отговаривать его от столь опрометчивого, на мой взгляд,
поступка, - сказал Хорн, глядя Антипу в глаза. - Но я думаю, что ты сам можешь
верно оценить ситуацию и принять то решение, которое считаешь правильным. Если
ты уверен, что тебе нужно в Тартаканд, значит, пойдем туда вместе.
Антип улыбнулся - все складывалось именно так, как он и задумывал.
- Только имей в виду, - добавил Хорн, - что сразу же по прибытии в город
нам придется расстаться. У меня уже назначена встреча с Гудри-ханом, на которую
я тебя, увы, пригласить не могу.
- Я не в обиде, - по-прежнему с улыбкой ответил Антип. - У каждого своя
дорога.
- Я думаю, что дело не в дорогах, которые мы выбираем, - пыхнув трубочкой,
глубокомысленно изрек лепрехун. - Все дело в том, что заложено внутри нас, что
заставляет нас выбирать ту или иную дорогу.
- Если пойдете на восток, - рукой указал направление Луконя, - то скоро
выйдете на дорогу, ведущую к Тартаканду. А если будете идти всю ночь, то к утру
окажетесь в столице.
Брандл бросил уничижительный взгляд на своего приятеля, который и сам не
понял, и не дал другим прочувствовать всю неброскую красоту и многозначительную
глубину изреченной мудрым лепрехуном мысли.
- Ну, бывайте здоровы! - махнув на прощание треуголкой, обиженный лепрехун
повернулся к людям спиной и зашагал прочь по песчаной отмели, оставляя за собой
крошечные следы.
- Что это с ним? - удивленно посмотрел вслед своему приятелю Луконя.
- По-моему, ты несколько утилитарно воспринял его высказывание по поводу
дорог, - с улыбкой ответил ему Хорн.
- Да? - удивленно вскинул брови бесенок. - Я так понял, что он имел в виду
дорогу на Тартаканд.
- Тебе лучше у него самого узнать, что он имел в виду, - глянув вслед
быстро удаляющемуся лепрехуну, сказал Хорн.
- Ну, тогда я побежал, - бесенок через плечо бросил быстрый взгляд в
сторону Брандла и, решив, что тот ушел еще не так уж далеко, проникновенно
посмотрел на Хорна: - Ты так и не скажешь мне, кто ты на самом деле?
- Я Хорн из рода Волчатников, - улыбнувшись, ответил тот.
На лице у бесенка появилось обиженное выражение.
- Ну, как знаешь, - разочарованно бросил он и помчался следом за Брандлом.
- Эй, постойте! - окликнул бесенка Антип. - Вы так и не сказали, что нужно
от меня Мороку?
- А нам-то откуда знать? - обернувшись на ходу, ответил ему Луконя. - Вот
у самого Морока и спроси!
- А как мне его найти? - растерянно развел руками Антип.
- Если надо будет, он сам тебя отыщет! - крикнул в ответ Луконя.
- Если надо будет, - недовольным тоном повторил Антип. - Да за кого они
меня держат?
- Пойдем, - хлопнул Антипа по плечу Хорн. - Со временем все само встанет
на свои места.
- Что-то я в этом сильно сомневаюсь, - покачал головой Антип.
Не нравилась Антипу вся эта история с Мороком и подвластной ему нечистью.
Слишком много было в ней таинственного и непонятного, и, как ни крути, концы
все время упорно не желали сходиться с концами. Все время не хватало какого-то
звена, чтобы наконец-то понять скрытый смысл происходящего. Но сейчас Антип не
собирался ломать голову над теми вопросами, что поставил перед ним Морок. Рядом
с ним находилась загадка похитрее - человек из Мира без Солнца, упорно
называющий себя Хорном из рода Волчатников. И почему-то Антип был уверен, что
именно он приведет его к желанной цели. Правда, что собой представляла эта
цель, Антип пока еще и сам не знал.
Двигаясь в указанном Луконей направлении, путники вскоре вышли на широкую
грунтовую дорогу, тянущуюся среди вспаханных полей. Хорн шел посредине дороги.
Справа от него трусил Волк. Слева, поотстав на полшага, следовал Антип.
- Послушай, Хорн, - обратился к своему спутнику Антип. - По-моему, нам
стоит кое-что обсудить.
- Я слушаю тебя, - ответил Хорн своим обычным ровным голосом.
- Я не верю в то, что ты идешь в Тартаканд, чтобы отомстить Гудри-хану, -
решительно выпалил Антип.
- Это твое дело, - безразлично дернул плечом Хорн.
- Но я хочу знать, что ты собираешься делать, когда мы придем в Тартаканд?
Хорн глянул на Антипа и едва заметно усмехнулся.
- Сначала я зайду на постоялый двор и как следует поем, - сказал он. -
Потом проберусь во дворец императора и объявлю там, что я последний из рода
Волчатников, которого так упорно разыскивает Гудри-хан.
- И ты надеешься после этого выйти оттуда живым? - Скептическая ухмылка
искривила губы Антипа.
- Я никогда ни на что не надеюсь, - менторским тоном произнес Хорн. - Я
точно рассчитываю каждый свой шаг и заранее знаю, как выбраться из ситуации,
которую я сам же и спланировал. Что касается Гудри-хана, то проблема
заключается не в том, как выйти из его дворца, а в том, как в него попасть, не
оказавшись при этом скрученным янычарами.
- И ты знаешь, как это сделать? - секунду помедлив, спросил Антип.
- Надеюсь, что так, - невозмутимо ответил Хорн.
- Я могу тебе в этом помочь? - с затаенной надеждой поинтересовался Антип.
При этом он постарался придать своему голосу как можно более безразличное
выражение.
- Нет, - сказав это, Хорн даже не взглянул на Антипа. - Как я уже говорил,
мы расстанемся, как только доберемся до Тартаканда.
На это Антип ничего отвечать не стал. Однако мысль его заработала с
удвоенной интенсивностью. Хорн по-прежнему не желал делиться с ним своими
секретами, а это означало, что между ними не было ничего общего, помимо дороги,
по которой они шли, дороги, которую каждый из них выбрал, не зная, что, кроме
него, по ней желает пройти кто-то другой. И что же оставалось тому, кто шел
позади, в том случае, если идущий впереди начинал снижать темп движения и
выделывать некие непонятные зигзаги и петли, которые вроде как должны были
привести их обоих к долгожданной цели?.. Об этом, несомненно, стоило подумать.
В течение нескольких часов Хорн и Антип не обмолвились ни единым словом.
Дорога по-прежнему тянулась среди возделанных полей, изредка ненадолго ныряя в
негустые перелески. Пару раз чуть в стороне от дороги путники видели небольшие
селения, но, поскольку они имели с собой запас продовольствия, необходимый для
того, чтобы добраться до Тартаканда, сворачивать с пути не стали.
А однажды Антип увидел впереди на дороге разъезд из пяти янычар. Тут уж
сам Хорн, заметив, что береженого и Создатель бережет, предложил свернуть на
обочину и какое-то время отсидеться в кустах. Патруль неспешно проехал мимо. По
тому, как спокойно и непринужденно держались янычары, можно было догадаться,
что они не вели поиск беглых преступников, а совершали обычный плановый объезд
окрестностей столицы. Однако двое путников, вместе с которыми находился еще и
огромный волк, вне всяких сомнений, могли бы вызвать у них интерес. Поэтому,
пропустив разъезд янычар и снова выбравшись из кустов на дорогу, Хорн приказал
Волку следовать за ним, держась в стороне. Теперь серую спину Волка можно было
заметить временами мелькающей среди невысоких ранних зеленых всходов,
покрывающих поля.
Ко второй половине дня погода начала портиться. Небо, до этого ясное и
почти безоблачное, стали затягивать тяжелые серые тучи, из которых то и дело
сыпался мелкий, неприятный дождик. Через пару часов небо и вовсе заволокло
плотной серой пеленой, за которой не было видно даже солнца.
- Нам только ливня недоставало, - мрачно заметил Хорн, поднимая воротник
своей кожаной куртки. - Если дорогу развезет, то мы и к завтрашнему вечеру до
Тартаканда не доберемся.
Антип ничего не ответил. Он шел, накинув на голову и плечи свое шерстяное
одеяло, которое становилось все тяжелее по мере того, как пропитывалось водой.
По счастью, промокших путников вскоре нагнал следующий в Тартаканд
караван.
- Стой! - взмахнул руками над головой Хорн, остановившись посреди дороги,
прямо на пути крытой повозки, запряженной огромным двугорбым верблюдом с высоко
вскинутой на изогнутой шее головой и презрительным выражением на морде.
Антип, стоявший на обочине, восхищенно смотрел на удивительного зверя,
которого прежде он видел только на картинке в книге, что показывал ему дед.
Оттеснив возницу, из-под полога повозки по пояс высунулся толстый человек
невысокого роста, но с огромной головой, которую делал еще больше надетый на
нее красно-белый тюрбан, и широким красным лицом, единственным украшением
которого призвана была служить жидка
...Закладка в соц.сетях
