Жанр: Научная фантастика
Кай Санди 1-7.
...что с нами всегда ухо востро держать надо: даешь нам идею свободной
конкуренции и получаешь царство монополий, даешь идею любви к ближнему - и
получаешь инквизицию. А из идеи всеобщего равенства вообще такое
выросло... Ладно. Не в землянике, одним словом, дело.
Кай был несколько поражен неожиданным философским экскурсом кэпа и не
нашелся, что сказать.
- Так, ну и почему же Станция сама не убереглась? - несколько вне
связи с вышесказанным спросил Капитан. - И почему с самого начала
замалчивались данные о положении в Колонии?
- На второй вопрос ответить легко - комендант-директор был заранее
проинструктирован в отношении программы. Собственно, анализ ее результатов
и был основной целью работы "Ферн-21". Их даже снабдили ракетами с
антивирусом - весьма эффективным препаратом, разработанным уже в наше
время, где-то в научном "андерграунде". Так что куцая отчетность шла,
думаю, первоначально просто во исполнение секретных инструкций... Они и
ракеты приготовились всерьез пустить в дело, когда поняли, как далеко тут
все зашло... Все погубила непредвиденная случайность.
Одна из сотрудниц биохимической лаборатории решила попробовать
злополучную землянику на вкус. Обычная женская дурь. Любопытство, хотел я
сказать... Зная, что вирус локализован в ядерных хромосомах, она на
ультрацентрифуге отделила клеточный сок, свободный, по ее мнению, от
возбудителей Любви, и пригубила его. Промах состоял, видимо, в том, что в
жидкости находились соединения, образовавшиеся уже как продукты вирусных
генов - что-то типа очень эффективно действующего наркотика. Слабого, но с
эффектом мгновенного привыкания. А может, под влиянием разных спонтанных
процессов часть генов из ядра перекочевала за этот срок в цитоплазму - в
пластиды, плазмиды... В общем, через три недели она уже сознательно подала
зараженную вирусом землянику к общему столу. Искренне веря, что творит
благое дело. И с ней все согласились... Три недели спустя - это
инкубационный период Любви к Растению...
- Черт бы ее побрал! И здесь Тимоти оказался прав.
- Увы. "Шерше ля фам"... Только три человека, которые в это время
монтировали последние ракетные платформы, избежали заражения, и то на
время. Среди них был наш "Гость-2". Случай, когда дополнительный стукач
весьма пригодился. Вы представляете, что могло бы начаться, если бы
"Ферн-21" сохранил свою тайну до смены экипажа? И потом - по возвращении
на Землю... Эти трое успели запастись кое-какими медикаментами и передать
на ближайший транслятор шифровку. Потом забаррикадировались в третьем
отсеке. К сожалению, оставшиеся на Станции образцы антивируса уничтожены.
Те трое подавляют действие вируса психотропными препаратами... Поэтому
приступы заболевания у них чередуются с ясным пониманием обстановки. Но
периоды прояснения все сокращаются, а увеличивать дозу препаратов
возможности нет. Они и так вводят предельные дозы. По их расчетам у них
остается не более трех суток, кэп. Уже сейчас трудно их понимать...
Кай не стал уточнять, что значило слово "трудно". Шесть лет работы в
программе борьбы с Наркомафией - достаточно хорошая школа для того, кому с
помощью обычной азбуки Морзе приходится вытягивать информацию из
одурманенных действием "колес" партнеров. Он просто, насколько мог,
выразительно смотрел на капитана.
- Надо спешить, - сказал тот.
15
Трое сидели в кабинете кэпа. Он сам, командир Десанта и Федеральный
Следователь. Момент пришел такой, что говорили они почти на равных.
- Вариантов два, - разглядывая безупречную поверхность стола, сказал
капитан. - Первый - неожиданный и тотальный штурм Станции. Как
неприятельского объекта, с выключением всего ее персонала. Затем их
госпитализация в изолированном блоке и мероприятия по транспортировке
зараженных в карантин. Дезинфекция корабля, оборудования, Станции.
Возможно - ее уничтожение. Имеем для этого полторы тысячи бойцов...
- Достаточно полусотни, - глухо заметил командир Десанта.
- ...четыре штурмовых бота с маскировкой, триста спецкостюмов -
"невидимок". Относительных, конечно, невидимок, но здесь у противника
спецсредств обнаружения не предвидится. Штатное оружие и штурмовой
инструмент. Парализующий газ, индивидуальные парализаторы. Оценка потерь -
десять процентов участников штурма. Пятнадцать - обороняющихся. Все
штурмующие рискуют получить заражение. Вероятность... Впрочем, все это не
имеет значения, поскольку, как вы установили по... своему каналу, - кэп
повернулся к Каю, - система самоуничтожения Станции активирована и любой
член ее экипажа может нам здесь устроить маленький конец света. В радиусе
полумили, примерно. В любой момент, сигналом с обычного индивидуального
браслета. Кроме того, как я понимаю, предусмотрены варианты
автоматического включения системы. Тогда - потери сто на сто.
- Мы можем дистанционно вырубить систему самоуничтожения? -
осведомился Следователь. - Ведь практически крейсер может задавить работу
любой электроники на тысячи миль вокруг...
- Если бы речь шла о шлюзовом замке, - стоило бы попробовать, -
пояснил Каю командир Десанта. - А здесь не тот случай. Малейший сбой - и
мои ребята испаряются вместе с этими говнюками. Гори оно огнем.
- Таким образом, это вариант отпадает, - резюмировал кэп Джейкобс. -
Второй вариант - тайный подход к Станции парой "невидимок" с мешком-шлюзом
и запасной спецодеждой, взлом третьего отсека, освобождение или... захват
тех троих, смотря по их состоянию. Отход за корпус крейсера. Захваченных -
в карантинную капсулу, и всех - под дезинфекцию. Через сорок секунд после
этой фазы - последнее обращение к экипажу Станции. Раскрываем все карты и
ставим вокруг них "кокон". Доклад штабу, все.
Некоторое время все трое молчали. Должно быть, каждый из них
достаточно хорошо и ясно представлял себе, что может случиться там, в
"коконе". И наверняка случится.
- Пожалуй, это единственный реальный вариант, - с трудом выговорил
Кай.
- Да, - подтвердил Десантник. - Вероятность прокола равна вероятности
отказа спецкостюма, умноженной на число участников операции. А уж что
будет на уме у того психа, который будет сидеть там у них на пульте
наблюдения, я уж не знаю... Но я - за этот вариант. Пойдут Стивенс и Юнь
Май.
- Мне кажется... - Кай впервые за время этого разговора посмотрел в
глаза кэпу Джейкобсу. - Поскольку в контакте с теми ребятами из отсека
нахожусь именно я, и верят они именно мне, лично... то я должен быть там.
- М-м-м... не лишено логики, - молвил кэп. - У вас есть опыт работы в
открытом космосе?
- Разве вы не знакомились с моим личным делом?
- Ладно, вы идете, - кэп замял вопрос о файле Федерального
Следователя. (Возможно, там написано, что у него дюймовая грыжа, но я
этого не читал. Просто никогда не стоит мешать чиновнику побыть хоть
немного человеком, если он того хочет... Малый он тихий, и под надзором
двоих из Десанта большой помехи не составит). - Согласуйте действия с
Командиром Десанта.
- Первый - пошел!
И первая черная тень провалилась в звездные россыпи - там, далеко
внизу - или наоборот, очень-очень высоко вверху.
- Второй - пошел!
Кай отметил, что, действительно, человек в "невидимке" становится
совершенно неразличим в полутора десятках метров. Только пристальные,
немигающие звезды открытого космоса начинали по-земному мерцать там, куда
ушли превратившиеся в сгустки темноты коммандос.
"Все-таки довольно просто нас засечь вот так - по заслонению звезд",
- подумал он, готовясь к прыжку.
И как в воду глядел. Потому что именно так и действовала штуковина,
называемая АСД-М (активное средство демаскировки, модернизированное),
которая сработала за полсекунды до того, как "Третий - пошел!" должно было
сорваться с уст комдесанта.
И Стивенс стал елочной игрушкой. Облачко обрезков металлизированной
липучки, выброшенное крошечной петардой, окутало его и сделало блестящей
карнавальной фигуркой, ожесточенно барахтающейся средь извечного покоя
звездных россыпей. И прекрасно отражающей сигнал радара.
- "Хлопушка" - черт меня задави! - констатировал Дирек. - Они
"хлопушек" понакидали на подходах, чтоб у них хрен во лбу вырос! А мы-то
думали, что тут один хлам...
Пока он произносил свой озадаченный монолог, на небосводе воссиял Юнь
Май.
- Провал, - глухо констатировал капитан. - Сигнал отзыва,
полковник...
- А много вы засекли этого... мусора? - осведомился с корпуса по
экранированному проводу Кай.
- В маршрутном секторе - около двадцати предметов, - довольно
индифферентно констатировал оператор с пульта. Он уже понял, что будет
крайним в этой истории.
- Ну что ж, - подумав сказал Кай. - Дирек, а не сделать ли нам так,
чтобы его стало совсем много - этого мусора, а?..
- Не понял вас, - напряженным голосом отозвался Связист. - Вы про
что, сэр?
- Я про электронный замок мусорного шлюза, Дирек. Насколько я
понимаю, эту штуку мы можем расколоть? Дистанционно? Наведенным сигналом.
Если нам повезет, в маршрутный сектор вывалится столько дряни, что не то
что оставшиеся "хлопушки" захлебнутся, а просто меня в этой каше никто не
рассмотрит.
- Вообще-то это гениально, сэр, - подумав секунды три, ответил Дирек.
- Но вы накроетесь, сэр, ни за понюшку табаку, извините...
- У нас тридцать одна минута, Кай, - вдруг резким голосом определил
капитан. - Оператор - начать дистанционный взлом. Комдесанта -
позаботьтесь о своих людях...
Ровно тридцать секунд в рубке царила тишина. Потом оператор доложил:
- Есть срабатывание шлюзового замка. На открытие...
- Хламу - тьма. Фартовый тебе билетик - "Радон", - крякнул в микрофон
Дирек.
- "Радон" - пошел! - окончательно беря операцию на себя, скомандовал
кэп Джейкобс.
Не сразу сообразив, что "Радон" - это его позывные, Кай отстегнул
кабель связи и, оттолкнувшись от корпуса довольно хорошо отрепетированным
приемом, провалился в Космос. Потом включил пневматический движок,
проверил притороченный на спине шлюз-мешок и плазменный резак на поясе -
слава богу, что каждого снабдили полным комплектом проникновения - ребята
из Десанта, вроде вышли из игры... "Бублик" Станции, став огромным,
сверкающим куполом, наваливался на него из пропасти небес... Все было как
на тренажере. Только он был один.
- Время выходит. Если... - сэконд вопросительно глянул на кэпа. Тот
не удостоил его ответом.
- Подозрительно тихо у них, у пентюхов этих, - не выдержал вторым
Главный Связист.
Капитан Джейкобс придвинулся вплотную к терминалу, положил на
клавиатуру довольно корявые ладони, откашлялся.
- Если в течение следующих пяти минут не будет установлено сигнала
ручным лазером, - зло сказал он, - выхожу на связь и начинаю пудрить мозги
комендант-директору...
- Судя по радиошумам, было все-таки срабатывание плазменного резака,
- с основательным запозданием сообщил о своем наблюдении оператор.
Пока он произносил эту фразу, на дисплее зажглась строка:
СИГНАЛ ЛАЗЕРА. КОД 318. ДИСТАНЦИЯ 620.
- Так, - с облегчением сказал кэп. - Триста восемнадцать - это у нас
по таблице э-э-э...
- "Следую к крейсеру, имею троих с собой. Один - в тяжелом
состоянии", - расшифровал сигнал командир Десанта.
- Ну, вот и все, - кэп занес растопыренные пальцы над клавиатурой, но
экран вспыхнул раньше, чем он закончил набор команды вызова Станции.
Суховатое и несколько отрешенное лицо комендант-директора Флая
появилось на нем, преисполненное особой значимости. В подтверждение тому
второй план кадра составляли собравшиеся, видно в полном составе члены
экипажа "Ферн-21". Чем-то это напоминало семейную фотографию. На долгую
память. Сэконду это не понравилось. Да и кэпу Джейкобсу - тоже. Он
выдернул из держателя маркер и стал писать что-то прямо по приборной
панели, чтобы видели сэконд и другие у него за спиной. При этом он не
спускал глаз с экрана.
- Ну вот и все, капитан, - сказал доктор Флай, внимательно глядя в
глаза кэпу. - Вы меня слушаете?
- Да, и очень внимательно, - ответил капитан и незаметно, в его
понимании, но энергично застучал ладонью по написанному, привлекая
внимание бестолковых подчиненных. На экране - "с той стороны" это
походило, наверное, на то, что кэп вслепую ищет сигареты или бьет
разбежавшихся тараканов.
"ГОТОВЬТЕ КОКОН, ВАШУ МАТЬ!!!" - гласили каракули на панели.
- Теперь вы знаете все. Или скоро будете знать, - несколько отрешенно
продолжил Флай. - Чтобы все было хоть в какой-то форме, я подготовил отчет
и минут двадцать назад запустил его трансляцию к вам, в файл "Резус 3000".
Автомат подтвердил прием. Подписано моим личным кодом. Так что вопрос об
ответственности...
- Очень любезно с вашей стороны, - сдержанно прервал его капитан. - У
нас еще будет возможность...
- Возможности не будет, - доктор Флай поднялся с кресла.
Несколько торжественно поднялись на ноги и те из его окружения, кто
до этого сидел. В рубке "Харрикейна" тоже все стояли.
- Вы должны понять нас, - продолжал Флай. - Мы глубоко осознаем
полную несовместимость нашей судьбы - судьбы навеки отданной Растению, с
судьбой... остальной части Обитаемого Космоса. Те идеалы, с которыми мы
здесь только соприкоснулись, обречены на гибель. Сейчас и здесь. Но не в
веках. Ибо та информация, которую, следуя безусловно Высшей Логике, люди
породили в лабораториях программы "Резус"... Она... Она живет. И будет
жить. Хотя и не в виде своего биологического воплощения, а как достояние
Науки... И придет время, когда...
- Успокойтесь, Флай, - как мог мягко, сказал капитан Джейкобс. - Вы
прекрасно понимаете, что несколько недель подходящего лечения, и все эти
навязчивые идеи... - он снова энергично заколотил вслепую по панели с
каракулями.
- Лечение... - горько усмехнулся Флай. - Эй, кто-нибудь из вас,
друзья мои, хочет излечения? Вы видите, капитан... Мы сделали свой выбор.
Но вы ошибаетесь, считая меня просто безнадежно больным. Я еще и
комендант-директор Станции Наблюдения "Ферн-21". Был и остаюсь им. И
именно в таком качестве принял свое решение...
Теперь он словно равнялся на невидимое знамя.
- Совершенно ясно, что игра проиграна. Теперь и здесь. Но, чтобы она
была проиграна малой, так сказать, кровью... Чтобы не было штурма Колонии,
карантинных лагерей, Сопротивления и всего этого... Одним словом, операция
по инактивации SF-вируса в масштабе всей Клонии должна все-таки быть...
осуществлена. Вы не в состоянии... не в состоянии представить, чего мне
стоило это решение. Слава Богу, будет цель, хотя бы само Растение, пусть и
погублен будет Носитель Любви. Хотя что это за прозябание - на скромных
грядках, вокруг людского жилья...
- Господи! - радостно воздел руки кэп Джейкобс. - Вот видите...
Разумные решения...
- Невозможно представить, какие бедствия и разрушения это повлечет
там, внизу - на планете. Вы должны осознать, что, начиная с этого момента,
на планете будут жить уже два поколения людей: рожденных в Эру Растения и
- после. Пропасть между ними будет... Кроме того, как показывают модельные
опыты, у достаточно молодых... особей, в отсутствие активного Носителя,
довольно быстро начинается восстановление прежних нейронных
взаимосвязей... Вы бы назвали это выздоровлением... Вражда и распря
охватят Колонию...
- Не стоит преувеличивать, док. Федерация всегда будет... на страже
порядка и...
- Так будьте хорошими стражами. Ваша вахта - первая, капитан крейсера
"Харрикейн"... Теперь последнее. Совершенно немыслимо, чтобы кто-то из
нас... своими руками привел в действие эту... эту чудовищную систему
погибели Носителя Любви.
- В конце концов, вы сами эту штуку привезли и смонтировали! - не
слишком к месту возразил кэп.
- К счастью, - не обращая на него ни малейшего внимания, продолжал
Флай, - те трое, о которых я не хочу сказать ничего... Они решили проблему
за нас. Пуск ракет может быть включен разными способами. В том числе
просто сигналом с фотодиода, постоянно ориентированного на Станцию. На
каждой установке есть такой пускатель. Видимо, они предвидели наше
решение...
- Погодите делать глупости, док! - заорал капитан, хватаясь за
рукоятки кресла, словно это его должен был тряхнуть мегатонный удар.
- Наши завещания там - в файле, - мягко улыбнулся Флай. - Прощайте
все.
- Капитан, - с запозданием доложили из канонирского отсека, -
"Кокон"...
Но было поздно - экран показал, как комендант-директор сделал
небольшое, очень привычное движение - словно собирался подвести стрелку
часов. Кэп Джейкобс вскинул ладонь, словно хотел заслонить глаза от
слепящей вспышки.
Но по экрану просто пошел "снег".
Другие экраны за его затылком показали, как вспыхнула и погасла
звезда в небе второй планеты системы Ферн, и как пошли на цель ракеты.
- "Радон", вы целы? - окликнул Кая в микрофон охрипшим голосом, после
некоторой паузы, кэп Джейкобс.
- Мы за корпусом, капитан, но мы все поняли... - нарушил ставшее
бессмысленным радиомолчание Кай. - Мне нечего сказать... Мир праху... Но
эти трое - со мной.
- Открываем вам шлюз. Резервный, по центру... Видите?
- Вижу...
- Почему вы... Чем была вызвана задержка, черт побери? - Капитан уже
и не пытался скрыть свою тревогу.
- У меня не слишком большая практика работы с пневмоускорителем... И
потом... Я чуть не забыл об одном...
- О чем? Или о ком?
- Пришлось вернуться, чтобы снять с корпуса Барабашку...
Еще минуты полторы молчания.
- Я подчеркну в рапорте, что лично участвуя в операции, вы
подвергались большому риску...
- Не надо. Это в вашем ведомстве, капитан, тот, кто рискует, получает
ордена. У нас - нет. В лучшем случае - колпак с бубенчиками...
Из сводки новостей Федеральной Информационной Службы: "По поступившим
в последние сутки сведениям, в результате срабатывания системы
самоуничтожения прекратила существование планетарная Станция Наблюдения
"Ферн-21". Функции наблюдения и взаимодействия с местной Колонией
осуществляет линейный крейсер Второго Объединенного Космического Флота. В
результате происшествия погибли двадцать один член экипажа Станции
Наблюдения. В местах их постоянного проживания будут проведены
символические обряды погребения. По желанию всех погибших, вместо
общепринятого траурного музыкального сопровождения, при этом будет
исполнена композиция Джона Леннона "Strawberry Fields Forever".
Борис ИВАНОВ
Юрий ЩЕРБАТЫХ
СЛУЧАЙ КОНТРАБАНДЫ
- Ваше оружие, сэр! - дежурный сержант устремил на своего собеседника
пронзительный взгляд, которому круглая стальная оправа очков сообщала
что-то змеиное. Взгляд сопровождался жестом требовательно протянутой руки,
и, на какое-то мгновение могло показаться, что он осуществляет задержание
особо опасного преступника, а вовсе не приемку на хранение табельного
вооружения у отбывающего в отпуск коллеги, много старше его по чину. Тот
послушно протянул ему не слишком потертую и загодя очищенную от толстого
слоя пыли кобуру.
Бдительный Змеиный Глаз прикинул на руке ее вес, расстегнул,
неодобрительно заглянул в девственно чистый, не тронутый со времени
последних ежеквартальных стрельб, ствол пистолета и сверил номер на
рукояти с показаниями терминала.
- Федеральный Следователь пятой категории Кай Санди, - прочитал он
высветившуюся на экране надпись. - Ваш идентификатор, пожалуйста!
Приняв от стоявшего по другую сторону канцелярского барьерчика,
сухощавого человека в штатском карточку-жетон, он, как того и требовали
правила, отправил ее в щель терминала, принял обратно и вернул владельцу,
удостоверившись, что человек, которого он привык встречать в коридорах
Управления не реже двух раз в неделю, оказался именно тем, кем он и был.
- Личное оружие берете с собой? - поинтересовался сержант, набирая на
клавиатуре соответствующую запись.
- Вот оно, - Федеральный Следователь похлопал по прислоненному к
барьеру чехлу с удилищами. - Действует, правда, только на форель. От силы
на плотву. Но хорошо действует...
- Значит, отправляетесь на рыбалку? - неожиданно потеплевшим голосом
спросил сержант. - На Землю?
- В Шотландию, - ответил следователь. - И надолго. Который год
пропускаю отпуск.
- Завидую вам, сэр. Что-ж, счастливого улова!
- Только не сглазьте.
Кай подхватил удочки и, кивнув дружелюбному уже Змеиному Глазу,
прошел к лифтам.
Сегодня он позволил себе не заходить в служебный кабинет - не самое
любимое свое место пребывания. Там все было приведено в порядок еще вчера
с вечера. Поэтому он уверенно вознесся сразу на двенадцатый уровень -
эмпиреи высшей администрации Управления. Однако, войдя в приемную шефа, он
ощутил определенную неловкость, причиняемую ему наличием дорожного кейса в
левой руке и чехла с удочками - в правой. Правда, приходилось ему входить
в эти двери и с более экзотическим багажом, но тогда эти предметы
проходили по статье "вещественных доказательств".
- Прекрасное сегодня утро, Мэгги, - попытался он скрасить эффект
произведенный, судя по всему, его багажом на бессменную секретаршу шефа.
- А вы сегодня очень рано пожаловали, Кай, - добродушно отозвалась
та. - Ладно, разрешаю вам оставить ваши хворостины здесь, за портьерой.
Только не вздумайте их забыть...
Обычно секретарши более или менее нужных своим подчиненным шефов
неизбежно становятся объектом прямых или косвенных расспросов касательно
того, с какой ноги встали сегодня их светлость. Мэгги Фуллер благополучно
избегала такой участи, благодаря накопленной с годами коллекции бегемотов.
Точнее, их изображений, изваяний - фаянсовых, фарфоровых, бронзовых и
невесть каких еще фигурок. Кто и когда положил начало этой коллекции,
сказать было трудно, но рано или поздно каждый сотрудник Управления,
сподобившийся обязанности посещать кабинет шефа, дарил Мэгги своего
бегемотика, стараясь выбрать что-нибудь пооригинальнее. Почему именно этот
представитель фауны был избран для такой роли легко мог понять любой, кто
хоть раз имел дело с Барни Т.Литлвудом - шефом Сектора Федерального
Следственного Управления. Оповещение посетителей о текущем настроении шефа
Мэгги осуществляла с гениальной простотой - подбором соответствующего
гиппопотама, выставлявшегося справа от ее рабочего терминала. Сегодня это
был бегемот возбужденный.
Кай вздохнул, поставил чехол с удилищами в указанное ему место и
шагнул через порог кабинета.
- Здравствуйте, шеф, - Кай постарался вложить в эти слова достаточную
долю скорби по случаю предстоящего расставания. - Зашел попрощаться с
вами. Как-никак, убываю надолго...
- Да уж, что и говорить - Управление задолжало вам э-э-э... Да
чуть-ли не четыре законных отпуска...
- Три, шеф. Слава Богу, только три. Вы ничего не хотите передать
знакомым на Земле? Люк Дункан пригласил меня порыбачить с ним там - в его
краях...
- О господи... Люк... и старина Андерсон... Однако, нашли же они
время... Дело в том, что не далее, как сегодня я хотел вызвать вас для
совершенно конфиденциального разговора...
"Нет, - сказал себе Кай. - В ЭТОТ РАЗ - НЕТ". Он сфокусировал глаза
на гербе Федерации за спиной шефа, исключив возможность встречи взглядов.
- Вы, я думаю, отнесетесь с пониманием к моей э-э-э... настоятельной
просьбе... Да какое там, - ухватитесь за предложение обеими руками! -
примерно четверть тонны облаченной в строгий костюм, по-детски нежной
плоти шефа Сектора с неожиданной легкостью выпорхнула из кресла и
решительно устремилась в обход величественного стола к своему
подчиненному. На последнем полуметре своего пути шеф умудрился привстать
на цыпочки и дирижируя обеими руками со значением произнес:
- Фа-бер-же! Фа-бер-же!! Это что-нибудь говорит вам, Санди?! Это
должно звучать для вас, как боевой горн! Фа-бер-же!!! Я не вижу в ваших
глазах охотничьего блеска, Следователь!!!
- Я мало сведущ в ювелирном деле, шеф, но такое имя знаю.
Девятнадцатый-двадцатый век... Однако... - спохватился он.
- Конкретно речь идет о серебряном, филигранной работы пасхальном
яйце - это дар мастерских Фаберже последнему русскому императору. Не
более, ни менее. Вы только посмотрите на голограмму... Собственность
Земли, а именно...
- Вы хотите подвесить мне некое дело, к нему, к произведению Фаберже,
то-есть, в связи с поездкой на Землю? Я не...
- Я думаю, что вы без сожалений расстанетесь с идеей этой вашей
поездки, как только поймете, какое перспективное дело я вам предлагаю, -
шеф жестом предложил Каю присесть на предназначенное для доверительных
бесед ажурное кресло у кофейного столика под сенью аквариума с его
любимыми вуалехвостами, а сам стремительно опустился в такое же сидение
визави. Кай было приготовился к худшему, но мебель в Управлении была
достаточно прочна, в этом ей было трудно отказать.
- Шеф, - сказал он, - я, конечно, внимательно слушаю вас, но... -
теперь, чтобы не заработать косоглазие, ему пришлось перенести центр
внимания с чеканки герба на менее официальных вуалехвостов.
- Как вы понимаете, уже одна только историческая ценност
...Закладка в соц.сетях
