Жанр: Научная фантастика
Темные отражения
...учиться в лагере?
Здесь хозяин не Глор.
0-4 остановился в тени дерева и, дождавшись, когда Павел подошел к нему
достаточно близко, тихо произнес:
- Тебя зовут Павел Гардин.
Это было скорее утверждение, нежели вопрос.
- Что? - Павел удивленно вскинул брови, но тотчас же взял себя в руки. - Меня
зовут М-5. Чего ты хочешь?
Наемник 0-4 улыбнулся.
- А меня зовут Шайха, - сказал он. - Разве мы с тобой не знакомы?
- Знавал я одного Шайху, - осторожно ответил Павел. - Только не очень-то ты на
него похож.
- У тебя не особенно тонкий юмор. - 0-4 оскалил в улыбке зубы. - Ты ведь и сам
сильно изменился.
- Тогда, может, ты обознался? - все еще не зная, верить ли наемнику,
назвавшемуся Шайхой, спросил Павел.
- Ты Павел Гардин? - настойчиво потребовал ответа 0-4.
- Какое твое дело? - прищурился Павел. - Ты нарушаешь устав Корпуса.
- Ладно. - 0-4 присел на корточки у корней дерева. - Я расскажу тебе, где я
познакомился с Павлом. Это произошло в небольшой квартире по адресу: Малый
Чересседельный переулок, дом один, квартира пять. Там у Павла была назначена
встреча с герцогом Кайрой ди Катнаром, называвшим себя в то время Матфеем
Матфеевичем Матфеевым. Встрече помешали центурионы. Ди Катнар вступил с ними в
бой на лестнице, а я потайным ходом вывел Павла из квартиры. - 0-4 поднял глаза.
- Теперь-то ты веришь, что я действительно тот, за кого себя выдаю?
- Раньше ты был менее многословен, - заметил Павел.
- Раньше тебе становилось дурно при звуках стрельбы, - усмехнулся Шайха. - А
сегодня, как рассказывают, ты один уложил целый отряд центурионов.
- Преувеличивают. - Павел потрогал зашитое и заклеенное пластырем ухо.
- Меня послал за тобой ди Катнар, - сказал Шайха.
- Как вам удалось разыскать меня? - спросил Павел.
- Долгая история, - не стал вдаваться в подробности Шайха. - Герцог просил
извиниться перед тобой за брошь.
- Уже забыто, - махнул рукой Павел. - Я тоже тогда свалял дурака.
- А что за история со стариком, которого ты со своим приятелем увез с Мертвого
берега? - поинтересовался Шайха.
- Этот старик - Гельфульд Глумз, - многозначительно произнес Павел.
- Не может быть, - уверенно покачал головой Шайха. - Глумз давно уже мертв.
- Я говорю тебе, что это Глумз! - настойчиво повторил Павел. - Из-за него как
раз и идет война между Глорами. Все центурионы, которым удается проникнуть через
наши посты, рвутся к Мертвому берегу, потому что им нужен Глумз!
- Ладно, со стариком разберемся потом, - не стал спорить Шайха. - А кто тот
наемник, который скрылся вместе с ним?
- Его имя Гайно Тон, - ответил Павел. - Он бывший центурион и ненавидит Хана
Глора.
- Он знает, кто ты такой? - настороженно спросил Шайха.
- Да, - быстро кивнул Павел.
- Ты очень неосмотрителен. - Шайха неодобрительно поцокал языком.
- Зато вы с герцогом бдительны сверх всякой меры, - язвительно заметил Павел.
Шайха пропустил его колкость мимо ушей.
- Тебе надо скрыться, и как можно скорее, - сказал он. - Хан Глор уже давно идет
по твоему следу. А теперь, кто бы ни был тот старик с Мертвого берега, ты и
младшему Глору насолил. Если ты прав в том, что Глоры сцепились между собой изза
этого пленника, тогда в случае обнаружения беглецов в ближайшее время
родственники заключат перемирие. И всю свою энергию они обратят на тебя. Кстати,
где собираются укрыться беглецы?
- В стране Тер, - ответил Павел.
- Глупая затея, - безнадежно махнул рукой Шайха. - Их схватят прежде, чем они
туда доберутся.
- Пока еще не схватили, - несогласно буркнул Павел. Ему не нравилась
безапелляционность суждений, изрекаемых Шайхой. - Полковник только что сказал,
что в ближайшее время отправит меня на формирование нового взвода.
- Ждать некогда. - Шайха поднялся на ноги и стал расстегивать свою куртку. -
Раздевайся.
- Зачем? - не понял Павел.
- Есть определенная польза в том, что все наемники на одно лицо. Мы просто
поменяемся куртками, и ты станешь мною, а я - тобой. - Шайха отдал Павлу свою
куртку. - Завтра у меня увольнение. Я останусь в лагере вместо тебя, а ты
поедешь в город. В районе Старой Крепости найдешь постоялый двор "Али Бакир".
Спросишь Понтия Пилата.
- Понтия Пилата? - удивился Павел.
- Да, а что? Ты его знаешь?
- У нас в Реальном мире тоже был Понтий Пилат, правда, очень давно. Он был
римским прокуратором в Иудее.
- Нет, это не он. Наш Пилат - контрабандист. Он знает дороги Мира сна как никто
другой. Дашь ему денег. - Шайха протянул Павлу туго набитый бумажник. - Дашь
столько, сколько он попросит, не торгуйся. Он отведет тебя в Катнар.
- Мне нужно в Тер, - уверенно заявил Павел.
- Тебя ждут в Катнаре, - не менее уверенно возразил Шайха.
- В Тере меня тоже ждут, - стоял на своем Павел.
- Твой старик и наемник? - спросил Шайха и, не дожидаясь ответа, продолжил: -
Уверяю тебя, они туда не доберутся. Попасть в Тер, минуя заставы Глора, может,
наверное, только один Понтий Пилат.
- Вот пусть он и отведет меня туда, - сказал Павел.
- Послушай меня ты, чужеземец, - голос Шайхи задрожал от с трудом сдерживаемого
негодования. - Судьба Мира сна - моего Мира - зависит сейчас от тебя. Если Глор
получит доступ к знаниям Глумза, сдержать его будет практически невозможно.
Герцог занимается твоим спасением, в то время как, на мой взгляд, проще и вернее
было бы тебя убить.
- Но при чем здесь я? - удивленно воззрился на него Павел. - Книга находится у
ди Катнара.
- Книга хранится в твоей памяти, - Шайха пальцем постучал Павлу по лбу. - И Хан
Глор знает об этом.
- Я совершенно ничего в ней не понял, признался Павел.
- Но ты ведь листал книгу?
- И что с того?
- Каждая страница, на которую хотя бы мельком упал твой взгляд, навсегда
запечатлена в твоей памяти и выплывет на поверхность при сканировании.
- Но... - Павел на мгновение замялся, не зная, стоит ли говорить дальше. - Мне
уже делали сканирование памяти.
- Где? - звук был такой, словно невидимая рука сдавила Шайхе горло.
- Бандиты, напавшие на меня в Вавилоне, приняли меня за своего бывшего
сообщника, укравшего у них что-то, - объяснил он. - Они хотели узнать, где я, то
есть - он, спрятал добро.
Напряжение Шайхи несколько спало.
- Ну, это не так страшно, - с явным облегчением произнес он. - Их интересовало
совсем другое. Но все равно расскажи об этом герцогу.
- Я пойду в страну Тер или не пойду никуда, - настойчиво повторил Павел.
- Я плохо объяснил тебе? - снова стал заводиться Шайха.
- Да пойми же, наконец! - Павел отчаянно взмахнул руками перед лицом Шайхи. -
Старик с Мертвого берега - это Гельфульд Глумз! Ты хочешь, чтобы он снова
оказался в руках Глора?
- Глумз мертв, - с непоколебимой уверенностью стоял на своем Шайха.
- А я тебе говорю: он жив! - Павел решительно стянул с себя куртку Шайхи. -
Снимай мою куртку, я не пойду ни к какому Понтию Пилату!
- Здесь тебе оставаться нельзя, - сказал Шайха несколько растерянно.
- Это уж мне решать!
- Ты хочешь погубить наш Мир? - набычился Шайха.
- Я хочу спасти его, и именно поэтому пойду в Тер, - неожиданно спокойно
произнес Павел. - Независимо от того, поведет меня туда этот твой Понтий Пилат
или же мне самому придется искать дорогу.
- Ну ты и упертый, - не то с осуждением, не то с уважением произнес, прищурив
глаз, Шайха. - Ладно, пусть Понтий Пилат ведет тебя в Тер. Но оттуда сразу же,
найдешь ты там своих приятелей или нет, - в Катнар. Обещаешь?
- Обещаю, - улыбнулся Павел.
- При возможности приобрети себе новое тело, - с серьезным видом продолжил свое
наставление Шайха. - А то это слишком уж приметное, когда не стоит в строю.
Потребуй от Пилата, чтобы в путь отправлялись немедленно. Тебя начнут искать,
как только ты не вернешься из увольнения.
- Понял, - кивнул Павел. - А как же ты здесь?
- Я здесь тоже долго не задержусь, - ответил Шайха и, прощаясь, протянул Павлу
руку. - Ну, удачи тебе, Павел Гардин. Будь внимателен и осторожен.
- Спасибо, Шайха, - пожал протянутую руку Павел. - Буду рад снова увидеть тебя в
прежнем виде. Шайха усмехнулся, сверкнув искорками карих глаз.
- В прежнем виде я напоминал тебе батон колбасы, - сказал он с затаенной обидой.
- Откуда ты знаешь? - удивился и одновременно смутился Павел.
- Ты так явственно представлял его себе, что трудно было не понять, - ответил
Шайха.
Глава 22
Гайно и Глумз ехали весь день, не останавливаясь и не давая отдыха ни себе, ни
пауку. После расставания с Павлом они почти все время подавленно молчали, не
зная, что сказать друг другу, как объяснить случившееся.
- Мы оставили Павла на верную гибель, - пробормотал, не поднимая головы, Глумз.
- Не думаю, - резко, с вызовом ответил Гайно. - Мы, наемники, умеем воевать в
пустыне, а центурионы к ней непривычны.
- Но как он сможет преодолеть пустыню? - совсем тихо произнес Глумз. - Один,
пешком?..
- Зачем же пешком, - решительно возразил Гайно. - Он сможет воспользоваться
пневмодиском центурионов.
- Да помогут ему Хранители, - одними губами прошептал Глумз.
Паук, не ведая усталости, все так же равномерно загребал песок кривыми,
растопыренными лапами.
Они остановились только тогда, когда солнце коснулось краем горизонта.
Гайно, стесняясь попросить помощи у Глумза, начал медленно сползать по
отставленной в сторону паучьей лапе. Он старался не подавать вида, но раненая
нога болела все сильнее. Неудачно оперевшись на нее, Гайно вскрикнул от резкой
боли, сорвался и, как мешок, хлопнулся на песок. Скрипя зубами, он чуть отполз и
сел, раскачиваясь, гладя ладонями больную ногу.
Глумз примостился рядом.
- Давайте я посмотрю вашу ногу, - предложил он.
Морщась от боли, Гайно стянул штанину.
Вся внешняя сторона бедра сильно распухла и была темно-багровой, с блестящим
синюшным отливом. Глумз, положив кончики пальцев на бедро, стал медленно водить
ими по коже, постепенно усиливая нажим.
- Осторожнее, - простонал сквозь зубы Гайно.
- Потерпите, потерпите, - уговаривал его Глумз, продолжая свои манипуляции.
Наконец он оставил в покое больную ногу, расстелил свое старое одеяло и уложил
Гайно.
- Расслабьтесь, постарайтесь забыть о боли и уснуть.
- Забудешь тут, - проворчал Гайно.
Глумз порылся пальцами в песке, нашел какую-то маленькую щепочку и ловко
заострил ее с помощью зубов и ногтей. Получившимся шипом он стал водить по ноге
Гайно, время от времени несильно покалывая и что-то невнятно бормоча при этом.
Гайно усмехнулся, наблюдая за странными действиями Глумза.
- У меня в рукоятке ножа есть обезболивающее, - сказал он.
- Лежите тихо и не мешайте мне, - строго прикрикнул на него Глумз.
Удивительно, но через несколько минут Гайно стало казаться, что боль стихает.
Словно бы деревянная палочка, ползающая по коже, наматывала боль на себя.
Медленно, почти незаметно боль убывала.
Погрузившись в это необыкновенно приятное ощущение, Гайно уснул.
Когда он проснулся, над пустыней висела непроглядно-темная ночь. Тянуло
подступающим послеполуночным холодом.
Боли в ноге почти не ощущалось. Вместо этого Гайно стало казаться, будто под
кожей бедра что-то несильно свербит, шевелится, перекатывается, неспешно
переливается от колена к тазобедренному суставу и обратно.
Невдалеке чадил густым едким дымом хилый костерок. По другую сторону огня, зажав
между колен автомат, сидел Глумз. Заметив, что Гайно проснулся, он дулом
автомата подцепил котелок с каким-то варевом и поднес его к Гайно.
- Как ваша нога? - первым делом поинтересовался он.
- Великолепно! - не скрывая своего удивления и восторга, ответил Гайно. - Вы
просто волшебник!
- Ну уж, - полыценно улыбнулся Глумз. - Никакое это не волшебство, а
обыкновенная медицинская практика. Поешьте, - пододвинул он котелок. - И снова
ложитесь спать. Во сне исцеление идет во много раз быстрее.
Гайно с аппетитом принялся за обжигающе-горячую, подгоревшую у стенок кашу.
- Как вам удалось развести костер? - спросил он в промежутке между ложками.
- Очень просто, - ответил Глумз. - Взял ваш нож и нарезал пустынной колючки.
Горит она плохо, зато долго.
- А это не опасно? - проявляя привычную бдительность, спросил Гайно. - Костер,
наверное, виден издалека.
- Думаю, что нет, - покачал головой Глумз. - Вряд ли центурионы или смотрители
станут рыскать по пустыне ночью.
- Спасибо! - Гайно отставил в сторону пустой котелок. - Давайте автомат и
ложитесь спать, я подежурю до утра.
- Нет! - Глумз решительно отстранил протянутую руку. - Спать сейчас надо вам. Я
высплюсь завтра в пути.
- Но это несправедливо, - попытался возразить Гайно. - К тому же я уже выспался.
- Вы очень хотите спать! - строгим голосом произнес Глумз и плотно прижатой
ладонью провел по лбу Гайно.
После этого у Гайно пропало всякое желание спорить. Он лег на бок и через
мгновение заснул, сладко и безмятежно посапывая.
Глумз разбудил его на рассвете.
- Нам надо спешить, если мы хотим добраться до оазиса засветло, - сказал он.
- Вы так и не ложились? - с упреком спросил Гайно.
- Ничего, - отмахнулся Глумз. - Мне не привыкать.
Нога Гайно была в полном порядке. Не осталось и следа от вчерашней отечности и
не слишком приятной цветовой гаммы.
Торопливо позавтракав уже приготовленной Глумзом кашей, путники забрались на
паука. Ехали, как и вчера, не останавливаясь. Во второй половине дня на
одуряюще-однообразной плоскости пустыни появилось инородное пятно.
- Ну, кажется, добрались, - с облегчением вздохнул Глумз.
Оазис был маленький и невероятно бедный. Среди чахлой зелени ютилось около двух
десятков невысоких, кособоких палаток, которые Гайно вначале принял за брошенные
для просушки шкуры животных.
Вышедшие навстречу незваным гостям жители были низкорослы, с худыми ногами и
руками, выпирающими из-под серой, морщинистой кожи ребрами и впалыми животами.
Их безбородые лица с мелкими, приплюснутыми, будто раздавленными, чертами и
бесцветными, водянистыми глазами носили печать глубокой тоски и безразличия ко
всему происходящему вокруг. Грязные тряпки, обмотанные вокруг бедер, заменяли им
одежду.
- Ну и нищета, - удивленно вполголоса протянул Гайно. - Такого даже в Империи
Глоров не увидишь. Сделав шаг вперед, от группы отделился один из аборигенов.
- С миром ли пришли вы к нам? - спросил он. При этом губы его двигались так
активно, словно умышленно подчеркивал артикуляцию слов.
- Мы пришли с миром, - ответил Глумз.
- Для чего же пришли вы к нам? - задал следующий вопрос абориген.
- Нас интересует ваш колодец, - сказал Глумз. - Мы хотим осмотреть его.
- Колодец? - Абориген удивленно поднял редкие брови. - Все колодцы одинаковы:
яма в земле, а на дне - вода.
- И все же мы хотели бы осмотреть ваш колодец, - продолжал настаивать Глумз.
- И только для этого вы проделали столь долгий путь? - с сомнением спросил
абориген.
- Еще мы хотим обменять нашего паука на еду и лодку, - уточнил Глумз.
- Лодку? - на лице аборигена появилось выражение полнейшего непонимания. - Что
это такое?
- Это то, на чем плавают по воде, - попытался объяснить Глумз.
- Плавают по воде? - переспросил абориген. - Как это?
Лица всех присутствующих выражали крайнюю степень недоумения. Некоторые делали
руками какие-то странные жесты, похожие на те, с помощью которых с рук пытаются
стряхнуть налипшую на них грязь.
- Мы не понимаем, о чем вы говорите, - сокрушенно развел руками абориген,
ведущий переговоры.
- Похоже, они никогда не покидали своей деревни, - шепнул Глумзу Гайно. - Самый
большой водоем для них - деревенский колодец.
- Проводите нас к колодцу, - попросил Глумз наиболее разговорчивого из местных
жителей.
Абориген сделал рукой жест, приглашающий следовать за ним.
Колодец находился в центре оазиса. Это была просто дыра посреди утоптанной до
крепости камня земляной площадки, над которой на двух сваях возвышался ворот с
намотанной на него веревкой.
- Метров пятьдесят будет, - сказал Гайно, заглянув в колодец.
- Надо проверить, есть ли там выход в русло реки и можно ли по нему двигаться, -
предложил Глумз.
Гайно разулся, достал фонарик и закрепил его на пуговице куртки. Смотав с ворота
пару метров веревки, он прижал ее ногой к земле и дернул, пробуя на прочность.
Решив, что веревка достаточно крепка, чтобы выдержать вес его тела, он обвязал
ее вокруг пояса и сел на край колодца, свесив ноги вниз.
- Эй, помогите-ка, - призывно махнул рукой Гайно, и тотчас же два аборигена
ухватились с двух сторон за ручки ворота.
Повиснув на веревке, как паук на паутинке, Гайно медленно опускался вниз.
Включив фонарь, он внимательно изучал стены колодца. Со всех сторон его окружал
монолитный камень. Ствол колодца был похож на шурф, пробитый в скальной породе.
По мере спуска вниз в колоце становилось все темнее, все заметнее тянуло
прохладой и сыростью.
Гайно посмотрел вверх и на фоне ярко-голубого пятачка неба увидел чью-то голову,
склоненную над колодцем.
Вначале едва слышно, а затем все явственнее до слуха Гайно стало доноситься
мерное журчание воды. Значит река действительно существует!
Ноги Гайно по колено погрузились в холодную воду.
- Стой! Стой! - закричал он и стал карабкаться вверх по веревке, чтобы не
окунуться в воду с головой.
То ли на верху услышали крик, то ли веревка просто размоталась на всю свою
длину, но, дернувшись, она перестала ползти вниз.
Подсвечивая фонарем, Гайно осмотрелся по сторонам. В стене колодца зияло большое
неровное отверстие, уходящее под воду. Не выпуская из руки веревку, Гайно
заглянул в пролом.
Движение воды ощущалось там совершенно определенно. Гайно посветил фонариком по
сторонам, но луч его оказался слишком слабым и не достигал ни противоположной
стены, ни свода пещеры.
Выбравшись через пролом обратно в колодец, Гайно подергал за веревку, давая
знать, что его пора вытаскивать.
- Ну? - сгорая от нетерпения, схватил его за руку Глумз, помогая вылезти из
колодца.
- Река есть, - сказал Гайно, ладонями обжимая на бедрах мокрые штаны.
- Хвала Хранителям, - с облегчением выдохнул Глумз.
- При чем здесь Хранители, когда в колодец лазил я? - пожал плечами Гайно. -
Река-то есть, но на чем по ней плыть? Я так понимаю, местные жители никакими
плавсредствами не располагают. Что Хранители говорят по этому поводу?
- Может, сколотить плот? - неуверенно предложил Глумз.
- Из чего? - Театральным жестом вытянутой руки Гайно обвел окрестности. - Из
этого чахлого кустарника?
Вокруг не было ни единого деревца с мало-мальски пригодным для плота стволом.
- Найдем, - вдруг лукаво улыбнулся Глумз. В этот момент он был похож не на
старца, всего лишь день назад томившегося в бессрочной ссылке, а на мальчишку,
убежавшего из дома, чтобы поудить с приятелем рыбу.
Гайно, понимающе, таинственно закатил глаза и выгнул скобкой губы.
- Нет-нет, никакой магии, - рассмеявшись, замахал руками Глумз. Глазами он нашел
аборигена, первым заговорившего с ним. - Кому мы можем продать нашего паука?
Абориген, не отрываясь, смотрел на свою босую ногу, ковыряющую пальцами землю.
- Паук стоит очень дорого, - неуверенно, протяжно начал он. - Может быть, всем
селением...
- Вот что, - перебил его Глумз. - Давайте пройдем по деревне и выберем, что мы
возьмем с вас в обмен на паука.
Переходя от палатки к палатке, Глумз внимательно рассматривал домашнюю утварь и
хозяйственный инвентарь, которые предлагали ему местные жители.
Гайно следовал за ним, не вмешиваясь в торг, целиком доверив это дело Глумзу, но
на выставку мотыг, глиняных горшков и шейных украшений из кусочков дерева
посматривал скептически, с большим сомнением.
С провиантом вопрос решился быстро. Рассудив, что готовить горячую пищу на воде
вряд ли удастся, Глумз остановил свой выбор на сушеных плодах и вяленом мясе,
слепленном в большие, крепкие, как камень, шары. От домашнего скарба он, вежливо
осматривая каждый предложенный предмет, отказывался, пока в руки к нему не
попала большая, но неглубокая корзина круглой формы.
- Вот то, что нам надо! - радостно воскликнул он, протягивая корзину Гайно.
Гайно взял корзину в руки и сквозь щели между прутьями посмотрел на Глумза.
- Сыровато будет, - с иронией заметил он.
- Ерунда, - уверенно и непреклонно тряхнул гривой седых волос Глумз. - Дыры я
заделаю. Главное - есть основа.
Гайно его оптимизм не разделял.
- Что ж, давайте попробуем, - без особого энтузиазма согласился он. - Выбиратьто
все равно не из чего.
Глумз взял еще две такие же корзины и несколько выделанных шкур, очищенных от
ворса. Аборигены были крайне удивлены, когда Глумз сказал, что это все, что они
хотят за паука.
После окончания торга Глумз попросил развести костер и поставить на огонь
большой котел с водой, что было тотчас же с готовностью исполнено.
На краю оазиса Глумз набрал большую охапку пустынной колючки и, мелко изрубив
ее, засыпал в котел.
Наступил вечер. Гайно, спросив у Глумза, не нужна ли его помощь и получив
отрицательный ответ, улегся спать. Глумз же ночь продремал, сидя у костра, время
от времени помешивая в булькающем котле палкой и добавляя в него то воду, то
щепу колючки.
По другую сторону котла сидело несколько аборигенов. Тихо переговариваясь между
собой, они с любопытством следили за действиями странного чужеземца.
Под утро в котле чавкала густая, клейкая масса. Черпая из котла ковшом на
длинной рукоятке, Глумз сцеживал горячую, тягучую массу через сито.
Размазав получившийся клей внутри приготовленных корзин, он выложил их шкурами и
тщательно промазал все швы.
Только закончив работу, Глумз ненадолго прилег.
Проспав не более двух часов, он проснулся и разбудил Гайно. Ему не терпелось
услышать мнение спутника о подготовленных средствах передвижении по воде.
Осмотрев работу Глумза, Гайно, если и не пришел в восторг, то, по крайней мере,
остался вполне ею удовлетворен.
Позавтракав на скорую руку, путешественники перетащили все свои небогатые
пожитки к колодцу.
Первым в колодец спустился Гайно.
- Давай! - крикнул он, достигнув уровня воды и уцепившись за край пролома в
стене.
Сверху на веревке ему спустили одну из подготовленных Глумзом корзин.
Гайно установил корзину на воду и надавил на нее по краям руками. Корзина, хотя
и выглядела ненадежно, тем не менее отлично, вполне устойчиво держалась на
плаву.
Следом за первой были спущены вниз и оставшиеся две корзины, после чего,
обвязавшись веревкой, спустился в колодец и сам изобретатель и строитель
необыкновенных плавсредств.
Гайно подставил Глумзу одну из корзин, так что тот даже ног не замочил.
- Ну как? - уцепившись руками за края корзины, спросил Глумз у Гайно.
- Доплывем, - уверенно ответил тот. И, подумав, добавил: - Если водопадов на
пути не будет.
Все три импровизированные лодки связали между собой веревкой. При этом в центре
оказалась та, в которой сидел Глумз. Гайно вручил Глумзу длинный шест вместо
весла и, вооружившись точно таким же, забрался в соседнюю корзину. В третью
корзину был загружен провиант и снаряжение: одеяло Глумза, ботинки Гайно и
автомат.
- Что-нибудь хотите сказать напоследок? - спросил Гайно у Глумза.
- А что тут скажешь? - пожал плечами Глумз. - Доверимся Хранителям.
Взглянув в последний раз на бледное пятнышко рассветного неба наверху, Гайно
оттолкнулся шестом от стены колодца и ввел флотилию в русло подземной реки.
Сильное течение подхватило легкие суденышки и повлекло их за собой, в темноту и
неизвестность.
Подземная река была на удивление широкой. Луч света от фонаря только изредка
едва касался то одного, то другого берега, так что вскоре Гайно перестал
опасаться, что их утлые суденышки разобьются о береговые камни.
- Как долго нам предстоит плыть? - спросил он Глумза.
- Трудно сказать, - весьма неопределенно ответил тот.
- Тогда я, пожалуй, выключу пока фонарь, а то батарейки сядут.
Когда Гайно погасил фонарь, стены и свод пещеры окрасились бледно-розовым,
мерцающим светом, который прежде, в луче фонаря, был незаметен. Свет был очень
слабый, но вполне достаточный для того, чтобы различать очертания берегов.
- Это еще что такое? - с опаской спросил Гайно.
- Возможно, это флюоресцирующие лишайники или микроорганизмы, - предположил
Глумз. - Если бы подплыть поближе...
- Да ну их, только время потеряем, - перебил Гайно. - Лучше поскорее выбраться
на поверхность... Жутковато здесь.
- С этим уж как повезет, - ответил Глумз.
- А что, если выхода вообще нет? - решился высказать вслух свое наихудшее
опасение Гайно.
- Вряд ли, - сказал Глумз. - Река слишком большая и полноводная.
Путь по подземной реке был долгим и скучным.
От сидения в неудобной позе затекли и нестерпимо ныли ноги и спина, а при
малейшей попытке изменить положение тела корзины колыхались так, что, казалось,
вот-вот опрокинутся. Спать приходилось тоже на плаву, уткнувшись головой в
колени, вздрагивая и напрягаясь всем телом при малейшем колебании корзины.
Стены пещеры уходили в воду почти отвесно, и за все долгое время плавания
путешественники не смогли обнаружить ни одного горизонтального клочка суши, на
котором можно было бы отдохнуть и размять онемевшие члены.
На третий день пути (правда, Гайно, следивший за временем по часам, сбился со
счета и не мог с уверенностью сказать, было ли это утро или вечер) берега
разошлись в стороны, река разлилась и превратилась в довольно просторное озеро.
Постепенно гаснущее течение вынесло корзины к середине озерного зеркала и
оставило, утонув в глубине. Свод пещеры нависал в этом месте в каких-то двухтрех
метрах над поверхностью воды, отчего было светло настолько, что Глумз и
Гайно могли свободно, не напрягая зрения, рассматривать уставшие, изнуренные
бессонницей лица друг друга.
- Ну, что дальше? - спросил Гайно.
- Искать выход, - ответил Глумз.
До дна шесты не доставали. Попробовали грести руками, но ничего путного из этого
не вышло - совершенно выбились из сил, а с места, похоже, даже не сдвинулись.
- Приплыли! - Гайно со злостью сплюнул в воду.
- Течение существует и здесь, только очень слабое, - попытался успокоить его
Глумз. - Рано или поздно нас снесет к выводной протоке.
- Как скоро? - не рассчитывая на ответ, спросил Гайно. - Через неделю? Через
месяц? Или через год?
Глумз, если бы и хотел, ничего не успел ответить.
Вода рядом с корзиной, в которой сидел Гайно, внезапно забурлила, и из нее
показалась бо
...Закладка в соц.сетях
