Жанр: Научная фантастика
Точка статуса 1_4.
...естве. У
них дисциплина была построже, чем среди военных, - никто просто так без дела не
прогуливался. Строй рядовых стоял возле каждого шлагбаума. Приставленные к ним
офицеры, не тратя времени попусту, занимались с подчиненными строевой
подготовкой. Тяжелые автоматические винтовки порхали в руках бойцов изящно и
легко, подобно летающей трости в руках факира.
Офицеры, командующие парадом, словно соревновались, кто кого перекричит:
- На изготовку!.. К ноге!.. На изготовку!..
Увидев приближающегося мотоциклиста, еще один офицер, затянутый в темносиний
мундир с широкими фалдами и отороченным светло-серым бархатом стоячим
воротничком, выбежал на середину дороги и повелительным жестом вскинул левую
руку вверх.
Андрей притормозил, не доехав до офицера метра три. Оставаясь в седле, он
оперся на отставленную в сторону ногу. Левая рука его продолжала сжимать руль
мотоцикла. Правую он положил на бедро. Он выполнил приказ и теперь с независимым
видом ждал дальнейших действий со стороны щеголя с капитанскими треугольниками
на карманах.
Вообще-то в соответствии со строевым уставом Андрею следовало бы слезть с
мотоцикла и представиться старшему по званию. Но, с другой стороны, положение о
патрульной службе предписывало командиру патруля представиться тому, кого он
останавливал.
Ожидание продлилось недолго. Капитану хватило двадцати секунд, чтобы
понять: сержант не двинется ему навстречу. Стиснув зубы так, что побелели скулы,
капитан засунул большие пальцы за широкий ремень из натуральной кожи,
перепоясывающий его тонкую, как у балерины, талию. Пальцы правой руки его при
этом как бы невзначай легли на кобуру.
Андрей со снисходительной улыбкой проследил за движением руки капитана, дав
таким образом своему оппоненту понять, что он правильно истолковал его жест, но
при этом он ему совершенно безразличен.
Капитан медленно, словно ревматик, приподнял левую руку с двумя сложенными
вместе пальцами, но, не донеся ее, как полагалось, до плеча, уронил вниз.
- Командир патруля капитан Паллп, - процедил он сквозь стиснутые зубы.
Андрей исполнил традиционное армейское приветствие более четко, но
настолько резко, что кисть его салютующей руки легла на плечо.
- Сержант Апстрак. Разведрота танкового подразделения "Кейзи".
Рука капитана, затянутая в черную лакированную перчатку, приняла из
поцарапанной руки Андрея его воинскую карточку и сложенный вчетверо отпускной
лист.
- С каких это пор здесь стоит кордон? - небрежно поинтересовался Андрей у
внимательно изучавшего его документы капитана Паллпа.
Тот посмотрел на него одним глазом.
- Третий день, - глухо ответил он.
- И с чего вдруг?
- Возвращаетесь в часть, сержант? - пропустив вопрос Андрея мимо ушей,
спросил капитан.
- А куда же еще? - дернув плечом, вопросом на вопрос ответил Андрей. -
Надеюсь, у вас ко мне никаких претензий нет?
- Откуда вы едете? - снова не ответив на вопрос, спросил капитан.
- Из Сабата.
- По дороге ничего подозрительного не видели?
- Видел. Стаю рекинов и полтора десятка облезлых спадов. Не знаете
случайно, капитан, почему в этих краях слады линяют с такой страшной силой?
Порою едва ли не лысыми ходят...
- Это ваша полковая разведка установила? - вставил шпильку капитан.
- Да куда нам! - Округлив глаза, Андрей напустил на себя вид деревенского
дурачка. - Недавно по электронной почте пришло сообщение из Управления
внутренней стражи... - Наклонившись вперед, он лег грудью на руль и
заговорщицким шепотом добавил:
- Между прочим, под грифом "Необычайно секретно"...
- Кейзи... - с неприятием выдавил сквозь зубы капитан.
- Да, в этом я весь, - мило улыбнувшись, наклонил голову к плечу Андрей. -
Какие-нибудь другие претензии у вас ко мне имеются?
Капитан окинул быстрым взглядом мотоцикл Андрея, словно ища, к чему бы
придраться.
- Капитан, вы кого-то ищете? - непринужденным тоном поинтересовался Андрей.
Командир патруля молча вернул ему документы и, развернувшись, взмахом руки
велел солдатам поднять шлагбаум.
- Всего хорошего, капитан, - улыбнулся на прощание Андрей. - Желаю вам
поймать всех дезертиров.
Капитан даже не посмотрел на него.
Оттолкнувшись ногой от земли, Андрей крутанул ручку газа, и мотоцикл,
взревев мотором, сорвался с места.
Увы, расчет не оправдался - комья грязи из-под колес пролетели мимо
расфранченного стража.
Пригнув голову, Андрей проскочил под приподнятой перекладиной шлагбаума.
- Что скажешь? - мысленно спросил он Дейла.
- Действительно непонятно, для чего потребовалось выставлять плотный кордон
возле маленького городка, не представляющего собой никакого стратегического
интереса...
- Может быть, дезертиры? - предположил Андрей.
- Попытаться спрятаться в Афтере? На это мог бы решиться разве что только
полный идиот. Здесь же каждый житель знает в лицо всех своих соседей... Нет,
здесь что-то иное...
- Произошло что-то, чего мы пока не знаем, но что нам следовало бы знать?
- В Кедлмаре постоянно что-нибудь происходит... В части обо всем узнаем.
- А ты уверен, что это не нас с тобой разыскивают? - поинтересовался на
всякий случай Андрей.
- Подумаешь, убило молнией какого-то лейтенанта-пехотинца, - усмехнулся
Дейл. - Стоит ли поднимать из-за этого на ноги всю внутреннюю стражу?
- Во-первых, лейтенанта убило молнией в тот момент, когда он пытался бежать
от задержавшего его патруля, - возразил Андрей. - А во-вторых, у командира
патруля остались документы на имя лейтенанта Стакки, которого не существует в
природе.
- Ну и что? Что же, теперь из-за этого все дороги перекрыть? Мертв Ведь
лейтенант Стакки...
На это Андрей ничего отвечать не стал. Однако смутное беспокойство не
давало ему покоя до того момента, пока впереди не показались бетонный забор и
тяжелые металлические ворота с приваренными к ним ромбами, выкрашенными в
зеленый цвет;
Подъехав ближе, можно было увидеть, что на каждом ромбе белой краской
намалевана голова с высоким гребнем волос, тянущимся от лба к затылку, страшно
выпученными глазами и невообразимо длинным языком, торчащим изо рта и
изгибающимся подобно змее. Это была неофициальная эмблема подразделения "Кейзи",
придуманная каким-то шутником. Командование части давно уже уяснило, что
бороться с появлениями изображений уродливой головы на стенах казарм и заборах,
опоясывающих часть, - пустая трата времени. Не проходило и суток, как на месте
замазанной по приказу кого-нибудь из командиров головы появлялась точно такая же
новая. Поэтому полковое начальство смотрело на изображения "головы главного
кейзи" сквозь пальцы, предпринимая меры по ее уничтожению только в преддверии
очередной плановой инспекции из Генерального штаба Пирамиды.
Андрей остановился у ворот и посигналил.
Сбоку от ворот, в стене бетонного блока, внутри которого находилось
дежурное помещение контрольно-пропускного пункта, приоткрылась металлическая
створка небольшого окошка. В проеме, защищенном бронестеклом, показалось
вытянутое лицо совсем молодого солдатика. На вид ему можно было дать лет
четырнадцать, не больше.
Андрей усмехнулся, взглянув на его большие оттопыренные уши.
- Открывай ворота, боец, - подмигнул он солдатику.
- Документы! - стараясь сохранять уверенный вид, потребовал тот.
Должно быть, солдат совсем недавно прибыл с пополнением из тренировочного
лагеря для новобранцев, иначе бы он знал сержанта разведроты Апстрака в лицо.
Не став спорить, Андрей просунул свою воинскую карточку в узкую щель под
стеклом.
Дежурный внимательно изучил карточку, после чего пристально посмотрел на
лицо сержанта, чтобы сравнить его с тем, что было изображено на фотокарточке.
- Ну как, похож? - сдвинув брови, с серьезным видом спросил его Андрей.
- Проезжайте, сержант.
- Спасибо, - буркнул Андрей, пряча в карман карточку, которую вернул ему
дежурный.
Отпустив тормоз, Андрей въехал в ворота, приоткрывшиеся ровно настолько,
чтобы пропустить на территорию части мотоцикл. Сразу за воротами он снова
остановился и обвел взглядом открывшееся перед ним пространство.
Территорию части, на которой располагался танковый батальон "Кейзи", Андрей
видел впервые, но благодаря памяти Дейла она казалась ему знакомой и едва ли не
родной. Прямо от КПП дорога вела к зданию штаба, за которым находился плац. От
ворот было видно развевающееся над плацем знамя - желтое прямоугольное полотнище
с пятигранной пирамидой в центре. Дальше, за плацем, находилась столовая.
Невысокий забор отделял ее от хоздвора и боксов ремроты. Справа от ворот стояли
одноэтажные деревянные бараки казарм.
Обогнув прямоугольный корпус столовой, Андрей выехал на территорию
машинного парка и заглянул в один из открытых боксов. Свет четырех ярких ламп с
плоскими жестяными рефлекторами ровно, почти без теней ложился на покрытую
свежим слоем темно-коричневой краски броню среднего танка "Бран-5". Трое бойцов
в замасленных комбинезонах возились с левой гусеницей танка, пытаясь вставить в
нее новый трак.
Андрей резко свистнул. Все трое, вздрогнув от неожиданности, обернулись в
его сторону.
- Где Гаттан? - громко спросил Андрей.
- Был в шестом боксе, - махнул рукой один из бойцов. Кивком поблагодарив
механика, Андрей поехал в указанном направлении.
Начальник машинного парка Гаттан, голый по пояс, сидел на краю пандуса
шестого бокса. Над его головой, закрывая жерло пушки тяжелого танка "Гейдр-12",
висела форменная куртка с нашивками старшего лейтенанта. Гаттану было уже под
пятьдесят, и хотя бы за одну только выслугу лет ему давно уже полагалось
капитанское звание. Однако по никому не понятной причине начальник машинного
парка все еще носил нашивки старшего лейтенанта. Самого Гаттана это, судя по
всему, нисколько не беспокоило. Проведя всю свою жизнь в армии, он так и не
обзавелся семьей. А одному ему было вполне достаточно жалованья старшего
лейтенанта и полагающихся в придачу к нему продовольственных купонов. Обычно
Гаттан проводил свободное время так же, как и сейчас, - сидя на пороге одного из
ремонтных боксов с жестяной кружкой невероятно крепко заваренного гиза в руке и
с риалом с фотографиями красивых девочек на коленях. Причем это были отнюдь не
порнографические журналы. Их-то как раз Гаттан на дух не переносил. Ему
нравились именно красивые женщины, а не детали их физиологии.
Увидев приближающегося Андрея, Гаттан вяло взмахнул рукой.
- Привет, Джагг...
Начальник машинного парка представлял собой классический тип флегматика.
Речь его была неторопливой и размеренной. А что касается движений, так без
особой необходимости он вообще предпочитал не двигаться.
Андрей поставил мотоцикл у стены бокса.
- Как дела, Гаттан?
Вопрос был всего лишь символической формой приветствия, поэтому старлей
ничего на него не ответил.
- Хочешь гиза? - протянул он присевшему рядом с ним Андрею жестяную кружку,
которую держал в руке.
Андрей взял кружку и осторожно сделал небольшой глоток горячей терпкой
жидкости. С наслаждением чмокнув губами, он сделал еще один глоток, после чего
вернул кружку Гаттану.
Протянув руку, он достал из багажной сумки две бутылки прозрачной
сорокаградусной.
- Держи, - сказал он, протягивая бутылки со спиртным Гатгану. - Если
торговец не обманул, то должна быть натуральной... Во всяком случае, заплатил я
за нее как за натуральную.
- Спасибо. - Гаттан свободной рукой принял бутылки и поставил их у двери
бокса. - Когда пробу снимем?
- Не сейчас, - качнул головой Андрей. - Устал... Если хочешь, приходи
вечером к нам в казарму, я для ребят, как полагается, небольшой банкет
устраиваю...
- Как мотоцикл? - взглядом указал на машину Гаттан.
- В порядке, - кивнул Андрей.
- А журналы?
- Да, конечно, - вспомнил Андрей.
Достав из сумки пачку свежих иллюстрированных журналов, он кинул их на
колени старлею.
Гаттан нежно провел ладонью по глянцевой обложке с изображением рыжеволосой
певички.
- Постарела она, - с тоской произнес он, глядя на портрет так, словно речь
шла об очень близком друге.
Андрей улыбнулся и кивнул. Что ж, каждый человек имел право на собственные
безобидные чудачества.
- Пополнение в часть прибыло? - как бы между прочим спросил он у Гаттана.
Тот сделал глоток из кружки и скосил глаза на собеседника. Взгляд его был
не то удивленный, не то недоверчивый.
- Какой-то боец на КПП решил проверить у меня документы, - счел нужным
объяснить Андрей.
- Ты в Сабате был? - Вопрос, заданный Гаттаном, прозвучал, как и все его
речи, совершенно невыразительно. Вроде как ответ его вовсе не интересовал.
- Ну а где еще я, по-твоему, мог быть? - недовольно дернул плечом Андрей.
- Только не пытайся убедить меня, что всю неделю ты безвылазно торчал в
каком-нибудь борделе.
- Я и не пытаюсь... - Андрей на мгновение запнулся. Но на выручку тут же
пришел Дейл. - Я случайно познакомился с компанией молодых ребят, устраивающих
домашние концерты...
- Подпольные, - флегматично кивнул старлей.
- Естественно, - не стал возражать Андрей. - Кто тебе даст право на
официальное выступление без государственной лицензии? А чтобы получить
лицензию...
- Ясно, - махнул рукой Гаттан. - Пока получишь лицензию, забудешь, с какого
конца в дудку дуть нужно... Ну и как эти ребята?
- Просто молодцы. Играют вещи собственного сочинения на народных
инструментах. Прежде я даже никогда не слышал, как некоторые из них звучат.
Получается совершенно необычное сочетание глубокой древности и сегодняшнего
дня...
Андрей говорил совершенно искренне. Он действительно вспомнил один из таких
домашних концертов, на которых в свое время побывал Дейл. Он только ничего не
сказал о текстах песен, которые исполняли те молодые музыканты, посколькуГлава 2
ОБЫЧНАЯ ВЫПИВКА
Едва только Андрей переступил порог казармы, в ноги ему, радостно
поскуливая и что есть мочи колотя тощим, но упругим как бич хвостом по полу,
кинулся рекин, вот уже почти полгода проживающий в казарме на правах
полноправной боевой единицы, приписанной к роте.
- Привет, Лысый...
Улыбнувшись, Андрей наклонился и поскреб ногтями плотные кожистые складки
на загривке рекина.
От всех остальных представителей своей породы Лысый отличался удивительно
добродушным и покладистым нравом. Это необычное свойство характера, должно быть,
и вынудило его в конце концов покинуть стаю таких же, как и он, четвероногих
хищников и прибиться к людям. Хотя в случае необходимости Лысый мог за себя
постоять. Лейтенант Манн, попытавшийся как-то раз вышвырнуть Лысого из казармы,
наподдав ему ногой под зад, жестоко пожалел о содеянном после того, как рекин
мертвой хваткой вцепился ему в щиколотку. Для того чтобы разжать его сомкнутые
челюсти, потребовались усилия четырех солдат, вооруженных ружейными шомполами.
Одного взгляда на вытянутое, с непомерно длинным носом лицо дежурного по
роте оказалось достаточно, чтобы Андрей вспомнил, что его зовут Элли Гроптик,
что служат они вместе уже третий год и что в общем-то Гроптик парень неплохой,
хотя умом не блещет.
Дружески хлопнув дежурного по плечу, Андрей бросил сумки на свою койку,
после чего сразу же прошел в офицерскую комнату.
Доклад о возвращении из очередного краткосрочного отпуска занял пару минут.
Выслушав его, командир разведроты майор Прист коротко кивнул. Забрав у Андрея
отпускное предписание, майор ввел данные о прибытии сержанта Апстрака в ротный
компьютер, после чего велел сержанту приступать к выполнению. своих обычных
обязанностей.
- Что нового в Сабате, Джагг? - спросил Гроптик, когда Андрей вышел из
офицерской комнаты.
Дежурство по роте было не самым веселым занятием, и Гроптик был не прочь
поболтать.
- В Сабате все спокойно, - усмехнувшись, ответил Андрей. - Все как обычно,
если не считать того, что папиросы подорожали, а шлюхи подешевели настолько, что
стоят теперь едва ли не дешевле табака.
- Да ну?! - с изумлением вытаращил глаза Гроптик. - И сколько шлюх я смогу
взять на свою месячную зарплату?
- Ты - ни одной, - все так же с усмешкой похлопал Гроптика по плечу Андрей.
- Ты, не добравшись до Сабата, все свои деньги еще в Афтере пропьешь.
- Это точно! - Гроптик в довольной улыбке оскалил коричневые гнилые зубы.
Уловив краем глаза движение у себя за спиной, Андрей бросил взгляд через
плечо.
Через два ряда от него из-под койки вылез паренек, одетый в мешковатую
армейскую куртку и брюки, которые были велики ему на пару размеров. В одной руке
у солдатика был широкий металлический шпатель, в другой - прозрачный
целлофановый пакет.
Как только в поле зрения Гроптика возник солдат, лицо дежурного по роте
сразу же сделалось чрезвычайно серьезным.
- Ну, как дела, боец? - строгим голосом, в котором при этом звучали еще и
заботливые отеческие интонации, поинтересовался Гроптик.
Солдат молча приподнял руку, чтобы продемонстрировать Гроптику пакет,
заполненный наполовину каким-то мелким мусором.
- Знакомьтесь с молодым пополнением, сержант, - кивнул в сторону солдата
Гроптик. - Боец, как следует представиться старшему по званию?
Солдат вытянулся в струнку.
- Рядовой Юнни! - дискантом выкрикнул солдат. Он хотел было в традиционном
приветствии вскинуть руку к плечу, но вовремя сообразил, что она занята пакетом
с мусором, и остановил движение на половине пути.
- Сбегай-ка в кладовку и принеси сержанту его форму, - приказал Гроптик
рядовому Юнни.
Бросив вещи, которые он держал в руках, на прикроватную тумбочку, солдат
убежал по проходу между двумя параллельными Рядами коек.
Андрей устало опустился на свою койку. Гроптик сел напротив него.
- Чем это вы тут занимаетесь? - Андрей взглядом указал на оставленный
солдатом пакет.
- Фиолетовая плесень, - поморщился Гроптик. - Пока шли дожди, снова
расползлась по всей казарме. Замучились выскребать ее из углов... Не поверишь,
Джагг, я сам видел, как ее счищали даже с пластикового покрытия тумбочек!
Андрей понимающе покачал головой.
В момент обернувшийся рядовой Юнни положил рядом с Андреем на койку стопку
полевой формы и замер на месте в ожидании новых приказаний.
- Куришь? - спросил его Андрей.
- Нет, - отрицательно мотнул головой солдат.
- Ну, тогда держи конфету. - Андрей протянул Юнни большую конфету с
начинкой из синтетической карамели, завернутую в некрасивую, словно выгоревшую
на солнце, бумажку.
Худое лицо паренька расплылось в радостной улыбке.
- Спасибо, - едва слышно произнес он.
- Отдыхай теперь. - Коротким кивком головы Гроптик велел солдату отойти в
сторону, что тот незамедлительно исполнил. - Балуешь ты мне молодое пополнение,
сержант, - с укоризной произнес он, глянув на Андрея.
- Ничего, - улыбнулся в ответ Андрей. - Хорошее отношение еще никого не
испортило. - Андрей подмигнул Гроптику и, хлопнув его по колену, добавил:
- Даже тебя, Гроп...
Подтянув к себе одну из сумок, Андрей достал из нее большой газетный
сверток и кинул его на колени Гроптику.
- Раздашь тем, кто деньги на папиросы сдавал.
Гроптик тут же разорвал газету и, зацепив двумя пальцами одну из папирос,
осторожно поднес ее к кончику своего длинного носа.
- Кайф! - шепотом, с придыханием произнес он, втягивая в себя аромат еще не
зажженной папиросы. - Осточертели уже самокрутки.
- Но смотри, Гроп, - Андрей продемонстрировал собеседнику увесистый кулак,
- если замечу, что кто-то в гильзы от папирос рыжий мох забивает...
- Забудь об этом, сержант, - взмахом руки прервал Андрея Гроптик. - Если в
других ротах этой дурью кто и балуется, то в нашей, после того как ты Эйха
Длинного заставил сожрать весь мох, что нашел у него в матрасе... Ну и рожа у
него тогда была! - Гроптик невольно содрогнулся, вспомнив страдания Длинного
Эйха. - Нет, Джагг, у нас такое теперь никому и в голову не придет, даже ради
забавы... Если только кто-то из молодых...
- Ну вот и присмотри за ними, - посоветовал Андрей. Поднявшись на ноги, он
быстро скинул с себя парадный френч и переоделся в гораздо более удобную и
привычную ему (или все же Дейлу?) полевую форму.
- Ну а вообще... - Гроптик эдак неопределенно взмахнул в воздухе рукой с
растопыренными пальцами. Фразу он закончил, понизив голос так, чтобы слышать его
мог только Андрей:
- О чем говорят в столице?
- А что именно тебя интересует? - прямо посмотрев на Гроптика, уточнил
Андрей.
- Ну... - Гроптик приподнял брови, скосил глаза в сторону и отставленным
указательным пальцем указал на потолок. - Сам понимаешь... Чего можно ожидать в
ближайшей перспективе?
- Включи монитор и все узнаешь. - Андрей взглядом указал на телемонитор,
стоявший на подвешенной к стене полке. - Все самые свежие и достоверные новости
в программе "Время".
- Что урожай в этом году будет убран без потерь, я и без того знаю, -
недовольно поморщился Гроптик.
- И тебя это не радует? - с деланным изумлением вскинул брови Андрей.
- Радует, - мрачно буркнул Гроптик. Отвернувшись в сторону и ковырнув
ногтем одеяло из искусственного войлока, он совсем уже тихо добавил:
- Но не вдохновляет.
- Поищи себе другую музу, - с усмешкой посоветовал Андрей.
- Слушай, Джагг, мы ведь с тобой уже не первый год знакомы, - посмотрев на
сержанта, вроде как с упреком произнес Гроптик.
- И что с того? - Андрей был занят тем, что оправлял на себе форму, а
потому и не смотрел на собеседника.
- Да то, что я до сих пор, разговаривая с тобой, не могу понять, что у тебя
на самом-то деле на уме.
- Тебя это пугает? - быстро глянул на Гроптика Андрей.
- Скорее настораживает, - ответил тот.
- Так, наверное, и должно быть. - Секунду подумав, Андрей пожал плечами. -
Все то, что человек не может понять, вселяет в него опасение.
- И тебе никогда ни с кем не хочется поделиться своими мыслями? - продолжал
допытываться Гроптик.
- Человек разумный, в отличие от дикого зверя, обладает способностью
подавлять свои желания, - ответил на это Андрей.
- Ну, Джагг, если так рассуждать...
- Слушай, Гроп, - перебил сослуживца Андрей, - у тебя штрафники есть?
- Ну, есть парочка... На улице они сейчас, дороги метут... - Дороги можно
без конца мести. - А что ты предлагаешь?
- У меня для них есть более серьезное занятие. - Андрей с многозначительным
видом постучал рукой по сумкам, которые принес с собой. - Ты что, думаешь, я из
Сабата пустой вернулся?
Гроптик задал только один вопрос:
- Когда?
- Я думаю, сегодня вечером, - ответил Андрей. - Собственно, какой смысл
тянуть?
- Правильно, - тут же согласился с ним Гроптик. - Нечего откладывать на
завтра то, что можно выпить сегодня. Сколько будет человек?
- Я думаю, не больше десяти... Ну, как обычно, все наши.
- Понятно, - быстро кивнул Гроптик и уверенно пообещал:
- К вечеру в кладовке будет накрыт царский стол на десять персон.
- Надеюсь на тебя, - улыбнулся Андрей.
Если уж Гроптик за что-то брался, то делал это по высшему разряду. К
назначенному времени в кладовой разведроты был накрыт роскошный стол. Правда,
скатертью служили расстеленные газеты, но зато меню состояло из лучшего, что
только могла предложить армейская кухня. Предметом особой гордости Гроптика
являлся огромный противень с яичницей, зажаренной на сале. Посыпанная сверху
крупно нарубленной зеленью из полковой теплицы, выглядела она, следует признать,
весьма привлекательно и аппетитно. Окружение было под стать главному украшению
стола: металлический бачок с тушеными овощами, тарелка с кусками обжаренного
мяса и десятка два различных консервных банок из армейского рациона.
Особую пикантность столу придавали, несомненно, четыре бутылки с чистейшей
сорокаградусной, привезенной Андреем из Сабата. Хотя и без них выпивки было
достаточно - самогон совсем неплохого качества в любом разумном количестве
всегда можно было достать в гарнизонной пекарне, расположенной на территории
части. Пекари охотно меняли пойло собственного изготовления на консервы или
продуктовые купоны.
Включая Андрея и Гроптика, за столом собрались одиннадцать человек. Трое
имели сержантские нашивки. У остальных на карманах были пришиты чистые шевроны.
Все они уже не первый год знали друг друга, поэтому и обстановка в кладовке была
спокойной и непринужденной.
В каждой роте имелись осведомители, доносившие о неосторожных высказываниях
сослуживцев регулярно посещающим часть наблюдателям из Управления внутренней
стражи. Обычно в ротах их хорошо знали и предпочитали просто держаться от них на
расстоянии. Лучше было иметь в коллективе штатного осведомителя, про которого
прекрасно известно, кто он такой, чем все время бояться сказать лишнее слово или
попросту оказаться кем-то неверно понятым.
Все десять человек, сидевшие с Андреем за одним столом, были далеко не
ангелы. У каждого из них была своя дурь в голове. Но можно было с легким сердцем
руку дать на отсечение за то, что среди них стукача не было.
Застолье разворачивалось по стандартной программе. Сначала все выпили за
удачно проведенный отпуск сержанта Апстрака. Затем за его своевременное
возвращение в часть. Третий тост был за все предстоящие отпуска. На этом
доставленной Андреем сорокаградусной пришел конец, и место бутылок на столе
занял бидон с самогоном. Но прежде чем перейти к самогону, солдаты плотно
закусили и на время отвалились от стола.
Воспользовавшись возникшей в застолье паузой, курильщики задымили
папиросами. Среди присутствующих было только двое некурящих - Андрей и рядовой
Ченни Эллик. Андрей отодвинулся чуть в сторону от остальных и сел, прислонившись
спиной к стене. Он внимательно и с интересом изучал лица своих сослуживцев,
сопоставляя собственные первые впечатления от встречи с ними с тем, что было
известно о каждом из них Дейлу.
Разговор, который по мере потребления спиртного становился все более
оживленным, сначала крутился вокруг того, как наилучшим образом можно провести
время в Сабате. Но, как и следовало ожидать, спустя какое-то время он сам собой
перекинулся на историю с недавним мятежом в подразделении "Неустрашимых".
- Вот ответь мне, - подавшись вперед и выпустив Андрею в лицо клуб
табачного дыма, спросил Ботти Индиг. - С чего вдруг "Неустрашимые"
взбунтовались?
- Ты у меня спрашиваешь?
- Точно. - Индиг утвердительно кивнул и
...Закладка в соц.сетях
