Абзац: Полный самый URL: https://lib.co.ua/sfiction/ivanovborissherbatyhyriy/kaysandi17.jsp Кай Санди 1-7. Борис ИВАНОВ Юрий ЩЕРБАТЫХ Кай Санди 1-7: 1. STRAWBERRY FIELDS FOREVER 2. Случай контрабанды. 3. Обитель монстров. 4. Тридцать четвёртый мир. 5. Тринадцатый Дож Эбисс-Айл. 6. Души Рыжих. 7. Последний вагон в рай. strawberry filds forever! Но это была не кровь - просто сок земляники. А.Стругацкий, Б.Стругацкий "Трудно быть богом" 1 - Ключ на старт. - Есть ключ на старт, сэр! Десять секунд тишины. Двадцать. Пилот все-таки осмелился вопросительно приподнять бровь: "Так все-таки старт, сэр?" Ответом было молчание. А молчание капитана крейсера первой категории чего-то да стоит. Сейчас это было две сотни фунтов напряженного внимания, пыльной амуниции и взгляда, устремленного к куцему горизонту, над которым взвилось махонькое, космопортовским джипом поднятое, облачко. Оно приближалось. - Ребята, там, наверху, - тихо окликнул в микрофон пилот модуля. - Вы, случаем, не дрыхнете? - Нет. Видим, что к вам по взлетной плеши жарят какие-то пентюхи. Они там что - охренели что-ли? Когда мы ударим дюзами... - Завалите немного орбиту. Кажется, модификация маневра... Джип лихо приткнулся под опорами шаттла, и стало видно, что в нем - трое. Стандартная пара - шофер местной службы (забросил сапоги на руль и моментально закемарил), курьер (выскочил и затараторил в коммутатор) и к ним в дополнение какой-то некомплектный чудак в штатском да еще с потасканным чемоданом наготове. - Ну, уж дудки, - прикинул пилот, неторопливо включая спуск трапа, по которому, не дождавшись пока смолкнет ноющее гудение сервомоторов, забухал сапогами курьер. Тот, в штатском, все-таки вежливо дождался пока нижний обрез лесенки ткнется в белый пепел этой земли, и привычным шагом служилого человека стал поспешать вслед. Сам по себе. - Дудки, - продолжал размышлять пилот. - Еще не родился такой черт, какого капитану Джейкобсу навязали бы на борт сверх комплекта. Да еще за четверть часа до большого старта. На чем приплыл, на том и уплывешь, дорогуша! И очень быстро уплывешь... Капитан тем временем отстегнул ремни и шагнул навстречу курьеру, в проход меж кресел. Пилоту с его возвышения представлялась возможность следить за ходом небольшой административной блиц-партии, которой, видать, предстояло быть разыгранной на этой не слишком удобной арене. Или, скорее уж - доске. Капитан Джейкобс: Слушаю вас. (е2 - е4). Курьер: Глава администрации и Военный Комендант Колонии "Форд-17", в соответствии с полномочиями, полученными от Высшей директории Федерации, и имеющимися на этот счет соглашениями, просят вас принять на борт вверенного вам космического судна Федерального Служащего, расписаться в получении прилагающегося пакета и внести изменения в маршрут следования вышеназна... тьфу, - вышеозначенного судна, согласно... (Шах, но довольно робкий - курьер с желто-белым пакетом мог бы и не запинаться. Хотя что возьмешь с провинции?...) - Администрация колонии "Форд" номер э-э-э... - ("...семнадцать", - подсказал пилот). - В общем, какой-то там номер просит меня изменить маршрут следования космокрейсера "Харрикейн"? - с нескрываемым изумлением вопросил куда-то в пространство кэп Джейкобс. (Мощная контратака по флангам. Чувствуется рука мастера). - ...согласно указаниям Командира Второго Объединенного Космического Флота. Правая - к козырьку и сразу - резко вниз, по шву. Левая, с пакетом - вперед, к чуть намеченному под походным комбинезоном брюшку кэпа. Пакет желтый, с двумя белыми полосами и острым росчерком факсимильной связи. И серая фигура в штатском за спиной. (Примитивное, но уверенное продолжение атаки). Кэп Джейкобс нарочито неумело вскрыл конверт. Прежде чем прочитать текст, он горько поморщившись, поднял глаза к небу. Яркая и очень близкая звезда уверенно поднималась над горизонтом. Он-то знал, что звезду зовут "Харрикейн". Это была очень усталая звезда... "ПРИКАЗ КОМАНДУЮЩЕГО ОКФ-2 N 1429/CО23 СЕКРЕТНО КД-А1 СИМ ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ ДЖЕЙКОБСУ ФЕРДИНАНДУ, КАПИТАНУ КОСМОКРЕЙСЕРА Н-9С ("ХАРРИКЕЙН"), ВО ИЗМЕНЕНИЕ РАНЕЕ ОПРЕДЕЛЕННОГО ПРИКАЗОМ 0709/М023 МАРШРУТА СЛЕДОВАНИЯ, В МОМЕНТ 14/43/77/12 СТАРТОВАТЬ В РЕЖИМЕ, ОПРЕДЕЛЕННОМ ФАЙЛОМ 3002, С ЦЕЛЬЮ СБЛИЖЕНИЯ СО СТАНЦИЕЙ АКТИВНОГО НАБЛЮДЕНИЯ "ФЕРН-21", ПЛАНЕТЫ 2, СИСТЕМЫ ФЕРН (КОЛОНИЯ "БЕНИЛЮКС-15") ИМЕЯ НА БОРТУ ФЕДЕРАЛЬНОГО СЛЕДОВАТЕЛЯ КАТЕГОРИИ 4 САНДИ КАЯ, В КАЧЕСТВЕ ЧЛЕНА ЭКИПАЖА КАТЕГОРИИ А-ЗЕРО. УРОВЕНЬ СЕКРЕТНОСТИ КД-А1. ПО ОТБЫТИИ С "ФОРД-17" ВСКРЫТЬ ПАКЕТ-2. ПОСТОЯННО ВЕСТИ ПРИЕМ ПО КАНАЛАМ, ОПРЕДЕЛЯЕМЫМ ФАЙЛОМ 30025. ОБ ИСПОЛНЕНИИ ДОКЛАДЫВАТЬ ПОРЯДКОМ 3. ПРИЛОЖЕНИЕ - ПАКЕТ-2 ЗА N_6224/ROO. АДМИРАЛ К.ЛЕФОРЖ" Личный код командующего. И от руки, пониже текста штабного принтера: "P.S. Если не трудно, постарайся не забыть о марках для Ли. Береги себя - нас не так много осталось. Твой Клеменс. (Шах и мат)." Пакет-2 прилагался и был узок, шершав и ехиден на вид. Пилот, естественно, не видел текста, который кэп Джейкобс молча, как микстуру, впитывал в себя. Он просто видел в зеркальце, прикрепленном на пульте, багровый затылок командира. Но понял - шах и мат. Впервые на его памяти шах и мат кэпу. И переложил четвертак из правого кармана в левый. Когда он проигрывал пари самому себе, то проигрыш откладывал в фонд предстоящего всеобщего загула на Лунной базе. Хотя, когда она будет теперь - Лунная база? - Почему это, собственно, не передали прямо на борт? Там тоже есть материализатор... (Раздраженная попытка затянуть безнадежную партию. Король скачет по двум оставленным ему клеткам...). - Формально, господин капитан, вы еще находитесь на "Форде-17", соответственно... (Мат. Куда там - конечно мат, надо уметь проигрывать...) - Эрик, - глухо сказал кэп. - Модификация маневра. На шаттле две с половиной сотни фунтов дополнительного груза... Что-то вроде - если считать с чемоданом... И надо дать время ребятам отъехать... - Есть, сэр, - ответил пилот. ...Курьер сделал шаг в сторону - и они остались лицом к лицу. Человек, за которым стояли гигаджоули двигательных установок и мегаватты боевых генераторов, мертвый огонь звезд и стальные души экипажа "Харрикейна". Две тысячи девяносто три души. Семеро стали строчками на камне стены Центра подготовки. Далеко отсюда. Усталость металла. И второй человек, за которым тянулись километры тусклых коридоров. И километры стальных ящиков, содержанию которых так и не разрешено было стать электромагнитными импульсами. И скучные списки, ползущие по дисплеям. И стальная воля Системы. Это, впрочем, была совсем другая сталь. Капитан боевого крейсера стоял лицом к лицу со Следователем Федерации. - Рад вас видеть, - сказал капитан. Следователь еле уловимо, одними уголками губ усмехнулся и протянул ладонь для рукопожатия. Он ни на секунду не обольщался семантикой этой фразы, так как капитан и не пытался скрыть свое неудовольствие от их встречи. Кай придал своему лицу официальное выражение. - Мне можно присесть, мистер Джейкобс, или необходимы еще какие-то формальности? Капитан сделал гостеприимный и в то же время достаточно неопределенный жест рукой куда-то в сторону грузового отсека. - Располагайтесь в кресле у прохода, мистер э... э... - Санди. - Да, да, Санди. И извините, если перегрузки при взлете будут несколько выше обычных. Мы ведь задержались со стартом и теперь вынуждены догонять, чтобы вовремя сблизиться с "Харрикейном" (взгляд в сторону пилота, который Эрик, как ему показалось, понял правильно: "Добавь-ка пару "Же" против обычных, сынок, чтобы этот штатский пентюх оценил различие между пассажирским лайнером и боевым кораблем"). Взревели дюзы, и капитан так и не расслышал фразу, произнесенную в ответ следователем. Впрочем, через пару минут Джейкобс позабыл об этом, так как Эрик понял его намек слишком буквально. От перегрузки предательски потяжелели веки и неприятно заныла поясница. С трудом приоткрыв глаза, кэп повернул голову к штатскому. Тот как ни в чем не бывало, рассматривал в иллюминаторе уплывающую из-под ног планету и растущую на глазах громаду крейсера. Почувствовав на себе взгляд капитана, он вежливо повернул (это несмотря на дополнительные "же"!) к нему голову, словно спрашивая: "Есть какие-нибудь вопросы, сэр?" Вопросов не было. Более того, по вполне осмысленному взгляду следователя и его позе, Джейкобс понял, что такие перегрузки для гостя дело привычное, отчего досадливо поморщился за свою мальчишескую выходку и прикрикнул на второго шалуна: - Потише, а то мы неровен час вместо шлюза впишемся в главные дюзы! Понявший с полуслова пилот плавно сбросил тягу. - Старший помощник на связи, - доложил он. - Слушаю, - буркнул в микрофон кэп и переключил коммутатор на свой наушник. - Мы тут так поняли, что у вас на борту "мешок", сэр? - осведомился сэконд. - Правильно поняли, - кэп не поощрял излишней предусмотрительности. - Категории А-зеро. Позаботьтесь о расквартировании. И объявите по селектору, что в шестнадцать ноль-ноль - общее собрание. В связи с изменением маршрута следования. Все. Он с досадой щелкнул тумблером и откинулся в кресле. Через несколько минут глухой удар о причальную мачту известил экипаж о том, что капитанский шаттл из самостоятельного корабля вновь превратился в частицу "Харрикейна". 2 Крейсер Второго Объединенного Флота Федерации "Харрикейн" готовился к старту. Громада, выполненная из самых прочных материалов, когда-либо созданных человечеством, и способная развивать самые большие мощности, с которыми человечество когда-либо сталкивалось, осторожно ворочалась на своей орбите. Она, эта громада, могла средних размеров обитаемую планету сделать поясом астероидов. И другие такие вещи. Но не для этого ее создавали. Крейсер "Харрикейн" был Инструментом Воссоединения Федерации Тридцати Трех Миров. И ничем более. И никто на его борту не должен был осознавать этого предназначения глубже, чем капитан Фердинанд Джейкобс. За то, что он осознавал сию великую миссию вверенного ему судна и экипажа (каждый день и каждую секунду), ему были положены казенный кошт, освобождение от налогов и - на склоне лет - пенсия, которую инфляция, конечно, превратит в пыль. Кроме этого годы и годы беспорочной службы оставили капитану кое-какие воспоминания, тающую в потоке времени горстку старых друзей, скромный иконостас орденов двух последних войн (послевоенная Федерация на награды была скупа) и несколько памятных снимков на стене кабинета. Были еще, впрочем (сам он уже слабо верил в это), небольшая недвижимость в одном конце Обитаемого Космоса и столь же небольшая семья - в другом; и проблема того, как соединить эти две сущности, хотя бы в далекой перспективе. Последнее было, впрочем, его и только его делом. Тут капитан вдруг с неприязнью подумало том, что теперь еще один человек на борту может спокойно пробежав пальцами по клавиатуре своего терминала, ознакомиться со всей этой ерундой - такой, в сущности, никому не нужной... Член экипажа класса А-зеро. Так же, впрочем, как и он, капитан крейсера, волен запросить на свой дисплей файл с личным делом следователя четвертой категории К. Санди... Кэп недовольно глянул на панели терминала и вместо того, чтобы тыкать пальцем в клавиши, достал складной нож и обрезал поломанный ноготь. Потом вскрыл пакет N_2. "КОД-200. ДЕШИФРОВКА: ЭКСТРЕННО. ТОЛЬКО ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В ПРОГРАММЕ "РЕЗУС". ПРОСЬБА НЕМЕДЛЕННО ОБЕСПЕЧИТЬ ТАЙНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ НА "ФЕРН-21". ФИЗИЧЕСКИЙ КОНТАКТ КРАЙНЕ ОПАСЕН. ЛЮБОЙ БИОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЪЕКТ С "БЕНИЛЮКС-15" КРАЙНЕ ОПАСЕН. НЕ СТАВЬТЕ "ФЕРН-21" В ИЗВЕСТНОСТЬ О ДАННОМ СООБЩЕНИИ. НА КОНТАКТ СО СЛЕДСТВИЕМ ВЫЙДУ САМ. ГОСТЬ-2. 15.3.14 КОНЕЦ ДЕШИФРОВКИ. ДЕШИФРОВАЛ 152." Джейкобс удивленно уставился на шифровку, посмотрел, не ли чего на обороте, потом прочитал еще раз и, на всякий случай, заглянул в пустой пакет, словно ожидая, что именно там находятся необходимые пояснения к совершенно дурацкому посланию, которое он только что прочитал. Будучи по своему характеру и профессии честным космолетчиком и солдатом, капитан терпеть не мог шпионов, наблюдателей и следователей, а также все атрибуты полицейского дела, как-то шифровки, расследования и двойную игру. Но как ни прискорбно, именно этим ему и предстояло заниматься в ближайшее время, ибо во времена второй Федерации, как и сотни лет назад, капитан боевого корабля (даже если корабль больше смахивал на искусственную планету, нежели на утлые деревянные суденышки архаичных времен) являлся в одном лице и отцом, и богом и судьей в радиусе действия боевых орудий. А посему, хотелось капитану Джейкобсу или нет, он был обязан возглавить предстоящее расследование на "Ферн-21". Рука его потянулась к клавише селектора. - Члена экипажа А-зеро, Кая Санди, к капитану, срочно... Впрочем, отставить... Алекс, предупредите господина следователя, что капитан крейсера намерен лично проверить, как там наши ребята поселили его. Если он ничего не имеет против, конечно... Нарушение субординации было чудовищным. Но именно потому, что кэп Джейкобс точно знал, когда субординацию надлежит нарушать, он и был Капитаном. 3 Каюта, отведенная следователю щедротами сэконда, являла собой типовой образец гостеприимства в его военно-космическом понимании. Столь же типовым был и нехитрый скарб гостя, разместившийся по нишам - держателям. Строгий командирский глаз отметил лишь одно серьезное отступление от флотского стандарта - оно имело место на полочке у изголовья, то есть в самом незаметном с точки зрения нормального командированного чиновника месте. Том самом, куда совершенно автоматически обращается начальственный взор в любом, приписанном к ОКФ табельном жилище. Так вот, там, где по неписанным корабельным законам могли размещаться только: первое - баночка с гуталином (этикеткой вперед), второе - Устав ОКФ (причем надпись на корешке должна читаться слева направо) и третье (необязательно) - Библия или какой другой документ, относящийся к вероисповеданию проживающего, но обязательно расположенный так, чтобы название его на корешке читалось вверх ногами; и ничего более - в этом самом месте лежал здоровенный том в глянцевой обложке, на корешке которого прочитывалось (вниз ногами, разумеется) слово "каталог". Как ни странно, это даже понравилось кэпу - наверное своей первозданной наивностью, открывающей глазу старого космического волка всю глубину той бездны, на которой копошится бесконечно отсталое штатское сознание. А может быть, тем, что в домах Старых Парней, с которыми так редко приходилось ему теперь видеться, тоже любили каталоги. Старые, редкие - еще до Смуты напечатанные тома. Кто коллекционировал рыболовные крючки, а у кого внук увлекался марками... В общем, взгляд капитана потеплел. - Надеюсь, - начал он, не без удовольствия принимая сугубо партикулярное, жестом сделанное предложение садиться на единственное в каюте, утопленное в столик флотского терминала, кресло, - надеюсь, вы не в претензии за наш спартанский, так сказать, уют... - Наоборот, - довольно искренне ответил Кай, приводя в действие походную кофеварку, которую, не подозревая, естественно, о пункте 141-б Бортового Уложения о пользовании электроприборами, уже уютно пристроил сборку от выхода принтера, - на "Форд-17" я добирался с Санта-Анны на обычной "кильке", так что здесь вы мне обеспечили поистине царские хоромы... Он присел на край противоперегрузочной лежанки - второго (и последнего) предмета меблировки его каюты, способного дать приют нормальному человеческому седалищу. Тут же раздался стук в дверь, и на пороге появился сэконд, которого вполне закономерно тоже посетила светлая мысль - в свободное время проконтролировать и дополнить минимальной дозой гостеприимства процедуру расквартирования хоть незванного, да черт побери, в конце концов такого же подневольного, как и свой брат-астрофлотчик, гостя. Войдя, он остолбенел. Не то, чтобы вид столь же не к месту объявившегося кэпа потряс его. Кэп Джейкобс на то и кэп Джэйкобс, чтобы откалывать неожиданные номера. Но сидящий (сидящий!) на лежанке (на лежанке!) в присутствии капитана судна член экипажа, наливающий кэпу чашечку кофе из подключенного к бортовой сети бытового электронагревательного прибора - все это было таким вопиющим средоточием нарушений всех мыслимых положений Устава, что сэконд на минуту задался вопросом - не сон ли уж вся эта бренная жизнь? Впрочем, быстрота реакции всегда отличали космическое воинство, и, четко определив для себя, что грешно с обиженных богом людишек, не носящих формы ОКФ, требовать хоть чего-то, старпом отсалютовал, извинился перед кэпом и, повернувшись на каблуках, удалился в свой кабинет, где заперся и часа полтора-два читал Монтеня. Проводив пострадавшего понимающим взглядом, кэп повернулся к Каю. Дело есть дело, черт его подери, и придется полчаса побыть полным идиотом в глазах новоявленного члена экипажа. - Так вы работали в "Колонии Святой Анны"? - осведомился он, чтобы как-то завязать разговор. Значит, понимаете даже по-русски? - Нет, там все прилично владеют английским. Из старшего поколения, по крайней мере. Эти парни - довольно занятные люди. Не такие обозленные, как в других местах - на том же "Форде", скажем. А на "Форде" я ждал рейсового лайнера - у меня два пропущенных отпуска горят, знаете ли... Но вместо это получил ориентировку по "Ферну". И вот... - Я бы хотел обсудить с вами наши совместные действия по предстоящему расследованию... - капитан запнулся и сделал длинную паузу, которая могла бы считаться приглашением к более серьезному разговору. Он еще не решил до конца, как вести себя с этим непривычным собеседником, и, не без колебаний, протянул ему внутренний пакет. Странное постукивание и поскребывание отвлекло его внимание. Еще не хватало, чтобы мыши развелись на боевом корабле... - Однако его гость оказался достаточно тактичен. У него нашлось несколько слов, чтобы выразить сожаление - вполне искреннее, как показалось кэпу - по поводу неудобства, причиненного экипажу в связи с полученным заданием. Он коротко упомянул о важнейшей государственной программе, находящейся под угрозой срыва, если развитие событий на "Ферн-21" выйдет из-под контроля, подчеркнул, сколь многое зависит от опыта и авторитета капитана судна, получившего столь ответственное задание, и под конец своего небольшого монолога выразил готовность всемерно помогать означенному капитану во всех его начинаниях. Капитан хмыкнул. Он достаточно хорошо представлял себе, что в Табеле о рангах Федеральный Следователь, наделенный полномочиями ранга А-зеро, стоял чуть повыше капитана линейного космокрейсера, но собеседник, слава Богу, ясно давал понять, что не собирается покушаться на его лидерство. Следовало ответить помягче. - Ну, и как вы считаете, с чего нам необходимо начать? - прикинулся пай-мальчиком "стальной Эф-Джей". - Ну, я полагаю, что вам имело бы смысл создать комиссию по выполнению задания Командования. Небольшую - человек пять-шесть, но достаточно компетентную и действующую под вашим непосредственным руководством. В нее могли бы войти ваш старший помощник, главный связист корабля, кто-то из армейского командования - я имею в виду десантников, - оперативная разведка, начальник корабельного госпиталя, И ваш покорный слуга. - Вам приходилось что-нибудь слышать о моих людях? - Пока только самые общие сведения, капитан... - Ясно, иначе вы бы не заводили речь о Диреке. О Главном Связисте, я имею в виду... Но и без него в таком деле не обойтись. Теперь... Что я могу сказать моим людям насчет вот этого? - капитан ткнул пальцем в желтый пакет. - Было бы лучше, если бы вы убрали это письмо в сейф, если вас не смутит мой совет. А для членов Комиссии... думаю, можно ограничиться версией о возможной эпидемии на станции наблюдения, которую ее руководство, видимо, скрывает. И наоборот... - То есть? - Я имею в виду, что, для "Ферн-21", это у нас тут эпидемия. На корабле. И контакт с персоналом станции исключен. Не можем продолжать рейс и обращаемся за помощью... Что-нибудь в этом духе. Эту информацию неплохо бы запараллелить по каналам военной разведки, чтобы на "Ферн" поступило предупреждение о нашем прибытии. Из региональной Администрации. Хотя бы задним числом. С учетом того, что колония "Бенилюкс-15" находится на окраине Федерации и представляет собой стратегическую ценность в качестве форпоста обороны Содружества Тридцати Трех Миров, наш визит должен, по меньшей мере, восстановить "статус кво". Капитан молча выслушал ответ следователя и задумчиво постучал пальцем по полированной поверхности стола. Постукиванию ответило поскребывание где-то внизу. Или наоборот - под потолком? - Вы еще хотите что-то спросить у меня, капитан? - Нет... вернее - да! Скажите, а что это за программа "Резус", о которой упоминает ваш сту... Я хотел сказать, о которой упоминает загадочный "Гость-2" в своем послании? И каков характер опасности, грозящей моим людям при физическом контакте с ребятами со станции? Кай, довольно грустно прищурившись, внимательно посмотрел капитану в глаза. - Сэр, у нас с вами, к сожалению, не тот уровень допуска к секретной информации, чтобы я мог... исчерпывающе ответить на ваш вопрос. Но, поверьте, речь идет не о каком-то бактериологическом или химическом оружии нападения и даже не об оружии вообще. Программа "Резус" мыслилась когда-то, еще до Смуты, как средство восстановления и укрепления Галактического Единства какими-то скорее психологическими средствами, и наша с вами миссия, сдается мне, достаточно благородна... Что касается опасности, то, возможно, она не так уж и велика. В определенном смысле... Агенту на станции их локальные проблемы могут видеться в другом свете. Я полагаю, речь может идти лишь о каких-то модификациях сознания... или поведения. Во всяком случае "Резус" был связан именно с такими вещами... - В чем это может выражаться? - А вот это нам и предстоит узнать с вашей помощью. - Итак, мы с вами имеем два с половиной часа на подготовку. В пятнадцать двадцать собираю чертову Комиссию в моем кабинете, отрабатываем последние детали, выходим на разведслужбу ОКФ, запускаем вашу дезу. Извольте быть. Фрак можете не надевать. - Спасибо, кэп. А то пришлось бы срочно заказывать портному... Кэп косо, но с определенной симпатией улыбнулся. Встал. - В шестнадцать ноль-ноль - общее собрание экипажа. По статусу вам полагается быть в президиуме. Честно говоря, не завидую вам. Хотя, надеюсь, у вас будет возможность найти общий язык с экипажем "Харрикейна"... В восемнадцать - выход на "окно". В двадцать - Бросок. Кэп взялся за рукоять двери. (Опять поскребывание-постукивание. Неужели крысы в вентиляции? Шеи посворачиваю санитарной службе!!) - А вы, - спросил он немного неожиданно для себя самого, вспомнив стариковской рукой сделанную приписку к высочайшему приказу, - вы, я вижу, из этих, ну из нашего брата - филателистов? - он кивнул на каталог, к которому в этот момент уже тянулась рука Федерального Следователя. И с удивлением увидел, что на лице собеседника зарделось что-то напоминающее застенчивый румянец. - Нет, - ответил Кай несколько смущенно. - У меня другое... хобби. Он протянул объемистый том капитану. Тот машинально прочел полное заглавие. - Детские игрушки? У вас э-э-э... есть в семье... - Я сам собираю их. Детские игрушки. Не все, разумеется. Но всякие. Они меня интересуют ну... как форма человеческой изобретательности, что ли... Ведь первый паровой двигатель - вертушка Герона - тоже был всего-навсего игрушкой. Я собираю такие... такие штуки, в которых есть выдумка, или какое-то оригинальное выполнение. Головоломки, гэги... - Забавно. И возите все это с собой? - Кэп машинально повертел головой. - В основном - описания на дискетах. Но кое-что и во плоти, так сказать. Честно говоря, мои игрушки раскиданы по всей Федерации. Мне, знаете, еще с той поры, когда я был стажером, все как-то не удается зацепиться на Земле... И вообще на одном месте. Служба. Впрочем, уж вы-то меня хорошо понимаете... - Жалко. Я бы с удовольствием посмотрел как-нибудь... - Впрочем, один экземпляр у меня как раз с собой. Подарили русские на Святой Анне. - Видимо, матрешка? - Да нет, - Кай наклонился и вытянул из-под лежанки исхудавший чемодан, а из чемодана - аляповато раскрашенную картонную коробку. Кэп опасливо приподнял крышку и увидел серый листок бумаги с текстом и маленький кусочек темноты. - Возьмите, не бойтесь, - сказал Кай. - Это - Барабашка. У меня с ним небольшая проблема. Кэп прикинул на ладони этот странный, тяжелый кусочек то-ли чернильно-черного мха, то ли очень тонкой шерсти и озадаченно спросил: - Проблемы? Какие? А что, собственно, оно делает? - Оно стучит. Или скребется. - Скребется? Простите... - Да - возится... Возможно, вы слышали, пока мы здесь... - Так точно, слышал. Можете принять благодарность. От имени санитарной службы. - Вы о чем? Это ведь - механическое... - Да нет - не берите в голову. Это я так... И чем оно стучит? И зачем? - Это - гэг. Подбрасывать, допустим, за шкафы любителям историй с привидениями. Очень трудно заметить эту штуку. Стук производят колебания центральной - вот этой - бусинки. А вот что приводит ее в действие - вот в этом и состоит моя проблема. - Это что - их ноу-хау? Или как? - Да нет. Это какой-то хорошо известный физический эффект. У них все это, вроде, даже написано... Кэп поднес к глазам листочек с отпечатанным "слепым" серым текстом и потряс головой. - Вы знаете, - сказал он, - я понимаю каждую из этих фраз в отдельности, но... - Не надо вдумываться, - беспокойно остановил его Кай. - Мой коллега, знаете ли, пытался разобраться в инструкции к обычному русскому утюгу... Так вот, у него не восстановился до сих пор нормальный сон, насколько я знаю. Утюг, кстати, был отличный. С виброукладкой волокон. - Знаете, - задумчиво сказал кэп, - в свободное время спуститесь в отсек среднего состава... если найдете для себя возможным, и там, в каюте э-э-э пятьсот девяносто, да, точно - пятьсот девяносто (память у капитана была его сильной стороной в общении с экипажем) - в каюте пятьсот девяносто найдете нашего второго кока-программиста Тимоти Сухого. Если найдете с ним общий язык, он э-э-э... может помочь вам разобраться в этой галиматье. Особенно, если вы будете называть его Тимофей. И постарайтесь не заключать с ним пари. - Благодарю за совет. Они раскланялись. Поднимаясь в лифте, кэп Джейкобс несколько раз повторил про себя: "Ба-ра-баш-ка". И усмехнулся. 4 Взаимное представление членов "Комиссии по расследованию обстоятельств, сложившихся на Станции Наблюдения "Ферн-21", прошло несколько натянуто. Не то, чтобы ее членам было впервой участвовать в разного рода разбирательствах (одна только история с раздвоением "Гэлэкси" чего стоила), но вот в дела, напрямую завязанные на агентуру Директории, да и вообще на политику, никто из офицеров ОКФ путаться не любил. Особенно, когда из-за таких вот дел вместо законного отпуска получаешь прогулку на край света, на неопределенный срок. Главный Связист крейсера, известный в пределах Галактики своей технической интуицией и своеобразным представлением о такте и о субординации, вообще, сходу спросил, не спятил ли ненароком агент, на донесение которого изволил сослаться капитан, и нельзя ли это донесение посмотреть на предмет того, чтобы разобраться сначала, с чего этот парень там наложил в штаны, прежде чем всем крейсером тащиться черт его знает в какие края и там корячиться неведомо зачем. Донесение кэп не показал, довольно резонно отметив, что дело не в оном донесении, а в приказе командующего ОКФ, который обсуждению не подлежит. Кроме того, - не менее резонно заметил он, - агент такого класса в здравом уме переполоха не поднимет, кроме как в чрезвычайных обстоятельствах. А если уж он и тронулся умом, то этот факт сам по себе, учитывая полномочия и возможности такого рода агентов, составляет весьма чрезвычайное обстоятельство, требующее каких-то действий. На том порешили и взялись за дело. 5 Под взглядом двух сотен пар глаз раздосадованных господ офицеров, дисциплинированно ждавших их в зале собраний командного состава, и под прицелом камер, транслирующих ход собрания в кубрики экипажа и Десанта, Комиссия несколько сплотилась. Сэконд уже не смотрел зверем на Федерального Следователя, Главный Связист не материл себе под нос командование ОКФ, командиры Десанта и группы оперативной разведки слегка поуменьшились в габаритах и перекроили выражение лиц с кошмарного на просто мужественное. Кэп Джейкобс оказался на высоте - сходу выложил подчиненным горькую пилюлю, состоящую в необходимости, согласно приказу Командующего, еще невесть сколько болтаться у черта на куличках. Пилюлю он принципиально не подсластил ничем, кроме вполне табельной речуги, в которой недобрыми словами помянул Галактическую Смуту и всю Эпоху Войн вообще. Как требовал того суровый жанр выступления, он указал, что не только прогнившая и развалившаяся (туда ей и дорога) Империя объединяла Тридцать Три Мира, и их общечеловеческое, земное, можно сказать, происхождение (если не считать, конечно, этих Орионских чертей и странность из "Угольного мешка"). Помянуты были, само собой, Великая Эпоха Экспансии, кровь, пролитая совместно в битвах периода Контакта, и другие возвышенные материи. Закончил кэп тем, что по мнению Командования (и его личному, кэпа Джейкобса, мнению) большим свинством было бы оставить в беде - черт его знает, в какой именно - несчастную, но весьма стратегически важную колонию, которая по неразумению своему полвека назад вздумала отделиться, а сейчас совсем дошла до ручки. Потом кэп загнул обязательный пассаж о высокой миссии Федерации, всех ее ОКФ и особенно линейного крейсера ОКФ-2 "Харрикейн". И вообще, есть ли вопросы к капитану? Вопрос был один - у Главного Энергетика. Его интересовало то, каким образом будет согласован бросок к системе Ферн с маршевым ресурсом корабля и, как всегда, - еще одно - знает ли высокое начальство, как обстоят дела с шестым генератором? Начальство это знало. Более того, постоянно имело чертов генератор у себя в печенках. Что до маршевого ресурса, то энергопотребление судна, выполняющего прямой приказ Командующего ОКФ, по всем законам, людским и божеским, восполняется из резерва Командования. Доволен ли господин Главный Энергетик ответом? Очень хорошо. До девятнадцати тридцати экипаж, кроме вахтенных и дневальных, имеет свободное время. В девятнадцать тридцать - стартовая готовность. В двадцать ноль-ноль - Бросок. Благодарю за внимание. Вольно. Разойтись. 6 Удаляясь в рубку управления, кэп был хмур и тих. Хмур и тих был и весь "Харрикейн". Офицерский состав ожесточенно наяривал на клавиатуре своих терминалов письма женам, подругам и адвокатам - у многих в очередной раз срывались намеченные на время отстоя в Лунных Доках дела, в разной степени деликатного толка, а состав средний и рядовой кучковался по кубрикам, крыл крепкими словами начальство и заключал, как водится, пари на разные аспекты предстоящего похода. Главным образом, дискутировался вопрос о том, какая сатана во всем этом виновата. Вне игры был, как всегда, только Тимоти Сухой, который с самого начала заявил, что спору никакого быть не может - кашу заварила баба; после чего он уединился в своей каюте и шпарил под гитару белогвардейские романсы. Спору никакого и не было. Весь ОКФ прекрасно знал, что упрямый русский кок с "Харрикейна" еще ни одного пари в своей жизни не проиграл. 7 Полистав немного для успокоения нервов каталог японских игрушек, Кай поднялся с лежанки и, за неимением других занятий, стал приводить себя в порядок перед зеркалом, иронически окинув взглядом свою сутуловатую фигуру. Шесть с небольшим футов ходячей беды смотрели на него из глубины тщательно протертого стекла. Человек, который поворачивает космические крейсера и путается под ногами у президентов колоний. Когда-то (господи, в этой ли жизни?!) Наркобароны довольно много давали за его стриженую голову. В ту пору, когда голова эта еще не начала седеть. - Но теперь, ввиду инфляции, бояться мне, - подумал он, - нечего. И вообще, хватит чувствовать себя зачумленным. Он подхватил коробку с Барабашкой и вышел из каюты. В лифте было просторно, а ехать пришлось достаточно далеко - только теперь Кай оценил размеры крейсера. Напластования металла, керамики, пластика проходили перед ним - вверх и вверх. Глухой гул стальных лабиринтов. Флуоресцирующие знаки и надписи. Лифт остановился. Следователь вышел из него и еще метров триста прошел под низкими сводами отсека среднего состава. Остановился и, как всегда, забыв про кнопку звонка, осторожно, костяшками пальцев постучал в дверь каюты пятьсот девяносто. 8 Локаторы крейсера нащупали "Ферн-21" за десять миллионов километров. Когда этих миллионов осталось восемь, штурман не без удивления доложил, что на орбите, кроме "бублика" станции, болтается еще несколько объектов поменьше, довольно симметрично раскиданных по ее эллипсу. Он начал водить пальцем по дисплею, пытаясь пересчитать маленькие светлые точки. - Включи счетчик, Мак, - не без яда в голосе посоветовал капитан. Он был тоже озабочен таким поворотом дела, но старался не подавать виду. На дисплее загорелась цифра 13. Штурман сплюнул через левое плечо и повернулся к кэпу. - Не то, чтобы мы, шотландцы, были слишком суеверны, сэр, но видит Бог, я чувствовал бы себя лучше, если бы у планеты было двенадцать или четырнадцать спутников... Капитан собственноручно вывел оптику на максимальное увеличение и перевел изображение на главный экран. В полном соответствии с заведенным на нее файлом, станция "Ферн-21" оказалась типовой наблюдательной обсерваторией, размером с провинциальный городской рынок, с шаром стыковочного узла на оси. Только вот сбоку от основного корпуса, по оси вращения, торчали причудливые выросты, явно не предусмотренные проектом. - Это резервные оранжереи, сэр, - внес ясность в ситуацию сэконд. Брови капитана поползли вверх. - У них что там, проблема с продовольствием? Сэконд деликатно пожал плечами. - Или у них там э-э-э... демографический взрыв, или же они поголовно стали вегетарианцами... Впрочем, скоро мы это узнаем. Гораздо интереснее, что это за мелочь они поразвесили по орбите - вот эти двенадцать игрушек... Занятый именно этим вопросом штурман, крякнув от неожиданности, оторвался от терминала. - Да это же ракетные платформы! Отсюда не слишком хорошо видно, но они чертовски напоминают орбитальные установки СВ-17, сэр. - Они что, собираются атаковать Колонию? Без санкции Директории? - Не будем спешить с выводами, капитан, - сэконд обернулся за поддержкой к Каю. - Как вы думаете, что все это значит? Кай осторожно пожал плечами. - Это могут быть метеорологические ракеты. Для управления погодой. Или банальные спутники связи. Надо посмотреть, что там входит у них в комплект... А самое простое - спросить у них самих. - Штурман, рассчитайте режим торможения, - с выражением недоумения всеобщей бестолковостью, произнес капитан. - Мы зависаем километрах в пятидесяти от "бублика". А главного связиста попрошу подготовить все коммуникационные каналы связи, включая аварийный и спецканал для связи со станцией. Наше молчание становится неприличным... Оно и действительно, полное радиомолчание нашпигованной оружием громады, без предупреждения подваливающей к станции из дальнего космоса, могло бы показаться не только неприличным. Тем более, что индикатор автозапроса уже начал подмигивать и попискивать: "Кто ты? Кто ты? Кто..." - И не забудьте про маскировочный щит. С планеты нас не должны засечь. Черт возьми, с данного момента мы работаем в режиме постоянной фиксации - радио, видео и оптические каналы - на запись и под пломбы. - Мы можем э... зондировать эти... штуки? Ракетные платформы? - Кай не сводил глаз с экрана. - Пошлем легкий "бумеранг". Он дистанционно просветит какую-нибудь из них, километров с полутора. Сэконд - озаботьтесь... Членов Комиссии прошу в мой кабинет. 9 Капитан исподлобья обозрел шестерых посвященных, расположившихся вокруг стола классической Т-образной формы. - Через час - не более, будем говорить с администрацией Станции, - начал он. - Прикинем, что мы имеем на руках к моменту начала сближения. Разрешите на корабельных делах не останавливаться - все в курсе дела. Думаю, только у господина Федерального Следователя и у вас Дирек, есть что сказать. Начнем с господина Санди. - Постараюсь быть краток, - Кай тронул клавиатуру терминала, и на большом демонстрационном мониторе, следуя ходу его слов, стали появляться снимки, схемы и графики. - Региональная администрация передала нам свой файл по системе Ферн. Что касается Колонии и Станции - информация довольно устаревшая. Вот тут - общая статистика. Общий вид планеты... Очередного годичного отчета с "Ферн-21" просто не поступало. Мотивировка довольно слабая: Экипаж Станции испытывает трудности с анализом материала. Это - текст соответствующего рапорта. Предыдущие отчеты, а их всего три - далеко не полны и составлены... с отступлениями от принятой формы. Вот кое-какие основные данные по этим документам. Вот резолюция Регионального Аналитика. Я прошу Комиссию и Председателя привлечь руководителей планетарной и социологической служб к срочному анализу материала. Думаю также, что разумно будет применить э-э-э... электронные и программные спецсредства для взаимодействия с бортовой информационной сетью Станции. - Даю согласие, - помолчав, глуховато сказал кэп. - Дирек, включайтесь в дело. И вы, Сол, - это относилось к командиру группы оперативной разведки. - Думаю, у членов комиссии возражений нет? Возражений не было. - Что касается личных дел экипажа "Ферн-21", - продолжил Кай, - то ни один из двадцати четырех человек - вот сводная таблица по составу, вот фото - подозрений не вызывает. Половина из них имеет опыт аналогичной работы. Тем более настораживает их теперешнее поведение. Я закончил. - Я думаю, - капитан кашлянул, - господин Федеральный Следователь и подключенные к операции специалисты доложат нам результаты не позже, чем через пару суток - на нашей следующей встрече. Теперь вы, Дирек... Надеюсь, хоть что-нибудь выудили из эфира после выхода из Броска? - Я только тем и занимаюсь, - несколько устало доложил Главный Связист, - что прослушиваю фигов "Бенилюкс". Последние четверо суток, по крайней мере. Согласно вашему распоряжению, сэр. Докладываю. Никакой беды у них там нет. По крайней мере, они о ней не спешат сообщить. На аварийных волнах - вообще ни шута, сэр. По штатным каналам - текущая информация со станции наблюдения. Метеорология и текущая навигационная тягомотина по системе Ферн. Вот и все. Ну и, конечно, пищит там местное телевидение и все такое. - А прием устойчивый? Я имею в виду, телеканалы, - осведомился Кай. - Откуда там устойчивый прием? - диву дался Связист. - Там, простите, ионосфера - что шкура на заду у бегемота, сэр. А местная трансляция, у аборигенов этих, вся в метровом диапазоне. Мы их можем брать только активными методами. - И вы что-нибудь поймали? Активными методами? - Только на пробу. Пару сюжетов. Никаких бедствий там не изображается. И вообще ни хрена не понять, потому как говорят они, сэр, на попугайском языке, если сказать прямо... - На планете, - откашлявшись пояснил Кай членам Комиссии, - если судить по справке, преобладает искаженный вариант французского языка. Бретонское, если не ошибаюсь наречие с последующими наслоениями. В Колонии это - государственный язык. - Дайте-ка на мониторы эти... фрагменты, - распорядился кэп. Экраны ожили. Сначала по ним прошел "снег", затем, несколько раз поменяв цветовую гамму, всплыла какая-то картинка и, наконец, изображение установилось. На экране был город. Вполне обычный, хотя и несколько мелковатый по меркам Федерации, город, наполненный людьми, старомодными экипажами и низкими, в основном двух-трехэтажными домами, между которыми виднелись аккуратные зеленые газоны. Кай, к своему облегчению, не увидел таких привычных для окраинных колоний следов военных действий. Почти никакого новостроя. Никаких развалин, пусть даже и заросших идиллическим плющом. И никаких патрулей. Вообще - ни одного вооруженного человека. Мелькавшие на экране лица казались достаточно спокойными и доброжелательными, а некоторые люди, если судить по внешнему виду, были просто счастливы, хотя и не слишком упитанны. Видимо, вслед за обретением независимости и отделением от охваченной термоядерным безумием Империи, здесь, на Ферне, не последовало такой, казалось бы, естественной распри и кровопролития. Местное телевидение явно показывало какой-то обзор, довольно занудный, но вполне мирный. Вот уже третий или четвертый город - и повсюду все те же мирные, хотя и аскетического вида жилища, счастливые лица и зеленые лужайки, покрытые где белыми цветами, а где - красными ягодами. - Я так думаю, это мы какой-то канал для огородников поймали, - нарушил всеобщее недоуменное молчание Главный Связист. - Хотя вот смотрите - вроде попы... Свадьба, что ли? - Во всяком случае, не католический обряд, - заметил сэконд. - И не протестантский. Похоже на православный... Хотя - нет. Это не христианская служба вообще. Ни одного креста, - сообразил руководитель оперативной разведки. - Значит, неправильно этих... этих вот попами называть, - зачем-то ударился в терминологию Дирек. - Жрецы они, значат... - Во всяком случае, какие-то служителя культа. Вот те, что в алых плащах, с золотом - те постарше будут, - задумчиво продолжал Сол, - а те, что просто в беретах таких - это, видно, просто распорядители, что ли... Красивая служба... А вот опять пошло - "репортаж из провинции". Кай еще до этого сюжета успел отметить, что посреди всех городков, появившихся на экране, возвышалось крупное, по всей видимости, культовое сооружение ярко-алых тонов, с золотыми орнаментами. По форме оно напоминало перевернутый купол древнерусской церкви, запомнившийся ему по "Святой Анне", и по голограмме на стене каюты Тимоти. Громадное, по масштабам городков Колонии, здание с помощью какого-то архитектурного ухищрения как бы стояло на узком основании и сверху венчалось резной зеленой каймой и неким завитком, воспроизводившим изгиб какого-то символического стебля. Кое-где этот завиток повторялся - на кованых решетках заборов, в скромных настенных фризах... Потом он сообразил, что других художественных излишеств в кадре вообще не появлялось. Потом изображение, сопровождаемое негромкой, приятной музыкой и закадровым непонятным текстом, пропало, и на экране возникла алая, в золотую крапинку заставка, служившая фоном для миловидной дикторши. Она с воодушевлением произнесла краткую речь, после чего исчезла, уступив место какому-то сельскохозяйственному сюжету. Телекамера крупным планом показывала зрителям пышный куст, усыпанный зрелыми ягодами. Изображение сопровождалось эмоционально окрашенным текстом, в котором невозможно было разобрать ни единого слова. - А что с переводом активные методы не проходят? - обратился к связисту ранее молчавший Командир Десанта, и Кай подумал, что молчание явно пошло на пользу его репутации, чем такой вот вопрос. - Вы говорили что-то про интерференцию... - закончил Десантник. - Интерференция здесь, что покойнику клизма, скажу вам прямо, сэр, - предельно вежливо ответил Связист. - Тут, извините, семантику с грамматикой местного языка нужно запихнуть в корабельный компьютер, с чем мои ребята и мучаются со вчерашнего утра. Так что в ближайшее время надеемся получить отчетливый текст. Тем временем камера перешла сначала на средний, а потом на дальний план, и все сидящие перед монитором увидели, что ухоженные поля простираются далеко за горизонт, словно вся эта уютная планета была исчерчена в зеленую полоску. Аккорды музыки стали патетическими, проникая глубоко в душу. "Господи, где я это уже слышал? - подумал Кай. - Ведь слышал же... Что-то очень старое, традиционное... Двадцатый век... "Битлз"... Только сейчас он понял, что напоминало ему здание с ало-золотым куполом - гигантскую ягоду... В душе у него зародилось не лучшее предчувствие относительно того оборота, который принимает их миссия... Кэп тоже что-то почувствовал, потянулся к терминалу и на вспомогательный экран вызвал запись только что прошедших кадров. Остановил. Дал максимальное увеличение изображения одной из ягод, врубил программу опознания образов. И на экране почти мгновенно возник ответ: ПЛОД FRAGARIA VESCA. - Э-э-э?.. - кэп обернулся к сэконду. - Да, - сказал тот. - Просто земляника. 10 И снова возникла алая, в золотую крапинку заставка. Симпатичная дикторша снова повела речь о чем-то исключительно важном. На этот раз речь шла, судя по всему, о чем-то суровом, но неизбежном. В голосе девушки возобладали минорные тона - высокая скорбь даже. Только понять ее было задачей нелегкой даже для специалиста по французским диалектам - слишком много каких-то одним только аборигенам понятных иносказаний и метафор громоздилось в коротком, минуты на три, тексте. Двое из присутствовавших, имевшие представление о французском - Помощник капитана и Кай - понимающе переглянулись, остальные четыре члена Комиссии с кэпом Джейкобсом во главе просто обалдело смотрели на экран. Там шли сопроводительные кадры. Под мужественные аккорды, исполняемые в чуть замедленном темпе, камера панорамировала несколько довольно узких рвов, вполне сельскохозяйственного вида, если бы не декоративные (красные с золотым, конечно) шнуры и полотнища, вытянутые вдоль них и перемежаемые столбами-жезлами, украшенными уже знакомым завитком. Тут и там маячили тоже знакомые фигуры жрецов-распорядителей. Это была церемония. Обряд. Пышная, но довольно мрачная процессия появилась в кадре и приблизилась ко рвам. В торжественный траур облаченные туземцы расступились, давая проход веренице гигантских катафалков. - Слоны у них попередохли, что ли? - спросил бестактный Связист. - Насколько я смыслю во французском, это у них называется Прощанием с Растением, - несколько неожиданно пояснил сэконд. Его знакомство с языком Рабле было основательным сюрпризом для кэпа, поскольку достоинством космического воина не числилось. Катафалки взгромоздились на отвалы рвов и повели себя на манер обычных самосвалов. Крышки их откинулись, и во рвы хлынули алые потоки земляники. Звуки музыки достигли высот трагизма. Катафалки, сделав свое дело, проследовали куда-то вон из кадра, а вперед выступили жрецы-распорядители. Первые комья земли скорбно полетели во рвы из их рук, а затем и весь выстроившийся вдоль этих странных могил народ поднял симметрично разложенные и тоже, разумеется, украшенные заступы и взялся за дело, довольно быстро засыпая горы алых ягод. - Закопали фрукты, - сказал Связист. - Делать людям больше нечего. Может, это у них урожай погиб? Парша какая-нибудь напала, или типа головни что-то такое? В общем, попортился весь продукт - они и убиваются... - Судя по тому, что я разобрал на слух, это у них регулярный обряд, - ответил ему сэконд. - Сезонный. - Комендант-директор Эрнст Флай на линии, - доложил дежурный из рубки. 11 Кэп щелкнул тумблером и комендант-директор станции наблюдения "Ферн-21" предстал взорам членов Комиссии. Он был немолод, строго одет и весьма озабочен. Рад вас приветствовать, капитан, - без всякой приветливости в голосе сказал хозяин Станции. - Как я понимаю, я имею дело с командором Фердинандом Джейкобсом? - Так точно. Так же, как я со своей стороны полагаю, что... - Обойдемся без формальностей, - тонкая сухая рука с поблескивающим электронным браслетом коброй взлетела на уровень седого виска, категорически отметая всякую формальность. - Думаю, что ваш дежурный благополучно представил вам мою персону... Должен вам сказать, что появление вашего судна... составило для руководимого мной коллектива определенную... проблему. Региональная комендатура порядком припозднилась с предупреждением о вашем прибытии. Кроме того, при всем моем сочувствии к вам в вашем положении, я не представляю, право, чем могут мои люди это положение облегчить... - Прежде всего, - не сразу справился с досадливым изумлением капитан, - существующее на вверенной вашим заботам Станции оборудование позволяет, как нас информировали, за короткий срок изготовить вакцину Люфта в количестве, достаточном для ликвидации эпидемии на борту "Харрикейна"... Лицо комендант-директора нервно дернулось. - Это... Да, я совершенно не учел, что у вас на борту может просто не быть соответствующей вакцины. - То количество, которым мы располагаем, слишком мало, - уже увереннее повел свою роль кэп. - И обладает пониженной активностью... - Чрезвычайно неудачное стечение обстоятельств, - нервно кашлянув, отметил Флай. - Оборудование требует перенастройки... И... Да, изготовление вакцины на две с лишним тысячи прививок - это... Это займет несколько недель... - похоже, что комендант-директор был сам неприятно поражен этим своим открытием. - В таком случае, разумеется, вы неизбежно должны лечь в дрейф... Однако я негостеприимен, - он опять воздел изящную длань. - К сожалению, обстоятельства исключают возможность оказать подобающий э-э-э... прием. Я имею в виду не то, что двадцать четыре моих сотрудника не смогут достойно принять две тысячи ваших подчиненных, нет... Я имею в виду необходимость карантинных мер... Надеюсь, вы меня понимаете... Но я думаю... символический банкет... Я направлю вам наш скромный э-э-э... презент. К столу офицерского состава, скажем... Да, именно так. Кроме того, - голос комендант-директора обрел силу и уверенность. - К сожалению, на Станции проводятся работы... Монтаж оранжерей, если вы заметили... В этой связи, я попросил бы вас несколько изменить ориентацию вашего судна. - Каким же именно образом угодно вам расположить "Харрикейн"? - осведомился кэп, у которого естественное удивление от разговора с Флаем стало переходить в злой сарказм. - Я попросил бы вас ориентировать крейсер в миле от Станции в секторе пятнадцать пять. Вам, конечно, придется периодически подрабатывать маневровыми... Но, думаю, что для крейсера первой категории... - Что ж, спешу выполнить вашу просьбу, - кэп повернулся к сэконду. - Стив, обеспечьте маневр... - Я надеюсь, на данный момент все наши проблемы урегулированы? - осведомился комендант-директор. - Думаю, что да, - только и успел произнести кэп Джейкобс прежде, чем со словами: "В таком случае, не смею более отнимать у вас время..." - Флай исчез с экрана. И сразу же бортовой компьютер выдал на монитор графический отчет о выполнении маневра. - Они нас ставят носом к мусорному шлюзу, - крякнул с досадой Главный Связист. - Отродясь такого свинства не видал... - Это единственное, что вас удивило? - вежливо поинтересовался Кай. Пол слегка поплыл под ногами - крейсер становился в отведенную ему позицию. - Вот что, - дал наконец выход своим чувствам кэп, - с этих пентюхов глаз не спускать. Выставить специальное дежурство. А гостинцы от коменданта Флая... - Дистанционно обследовать и сжечь плазмой, - подсказал руководитель оперативной разведки больше для того, чтобы предотвратить употребление чрезмерно крепких выражений высшим чином в присутствии господ офицеров. - Верно, Сол, - переведя дух, сказал кэп. - За корпусом, разумеется, чтобы господин директор не обиделись... 12 Длительное зависание у объекта - экипаж "Харрикейна" прекрасно знал это - дело или неважное (кисловатый банкет с местным вином для господ офицеров и пивом для рядового состава, а иногда и просто - с таком), или совсем хреновое (напряженное ожидание незнамо чего, надраивание медяшки, переборка генераторов, тренаж десанта). На "Ферне выпало второе. Во избежание развития "стояночного синдрома" корабельный психолог (с благословения кэпа) вменил среднему составу подготовку к зачету по "Лоции региона" - благо, половина этого состава исправно подавала заявления в академию КФ, - а рядовому составу по бортовой сети принудительного вещания шпарили избранные главы из трудов Отцов Федерации. Избежать этого наказания можно было только в кабинете Капитана, где сейчас и заседала Комиссия в расширенном составе. Вид у членов был кислый. - Итак, в двух словах о корабле. Боевая готовность поддерживается по третьей категории, - кэп глянул на Кая. - Это значит, что к операции планетарного масштаба мы можем подготовиться за сорок восемь часов. Все службы и системы в норме. Шестой генератор поставлен на профилактику. Идет подготовка к приему энергетического заряда из резерва Командования. Обращаю внимание сэконда на то, что из гидропривода имела место утечка антифриза. Спирта то есть. Поставьте экипаж в известность, что систему перезаправят, в антифриз будет введен фенолфталеин. Пурген, то есть. До насыщения. - Это не технологично, сэр, - заметил сэконд. - Да. Теперь, от группы анализа ситуации на объекте, попрошу доложить вас, Сол. - Докладываю. Произведена операция по дистанционному электронному взлому... извиняюсь, по несанкционированной экстракции содержимого бортовой информационной сети Станции. Достигнут частичный успех... - Частичный - это как? - Это - когда уже мажется, но все еще воняет, кэп... Похоже, нас взяли за подхвостник, сэр, - вмешался в разговор Главный Связист. - Мы по радио, через технический канал влезли в их компьютер, вскрыли два уровня защиты, отсосали порядком мегабайтов, а потом наперлись на третий уровень и тут, похоже, засыпались - пошла явная туфта, и мы вышли из игры, чтобы вконец не засветиться. - Итак, мы кое-что теперь знаем, а они знают, - капитан тяжелым взглядом посверлил то Сола, то Дирека, что мы знаем. А мы знаем, что они знают, что мы знаем... - Так точно. Мы тут чертовски информированная компания, сэр, извините за такое слово... - Но все мы молчим. Возмущенной реакции со стороны господина комендант-директора не последовало. Что характерно, - заметил Кай, разглядывая замок своей папки для документов. - В чем же состоит добытая информация? - после тяжеловатой паузы осведомился Капитан. - В основном, это материалы к их последнему отчету, - ответил Разведчик. - И некоторые дополнения. Кое-что не поддается анализу. Я думаю, что по отчету доложит социологическая служба. Я дополню, если нужно будет. - Спасибо, Сол. Тогда слово доктору Ватанабэ. Сол облегченно откинулся в кресле, а сухонький японец подошел к демонстрационному терминалу и, по-птичьи поглядывая на аудиторию, повел рассказ о делах на планете. - В целом, положение в Колонии, - начал он, - я бы характеризовал как критическое и неустойчивое. Население ее составляет два с небольшим миллиона человек, сильно рассредоточенных по трем континентам. При слабо развитой транспортной инфраструктуре. Имеется шесть городов с населением в сорок-пятьдесят тысяч человек. Один из них - формальная столица, в ней - правительство, университет, культовый центр и при нем что-то вроде семинарии. Но реальные хозяйственные связи слабы. Практически же население - самообеспечивающиеся аграрные кантоны. Имеются предприятия по производству и ремонту сельхозтехники, автотранспорта, простейшей электроники. Основной вид деятельности населения - выращивание гм... земляники и неуклонное, я бы сказал, расширение площадей, занятых под эту... культуру. Это же растение преобладает и в продуктах питания. Климат этому весьма благоприятствует. Наблюдается даже определенное перепроизводство. В минимальных объемах выращиваются другие культуры - технические и кормовые. Очень небольшое поголовье скота. Есть лошади. Население практически не вооружено - есть нерегулярное ополчение, но пожарников - и тех больше. Исповедуется культ Растения. Я имею ввиду - поклонение гм... землянике. Медицина и образование - не в лучшем, скажем так, состоянии... - У них там что, социализм? - осведомился сэконд. - Диктатура? - У них рыночная, с позволения сказать, экономика, но... слабо обозначенная, что ли... Аскетизм во всем. Кроме этой вот ягоды. Земляникой, кстати, обеспечивают бесплатно - от рождения до смерти. Детей кропят настоем на зеленых листочках, а прахом покойных удобряют грядки... Избыточный урожай хоронят с почестями... Коротко о демографии, - доктор Ватанабэ глазами попросил разрешения у коллеги отчитаться уж и по его епархии. - Прирост населения и производства за длительный период - нулевой. Главная опасность состоит в том, что фактически любой стресс - ну, скажем, средних масштабов эпидемия, - повлечет за собой лавинообразный кризис экономики Колонии, ее полный распад и одичание выживших... Составители отчетов считают, что таким стрессом в ближайшее время могут стать экологические последствия этой, не слишком умной сельскохозяйственной системы... В Колонии многие это осознают. Но не предпринимают ровным счетом ничего... - А чего же они этих своих... Ну, носителей культа не поперетопили? - с праведным гневом спросил Дирек. - Они же их до скотского состояния довели... У них там хоть пиво-то есть? - Вино. Разумеется, земляничное.. - В самом деле, как они, собственно, поступают с недовольными? - поинтересовался сэконд. - Ведь для поддержания такой системы нужна, наверное, очень жестокая система насилия... - Парадокс состоит в том, что, хотя устав культа Растения предусматривает какие-то меры против ереси, на деле они не применяются. Недовольных нет. Редчайшие исключения засчитываются, как тяжкая хворь. И подлежат жалости и лечению. - Да с чего ж они так полюбили проклятый овощ, чудаки эти? - в пространство вопросил Главный Связист. - Видимо, после Смуты культ Растения сыграл какую-то весьма положительную роль. И память об этом живет. Но есть и другая точка зрения. А именно - что у этого явления есть некая биологическая основа... - Какая же? - Капитан напряженно сверлил глазами маленького доктора Ватанабэ почище всякой электродрели. - На Станции были начаты исследования в этом направлении. Но вся информация на эту тему оказалась на третьем уровне защиты. Возможно, информация по Станции, которую вам сообщит господин Федеральный Следователь, прольет хоть какой-то свет... - Слушаем господина Следователя, - несколько нетерпеливо определил кэп. - Благодарю вас, капитан. Прежде всего, анализ работы Станции, сделанный на основе их собственных отчетов, показывает, что первые четыре года ее экипаж вел себя достаточно активно и адекватно ситуации... Установив значительные отклонения от нормы в образе жизни Колонии, они приняли решение исключить прямой контакт с биосферой Ферн-2. Затем установили радио- и телевизионную связь с Колонией, предложили помощь. Консультации, семена высокопродуктивных культур. Техническую документацию... Результат был парадоксальным... - Их послали на фиг, - догадался смышленый Дирек. - Вместе с их помощью. - В общем, да... Мало того - предложили свою помощь. Как несчастным и обделенным судьбой. - По части земляники, надо думать, - теперь догадливость проявил кэп. - Именно. Предложили земельный надел и статус независимого кантона. И пригласили принять участие в очередной уборке урожая. Предложение было вежливо отклонено. В разные районы планеты были сброшены автоматические биологические лаборатории. Разным образом замаскированные. Исследования продолжались более двух лет, но затем их результаты внезапно были засекречены решением комендант-директора Флая. А деятельность Станции резко изменилась. С одной стороны началось сооружение кольца вот этих пусковых установок... С другой - неожиданно свернута всякая нормальная отчетность. Связь с Региональной Администрацией приобрела отрывочный характер. Это все следует из результатов электронного взлома. Теперь разрешите дополнить сказанное результатами анализа визуальной информации. - Это существенно? - И весьма. Именно поэтому я настоял на срочном собрании Комиссии. По всей видимости, потребуются экстренные меры... Командир Десанта изменил позу и придвинулся к столу. - Обратите внимание на эти кадры, - продолжал Кай. - Увеличенное изображение фрагмента оранжереи. Сооружение собрано наспех и, видимо, совсем недавно. Еще большее увеличение. Лазерная подсветка в ультрафиолете. Видны растения. Программа опознания. FRAGARIA VESCA. - Что и следовало ожидать. Что же они - передумали и приняли помощь? - осведомился сэконд. - Приняли или нет, а эта сволочь, видать, заразна, сэр, - вставил Дирек. - Второй эпизод. Замедленное воспроизведение. Мы совершаем маневр сближения. Увеличенное изображение корпуса Станции. Внимание - сейчас, на короткое время будет виден третий отсек! Очень неудачная ориентация, но все-таки виден иллюминатор. Крайний слева. Еще увеличение. - Световой сигнал, - определил Сол. - Обычный электрофонарь, скорее всего. Азбука Морзе - вручную. Кто-нибудь помнит? - Вот дешифровка, - сказал Кай. "...ЧЕСКАЯ ЭПИДЕМИЯ ИЗОЛИРОВАНЫ ОТСЕКЕ СТАНЦИЯ ПОРАЖЕНА СОБЛЮДАЙТЕ ОСТО..." - Теперь понятно, почему нас поставили в такой дурацкой ориентации, - констатировал кэп. - В третьем отсеке заперся кто-то, еще не до конца чокнувшийся, и пытается выйти на связь. Надо действовать. У вас есть еще что-нибудь? - Последний штрих. Господин комендант-директор, как и обещал, прислал нам угощение. К столу господ офицеров. Полтонны съестного. Контейнер отогнали за отражатель и, не принимая на борт, вскрыли. С помощью обычного дистанционного манипулятора. Из пятнадцати видов продуктов шесть - разные продукты переработки земляники. И она сама, как таковая. Все спалили. У меня - все. Думаю, у командира группы оперативной разведки есть, что дополнить... - Два слова. Данные просветки "бумерангом" ракетной платформы. Орбитальная пусковая установка СВ-17. В боеголовке не термояд. Органика. У меня все. - Так. Кто хочет высказаться? - Мы тут помозговали на пару со следователем, сэр, - начал Главный Связист, - перед собранием. Я же с самого начала в курсе дела с этим фонарем, сэр. Есть нехреновая мысль, капитан. - Мы слушаем вас внимательно, - теперь взгляд кэпа Джейкобса вонзился в собеседника с утроенной силой. - Вокруг Станции болтается куча всякого дерьма, сэр. Наверное, при монтаже оранжерей понагадили. Серуны, я бы их назвал, с вашего позволения, сэр... Но, главное, оно почти все хорошо отражает свет... - Кто? - Дерьмо, сэр! Обломки обшивки, пластик и все такое... И орбиты крупных фрагментов, простите, запросто вычислимы. Да, и наблюдаются они легко. Визуально, я извиняюсь... - Продолжайте. - Этому парню из третьего отсека остается только светить хотя бы приблизительно в сторону определенного фрагмента, а уж мы тут засечем, извините, вариации его светимости. Это при нашей техники, что два пальца обмочить, сэр... И опять он сможет наяривать морзянкой любой, извините, текст. И чокнутые из других отсеков вряд ли догадаются... - Ну, а сам-то этот парень там, если он еще жив и в своем уме, он-то как догадается, когда и куда светить? Как?! Я понимаю, во-первых, у него нет радио. А если и есть, то все, что мы ему передадим, моментально засветиться... - На этот счет, сэр, у господина Следователя есть мысль. Вполне бредовая, сэр. Взгляд капитана, налитый плохо сдерживаемой досадой, переместился на Кая. Тот расстегнул свою папку, заглянул в нее и откашлялся. - Как я понимаю, в оборудовании станции наблюдения не входят детекторы нейтринных потоков... С другой стороны, на "Харрикейне" имеется мощный нейтринный импульсный генератор... - И то, и другое верно. Но у того парня и подавно нет ничего похожего на детектор нейтринных потоков... - Мы можем ему подкинуть что-то похожее, - Кай запустил руку в сумку и положил на стол перед Комиссией маленький клочок темноты. - Господи, - сказал кэп. - Барабашка. 13 - Видите ли, капитан, - пояснил Кай, - я воспользовался вашим советом и обсудил мою проблему с Тимофеем. - С Тимоти Сухим? - оживился сэконд. - Ей-Богу, многообещающее начало... - Поясняю. Вопрос состоял в том, почему это... приспособление временами издает звуки. Словно в доказательство, пушистый черный комок на столе слабо поскребся среди всеобщего недоуменного молчания. - Так вот, ваш кок мне помог немного разобраться в инструкции... Тем более, что он видел такие игрушки и раньше. По сути дела, это - один из первых эффективных регистраторов флуктуаций нейтринного поля. В основе - идея еще середины века. "Фирофф-эффект". - Неужели энергии этих вот флуктуаций хватает, чтобы производить слышимый звук? - поинтересовался не чуждый естествознанию доктор Ватанабэ. - Расходуется энергия кристаллических деформаций вот в этом волокнистом материале. А градиент нейтринного поля влияет на вероятность перехода от одной метастабильной кристаллической структуры к другой. Играет роль спускового крючка. Вчера, в ночь, мы с... с Диреком эти вещи проверили... - Так, - сказал капитан. - Значит, вы хотите эту штуковину этому парню передать. И перестукиваться. И как, с позволения сказать, передать? Почтовой бандеролью, что ли? - У этой игрушки прекрасные адгезивные свойства. В вакууме они усиливаются. Она прекрасно прилипнет ко внешней обшивке Станции. В заданном месте. Надо только рассчитать траекторию и пульнуть, извините, эту штуку в нужное время и с нужной скоростью... - Главное, - вставил Связист, - чтобы бросал хреновину не человек, среди которых попадаются и криворукие, сэр, а механическая рука, по программе... - Что ж, раз уж у вас сложился такой тандем, даю вам двое суток на попытку установления связи. Командира группы оперативной разведки попрошу в тот же срок разработать альтернативный вариант операции. Этим вечером, до двадцати одного ноль-ноль, прошу всех представить свои соображения нейтрализации экипажа "Ферн-21". Мне, сюда. Исходим из предположения, что имеет место что-то типа эпидемии центурианского бешенства. Сейчас все могут быть свободны. Доктор Ватанабэ, если не трудно, пригласите ко мне начальника психологической службы. Капитан посмотрел в спины выходивших членов Комиссии. Кашлянул. - Мистер Санди. Кай обернулся. - Слушаю вас. - Не могу поверить, что вам удалось раскрутить Тимоти Сухого и не заключить с ним пари хотя бы на бутылку "Смирновской". - Именно на это мы и поспорили. Кэп молча подошел к своему бару, вынул под старину сработанную стеклянную бутыль и протянул Каю. - Это от меня. Все равно, в здешних местах "Смирновскую" вы больше нигде не найдете. На что хоть спорили? - Тимофей утверждал, что, хотя он и не знает, в чем там у нас дело, но без Барабашки мы не обойдемся. 14 Раздался деликатный, но настойчивый стук в дверь. Капитан вставил в альбом последние марки марсианской серии и чуть удивленно откашлялся. Кто бы это мог быть? Весь экипаж "Харрикейна", даже находясь в боевой готовности третьей степени, чтил священные для командира послеобеденные часы, посвященные филателии и не рисковал беспокоить кэпа в это время. Тем более - стуком в дверь, а не нажатием кнопки для того предназначенной. Или на корабле произошло нечто чрезвычайное, или же... - Заходите, Кай, - Джейкобс задумал про себя, что если он угадает, то их миссия на Ферн закончится хоть наполовину благополучно, а если нет - то их ждут основательные неприятности. Дверь бесшумно скользнула в сторону, и на пороге возник силуэт Федерального Следователя. Капитан облегченно вздохнул и вновь придвинул к себе альбом. - Подсаживайтесь поближе, мистер Санди. Я давно хотел показать вам уникальную серию марок, выпущенную в обращение на Барнарде-2. Две сотни пробных марок этого выпуска ушли на Землю, а через пару суток "Лабрадор", начиненный термоядерными фугасами, разнес столицу колонии в прах. Это - в конце Второй войны за Независимость. Теперь эти марки - огромная ценность. Для тех, кто в этом понимает, разумеется... На Сириусе-18 мне предложили за них семьсот тамошних кредиток, - в глазах капитана горел неутоленный огонь тщеславия, в который нельзя было не подбросить хвороста лести. - Семьсот кредиток Кардинальской зоны?! - Кай постарался вложить в свой возглас максимум восхищения, смешанного с недоверием истинного дилетанта. - Вот именно! И это несмотря на то, что народ в тех местах, как вы знаете, ушлый и норовит всучить вам то вообще древнесоветские рубли, то альдебаранские безразмерные чпоки!... Этот квартблок является жемчужиной моей коллекции... Они не сговариваясь, внимательно посмотрели друг на друга, и Капитан решительно отложил альбом в сторону. Надолго - он знал это - теперь надолго. - Капитан, я ведь, собственно, зашел, чтобы сказать вам, что только что закончил очередной сеанс связи со Станцией. Теперь картина почти ясна. И, по всей видимости, мы уже не можем терять времени... - Неужели вы так быстро наловчились обмениваться постукиванием и подсвечиванием? - Все проще и сложнее Капитан. Просто они просигналили нам код программы дешифровки к материалам по программе "Резус". Это один из тех файлов, что мы отсосали из компьютера Станции, но не могли прочесть. - Значит, все-таки - "Резус"... И что же вы там вычитали? - Ну, достаточно, чтобы таким непосвященным, как мы с вами, стало ясно хоть что-нибудь... Видите ли, первоначально речь шла об изыскании возможности модифицировать поведение людей в нужном направлении с помощью психотропных вирусов... - Психотропные вирусы? Очередная выдумка наших яйцеголовых? - Нет, если разобраться, такие вирусы известны человечеству с древности. - Я, знаете ли, не силен в медицине... - Я - тоже. Но приходится учиться. На марше. Вспомните такое заболевание, как бешенство. Сопровождается целым комплексом изменений в поведении - водобоязнью. Человек становится беспокойным, агрессивным и почему-то боится воды и яркого света. Даже вид льющейся из стакана жидкости вызывает у него дикий страх. Создатели программы "Резус" полагали, что если отдельные вирусы способны вызывать у людей чувство страха, причем страха перед вполне определенными явлениями, то почему бы не создать вирусы и комбинации вирусного материала, делающие людей более мирными и дружелюбными... Вызывающими позитивное отношение к каким-то вполне определенным явлениям и предметам, которые ранее были для них индифферентны... Решение о создании программы было принято, когда стало ясно, что дело идет к большой смуте, и цель проекта заключалась в консолидации раздробленного Космического Сообщества вокруг неких общих идей. Строго засекреченные эксперименты начали одновременно на шести периферических планетных системах Федерации, но спустя десятилетие финансирование проекта прекратили, работы свернули, а результаты отправили в архив Министерства обороны. То, что мы наблюдаем сейчас на "Ферн-21" - лишь эхо того взрыва. Хотя официально, программа "Резус" не закрыта. - Значит, вирус вышел из-под контроля? - Похоже, что так. Трудно разобраться в делах давно минувших дней, но, по всей видимости, руководство Колонии имело возможность ознакомиться с результатами работ, выполнявшихся в лабораториях, размещавшихся на "Ферн-21" и результаты эти их очень вдохновили. Настолько, что они сочли возможным продолжать финансирование работ из своего, так сказать, кармана, когда Империя стремительно рухнула и Ферн оказался отрезан от остального Космоса. Сами знаете, обвал происходил настолько стремительно... Так что не удивительно, что про сотрудников Программы, застрявших на периферии... - Попросту забыли. - Во всяком случае, не смогли их эвакуировать прежде, чем прекратилась всякая связь с Колониями... И этим, как вы говорите, яйцеголовым просто для того, чтобы выжить, пришлось предложить свои услуги местным властям. Эффект был разительный: подвергшиеся обработке люди забывали о раздорах, борьбе за власть, политических страстях и объединялись в дружные земледельческие общины, жившие в соответствии с простыми и гуманными принципами... Кстати, в эти же общины влились постепенно и все потомки исполнителей программы "Резус". Стали кастой жрецов культа Растения... А то, что отдаленные социальные и другие последствия применения вируса совершенно не были изучены... Сначала это умалчивали, чтобы не смущать умы местной Администрации, а потом, когда Любовь к Растению познал уже каждый житель планеты, всякое обсуждение этой темы стало просто возмутительной ересью... - Так значит - Любовь к Растению. Как общая связующая идея. И вирус - как ее причина... - И само Растение - как его переносчик и инкубатор. Второй хозяин вируса. Здесь все было продумано с гениальной изобретательностью. Вирус внедряется в хромосомы земляники, множится с ее клетками, а в спелый ягодах образует множество копий, приобретает специфическую белковую оболочку, защищающую от действия антител человека и, попадая в его организм вместе с ягодами, атакует центральную нервную систему, трансформирует всю систему его ценностей и - гоп-ля! - благодарный "хомо сапиенс" хватает лопату, рассаду и спешит к грядкам... Идеальный порочный круг. - Но почему, черт возьми, земляника? - Думаю, что в том варианте программы, который отрабатывали на Ферне, решающую роль сыграли просто климатические условия. На других... - Значит, возможны и другие варианты?! Мило. - Вообще-то, Любовь к Растению задумывалась просто как вспомогательная поведенческая подпрограмма, обеспечивающая быстрое распространение вируса и его постоянное присутствие в организме каждого жителя планеты. Вирус был задуман так, что его предполагалось оснастить "сменными боеголовками" - группами генов, обеспечивающих самые различные, более... осмысленные поведенческие программы, на которые могли бы опираться какие-то экономические, политические, идеологические мероприятия. Наличие такой "основной нагрузки" должно было смягчить и действие "земляничной" подпрограммы - сводить ее действие к обычной привычке. А оставшись без всякого противовеса, гены Любви к Растению породили манию, культ. Начали работать еще и законы коллективной психологии... Некоторое время они молчали. Потом кэп откашлялся. - Да не в землянике дело, - сказал он в пространство, больше самому себе. - Не в землянике и не в вирусах... Мы, люди - просто народ такой, что с нами всегда ухо востро держать надо: даешь нам идею свободной конкуренции и получаешь царство монополий, даешь идею любви к ближнему - и получаешь инквизицию. А из идеи всеобщего равенства вообще такое выросло... Ладно. Не в землянике, одним словом, дело. Кай был несколько поражен неожиданным философским экскурсом кэпа и не нашелся, что сказать. - Так, ну и почему же Станция сама не убереглась? - несколько вне связи с вышесказанным спросил Капитан. - И почему с самого начала замалчивались данные о положении в Колонии? - На второй вопрос ответить легко - комендант-директор был заранее проинструктирован в отношении программы. Собственно, анализ ее результатов и был основной целью работы "Ферн-21". Их даже снабдили ракетами с антивирусом - весьма эффективным препаратом, разработанным уже в наше время, где-то в научном "андерграунде". Так что куцая отчетность шла, думаю, первоначально просто во исполнение секретных инструкций... Они и ракеты приготовились всерьез пустить в дело, когда поняли, как далеко тут все зашло... Все погубила непредвиденная случайность. Одна из сотрудниц биохимической лаборатории решила попробовать злополучную землянику на вкус. Обычная женская дурь. Любопытство, хотел я сказать... Зная, что вирус локализован в ядерных хромосомах, она на ультрацентрифуге отделила клеточный сок, свободный, по ее мнению, от возбудителей Любви, и пригубила его. Промах состоял, видимо, в том, что в жидкости находились соединения, образовавшиеся уже как продукты вирусных генов - что-то типа очень эффективно действующего наркотика. Слабого, но с эффектом мгновенного привыкания. А может, под влиянием разных спонтанных процессов часть генов из ядра перекочевала за этот срок в цитоплазму - в пластиды, плазмиды... В общем, через три недели она уже сознательно подала зараженную вирусом землянику к общему столу. Искренне веря, что творит благое дело. И с ней все согласились... Три недели спустя - это инкубационный период Любви к Растению... - Черт бы ее побрал! И здесь Тимоти оказался прав. - Увы. "Шерше ля фам"... Только три человека, которые в это время монтировали последние ракетные платформы, избежали заражения, и то на время. Среди них был наш "Гость-2". Случай, когда дополнительный стукач весьма пригодился. Вы представляете, что могло бы начаться, если бы "Ферн-21" сохранил свою тайну до смены экипажа? И потом - по возвращении на Землю... Эти трое успели запастись кое-какими медикаментами и передать на ближайший транслятор шифровку. Потом забаррикадировались в третьем отсеке. К сожалению, оставшиеся на Станции образцы антивируса уничтожены. Те трое подавляют действие вируса психотропными препаратами... Поэтому приступы заболевания у них чередуются с ясным пониманием обстановки. Но периоды прояснения все сокращаются, а увеличивать дозу препаратов возможности нет. Они и так вводят предельные дозы. По их расчетам у них остается не более трех суток, кэп. Уже сейчас трудно их понимать... Кай не стал уточнять, что значило слово "трудно". Шесть лет работы в программе борьбы с Наркомафией - достаточно хорошая школа для того, кому с помощью обычной азбуки Морзе приходится вытягивать информацию из одурманенных действием "колес" партнеров. Он просто, насколько мог, выразительно смотрел на капитана. - Надо спешить, - сказал тот. 15 Трое сидели в кабинете кэпа. Он сам, командир Десанта и Федеральный Следователь. Момент пришел такой, что говорили они почти на равных. - Вариантов два, - разглядывая безупречную поверхность стола, сказал капитан. - Первый - неожиданный и тотальный штурм Станции. Как неприятельского объекта, с выключением всего ее персонала. Затем их госпитализация в изолированном блоке и мероприятия по транспортировке зараженных в карантин. Дезинфекция корабля, оборудования, Станции. Возможно - ее уничтожение. Имеем для этого полторы тысячи бойцов... - Достаточно полусотни, - глухо заметил командир Десанта. - ...четыре штурмовых бота с маскировкой, триста спецкостюмов - "невидимок". Относительных, конечно, невидимок, но здесь у противника спецсредств обнаружения не предвидится. Штатное оружие и штурмовой инструмент. Парализующий газ, индивидуальные парализаторы. Оценка потерь - десять процентов участников штурма. Пятнадцать - обороняющихся. Все штурмующие рискуют получить заражение. Вероятность... Впрочем, все это не имеет значения, поскольку, как вы установили по... своему каналу, - кэп повернулся к Каю, - система самоуничтожения Станции активирована и любой член ее экипажа может нам здесь устроить маленький конец света. В радиусе полумили, примерно. В любой момент, сигналом с обычного индивидуального браслета. Кроме того, как я понимаю, предусмотрены варианты автоматического включения системы. Тогда - потери сто на сто. - Мы можем дистанционно вырубить систему самоуничтожения? - осведомился Следователь. - Ведь практически крейсер может задавить работу любой электроники на тысячи миль вокруг... - Если бы речь шла о шлюзовом замке, - стоило бы попробовать, - пояснил Каю командир Десанта. - А здесь не тот случай. Малейший сбой - и мои ребята испаряются вместе с этими говнюками. Гори оно огнем. - Таким образом, это вариант отпадает, - резюмировал кэп Джейкобс. - Второй вариант - тайный подход к Станции парой "невидимок" с мешком-шлюзом и запасной спецодеждой, взлом третьего отсека, освобождение или... захват тех троих, смотря по их состоянию. Отход за корпус крейсера. Захваченных - в карантинную капсулу, и всех - под дезинфекцию. Через сорок секунд после этой фазы - последнее обращение к экипажу Станции. Раскрываем все карты и ставим вокруг них "кокон". Доклад штабу, все. Некоторое время все трое молчали. Должно быть, каждый из них достаточно хорошо и ясно представлял себе, что может случиться там, в "коконе". И наверняка случится. - Пожалуй, это единственный реальный вариант, - с трудом выговорил Кай. - Да, - подтвердил Десантник. - Вероятность прокола равна вероятности отказа спецкостюма, умноженной на число участников операции. А уж что будет на уме у того психа, который будет сидеть там у них на пульте наблюдения, я уж не знаю... Но я - за этот вариант. Пойдут Стивенс и Юнь Май. - Мне кажется... - Кай впервые за время этого разговора посмотрел в глаза кэпу Джейкобсу. - Поскольку в контакте с теми ребятами из отсека нахожусь именно я, и верят они именно мне, лично... то я должен быть там. - М-м-м... не лишено логики, - молвил кэп. - У вас есть опыт работы в открытом космосе? - Разве вы не знакомились с моим личным делом? - Ладно, вы идете, - кэп замял вопрос о файле Федерального Следователя. (Возможно, там написано, что у него дюймовая грыжа, но я этого не читал. Просто никогда не стоит мешать чиновнику побыть хоть немного человеком, если он того хочет... Малый он тихий, и под надзором двоих из Десанта большой помехи не составит). - Согласуйте действия с Командиром Десанта. 16 - Первый - пошел! И первая черная тень провалилась в звездные россыпи - там, далеко внизу - или наоборот, очень-очень высоко вверху. - Второй - пошел! Кай отметил, что, действительно, человек в "невидимке" становится совершенно неразличим в полутора десятках метров. Только пристальные, немигающие звезды открытого космоса начинали по-земному мерцать там, куда ушли превратившиеся в сгустки темноты коммандос. "Все-таки довольно просто нас засечь вот так - по заслонению звезд", - подумал он, готовясь к прыжку. И как в воду глядел. Потому что именно так и действовала штуковина, называемая АСД-М (активное средство демаскировки, модернизированное), которая сработала за полсекунды до того, как "Третий - пошел!" должно было сорваться с уст комдесанта. И Стивенс стал елочной игрушкой. Облачко обрезков металлизированной липучки, выброшенное крошечной петардой, окутало его и сделало блестящей карнавальной фигуркой, ожесточенно барахтающейся средь извечного покоя звездных россыпей. И прекрасно отражающей сигнал радара. - "Хлопушка" - черт меня задави! - констатировал Дирек. - Они "хлопушек" понакидали на подходах, чтоб у них хрен во лбу вырос! А мы-то думали, что тут один хлам... Пока он произносил свой озадаченный монолог, на небосводе воссиял Юнь Май. - Провал, - глухо констатировал капитан. - Сигнал отзыва, полковник... - А много вы засекли этого... мусора? - осведомился с корпуса по экранированному проводу Кай. - В маршрутном секторе - около двадцати предметов, - довольно индифферентно констатировал оператор с пульта. Он уже понял, что будет крайним в этой истории. - Ну что ж, - подумав сказал Кай. - Дирек, а не сделать ли нам так, чтобы его стало совсем много - этого мусора, а?.. - Не понял вас, - напряженным голосом отозвался Связист. - Вы про что, сэр? - Я про электронный замок мусорного шлюза, Дирек. Насколько я понимаю, эту штуку мы можем расколоть? Дистанционно? Наведенным сигналом. Если нам повезет, в маршрутный сектор вывалится столько дряни, что не то что оставшиеся "хлопушки" захлебнутся, а просто меня в этой каше никто не рассмотрит. - Вообще-то это гениально, сэр, - подумав секунды три, ответил Дирек. - Но вы накроетесь, сэр, ни за понюшку табаку, извините... - У нас тридцать одна минута, Кай, - вдруг резким голосом определил капитан. - Оператор - начать дистанционный взлом. Комдесанта - позаботьтесь о своих людях... Ровно тридцать секунд в рубке царила тишина. Потом оператор доложил: - Есть срабатывание шлюзового замка. На открытие... - Хламу - тьма. Фартовый тебе билетик - "Радон", - крякнул в микрофон Дирек. - "Радон" - пошел! - окончательно беря операцию на себя, скомандовал кэп Джейкобс. Не сразу сообразив, что "Радон" - это его позывные, Кай отстегнул кабель связи и, оттолкнувшись от корпуса довольно хорошо отрепетированным приемом, провалился в Космос. Потом включил пневматический движок, проверил притороченный на спине шлюз-мешок и плазменный резак на поясе - слава богу, что каждого снабдили полным комплектом проникновения - ребята из Десанта, вроде вышли из игры... "Бублик" Станции, став огромным, сверкающим куполом, наваливался на него из пропасти небес... Все было как на тренажере. Только он был один. 17 - Время выходит. Если... - сэконд вопросительно глянул на кэпа. Тот не удостоил его ответом. - Подозрительно тихо у них, у пентюхов этих, - не выдержал вторым Главный Связист. Капитан Джейкобс придвинулся вплотную к терминалу, положил на клавиатуру довольно корявые ладони, откашлялся. - Если в течение следующих пяти минут не будет установлено сигнала ручным лазером, - зло сказал он, - выхожу на связь и начинаю пудрить мозги комендант-директору... - Судя по радиошумам, было все-таки срабатывание плазменного резака, - с основательным запозданием сообщил о своем наблюдении оператор. Пока он произносил эту фразу, на дисплее зажглась строка: СИГНАЛ ЛАЗЕРА. КОД 318. ДИСТАНЦИЯ 620. - Так, - с облегчением сказал кэп. - Триста восемнадцать - это у нас по таблице э-э-э... - "Следую к крейсеру, имею троих с собой. Один - в тяжелом состоянии", - расшифровал сигнал командир Десанта. - Ну, вот и все, - кэп занес растопыренные пальцы над клавиатурой, но экран вспыхнул раньше, чем он закончил набор команды вызова Станции. Суховатое и несколько отрешенное лицо комендант-директора Флая появилось на нем, преисполненное особой значимости. В подтверждение тому второй план кадра составляли собравшиеся, видно в полном составе члены экипажа "Ферн-21". Чем-то это напоминало семейную фотографию. На долгую память. Сэконду это не понравилось. Да и кэпу Джейкобсу - тоже. Он выдернул из держателя маркер и стал писать что-то прямо по приборной панели, чтобы видели сэконд и другие у него за спиной. При этом он не спускал глаз с экрана. - Ну вот и все, капитан, - сказал доктор Флай, внимательно глядя в глаза кэпу. - Вы меня слушаете? - Да, и очень внимательно, - ответил капитан и незаметно, в его понимании, но энергично застучал ладонью по написанному, привлекая внимание бестолковых подчиненных. На экране - "с той стороны" это походило, наверное, на то, что кэп вслепую ищет сигареты или бьет разбежавшихся тараканов. "ГОТОВЬТЕ КОКОН, ВАШУ МАТЬ!!!" - гласили каракули на панели. - Теперь вы знаете все. Или скоро будете знать, - несколько отрешенно продолжил Флай. - Чтобы все было хоть в какой-то форме, я подготовил отчет и минут двадцать назад запустил его трансляцию к вам, в файл "Резус 3000". Автомат подтвердил прием. Подписано моим личным кодом. Так что вопрос об ответственности... - Очень любезно с вашей стороны, - сдержанно прервал его капитан. - У нас еще будет возможность... - Возможности не будет, - доктор Флай поднялся с кресла. Несколько торжественно поднялись на ноги и те из его окружения, кто до этого сидел. В рубке "Харрикейна" тоже все стояли. - Вы должны понять нас, - продолжал Флай. - Мы глубоко осознаем полную несовместимость нашей судьбы - судьбы навеки отданной Растению, с судьбой... остальной части Обитаемого Космоса. Те идеалы, с которыми мы здесь только соприкоснулись, обречены на гибель. Сейчас и здесь. Но не в веках. Ибо та информация, которую, следуя безусловно Высшей Логике, люди породили в лабораториях программы "Резус"... Она... Она живет. И будет жить. Хотя и не в виде своего биологического воплощения, а как достояние Науки... И придет время, когда... - Успокойтесь, Флай, - как мог мягко, сказал капитан Джейкобс. - Вы прекрасно понимаете, что несколько недель подходящего лечения, и все эти навязчивые идеи... - он снова энергично заколотил вслепую по панели с каракулями. - Лечение... - горько усмехнулся Флай. - Эй, кто-нибудь из вас, друзья мои, хочет излечения? Вы видите, капитан... Мы сделали свой выбор. Но вы ошибаетесь, считая меня просто безнадежно больным. Я еще и комендант-директор Станции Наблюдения "Ферн-21". Был и остаюсь им. И именно в таком качестве принял свое решение... Теперь он словно равнялся на невидимое знамя. - Совершенно ясно, что игра проиграна. Теперь и здесь. Но, чтобы она была проиграна малой, так сказать, кровью... Чтобы не было штурма Колонии, карантинных лагерей, Сопротивления и всего этого... Одним словом, операция по инактивации SF-вируса в масштабе всей Клонии должна все-таки быть... осуществлена. Вы не в состоянии... не в состоянии представить, чего мне стоило это решение. Слава Богу, будет цель, хотя бы само Растение, пусть и погублен будет Носитель Любви. Хотя что это за прозябание - на скромных грядках, вокруг людского жилья... - Господи! - радостно воздел руки кэп Джейкобс. - Вот видите... Разумные решения... - Невозможно представить, какие бедствия и разрушения это повлечет там, внизу - на планете. Вы должны осознать, что, начиная с этого момента, на планете будут жить уже два поколения людей: рожденных в Эру Растения и - после. Пропасть между ними будет... Кроме того, как показывают модельные опыты, у достаточно молодых... особей, в отсутствие активного Носителя, довольно быстро начинается восстановление прежних нейронных взаимосвязей... Вы бы назвали это выздоровлением... Вражда и распря охватят Колонию... - Не стоит преувеличивать, док. Федерация всегда будет... на страже порядка и... - Так будьте хорошими стражами. Ваша вахта - первая, капитан крейсера "Харрикейн"... Теперь последнее. Совершенно немыслимо, чтобы кто-то из нас... своими руками привел в действие эту... эту чудовищную систему погибели Носителя Любви. - В конце концов, вы сами эту штуку привезли и смонтировали! - не слишком к месту возразил кэп. - К счастью, - не обращая на него ни малейшего внимания, продолжал Флай, - те трое, о которых я не хочу сказать ничего... Они решили проблему за нас. Пуск ракет может быть включен разными способами. В том числе просто сигналом с фотодиода, постоянно ориентированного на Станцию. На каждой установке есть такой пускатель. Видимо, они предвидели наше решение... - Погодите делать глупости, док! - заорал капитан, хватаясь за рукоятки кресла, словно это его должен был тряхнуть мегатонный удар. - Наши завещания там - в файле, - мягко улыбнулся Флай. - Прощайте все. - Капитан, - с запозданием доложили из канонирского отсека, - "Кокон"... Но было поздно - экран показал, как комендант-директор сделал небольшое, очень привычное движение - словно собирался подвести стрелку часов. Кэп Джейкобс вскинул ладонь, словно хотел заслонить глаза от слепящей вспышки. Но по экрану просто пошел "снег". Другие экраны за его затылком показали, как вспыхнула и погасла звезда в небе второй планеты системы Ферн, и как пошли на цель ракеты. - "Радон", вы целы? - окликнул Кая в микрофон охрипшим голосом, после некоторой паузы, кэп Джейкобс. - Мы за корпусом, капитан, но мы все поняли... - нарушил ставшее бессмысленным радиомолчание Кай. - Мне нечего сказать... Мир праху... Но эти трое - со мной. - Открываем вам шлюз. Резервный, по центру... Видите? - Вижу... - Почему вы... Чем была вызвана задержка, черт побери? - Капитан уже и не пытался скрыть свою тревогу. - У меня не слишком большая практика работы с пневмоускорителем... И потом... Я чуть не забыл об одном... - О чем? Или о ком? - Пришлось вернуться, чтобы снять с корпуса Барабашку... Еще минуты полторы молчания. - Я подчеркну в рапорте, что лично участвуя в операции, вы подвергались большому риску... - Не надо. Это в вашем ведомстве, капитан, тот, кто рискует, получает ордена. У нас - нет. В лучшем случае - колпак с бубенчиками... 18 Из сводки новостей Федеральной Информационной Службы: "По поступившим в последние сутки сведениям, в результате срабатывания системы самоуничтожения прекратила существование планетарная Станция Наблюдения "Ферн-21". Функции наблюдения и взаимодействия с местной Колонией осуществляет линейный крейсер Второго Объединенного Космического Флота. В результате происшествия погибли двадцать один член экипажа Станции Наблюдения. В местах их постоянного проживания будут проведены символические обряды погребения. По желанию всех погибших, вместо общепринятого траурного музыкального сопровождения, при этом будет исполнена композиция Джона Леннона "Strawberry Fields Forever". Борис ИВАНОВ Юрий ЩЕРБАТЫХ СЛУЧАЙ КОНТРАБАНДЫ 1 - Ваше оружие, сэр! - дежурный сержант устремил на своего собеседника пронзительный взгляд, которому круглая стальная оправа очков сообщала что-то змеиное. Взгляд сопровождался жестом требовательно протянутой руки, и, на какое-то мгновение могло показаться, что он осуществляет задержание особо опасного преступника, а вовсе не приемку на хранение табельного вооружения у отбывающего в отпуск коллеги, много старше его по чину. Тот послушно протянул ему не слишком потертую и загодя очищенную от толстого слоя пыли кобуру. Бдительный Змеиный Глаз прикинул на руке ее вес, расстегнул, неодобрительно заглянул в девственно чистый, не тронутый со времени последних ежеквартальных стрельб, ствол пистолета и сверил номер на рукояти с показаниями терминала. - Федеральный Следователь пятой категории Кай Санди, - прочитал он высветившуюся на экране надпись. - Ваш идентификатор, пожалуйста! Приняв от стоявшего по другую сторону канцелярского барьерчика, сухощавого человека в штатском карточку-жетон, он, как того и требовали правила, отправил ее в щель терминала, принял обратно и вернул владельцу, удостоверившись, что человек, которого он привык встречать в коридорах Управления не реже двух раз в неделю, оказался именно тем, кем он и был. - Личное оружие берете с собой? - поинтересовался сержант, набирая на клавиатуре соответствующую запись. - Вот оно, - Федеральный Следователь похлопал по прислоненному к барьеру чехлу с удилищами. - Действует, правда, только на форель. От силы на плотву. Но хорошо действует... - Значит, отправляетесь на рыбалку? - неожиданно потеплевшим голосом спросил сержант. - На Землю? - В Шотландию, - ответил следователь. - И надолго. Который год пропускаю отпуск. - Завидую вам, сэр. Что-ж, счастливого улова! - Только не сглазьте. Кай подхватил удочки и, кивнув дружелюбному уже Змеиному Глазу, прошел к лифтам. Сегодня он позволил себе не заходить в служебный кабинет - не самое любимое свое место пребывания. Там все было приведено в порядок еще вчера с вечера. Поэтому он уверенно вознесся сразу на двенадцатый уровень - эмпиреи высшей администрации Управления. Однако, войдя в приемную шефа, он ощутил определенную неловкость, причиняемую ему наличием дорожного кейса в левой руке и чехла с удочками - в правой. Правда, приходилось ему входить в эти двери и с более экзотическим багажом, но тогда эти предметы проходили по статье "вещественных доказательств". - Прекрасное сегодня утро, Мэгги, - попытался он скрасить эффект произведенный, судя по всему, его багажом на бессменную секретаршу шефа. - А вы сегодня очень рано пожаловали, Кай, - добродушно отозвалась та. - Ладно, разрешаю вам оставить ваши хворостины здесь, за портьерой. Только не вздумайте их забыть... Обычно секретарши более или менее нужных своим подчиненным шефов неизбежно становятся объектом прямых или косвенных расспросов касательно того, с какой ноги встали сегодня их светлость. Мэгги Фуллер благополучно избегала такой участи, благодаря накопленной с годами коллекции бегемотов. Точнее, их изображений, изваяний - фаянсовых, фарфоровых, бронзовых и невесть каких еще фигурок. Кто и когда положил начало этой коллекции, сказать было трудно, но рано или поздно каждый сотрудник Управления, сподобившийся обязанности посещать кабинет шефа, дарил Мэгги своего бегемотика, стараясь выбрать что-нибудь пооригинальнее. Почему именно этот представитель фауны был избран для такой роли легко мог понять любой, кто хоть раз имел дело с Барни Т.Литлвудом - шефом Сектора Федерального Следственного Управления. Оповещение посетителей о текущем настроении шефа Мэгги осуществляла с гениальной простотой - подбором соответствующего гиппопотама, выставлявшегося справа от ее рабочего терминала. Сегодня это был бегемот возбужденный. Кай вздохнул, поставил чехол с удилищами в указанное ему место и шагнул через порог кабинета. - Здравствуйте, шеф, - Кай постарался вложить в эти слова достаточную долю скорби по случаю предстоящего расставания. - Зашел попрощаться с вами. Как-никак, убываю надолго... - Да уж, что и говорить - Управление задолжало вам э-э-э... Да чуть-ли не четыре законных отпуска... - Три, шеф. Слава Богу, только три. Вы ничего не хотите передать знакомым на Земле? Люк Дункан пригласил меня порыбачить с ним там - в его краях... - О господи... Люк... и старина Андерсон... Однако, нашли же они время... Дело в том, что не далее, как сегодня я хотел вызвать вас для совершенно конфиденциального разговора... "Нет, - сказал себе Кай. - В ЭТОТ РАЗ - НЕТ". Он сфокусировал глаза на гербе Федерации за спиной шефа, исключив возможность встречи взглядов. - Вы, я думаю, отнесетесь с пониманием к моей э-э-э... настоятельной просьбе... Да какое там, - ухватитесь за предложение обеими руками! - примерно четверть тонны облаченной в строгий костюм, по-детски нежной плоти шефа Сектора с неожиданной легкостью выпорхнула из кресла и решительно устремилась в обход величественного стола к своему подчиненному. На последнем полуметре своего пути шеф умудрился привстать на цыпочки и дирижируя обеими руками со значением произнес: - Фа-бер-же! Фа-бер-же!! Это что-нибудь говорит вам, Санди?! Это должно звучать для вас, как боевой горн! Фа-бер-же!!! Я не вижу в ваших глазах охотничьего блеска, Следователь!!! - Я мало сведущ в ювелирном деле, шеф, но такое имя знаю. Девятнадцатый-двадцатый век... Однако... - спохватился он. - Конкретно речь идет о серебряном, филигранной работы пасхальном яйце - это дар мастерских Фаберже последнему русскому императору. Не более, ни менее. Вы только посмотрите на голограмму... Собственность Земли, а именно... - Вы хотите подвесить мне некое дело, к нему, к произведению Фаберже, то-есть, в связи с поездкой на Землю? Я не... - Я думаю, что вы без сожалений расстанетесь с идеей этой вашей поездки, как только поймете, какое перспективное дело я вам предлагаю, - шеф жестом предложил Каю присесть на предназначенное для доверительных бесед ажурное кресло у кофейного столика под сенью аквариума с его любимыми вуалехвостами, а сам стремительно опустился в такое же сидение визави. Кай было приготовился к худшему, но мебель в Управлении была достаточно прочна, в этом ей было трудно отказать. - Шеф, - сказал он, - я, конечно, внимательно слушаю вас, но... - теперь, чтобы не заработать косоглазие, ему пришлось перенести центр внимания с чеканки герба на менее официальных вуалехвостов. - Как вы понимаете, уже одна только историческая ценность этой вещицы довольно высока. Еще раз повторяю - последний император России держал ее в собственных руках... Вообще-то у этого предмета нет цены. Его невозможно продать! - Так что же... - Однако страховая стоимость его определена. А после того, как они там, - шеф сделал жест в сторону, надо полагать, Солнечной системы, - проштамповали Закон о молекулярном копировании произведений искусства, она, страховка-то, приняла размеры, сравнимые, скажем, с годовым бюджетом такой колонии, как Сендерелла. Кстати, на Сендерелле-то яичко и пребывало последние полсотни лет. Было преспокойно выставлено для всеобщего обозрения в "Галерее трех Эрлов". - Как его туда занесло? В период Смуты?.. - Да. Три звездных войны, это - три звездных войны... После начала Консолидации Земля подтвердила свои права на Фаберже. Среди многого другого. Но разрешила хранить и выставлять его по-прежнему на Сендерелле. Жест доброй воли... - Ну, в ту пору, крейсера Федерации в этом Секторе еще не появлялись... - Теперь их здесь хватает. И Закон о молекулярном копировании очень изменил ситуацию... Короче, яичко моментально сообразили убрать в запасники. Но номер не прошел. То-ли кто-то настучал Комиссару Сектора, то ли старина Додо сам что-то смыслит в таких делах, но была назначена инспекция. И выяснилось, что яйца-то и нет. Пропало. В нашем, заметьте, секторе. Большие господа тащат друг друга под суд, киты страхового бизнеса рвут волосы... Но мы-то не будем, а?.. Шеф доверительно нагнулся к Каю, столик жалобно пискнул под пришедшемся на него округлым локтем начальника. - Мы-то ничего на себе рвать не будем... Пусть господа политики считают дело безнадежным - мы-то знаем, - шеф похлопал по притулившемуся сбоку терминалу, - знаем, что есть такая вещь, как агентурная работа. И агентурная информация. А агентурная информация нам подсказывает, - шеф целеустремленно вскочил, чудом не раздавив столик окончательно, и жестом фокусника взмахнул выхваченным из лежавшей под рукой папки, листком распечатки, - что интересующий нас предмет находится в руках лихих людей - довольно хорошо нам известных лихих людей, замечу - и БУДЕТ В БЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ ОБМЕНЕН НА РАВНОЦЕННОЕ - вы слышите, Санди? - НА РАВ-НО-ЦЕН-НО-Е ПРОИЗВЕДЕНИЕ ИСКУССТВА. Причем обмен состоится, опять-таки где-то в пределах нашего, столь славного уголовщиной Сектора! Вы проглотили наживку, Санди? Кай завороженно следил за белоснежным листком, неловко зажатым в пухлых пальцах шефа. "Неужели Старый Крот подкинул информацию? - подумал он с чисто профессиональным интересом. - Смертельно рискует человек, и в который раз..." Но предположение осталось предположением - интересоваться источниками он имел право, только приняв дело. - Я достаточно хорошо уловил суть дела и чувствую его важность, чтобы рекомендовать вам инспектора Ясиновски. Антиквариат - его сильная сторона, - Кай несколько двусмысленно кашлянул. - За последние два года пан не провалил ни одного дела. И ему надо расти... А я вот сдаю дела Джереми не в полном порядке. - Я не возьму что-то в толк - вы не поняли, разве того, что когда вы расколете это дело, вас ждет кресло в кабинете на этом этаже? Вот здесь, за стенкой... - КОГДА И ЕСЛИ... Я же сказал, что по-моему, у меня полоса неудач. Оттого и пора в отпуск. - Говорили бы вы это кому угодно, только не мне! Что там у вас за незавершенка? - больше для порядка поинтересовался шеф. - Да так... Знаете ли, я, видимо слишком бюрократически отнесся к делу: надо было еще раз выехать на место: там на Денебе-8 какой-то парень сильно нахамил - "взял" два банка и в поместье одном родовом учинил погром. И пропал бесследно. - Мафия активизировалась? - Какое там... Мафия как раз в числе пострадавших: при расследовании эпизодов с банками всплыла уйма денежек, не успевших пройти "отмывку"... Так что нет худа без добра... А пострадавшее имение - и вовсе смех и грех - принадлежит наследникам покойного Фонсеки, вам небезызвестного... И всюду - один и тот же стиль - лобовая атака, этакая "печная работа" в одиночку. С шумом и треском. Короче - "здравствуй племя молодое, незнакомое..." Какой-то паренек вообразил себя суперменом и куражится как может. А местный шериф со товарищи к такой наглости просто еще не адаптировались, хлопают глазами и несут чушь про экстрасенсорику, которой их задавил нападавший и тому подобное... Мало того - пристегнули ко всему этому еще и угон орбитальной яхты, хотя похоже, там просто хозяин посудины мудрит со страховкой... - Ладно, ясно, что это не вы, Санди, а ребята там, на месте к делу подошли бюрократически... - шеф забарабанил пальцами по столу. - Послушайте, Кай, а может, вы просто боитесь? Ну, в самом деле: подкидываю тебе дельце, которое, это совершенно ясно, курируют не последние лица мафии. Могут и нос прищемить... Так что отпуск пришелся очень кстати, а?.. Это был явно проигрышный ход. Конечно, за Федеральным Следователем пятой категории Каем Санди числились и грешки - например, содержание в служебном кабинете довольно объемистой коллекции детских игрушек и головоломок, но вот в неумении изо дня в день преодолевать унылый, давно ставший для работников Управления рутинной служебной обязанностью, страх перед мафией, Федерального Следователя обвинять было просто глупо. Кай откашлялся, вежливо поднялся и позволил себе встретиться глазами с шефом. - Я позволю себе остаться при своем мнении, - суховато сказал он. - Что касается... предполагаемого держателя Фаберже и его партнера, то... Знаете, хотя на определенной фазе своей карьеры все удачливые проходимцы начинают проявлять повышенный интерес к искусству, таких маньяков, что нацелились бы на Фаберже, можно назвать не более четырех. Двух, если подумать. В пределах двух Секторов. Я оставлю свои соображения на моем терминале. А сейчас позволю себе откланяться. Теперь настала очередь шефа откашляться. - Что-ж, не смею вас задерживать. Надеюсь, рыбалка будет удачной. Напомните Люку, что у старины Барни, при всей его занятости, найдется время прочитать пару строк, если у него, у Люка, найдется время их черкнуть. Кай шагнул за порог, слегка поклонился, и светлой древесины дверь, наконец, отрезала его от высокого начальства. - Не забудьте удочки, - сказала уже почти вслед ему Мэгги. - Хорошего улова! Очаровательная служащая "Космотрека" отпустила Федеральному Следователю одну из наиболее зарекомендовавших себя служебных улыбок, но вот на протянутый ей сертификат уставилась как на гадюку с Найтмара. - Вы уверены, что хотели бы лететь именно этим рейсом, мистер... мистер Санди? - пролепетала она, нехотя принимая документ. - Уверен. Следующий - через полгода, смею вам напомнить, мисс, - сухо парировал Кай. - За нашей э-э-э... конторой постоянно забронировано... Законный отпуск, знаете-ли... - Да, но... За последние четыре, нет... пять лет никто ни разу не воспользовался... и... - девица обменялась паническим взглядом с кем-то за спиной Кая и тот, машинально обернувшись, встретился глазами с беспокойно завозившимся в своем кресле, ранее совершенно безмятежным клиентом, несколько повышенной упитанности. - Ну как же так! - возбужденно кинулся к стойке встревоженный обладатель сверкающих залысин, роскошного кейса и полудюжины перстней из орионской платины. - Я же в поездке по делу и понесу убытки... Вы же меня совершенно определенно заверили... - Да, но, господин Палладини... - на мгновение в глазах служащей мелькнула истинная паника, - но я немедленно сделаю запрос... Существует, как вы знаете, резерв Капитана... "Мой Бог, - подумал Кай, - да ведь лайнер уже выполняет причальный маневр. Только капитану сейчас и забот, что распихивать по кораблю неплановых пассажиров..." Он обменялся с господином Палладини выразительными взглядами. - Проклятое мафиози... - оценка его была, впрочем, вполне профессиональной, хотя и несла сильную эмоциональную окраску. Вслух Федеральный Следователь только откашлялся. - Желудок? - понимающе спросил он, показывая глазами на нервически прижатую к округлому брюшку пухлую ладошку соперника. - Ч-что?! Н-нет, г-гастрит, если вас так интересует мое здоровье... - почему-то тщательно выбирая слова ответил тот. - Вот! - радостно воскликнула служащая. - ...То место, на которое вы претендовали, господа, уже ушло... Какой-то непредвиденный пассажир. Еще на Денебе... Оба претендента на единственный билет до Земли недоуменно уставились на прелестную собеседницу. В течение наступившей паузы, единственное, что пришло в голову Каю, так это то, что колечки-то у господина Палладини вовсе не с Ориона, а от силы с Рю де Рибас, но это вряд ли могло облегчить ему дорогу к Шотландским озерам. - Однако, есть великолепное решение проблемы! - с энтузиазмом воскликнула верноподданная "Космотрека", энергично размахивая снятой с терминала распечаткой, - есть два места "люкс". Насколько я понимаю, для господина Палладини не составит... - Не составит, - горделиво отрезал обитатель клетчатого пиджака и смерил своего сухопарого конкурента взглядом, которого только и мог по его мнению заслуживать государственный служащий в законном отпуску. - Меня волнует багаж... - Проблема багажа вас не должна волновать, - осведомленным тоном парировала служащая, - вопрос явно имел свою, неизвестную всяким посторонним, предысторию. - Что касается господина... - За меня платит э-э-э... - никогда Каю не доставляло удовольствия всуе оглашать свою служебную принадлежность. - Да, я вижу - ваш рейс в любом случае будет оплачен, - тактично констатировала сообразительная работница крупнейшего в этой части Галактики транспортного агентства, проделывая с его сертификатом необходимые манипуляции. - Одна небольшая деталь... Вы оба полетите в одном номере... В одной каюте... - Простите, но вы хотите сказать, что этот ваш "люкс" - никакой не "люкс", милая дамочка?! - вскипел Палладини. - Что вы, что вы!.. Это вполне полноценный "люкс", но... видите ли, у меня тут означено, что это "люкс" для новобрачных, - потупив взор, молвила девица. - Как раз два последних резервных места... Больше на борту лайнера... Федеральный Следователь в законном отпуске и недорезанный мафиози в поездке по делу подняли друг на друга глаза. - Ладно, значит, две недели мы проведем вместе, - изменившимся тоном сказал Палладини. - Если вы хотите представиться, так меня зовут Микис. Можете - просто Майк. Предприниматель. В поездке по делам, знаете... - Санди, Кай, - отрекомендовался Федеральный Следователь. - Виноват, но уменьшительных у меня не образуется. Ни от фамилии ни от имени... В отпуск еду (еще раз ему удалось деликатно миновать вопрос о своей профессии). Ты, надеюсь, не забыл обручальные кольца, Майк? И, расхохотавшись, оба грохнулись на жестковатые сидения зала ожидания "Космотрека". - Можете идти к себе, Рамирес, с газоном управитесь позже. И передайте прислуге, чтобы нас не беспокоили в течение часа-полутора. - Слушаюсь, босс, - почтительно согнувшись садовник исчез за кустами азалии. В наступившей тишине стали слышны голоса птиц и шелест ветра в густых кронах гледитчии, высокие стволы которой обрамляли парк. Единственным свидетелем дальнейшей беседы, происходившей в старинного мрамора павильоне, теперь была только оставленная у порога, сверкающая никелем антикварная газонокосилка, искусно сработанная "под ХХ век". Отдавший приказание высокий человек лет сорока пяти задумчиво плеснул в бокалы виски и глянул на своего единственного собеседника сквозь янтарную жидкость, подняв драгоценный хрусталь на уровень светло-серых, внимательных глаз. Он был довольно радушным хозяином. - Предлагаю выпить за нее, - он кивнул на брошенную на стол голограмму. - Если все выйдет, как запланировано, через неделю моя коллекция пополнится новой жемчужиной. Поистине уникальной. Она напоминает мне младшую дочь. Гость - имидж испанского гранда очень шел ему, только произношение, густо замешанное на галактическом сленге, портило дело - со вкусом попробовал старый "Бурбон" и взял снимок со стола. - Я не очень-то разбираюсь в искусстве, мистер Кирилофф, но тут я с вами согласен - она дивно хороша. Какой поворот головы!.. Впрочем, и цену вы отвалили стоящую. Фаберже - это как-никак Фаберже. А вот кто изваял эту... дамочку? До знакомства с вами я и представить себе не мог, что кусок камня может стоить столько миллионов кредиток. Вы уверены, что такой риск оправдан? Знаете этих чертовых эстетов - стиль, техника исполнения... - И то и другое совершенно уникальны. Да и все скульптуры этой работы имеют гарантированные цены. Хоть на черном рынке, хоть на белом... Вам трудно понять душу настоящего коллекционера. Я верю в свою интуицию. Дело в том, что это внеземное искусство. Не принадлежащее нашей цивилизации. Ходят легенды, что... - А модель-то совершенно... э-э-э... нашего типа. Человеческого. Я бы... Как-нибудь расскажу вам, какие темные истории связаны с этими изваяниями. Их почти не осталось уже. Последний, кто торговал ими - Фонсека... - Он плохо кончил. Знаете, я частично разделяю ваши чувства коллекционера, и вы в этом сами могли убедиться, когда были у меня в гостях. На Альдебаране я как-никак собрал неплохую коллекцию оружия, женщин и охотничьих собак... - Сук, шлюх и хлопушек, простите меня за откровенность, дон. Все это - тлен, в то время как собрание скульптур, которое вы видите в этом парке - часть моей души. Может быть, даже продолжение моего тела. Когда в прошлом году неумелый реставратор отколол мизинец на ноге Аполлона Бельведерского, я испытал почти физическую боль... - Насколько я помню, тот парень тоже кое-что испытал в результате... - Ну, проклятый бракодел, в конце концов, не так уж долго и мучился. Не так долго, как того заслуживал, по крайней мере... Во всяком случае, больше он ошибаться уже не будет. Что значит его никчемная жизнь по сравнению с шедевром античности? Вы только помыслите, дон Себастьян; с тех пор, как Пракситель высек из мрамора вон ту фигуру - это изваяние Гермеса, к вашему сведению - на Земле, а затем в Империи родились и сошли в могилу миллиарды человеческих существ, а его творение до сих пор служит образцом гармонии, возвышаясь над низменной суетой мелких человеческих страстей! То, что вы видите вокруг себя, дон, это не просто коллекция скульптур, это островок совершенства в нашем отнюдь не совершенном мире. На этой планете я собрал лучшие образцы человеческого духа, воплощенного в камне: Поликтет, Фидий, Агесандр, Донателло, Микеланджело... - Что ж, у каждого свои причуды. А по мне - лишь бы платили денежки, и я доставлю вам хоть Мону Лизу Джоконду, хоть жабоящерицу с Гаммы Цефея. Кстати, и у той, и у другой - улыбочки что надо... Хе... Столь неожиданное сопоставление двух шедевров (кисти великого живописца и экзоэволюции) на мгновение парализовало язык главы клана Кирилофф, и он молча пригубил виски. Затем решительно поставил бокал на стол, давая понять, что с лирическими отступлениями покончено и пора переходить к деловой части беседы. - Я полагаю, однако, начал он, - что вы навестили меня не для того, чтобы ознакомиться с моими эстетическими воззрениями, дон Себастьян? По вашему лицу я вижу, что у вас есть проблемы... - Почему вы так решили? Обычный, чисто информационный визит. Операция проходит успешно, курьер с Фаберже - на корабле, и его надежно опекает наш человек. Что до проблем... Я бы не назвал даже это проблемой. Просто Хорхе сообщает, что на корабле летит еще один наш старый знакомый - Кай Санди. Помните такого? - Что?! Тот самый следователь, что посадил вас в лужу тогда, с бриллиантами на Проционе? - Именно... Хотя в результате мне он стал даже чем-то симпатичен. Как достойный противник... Признание в том, что дону Себастьяну может быть симпатично существо, не приносящее не облагаемой налогом прибыли, нестерпимо нарушало стройную картину мироздания и заставило Великого Кирилоффа еще раз воздать должное "Бурбону". - Что же вы намерены предпринять? - А ничего. Пусть все идет, как и планировалось. Согласно файлу корабельного компьютера, наш приятель следует как частное лицо, кажется, в отпуск. Он даже не вооружен. Совпадения бывают, мистер Кирилофф, бывают... - Такие совпадения имеют привычку оказываться роковыми... Мне как-то случалось оказаться за одной шахматной доской ни с кем иным, как с Ямада-сан. Действительно, совершенно случайно. А через шесть часов... - Я помню. - Очень хорошо, что помните. Так вот, Тарквини не простит вам потери Фаберже. Он уже считает чертово яичко своим. Извините за каламбур. - Черт побери! В конце концов, кто из нас двоих затеял всю эту кутерьму? Я в любой момент могу выйти из дела, но задаток останется у меня в качестве платы за первоначальные хлопоты. В таком случае вам придется довольствоваться снимочком. - Ну, ну, не горячитесь, мой дорогой! Просто я немного нервничаю. Должен раскрыть кое-какие свои карты - сегодня утром пришла шифровка от Мако. Статую Оглянувшейся пытались захватить. Он потерял трех человек, но все обошлось. Ее доставят на "Ригель", как только лайнер выйдет на орбиту вокруг Мелетты. - Так кто же организовал налет? Полиция или конкуренты? - В том-то и дело, что он не знает. Серьезных конкурентов у Тарквини нет, а шеф местной полиции так привык к его э-э-э... дотациям, что наверное, будет несказанно удивлен, если однажды утром не найдет на своем секретном счету нового поступления. Ясно только одно - работал какой-то одиночка. Но экстра-класса. Так что они там теряются в догадках. Я, признаюсь, испытываю некоторые опасения за исход нашего предприятия. Теперь еще и Федеральный Следователь... - Послушайте, Майкл, по-моему, мы с вами не такие люди, которые отказываются от задуманного при первом же скрипе незапертой двери. Вы решили завладеть статуей. Тарквини позарез сдалось императорское яйцо, а мне очень не помешают три миллиона комиссионных. Курьер с Фаберже находится на корабле, ваш товар - на Мелетте. Осталось произвести обмен и доставить товар сюда, в ваши сады и гроты. Вот что - чтобы исключить возможные неожиданности, я немедленно распоряжусь выслать десантный бот с моими отборными ребятами навстречу "Ригелю". А вы лучше свяжитесь с Мако и попросите его задержать корабль на орбите Мелетты до их прибытия. Я думаю, в его силах соорудить "мелкие технические неисправности, требующие профилактического ремонта"... Некоторое время Великий Кирилофф мерил павильон шагами и по-русски то ли цитировал своего любимого Баркова, то ли просто ругался непотребным текстом. Затем повернулся к дону Себастьяну. - Я принимаю ваши предложения. В случае успеха можете рассчитывать на дополнительные наградные проценты. - Отлично. Мне всегда было приятно работать с щедрыми людьми вроде вас. Давайте выпьем за это! Собеседники наполнили бокалы и некоторое время молча созерцали изысканную панораму парка. Как и вся небольшая планета, на которой проходила встреча, он был полной собственностью клана Кирилофф. 2 - Напрасно вы не смотрите видеоканал, - добродушно обратился Кай к занятому приведением в порядок своего и без того безупречного (по меркам Рю Де Рибас) одеяния, Палладини. - Проходим почти над поверхностью второй луны. Очень необычное зрелище. И небо здесь тоже странное - без звезд... - Чего, собственно говоря, удивительного? - отозвался Микис, тщательно проходясь специальной щеточкой по отворотам своего уникального пиджака. - Мы в самом нутре "угольного мешка". Про эту звездочку никто и слыхом не слыхивал, пока Рыжий Варлаам на нее не наткнулся, скрываясь от имперской "Каракатицы". А Варлаам как-то не поспешил поделиться этим своим открытием ни с Академией, ни с кем еще из официальных лиц. И долгие десятилетия здесь была идеальная перевалочная база для контрабанды целых шести секторов... Но всему приходит конец... Осталось лишь прозвище... - "Солнце воров"? Местные жители не обижаются? - Нет, скорее страдают от ностальгии. Кроме прозвища остались еще и славные традиции... - А вы бывали здесь? - В системе - так да, и не однажды. А на Мелетте, слава те Господи, ни-ког-да! А вы, явижу, угомонились, - с удовольствием констатировал Палладини, стряхнув последнюю невидимую соринку с клетчатого чуда портняжного ремесла и определяя это чудо в шкаф. - По-моему, вы по четыре раза обошли все ходы и выходы на лайнере. В пожарной инспекции в вас, Кай, так просто души бы не чаяли. Рад видеть вас, наконец, в горизонтальном положении... - А вы, я вижу - домосед, Майк. Просто носа не кажете из каюты... - Люблю комфорт и не люблю лишних встреч... И кроме того - с моим гастритом... Думаю завтра зайду в корабельный госпиталь. Может, избавлю вас от своего соседства на пару суток - лягу там на стационарное обследование - благо входит в стоимость билета... А там и до Кирилофф-пойнт доберемся, и мне сходить - опять дела да хлопоты затянут, о здоровье снова некогда вспомнить будет... Кай хотел было посоветовать Майку воздержаться от визита в корабельную лечебницу - он готов был поклясться, что физиономия судового эскулапа явно знакома ему по какому-то из относительно недавних дел о контрабанде наркотиков, но по старой профессиональной привычке прикусил себе язык. - Господи, - сказал он вместо этого, да в наше-то время, когда любой замухрышка с дипломом медика вас от вашей хвори избавит, пожалуй, скорее, чем вы успеете почистить зубы... Вы прямо-таки лелеете свой гастрит, как драгоценность. Странно, как вам удалось пройти тамошний досмотр с таким-то сокровищем... Микис неприятно поморщился и с некоторым испугом посмотрел на Федерального Следователя. Потом промокнул лоб платком, которому немногого не хватало, чтобы сойти за скатерть в итальянском ресторанчике. - Что за дребедень, спрошу я вас, вы читаете? - продолжал он беседу, прерванную бестактной шуткой Кая. - Если это путеводитель по Мелетте, так выбросьте этот предмет в мусоропровод и отдохните. Вы знаете, после часа ночи мы начинаем становиться под погрузку, придет шаттл с поверхности, и я, например, наверняка потом не буду спать до утра - знаете, когда пол начинает шевелиться под ногами, мне это напоминает Террамото, а все мое нежное детство как раз и прошло на этой милой планетке... Знаете, каждый, кто там жил, если ночью затрясется пол, выскакивает в окно. Условный рефлекс... Но в том то и горе, что на таком вот лайнере нет никаких окон... - Насчет путеводителя вы, пожалуй, правы, Майк, - вяло отозвался Кай. - Все равно ближе двух тысяч миль мы к планете не приблизимся. Да и вся орбитальная стоянка - менее суток... Но интересно, однако, - как-никак там, внизу - целый мир... - Очень дерьмовый мир, смею вас заверить! Если вы думаете, что в этом месте можно делать дела - так нет, никаких дел там делать нельзя, кроме как продавать друг другу одну и ту же бутылку виски и иметь с этого жалкие баксы. И в бутылке потом окажется не виски, а кошачья моча - это будьте уверены... Когда после всей этой заварухи, которую устроили эти чудаки, стали наводить порядок, _м_а_ф_и_я_, - это слово Микис произнес доверительным шепотом, - отвалила кому-то несколько тонн кредиток, и с тех пор Мелетта имеет юридическую автономию. И чудаки, которые там живут, воротят, как говорится, все, что захотят... - Вам лучше знать, Майк. Но в принципе - неплохая планета. На большей части суши - вечная весна. Альпийские курорты, пляжи на сотни километров... - И двести энергоблоков, построенных поперек всяких правил. И сплошная химия повсюду, где можно воткнуть комбинат! А на побережьях и в горах - действительно, курорт. Бардак на бардаке, пополам с игорными домами. А в пространстве вокруг - сплошной хлам! Это вы богу молитесь, чтобы лайнер не наперся на тайный склад или причал... И никаких контактов с федеральными законниками. Если человек смылся на Мелетту, то о нем или забывают... - Или? - Или посылают следом киллера. И никто за это ни с кого не взыщет... - Приятно слышать... - Кай хотел спросить еще о чем-то - полным профаном в обсуждаемом вопросе он не был, но точка зрения собеседника его заинтересовала, - но тут громадная золотая "луковица" Палладини заиграла "Ла палома бланка". Кажется, в шестисотый раз за время их совместного путешествия. Это изменило направление мыслей Федерального Следователя. - Послушайте, Майк, - сказал он, - а другой музыки ваши часы не играют? - У этой машинки пятьсот одиннадцать функций. Спецзаказ. Но вот мелодия запрограммирована только одна. Так захотел тот тип, который мне их подарил. - А этого вашего знакомого, извините, - спросил после нескольких минут размышления Кай, - зовут не Себастьян де Носименто? Очень, знаете, древняя мелодия. Такую мало кто знает... Из полутьмы на него снова глянул испуганный глаз мистера Палладини. Затем верхнее освещение погасло. Кочующий предприниматель юркнул в свое ложе, забыв даже пожелать попутчику спокойной ночи. - В конце концов это "люкс", а не "туристический класс", - сказал себе Федеральный Следователь, почти проснувшись от дикого топота в коридоре. Звукоизоляция явно не была сильной стороной "Ригеля-2", бывшей десантной посудины, доживающей свой век в роли грузопассажирского лайнера в дикой галактической глухомани. - Понятно, что я лечу не на свои кровные, но даже за счет Федерального бюджета можно было бы рассчитывать на спокойный сон! Что у них там, носорог на свободу вырвался? А ну их всех к дьяволу! Я в отпуске... в отпуске... в отпуске... Кай попытался сосредоточиться на этой приятной аксиоме, но новый спазм непонятной, но адски шумной деятельности, разразившейся за переборкой, заставил его открыть глаза. Светящийся индикатор часов показывал половину второго. Точно - вечером всезнающий Микис, помнится, сетовал что посреди ночи будет причаливать первый грузовой шаттл с Мелетты. Но почему именно с беспривязными носорогами? И, кстати, о Палладини - в мягком, притушенном свете ночника отчетливо были видны только пустое ложе и сброшенное на пол одеяло. И никакого Микиса. Следующий звук, просочившийся в "люкс для новобрачных" из окружающего мира, был тихим. Очень тихим. Но именно он заставил Кая проснуться окончательно. Хлопок револьвера с самодельным глушителем. Вслепую запихивая ноги в разношенные кроссовки, он рванул дверцу шкафа с одеждой и нос к носу столкнулся со своим попутчиком. Бледным как мел и прижимающим к губам дрожащий перст. - Господи! Какого черта, Майк?! - с раздраженным недоумением зашипел, невольно подчиняясь этому жесту, Кай, ожесточенно вытаскивая из-под тяжеловатой тушки странствующего предпринимателя свою куртку, в кармане которой находилось его единственное (если не принимать в расчет удочек) оружие - служебный жетон-идентификатор. - Т-с-с-с... Если вы не видите, так слушайте - я вам скажу, что это нападение! Бандиты... - Скажите еще "пираты"! Космические. Не будьте ребенком, ложитесь, а я сейчас выйду и через пять минут... - Кай, прыгая на одной ноге, засовывал другую в штанину, чему порядком мешали уже надетые кроссовки. - Не нервничайте так, помните про свой гастрит... Палладини на глазах покрылся холодным потом. - Не будьте олигофреном! Через пять минут мы окажемся на том свете, по вашей милости... И никуда не идите, ради бога! Послав рехнувшегося со страху попутчика к черту, Кай шагнул в коридор и ослеп от яркого света на мгновение, в течение которого был схвачен за горло и профессионально обыскан. Не найдя оружия, нападавший ослабил хватку и повернул полупридушенную жертву лицом к себе. Кай сподобился увидеть молодого, смуглого и черноволосого атлета в бронежилете. Изрядно разочарованного. - А где Скунс? - требовательно спросил тот. - Там, - не особенно задумываясь о смысле произносимого, ответил Федеральный Следователь и без размаха обрушил на непрошенного собеседника двойной удар скрещенных рук. Наличие бронежилета обусловило довольно низкую точку приложения удара, но было не до спортивной этики... Противник, сложившись вдвое, скорчился на полу и секунды полторы безуспешно пытался сделать вдох. Однако сие торжество точности и быстрой реакции над грубой силой длилось не долго. Парень прямо с земли бросился на Кая, и боковой "цуки" в челюсть не остановил его. Это было все равно, что пытаться нокаутировать летящую ракету. Град мощных, но слава Богу, недостаточно точных ударов отбросил Кая вдаль по коридору, на дверь грузового лифта. Отступать было некуда и лишь подвернувшийся под руку баллон допотопного огнетушителя мог сойти за оружие. Устройство, оказавшись в руках Кая, выпустило струю пены, большая часть которой пришлась на долю физиономии противника. Кремовый торт в этом качестве возымел бы, пожалуй, большее действие, но секунды полторы Кай выиграл. Швырнув продолжающий извергать пену баллон в перекошенную рожу нападавшего, он рассчитывал получить в свое распоряжение еще несколько мгновений, но нехороший человек уверенно перехватил довольно тяжелый снаряд и обрушил его на Федерального Следователя. Быстрота реакции еще раз сослужила Каю свою службу - удар удалось отклонить. Баллон врезался в панель вызова лифта, вырвался из руки бандита и, звеня, покатился куда-то вдаль от места действия. А вот нападавший, уже никуда не торопясь, стер со своего медального профиля клочья пены, обтер руки о джинсы и вытянул из подмышечной кобуры потертый "Парабеллум". Каю вдруг стало очень жаль то ли себя, то ли пропавший отпуск вообще. Еще он успел подумать о том, какой замечательный некролог сочинит Андрэ Мартэн из Академии Правопорядка по случаю нелепой смерти своего друга. В следующую секунду он почувствовал, что падает назад. В отворившиеся двери услужливо прибывшего на вызов грузового лифта. На какой-то пластиковый контейнер с на редкость острыми углами. Последующие события он наблюдал из довольно сложного положения, пытаясь выкарабкаться из зазора между проклятым ящиком и стенкой лифта, в котором имели место еще трое, все в легких космических скафандрах и все трое с разрядниками Хоффа, взятыми наизготовку. Лезла в голову не совсем своевременная мысль о том, что наличие в происходящей истории оружия такого класса автоматически переводит инцидент в сферу действия Федеральных Органов Расследования. Тут пистолет в руке бандита ударил коротким злым огнем, и это была последняя ошибка, которую его владелец успел совершить в жизни. Сразу три волновых пакета, выброшенные тремя разрядниками, игнорируя бронежилет, сделали свое дело. "Покойный был, видать, мерзавец, но такой смерти я ему не желал, - подумал Кай. - А с опознанием трупа будут проблемы..." Двери лифта закрылись, скрыв от глаза жуткое зрелище, и лифт двинулся куда-то в технические отсеки. Секунд пять-шесть было для оценки ситуации и партнеров. Один из них сосредоточился на своем левом плече, прошитом пулей "Парабеллума", второй помогал ему. Зато третий наклонился над Каем и протянул руку, помогая подняться. - Ну, если бы не вы, ребята... - начал Кай, решая в уме, пойдет ли делу на пользу демонстрация служебного жетона. Впрочем, это было все, что он успел сказать, а до взаимного представления дело вообще не дошло. Лифт остановился и любезно протянутая Федеральному Следователю рука мертвой хваткой взяла его за ворот куртки, а вторая столь же уверенно подхватила свою жертву в районе копчика, после чего Кай турманом вылетел в разверзшиеся двери - в отсек технических служб. "Где-то на этом уровне штаб внутренней охраны, - сообразил Кай, поднимаясь с четверенек. - Очень кстати. Однако, если за следующим углом снова торчит вооруженный придурок, недолго будет и превысить меру самообороны. Слишком забористый вечер выдался." Относительно положения дел за следующим поворотом коридора он как в воду глядел. Правда, в этот раз навыков, полученных на регулярных тренировках личного состава, оказалось вполне достаточно. Сиганувший на него со спины тип был переброшен через корпус и обезоружен рутинным набором приемов. Уперев в спину задержанного у него же отнятый "Таран", Кай погнал пленника в том направлении, где предположительно гнездилась охрана лайнера. По дороге он свободной рукой извлек на свет божий свой жетон и выставил его вперед на манер святого образка. Что было сделано вовремя, - когда он втолкнул задержанного в блок внутренней охраны, навстречу им вскинулось по меньшей мере три ствола. - Может, вы все-таки оставите в покое нашего сотрудника, инспектор... или извините, не разберу вашей должности? - спросил после естественной паузы седой офицер с короткой нашивкой "ШЕФ" на комбинезоне. - А ты чего не поделил с этим господином, Тоби? - Мы как-то не успели представиться друг другу, - сухо заметил Кай. - Видите ли, это уже третий парень, который за последние десять минут основательно приложился к моей персоне. А вообще-то я не инспектор, а следователь пятой категории. Сейчас в отпуске. На экране за спиной шефа охраны возникло лицо капитана лайнера, несколько менее симпатичное сейчас, чем на фото в рекламном буклете "Космотрека". - Что там у вас, Ганс? - нервно спросил он. - Ничего страшного. Тут на борту объявился легавый и слегка сцепился с нашим сотрудником. Паренек не разобрался в ситуации... Присутствовавшая при сем и ранее индифферентная медсестра сурового вида вернула свое оружие в кобуру и, не говоря лишних слов, стала прилаживать Каю на рассеченную скулу ярко-алую нашлепку регенерирующего биогеля. - Примите к сведению, господин капитан, и вы, офицер, - воспользовался Кай возможностью прямого выхода на командира судна, - что по судну шатаются по меньшей мере трое типов с разрядниками Хоффа. Одного чудака они уже... обработали. Вы его найдете на двенадцатом уровне - у грузового лифта. Похоже, что у них с собой багаж... Пол под ногами дрогнул и слегка поплыл в сторону. Впрочем, это длилось не более двух секунд. Было слышно, как в рубке капитана кто-то истерически орет по внутреннему селектору: "Им все-таки удалось угнать челнок, кэп!!! Номер два. В отсеке частичная разгерметиза..." Капитан щелкнул невидимым тумблером, отсекая истерические вопли от общего канала, прикрыл на мгновение глаза и, преодолев подкатившееся к горлу бешенство, спокойно сказал: - Мы чрезвычайно благодарны вам э-э-э... господин сотрудник Управления, за вашу информацию и за... участие в нашей проблеме. А сейчас я попрошу вас спокойно пройти в вашу каюту и не покидать ее. Впредь до других моих распоряжений. Постарайтесь заснуть. Мне кажется, что завтра у нас с вами будет... непростой день... - Я провожу вас, Следователь, - сказал Тоби, уже пришедший в себя и всем своим видом показывающий, что не помнит зла. - Кстати, пистолетик вы мне все-таки отдайте. - А ты не будь лопухом и не позволяй кому попало забирать свою пушку, - сурово прервал его шеф охраны и лично принял протянутый Каем в пространство "Таран", всем своим видом показывая, что кому-то придется попотеть, чтобы вернуть себе табельное оружие. - А господина следователя сопроводишь ты, Саид. - Простите, я лучше доберусь сам. У вас, я вижу, дел хватит надолго. - Ну, как хотите, - легко пошел ему навстречу седой офицер. Кай решил дать команде хоть несколько минут на то, чтобы разобраться с останками бандита, расставшегося с жизнью в дюжине шагов от его номера. Проигнорировав транслирующееся по принудительному вещанию распоряжение капитана относительно чрезвычайных обстоятельств и того, что все члены экипажа должны оставаться на своих местах, а пассажиры - на своих, Санди вышел из лифта тремя уровнями ниже своего, двенадцатого, чтобы завернуть в ночной бар. В полном соответствии с распоряжением капитана бармен был на своем месте. - Ага, еще один, - сказал служитель Бахуса, с сочувствием рассматривая украшенную биогелевой кляксой и парой ссадин физиономию посетителя. - Вам полагается от заведения. Что предпочитаете? - На ваш вкус, - удачно скрыв приятное изумление, ответил Кай. - И что-нибудь, чтобы заштопать физиономию. У вас есть аптечка? Бармен молча налил ему полный бокал арманьяка и бросил на стойку несколько анестезирующих "клинексов". Кай угрюмо проглотил пришедшееся так кстати спиртное, в умывальной пристроил на пострадавшие части тела анастезирующий пластырь и, кивнув благодарно бармену, вышел в блок лифтов. На двенадцатом уровне уже успели затянуть тупик у грузового лифта фольгированной пленкой и выставить в проходе дежурного охранника. А вот господина Палладини, по всей видимости, унесли куда-то черти. Даже в облюбованном им в качестве надежного убежища платяном шкафу не было не только его самого, но и его непревзойденного, в крупную клетку, пиджака. Каких еще предметов туалета попутчика не было на месте, Кай сказать затруднился бы, за неимением подробного реестра. Явно отсутствовал роскошный кейс. Ни в памяти терминала, ни где-либо еще не было никакого прощального послания. Убедившись в этом, Кай связался с не столь давно покинутым им штабом охраны и сообщил об исчезновении своего спутника. Затем, явственно ощущая действие неплохого, в принципе, арманьяка и всей происшедшей встряски вообще, он проверил надежность запоров каюты и напоследок запросил с терминала единую информационную сеть. ПАЛЛАДИНИ МИКИС: ХАРАКТЕРИСТИКА, ВОЗМОЖНЫЕ СВЯЗИ. СКУНС (КЛИЧКА): ТО ЖЕ ВОЗМОЖНЫЕ ПЕРЕСЕЧЕНИЯ ПЕРВЫХ ДВУХ ЗАПРОСОВ, ОСОБО. Впервые за время отпуска он воспользовался своим служебным идентификационным номером. Терминал неожиданно быстро выдал ответ: СВЯЗЬ С ЕДИНОЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ СЕТЬЮ НАРУШЕНА. ВАШ ЗАПРОС БУДЕТ ВЫПОЛНЕН НЕМЕДЛЕННО ПОСЛЕ ВОССТАНОВЛЕНИЯ СВЯЗИ. Кай чертыхнулся, оставил в памяти терминала еще один запрос на любую текущую информацию по теме "РИГЕЛЬ-2, ВООРУЖЕННЫЙ ИНЦИДЕНТ" и, постояв три минуты под обжигающе-горячим душем и едва успев просохнуть под феном, грохнулся в кровать. Понять, спал ли он, ему удалось не сразу. Точно так же, как потом не сразу он пришел к выводу о том, просыпался ли еще раз в ту ночь вообще. Во всяком случае, ему очень четко вспоминалось уверенное ощущение того, что в каюте кроме него находится кто-то еще, и связанное с этим легкое возмущение. - Микис, это опять вы? Какого же, черт возьми рожна? - бросил он в темноту, обращаясь главным образом к силуэту несколько готического стиля, просматривавшемуся на фоне сумрачно мерцающего экрана дисплея. - Вы меня не за того принимаете, - сказал голос, искаженный полузакрытым шлемом скафандра высшей защиты. - Вы не знакомы со мной. Тем не менее, мне не к кому кроме вас обратиться. Кай сел на постели и на всякий случай сгруппировался. - Слушаю вас... - Вы Следователь, профессионал. И вы в отпуске. У вас есть время. Я прошу вас употребить его на то, чтобы вернуть мне то, что только что было похищено с корабля. - Это ваш груз? - Нет. Формально у груза другой владелец. Но необходим он мне. Вот деньги. Щелкнула настройка ночника и Кай узрел сразу столько кредиток, сколько ему случалось видеть только порой при вскрытии тайников. - А мне необходимо выспаться. Я не принимаю частных заказов. Тем более противозаконных... - Так или иначе, вам все равно придется сделать для меня эту работу... - С чего бы это? - Когда мы встретимся в следующий раз, вам не придется задавать мне этот вопрос... Дальнейшее вспоминалось Следователю клочками - и попытка выпроводить незванного заказчика, и собственная рука бесконечно долго тянущаяся к кнопке вызова экстренной помощи, и полная ахинея в стиле Босха, снившаяся весь остаток ночи. Охрану он, судя по всему, так и не вызвал. Во всяком случае, утром, в кабинете капитана, куда пригласил его изысканно вежливый первый помощник, об этом речь не заходила. Так же как и о, безусловно не приснившимся ему, участии в ночной потасовке. Капитан представил ему смахивающего на унылого, но симпатичного моржа инспектора ле Конти из Полицейского управления Мелетты, а тот, вздохнув, передал ему уникальный документ - совместное распоряжение Президентской Службы Мелетты и Федерального Управления Расследований о включении в следственную бригаду по делу о разбойном нападении на лайнер федерального значения линии "Космотрек" "Ригель" отзываемого, согласно п.13/29 Устава из очередного отпуска Федерального Следователя четвертой категории Кая Санди в качестве независимого следователя. Спорить не приходилось. - Понимаю вас, - сочувственно сказал ему ле Конти, когда они вышли в коридор. - Единственное, что могу для вас сделать - это поселить в хороший отель. В "Шериф" - наш, ведомственный. И оплатит счет наше Управление. В верхах все бушуют из-за этой истории. По мнению высокого начальства затрещала по швам наша юридическая автономия... Жду вас в стыковочном... Кстати, вы можете звать меня просто Фрэнк. Собрав свой небогатый багаж, Кай снял с терминала пришедший за ночь текст, сообщавший, что поля всех отправленных им запросов перекрываются - свободный предприниматель, имеющий три судимости Микис Палладини известен в определенных кругах под кличкой Скунс. Он же является ответственным получателем и лицом сопровождающим груз номер 400/59, похищенный при разбойном нападении на лайнер "Ригель" во время его погрузки на орбите Мелетты, вчерашнего числа. Дон Себастьян украдкой обозрел собравшихся в "египетском дворике". "Кажется, проклятая каменная кукла наделала больше бед, чем можно было ожидать, - прикидывал он в уме. - Во всяком случае, никак не мог подумать, что Большой Кир из за такой ерунды, хоть и дорогостоящей, соберет фактически съезд. Внеочередной, тринадцатый". Не расстающийся с зонтиком Линь, невозмутимый Кавабата, слегка, как всегда, пьяный Мак-Файр, одетый по своему обыкновению, как опустившийся коммивояжер, Сайрус Саттон и непроницаемо горестный рабби Шнейдерман представляли все более или менее серьезные ветви древа галактической преступности региона. Не хватало, по обыкновению своему, не в курсе дел оказавшегося, Гржембовски и, разумеется, Джахарова, очередной раз объявленного мафией вне закона. Изрядным сюрпризом было появление (с порядочным запозданием) Тино Тарквини (младшего), уполномоченного старшим братом представлять на экстренной встрече интересы всей мелеттской шушеры. Все утро Тино проторчал в кабине суперсвязи и теперь нервно теребил в руках дискету, записанную там. Принимая во внимание прижимистость Мако и стоимость переговоров по каналам подпространственной связи, дело принимало для клана Тарквини серьезный оборот. Тино, обучавшегося в столичном университете Сектора, был совершенно неожиданно для него ввергнут в пучину деликатных дел своего семейства, и выглядел, что и говорить, неважно. До его появления Великий Кирилофф (он же Большой Кир) не обращал на собравшихся ни малейшего внимания. Теперь, наконец, он спрятал в карман сильную лупу и маленький сафьяновый блокнот, в котором последнюю четверть часа тщательно делал записи, и с видимым усилием оторвал взгляд от прекрасной, чуть лукавой улыбки древней царицы Хатшепсут и обратил на торопливо занявшего свое место за красного гранита столом, отпрыска пресловутого клана почти отеческий взгляд. - Я думаю, - начал он, - все вы, господа, в курсе наших э-э-э... неприятностей... - ВАШИХ неприятностей, Кир, ВАШИХ... - подал голос Саттон, небрежно развалившийся на каменном сидении. - Я и говорю, НАШИХ, - тоном российского императора продолжил хозяин. - Но и твоих, Сайрус, и твоих, тоже. Если в наших рядах появились... появились те, кто утратил контроль над своими участками работы, то это - дурной знак, друзья, дурной... Внесите дисплей. Двое техников втащили демонстрационный дисплей и, быстро установив его перед почтенной публикой, удалились. Хозяин щелкнул пальцами и заменивший всю не заслуживающую высокого доверия прислугу, садовник вкатил столик с подобранными на разный вкус спиртным, закусками и батареей хрустальной тары. С глубоким поклоном ретировался и он - ввиду особой конфиденциальности встречи гостям предоставлялась возможность обслуживать себя самим. Хозяин наполнил широкий бокал кьянти и, по-прежнему отечески улыбаясь, протянул его Тино: - Надеюсь, ты задержишься у меня на пару недель, мальчик? - ласково спросил он. - Да, Мако предупредил меня, что я пробуду... здесь до тех пор, пока... все не уладится. - Это значит, до тех пор, пока "Обернувшаяся" не займет того места, которое я для нее присмотрел в моем зимнем саду, - вкрадчиво пояснил Большой Кир, бросая взгляд в сторону остальной компании и косой улыбкой давая понять, что ценит юмор своего не слишком добровольного гостя. - Жаль, если у меня образуется академическая задолженность, - видимо, так до конца и не осознавая серьезность своего положения, доверчиво молвил тот. - Не беспокойся, если будет надо, мой шофер позвонит твоему ректору. Думаю, старая перечница отнесется к такой просьбе со вниманием... А ты, мой мальчик получишь уникальную возможность усовершенствовать свои познания в области античной скульптуры. - На юридическом факультете ее не проходят, мистер Кирилофф. - Ладно, переходи к делу, Тино, - безнадежно махнул рукой хозяин. - Ознакомь нас с посланием твоего милейшего брата, будь добр... Облегченно вздохнув, без пяти минут магистр Галактического Права склонился над дисплеем - и секунду спустя собранию явилась изрядно увеличенная и мало что от этого выигравшая рожа Мако Тарквини по прозвищу Макарони. - Послушай, Кир, клянусь святой Мадонной! - начал он. Послание явно не было рассчитано на широкую аудиторию и содержало больше эмоций, нежели весомых аргументов. По мере усвоения довольно бессвязного монолога лицо хозяина стало приобретать землистый оттенок, а костяшки пальцев, сжимающих рукоятки кресла, побелели от напряжения. Тарквини позволял себе такое, что Кирилофф с трудом сдерживал позывы всадить в экран полный заряд бластера, уютно примостившегося у него в петле за проймой жилета. Мало того, что рехнувшийся сицилиец сообщал о потере как статуи, так и Фаберже, нет - он еще и намекал на возможную долю вины в происшедшем его, Великого Кирилоффа, известного всей Галактике незыблемостью своего слова! С другой стороны, надежной гарантией его - Макарони - невинности служила та легкость, с которой он отдавал в заложники своего брата. Но кто тогда?! "Ох, не клялось бы ты, спагетти проклятое, своею Мадонною, - подумал Кир, - а подсказал бы уж лучше, хоть какую-нибудь идею... У Сайруса на такое просто не хватило бы духу, особенно после побоища на Канопусе-12. Кавабата? У того сейчас другие проблемы. Остальные просто не в курсе. Кроме..." Дон Себастьян вжался в каменную скамью от пронзительного взгляда Большого Кира и поперхнулся глотком "Сандмена". - Прекрасно, мальчик, - сказал хозяин. - Передай своему брату, что я принял во внимание его мнение. Про себя он заключил, что не имеет смысла прибавлять цену или пугать Мако - тот или действительно полностью не в курсе, или, раз уж подставил под удар брата, не отдаст товар ни за какую цену. - Может, вы с Макарони сперва разобрались бы между собой, кто кого объегорил, а уж потом и собирали бы весь этот кагал? - вмешался в разговор наконец добравший свою дозу Мак-Файр. - Помолчите, Фитиль, - оборвал его Линь. - Дело вовсе не в товаре мистера Кирилоффа, как я понимаю... И как вы - не понимаете. - Насколько мне известно, - глубокомысленно вставил Шнейдерман, - все, кто когда-либо связывался с этими изваяниями из Космоса, рано или поздно их лишались. Иногда вместе с головой. Я бы на вашем месте... - Оставайтесь на своем, рабби, - несколько резко отозвался Кирилофф. - Все мистические истории, связанные с Чужим Искусством, лучше всех известны именно мне и никому другому. Что там у тебя еще на диске, Тино? - Мако передал сюда еще запись репортажа местного ТВ. Он считает, что из этого можно кое-что вытянуть... Нервно кашлянув, Тино надавил на клавишу. На громадном экране демонстрационного дисплея возникла мудреного вида заставка государственного канала телевидения Мелетты. Затем ярко-рыжая ведущая приятным, но слегка хрипловатым голосом начала вещать что-то про микрорентгены в час. - Какое отношение... - начал было нетерпеливый Саттон. - Минуту терпения, это - предыдущий сюжет, - успокоил его Тино. И в самом деле, рыжая девица на экране, наконец, взяла быка за рога и повела рассказ о пиратском нападении на грузопассажирский лайнер "Ригель-2", следовавший транзитом к Солнечной Системе. Итог нападения - один убитый, двое пропавших без вести. Личность убитого устанавливается, но скорее всего это - один из двух пропавших - М. Палладини или Х.Тоскано. Изображение оплавленного "Парабеллума". - Это пушка Хорхе, - с досадой констатировал дон Себастьян. Трое членов экипажа получили ожоги и травмы в связи с частичной разгерметизацией причального отсека. Угнан аварийный шаттл лайнера. Грузовой шаттл компании "Борджиа" выведен из строя. Нападение совершено в момент начала погрузо-разгрузочных работ, по всей видимости, с абордажного бота, закамуфлированного под нефункционирующий сателлит. Похищен один контейнер с товаром, доставленным грузовым шаттлом с Мелетты. Согласно спецификации - "изделие, не представляющее художественной ценности". Настораживает то, что первая же проверка показала, что получателем груза означена не существующая в природе строительная фирма на "Кирилофф-пойнт". Охрана лайнера задержала четырех космотакелажников, сопровождавших груз, на том основании, что они были вооружены. Однако, эти лица рассматриваются как жертвы пиратского нападения и в настоящий момент препровождены на планету. Кадры: четверо угрюмых типов, закрывая лица, спускаются по трапу полицейского "челнока". Откуда-то со стороны в них тычут переносным микрофоном - "удочкой". Голос репортера: "Господа, господа! У вас есть что-нибудь заявить для Ти-Ви Мелетты?" Неожиданно один из четырех - более заматерелый, чем остальные - поворачивается к камере и зло рявкает: "Пусть Скунс знает, если он меня видит сейчас, что я из него ремней нарежу!!!" Перебивка кадра. Снова ведущая новостей. - Вот и все, что можно сейчас сообщить о сенсационном пиратском налете. Стало известно, что в связи с этим вооруженным инцидентом личный представитель Федерального Комиссара Сектора принял сегодня в конфиденциальной обстановке Верховного... - Слышали, что сказал Бахман? - оживленно воскликнул Тарквини-младший. - Они там уверены, что это проделки Скунса... - Скунс - самый большой трус, которого я знаю, - зло парировал дон Себастьян. - Чтобы он пошел на такое... Надо вытащить из этих ребят все, что они знают. - Это не так трудно. Думаю, их уже выпустили из-под стражи. То, что при парнях были пушки - не самый уж большой грех. На планете. Главное, что их вовремя забрала местная полиция. Там-то у нас все охвачено, - торопливо успокоил его Тино. - Итак, Скунс, - подал свой тихий голос Кавабата, и все разом повернулись к дону Себастьяну. - Ведь это ваш человек, уважаемый дон? - Скунс Палладини - исключительно хитрая сволочь, но не авантюрист! Ему бы и в голову... - заверещал дурным голосом дон. - А если, положим, его взяла за задницу полиция? - предположил Мак-Файр, внимательно разглядывая обливающегося холодным потом подозреваемого. - Или кто-то обещал укрыть и защитить? За свою долю, конечно, за свою долю... - Полиция... Следственное Управление... Ведь вы, помнится, допустили, чтобы на корабле оказался еще и легавый? - задумчиво прикинул Большой Кир. - Мы этого не знали, - Линь отставил в сторону зонтик и стал разминать пальцы. - Может, действительно, это Управление разыграло всю комбинацию, - торопливо согласился дон. - Санди, скажу я вам, - фигура не простая... - Почему бы вам было не грохнуть его с самого начала? - угрюмо осведомился Мак-Файр. - Если вы хотите здесь объявить войну Управлению, так меня здесь нет, - решительно сказал рабби Шнейдерман, демонстративно потянувшись за шляпой. - И вообще, это разговор умалишенных... - Если после пиратского нападения в зоне Мелетты укокошат еще и Федерального Следователя, то как пить дать, планета лишится юридической автономии и все наши денежки загремят под фанфары прямиком в мусоропровод, - резюмировал Саттон. - Мы не конструктивны, ребята... Великий Кирилофф поднялся, неприязненно поморщился, молниеносным движением опрокинул в себя серебряную чарку "Смирновской" и, закусывая альдебаранским огурчиком, стал ронять одну за другой весомые фразы. - Грешить на полицию или на Управление глупо: не их стиль. Если бы это была разработка нашего лучшего друга Санди, дело обошлось бы вообще без жертв. Скунса я знаю как облупленного, и уверен, что по своей воле он такого номера не выкинул бы. Тарквини дал нам... надежные гарантии, а с доном Себастьяном... Дон Себастьян, вы ведь не делали этого?.. - Клянусь всем святым!!! Я... я... Теперь это будет делом моей чести! Мои ребята уже на пути к Мелетте. Это самые крутые парни, которых я знаю! - Вот и отлично, дон, вот и отлично... Короче: я отбрасываю все те идиотские гипотезы, которые роятся в ваших головах, господа, и открываю вам глаза на очень неприглядную истину. Контроль над регионом Мелетты нами утерян! То, что мы регулярно получаем оброк с рэкета, траффика, борделей и казино, вся эта рутина усыпила нашу бдительность. Давно накопились факты... Фактики, господа! Которые говорят о том, что у "солнца воров" пригрелись какие-то другие ребята. Достаточно умелые и располагающие... кое какими средствами. Причем, как видите, они о нас довольно хорошо информированы, а вот мы о них не знаем ничего. Собственно говоря, они уже практически ликвидировали все предметы Чужого искусства в системе. И неизвестно, чем еще занимается эта братия. А мы все хлопаем ушами... Этот прискорбный эпизод мы должны использовать для того, чтобы выйти, наконец, на этих... духов и выбросить их из Сектора к чертовой матери!!! - чтобы успокоиться, хозяин планеты откашлялся и промочил горло еще одной чаркой благородного напитка. - Единство в этом вопросе - вот то, к чему я призываю! И вот зачем я собрал вас здесь. - Согласен, - сказал, выдержав надлежащую паузу Линь. - Чайнатаун Мелетты вас поддержит безвозмездно. Почва начинает уходить из-под ног - и это нехорошо... - Моя разведка будет также безвозмездно взаимодействовать с командой дона. Разумеется, в этом вопросе, - с осторожной решительностью добавил Кавабата. - Обеспечиваю банковское прикрытие операции, - задумчиво выговорил Саттон. - На тех же условиях. - И, главное, не забудьте прочесать всю вашу систему борделей, - неделикатно напомнил хозяин. - Что-нибудь да всплывет... - Община приложит все усилия... Даже в таком неконкретном виде слово рабби дорогого стоило. - А масонские ложи? - надавил, однако, Большой Кир. - Вы же знаете, что никаких масонов у нас там нет. Но мы про работаем и эту линию... - Клан Тарквини поклялся, что... - начал было Тино... - В этом я уверен, - остановил его Кирилофф. - Мы прокачаем все свои каналы, - нетвердым языком заверил присутствующих Мак-Файр. - Нет таких дел, которые не завязывались бы на бутлегерский бизнес или на наркотики. - Благодарю вас, господа. Именно такой единодушной поддержки я и ожидал от вас. Вот, захватите, дон. На непредвиденные расходы, - хозяин взмахнул листком чека. - Никоим образом не задерживаю вас более, господа... Я не имею ввиду, конечно, тебя, мой мальчик - последнее относилось к несколько растерянно выглядевшему Тино. Хотя, конечно, все имение - в твоем распоряжении... Рекомендую до обеда пройтись по парку. Быстрыми шагами пройдя в свой кабинет, Великий Кирилофф задумчиво походил из угла в угол, прежде чем ткнуть клавишу терминала, на экране которого давно уже горел сигнал вызова. - Отец! - раздался из динамика ломающийся девический голос. - Я сделала это. Голограммы не совпадают. Нет полного перекрытия. Это две разные "Обернувшиеся". Та, что пять лет назад снимали у Фонсеки, и та, что у Мако. Вот, смотри - их позы чуть различаются... - Так... Значит их две... Две? - молитвенно сложив кончики пальцев, великий Кирилофф задумался на мгновение. - И еще. Что это за небритый макаронник торчит в галерее? Он меня напугал. - Не пугайся, Алена. Это наш гость. Младшенький Тарквини. Мои ребята надежно пасут его. Но и ты присмотри за ним - скучает парнишка. И если надумает убежать - обязательно пристрели его. - С удовольствием, папа. - Не забывай носить с собой ту "Беретту", что подарил тебе дядюшка Алексис... - Не учи меня жить, папа... 3 Сдвинув пластиковую светозащитную шторку, Кай прикинул, с какой стороны подходит к линии терминатора посадочный модуль. Получалось, что в космопорт они прибудут спозаранку. Следовательно, в городе он окажется как раз к началу рабочего дня. - До полудня вы отдохнете в своем номере... - начал было, уловив ход его мыслей, ле Конти. - Если вы не возражаете, я бы направился прямо в ваше управление. Вот багаж, если не трудно, хотелось бы закинуть в гостиницу... - Ну что ж... Хотите сразу, так сказать, взять быка за рога. Отлично. Оставьте нам квитанцию. Мои ребята позаботятся о ваших чемоданах. - Об одном. Об одном моем чемодане. Других нет. И чехол - в нем удочки - бога ради, пусть они будут осторожны с удочками! Вот квитанция... Горизонт Мелетты за иллюминатором утратил изгиб, вытянулся в строгую линию и вдруг вспыхнул расплавленным металлом восхода. "Солнце воров" залило отсек утренним светом. По керамике защитного кожуха поползли огненные струйки. Пора было пристегивать ремни. - Послушайте, потом, наверное, у меня не будет случая задать вам такой посторонний вопрос, комиссар, - откидываясь в кресле спросил Кай. - Вам тут не скучно жить без звезд? Полковник Лукас с отеческой заботой обратил свой взгляд на муравейник, именуемый рабочим залом Центрального Полицейского Управления Мелетты. Из панорамного окна высоко расположенного кабинета открывался прекрасный вид на разгороженный на сотни клетушек-кабинетов лабиринт, мерцающий целой галактикой дисплеев. В одном из микрокабинетиков как раз в этот момент ле Конти вводил в курс дела Федерального Следователя. Сам полковник ограничился кратким обменом приветствиями со своим довольно двусмысленным гостем и, с некоторым удивлением выслушав отказ этого последнего от предложенной ему изолированной резиденции, вверил его судьбу тертому в практических делах комиссару, а сам удалился в свое служебное обиталище, известное в среде коллег как "насест". Предшествовавшие появлению "варяга" звонки и беседы с глазу на глаз на исходе ночи оставили в душе полковника некоторое смятение - с одной стороны, все три основные фактора, с которыми приходится считаться любому полицейскому чину, от дежурного патрульного до министра - мафия, умники из Сената и президентская команда в лице самого Боба Крука - пребывали в трогательном единстве: подавай им краденую кладь и пропащего пассажира "Ригеля". Тут бы и перекреститься с облегчением, да вот относительно дальнейшей судьбы предполагаемых трофеев намерения "потусторонних сил" круто расходились. Ле Конти, которого Лукас осторожно инструктировал на сей счет, сказал только, что по его мнению, если к финалу хозяева не разберутся между собой насчет того, чего же им на самом деле надобно, то оптимальным для него, ле Конти, выходом будет с треском провалить все дело и уйти в торговцы лотерейными билетами без выходного пособия. Его можно было понять - жена и дети. Сам полковник, несмотря на это, был уверен в комиссаре гораздо больше, чем в самом себе. Гораздо. Сам он склонялся к варианту, ненавязчиво предложенному Мако, ребята которого навестили его за утренней чашечкой кофе. Временами этот напиток все еще подступал полковнику к горлу. Вариант этот, правда, означал скорее всего довольно бесславный уход на пенсию без присвоения очередного звания. Но с занятием неплохой вакансии в коммерческой структуре - неважно какой, главное, контролируемой кланом Тарквини. Готов ли он к таким радикальным изменениям в своей судьбе, Лукас, честно говоря, не знал. Словно ощутив трепещущую ауру смятенной души полковника, Федеральный Следователь поднял глаза на окно "насеста". На короткий миг взгляды этих двоих скрестились. Затем Кай снова повернулся к ле Конти. - Вот ключи от кара, - закончил тот свой инструктаж. - В отделении для перчаток - блок связи и регистрирующая аппаратура. Кстати, какая у вас пушка, а то... - Никакой. - ? - Смею вас заверить: я действительно летел в отпуск. Ловить форель, а не рецидивистов. Ле Конти тяжело и недоуменно вздохнул, потом нагнулся к брошенной на пол сумке и достал довольно увесистый рабочий инструмент в кобуре с наплечной сбруей. - Не забудьте вернуть... "Дятел" - в наших местах вещь незаменимая. Стандартные стены прошивает что твой картон. Лазерный прицел, гаситель отдачи и все такое... Не стесняйтесь - у меня остается табельный ствол и неплохой арсенал дома. Здесь вам не Швейцарские Альпы... Оставшись в весьма относительном одиночестве, Кай повесил на предназначенный для этого крюк свой пиджак, приспустил узел галстука, сунул в щель терминала свою мнемокарту и забарабанил по клавишам. Нет, ничего путного из результатов голографической регистрации инцидента на "Ригеле" извлечь было практически невозможно. Кнопку, как всегда в таких случаях, нажали уже где-то в самом разгаре всей заварухи: бандиты же, не будь дураки, к тому времени благополучно расстреляли почти все попавшиеся на их пути не слишком хорошо замаскированные камеры (четыре штуки из тех шести, которые хотя бы в принципе могли зафиксировать вообще хоть что-то, кроме пустых коридоров и умеренной паники среди ночных завсегдатаев ночных казино и бара). Ни бита информации о собственно столкновении с командой грузового шаттла. Ни полбита информации о судьбе Микиса. В какой бы проекции не предъявлял видеоанализатор изображение - лишь мелькание темных силуэтов, чья-то бугристая спина, склоненная над влекомым куда-то контейнером, да полголовы, выглянувшей на мгновение из-за складских стеллажей, составляли весь небогатый улов. Санди поднатужился, пытаясь вызвать в памяти лица своих недавних спасителей из грузового лифта, мысленно сравнивая их с остановленным изображением на экране. Может, это был тот высокий шатен, что выкинул его из кабины? Или темные глаза и край судорожно сжатого рта принадлежат крепышу, сжимающему пробитое пулей плечо? Ни освещение в лифте, ни наличие однотипных скафандров с неснятыми гермошлемами не облегчали задачу опознания... Ну ладно, по тому, что удалось поймать на диск, компьютер воссоздаст довольно полный портрет одного подозреваемого, - а дальше? Сопоставление этого продукта с физиономиями примерно тридцати миллионов взрослых мужчин, зарегистрированных в качестве постоянных или временных жителей Мелетты, половина из которых не считала нужным сообщать информационной службе каких-либо подробностей о своем местопребывании, занятиях и прошлых делах, не вдохновляло. Попробуем подойти с другого конца. О нападавших нам известно, по крайней мере то, что они достаточно смелы и умелы для того, чтобы без особых проколов провернуть столь дерзкую операцию. И еще то, что к серьезным кланам, - ну, например, Кавабата или Тарквини - они не принадлежат, потому что не убрали случайного свидетеля. Кая Санди. Компания использовала разрядники Хоффа, следовательно, связана с Вооруженными Силами или с Дальней Космической Разведкой. Ребята лихо управились с незнакомым им до этого шаттлом - значит среди них есть по крайней мере один профессиональный космонавт... Стоп! Это уже выборка порядка тысячи лиц. Если дело не идет о глухом нелегале. Но очень трудно быть высокого класса пилотом космических аппаратов и не быть зарегистрированным ни в одном из тех заведений, что дают такую школу. Еще информация к размышлению - профсоюзы Мелетты и традиции местной космобратии не позволят ошиваться в системе "Солнца воров" никакому чужаку. Только выпускники Мелеттской Звездной Академии обладают этой монополией, хорошо это или плохо... А если здешняя Звездная такова же как и другие заведения такого рода, то по видеофону с ним разговаривать просто не станут. Только личный визит, с соблюдением полного решпекта... Кай подкинул на ладони ключ от кара и направился к выходу. - Так вы говорите, что парень на снимке похож на Томаса Бетке? - Да, мистер э-э-э... Санди. Седой инспектор отдела кадров Мелеттской Звездной протер фланелькой антикварного вида очки и вновь водрузил их на красный бугристый нос - немой свидетель пристрастий своего обладателя. - Их выпуск состоялся довольно давно, лет этак пятнадцать назад, но запомнился, знаете ли, запомнился... Я помню их всех - отличные ребята, хотя и малость беспокойные. Были... О многих теперь уже приходится так говорить - были. Академия может ими гордиться. Не поверю, однако, что Том натворил что-то... - Избави Бог, он нужен мне только как свидетель по одному делу. Довольно важному и деликатному. Знаете, часто только пилот и может... И хотелось бы хотя бы заочно с ним познакомиться. По материалам личного дела, хотя бы... - Его основная специальность - штурман. Знание основ пилотажа - это просто обязательный элемент программы Академии. Не знаю, ей Богу, чем могу вам помочь - лет шесть как не видел Тома. Стажировался он на внутренних линиях, потом перешел в Дальнюю Разведку, потом... нет, не помню, хотя Билл Говард о нем много говорил разного, причем совсем недавно. - Вы говорите, Билл Говард? Это... - Большой друг Тома. Из того же выпуска. Внук, кстати, моего старого приятеля. У него почти вся семья погибла во время Большой Разборки... Эти ребята много летали вместе. Даже, кажется, пытались одно время арендовать совместно какую-то посудину... - Как его найти, подскажите... Старик как-то сразу помрачнел и, оставив вопрос собеседника без ответа, сердито углубился в манипуляции с терминалом, вызывая из архива личное дело Бетке. Кай кашлянул, чтобы напомнить о своих словах. Старик резко повернулся к нему, и Кай с удивлением увидел за толстыми стеклами очков повлажневшие глаза инспектора. - В это время дня его легче всего разыскать здесь, в столице, в Зеленом квартале, - негромко произнес тот. - Отель "Тишина". Только учтите, что сейчас ему нужен не следователь со своими расспросами, а просто хороший нарколог, - старый инспектор безнадежно махнул рукой. - Гордость курса, один из самых перспективных выпускников... И такой бесславный конец. А ведь я относился к нему как... как относился бы к собственному внуку, будь он у меня... Кай деликатно помолчал, обдумывая услышанное, затем осторожно прикоснулся к спине старика, продолжавшего колдовать над панелью клавиатуры. - Я не стану вас больше беспокоить. Спасибо. - Вот ваша мнемокарта. Я ввел в нее материал по Тому. Прощайте... И учтите, что местная полиция от меня ничего подобного никогда не получила бы. Не стоит объяснять, почему... Кай уже имел представление о том, что местное Сохо для удобства посетителей разделяется на "разноцветные кварталы". В "белых" процветали игорные заведения; "желтые" - филиал Чайнатауна - поражали воображение китайскими ресторанчиками и существующими с дозволения китайской общины кафе и забегаловками, представляющими кухню любого уголка Обитаемого Космоса; в "красных" можно было найти женщин (и не только женщин) на любой вкус; ну а "зеленые" кварталы, куда направлялся следователь, испокон веку были оплотом наркомафии. Впрочем, серьезные, подпадающие под суровые статьи, наркотики типа героина или крайдрима здесь не водились, но отрава послабее - марихуана или даже изысканная "русалочья трава" с Дельты Персея присутствовали в избытке. Впрочем, к таким крайностям тянулись лишь заядлые консерваторы от психоделики или любители экзотики. Пальму первенства на Мелетте уверенно держал "грезник" - местная травка, гарантирующая особо приятные галлюцинации, оптимистическое мироощущение и минимум побочных эффектов. Подобные сведения о мелеттских нравах благополучно болтались в голове у любого достаточно любопытного сотрудника Управления среди прочего информационного мусора. По дороге Кай просто систематизировал воспоминания о рассказах бывалой публики и сводках криминальной хроники. Припарковавшись у двухэтажного неказистого заведения с нарочито покосившейся вывеской, он, подумав, оставил в "бардачке" (обладавшем в полицейском каре качествами мини-сейфа) "Дятел", рассовал понадежнее по своему костюму казенные регистраторы, запер кар на цифровой замок и, дернув шнурок колокольчика, вошел в холл. Обстановка там была приведена в соответствие с названием гостиницы. Похмельного вида портье, погруженный в полудрему, не выразил особой радости при появлении одинокого посетителя; меланхоличный и тоже не первой трезвости вышибала изнемогал в интеллектуальном поединке с кроссвордом, и только несколько бодро пересекающих по своим делам конторку тараканов вносили некоторое оживление в это сонное царство. На мирно мерцавшем экране TV два полисмена (ну, конечно, белый и черный) со знанием дела допрашивали толкача какого-то страшного зелья. Это вызвало у Кая ироническую улыбку. - Снимете номер или отдохнуть желаете? - осведомился, однако, портье. - Мне нужен мистер Говард. Билл... - Тогда, считаем, отдохнуть завернули, - портье выразительно продемонстрировал посетителю растопыренную пятерню. Кай, правильно истолковав жест, выложил на конторку банкноту в пять кредиток. Терминал для электронных расчетов в холле не наличествовал. Как и вообще любые достижения техники последних полутора-двух веков. К некоторому удивлению, которого он, к сожалению, не смог достаточно хорошо скрыть, в обмен он получил порцию "грезника". В чужой монастырь не полагается ходить со своим уставом... Он взял пакетик и вопросительно посмотрел на портье. - Вы что - не знаете, где найти Билли? - не скрывая нарастающего подозрения, осведомился тот. - Проводите меня, милейший, - Кай пристроил в поле зрения собеседника следующую банкноту. Тот выразительно пожал плечами, обронил что-то невнятное о "всяких залетных", но из-за конторки все-таки вылез, смахнув по дороге в карман мягким, почти незаметным жестом умеренно щедрое вознаграждение. Они спустились по крутой лестнице, миновали пару подвальных коридоров и очутились перед основательной, мореного дуба дверью. Портье отворил ее и, пропустив клиента в помещение, тонущее в клубах зеленоватого пряного дыма, не теряя полусонного вида, аккуратно провел чуткой ладонью по его левому боку под рукой. - Оружия не носим, - суховато бросил ему Кай, пытаясь вычислить, кто из неполной дюжины расслабленно сидящих клиентов курильни, собственно, нужен ему. - Просто вы характерно руку держите... Не из мест отдыха пожаловали?.. Впрочем, - ваше дело... Билли - вон там, за кактусом. Вы, я вижу, мордально его не знаете... Только уговор - счеты сводите вне заведения. Я с полицией дружу... Кай протиснулся к упомянутому кактусу и устроился визави с довольно симпатичным типом, на губах которого плавала мечтательная улыбка. Седой клок волос в платинового оттенка шевелюре не слишком гармонировал с его относительно молодым обликом. В целом, несмотря на обстановку, человек этот оставался подходящей фотомоделью для рекламы очередного набора в Звездную Академию. "По крайней мере, бреется и не потерял формы", - с некоторым облегчением подумал Федеральный Следователь. Проклятый портье все еще торчал в проеме двери и пристально наблюдал за клиентом. Его можно было понять: если через полчаса залетный клиент удалится, оставив на память заведению труп собеседника со свернутой шеей, хлопот это доставит побольше, чем на уплаченную за это удовольствие десятку. Не оставалось ничего другого, как прихватить листочек рисовой бумаги из керамической вазочки, приютившейся на отдельном низком столике сбоку, свернуть самокрутку и как можно натуральнее сделать первую затяжку. Хотя самокрутка получилась не слишком удачная, "грезник" подействовал почти молниеносно. Ароматный дым заполнил легкие и весь мир вокруг на мгновение вспыхнул ослепительным пламенем. Потом тьма в комнате, наоборот, сгустилась, и Кай почти физически почувствовал, как расправляются, превращаясь в мягкий воск, мышцы тела. Душа покинула телесную оболочку и вместе с дымом, не торопясь, поднялась к потолку. Зависнув на высоте метров двух, бессмертный дух сотрудника Следственного Управления не без удивления рассматривал сидящего внизу с невозмутимым видом худощавого мужчину, с трудом осознавая, что это не что иное, как его собственная бренная оболочка. Впрочем, ощущения были вполне приятные. И еще эта чудесная, необъяснимая легкость во всем теле... Кстати, в каком теле? Оно, ведь, осталось внизу... Первый эффект затяжки, по-видимому, иссяк, и сознание снова стало ясным. Чересчур ясным, может быть. Вторую затяжку Кай сделал только для виду и, вроде бы, окончательно восстановил контроль над разумом. Обернувшись через плечо, он убедился, что успокоенный поведением клиента, портье прикрыл дверь и убыл с места действия. Отложив цигарку и, Кай включил регистратор и слегка встряхнул своего визави за плечи. - Эй, Билли, очнись! Я от старика Фергюссона... - должно быть, он недооценил возможности "грезника", так как впоследствии никакими усилиями уже не смог воспроизвести в памяти ход беседы. Осталось лишь ощущение толково (чтобы не сказать - блестяще) построенного разговора, нить которого, правда, несколько ускользала то от одного из собеседников, то от другого. Дело, однако, спасало необыкновенно удачно сложившееся взаимное родство душ. Его и Билли. В конце концов, как помнилось потом следователю, Говард уронил голову на стол и разрыдался. Почувствовав, что дальнейшее пребывание в ароматном чаду не доведет до добра, Кай поднялся и достаточно уверенным шагом двинулся к выходу. Необычайно обострившимся боковым зрением он успел заметить, что у соседнего столика тоже встал и пошел вслед за ним к двери человек в серой мешковатой куртке, с которым он, похоже, уже встречался при выходе из Академии. Его удивил не сам факт слежки - совершенно очевидно, что полковнику Лукасу необходимы были козыри на случай скандальной разборки в финале, - сколько ее непрофессиональность. Нет, это явно была самодеятельность третьих лиц. А третьих лиц в этой истории уже хватало... У выхода из отеля он поймал такси. Садиться за руль самому сейчас явно не следовало. Так же, как и появляться в местном Управлении в теперешнем, слегка бестолковом состоянии. - В Архив Астронавигации. И, если можно - побыстрее! Серый "шевроле" позади, не особенно маскируясь, двинулся следом. 4 Прежде, чем взяться за дело, Кай связался с ле Конти и, взглянув на экран, убедился, что тот не терял времени даром: капельки пота свисали с усов комиссара. Галстук вообще отсутствовал, за спиной, вне фокуса камеры наблюдалось роение младшего состава. - У меня будут к вам просьбы, комиссар... - А у меня - информация для вас, господин Следователь. - Прежде всего, возьмите под контроль "Тишину". Вы, я думаю, знаете, что я имею ввиду... - Разумеется. Вы о том парне, с которым болтали минут сорок? Уильям Говард? - Да. Но только не берите его в работу. Просто информируйте меня обо всем существенном. И присмотрите, пожалуйста, чтобы с парнем ничего не вышло. - Ну что ж, это ваша разработка, Следователь. Как у вас сейчас... с головой? Вы, извините меня, круто начали... - Ничего. С головой достаточно хорошо. Во всяком случае, гораздо лучше, чем без нее... Теперь - второе: ваша служба контроля, думаю приметила типа, что ходит за мной по пятам где-то с половины одиннадцатого? - Вы, однако, не утратили наблюдательности... Тут у нас не все о'кей. От "Тишины" до Центра мы этого субъекта вели вполне уверенно. Но у самого Архива его как корова языком слизнула. Вот его портрет. Знакомы? - Пока - нет. Личность не идентифицирована? - Нет... - За комплимент касательно наблюдательности - спасибо. Только не потеряйте и Говарда, прошу вас... В наступившей паузе Кай с минуту еще рассматривал сменявшие друг друга на мониторе снимки: парень в серой куртке в полный рост, его поясной портрет, лицо крупным планом, в профиль, вполоборота, в анфас... Странное ощущение непривычного человеческого типа. Нет, ничего, кроме чисто логического предположения, что вполне вероятно он видит перед собой того, ночного собеседника, только в более прозаической экипировке... И вдруг - совершенно четкое воспоминание. Из совсем другой жизни. Господи... - Послушайте, Фрэнк, - задумчиво сказал он. - Если ваша контора еще не извела квартальный лимит на суперсвязь, то закиньте эти картинки на Денеб-8. По обычной процедуре до них дойдет не скоро... - Вы, я вижу, чуть-чуть более осведомлены в этом деле, чем мне сначала показалось... Вы уверены, что все-таки в отпуск летели? Ладно - считайте пошутил... Немедленно займусь этим. Так что не волнуйтесь насчет нашей стороны дела... И за Говарда - тоже. Кстати, с чего вас занесло в Звездный Архив, если не секрет? С чего бы в самом деле? Кай много бы дал за ясный ответ на этот вопрос. Решение о своем дальнейшем маршруте он принимал не без помощи остаточных эффектов "грезника" и, видимо, еще будучи запрограммирован предыдущим разговором. Ну что ж, с него и начнем. Но сначала выслушаем комиссара до конца. - Об этом - чуть позже. Вы мне говорили об информации... - Не Бог весть, следователь, не Бог весть что, но, знаете ли, все может сгодиться... Ну, во-первых, сделал заявление диспетчер Службы Космонавигации. Он, видите-ли, отслеживал-таки посадку угнанного шаттла, но во-время не зафиксировал и не доложил. По недоразумению... - Интересный случай раскаяния. Вы ненароком... - Глухой номер, следователь. Парня, конечно, купили - незафиксированных посадок здесь столько же, сколько и прочих... мелких нарушений. Ну а потом с парнем поработал кто-то, и он передумал. Это ему сэкономит голову, я думаю, хотя дорого обойдется во всех других отношениях... И по службе, и вообще - здесь принято быть верным принятым обязательствам. Но вас, следователь, я должен огорчить: такие цепочки у нас не прослеживаются... - Вам виднее, комиссар. - Так, существенно вот что: по показаниям диспетчера наши коллеги из Северо-западного округа вышли на нелегальную посадочную полосу и благополучно нашли шаттл. В относительной целости и сохранности и, конечно, совершенно пустой. После экспертизы его вернут "Космотреку". - А почему не прямо на "Ригель"? - Нет. Они там уже закончили погрузку-разгрузку и, как говорится, разводят пары. Ко всем неприятностям им не хватает только штрафа за срыв графика. Кстати - второе: тут как раз на лайнере выяснились не слишком понятные детали... Дело в том, что с борта лайнера нам сообщили, будто при осмотре грузовых отсеков они там обнаружили чуть ли не полсотни килограммов мягкой рухляди знаете откуда? С Денеба. Кто-то слегка выпотрошил контейнер, предназначенный для здешнего филиала "Зайцев-Диор". Груз вычислили и досмотрели здесь, на промежуточном складе. Собственно, они там еще раньше обратили внимание на непорядок с пломбами и все такое... Но, опять-таки, мы малость припозднились. Ящик был вторично взломан. Изнутри. Охранник транспортной компании, что дежурил в ночь, сейчас только оклемался от сотрясения, но ничего путного не излагает. На очень интересном кораблике вы к нам прилетели, следователь... Это пока все. "Выдержать спуск в грузовом шаттле, в ящике с пушниной? Нет, это явно не Микис... Интересно, кто же все-таки из команды приютил "зайца"? - подумал Кай. - Спасибо, комиссар, - сказал он вслух. - Я свяжусь с вами, как только закончу здесь... Он надел наушники и терпеливо прослушал все, что записал регистратор за полчаса общения с Билли Говардом. Впечатление было удручающее. Федеральный Следователь хорошо знал, что под действием психотропных средств люди несут, как правило, околесицу. Но довольно тяжело было сознавать, что ты сам способен пороть ту чушь, которую зарегистрировал бесстрастный прибор. Первые пять минут разговора они с Билли посвятили выяснению того, кто из них, собственно, является стариной Фергюссоном, а затем, оставив эту тему, как явно неконструктивную, пустились в обсуждение различных волнующих философских проблем бытия, причем Билли все больше нажимал на вопросы любви и разлуки, а Федеральный Следователь, - видимо, не полностью утративший исходную установку, - норовил приплести к делу Томаса Бетке и тему старых боевых товарищей. По причине почти полного отсутствия контакта между собеседниками, разговор шел без сучка и без задоринки, и Каю вполне успешно удалось довести Билли до продолжительного словоизвержения, перешедшего в рыдания, которые и привели следователя в относительно вменяемое состояние. Чертыхнувшись, Кай ввел фонограмму в память компьютера, врубил программу анализа текста и отправился в буфет. Проглотив пару чашек крепчайшего кофе и неизбежный даже на лихой Мелетте "комплексный обед N 112", он несколько приободрился и, вернувшись к терминалу, вооружился электронным карандашом и вывел результаты анализа на планшетку. Вместе с вариантами разночтений невнятных мест, расшифровка разговора занимала полную дюжину страниц. Два с лишним часа работы, сводившейся к вычеркиванию несусветной чуши и информации, не поддающейся никакой трактовке, оставили на финальной распечатке лишь несколько представляющих интерес строк. Кай: ...И он совсем к тебе не заходит, твой старый друг Том?.. Билл: Он... Том, ведь, заберет ее... Хотя она... Она, ведь, только здесь... Во сне... В моем сне... Но он все равно должен вернуть ее... Туда, в Заповедник... Ты знаешь, ведь уже скоро Прохождение... И они должны успеть... А мне... мне не надо никаких Прохождений... Я всегда там... когда я... здесь... Вот только что... пока ты не пришел. Мы плавали в хрустальном озере... Лежали на серебряной траве, пили... рубиновое вино... Нам было так... хорошо... вдвоем... Кай: А он, вообще-то, на Мелетте?.. Я о Томе говорю... Билл: И он... и другие... из экспедиции на Пятую... Они... они придут за ней... Они ничего не понимают... Понимаешь - ничего!!.. Ах, боже, что мы натворили... что натворили... И эта скотина Фонсека, тоже... Боже мой... Это было все, что имело хоть какое-то отношение к Бетке и лицам, с ним как-то связанным. Ладно, подойдем к делу со стороны архивных данных... Служба поиска информации Звездного Архива работала достаточно четко. Кай погонял взад-вперед по дисплею перечень рейсов Билла и Тома и призадумался. В основном, это был космокаботаж. Только две или три дальние экспедиции. Том в настоящее время не числился ни на одном из официально зарегистрированных кораблей. Согласно записи в личном деле, он уволился из отряда Изыскателей почти четыре года назад и с тех пор о своем местонахождении и занятиях не заявлял, что вообще-то было вопиющим нарушением неписанной профессиональной традиции. Послужные списки Билли и Тома мало чем отличались. Даже время увольнения рознилось только на две недели - оба ушли из Изыскательской службы почти сразу после возвращения из экспедиции на планету N 5 системы "Солнца воров". Федеральный Следователь почесал затылок. По сию пору любой сотрудник Управления был в курсе того, что печально знаменитая система состоит из центрального светила и четырех планет, только две из которых населены. Информация из любого справочника. Ни слова о Пятой Планете. Какой смысл был утаивать от посторонних существование еще одной планеты? Не говоря уже об анекдотичности такой затеи в смысле технического исполнения. Дополнительный запрос по темам "Пятая Планета" и "Экспедиция Службы Изыскателей" дал неожиданный результат - компьютер затребовал код спецдопуска к запрашиваемой информации. Идентификатора сотрудника Следственного Управления было недостаточно. Такое могло означать только одно - Кай вторгся в сферу компетенции Комплекса или службы Высшего Контроля. Засекреченная планета. Абсурд. После нескольких минут полного остолбенения Кай, не говоря плохого слова, поднялся и направился к декоративной книжной полке, украшавшей периметр рабочего зала Архива. Полка была укомплектована отобранными по признаку солидности корешков фолиантами, работать с которыми при наличии стандартной информационной сети лицу, пребывающему в трезвом уме и добром здравии, просто не могло прийти в голову. В основном, это были предназначенные к списанию издания прошлых лет. После относительно недолгих поисков в руках следователя оказался стереотипный справочник для абитуриентов Подготовительного Колледжа Звездной Академии. Небольшой, на полстранички раздел этой книжки сообщал читателю, что кроме родной Мелетты, двух никому не нужных планет-гигантов (Тома и Джерри) и населенного отважными первопроходцами "Фронтира-13", не столь давно обнаружена еще и пятая (аномальная) планета, орбита которой, подобно орбитам комет, чудовищно вытянута, благодаря чему, за одиннадцатилетний цикл своего обращения вокруг центрального светила, Пятая дважды с высокой скоростью проскакивает обитаемую область Системы, а затем исчезает в глубинах пылевого облака, которое проходит почти насквозь. В крайних точках ее орбиты с поверхности планеты можно даже видеть невооруженным глазом Внешние Звезды. Планета плохо изучена. На полях чьим-то не очень устоявшимся почерком была добавлена поистине бесценная в этот момент информация - очевидно последнее дополнение к программе для поступающих: "Март-май. Эксп. кап. Фредериксен, "Протей". Уж кто-кто, а Федеральный Следователь ясно понимал, что ни одна инстанция не станет секретить по Высшей Категории материал хотя бы однажды опубликованный открыто. Тем более - ставший достоянием школьной программы. Он поставил томик на место и просмотрел сделанные выписки. Теперь у него сложилось ясное представление куда направить свои усилия в ближайшие часы. Чья-то рука легла на его плечо. - Вы меня немного испугали, Фрэнк, - кашлянув заметил Кай. - Я тут пригнал ваш кар, а заодно решил и побеседовать в неслужебной обстановке... Если вы, конечно, уже полностью оклемались и подкинете меня до Паркового массива. - Там живете? - Скорее ночую, - вздохнул ле Конти. - С такой работой временами даже забываю, какого цвета у меня обои на стенках в собственной квартире. За что только деньги плачу... Это по дороге к Управлению. Там у вас будет небольшое дельце. Вот. Это вам передали по суперсвязи. - Спасибо, - по дороге к выходу Кай не без удивления прочитал короткую распечатку: "Санди! Ваше участие в операции "Ригель/ограбление" Управление подтверждает. Будьте добры, раз уж вы на Мелетте, забрать материалы по одному старому делу ("Биг Мак") в шестом отделе местного полицейского управления. Полковник Ч.Лукас предупрежден. Желаем удачи. Джон." Только немногочисленная группа сотрудников Управления знала, что сочетание упоминания о "Биг Маке" с подписью "Джон" означало вызов на контакт с внедренным в какую-либо из региональных структур нелегалом службы Высшего Контроля. Что не предвещало ничего хорошего. Наверху заваривалась какая-то каша. - Кстати, о суперсвязи, - переменил он тему, усаживаясь за руль кара и открывая ле Конти противоположную дверцу. - Что-нибудь получили с Денеба? - Об этом я тоже хотел с вами поговорить. За вами ходит парень, замешанный в двух ограблениях. - И еще он основательно побеспокоил наследников Фонсеки. Вы должны знать такого. - Один из крупнейших контрабандистов. Предметы искусства. Еще бы. Парень, который его прирезал, так ни в чем и не признался. Хотя, думаю, мог бы уклониться от пожизненного, если бы был поразговорчивее. Из бывших Изыскателей... - Кто, Фонсека? - от неожиданного совпадения Кай даже растерялся. - Да нет, разумеется - тот самый убивец... - Материалы на него... - Увольте. Это проходит по вашей линии. Дело было на Фронтире, а это уже - ваша епархия. Там судили, там где-то и сидит. Хотя, надо полагать, мафия уже выпустила ему кишки. Но, честно говоря, пока я не вижу большой связи... Лучше прикинем вот что - тот тип, видно, увязался за вами еще с самого Денеба. Так, может, просто кто-то из ваших "крестников" хочет с вами счеты свести? - Сомневаюсь. У меня не было таких способных "крестников". Кроме того... Кстати у вас довольно... побитый вид какой-то, Фрэнк. Устали за день? - Нет... просто не знаю с чего начать... Говард... - Его угрохали... - с тоскливой досадой, не столько спросил, сколько констатировал Кай. Теперь ему стало понятно, почему ле Конти решил поговорить с ним в неслужебной обстановке. - Думаю, что у него еще есть шансы... Через час, примерно, после вашего ухода к "Тишине" подвалила компания из шести человек. Довольно мирного вида. Вшестером они и удалились через полтора часа. Но только в другом составе. Одного своего они поменяли на Говарда. Увели его с собой в камуфляже и в невменяемом состоянии. А одного своего оставили нам на память. Тоже, в полной отключке. С него взятки гладки - ханыга-ханыгой. Не помнит даже, где эта компания его подцепила. И вообще ничего не помнит. - Классический расклад... - Наш агент, который отслеживал "Тишину", слишком поздно хватился... Куда убыла эта компания не проследили... Похоже, однако, что вы по крайней мере, вспугнули дичь, следователь... - А вы ее благополучно прошляпили... Послушайте, кто на Мелетте ходит в больших спецах по компьютерному взлому и... по всему такому? - Кай чуть не проскочил поворот на Парковый массив и с трудом подавлял раздражение, накопившееся от бесконечных осечек этого дня. Своих и чужих. - Мы обычно работаем с Геворкяном из Академии. Но лучший спец, конечно - Сидни Фляйшмен из "Дженерал Информэтикс". Но тот работает только с очень солидными заказчиками. Впрочем... Только я вам этого не говорил, а вы - не слышали... Два регистратора легли на седение. "Блок", "блок", "блок" - сигналили индикаторы. Два невеселых взгляда встретились над ними... - Сошлитесь на "Банк Шабада". Они оплатят любой счет по нашему делу... Вот здесь припаркуйтесь. Это - мой подъезд. Двадцать третий этаж, восемнадцать. При случае, прошу любить и жаловать... Оба они чувствовали, что один сказал, а другой выслушал что-то лишнее. Но необходимое для дела. - Спасибо за информацию, Фрэнк. И... не берите близко к сердцу мое настроение. Мало спал сегодня. А проколы - они у всех нас бывают... Ночь еще не наступила, но сияющая голографическая вакханалия реклам уже вступила в свои права в небе города, донельзя изменив его лик. И только Полицейское Управление, единственным украшением фасада которого служило высеченное в камне и потому не испускавшее никакого свечения изречение кого-то из местных отцов-основателей: "Преступление не кормит Преступника, оно кормит Нас, ребята!", оплотом суровых нравов и высоких идеалов старых времен высилось среди сентиментально-классических, подсвеченных розовым и голубым кварталов Правительственного Плато. Кай подрулил прямо к подъезду шестого отдела ("Подделка документов и валютные операции") и спросил дежурного сержанта, не велено ли ему чего передать следователю Каю Санди? К его удивлению, сержант, не проявив положенной по чину бестолковости, сразу оторвался от телеэкрана (гнали опять сюжет с черно-белой парой стражей порядка) и связался с кем-то через терминал. Спустя некоторое время, из недр уходящего вглубь здания коридора появился сутулый служащий неизвестного чина, вручил Каю под расписку устаревшей модели регистратор, опломбированный и довольно увесистый - свидетельство каких-то давних взаимосвязей между официально не существующими друг для друга полицейскими службами. Был ли неприметный сотрудник шестого отдела агентом ВК или дело было поставлено тоньше, оставалось только догадываться, так же как и о предназначении проклятой хреновины. Во всяком случае, расставаться с ней не следовало до получения следующей директивы. Вместе с "Дятлом", личным регистратором и парой других необходимых мелочей боевая выкладка следователя начинала становиться тяжеловатой. Автоответчик индивидуального блока связи поставил его в известность, что мистер Фляйшмен в случае крайней необходимости может быть найден в "Доме рыбы", но заказы ниже тройного тарифа сегодня не принимает. Ну что же, значит предстояло еще посетить "Дом рыбы". Заведение сие было в высшей степени респектабельным, и лишь авторитет двух Управлений - того, что на Плато и того, что на небе, проложили Каю путь к небольшому кабинетику на втором этаже, где утопая в кресле натуральной кожи и вкушая прелесть полного уединения мистер Сидни У.Фляйшмен собирался вкусить еще и Цефейскую фаршированную щуку. На аса информатики документы, удостоверявшие полномочия непрошенного собеседника как раз никакого впечатления и не произвели. - Я не даю показаний относительно своей работы, мистер, - сказал с большим достоинством невысокий, грузный и пучеглазый гений и, наконец, отправил в рот намеченный кусочек пищи, запив его соком "мятной дыни". Кай не мог припомнить, откуда импортируют это недешевое питье. - Вы не совсем точно поняли мои намерения, - с максимальной вежливостью сказал он, испытывая определенную неловкость от того, что вынужден был присесть на свободное кресло без приглашения. Ждать такового от хорошо выраженного компьютерного маньяка не приходилось. - В двух словах: прежде всего, вы, конечно, представляете себе мой информационный статус? Уровень доступа, я имею в виду... Теперь, будьте добры сравнить вот эту короткую распечатку - мой запрос и ответ планетарной информационной сети - и вот эту выписку из школьного справочника... Вам не кажется, что в сети кто-то у вас занялся опасной самодеятельностью? - добавил он после затянувшейся паузы. Впрочем, присмотревшись к собеседнику, он понял, что пауза была вызвана тем, что тот проглотил наживку. И еще как проглотил: глаза мистера Фляйшмена окончательно вылезли из орбит, челюсть бессильно отвисла, а руки вцепились в края стола, безжалостно комкая белоснежную скатерть. Затем специалист по компьютерному взлому развил бурную деятельность - он заколотил одной рукой по кнопке вызова, пытаясь другой вылить в рот остатки сока, поперхнулся одновременно двумя или тремя видами пищи и, наконец, гневно уставился на Кая. - И ВЫ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ?!! - прохрипел он. - ВЫ ПОНИМАЕТЕ?! - Иначе бы я не потревожил вас, смею заверить, - как можно более успокаивающим тоном сказал Кай. - Кто-то нарушает второе основное правило наложения секретности... - И какие последствия этого мыслите вы себе своей полицейской башкой? Появился официант (настоящего живого официанта Каю приходилось видеть, в основном, в исторических фильмах) с терминалом на передвижном столике - должно быть в "Доме рыбы" хорошо представляли, какие внезапные заказы могут возникнуть у их постоянных клиентов. Он не ошибся, так как Фляйшмен не обращая уже ни на что внимания заколотил по клавишам, впившись глазами в дисплей. Все присутствовавшие сохраняли благоговейное молчание. Несколько минут спустя они удостоились внимания Сидни. Тот воззрился на них, видимо соображая, где это он находится, и распорядился принести мистеру э-э-э... чего-нибудь выпить, лучше двойной "Бурбон". - Сам я не употребляю алкоголя, а вот вам, видно надо приободриться... На чем это мы остановились? - На том, понимает ли моя полицейская башка последствия нарушения второго правила... Кое что я в этих делах смыслю. Прежде всего, засекречивая информацию, часть которой уже находится в открытом обращении, мы только привлекаем внимание... - Простите, это собачья чушь! Прежде всего при такой ситуации Сеть совершенно автоматически начнет запирать все файлы, в которых будет содержаться объявленная секретной информация, а такие файлы начнут неконтролируемо плодиться, так как множество пользователей, имевших контакт с побывавшей в открытом обращении частью засекреченного файла, будут, ничего не подозревая плодить новые и новые сообщения, на которые будет накидываться секретящая программа - от личных писем, до правительственных документов. И в короткий срок целые ветви планетарной Сети будут блокированы. А может, и не только планетарной... Причем, совершенно невозможно предсказать, какие... Только что я прогнал через Сеть парочку тестов, - Фляйшмен кивнул на почти дымящийся терминал, - вы не напрасно беспокоили меня... Закусывайте. Филе надо брать вот этой вилкой, с вашего позволения... - Как я понял, вы решили все-таки озаботиться этим делом... - Озаботиться... Хорошо сказано. Самого главного вы еще не поняли. Это не КТО-ТО шалит в Сети, это ЧТО-ТО! Вирус, дорогой вы мой, ВИРУС! И дай Бог, чтобы он еще не начал мутировать. Когда это началось? - Именно это я и хотел бы узнать. Когда и кто. Кто запустил это "что-то"? - Вот как? Ну что-ж, слушайте меня внимательно. Я эту работу беру. БЕСПЛАТНО!!! Вы понимаете, что это означает, когда Сидни Фляйшмен делает работу БЕСПЛАТНО?! Это означает, господин следователь, что Сидни Фляйшмен НЕНАВИДИТ тех, кто сыплет ему песок в инструмент... - В какой инструмент, мистер Фляйшмен? - Мой инструмент - это планетарная информационная сеть, следователь... Мой маленький инструмент... Секунд двадцать-тридцать Следователь переваривал "Бурбон", мнение мистера Фляйшмена и Цефейскую щуку. В принципе это было прекрасно - то что не требовалась ссылка на возможности банка Шабада, то-бишь на деньги группы Шнейдермана (или Саттона - в этом вопросе существовала некоторая неопределенность). Но, вот только, неприятный кислый запах пороха, все время висевший в воздухе... - Ну что-ж, я снимаю шляпу перед таким жестом с вашей стороны, но... Я хотел бы, однако, зафиксировать почетче один момент в нашей э-э-э... договоренности... Я понимаю, что результаты такого расследования не могут оставаться под сукном и меры надо будет принимать срочные. Однако, в отношении одного моего маленького вопроса - вопроса "кто?" - вот в этом отношении я хотел бы оговорить за собой определенную фору... Он, ведь, возможно не так важен для ликвидации последствий, с чисто технической стороны дела... - Понятно, - молниеносным движением руки остановил его собеседник, продолжая задумчиво глядеть в пространство перед собой. - Вы хотите первым добраться до этих... озорников. По крайней мере, застать их живыми... Это потребует определенных мер конспирации в дальнейшем общении между нами, - тут он обратил-таки, наконец, взгляд возбужденно сверкающих глаз на Кая и горделиво запрокинул голову. - Отлично, я принимаю и это условие... - Нам надо, таким образом, оговорить... - начал Кай. - Вот оговаривать-то как раз ничего и не надо! - воскликнул Фляйшмен снова простирая руку к собеседнику. - Ибо слово изреченное есть слово зафиксированное, мой дорогой... слово подслушанное... Я сам найду способ выйти на вас... Не извольте волноваться... - И еще один момент, думаю, вам надо хорошо представить, мистер Фляйшмен: дело о котором идет речь, сопряжено с некоторой опасностью. Не прошло еще и суток, как по крайней мере один человек был убит в связи с... - Вы мне хотите объяснить, что мы с вами находимся на Мелетте? - с почти сатанинской гордыней в голосе иронически спросил Фляйшмен. - Я просто хочу, чтобы у вас не осталось неясности... - Не беспокойтесь, я не первый год занимаюсь расследованием компьютерной преступности и знаю всякий раз на что иду. - В таком случае, мне остается откланяться. Вот мои координаты... - Вы думаете, что первого и единственного Федерального Следователя на планете так уж трудно найти? - рука мистера Фляйшмена, отклонила протянутую ему визитку. - Если да, так вовсе нет. Удачи вам... Найти его действительно было нетрудно. Он убедился в этом тут же, когда выходя из "Дома рыбы" попал под огонь полной дюжины камер и под град самых разношерстных вопросов наконец-то взявших его след репортеров. Быть в центре внимания никогда не было любимым занятием Федерального Следователя, и, действуя в хорошо зарекомендовавшей себя в других частях Обитаемого Космоса манере ("Мне нечего сказать вам этим вечером, ребята..."), он двинулся к своему кару, раздвигая ряды атакующих вежливым, но решительным жестом руки. Но на Мелетте этого оказалось недостаточно: со словами "Однако, не забывайте про эксклюзив! Сюда, мистер, сюда!" Кай был умело схвачен под локоть и стремительным приемом увлечен в недра припаркованного встык его кару лимузина. Последний с еле слышным, но удивительно мощным урчанием рванул с места, чуть не лишив жизни пару замешкавшихся представителей масс-медиа и пошел закладывать петли и повороты по центру "белого" квартала, нырнул в темноту подземного путепровода и вырвался на обходное шоссе, освещенное только типовой дорожной подсветкой, что составляло приятный контраст с огненной вакханалией "разноцветных кварталов". Кай еще со времен пирровых побед Управления над "химиками" с Ориона не ждал ничего хорошего от прекрасно сложенных платиновых блондинок. Если же таковая оказывалась за рулем "Бентли" с вырубленным автопилотом, как это имело место теперь, дело принимало совсем худой оборот. - У нас нет времени, - сообщила его непрошенная спутница. - У нас нет времени, а меня зовут Клэр. Я сестра Билли Говарда, чтобы до вас скорее дошло, мистер. - Куда вы меня везете, мисс Говард? - вспомнив, где он видел сегодня такие - с оттенком благородного металла - волосы и высоко поставленные скулы, сухо осведомился Кай. - Это не имеет значения. Главное, что у нас сейчас считанные минуты до того, как зафиксируют угон... - Вы угнали эту машину, мисс? - Да. Да не бойтесь вы - это кар моего хорошего знакомого. Лучшего после Гитлера... Он, конечно, будет дуться, но ничего, он еще не такого заслужил... И, главное - в машине установлен "склеп". Нас не смогут подслушать, даже если будут знать где мы. Кай уже понял это - по назойливому, еле слышному зуммеру регистратора, сигналившему: "блок", "блок", "блок"... - Тогда, мисс Говард, безразлично с какой скоростью двигаться. Можно просто припарковаться к обочине. Хозяин будет не в восторге, если вы попортите кар, даже если он ваш очень хороший друг... - Я уже сказала, что Гуго еще не того заслужил... А стоящий на обочине кар чудовищно привлекает внимание... И вообще, не теряйте время на всю эту чушь... Нам с вами надо успеть договориться... - В самом деле - чего вам от меня, наконец, надо? - Вы должны отправить на пересмотр дело Таро. Майкла Таро. Вы, полагаю, уже докопались до него... - Вы переоцениваете мои возможности, мисс Говард... О ком идет речь? - Не бойтесь, следователь - игра совершенно честная. Майкл не заслуживает пожизненного. Если ему вообще что-нибудь причитается, то он свой срок уже оттрубил... Но, понимаете: я - одна. _П_о_с_л_е_д_н_я_я_, кто еще ждет его... И кто верит, что его еще можно вытащить из этой чертовой дыры... - Вы... вы и его родственница, миссис?.. - С вашего позволения - я его невеста... Не понимаю, ведь если вы взялись за дело по контрабанде Чужого Искусства, вы сразу должны были наткнуться на это дело... Повторяю: Майкл Таро - убийство Альдо Фонсеки, жлоба проклятого... Два года назад... - Вообще-то я занимаюсь не контрабандой предметов искусства, а делом о разбойном нападении на лайнер "Ригель-2"... - Это одно и то-же. Вам что, еще не ясно как божий день, что "Ригель" грабили из-за какого-то груза из Заповедника. На планете люди Мако его слишком хорошо запрятали, а вот когда стали забрасывать на корабль, волей-неволей немного раскрылись... - Давайте по-порядку мисс Говард... - В двух словах: вы обещаете, что назначите пересмотр дела Майкла. Железно. Это в ваших, кстати, интересах... - Обещаю, - скрепя сердце, сказал Кай, - что поставлю вопрос перед местной администрацией... - Поразительно, как вы ни черта сообразить не можете!!! Фонсеку он прикончил в космосе. На борту орбитера. В пределах геостационарной орбиты Фронтира. И местная администрация, слава Богу, здесь не при чем. Там - за геостационарной орбитой заправляет Федеральный Трибунал. И вы вправе назначить пересмотр дела в силу как говориться своих полномочий. Если бы дело было здесь - никакого суда бы и не было... Пришили бы Майкла по-тихому и делу конец... А Трибунал его сослал на Седые Луны. Навечно... Мафия в такие места не суется. - Раз дело находится в федеральной прокуратуре, можете считать мое обещание железным... Теперь я хотел бы выслушать ваши предложения. - "Бентли" вылетел на эстакадный мост и справа открылся вид на космотерминал. Сооружение было среднее, по масштабам Обитаемой Зоны, но использовали его, видно, на всю катушку. В одно и то же время в посадочные доки вползали три "челнока", а два, извергая грохочущее пламя поднимались со стартовых стендов. - Я просто сведу вас с теми, кто знает. Кое-что. А дальше договоритесь сами: сможете найти общий язык с ребятами - ваше счастье, не сможете - прямо скажу, ставки на вас делать в таком случае никому не посоветую... - Надо полагать, вы понимаете, что я не могу пойти на нарушение законов? Ни местных, ни... - Не бойтесь, вам не придется нарушать законы, господин следователь... Встреча пройдет конфиденциально. Конфиденциальнее некуда... - Кстати, кто же это такие - ваши кое о чем осведомленные знакомые? Вы случаем не имеете ввиду кого-то из экипажа "Протея"? - Те, кто от этого экипажа остался... Теперь постарайтесь меня не перебивать... Вам, я вижу, надо хоть в минимуме знать с чего все началось. Иначе вы там не столкуетесь... Теперь машина вошла в ущелье, образованное унылыми громадами надземной Технологии. Только подсвеченные номера корпусов да полуутопленные в грунт подъездные пути складов и цехов виднелись по обочинам, только стремительные айсберги контейнеровозов-автоматов почти бесшумно проскакивали навстречу или, улучив момент, норовили обогнать роскошный лимузин. Зато любая другая машина автоматически становилась "белой вороной", выдающей себя всем своим видом на этом участке шоссе. - Все началось после этой их первой экспедиции на Пятую, - выдержав короткую паузу, быстро заговорила Клэр. - Они - все участники - резко изменились после нее. И... все как-то неудачно обернулось после этого полета. Они, вообще, с трудом вернулись, с огромным нарушением графика, потеряв двоих. И практически провалили программу работ. Пи-Эф с трудом уклонился от суда. Капитан Фредериксен, я имею ввиду... И вообще, суд только чудом не состоялся... Впрочем, какое там чудо - в дело пошли деньги Фонсеки. В общем, результаты экспедиции оказались практически нулевыми. Никому не нужное, мертвое космическое тело. Дальнейшее изучение Пятой отложили, как говорится, до греческих календ, а все участники полета на "Протее" без лишнего шума ушли с казенной службы. А потом, совершенно, вроде бы без всякой связи с этим делом, развернулся этот бум со статуями... Изваяниями. На рынке космического антиквариата стали появляться - ну вы, должно быть, в курсе дела - эти самые совершенно уникальные изваяния людей, животных, растительные орнаменты... А вот у ребят - а я довольно хорошо знала весь экипаж "Протея" - они часто у нас собирались и до и после... Так вот, у ребят завелись крупные деньги. И они стали уходить в странные рейсы. Такие здесь называют "пьяными полетами". - Не только здесь... - Для порядка их регистрируют и отслеживают в ближнем Космосе, но куда на самом деле уходит корабль, и зачем - дело темное. В системе Мелетты на такие вещи смотрят сквозь пальцы, как и на многое другое... Они всей компанией на паях арендовали старый орбитер с ионными разгонниками - как перевалочную мобильную склад-баржу для обслуживания внутрисистемного каботажа. Дело тоже довольно темное - аренда была явно фиктивной. Деньги им ссудили под грабительские проценты люди Фонсеки... И посудину они словно нарочно выбрали для аренды такую, на которую не позарится даже тип из тех, что не моргнув глазом останавливаются в ночь на пятницу тринадцатого числа в тринадцатом номере гостиницы и на тринадцатом этаже, разумеется... - Вы имеете ввиду техническое состояние орбитера? - Нет, я имею ввиду то, что речь идет о "Валгалле". Вам это, конечно, ни о чем не говорит, наверное. Но здесь у этой посудины чудовищно дурная слава. Три или четыре раза разные экипажи влипали на ней в разные полумистические истории. Последний раз эта штука потеряла ориентацию в Облаке, скрываясь от поискового корабля Имперской таможни. Капитаном на ней как раз случился Лысый Риггли - личность тоже в здешних краях прославленная. Его искали, по-моему, не только армия с полицией, но и мафия - так что на связь ему выходить было никак нельзя, и болтался он внутри Облака без запасного провианта, как... В общем, люди говорят, что они там друг друга поели по-очереди, а последний из экипажа - сам Лысый Риггли, разумеется - в наказание за грехи бродит по "Валгалле" и доводит до безумия даже обладателей самых крепких нервов, если их заносит на проклятый орбитер. - Такие легенды, вообще-то типичны... - Наверное. Но народ они отпугивают хорошо. Может показаться странным, но Фредериксену и его ребятам, а их, кстати, набралось вместе с несколькими завербованными парнями ровно чертова дюжина, эта ситуация была на руку - никто из посторонних не лез в их дела, а они свои "пьяные полеты" один за другим - всего их состоялось около десятка... Но знаете, мистер, я, в конечном счете, начала верить в эту чертовщину - о том, что ступивший на борт Валгаллы покупает билет в Безумие... Началось все с Билла. Он, собственно, и раскрыл мне глаза - право не пойму, как я не догадалась сама, что они делают деньги на этих самых статуях с Пятой... - Так значит они нашли там... - Они нашли там целую цивилизацию. Точнее, следы цивилизации. Развалины. Целый странный мир изваяний. И страшный мир. Их, эти статуи охраняли странные и страшные роботы... - И тогда они... - И тогда Пи-эф решил весь этот мир продать... - Трудно понять их логику. Открыть новую цивилизацию - ведь это принесло бы им мировую известность... - И очень мало денег, следователь, очень мало... На Мелетте мало платят за открытия. Да и во всей Обитаемой Зоне славой открывателя сыт не будешь... Ну опубликуешь свои мемуары - десять процентов тебе, сорок - "невидимке", половина - издателям. И привет... Где сейчас великий Филатов? Я слышала - содержит кафе. Человек, прошедший Хрустальный Лабиринт. А де Джонс? Совсем плохо кончил. А ведь открыл три населенных мира - половину всех известных... Кроме того, на ребят повлияло... я очень хорошо видела это, и по Майклу и по Биллу было заметно, и сами они так говорили... В этих изваяниях, в этом мире было что-то... Кстати, ведь никто так и не выяснил, ни из какого материала они созданы, ни технологию их изготовления... Теперь, наверное, и не узнают... Так вот, или материал этот, или художественные их особенности, а может какое-то непонятное устройство их структуры постепенно изменяло поведение людей, имевших с ними дело. Да, похоже, что и вся Пятая - они ее окрестили между собой Заповедник - обладает каким-то полем, невыясненной, как говориться, природы. - Послушайте - и всю эту кучу обстоятельств: и древнюю цивилизацию, и поле это они скрыли? И от людей, и от науки? Как это им удалось технически? Ведь очень многое в таких экспедициях регистрируется чисто автоматически... И потом... - У них там была действительно очень большая авария. И столкновение с этими роботами... Очень многие материалы погибли. Именно тогда Фредериксену и пришла в голову вся эта авантюра. Но чтобы проработать все детали им пришлось затянуть полет. А здесь, на Мелетте они уж и сошлись с Фонсекой - тот в этих краях чужак и с ним легче было найти общий язык, чем с Мако и его людьми. Да и секрет был обеспечен абсолютно. - Мисс Говард, вы, я вижу, располагаете уникальной информацией... Вы... по собственной инициативе идете на контакт с Управлением? Автомобиль снова нырнул в путепровод и теперь, круто разворачиваясь пошел петлять по аллеям подземного "сада развлечений". - Думайте на этот счет что хотите. А этой, как вы изволили выразиться, "уникальной информацией" располагают еще шестеро - уцелевшие с "Валгаллы". И знают они куда больше меня... Ну и еще - Даниэль... - Кто этот тип? - Это имя той дуры, которая собиралась сделать из Билла своего мужа... Моя лучшая подруга, кстати говоря... - Ах, вот что... Давайте о Билле - почему он так легко... поделился с вами этой информацией? - Легко? Видели бы вы это "легко", следователь... Там все очень сложно обстояло... Его решили забросить в Заповедник. На пару с Майклом. Чтобы обеспечить навигацию "Валгаллы". Вы знаете, что такое - навигация в Облаке? - Здесь не видно звезд... - Вот именно... Здесь... зыбко все. Кроме расписания "Космотрека"... В общем, надо было обслуживать систему наведения орбитера "с той стороны". И чтобы обеспечивать очередную партию товара - найти, отобрать, подготовить к погрузке... Эта вахта была рассчитана на два с половиной года. К тому моменту, когда Билл начал мне темнить о том, куда и зачем его уносит на такой срок, я уже была сыта по горло их враньем, закулисными делами какими-то... И я его взяла в оборот - в конце концов я его сестра, старше него на сорок минут... И он не раз получал от меня по первое число... Разумеется, он взял с меня страшную клятву, что ребята не узнают... Но я не стала ничего скрывать от Даниэль. Чувствую, что напрасно... - Наверное, это довольно опасный секрет, миссис... - Да, и я за нее боюсь... Все сильнее... - Она, по-вашему, стала ненадежна? - Просто из-за всех этих дел Дан совсем сошла с катушек. Я на полчаса вперед не берусь предсказать, что она выкинет... После того, как все так сложилось с Майклом и с проклятым придурком Билли... Клэр резко сбросила скорость и уронила голову на руль. Только уважение к женским слезам удержало Кая от того, чтобы ухватиться за баранку и ударить по тормозам. Пройдя в паре сантиметров от встречного грузовика-автомата, "Бентли" все-таки вернулся на свою сторону трассы - теперь они катили снова под открытым небом надземной Технологии, но отсутствие звезд упорно создавало иллюзию путешествия в туннеле... Приняв протянутый ей носовой платок, Клэр яростно высморкалась, безжалостно уничтожая остатки макияжа и снова разогнала машину, беря реванш за минутную слабость. - Теперь о Билли... Он-таки отправился в Заповедник на эту пару лет. И Майкл с ним... Эти годы, кстати нас очень сдружили с Дан... Но когда он вернулся... С этого началась катастрофа. - Дело уперлось в деньги? Фонсека их одурачил? - Фонсека и Фредериксен. Пи-Эф. Они действительно всех обманули. Но речь шла не о деньгах. Уже. От своей доли Майкл отказался. А Билли свою взял. И поехал крышей. Сначала пропивал деньги по кабакам, а теперь - перешел на "грезник" и "русалочью траву". Но, скорее всего, сберег голову - потому что после этого их возвращения ребята решили угнать "Валгаллу", выйти из дела и какую-то свою игру разыграть... Тут я, честно говоря, ни черта не понимаю... В общем, Пи-Эф и Фонсека их нагнали. На спейс-клипере. Но не на таких нарвались. У них там вышло побоище... В общем, из того полета вернулись только пятеро... И сразу, как говориться, легли на дно... Их, впрочем, никто официально и не разыскивал. Так же, как и бандитов Фонсеки - тех вообще формально не существовало... Пи-Эф пришел конец - но о нем никто и не хватился - он считается в бегах еще со времен возвращения "Протея". Ребята там, на "Валгалле" решили драться до конца - было ясно, что или Фонсека натравит на них мелеттскую мафию, или они его во-время уничтожат... Но Фонсеку они переоценили - он, по всему судя, с Тарквини ничем делиться не захотел, и вообще от всего этого перетрусил и собирался драпануть из Системы вместе с последним грузом из Заповедника. Из-за этого и получилась беда с Майклом... Они там бросили жребий... Кому идти по какому следу. Разделили несколько направлений. Ну и... Майклу "повезло" - он перехватил Фонсеку на "Фронтире". Что из этого вышло, вы должны знать. Пауза, заполненная только шорохом стремительного движения кара и сопровождающими его поскрипываниями и попискиваниями чисто технического происхождения. Клэр вытащила длинную, ломкую сигарету и, не выпуская руля, стала ее раскуривать, неловко держа зажигалку в придерживающих баранку пальцах (тоже длинных и ломких). Кай попытался припомнить хоть какую-нибудь молитву богу дорожных происшествий. Но не смог. - Так почему вы рассчитываете, что расследование нападения на "Ригель" хоть чем-то поможет изменить меру наказания, которую там, на "Фронтире" определили вашему м-м-м... жениху? - спросил он, стараясь по, крайней мере, не смотреть на дорогу. Удачно зажженная было сигарета разломилась на тысячу частей и полетела к чертовой матери. - Почему вы, черт возьми, взялись за это дело, если не смыслите в нем ни бельмеса!!! - Мобилизован в силу Устава Службы Расследований, мисс. А вообще-то, я следовал в отпуск. И вовсе не на эту любезную планету со всеми ее проблемами... - Рассказывайте эту байку другим людям и в другом месте!.. И, главное, при других обстоятельствах!!! Вам что - на пальцах объяснять надо, что речь идет об одном и том же грузе: и тот контейнер, что взяли на "Ригеле" и тот груз, что хотел угнать Фонсека - это все один и тот же ящик - сорок сантиметров на сорок и два метра в длину! Вы поняли, следователь, или вам картинку нарисовать? - Вы... можете это доказать? - На суде - да! Но не раньше и не позже. Впрочем, это ваше дело - найти доказательства. И, главное - их сохранить. Это будет не так просто... - И чем же этот факт поможет мистеру Таро в его нынешнем положении? - Господи! Да неужели вам не понятно, что тогда все дело вывернется наизнанку? Ведь тогда получается, что он вовсе не напал на эту сволочь безо всякой причины, а стремился предотвратить преступление. Вывоз произведения... - Я понял вас, мисс... Но... вы знаете, кажется, нашей с вами идиллии приходит конец. Вы видите этот "Форд"? Они снова шли угрюмыми ущельями Технологии и преследователь отчетливо "светился" своим цивильным видом в трех грузовиках позади. - Остается последнее - место и время... И - гарантии... - Кай подобрался в кресле. - "Валгалла". Место - борт "Валгаллы". Срок - семь дней. Как добраться - додумайтесь сами. У вас большие возможности, следователь... А гарантия - это то, что вы не приведете хвост. Никаких десантных ботов, никаких засад. Там все прослеживается хорошо. Вы и пилот. И никого больше. Связь по бортовой волне. Вот и все. Иначе - как на войне... Кар замедлил свой стремительный бег-полет и стал различим газон обочины, уходящий круто под обрыв. Клэр положила руку на рукоять двери. - Ну, смелее, следователь. Я чуть приторможу сейчас... Пейзаж за окнами почти приостановил свое движение. - Благодарю вас, мисс. Очень любезно с вашей стороны... Кай глотнул воздуха и, сгруппировавшись, выбросился из "Бентли". Газон оказался отменно жесток, а обрыв - отменно крут. Проделав четыре-пять "сальто-мортале", Федеральный Следователь, наконец, остановил левой скулой неудержимое вращение планеты и, встав на колени, успел чисто машинально зафиксировать удивительный факт: преследовавший их "Форд" и не подумав задержаться в месте высадки одного из пассажиров, просвистел дальше, не отлепляясь от задних огней "Бентли". Но зато почти моментально над обрывом вырос черный утес остановившегося почти точно в месте высадки Кая контейнеровоза. Хлопнули дверцы и послышались чертыхания, спускавшихся по корявому склону людей. Их было двое. Оба при оружии - тусклый свет дорожных фонарей отражался на вороненых стволах двух "Кольтов". - Слушай, - гундел один, - а если он шею свернул, тогда как? Труп нам не заказывали... - Заткнитесь, любезный, - приятным баритоном огрызался второй. - Они почти остановились. Этот легавый где-то там... Другое дело - при чем здесь Уго... Его машина, точно... Никогда бы не подумал, что этот педераст способен вести свою игру... Кай подождал, пока эти двое, пройдя подальше, окажутся спиной к нему и поднялся на ноги. - Господа, у вас, кажется, есть ко мне какое-то дело? - осведомился он, вытягивая на свет божий "Дятла" - просто так, для порядка. - Куда ты глядел, лопух? - осведомился у напарника Первый. Второй не обратил на эти слова ни малейшего внимания. Он улыбнулся настолько приятно, насколько это было возможно под лучом мощного карманного прожектора, направленного в его лицо и сообщил, что уполномочен передать господину Федеральному Следователю личное послание от лица крайне заинтересованного в благополучном исходе следствия, вверенного господину Санди. Он аккуратно, не делая резких движений, вынул из внутреннего кармана пиджака и протянул Каю голубоватый листок, извещавший, что господин Роберт Крук ожидает его завтра на своей загородной вилле для чрезвычайно важного разговора. Машина будет подана к подъезду номер два Управления к 10:00. - Мы можем подбросить вас, - любезно молвил Второй, пока Кай одним глазом пробегая приглашение, другим силился уследить за маневрами новых знакомых. Те задумчиво убирали в кобуры свои пушки. - Нет, я подожду патрульной машины, - ответил он, набирая номер вызова на карманном блоке связи. - Рад был познакомиться с вами, господа... - Ну вот и все, - дон Себастьян поднялся с кресла. - Следующим рейсом "Оглянувшаяся" будет доставлена к вам. Прямо сюда. Считайте, что наш любезный друг Санди перехитрил самого себя. Он за кратчайшее время вышел на грабителей. Не ожидал от него такой прыти. - Зато ваши люди, да и вся мелеттская компания на прыть что-то поскупились. Прошляпили толковых ребят. Ведь вся эта компания с Пятой могла бы работать на нас... А сейчас вы рады лишь тому, что загребете жар чужими руками... - Великий Кирилофф не удостоил собеседника даже взглядом - он стоял спиной к дону, у окна и созерцал гуляние Тарквини-младшего по аллеям копии уголка Трианона в сопровождении своего отпрыска - Алена, видимо, отчаялась вызвать у будущего юриста мафии какой-либо интерес к изобразительным искусствам и обратилась к садово-парковым красотам отцовского имения. Две до смешного различающиеся фигурки, активно жестикулируя, удалялись по аллее. - А вся моя забота и состоит в том, чтобы заставить дураков работать на нас. Не своими же руками этот, как вы говорите, жар загребать? Можно рукава прожечь... - Я как раз о том, что ЭТИХ дураков вы работать на себя и не смогли заставить... - Извиняюсь, это затея Фонсеки. И вы знаете, к чему она привела... Думаю, что это и хорошо, что мы уклонились от тесного контакта с теми парнями... Теперь остается с ними покончить - и с нашим лучшим другом заодно. Шакал нам их доставит, как вы любите говорить, на тарелочке с голубой каемочкой. А заодно и предмет ваших... - Вы уверены, что Санди доверяет ему? - Шакал выйдет на сцену на самом последнем этапе, и у нашего друга просто не будет времени на подозрения. К тому же, учитывая ту "крышу", которой располагает шакал, доверять ему Санди будет просто обязан... Так что выбора у него просто нет. - Вот что... - хозяин, наконец обернулся и вперил в дона взор сочетавший качества ледяного душа и электродрели. Вы поняли, что я не собираюсь иметь вас здесь за почетного гостя, пока ваши боевики будут дырявить пулями Федеральных Следователей, экс-Изыскателей, а заодно и мой товар? Заключительной операцией вы будете руководить лично. И если хоть щепка отлетит от контейнера... - В таком случае, - дон изящно подтянул живот, - мне пора откланяться. В полдень "Борей" уходит к Мелетте. С обратным рейсом я, как вы выразились, лично доставлю вам... - Вот именно. Доставите и лично. А самому-то Шакалу вы доверяете? Не захочет ли и он сыграть собственную игру? - Шакал зажат у меня вот здесь - дон сжал свою почти музыкальную кисть в жесткий кулак. И деваться ему некуда. Да и не станет он уходить от такой кормушки, к которой мы его пристроили. - Мне он не нравится последнее время. Мы стали сильно зависеть от его действий там... Если он засветится или предаст, мы можем потерять контроль над выборами... И не только... - Вы хотите сказать... - Я хочу сказать, что в случае прокола, хорошим Шакалом будет только мертвый Шакал... - Я понял вас... - Мне кажется, вы поняли меня не до конца. В деле уйма темных мест. Скажите мне на милость, где ваш любимый Скунс? Чертов бракодел Палладини где? - Думаю, его уже доедают шакалы. Натуральные. Их на Мелетте развелось до черта. Если быть совершенно точным, это просто одичавшие псы. Брошенные хозяевами. А закопать его поглубже у ребят с Пятой времени, полагаю, не было. В любом другом случае, его бы уже засекли где-либо. - Мне бы ваш оптимизм. Стервец мог со страха отдаться полиции, а он много знает... - И в этом случае он тоже труп. Полиция - это Лукас, а Лукас... - А Лукас - это Лукас. Мако только воображает, что держит его за жабры. И поймите, меня не интересует, где есть труп Скунса. Меня интересует то, что с этим трупом могли закопать. Или не приведи Господь спалить в мусоросжигателе... А могли и оставить себе. Не забудьте, Мако, хоть и в дерьме по уши сейчас, сразу как только из дерьма выкарабкается, вспомнит о том, что за "Оглянувшуюся" ему должен не сгинувший курьер, не дон Себастьян, с которым он предоставит разбираться мне, а лично Кирилофф, слово которого... И забудьте разговоры о натуральных шакалах и одичавших собаках. Когда речь идет о слове Кирилоффа вариантов мало. Запомните, на свете нет ни одного человека, который бы мог сказать, что я обманул партнера. Ни одного ЖИВОГО человека... - Я понял вас, - еще раз произнес дон Себастьян и еще раз учтиво поклонившись удалился под звуки "Паломы" несколько несвоевременно испускаемые его хронометром. Повернувшись на каблуках, хозяин вышел в "Уголок Трианона". Начинал накрапывать дождь. Устроившись на сидении антикварного электрокара когда-то на Земле служившего для высокопоставленных игроков в гольф, Кирилофф не торопясь покатил вдоль аллей, присматриваясь по сторонам. Конечно, дочь повзрослела и стала, в общем-то, контролировать свои эмоции, но кто знает, если подопечный макаронник, допустим, распустит лапы, то подаренная дядей Алексисом "Беретта" может пойти в ход с легкостью необыкновенной... Отчитываться перед Мако еще и за дырки в шкуре его младшего брата будет предельно глупо... Гостя и дочь он застал в компании Рамиреса, укрывающимися от дождя в китайском павильоне. Рамирес почтительно стоял на расстоянии, держа наготове прихваченные из дома накидки, а Алена с Тино мирно рассматривали голограммы "Оглянувшейся". Алена таскала их с собой всюду и, видимо, это произведение вызывало у нее не меньший интерес, чем у отца. Хотя Большому Киру привлечение Тино к обсуждению его достоинств напоминало обсуждение качеств пеньковой веревки даже не с членами семьи повешенного, а с самим будущим висельником. - Не успели намокнуть? Ну, Тино, ты убедился, что нам с твоим братцем есть из-за чего поволноваться в этой истории? - с несколько деланным оптимизмом сказал он, поворошив снимки кончиками пальцев. - Кстати, Алена сильно напугала меня. Она, знаешь, забрала в голову, что старый лис Фонсека морочил нам всем голову и где-то в загашниках у него была еще пара вариантов "Оглянувшейся"... Что ты об этом думаешь? Или, может, от брата Мако что-нибудь слышал на эту тему. Ведь это он вел все дела с Альдо... - Это действительно интересно, господин Кирилофф, - оживленно сказал Тино, держа в руках несколько снимков. Это... это очень похоже на... последовательные фазы движения. Алена сперва допустила, что существует на самом деле несколько скульптур и, таким образом, где-то можно найти... Но вот, что мне пришло в голову - ведь возможно это свойство материала, из которого изготовлена статуя. Своего рода секрет мастера - изваяние, которое с течением времени меняет позу... Это действительно неземное искусство... - А я подумала... - дочь подняла на Кирилоффа огромные глаза, - а может, это просто живое существо? Только живущее медленно-медленно... Может она живая, а? Жаль в самом деле, что уже не спросишь Фонсеку у кого он покупал их - эти изваяния... Скотина, право, тот Изыскатель, который прирезал старого лиса. - Не стоит ругать того малого. Он сидит только по собственной глупости. Иначе мы бы его и на том свете нашли и еще раз пять прикончили. Он просто оказался на месте преступления. Люди видели. Убил не он. Старого лиса прикончил Демон из Другой Вселенной. 5 Войдя наконец в свой номер, расположившийся всего-то на четырнадцатом этаже полупустой с виду и слишком уж респектабельной гостиницы, Кай почуял недоброе. Нет, конечно эти сумасшедшие двадцатишестичасовые мелеттские сутки не могли закончится просто так, без очередного идиотского приключения. Он не сразу понял, что предчувствие его опиралось на вполне материалистическую причину. Не надо было обладать профессиональными навыками, чтобы понять, что в номере находится посторонний. Хотя этот непрошенный посетитель и не был заметен в полутьме интерьера, выдавал он себя вполне отчетливым нервическим похрапыванием. До боли знакомым Федеральному Следователю. Под это похрапывание провел он не одну ночь в "люксе для новобрачных" на борту злополучного "Ригеля". То что доносилось оно из солидного, под мореный дуб сработанного одежного шкафа показалось ему только закономерным. Из шкафа забрала таинственная судьба странствующего предпринимателя, в шкаф и возвратила... Осторожно увеличив освещение до максимального, он на всякий случай приготовил "Дятел" к действию и резко открыл дверцы. Последовало несколько секунд панического кудахтанья и драматический шепот: - Вы с ума сошли, Санди! Ведь нельзя же так пугать человека... У меня - сердце... - Нет, у вас гастрит, Микис. И бросьте валять дурака. Я слишком устал сегодня. Объясните в двух словах зачем вас сюда занесло и как - в охраняемую гостиницу, в номер, который арендует Полицейское Управление... И если можно, поскорее проваливайте отсюда. Мне надо выспаться. - Тоже мне придумали проблему - спрашивать человека, как он пришел к вам в гости... И почему вы всю дорогу до этой глупой планеты молчали как глухонемой про то, что вы едете сюда работать следователем? Я чуть не умер, когда узнал... А теперь мне просто некуда идти на всей этой бандитской территории... - Вы тоже не спешили мне рассказать, что вас разыскивают милые знакомые с пистолетами, - несколько вяло возразил Кай, тяжело опускаясь на край кровати. - Пожалуйста, по порядку и без эмоций... Кто пропустил вас сюда? - МЕНЯ, в общем-то, не пропускали. Это они думали, что пропускают вас... Вот по этому документу... - Палладини похлопал по боку чемодан Кая, приютившийся у изголовья. - Я караулил вас, как только услышал, что вы... Сначала здесь было человек шесть-семь журналистов, и я с ними смешался. Они правда все отправились вас искать куда-то в город, а потом появился этот чудак в форме и с вашим багажом и так понял, что я здешний служащий... Ну я не стал его переубеждать... Помог донести чемодан... И забрал у него ключи от номера... Администратор на этаже считает что я - это Федеральный Следователь, раз человека в номер провожает лейтенант... Но он, наверное, уже сменился, а я сидел здесь очень тихо... - А что, здесь принято по радио объявлять, где кто живет из офицеров Управления? Вы-то откуда узнали? - По Ти-Ви, пока сидел в этом проклятом околотке... Здесь эта история со стрельбой на нашем корабле очень много шуму наделала и пресса вас будет... - Стоп! В каком околотке? Вас что - задерживала полиция? И отпустила? - Нет!!! - драматическим шепотом заорал Палладини. - Они не отпускали меня! Я в бегах, господин Следователь, я в бегах!.. Нет, только не вызывайте полицию сейчас и сюда. Я... я могу вам быть очень сильно полезен... Послушайте меня... Первоначальное удивление уже покинуло Кая, но снова, который уже раз за его недолгое пребывание на благословенной Мелетте у него возникло ощущение непередаваемой чуши происходящей у него на глазах самым наглым образом. Задержание пропавшего без вести пассажира с "Ригеля" просто не могло оставаться неизвестным для него в течении всего этого дня. То, что Микис к тому же каким-то образом вырвался на свободу, нашел дорогу в "Шериф" и, в довершение всего, практически с помощью какого-то лопуха из людей ле Конти вломился в его номер, а теперь ожидает его, Федерального Следователя, помощи, не лезло ни в какие ворота. Точно так же, как исчезновение из под носа полиции Билли Говарда, наложение Высшей секретности на сведения из школьной программы и другие эпизоды этого дня. - Послушайте, Майк, я могу обещать вам только одно - вами буду заниматься лично я, из этой комнаты вы выйдете только в моем сопровождении и пойдете вы туда, куда скажу я. А от вас потребуется выложить мне все, что вы знаете по сути всего этого дела. Быстро коротко и не темня. Если увижу, что вы собираетесь играть со мной втемную, я просто сдаю вас местной полиции со всеми вашими тайнами Мадридского двора. Или вы предпочитаете, чтобы я сразу позвонил дону Себастьяну? Реакция Палладини носила уже чисто вегетативный характер и сводилась к пучению глаз и трясению членами. Он почти сполз с кресла, в которое сперва грохнулся по выходе из своего убежища, и Каю пришлось усадить его покрепче. - Итак, в какой полицейский участок вы попали? Кто регистрировал выше задержание, кто допрашивал, какое обвинение предъявили? - Н-нелегальный въезд и к-контрабанда... - Всего-то? Где вас сцапали и когда? - На шоссе. Я от места посадки шаттла добрался до шоссе и там стал "голосовать". Первая же подъехавшая машина оказалась полицейским патрулем. Но я был не в силах б-бежать или вообще на ногах стоять после этого ужаса. Я все ноги сбил, пока по дюнам добирался до дороги... - Что же за ужас с вами приключился. Чего вас понесло на шаттл, почему в шкафу-то не сиделось? - Я... я понял, что угоняют мой груз... Тот, что я должен был принять - все документы на него были уже у меня А... тогда мне не жить, господин следователь!.. Вы тогда насчет дона верно вычислили, не знаю как, но верно... - Просто мне довольно долго пришлось в свое время слушать его любимую "Палому", пока я сидел заложником на "Короне". Была такая история, помните? - Так вы из тех легавых, простите... из тех, которые туда добровольно пошли в обмен... - Из тех. Других там просто не случилось... - Ну, так вы хорошо знаете, что дон может с человеком сделать... - И вы кинулись спасать товар? Ценю ваше мужество. Что у вас там было в статуе-то этой? Наркотики? Ядерная взрывчатка? - Эта статуя сама по себе не имеет цены. Ее купил очень большой человек. И за о-о-чень высокую цену... - Ну и кто человек этот? А знаете, хотите скажу? На ушко. Никто не услышит. Просто о-о-чень высокую цену за статуи платит обычно... - Кай нагнулся и шепотом поименовал Микису в ухо Большого Кира по имени-отчеству. Тот зыркнул испуганным взором и с видом удавленника кивнул. - А-а д-дон на выполнении д-доставки имел свой процент... - Ну так, догнали вы грабителей где-то в стыковочном отсеке, полагаю, и сказали им, наверное, что они очень нехорошие люди. Других аргументов у вас, думаю, не было... - У м-меня "индак" с собою был. С полным зарядом. - Нейроиндуктор? И вы всю дорогу эту штуку держали в нашей каюте? С вами не соскучишься, Майк. - П-предполагалось, что я не дам товару уйти ни при каких обстоятельствах... - Но вы замешкались. Мне на вашем месте было бы очень жалко себя. Не удивительно, что рука дрогнула... - Они меня просто скрутили в один момент, пока я размахивал этими глупостями... - Скажите, Майк, - доверительно понизив голос спросил Кай, - вы хотя бы успели сказать им, что можете быть сильно полезны? Палладини снова зыркнул на него наполненным ужасом взглядом и стал лихорадочно облизывать пересохшие губы. Кай налил ему содовой из сифона и изобразил всем своим видом внимание. - Отделали они меня конечно сильно. Н-но в шаттл затолкнули и всю дорогу, пока шел спуск двое из них со мной работали... - Ну, я думаю, у них там не нашлось "испанских сапог" или даже простого утюга? - Честно говоря, я "кололся" сам, следователь. Без особого принуждения. О чем успели спросить, то и ответил. А после посадки они залезли в глайдер - он у них там, естественно, был подготовлен, а мне указали направление к дороге, дали пинка и укатили. И всю дорогу я благодарил святую Мадонну за то, что это оказался не тот кого я боялся... Я шел и говорил себе: "Нет, твоя звезда еще не закатилась, Микис, если Бог послал тебе только этих сопляков с "Валгаллы"..." Вы подумайте, как смешно, Санди... господин Следователь, ведь я узнал по крайней мере одного из них, и они поняли, что я узнал, но ОТПУСТИЛИ. Вот только товар ушел... Вот вы смеетесь, а действительно могу быть вам сильно полезен - если мы с вами вернем статую... Просто вернем формальному владельцу. Тогда вы сможете плевать на все ваше Управление с высокой колокольни. Всю оставшуюся жизнь. А я буду приходить к вам в гости и помогать с этим делом... ведь я один понял, что это люди с "Валгаллы" шалят. И я знал, как выйти на "Валгаллу"... - А кого же вы тогда боялись на самом деле, Майк? Майк судорожно глотнул воздух, снова повел вокруг обезумевшим от страха взором, перекрестился и ответил как-то сипловато: - Демона я боюсь. Призрака из Чужого Времени. Того, что пришил Фонсеку, царствие ему небесное. Но вы знаете, я вам скажу, что очень хорошо местами стало от того, что Господь прибрал Альдо... - Альдо Фонсеку убил, насколько мне известно, Майкл Таро. Довольно жестоко, не спорю... Я с материалами дела сталкивался - покойный был буквально изрублен на куски. Но что-то я не слыхал, чтобы кличка Демон... - Да не кличка! Демон, настоящий демон укокошил Альдо! Черт из другой Вселенной... Из-за чертовой каменной куклы!.. Фонсека успел сбыть товар с рук - теперь уж не секрет для вас будет, что Мако вложил в эту штуку свои капиталы! - И с этими денежками Альдо собирался навострить лыжи из Сектора. Он вообще никогда не был здесь своим... Но не успел уйти. Грехи, видно, не отпустили. Наши люди точно видели - черт пришел за ним. Напролом. Прямо в отсек высшей защиты вломился и - в куски... С деньгами потом большая неясность вышла... А Майкл только подставился очень глупо. С другой стороны, и вашего, как говорится, брата можно понять - дело надо было закруглить как-то... - Расскажите мне, Майк, еще немножко про демонов из Другого Мира... И про "Валгаллу". Хотите кофе? Жаль. Мне придется проглотить. Иначе свалюсь. - Вас, я вижу, пару раз отделали за это время, господин Следователь... - Ближе к делу, Майк, и по порядку, пожалуйста. - Вы что, думаете, я летописец какой-нибудь, чтобы знать все тонкости? Верчусь по Сектору, бывает, что подолгу вокруг "Солнца Воров" ошиваюсь. Но на эту бандитскую планету - никогда, ни-ни! Ни ногой... И вот, надо же, черт попутал. И только на эту вшивую землю ступил, как обчистили меня, как липку... - Ребята с "Валгаллы"? - Да нет - ваши коллеги с околотка. Те сопляки только сопроводиловку на груз забрали... - Как номер его, кстати? И патрульной машины. И имена, может, помните... - Имена у них всех тут собачьи... Джон, Руперт, если не ошибаюсь... Других не запомнил. Я там большую часть времени у них в загородочке такой для задержанных протомился. А там лавка, да Ти-Ви, и весь комфорт. Телек, кстати, вырубить невозможно и крутят по нему только новости и "мюзик ностальжик"... И с номером машины тоже туго. Не до того было. А вот номер участка у них всюду разборчиво намалеван - тысяча триста тринадцать, растак его, хочу я сказать на эту тему... Со мной работали двое. Один - черномазая скотина - допрашивал. Бестолково так... Все больше пугал. А второй весь этот бред оформлял на терминале... - Вы уверены? Ваши данные вводились в терминал? Стандартный, полицейский, опломбированный терминал? - В точности такой, какой вы можете увидеть в кино, если они вам не надоели на вашей собственной работе... А потом я часа четыре мариновался в загончике этом... После подошел третий - падла такая, неряшливо одет, форма, как от старьевщика - и говорит: "Мол, дашь "подоить" кредитку - и вали спокойно в космотерминал, к какому-то Петерсону, он тебе в два счета вылет с Мелетты организует. И чтобы на планету носа больше не казал..." Ну что мне оставалось? Только на космотерминал я не пошел: там пришьют окончательно - и привет!.. Я, извините, Санди, решил ваш след взять... - Очень любезно с вашей стороны. А часики ваши замечательные - тоже ушли? - Их сразу, еще при обыске прикарманили, суки. Я и икнуть не успел... - Кто сидел вместе с вами? Под утро в участках бывает довольно людно... - Так в том-то и не то, что за все это время ни одна сволочь во всей округе почему-то не напилась, не побила никому морду и никого не зарезала. Я там один как перст торчал, если не считать еще типа какого-то вовсе дикого. Он то избить меня рвался, то уму-разуму учил, сколько, мол, за нелегальный въезд полагается и что теперь меня любой желающий по стенке может размазать и не понесет за это ответственности. Никакой. - В общем, проводил с вами разъяснительную работу... Хоть сколько-то они на вашем счету оставили? - На проезд до космотерминала. - Вы запомнили район? Хотя бы когда уходили? - Когда меня привозили - темно было, как у негра, извините, под мышкой. А назад я тоже не своим ходом убыл. Они вдвоем - засранец этот, который насчет кредитки подвалил, и скотина черная - меня в патрульный кар между сидений запихали и - не поднимай, говорят, голову. Господи, думаю - порешат... Минут десять попетляли и у самого телецентра пинком под зад - на асфальт. Вы можете смеяться, но моей заднице такое обращение уже надоело. За сегодняшний день. Куда это вы собираетесь звонить? Я не... - Не беспокойтесь, я просто делаю запрос по вчерашним сводкам. Если тот парень, что регистрировал задержание, действительно вводил данные в терминал, а не делал вид, что работает, то в любом случае эта информация будет в сети Управления. - Ее стерли уже к чертовой бабушке!.. Не станут же они на себя самих готовить досье... - Ни один бит информации, поступившей на "вечные диски", не стирается. Файл может быть поставлен под тот или иной уровень секретности, но у меня довольно высокий уровень доступа, - Кай поморщился, вспомнив эпизод в Звездном Архиве. У него был и другой повод поморщиться - Палладини, слава богу, не мог видеть, что ответ на один из многочисленных запросов, которые по ходу разговора успел отправить в планетарную сеть Федеральный Следователь, недвусмысленно гласил, что никакого полицейского участка с указанным номером или номером, напоминающим его, в составе Полицейского Управления Мелетты не числится. Естественно, отсутствовали и какие-либо данные о задержании и допросе М.Палладини. - А теперь все-таки немного о "Валгалле". И о Демонах. - Вы бы выключили регистратор. Как-никак все это - одни слухи и сказки... - Ну вот, пусть в регистраторе и останется немного сказок. - Как пану будет угодно, как говаривал Бестолковый Марек... Суть дела в том, что вот уже лет двадцать в "Угольном мешке" орудует Федеральный Комплекс. Они нашли тут какую-то невероятную планетку - ее окрестили "Заповедник". А на ней какая-то чертовщина творится со временем и пространством... В общем, как будто она выброшена к нам из другой Вселенной. Той, которая была до этой. Ну вы знаете эти умные разговоры о том, что Космос то сжимается, то расширяется, временами наступает всему крышка - Коллапс. И после этого все начинается по-новой, но уже при других каких-то законах. Мировые константы меняются, и все идет не так, как раньше... Так вот, эта планета - она в мелеттской системе идет за пятую, - это вроде уцелевший кусок вещества из той предшествовавшей Вселенной, который каким-то чудом проскочил мимо Коллапса. И там все не так. И на людей это черт знает как влияет - призраки им там мерещились; судьба всех, кто там побывал, как-то по-странному складывалась. Были тайные экспедиции на Пятую. Операция "Заповедник" - оттуда и имя это пошло. Военные нашли там много для себя интересного и закусили удила. Говорят, пытались построить там постоянную базу, но только людей загубили. Тогда построили "Валгаллу" - мощный сверхсовременный орбитер на ионной тяге. Так сказать, паром, чтобы обеспечить регулярные высадки в Заповеднике при каждом его прохождении. Но тут вышла большая беда. Там, на этом орбитере, накопилось много измененного вещества с Пятой. Какая-то критическая масса. И всей этой базой овладели Демоны. Из тех, кто их видел, мало кто уцелел. "Валгаллу" хотели взорвать, но не смогли. Теперь она болтается, всеми брошенная, и ходят по ней черти из другого мира. Официально это - заброшенный промежуточный каботажный причал. Пытались ее освоить пираты Лысого Риггли, но тоже плохо кончили. А чертовщина тем временем, говорят, дает себя знать по всему сектору - то там, то здесь. Вот как в истории с Фонсекой. Их прямо-таки тянет к этим идолам - к изваяниям Чужого Искусства. Молятся они на них что ли, не знаю?! Раньше много этих штук ходило по Сектору, а теперь наша статуя - чуть ли не последняя. Оттого и стоит как Фаберже. - Как кто? - Бог его знает, сколько, говорю, стоит. - А я-то думал, что экспедиция Фредериксена была первой... - А, вы про это слышали! Так это была местная самодеятельность. Комплекс к тому времени на Заповеднике крест поставил. Формально были от них предупреждения местной Звездной Академии, но те сами с усами... У них там тоже неразбери-поймешь что вышло, на Пятой. Но что характерно - уже через пару месяцев Фонсека нанял всех, кто ходил на Пятую. Из людей Фредериксена, разумеется. И они арендовали "Валгаллу". Практически за гроши - местная администрация ее даром готова отдать - с паршивой овцы хоть шерсти клок... И какое-то время Фонсеке шли хорошие денежки. Что-то они там присмотрели, на Пятой. Но тоже все пошло прахом... - А статуи эти - какое отношение имеют? - Не знаю, кто их делает и где - может, черти выпекают в аду - но только Демоны приходят за ними рано или поздно. Наверно, утаскивают на "Валгаллу"... - Вот что, - после некоторой паузы сказал Кай, - сейчас вы пару раз повторите мне историю с вашим арестом. Вспоминая все детали. Мельчайшие. Все, что вы знаете о пути на "Валгаллу" - координаты, файлы хранения навигационной информации, сведения о лицах, осведомленных по этим вопросам, - вы напишите сейчас вот на этой планшетке и при этом постарайтесь не шептать про себя то, что будете писать. Только я сначала включу самый яркий свет, чтобы дисплей планшетки не читался камерами, буде такие есть. И пущу воду в ванной и туалете. Потом я посплю часа четыре. А вам рекомендую быть на стреме. Потом я двину в Управление, а вы будете сидеть тихо, как мышь, не отвечать на вызовы по терминалу и, разумеется, никого не впускать. Я дверь открою своим ключом. Постарайтесь выспаться. Но перед этим, чтобы быть от греха подальше, напишите-ка на имя Федерального Управления заявление о явке с повинной. Утро застало Кая, однако, не в его номере. Поднявшись до рассвета и не потревожив благополучно уснувшего на посту Микиса, он вышел в коридор, запер за собой дверь и, мимо не слишком удивленной охраны, вышел на улицу. До Паркового Массива он добрался ранними автобусами, в три пересадки. Удивительно, но слежки сегодня заметить не удалось. - Если это шутка, то не самая лучшая, - мрачно заметил инспектор ле Конти, залезая в свой кар, на заднем сидении которого его ожидал Федеральный Следователь. - Универсалкой открыли, или я забыл запереть? Я ведь чуть не вызвал сейчас саперов. У меня же по всей машине контрольки расставлены. Был здесь, знаете, такой период, когда каждый день взлетал на воздух кто-нибудь из наших. А сейчас выборы на носу - мало ли что кому взбредет в голову... - Включите глушение, - попросил Кай. - Слушаюсь, господин Следователь, - с нарочитым послушанием в голосе ответил инспектор. - Но только имейте в виду, - добавил он, выполнив просьбу, - что наша конспирация - это собачья чушь. За вами совершенно официально присматривает наш Технический Отдел, да вы и сами в курсе таких дел. И о нашем разговоре мне, понятное дело, задаст пару вопросов полковник. - Найдете что ответить. Сейчас важно выиграть время. Поймите, что поскольку разговор идет у меня лично с вами и под глушитель, то за жизнь человека, о котором пойдет речь, и спросят непосредственно с вас... - Потише на поворотах, следователь - я пуганный... Если не доверяете мне - я вас пойму, и тогда заткнемся и доедем до Управления молча. Если доверяете - валяйте и побыстрее. Талант коротко и ясно излагать самые нелепые происшествия со временем вырабатывается у всех сотрудников учреждений, подобных Управлениям, приютившим в своих штатах Кая Санди и Фрэнка ле Конти. Так что Следователь примерно за половину времени, потраченного на дорогу, изложил суть проблем странствующего предпринимателя Палладини. Вопросы, связанные с Пятой планетой, он предусмотрительно не стал включать в разговор. Суть удалось свести к происшествию на "Ригеле" и наличию (или отсутствию) законспирированного околотка, в котором Микис - по его словам - провел чуть ли не половину времени своего пребывания на Мелетте. - Ладно, я прокручу это дело по своей линии. Только не думайте, что вам удастся долго прятать этого проходимца у себя под койкой... Мой совет - выбивай под это дело у своего начальства разрешение задействовать программу укрытия свидетелей. Забирайте его на Фронтир или куда хотите... Официально предупреждаю - не позже завтрашнего утра мы придем за ним. Парень явно тянет на одного из главных свидетелей по предстоящему делу. Если вы отправите его к себе, у него еще есть шансы дожить до суда... - Я уже связался с канцелярией Комиссара Сектора. Думаю, если здесь пойдут нам навстречу, ночью я сдам Палладини на челнок. Рядом болтается пара эсминцев Объединенного Флота... Теперь второе, - Кай протянул ле Конти белоснежный листочек приглашения, полученного им вчерашним вечером при несколько необычных обстоятельствах. У Фрэнка брови полезли на лоб. - Ну, если бы ты был правоверным католиком, то мог бы считать, что получил приглашение причаститься у самого Папы Римского. Хотя вряд ли у вас все смотрят наше Ти-Ви и читают мелеттскую прессу. В общем, этот парень, Боб Крук, по слухам, сочащимся со здешнего Олимпа - не просто человек, уполномоченный заниматься вопросами безопасности. Это скорее наставник или духовник самого Президента. И весьма влиятельная персона в прилегающих к тому кругах. Говорят, господин Президент на горшок не садится без его совета. И с горшка не встает... По негласной традиции все наиболее важные дела у него делаются за завтраком - с десяти до полудня. На эту тему ходят анекдоты... - Не проще бы мне было поговорить с ним в служебной обстановке? Это исключило бы... Некоторое время инспектор вытирал слезы смеха, выступившие у него на глазах. - Вызвать на допрос Тихоню Боба - это лучшая шутка сезона, следователь. Но поберегите ее до другого раза. А пока - не вздумайте уклониться от встречи. Это будет очень бестактный ход. Предельно Но будьте осторожны: Боб - калач тертый, и его интерес в этом деле - большая проблема. Чует мое сердце, что мы стоим на пороге большой ямы с дерьмом и, кажется, скоро наш заплыв. Не давайте вешать себе лапшу на уши, как говорят местные славяне. Кар остановился у порога - и Кай, выбравшись из него и кивнув ле Конти, уже направился к подъезду сектора подпространственной связи, когда Фрэнк окликнул его. Он сунул голову в окно автомобиля и увидел перед собой поблескивающие неожиданным азартом глаза инспектора. - Послушайте, следователь, - спросил тот с нажимом в голосе, - как вы назвали мне номер этого околотка-призрака, в котором прижали хвост вашему приятелю? - Тысяча триста тринадцать, - несколько недоуменно ответил Кай. Некоторое время Фрэнк задыхался от охвативших его чувств. - Ну почему, почему вы произнесли это не так, как говорят все нормальные служаки? Ну что это за интеллигентное "тысяча триста..."? Ведь нормальный человек скажет "тринадцать-тринадцать"! - Я не в курсе местной лексики... И какое это имеет значение? - Терпение. Еще один вопрос - при такой занятости вам, наверное, не удалось вечерком присесть перед Ти-Ви и посмотреть какую-нибудь местную программу? "Мираж", например? - Разумеется. Чего-чего, а Ти-Ви мне посмотреть как-то не пришлось... Некоторое время ле Конти смотрел перед собой совершенно ошарашенным взглядом. Потом усмехнулся. - Только обещайте, что дарите это дело мне. И никому - ни гу-гу. Думаю, когда вы вернетесь от Тихони, мы с этими призраками уже разберемся. Х-хе! Надо же... Не заходя в Управление, ле Конти развернул кар и погнал его куда-то к центру города. У Кая оставалось еще три часа для хлопот об эвакуации свидетеля Палладини. Рука у господина Советника оказалась сухой и теплой, но в приветливо прищуренных оловянных глазах поблескивали льдинки. Небольшого роста, с редеющими светлыми волосами и ослепительным оскалом-улыбкой мелких и ровных зубов, Боб Крук напоминал бы в своем наглухо застегнутом темном двубортном костюме провинциального пастора, - если бы не цепкий, как у профессионального филера, взгляд. - Рад видеть вас в моем доме, господин Санди. Признаюсь, что, принимая во внимание сложность доставшегося вам дела и ваше усердие... Одним словом, я не был стопроцентно уверен, что вы сочтете мое приглашение своевременным. У нас есть несколько минут, прежде чем подадут омлет. Присаживайтесь... - Я не кинозвезда, чтобы меня приглашали в качестве украшения стола. Думаю, вам есть что сказать мне. - Рад видеть перед собой делового человека. Впрочем, так мне вас и характеризовали... В двух словах: вы понимаете, что для нас, политиков, представляет этот инцидент с нападением на зарегистрированный на Земле лайнер? Я вижу - понимаете. Катастрофу. Поистине катастрофу. Потеря юридической независимости означает провал основной политической линии партии единственно истинных демократов. А сверх того - крах всех надежд наших только еще поднимающих голову молодых предпринимателей... Однако спасибо Господу! Насколько я знаю, следствие недвусмысленно указывает на то, что все мы стали жертвой каких-то проходимцев, давно уже практически переставших быть гражданами Мелетты, основавших свое пиратское гнездо где-то э-э-э... Последовал неопределенный жест желтоватой ладошки и исполненный надежды на взаимность взгляд. - Поражен вашей осведомленностью, господин Советник. Но не хотел бы комментировать предварительные результаты следствия. - Кай сосредоточился на рисунке салатного цвета штофных обоев. - Ну что же, в любом случае арест бандитов и возвращение похищенного укрепит авторитет нашего отечества и, чего греха таить, даст нашему Президенту так необходимые ему голоса избирателей. И в наших интересах материально заинтересовать конкретное лицо, ведущее следствие... - Материальная заинтересованность влечет за собой определенные обязательства. Я не могу обсуждать с вами эту тему. У Кая возникло острейшее желание покинуть дом, где взятки следователям предлагают, как что-то само собой разумеющееся. - Меня радует ваша осторожность. Даже щепетильность, я бы сказал... Обещаю в дальнейшем не возвращаться к этому вопросу. Впрочем, я не столько и не сколько имел в виду прямую э-э-э... финансовую инъекцию. Я хотел, скажем так, поставить вопрос о помощи некоего заинтересованного лица по линии поддержания конспирации и по линии прямой помощи космическим транспортом. Вы ведь имели в виду предпринять некий... конфиденциальный вояж, огласка которого крайне нежелательна... По тому, как заблестели глаза собеседника, Кай понял, что его реакция на эту провокацию не была безупречной. Чем-то он выдал себя, что пошел с правильной карты. - Однако мне хотелось бы знать, каким образом вы получили информацию о моих намерениях... - Ах, мистер Санди, неужели вы не понимаете, что я отвечаю лично перед Президентом за все вопросы, связанные с обеспечением безопасности государства, и сбор конфиденциальной информации ведется мною систематически и профессионально. А профессионалы, простите, свои источники не выдают... Дело, главным образом, состоит в том, что местная пресса самым удивительным образом склоняет факт присутствия Федерального Следователя на планете - вплоть до того, что видит в этом фактическую потерю Независимости. Если вы, не отчитываясь ни перед кем, начнете порхать по Системе, то компания дискредитации правительства в прессе получит мощное э-э-э... ускорение. Я же предлагаю вам полную конфиденциальность - свою яхту на плазменном приводе и свои услуги, как мастера спортивной космонавигации. В классе любителей, разумеется. Конечно, Кай был подготовлен к тому, что удивляться на Мелетте придется многому, но государственный служащий, располагающий собственной посудиной для прогулок по планетной системе - это... - Хотел бы я видеть вашу декларацию о доходах, господин Советник... - О, все это когда-нибудь будет на Мелетте - и декларации о доходах народных избранников, и разумные налоги, и многое, многое другое из того, что является достоянием цивилизованных областей Обитаемого Космоса... Но пока в нашем мире заправляют такие мерзавцы, как Тарквини и Носименто... приходится, знаете, не упускать и своего... Добро должно иметь кулаки. - Мне знакома эта сентенция. - Я так и думал, что у нас найдется много моментов взаимного понимания... Рассудите сами - кто предложил вам совершенно конфиденциальную прогулку по Системе, если бы ваш покорный слуга не снимал временами белых перчаток? А вообще-то яхта проходит по спискам Президентского резерва, но мне не придется отчитываться за все детали рейсов, предпринимаемых по государственной необходимости... - Так значит, вы предлагаете лететь вдвоем? На условиях полного доверия? - Именно так. Разумеется к рейсу надо быть готовым, и, честно говоря, я рассчитываю на хотя бы легкий намек с вашей стороны... Если вы, конечно, доверяете мне... - При всем моем к вам доверии господин Советник, я не смогу назвать вам параметры предстоящего полета до выхода в дальний Космос. Как профессионал вы поймете меня... Но ваше предложение просто вынужден принять. У меня складывается впечатление, что события разворачиваются слишком стремительно. Но вот как посмотрите вы на возможный риск этого предприятия? - О, "Леди Икс" - весьма надежная посудина. Я лично слежу за ее техническим состоянием. Превосходная противометеоритная система, великолепный бортовой компьютер и, заметьте - великолепная система маскировки и бортового вооружения. Это, конечно, не Имперский крейсер, но, поверьте - суденышко типа "Карат" со стационарными разрядниками и гамма-лазером на борту сумеет постоять за себя... - Я имею ввиду, конечно, не только метеориты. Но и не только пиратов. Я говорю о законности наших действий. Нам придется искать общий язык с нынешними держателями похищенного груза с "Ригеля" на весьма зыбких основаниях... Вы не страшитесь за свою репутацию, господин Советник? - Невозможно нарушить законы Мелетты за пределами ее геостационарной орбиты, если вас так уж волнует историческая сторона вопроса... А вот и омлет. Я рассчитываю поддерживать с вами постоянный контакт: возьмите эту карточку - она дает выход на защищенную линию... Глотая довольно скудное угощение, Кай прикидывал возможные варианты утечки информации. Их хватало. Достаточно выдавал его уже сам интерес, проявленный к участникам экспедиции Фредериксена. Должно быть были на планете и люди куда более, чем он осведомленные о делах этих ребят. А вот параметры нынешней орбиты "Валгаллы", похоже, были монопольной тайной кого-то, кто был причастен к проникновению секретящего вируса в информационную сеть Мелетты. Да еще проходимца в клетчатом пиджаке. Ни в коем случае не следовало упускать Палладини из рук... А вот "склеп" в машине милейшего Уго, кажется, подкачал. Во всяком случае, надо проследить, что стало за последние полсуток с Клэр Говард. Федеральный Следователь поспешил закончить трапезу и откланяться. С Клэр все обстояло просто - ни бита информации о теперешнем ее местонахождении. Угнанный "Бентли" графа Уго фон Моргентойфеля в розыске был объявлен только нынешним утром по причине похмельного состояния владельца во все остальное время. И тут же найден по радиомаяку, замаскированному где-то в покрышке. Машина была спокойно припаркована в районе космотерминала. Кай еще вчера запросил информационную сеть о незапланированных или вызывающих подозрение стартах с Мелетты и вернувшись в Управление, потянулся было к терминалу, чтобы проанализировать хотя бы сугубо формальные сведения на эту тему, но обнаружил принятый на его номер файл. Закодированный сугубо уникальным преобразованием. Единственная незакодированная приписка гласила, что ключом к файлу служит единственное буквенно-цифровое сочетание, знать которое, кроме господина Федерального Следователя не должен никто, однако, тем не менее, знает, остающийся ему благодарным за своевременное предупреждение г-н Сидни Фляйшмен. Пока Следователь ломал себе голову над идиотской проблемой, в дверях появился Фрэнк, вооруженный двумя объемистыми пакетами. Из одного из них он извлек местного типа "гамбургер" и предложил Каю. Себя же вознаградил основательным ломтем ветчины с салатом, майонезом и небольшим количеством хлеба. - Ешьте, следователь. Ешьте и старайтесь не поперхнуться. В тот момент, когда Кай подносил "гамбургер" ко рту, пробило час и из второго пакета донеслись до тошноты знакомые звуки "Паломы". Поперхнуться все-таки пришлось. - Слушайте... - Нет, слушайте вы, следователь. Не ваша вина, конечно, но я прямо-таки ошалел, когда сообразил, что вы единственный, надо думать, на Мелетте полицейский, который не знает, что каждый вечер в девятнадцать двадцать по "Миражу" крутят очередную часть сериала, называется который, к вашему сведению "Полицейский участок тринадцать-тринадцать". И что в героях ходят там черный лейтенант Руперт и белый инспектор Джон Риан. И еще масса героев. В том числе опустившийся сержант Слоппи и безнадежный хулиган Дринки... Только, вот не знаю, пойдет ли сегодняшняя серия в эфир. У них там еще много недоснятых кусков, а двое моих парней аккурат снимают показания с тамошнего народа... Миссис Дубсон - одна из сценаристов чуть-таки меня не удавила, - он поправил галстук, - но все-таки кишка тонка оказалась... А окружной прокурор сейчас вставляет последние загогулины в обвинение телеканала в мошенничестве и шантаже. Думаю, у него неплохо получится - они его здорово щемили, сердешного, люди с Ти-Ви, я имею ввиду... - Так значит, кто-то на студии решил таким образом подработать и... - И давненько решил. Этот Риан-то - то бишь актер Забровски - с перепугу здорово раскололся и еще на десяток эпизодов я с него показаний вытряс. А мои парни, глядишь и на второй десяток материал наскребут. Он у меня сразу, на часах, попался. - Не успел сбыть? - Думаю, они ему понравились больно... А то, что жертва обратится в полицию, они считали - исключено. Промышляла честная компания просто - в полицейском камуфляже в свободное время крутилась в зоне нелегальных посадочных полос или у космотерминала и брали в оборот очевидных новичков - таких сюда на дурной бизнес несет со всего Сектора много. И каждый в несет со всего Сектора много. И каждый в заначке имеет несколько тысчонок - накопил или занял - на первое время, на черный день... Спускали с них, сердешных, фигурально говоря, штаны, но, надо им отдать должное, мокрухой, судя по всему, не занимались - оставляли жертве последние гроши, чтобы дать подзаработать еще и Петерсену с космотерминала, а тот всю эту шушеру добросовестно отправлял куда-нибудь за геостационарную орбиту. Тем, понятно, туго приходилось, но свет не без добрых людей - думаю большинство мы разыщем в ближнем Космосе - зарабатывают где-нибудь на проезд до лучших мест на подсобных работах или, если с опытом, то при казино пристроились. От силы до Фронтира добрались. Это еще не худший вариант. Здесь периодически находим мы неопознанные трупы таких заезжих - с ними работали людишки покруче, чем это жулье с "Миража"... - Естественно, никто из них в полицию не обращался... - Куда там! Благодарили, думаю, Господа, что ноги унесли. - Ле Конти покончил с ветчиной и налил себе и Каю кофе из термоса в пластиковые стаканчики. - И уж разумеется, никто из них и носа не совал на Мелетту, чтобы посидеть вечерок у телевизора. Понятное дело, не каждый день им так везло - людям из "Миража", но тут уж пенять не приходится... Бывало на настоящий патруль нарывались - но объясняли, что съемки очередной серии ведут - с бумагами в этом отношении у них все было в порядке, а рядовому патрульному просто приятно было пару минут поболтать с живыми Джоном и Рупертом и расстаться друзьями. Были придурки, которые еще и автограф просили... Мелодичный сигнал вызова прервал их. Полковник Лукас настоятельно желал видеть Следователя Санди. Кай проглотил остатки кофе и, кивнув ле Конти, торопливо двинулся по проходам лабиринта рабочих боксов, надевая на ходу пиджак и поправляя галстук. Полковник был хмур и сосредоточен. - Только что я получил текст из вашей конторы, господин Санди. Не хочу сказать - распоряжение: в подчинении Федеральному Управлению я, слава Богу, не состою. За вашим... свидетелем, как тут написано, в восемнадцать ноль-ноль приходит десантный бот. На пятый военный терминал - это в двадцати километрах от города. Еще у меня здесь - указание от Президентской Службы. В том же духе... Хотя и получилось так, что вы действовали, вроде, через мою голову, я делаю все, чтобы вы этого типа вывезли с Мелетты живым. Танка вам дать не могу, но глайдер с защитой - берите. Его сейчас подают ко второму техническому выходу. Возьмете ле Конти с теми из его людей, кого он считает понадежнее и четырех ребят из Вспомогательной. Это наши, так сказать, ниндзя. Они вас ждут в глайдере. И действуйте быстрее. У меня неспокойно на душе. - Благодарю вас за содействие, полковник. Ле Конти уже на ходу, по блоку связи, рявкнул своим ребятам, чтобы они стягивались к "Шерифу". Кай только и успел, что забрать с принтера запись шифровки Фляйшмена и распечатку по подозрительным рейсам. Просматривал он ее, чертыхаясь, уже в нутре бронированного глайдера, будучи зажат между бронежилетами бойцов сопровождения. Сигнал вызова на бортовом блоке связи вспыхнул на середине пути. - Не зря спешим! - зло прижимая к уху наушник, выкрикнул Фрэнк. - Там побоище. По всему четырнадцатому этажу. Молитесь за своего подопечного, Кай! Дверь номера была просто-напросто сорвана с петель. По стенам комнат и коридора вились закопченные следы разрядов бластера. Один из помощников ле Конти приводил в чувства обалделого парня из охраны гостиницы, двое других как могли оказывали помощь здоровенному громиле в штатском, пристроенному на уже откуда-то добытых носилках. Слегка покалеченный дежурный по этажу помогал им. - Это человек из Президентской Службы, - пояснил дежурный. - Они пришли первыми и предъявили ордер. Но войти в номер не успели. Такое тут началось, такое... Этот черт ворвался с улицы - через стекло - вот там все высажено, видите, и пошел палить из бластера. Ну и те успели сделать пару выстрелов... Не представляю, как он сюда, на четырнадцатый, по внешним стенам... - Вы его запомнили? - осведомился ле Конти, доставая из сумки голограмму. - Узнаете? - Это он... - уныло констатировал коридорный. - Ваш "крестник", - обернулся ле Конти к Каю. - Вы, кажется, соскучились без него? - Двоих из Службы он, похоже, уложил. Их уже свезли отсюда. - Коридорный облизнул губы. - А гостя вашего - я имею в виду человека из вашего номера, лысого такого - он забрал. Живым, похоже... - Каким именно образом забрал?.. - Да просто как барана - перетянул руки-ноги ремнями, кинул на плечо и дунул вниз по пожарной. А минут через... пять-шесть нагрянула "скорая" - я вызвал. А потом - патруль и вот эти господа, - он указал на людей Фрэнка. Кай прошел в умеренно разгромленный номер - там на чудом уцелевшем терминале светилось извещение о получении шифровки Управления. Он снял послание на мнемокарту, присел к терминалу и сунул в щель карточку Крука. Четырех часов не прошло, как этот кусочек пластика уже пригодился ему. Советник Президента отозвался почти молниеносно. Вид у него был неважный. Оно и понятно - очень уж двусмысленно смотрелся визит людей Президентской Службы в "Шериф". И слишком неудачно он закончился, этот визит. - Мне кажется, что наше дело пора начинать, - без всяких предисловий начал Кай. - Или кончать, если на то пошло... Коли вы не передумали, то когда будет готов... когда вы будете готовы? - В двадцать будьте на моей полосе. Это район Дальних Парков. Вас пропустят всюду. И, не дожидаясь ответа, Советник убрался с линии связи. Кай обернулся на обалдело созерцавшего их разговор ле Конти. - Давайте доканчивайте работу здесь. Отпечатки, следы и все такое. А мне нужно поработать на терминале. Только не здесь. А потом я быстро сматываюсь. Далеко и надолго. Может, не получиться попрощаться. Так что не помните зла, Фрэнк. Оружие... - Тебе виднее... А "Дятла" пока оставь у себя... Думаю - пригодится. Пусть за тобой должок будет. Долги, они, знаешь, на тот свет не пускают... Эй, парень, отопри господину Следователю ближайший свободный номер, отдай ключи и не беспокой без дела! Я распоряжусь, чтобы подогнали ваш кар, - повернулся к Каю. - Через полчаса будет здесь. Они пожали руки и Кай нырнул в услужливо отпертые перед ним апартаменты, а Фрэнк заревел в блок связи, адресуясь полковнику, что-то о том, что облаву по городу замешкались объявить и надо срочно... Шифровка Управления гласила: БУДЬТЕ ГОТОВЫ К НАШЕМУ ДЕСАНТУ НА МЕСТЕ ДЕЙСТВИЯ. БУДЕТ СОПРОВОЖДАТЬСЯ УДАРОМ НЕЙРОИНДУКТОРА. ВАША ЗАЩИТА (ПОЛУЧИЛИ СОГЛАСНО ПРЕДЫДУЩЕМУ УКАЗАНИЮ) БУДЕТ ВКЛЮЧЕНА ДИСТАНЦИОННО. УДАР ЧЕРЕЗ ТРИДЦАТЬ СЕКУНД ПОСЛЕ ЗУММЕРА И СВЕТОВОГО СИГНАЛА НА ЗАЩИТЕ. УДАЧИ. БАРНИ. Послание это прибавило не столько ясности, сколько тревожного напряжения. Кай с уважением осмотрел то, что так напоминало устаревший регистратор и снова поместил его во внутренний карман. Так или иначе было ясно, что дипломатия закончилась и началась оперативная работа. С трудом собравшись с мыслями, он прикинул тот единственный набор букв и цифр, который никто кроме него не должен был знать на благословенной Мелетте. По всему выходило, что это - его идентификатор доступа к закрытым файлам информационной сети. Через секунду он убедился в этом. "Ну, тут вы не так хитры, как кажется, дорогой Сидни, - сказал он себе. - Технику считывания на другие терминалы кодов доступа в момент их предъявления разработали на старушке Земле еще лет пять назад. Просто на этой милой планетке не удосужились еще разобраться с этим и установить дополнительное защитное программное обеспечение..." Шифровка Фляйшмена сообщала: ЧЕЛОВЕК, ЗАПЛАТИВШИЙ ЗА ИЗВЕСТНОЕ ВАМ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В РАБОТУ ИНФОРМАЦИОННОЙ СЕТИ, В КОНСПИРАЦИИ НЕ НУЖДАЕТСЯ. ЭТО ИЗВЕСТНЫЙ ВАМ ФОНСЕКА (НЫНЕ ПОКОЙНЫЙ). КОНКРЕТНЫЙ ИСПОЛНИТЕЛЬ - СПЕЦИАЛИСТ ВЫСОКОГО КЛАССА, В ОТНОШЕНИИ КОТОРОГО ВАМ НЕ УДАСТСЯ СОБРАТЬ НИКАКИХ УЛИК. РАЗОБРАТЬСЯ С НИМ - ПРОБЛЕМА МОЕЙ ГИЛЬДИИ. ПОСЛЕДСТВИЯ ВМЕШАТЕЛЬСТВА БУДУТ ЛИКВИДИРОВАНЫ В ТЕЧЕНИЕ СУТОК. ЕСЛИ ВЫ НУЖДАЕТЕСЬ В ИНФОРМАЦИИ ПО ПЯТОЙ ПЛАНЕТЕ ДО ЭТОГО СРОКА - ИСПОЛЬЗУЙТЕ КОД ДОСТУПА REALTY 555670. УСПЕХА. СИДНИ Кай набрал указанный код. На дисплее немедленно возник список файлов. Он перевел взгляд на часы. Время поджимало. 6 Он соответствовал своему имени - орбитер "Валгалла". Выполненная из поглощающих свет материалов, его громада черным призраком вырастала на фоне непривычного, лишенного звезд, провала неба. Только пригоршня огоньков на причальной мачте, да попискивание автомаяка свидетельствовало о том, что их здесь все-таки ждали. Следовало отдать должное навигаторской подготовке господина Советника - со швартовкой он справился почти на профессиональном уровне. Мягко ухнули захваты стыковочных узлов, и вот уже "Леди Икс" стала частью станции, все быстрее и быстрее устремлявшейся навстречу Пятой Планете. Кай повернулся к спутнику. - Я хочу напомнить вам условия нашей договоренности, мистер Крук. На борт орбитера выхожу я, а вы покидаете борт "Леди", только если получаете мой сигнал на условленной частоте УКВ. Воздержитесь от выхода на связь со внешним миром. Хозяева могут это понять не так. - Господи, я не нуждаюсь в повторении того, что мне было сказано однажды. Вы еще не раз убедитесь в этом, друг мой... Будьте осторожны... В шлюзовой камере его ждал Бетке. - Пройдемте, Следователь. Здесь лучше не передвигаться в одиночку. - Спасибо за гостеприимство. Что же тут у вас творится? - Расшалился Лысый Риггли. Мы так это называем. Сюда, пожалуйста... На несколько минут они оказались заперты в клетушке лифта, стремительно уходившего вглубь "Валгаллы". - Вас, я вижу, оснастили неплохим корабликом. Еще немного, и вы опередили бы нас... Сколько часов взяла дорога? - Сто шесть. Четверо суток. Теперь этим коридором... И в эту дверь. Семеро ждали их в одой из вспомогательных рубок. Шестеро мужчин и одна женщина. Клэр. - Мы с вами знакомы, следователь. И Билла вы тоже знаете. А это Моррисон, Георгиев, Уайберг, Робинсон и Каримов. Пока по фамилиям. Имена... - Некоторые я запомнил. Ваши личные дела еще хранятся в Академии. Как ваша рука, Фред? - Спасибо, уже в порядке. - Еще один наш товарищ подойдет чуть позже. Шрайдер. Спустился проверить нижний ярус. У нас в этот раз неспокойно здесь. - Расшалился Лысый Риггли. Что же это ваш друг пошел в одиночку? - Ничего, полтергейст здесь дело привычное. Как водится, стоны, проклятия, мольбы о помощи. Это чужие роботы воспроизводят записанные эпизоды многолетней давности, - устало сказал Бетке. - Демоны. Здесь в свое время военные экспериментировали с роботами. Чужими роботами, взятыми на на Пятой. И доигрались. Этим штукам действительно подходит это название - Демоны. Но сейчас они, вроде, сходят на нет. Да и опыт на сей счет у нас имеется. Вот Билл общался с ними в одиночку пару лет... - Я должен извиниться перед вами за тот разговор в "Тишине", следователь. Должно быть, я смотрелся полным дураком. - Не большим, чем я. И перейдем к делу. - Наша проблема проста, следователь. Мы просто возвращаем краденое хозяевам. Просим вас помочь нам в этом. И списать кое-какие долги перед правосудием. Точнее, как говориться, взаимно их перезачесть... - Давайте прикинем, в чем же тогда состоит ваш интерес. - В простейшей штуке. Всплыть на свет божий чистыми. Не имея на хвосте уголовного преследования. - За ношение разрядников Хоффа, например? И их применение с человеческими жертвами? И за угон космических судов. Про разбойное нападение вообще придется позабыть как о детской шалости? - Вы сами видели, что тогда, на "Ригеле" это был случай самообороны... - Учитывая, что при этом была спасена жизнь вашего покорного слуги, вы действительно имеете железного свидетеля защиты. Но вот все остальное... - Постарайтесь оценить все остальное как попытку предотвратить межцивилизационный конфликт. Как я понимаю, в отношении таких действий действует Особое Законодательство... Выслушайте Билла. Налейте себе кофе. История не короткая. - Нет, я-то как раз собираюсь быть краток, Том. Все мои материалы - вот в этой папке и на этом диске. Надеюсь у вас будет время, чтобы разобраться в деталях. Просто у меня действительно было два года для того, чтобы подумать над тем, с чем мы столкнулись на Пятой. Не знаю, чем там занимались эти подпольные экспедиции Комплекса, но только после них там осталась пара не до конца разгромленных лабораторий. Я кое-что из оборудования привлек к делу. Первые полгода у меня там ушло на всякие искусствоведческие глупости, а затем, когда я расположил по хронологическим рядам снимки изваяний и того, что я через потолочные окна отснял в Пирамидах... Сначала я подумал, что это... Ну... какой-то гигантский кукольный театр. Паноптикум с движущимися фигурами. Только из-за их специфического устройства все это действо происходит в сотни тысяч раз медленнее, чем в естественной жизни. Какое-то чудовищно замедленное кино... Которое неизвестно зачем крутят для нас эти демоноподобные роботы. Вся наша ошибка и была в том, что этих чертей мы и считали за главных действующих лиц в этом странном мире. Главных и единственных... А потом пришло понимание простой вещи - того, что ОНИ ПРОСТО-НАПРОСТО ЖИВЫЕ. Что это мир живых и разумных существ, существующих в своем, чудовищно растянутом времени. Потом, когда мне удалось прочитать те обрывки информации, что застряла на компьютерах у военных, я стал догадываться, что все эти сказки о том, что Пятая попала сюда из предыдущей Вселенной очень похожи на правду. И тогда меня охватил ужас. Ведь вы только представьте, что натворили мы и наши предшественники из Комплекса!! Скольких из них - мыслящих и чувствующих боль созданий мы истязали в лабораториях, думая, что исследуем мертвую материю. Скольких просто уничтожили, скольких выбросили из их жизненной среды в космические дали где их через сотни лет по нашим меркам и через минуты по их времени ждет мучительная смерть! И еще я понял, что значит мое чувство к ней, к "Оглянувшейся"... Не буду много говорить об этом... - "Оглянувшаяся", это... - Это возлюбленная нашего Билла, - резко сказала Клэр. - Извините вы все меня за бесчувственность, но я до сих пор не знаю, что происходит у людей в мозгах там, в Заповеднике. Там... какое-то свое поле сознания... Статуя... Пусть даже и статуя, живущая в своем мире... Пока Билл шатался по "зеленым кварталам", Фонсека сбыл ее Мако... - Дело не в одной "Оглянувшейся". Живы они ВСЕ. Мне пришлось долго объяснять это ребятам. Но к их чести они поняли меня. И отказались стать палачами чужой цивилизации. Ведь сколько бы нам понадобилось лет, чтобы полностью уничтожить этот мир? На Земле огромные цивилизации были стерты в порошок за десятилетия. И они еще имели силы защищаться. А народ Пятой защищают только роботы. А одурачить робота - задача чисто техническая. - Роботы, надо понимать... - Надо понимать, что жители предвидели, в каком мире им придется жить и сконструировали эти сверхбыстро действующие защитные устройства. Их несколько типов и... О деталях - другое время. В общем, конечно конструкция их и их возможности и свойства во многом для нас непонятны. И военные впились в них мертвой хваткой, игнорируя все остальное. Но эта техника не была рассчитана на столкновение с человеческим разумом. Они ведь недаром спрятали свою планету в газопылевой туманности. Видимо, рассчитывали относительно долго существовать без вмешательства извне... Все это кончилось бунтом роботов, точнее их каким-то сатанинским шабашем лет семь назад и тем, что Пятой вместо военных занялись авантюристы типа Фонсеки. Ну, а остальное... - Если все это подтвердится, разговор о ваших... грехах перейдет в совершенно иную плоскость. Я берусь ходатайствовать в Законодательном Собрании... После ознакомления с материалами господина Говарда. И другими... Что же вы предлагаете в отношении иска владельцев... изваяния в настоящий момент. Ведь вы намерены вернуть это на Пятую?.. - А ЭТО - законному владельцу, - Том бросил на стол запечатанный в пластик листок сопроводительной документации и прикрепленную к ней накладную. Документы подлинные. Посмотрите, это любопытно... - Господи... что за непотребная баба? И это и называется Чужим искусством? - Господь не лишил вас элементарного вкуса, следователь. Приятно видеть это качество в человеке закона. Это, конечно, не называется Чужим Искусством. Это называется "не представляющим художественной ценности изделием". Скульптура "Блуд" милейшего Хулио Карабаса, гордости мелеттской Академии Искусств. И все это точно соответствует накладной. - Но... - Накладной не соответствовало только содержимое контейнера. Вот что там было. Том подошел к стальному шкафу и распахнул дверцы. Осторожно, словно боясь, что оттуда выпорхнет птица. Кай хорошо понял его. Потом обернулся к Биллу и понял еще многое. Потом гипноз кончился, Билл подошел к шкафу и бережно закрыл его. Соображения о накладных и протоколах не лезли в голову и Кай сказал только: - На вашем месте я тоже не вернул бы ЭТО Мако... - Как я сказал, мы и не собираемся возвращать Тарквини ЭТО. Он получит груз согласно накладной. И в вас нам хотелось бы видеть гаранта этого строго законного акта. - Как вы мыслите себе это? - Вопрос имеет свою предысторию. Лет десять назад, храм Новоадвентистов заказал Хулио скульптурную композицию "Семь смертных грехов". Попы оплатили и получили четыре изваяния из семи - "Гордыню", "Чревоугодие", "Скупость" и "Идиотизм"... - Разве идиотизм... - У местных новоадвентистов - свое понимание вопроса... Потом их настоятель пропил выделенные на украшение храма средства, и, вообще, произошло много всякого, Хулио плюнул на этот заказ, но уже готовый "Блуд" сбыть не смог даже в публичные дома, так как по мнению даже самых лихих содержателей, надо все-таки и меру знать... Впрочем, несколько раз ему перепало по полсотни кредиток за съемки этого изделия. Вот, к накладной, как раз и приложен один из таких снимков... А считавшийся неудачным вариант, ему даже удалось пристроить министерству юстиции для украшения фронтона Дома Правосудия, снабдив мечом, весами, набедренной и наглазной повязками. - Ах, так вот где я это видел... - Люди считают, что там ей самое и место, - заметила Клэр, так как внутри здания похабщины хватает и так... - То, что для камуфляжа использовали работу Карабаса, неудивительно, - заметил один из Изыскателей. - Ему иногда удается сбывать свой товар любителям экзотики или в обмен на подобную же дребедень, когда перевозку оплачивают одураченные спонсоры... - Ну а теперь, - продолжал Том, - Хулио повезло. Мы через людей, умеющих держать язык за зубами, выкупили у него статую за пару ящиков шотландского. Настоящего, с Земли. И теперь товар в полном комплекте ждет пока его заберут со склада столичного космотерминала. Даже ящик там тот самый, о который вы набили себе, если не ошибаюсь, пару шишек в грузовом лифте "Ригеля", следователь... Зуммер прервал их разговор. Том щелкнул тумблером. - Тут человек, - раздался из динамика хрипловатый голос. - Живой? - поинтересовался Том. - Вполне. Но связан по рукам и ногам. Ругается на чем свет стоит и не может сказать ничего путного... - Где ты его обнаружил? - Да в шкафу для оборудования. - Если в шкафу, то пусть ваш друг осведомиться как его зовут. Не Микисом ли, случайно. Это характерно для него - шкаф... Наши дела плохи, ребята... - Веду его к вам. Бедняга еле держится на ногах. - У вас есть какие-нибудь предположения, следователь? - Есть, черт возьми. Я бы на вашем месте, приготовился к бою. Если это действительно мой знакомый, то где-то поблизости бродит весьма опасный тип... Вы не обнаруживали в окрестности "Валгаллы" брошенного корабля или следов его пребывания? - Нет. Но это ничего не значит. Нашей посудины вы здесь тоже не найдете. Она поставлена на автомат и пасется в сторонке... Ребята, следователь говорит дело. Оружие - на боевой взвод и приготовимся прочесать отсек по нашей системе... Дверь, ведущая к лифту отворилась, и в ней возник коренастый изыскатель, поддерживающий сильно небритого Палладини. Одновременно с этим раздался сильнейший грохот и противоположная дверь ввалилась внутрь вместе с вывороченным с мясом кодовым замком. В проеме возник до боли знакомый Каю силуэт человека в скафандре высшей защиты. Нечеловеческим голосом заверещал Палладини. Короткий период времени, в течение которого не успел прерваться даже истошный вопль Микиса, запомнился Каю как сплошная мистика. Казалось, что раза три время останавливалось и возобновляло свой свой бег судорожными рывками. Прежде чем его пальцы проделали короткий, в три десятка сантиметров, путь до рукояти "Дятла", они были без лишнего напряжения перехвачена твердой рукой непрошенного гостя, и следуя плавному движению этой руки, Федеральный Следователь полетел лицом на пульт связи, успев лишь защитить это лицо локтем. Гость развернул в сторону Изыскателей раструб армейского бластера, но прежде, чем это, как казалось тогда Каю, балетно-плавное движение закончилось, сам он, отваливаясь от пульта, к которому "приложил" его нападавший, успел вдавить в корпус блока индивидуальной связи кнопку аварийного УКВ-сигнала, и после показашейся бесконечной паузы увидел, что терминал пульта связи отрепетировал сигнал на внешние антенны. Затем в наступившей тишине зазвучали произносимые с непривычным акцентом слова: - Я не рекомендую вам обращаться к оружию. Я пришел за тем, что вы называете статуей "Оглянувшейся"... Есть еще два вопроса, которые я должен решить с вами. С мертвецами мне решить их не удастся... Время снова стало просто временем. - А вы были правы - мы все-таки встретились, - взял на себя инициативу Кай. - Вы даже, похоже, опередили нас. Дорогу вам указал мистер Палладини? Не думаю, чтобы очень охотно... - Мой корабль на два класса лучше того, на котором добирались сюда вы, Следователь. И еще более превосходит каботажный бот на котором прибыли сюда эти люди с тем, что вы считаете изваянием... Теперь вы сможете вернуть его владельцу - я позаимствовал яхту еще на Денебе. Это боевой корабль со снятым вооружением и фотонным разгоном. К сожалению, мой спутник плохо перенес полет... Палладини со стоном доплелся до сидения и совершенно сокрушенно рухнул на него. - Послушайте, мистер, зачем вам "Оглянувшаяся"? - спросил Том. - А зачем она вам? Дело в том, что вы должны понять - я далеко не то, за что вы меня принимаете. Я - посланец народа Легеллы - так звучит название Пятой планеты, если адекватно перевести его в звуки вашего мира. Я так же как и то, что вы считаете изваяниями, произведениями, как вы говорите Чужого искусства - живое и разумное создание природы. Только вещество моего тела переведено в форму, подчиняющуюся законам этой Вселенной, а в теле неподвижных на ваш взгляд изваяний все процессы протекают примерно в пятьдесят тысяч раз медленнее. Я должен вернуть свою соплеменницу на родину. - Вы, очевидно, не знаете, что ваша цель полностью совпадает с нашей, - сухо сказал Том. - Так же как и того, что мы знаем и о том, что статуи Пятой Планеты - живые существа, живущие в другом временном континууме. Каким, однако, образом вам из этого континуума удалось перейти в наш? И как вы изволите называть себя? - Я - Страж. Так меня и должно называть, пока не кончится срок моей вахты в вашем мире. Я действительно слишком мало нахожусь здесь и располагаю лишь информацией, собранной нашими устройствами защиты. - Роботами? - Вы называете их еще Демонами... - Однако, вы довольно хорошо изучили язык... - Это заняло основную часть времени моего пребывания среди людей. К счастью, у нас заранее были выработаны методы, создана соответствующая аппаратура... Но, я все равно успел причинить много зла вашему народу. И много зла причинили наши устройства защиты... И это и есть еще одна цель моего контакта с вами - я должен установить, наконец, взаимопонимание с человечеством. Я уполномочен начать переговоры о принципах нашего сосуществования в этом мире... После того как будет восстановлено то, что еще можно восстановить на Легелле и последняя жертва нашего взаимного непонимания - та, что вы назвали "Оглянувшейся" - будет возвращена в свой мир. - Как вы могли заметить, в ваш мир уже возвращено многое. Это - наша работа. Это было делом нашей жизни с тех пор, как мы поняли... - Мне становится понятно кое-что из того, что казалось полным абсурдом... Дело в том, что мы первоначально положились на нашу автоматику. По расчетам, встреча с разумными существами в Новом Мире была крайне маловероятна. Преобладала теория о том, что возникновение разумной жизни в той Вселенной, которой предстояло родиться после гибели нашего мира, невозможно... Но все вышло не так... Когда наши защитные устройства столкнулись с людьми, поведение тех и других было неадекватным. Многие из вашего народа погибли на Легелле. И здесь, на этом... на "Валгалле". Это были не совсем обычные люди, я это понимаю теперь. У них были не такие цели, что у большинства из вас... - Да, это были люди Комплекса... - Люди Войны... Меня не было здесь тогда... Когда автоматика оценила ситуацию как недопустимую далее, я был переведен в состояние, в котором нахожусь теперь... Вы, должно быть, все-таки не представляете, какие это порождает проблемы. Каждая секунда моего пребывания среди вас требует огромного количества энергии. Нарушен баланс, который возник, когда Легелла проходила через Коллапс, и трудно сказать, сколько еще наши генераторы смогут выдерживать этот режим... Отсюда и последняя моя задача - пожалуй, невыполнимая... - Скажите, это что - не случайное стечение обстоятельств - то, что... Легелла прошла сквозь гибель Предыдущей Вселенной невредимой? - спросил Шрайдер. - Это была великая цель, поставленная перед собой нашим народом - Предвечными - с тех пор как мы оказались в Новом Мире, мы зовем себя так... Была создана гравитационная капсула, которая спасла частицу нашей цивилизации от Неизбежного... И огромная система обеспечения жизни и безопасности этой частицы в Новом Мире. К сожалению, в отличие от вашей Вселенной, где разум возник еще в фазе расширения Вселенной, в нашем мире цивилизация Легеллы возникла на последних этапах его эволюции... - Вернемся к вашей третьей задаче, коль скоро ваше время дорого, - изменил тему разговора Том. - Все очень трудно объяснить. При переносе объектов из одного континуума в другой, как я сказал, происходит нарушение баланса, симметрии между ними и поддержание этого неравновесия требует постоянного расхода энергии. Однако, от этих потерь можно избавиться или свести их к минимуму, если совершить симметричный перенос... - То есть, замедлить течение времени для какого-то объекта здесь. По всей видимости, для эквивалентной массы вещества, - предположил Шрайдер. - Дело не только в эквивалентности масс, но и - это самое главное - в эквивалентности структурной сложности, информации, связанной с этой массой. - То есть, требуется, чтобы в мир Легеллы отправился... - вставая, сказал Билл. - Чтобы в мир Легеллы отправился человек. Конечно, полной эквивалентности континуумов достигнуто не будет, но расчеты показывают, что наши траты энергии будут снижены на несколько порядков. К сожалению, вряд ли найдется такой человек, который согласится на тысячелетия уйти из своего мира и жить с чужим народом, по незнакомым для него законам, в мире, где все чуждо ему... - Господи, какие сантименты, - вдруг подал голос Палладини - Верно, когда вы Фонсеку кончали, вам никак не мешало то, что ему это было не по душе? - Человека по имени Фонсека уничтожил автономный автомат. За каждым увезенным с Легеллы объектом отправлялся такой. Многим из них удалось решить эту задачу, но след, который они оставляли... Цикл моего выхода в ваш мир еще не был закончен в тот момент, и я не мог остановить происходящего. Теперь автоматы деактивированы. Они, правда, успели распространиться по довольно большому региону, и проблему их возвращения придется решать... Тот кого вы называете Фонсекой как раз и вывез "Оглянувшуюся" с Легеллы. Если бы он адекватно реагировал на действия робота, все обернулось бы иначе... - Господи... Вы... вы сможете доказать свои слова? - ломкий, пронзительный голос Клэр заполнил помещение. - Действия автоматов регистрируются. Тот что вас интересует, находится на планете Фронтир, он замаскирован. Но любая информация о любом инциденте с участием автоматов будет предоставлена вашему народу... - Следователь, запомните это! - Клэр повернулась к Каю. - Да уж не премину... У меня будут и еще вопросы к... Стражу. Например вот о том, собирается ли он и далее действовать в нашем мире теми же методами, что и до этого момента? Громить банки, жилища, похищать граждан (кивок в сторону Микиса, которого сердобольный Георгиев отпаивал кофе), угонять космические суда... Зачем вам понадобились, например, деньги "Ферст эксчейндж"? - А что я смог бы предпринять в вашем мире без денег? Я действовал в условиях неполноты контакта, спасая человека моего народа. И я не пролил крови... Мне кажется, что, принимая во внимание то зло, которое было причинено и с вашей стороны нашему миру, мы могли бы в результате переговоров... - Взаимно зачесть обиды? Что-ж это разумная мысль... - Разумеется, мы скомпенсируем тот ущерб, который еще можно исправить... - И еще - каким образом вы поняли что "Оглянувшаяся" будет доставлена на "Валгаллу" и что координаты "Валгаллы" можно узнать от господина Палладини? Мне для этого потребовалось очень удачное стечение обстоятельств. А вы, не имея опыта в следственном деле... - Я же предупреждал, что хотите вы или нет, а все-таки вы поможете мне. До определенного момента я просто шел по вашим следам. Конечно, я не имею опыта жизни в обществе людей, но вы уже заметили, что я обладаю некоторыми... дополнительными возможностями по сравнению со средним человеком. Я имею ввиду не только способность развивать за короткое время большие усилия или двигаться намного быстрее, чем вы. Я могу воздействовать на сознание - изменять ваше восприятие пространства и времени, снимать контроль за информацией, заставлять забыть... И про вас, господа, я не забывал - вышел на ваш след, не без помощи наблюдений за Следователем. А про предстоящую доставку "Оглянувшейся" на "Валгаллу" я узнал уже от женщины, что входит в ваш круг - ее зовут Даниэль. - ("О Боже", - ахнула Клэр.) - Мне кажется, я чем-то вызвал у нее симпатию. Пришлось раскрыть ей многое... А потом я увидел, что вы, Следователь, явно придаете очень большое значение господину Палладини и вынужден был причинить ему определенные неудобства... - А теперь у меня будет пара вопросов к вам господа. И к тебе, Майк, - теперь уже не выпускал инициативу из своих рук Кай. - Скажите, если я не ошибаюсь, ваша встреча на "Ригеле" не была ни первой, ни случайной? - Я... - начал Палладини. - Да, я слышал вашу версию. Пожалуй, в ней есть свое зерно истины. Но не вся истина. - Если вас интересует, не пытались ли мы выкупить "Оглянувшуюся", - да пытались. Мы старые знакомые - еще со времен работы на Фонсеку. И хорошо знали, что работу с этим грузом поручат Микису - его не надуешь. Но не сошлись в цене. Да и трусил он очень. - А потом, в шаттле - рука не поднялась на старого знакомого? Ведь если бы не идиотская история с его задержанием, он бы вас заложил как миленьких... - Вы его переоцениваете, - неприятно морщась сказал Фред. - Он ведь просил нас об убежище. Ведь даже если он Мако или дону все как на духу выложит, его все равно под электропилу пустят за такой прокол... Жалко человека было. Но, с другой стороны - мы, ведь не Армия Спасения... Он и сам нашел дыру куда забиться - вижу жив пока. - Кстати о доне, - Кай повернулся к Микису, - часики-то ваши спокойно ждут вас в полиции Мелетты. Забавная с вами вышла история, да о ней - потом. На Мелетту вам заворачивать не след. Где-то на полпути я вас постараюсь сдать Управлению. Как свидетеля, под охрану. Дальнейшее зависит от вашего адвоката. - Вы закончили об уголовщине? - после короткой паузы хрипло спросил Билл. - В общем-то да, - не слишком уверенно ответил Кай. - Тогда я хотел бы вернуться к вашей проблеме, Страж... Человек, которого ты ищешь, есть. Он здесь, перед тобой... - Вы понимаете, что вы говорите? - Да. Я давно хочу этого и только этого - быть в одном мире с ней, - Билл осторожно отворил дверцы. - Мы знакомы давно. Два года я приходил к этой тропе в скалах, по которой шла она... - Вы тот человек, что так долго был на Легелле. Система защиты регистрировала это... Это вы заставили ее обернуться... Тогда... - Он сумасшедший, - тихо сказала Клэр. - Хотя... - Это - его выбор, - отворачиваясь к стендам произнес Том. В этот раз пауза была долгой. - Надеюсь ваши слова серьезны... В таком случае, я должен войти в контакт с полем сознания Предвечных... Это означает, что не менее, чем на двое суток по вашему времени, мне предстоит... остановиться, вернуться к нормальному времени моего мира. Как бы я не доверял вам, господа, наши правила запрещают Стражу оставаться беззащитным среди людей иного народа. Я вынужден покинуть вас. Не стоит предпринимать поиски - "Валгалла" велика, а я умею хорошо маскироваться. Не стоит и пытаться нарушить наш договор. Вы уже убедились, что я способен на кое-что не совсем обычное. Мир Легеллы достаточно силен... Не покидайте "Валгаллу". Я сам найду вас. С этими словами закованная в металлокерамику фигура стремительно вышла в выломанную дверь. Откуда-то из глубины коридоров донесся грохот и крик "Эгей, Санди, где вы там?". Поправляя оружие и переглядываясь Изыскатели приподнялись с сидений. Кай чертыхнулся про себя. Меньше всего он хотел бы видеть сейчас Советника Президента по национальной безопасности. И как он только так быстро вычислил их местонахождение... Ну ладно, сам врубил аварийный вызов, сам и должен выпутаться... Он решительно запер шкаф. И вовремя. Крук уже был в дверях. - Однако вы не предупредили нас, что ваш пилот довольно в высоких чинах, - зло сказал Том. - У вас тут призраки расхаживают по переходам... Один чуть не сшиб меня только что. Весело живете господа... Собственно, в чем дело? - Советник сверлил каждого по-очереди оловянным взглядом. - Надеюсь, не помешал вам, господа?.. - Я пригласил вас сюда, мистер Крук, чтобы официально уведомить о том, что господа, находящиеся перед вами... - Кай прервался и перехватил взгляд Советника, застывший на Микисе. Тот тоже смотрел на высокого гостя как на привидение. - ...Господа, находящиеся перед вами, - повторил он, - совершенно добровольно ставят вас в известность о местонахождении похищенного с лайнера "Ригель" груза. Вот сопроводительные документы. Как можете убедиться, они в полном порядке... - Вы в своем уме, следователь? - вперив взгляд в голограмму. - Это же какая-то второсортная порнография!.. - По-моему, вы обращались ко мне как к сотруднику органов дознания, а не как к эксперту в области изобразительных искусств. Все, что я могу констатировать... Нарастающая вибрация, начавшая пронизывать орбитер с какого-то не уловленного ими момента заставила всех замолчать и повернуться к дисплеям. - Вы что, вызвали десант? - спросил Том. - Крук? - только и сказал вопросительно Кай. - Это не десант, господа. Обратите внимание на контур корабля, - глухим голосом сказал тот, простирая руку к экрану. Думаю, что это переоборудованный рейнджер. Значит, люди дона. - Отступаем на пятый склад. Там оружие и стройматериалы для базы на Пятой, - скомандовал Том. Можно забаррикадироваться. Рубку перекрываем наглухо. Здесь как в сейфе, надежнее... - Я останусь с ней, - сказал Билл. - Не глупи. Там будет стрельба, а здесь она вне опасности. Кай отметил, что нет худа без добра - стремительно юркнувший за всеми в проход Советник не слышал этого разговора. Пока Том тащил по проходам еще упиравшегося Билла, Палладини ухватил Кая за отвороты пиджака и яростно зашептал, давясь слюной: - Если вы думаете, что я не смогу спасти вам жизнь, так нет, смогу! (В этот момент их чуть не раздавили сомкнувшиеся броневые плиты, перекрывшие вход в рубку. Слава Богу они уже были снаружи). - Вы сошли с ума, Микис! Быстро в убежище! - Я уже не могу сказать вам там... Только сейчас! Слушайте сюда... Это походило на игру в прятки, в самом начале. Только играли в нее взрослые дяди в тяжело бухающих по металлу кованных ботинках. Временами перед носом у кого-то из бандитов с гулким лязгом смыкались бронированные ворота и тот начинал плутать по стальному лабиринту, тихо перекликаясь по рации со своими. Наконец, после многократного "здесь они, здесь!", нападавшие разместились во всех выходах в коридор, по периметру окружавший склад. Кай с досадой смотрел как вяло гаснут на стенах красноватые пятна от ударов бластерами с той стороны. "Пожалуй, они попросту поджарят нас здесь..." - подумал он. Выстрелы прекратились и загремел внутренний интерком. - Слушайте! С вами говорит дон Себастьян ди Носименто! Лично! Даю слово Носименто, что всякий, кто раньше, чем я досчитаю до ста, выйдет в проход с поднятыми руками и без оружия, останется жив. Вы знаете, зачем мы пришли. Отдайте товар и проваливайте ко всем чертям! Начинаю считать! Раз... - Дайте мне микрофон, - повернулся Кай к Тому. - Спасибо. Слушайте, дон, вы не боитесь попортить товар? - А он с вами? - С нами, - уверенно соврал Кай. - Но у нас есть здесь кое-что и получше. - Это что же? - Это голова того парня, что дал вам наводку. Пока она у него еще на плечах. Право, есть о чем поговорить... - Покажите!.. - Разумеется. Только без фокусов! - он передал микрофон удивленно взирающему на него Тому и подкинул в руке "Дятел". Потом повернулся к стоящему справа. - Отдайте оружие и пойдемте, Шакал. Советник Президента ограничился брошенным на Палладини взглядом, полным крысиной злобы. Потом аккуратно вручил Каю свою "Беретту", пригладил жиденький хохолок и двинулся к П-образному тамбуру главного выхода, подгоняемый стволом, который упер ему в спину Федеральный Следователь. Не говоря худого слова, подхватил разрядник и последовал за ними Фред Робинсон. - Эй, мы на главном выходе! Повторяю - без фокусов! - Фокусов не будет, сынок, заверил его дон. - Ну же, пусть Шакал покажется... Кай завел ствол под подбородок Советника и повелительно кивнул. Тот еще раз пригладил волосы и застегнул все пуговицы пиджака. Так он и умер - застегнутым на все пуговицы. Едва Крук шагнул во внешний проем тамбура, очередь ручного пулемета прошила его. Шакала отбросило к стенке, поле чего он, словно продырявленный манекен рухнул лицом вперед, на мгновение образовав прикрытие, из-за которого Фред успел дать два разряда, ориентируясь на вспышки выстрелов. И еще - на звук на редкость не вовремя зазвучавшей "Паломы". Затем космонавт рванулся назад, отбросив спиной внутрь помещения замешкавшегося Следователя. Заслонки тамбура сомкнулись, приняв на себя бешеный град пуль. Несколько мгновений динамики интеркома извергали непонятный треск, а затем истерический голос завизжал на всю "Валгаллу": - Святая Мадонна! Они угрохали дона!!! Вперед ребята! Искрошим придурков!!! Первая атака осиротевших бандитов захлебнулась, не оставив, впрочем надежды на то, что порядком пострадавшие двери четырех тамбуров выдержат вторую попытку прорыва. - Надо-же, своего не пожалели, - с досадой бросил в наступившую тишину Фред. Видно господин Советник не слишком высоко котировался среди прочего дерьма... - Кстати, о дерьме, - Том отплевывался от застрявшей зубах, начисто сжеванной сигареты, - хватайте мешки с цементом и будем по-новой баррикадировать тамбуры. Еще продержимся. И где этот ваш Палладини? Кай бросил взгляд на залитое тусклым светом аварийного освещения складское помещение. Странствующего предпринимателя не было видно. Господи, как не помешал бы сейчас Страж... - Что за звук? - спросил уже примерившийся подхватить мешок Шрайдер. - Кажется, режут стену плазменным резаком... - Нет, это у вас, - сказал Фред, обращаясь к Следователю. Снова загремели выстрелы. Кай вытащил из внутреннего кармана давешний псевдорегистратор. Зуммер в нем надрывался и сигнальный индикатор сиял раскаленным угольком. - Ко мне! - заорал Кай. - Ко мне! Сейчас ударят индуктором! Три двери вылетели сразу, и под прикрытием пальбы из коридоров, бандиты стали разбегаться вдоль стен, прикрываясь оружием. И тут все кончилось. Даже кучке защищающихся, скорчившимся в призрачно-голубом облачке защитного поля пришлось несладко - тяжелая волна депрессии захлестнула душу, почти погасила сознание, сделала жизнь невыносимой пыткой. И отступила. А по "Валгалле" словно заголосил взбесившийся зверинец. И смолк. Люди дона Себастьяна вповалку разбросанные вокруг не проявляли особых признаков жизни. Только один бородач в углу упорно пытался сунуть себе в рот дуло револьвера, но как-то не преуспел даже в этом занятии. В склад начали вбегать бойцы оперативного отряда управления. Особо не разбираясь, они уложили всех, еще стоявших на ногах, лицом вниз и деловито обыскали. Музыкой в ушах Кая прозвучал голос шефа. - Вот этих господ отведите в общий отсек, как свидетелей. Остальных - живо в камеры. Отпустите господина Федерального Следователя... Отряхивая с одежды пыль и мусор, Кай отметил про себя, что бронежилет придал его руководителю окончательное сходство со стратостатом. - Как понять столь своевременное появление, шеф? - осведомился он. - Как успех агентурной работы, - шеф был явно в ударе. - И как ваш личный успех. Мы отслеживали все ваши перемещения, Кай. Так что для нас вы были путеводной, х-хе, звездой... "Не только для вас", - вспомнив о Страже, подумал Кай. Еще не вполне пришедших в себя мафиози проворно вывели через оперативно разблокированную дверь. И только тогда из-под нагромождения контейнеров, двигаясь довольно ракообразным способом, появился Палладини. Поднявшись на ноги, он оказался лицом к лицу с шефом. Секунды три оба молчали. - Ого! У вас, оказывается, и "человек-кашалот" в штате имеется?! - с непосредственностью человека, только что избежавшего верной смерти, поразился Микис. - Сейчас я покажу тебе кашалота! - старина Барни навис над вольным предпринимателем, протянув вперед растопыренную пятерню. - Оружие! Быстро! И рукоятью вперед! - Это, я так думаю, что только у вас, извиняюсь, в полиции таких вот идиотов содержат за счет налогоплательщиков, господин следователь, - возмущенно повернулся Палладини к Каю, - которые не могут понять, за кого кто тут есть! Подтвердите вашим дурням, что если я тут есть, так это потому, что вы меня сюда притащили сами с собой... - Должен представить вас, Микис, шефу Следственного Управления Сектора, господину Барни Литлвуду, - вполне официальным тоном сказал Кай. - Это, я скажу вам, очень кстати! - оживленно воскликнул Микис. - Тут я как раз имею одну бумагу, которую хотел отнести именно для вас. Он извлек то ли из внутреннего кармана, то ли вообще из-под подкладки своего изрядно измазанного цементной пылью, но по-прежнему экстравагантного пиджака помятый листок со своей повинной и вложил его во все еще протянутую руку шефа. - Вы ведь не думаете, что у меня есть оружие? Если да, так нет! Я терпеть не могу все эти огнестрельные предметы! И даже ножа, чтобы резать яблоки, не имею на себе!.. - Пусть он помолчит хоть секунду! - рявкнул шеф, вертя перед глазами неожиданно всученный ему документ. - В самом деле, не надо так много говорить сейчас, - сухо сказал Кай. - Не забудьте только главного, - он повернулся к шефу. - Господин Палладини хотел бы передать в руки представителей закона находящийся в розыске предмет - я имею ввиду серебряное яйцо работы Фаберже. Одновременно он просит обеспечить его безопасность. Последовала немая сцена. - Черт возьми! Где оно?!! - заорал шеф. - Во внутрижелудочном контейнере, я думаю. Потребуются, естественно, услуги медиков, - Федеральный Следователь старался не смотреть на своего бывшего попутчика... - но при современной технике... Ведь вам все равно это предстояло, Микис - еще на борту "Ригеля" - помните, вы собирались прилечь в корабельный госпиталь. Сразу после доставки груза с Мелетты... Судовой медик был в деле? Ведь рассчитаться вы должны были где-то на следующее утро?.. - Через пару дней и швов не останется, - бодро утешил клиента Барни. - Если мне скажут, что в полиции нет догадливых людей, так я этому больше не буду верить, - сказал, опускаясь на ящики, мистер Палладини. Вид у него был потерянный. - Мы постараемся подвести ваш случай, Майк, под положение о вознаграждении. Если исходить из суммы страховки, это поправит твои дела. Надолго, - наконец смог выдавить из себя Кай. - Не мучайтесь, следователь, - начиная приходить в себя отозвался Палладини. - Вы, в общем-то, честно играли. И вообще, если взять полную цену, так это - не мой репертуар, нет... Я бы дело не вытянул... - Ребята, - шеф обратился к последним трем бойцам, оставшимся на месте великого сражения, - немедленно доставьте мистера... одним словом, вот его на борт и не отходите ни на шаг! Разместите в моем личном боксе. Он подождал, пока ставшего невероятно кротким Микиса выведут, и повернулся к Каю. - Это... это невероятно! За каким чертом вы так законспирировались? Неужели все знали заранее? - Ничего я не знал... - возразил было Кай, но шефа уже несло по волнам красноречия. Принимая во внимание, что не так уж часто приходилось сотрудникам Управления выслушивать похвалу из уст Бегемота Барни, никто из оставшихся в помещении (а остались лишь Кай и Ясиновски) не спешил его прерывать. Впрочем, слушал Федеральный Следователь дифирамбы шефа довольно скептически. Дров было наломано достаточно. По древней неписанной традиции Управления, подставивший лоб под пули, считался, в девяти случаях из десяти, бракоделом. Дела делают не так. Скучные люди без шума и треска уводили других скучных людей в наручниках или просто уносили в архивы дискеты с показаниями. Часто дискеты сочились кровью. Но никогда - в прямом смысле этого слова. Так должны были кончаться хорошо сработанные дела - скучно и никак иначе. С этой точки зрения дело Фаберже было сработано из рук вон плохо. Лишь уникальность объекта и политический резонанс операции возносили шефа и всю группу выше практической досягаемости критики. Мало того, принимая во внимание предстоящую компанию в прессе, драматические эффекты были даже желательны. Удивительно, что идя на дело, еще и репортеров с собой не прихватили... - Мы оформим ваш вызов из отпуска задним числом - как меру конспирации, - закончил шеф. - И суточные, разумеется, оформим по высшему разряду... - Только до сегодняшнего дня, не далее, - заметил Кай. - Люк меня заждался. Люк и его форель... - Но главное не в этом! Готовьтесь перебираться в новый кабинет, мой друг. Вы это заслужили... Спохватившись, шеф повернулся к рыжим бакенбардам пана Юрека. - Я никоим образом не умаляю того вклада в общий успех, которым мы обязаны вам инспектор... впрочем, я думаю, правильнее сказать будет уже - Следователь. В нашей обойме, кажется, будет небольшая передвижка. Снизу вверх, снизу вверх, мальчики, - добавил он, похлопывая по плечу Ясиновски. - И раз уж мы знаем теперь вашу слабость, пан, обещаю, что первое же дело по антиквариату, которое пойдет через нашу контору... - Пся крев! - слабым голосом сказал Юрек в пространство. - Это Санди сосватал меня вам с этим делом? Мой опекун, царствие ему небесное - двоюродный дядюшка, из жмотов жмот - был антикваром, надо вам сказать. Так что вся молодость у меня замешана на возне со всяким древним хламом и на разговорах о нем. Из-за проклятого скупердяя я вместо Академии искусств пошел по юридической линии. Условия завещания... Так что я знаю о проклятом старье все, что стоит знать, и ненавижу его, как никто в Галактике. Это, между прочим, знает все Управление. Кроме вас, шеф. С этими словами новоиспеченный Следователь оставил шефа тет-а-тет с Каем. - Кстати, еще одно лицо в этом деле заслуживает поощрения, - снимая некоторую неловкость ситуации, сказал Кай. - Или хотя бы отдыха. Тот, кто рискует больше всех нас, вместе взятых - ваш источник; Старый Крот Рамирес, если не ошибаюсь. Конечно, его нельзя провести через официальные документы, но есть ведь способы... - Насчет догадливости вашей, этот, как его... подопечный ваш, одним словом, правильно заметил, - шеф отдуваясь, пробовал на прочность различные предметы, которые могли бы послужить ему сиденьем, и отвергал их один за другим. - Но не считайте нас столь неблагодарными - Крот считает свою фамильную месть еще... далекой, скажем так, от завершения, и всякое материальное вознаграждение отвергает в принципе... Думаю, потому еще и не погорел. И об отдыхе тоже не помышляет. Перед ним сейчас открылась соблазнительная перспектива продвижения - из садовников прямо во дворецкие... - Ну хотя бы его приемному внуку можно организовать стипендию в приличном колледже? Такие вещи легко провести вполне анонимно... - Об этом стоит подумать... - Кстати, о повышениях, - помолчав сказал Кай. - Вы переоцениваете мои заслуги. Я никоим образом не причастен к собственно возвращению... изделия Фаберже. Это, шеф, типичная явка с повинной... Идиллические сумерки сгущались над громадой фамильного парка Великого Кирилоффа. Уже начинал ощущаться в воздухе аромат диковинных ночных цветов. Не слишком твердой походкой хозяин имения спустился к выточенной из ослепительно белого камня беседке и нетерпеливым "А теперь пшел вон!!!" отослал техника, располагавшего на агатовом столике дисплей и пульт сенсорного управления. Десяток пришедших по суперсвязи сообщений уже полностью очертили перед Большим Киром размеры и бедственный характер последних достижений объединенных сил галактического криминалитета на мелеттском "участке работы", как еще со времен членства в Политбюро называли такие вещи в их древнем роду. Оставалось лишь бросить общий взгляд на поле боя. Экран разверзся объемным окном в мир галактических новостей. Пошарив по меню текущих информационных программ, Большой Кир остановился на программе "Независимого TV Мелетты". Потом огляделся и, заметив застывшую невдалеке фигуру Рамиреса, оснащенного передвижным столиком с батареей наиблагороднейших жидкостей, жестом подозвал нового дворецкого. - Как сообщает успешно конкурирующая даже с нашим каналом компания "Мираж", - вещал спортивного вида комментатор, - в результате стихийных демонстраций телезрителей, вызванных заявлением авторов сериала "Полицейский участок 1313" о предстоящей смене ряда исполнителей ролей и технических сотрудников, участвующих в создании этого популярного в народе фильма, достигнуто согласие между прокуратурой столицы и дирекцией "Миража", в соответствии с которым прокуратура отказывается от возбуждения уголовных дел против обвиняемых в шантаже и мошенничестве сотрудников "Миража", а последний выплачивает пожелавшим остаться анонимными пострадавшим компенсации, размер которых... - Идиотизм, - изрек хозяин планеты и поместья, наполняя серебряную чарку. - Какое-то неконтролируемое жулье на студии, четверть расходов которой оплачивает мой клан... - Подумав, он отодвинул в сторону чарку и, презрев нормы застольной эстетики, наполнил водкой фужер для шампанского. - Сгущается мрак вокруг расследования аферы "Крук-Носименто". Как утверждают хорошо информированные источники, вскрытие сейфов покойного Советника Президента повлекло за собой подводное извержение вулкана в высших эшелонах власти. Сегодня утром Верховный Комиссар Сектора отказался комментировать... - Скотина Боб! - выдохнув воздух после проглоченной дозы "Смирновской", - произнес Кир. - Даже подохнуть не смог так, чтобы не угробить все дело. - И закусил вовремя поданным корнишоном. - На фронте борьбы с преступностью есть, однако, и свои победы, - уверенно продолжал диктор. - На этих кадрах вы видите момент церемонии передачи полковником Леонардо Лукасом и господином Барни Литлвудом, главой криминального отдела Федерального Следственного Управления, произведения известного скульптора Хулио Карабаса, похищенного во время памятного вооруженного инцидента на "Ригеле" ее законному владельцу - почетному гражданину Трех Столиц Мако Тарквини. Совместные усилия Федерального Управления и полиции Мелетты привели к тому, что прискорбный эпизод можно считать полностью исчерпанным. К сожалению, апофеоз этого скромного торжества был омрачен неожиданным заболеванием счастливого обладателя представленного на экране изваяния. Медики относят левосторонний паралич, сразивший господина Тарквини в момент передачи ему статуи за счет инсульта, вызванного этим приятным потрясением. Больной доставлен в лучший... - на экране тем временем предстало само прославленное изваяние и, несколько неуместно счастливо улыбающийся, его творец, вкупе с санитарами, бодро уносящими с места действия носилки с перекошенным Мако. Если бы не заранее присланные Кавабатой и Саттоном сообщения - поспешные доносы на дона Себастьяна и друг на друга, жертвой потрясения стал бы не только Макарони. По крайней мере, повторное наполнение фужера крепчайшим пойлом сопровождалось виртуозно-непарламентскими высказываниями. Сам же бокал, опустев, полетел в экран. В отличие от уникального хрусталя, последний был небьющимся, что позволило заступившей на место подтянутого диктора щеголеватой мулатке успешно довершить обзор криминальных новостей Мелетты. Вспышку межклановой вендетты, охватившую все восемь крупнейших городов юридически автономной планеты, специалисты, по ее словам, считали, несмотря на ее ожесточенность, все-таки преходящим явлением, неспособным сколь-либо существенно повлиять на победное движение мелеттского общества к торжеству демократии и общечеловеческих ценностей, хотя принимая во внимание еще и положение дел с аферой Крука, песенка нынешнего режима, видимо, все-таки спета. - Несмотря на обилие жертв, среди которых имеются как крупные криминальные авторитеты, так и лица, известные в политике и бизнесе, - бодро продолжала ведущая, - прокуратурой не получено еще ни одного иска от пострадавших, что свидетельствует о том, что законопослушная часть населения все-таки не втянута в уголовные разборки. Общество Защиты Животных, однако, в своем еженедельном послании к Президенту заявило... - Выключите это блудословие, Рамирес, - не очень твердым языком распорядился Большой Кир. - Бестолковые суки, кажется еще и п-правительство свое по неосторожности спихнули на хрен... К-кто, я спрашиваю, кто возьмется у них, в бардаке этом п-править? Он поднялся и пододвинул к себе новый фужер, но, поразмыслив, вылил половину его содержимого на Тертарианские флоксы, украшавшие беседку. Инопланетная флора, однако, выдерживала и не такое. Оставшуюся порцию "Смирновской" Кирилофф, однако выкушал, и совершив это, извлек из жилетного кармана записку. Некоторое время он изучал ее, и без того хорошо известное ему, содержание. "Папа, - гласило это, изящным, но слишком, пожалуй, твердым почерком написанное послание, - просто удивительно, что именно в лице Тино я встретила единственную живую душу, которой столь же отвратительна вся та угрюмая шушера, что окружает тебя и всех нас. Мы поняли друг друга (хотя Тино все-таки не силен в вопросах истории искусств) и решили продолжить свой жизненный путь вместе и вдали от всех вас. Я, разумеется, не указываю, куда и как мы отправляемся, но предупреждаю, что пристрелю каждого, в ком заподозрю посланного тобой преследователя, несмотря на все отвращение Тино к насилию". - Все-таки чувствуются гены нашего клана, - с гордостью пробормотал Большой Кир. - Ведь и вправду пристрелит, зараза. Несмотря на все его отвращение... "Что касается средств к существованию на первое время, то я напоминаю тебе, что ты всегда говорил, что коллекцию нэцкэ, которая украшает восточный кабинет твоего домика на озере, я могу считать своей (тебя так умиляло, когда я играла с ними в детстве). Прощай, папа и, как говорили наши предки, не поминай лихом свою непослушную дочь Алену." - Насчет нэцкэ - тоже чувст-твуется п-прирожденный вкус и х-хватка... - констатировал Кирилофф. - Наследственная... С-скажи, Рамирес, старый мой крот, что происходит с ч-человечеством? Ну что? Проститутки с телевидения осмеливаются воровать самостоятельно, полиция надувает м-ма... м-мафию... А капо ди тутти капи, вместо того, чтобы положить к-конец этому беззаконию, начинают сводить столетней давности счеты... И д-даже дети перестали уважать своих родителей... С-скажи, Рамирес, - он демократично оперся о плечо дворецкого, - т-ты меня уважаешь? После чего, в полном отключении рухнул в кресло. Этим он избавил собеседника от необходимости кривить душой. ЭПИЛОГ Тусклой звездой стояло над сумеречным горизонтом Легеллы "Солнце Воров". Еле заметное движение воздуха, заменявшее здесь ветер, едва шевелило древние пески. Дикими, словно из сюрреалистического сна пришедшими пирамидами, высились вдалеке жилища Предвечных. Тихо - крупинка за крупинкой заносил песок котлован, вырытый в считанные мгновения потоками раскаленного газа из сопел дюз десантного катера, доставившего на Легеллу двух единственных пассажиров. Они хорошо были видны на экранах мониторов, эти двое. Вялые потоки "живого песка" то заносили их по колени, то отступались, оставляя их одних на багровой тверди железняка, составлявшего основную массу континентальных плит планеты. После короткого - в доли мгновения - для нее - морока, она снова вернулась туда, где и должна была быть - на тропинке, спускающейся в тусклую долину. Что-то привлекло ее внимание - шум шагов невдалеке, может, оклик... Сейчас она окончит этот на земные годы растянувшийся поворот головы и увидит его - незнакомца, спешащего к ней от затягиваемого песками кратера... - Не слишком ли далеко вы разместили их друг от друга? - поинтересовался Кай. - Думаю она может испугаться, если увидит незнакомца сразу рядом с собой, - ответил Том. - Это было бы... не в духе всей этой истории... - Просто хотелось бы дожить хотя бы до начала их знакомства, - меланхолично сказал Следователь. Хотя, все равно все главное у них состоится только через тысячелетия. - Любовь... или не будет любви... Всяко бывает... Странную шутку мы затеяли. Если она пойдет ему навстречу, они встретятся чуть пораньше. Примерно на сотню лет. Борис ИВАНОВ Юрий ЩЕРБАТЫХ ОБИТЕЛЬ МОНСТРОВ Ничто, входящее в человека извне, не может осквернить его; но что исходит из него, то может осквернить человека. Евангелие от Марка (гл. 7, 15) 1. НОЧЬ ЯСНОГО МРАКА - Возьмите же себя в руки! - резким, хрипловатым голосом каркнул седой Ханнес, вставая со своего места, чем все-таки заставил оборваться стоявший в кабинете гвалт. Старейшина обращался, вроде, ко всем присутствующим. Ларри, однако, достаточно ясно ощутил, что старейшина обращается, прежде всего, к нему - Помощнику Большого Шерифа, и что негоже вот этак стоять спиной ко всей честной компании и ни слова не выложить в ответ на все, что здесь наговорили в его и Шерифа адрес. Просто стоять и смотреть в окно. - Возьмите себя, наконец, в руки! - продолжал каркать Ханнес. - Если мы будем дожидаться, пока Роб соблаговолит выйти из запоя, а скорей - вообще, с того света, работа станет на всей сотне Заимок и уже следующий транспорт грузить будет нечем. А за красивые глаза нам от Федерации платы не положено: просто корабль без захода к нам просвистит дальше - к Сириусу, вместе с медикаментами и продовольствием. И мы сосем палец до следующего полугодия. А дисциплина в Общине и так оставляет, как говорится, желать... А тогда, да еще без Роба - бунт! Бунт безо всяких там!.. Я не понимаю, ребята, слушает меня хоть кто-нибудь?!. Ларри, однако, продолжал смотреть, сложив руки за спиной, как за редкой стеной заброшенных башен-многоэтажек, за пустырями Восточной Окраины, из Гнилых Урочищ едкими языками встает Рыжий Туман. "Рыжий Туман к ночи - это неплохо, - подумал он. - Простоит до темноты и сойдет. А между Рыжим Туманом и Фиолетовым будет не меньше четырех часов зазора. Всегда так. И луны еще не взойдут. Ясный Мрак. Так что низами, по свету гнилушек можно будет выйти на Заброшенную Слободу, а сверху или издали никто не засечет - Мрак он и есть Мрак. Лишь бы поменьше народу ошивалось Гиблыми Пустошами этой ночью. Не он один, Ларри Корнуэлл, такой умный будет, ох, не он один..." Он повернулся к затянутому табачным дымом кабинету, но продолжал слушать молча, разглядывая носки своих тяжелых старательских ботинок. - Еще раз говорю, - продолжал Ханнес, сверля каждого из собравшихся по-очереди своими выцветшими, глубоко посаженными глазками, - если Шериф намудрил и кому-из вас какие-то дела здесь секретно поручил, в свое, так сказать отсутствие, так, добром говорю пока - хоть здесь, среди своих - намекните, потому что иначе вообще вконец гиблое дело получиться может от всеобщей растерянности... - А с чего это вы думаете, что парень сыграл в ящик и ожидать его приходится только с того света? - вмешался в его скрипучий монолог, несколько спутав старейшине карты, серый после проведенных без сна суток Шреттер. - А с того, господин инженер, что, во-первых это просто немыслимо, чтобы такой человек, как Роб Арчер, вот так, без того, чтобы хоть кому-то оставить хоть какую-то команду, на трое суток сгинул без следа. Тут вариант один - бароны его стукнули втихую. И, скажу вам, верно выбрали момент. Мы тут все словно овцы без пастуха будем топтаться, а то, глядишь, и передеремся вот-вот, а господа аристократы, к вашему сведению, уже что-то затеяли: вот Сопи из Леса доносит - их сиятельство господин Наместник вздумали, на осень глядя, погостить в Замке со всею своей свитой. Вчера вечером нагрянуть изволили. Не уведомив Общину. Это как? Этакое Роб потерпел бы, будь он жив? Значит господа бароны уверены, что с ним им дела иметь уже не придется... Это, что называется, во-вторых... И Ханнес со значением опустился на скрипнувший под ним стул. - Исключительная наглость! - поднялся со своего места на этот раз коротышка Флери. - Лесной Замок есть владение Общины. Согласно Третьей Хартии. Другое дело, что... - Если сейчас проглотим это, то и действительно, графья заберут себе в голову, что у нас тут полный бардак пошел... - глухо заметил кэп Инокофф. - Только, вот, Роба Арчера вот так просто, без хрена не сожрешь... Думаю - жив. - А я вот наведаюсь к их сиятельству, - совершенно неожиданно для всех ровным голосом сказал Ларри. - Поутру. Чтобы не слишком долго спать изволили. - И их сиятельства конюх пошлет тебя, Помощник Шерифа, к разэтакой богу-матери, - крякнул Инокофф. - И если у тебя не хватит духу тут настоять, считай, всеми нашими Хартиями вытерли зад их сиятельства гнедой кобыле... - А если этого духу Ларри хватит, - резонно заметил Шреттер, - может сложиться так, что придется срочно идти на подмогу и дружиной ломать ворота в Лесном Замке. Напасть на Наместника, то-есть. А это уже - война. Четвертая. Мы к ней готовы? Еще раз прикинув в уме, что испытание ему (а главное - его авторитету) этой ночью предстоит нешуточное, Ларри Корнуэлл - правая рука сгинувшего куда неведомо Шерифа Арчера - коротко подытожил начало вечернего заседания общинных Авторитетов. - Одним словом, Роба продолжаем искать. К этому делу подключаем Кона - пусть к утру со своими молодцами прочешет Глухие Заимки. У Роба были там подпольные ночевки и всякое такое... Еще в самом начале - во Вторую Войну. Лесные ребята и ваши, инженер, люди пусть отоспятся и двинут прочесывать Отроги. Ночью туда входить не стоит - не только Роба не найдут, но и своих растеряют... - Легко сказать, Ларри, - проворчал старина Кон, - легко сказать... Возьмите да прочешите заимки и отроги. С парой вертушек и четверкой глайдеров. - Пусть стараются как могут. В военное время и не из таких ситуаций... - Да раз уж речь зашла о Робе, никому лишний раз объяснять ничего не нужно... - Ну вот и принимай к исполнению, старина... Теперь второе. Остановка работ на Северном Заимке. С исчезновением Роба связи тут не вижу. У них там чудища какие-то в Заповедном Лабиринте объявились. Старики это зовут Каменным Монстром. Я, во всяком случае, думаю, что речь идет именно об этой штуке. Который уж раз. Но на этот - паника нешуточная. Вы, ребята, мне, конечно, скажете, что с Робом это все-таки связано. В том смысле, что он в такой ситуации двинул бы сам на место действия, потолковал бы с ребятами и через час все вплоть до самого последнего труса с песней полезли бы вперед, в забой. Ну что-ж, Роб такое может. Я - нет. И никто здесь такого не мог и не сможет, хотя и сопливыми мальчиками я никого здесь не числю. Значит будем делать, что можем. А обнаружить опасность и ее хотя бы локализовать и обозначить мы можем. А там восстановим фронт работ, хотя бы неполный, и к сроку Сырье дадим. В этом я уверен. Я тут поручил доку Паркеру взять в оборот того парня, что спасатели вытянули из Лабиринта. Поляка этого молоденького - Кемпински. Док с ним работает вторые сутки, а мне перекинул на терминал видеозапись допроса. - Беседы с пациентом, - меланхолично поправил Кон. - Беседы. Вот давайте и глянем ее. Неполная дюжина общинных Авторитетов оживленно задвигала стульями, поворачиваясь к отменно неудобно расположенному демонстрационному дисплею, и кто-то даже попытался взмахами руки рассеять табачный дым, чтобы не мешал смотреть. Рыжий Доббин поколдовал над клавиатурой, и перед собравшимися предстал сравнительно хорошо оснащенный всяческой научной утварью интерьер кабинета дока Паркера. По нему двое санитаров волокли к хитроумному креслу иссиня-бледного плечистого парня, на которого уже успели напялить больничный комплект. Тело Кемпински периодически сотрясала нервная дрожь, и попав наконец в кресло, он норовил съежиться в нем, скорчившись на манер плода в утробе матери. Санитары без излишней деликатности фиксировали в держателях его руки и ноги и крепили на висках датчики. Пострадавший время от времени пытался говорить нечто совсем бессвязное. - Ну и перетрусил же бедняга, - заметил Купчина Алекс, глядя на экран и отгрызая кончик очередной сигары-самокрутки. Говорят даже тесак потерял - старатель называется... Не обделался, случаем? Ларри тоже мог бы бросить пару насмешливых слов в адрес посеревшего, страхом превращенного в слизняка парнишки с Заимки, только вот он помнил и себя самого таким - когда его, тогда совсем еще мальчишку, вытащили из Пыльных Расселин, где на зажатой между раскаленными полуденным зноем отвесными рыжими стенами скал тропинке он попал прямо под трассы турнирных заходов - лоб в лоб - "Фантома-2000" бешеного Геца фон Шталленштрасса и "Русской Кобры" Князя Желтых Рек Рэнго. Четыре раза сходились над ним, метрах в пятистах от рыжего грунта предназначенные для стратосферного перехвата боевые машины, кроша все вокруг себя инфразвуковыми шлейфами, ударной волной, мимо пущенными и отклоненными зарядами, прежде чем истребитель одного из сиятельных господ, пылающей лавиной обрушился на скалы, снося Северный Склон и огненным градом долбя дно расщелины... И еще он помнил Шорох. Шорох, который надвигается на тебя откуда-то из глубины корявых стен, подсвеченных тлеющим светом неуловимых вкраплений Сырья. Бродит вокруг тебя, ищет, шарит призрачными лапами словно слепой сумасшедший и уходит, втягивается вглубь штолен, тает в штреках Заповедного Лабиринта, оставив в сознании леденящее - словно из детского страшного сна - понимание того, что еще немного - и он - этот шуршащий где-то НЕ НА САМОМ ДЕЛЕ, а внутри тебя самого Ужас, тебя бы нашел, проник в твое "я" И ТОГДА... Тогда - что?.. К концу заимкового дня его - скорчившегося и оцепеневшего - нашли в тупике дедовского забоя, и потом (слава Богу, нашлись наслышанные о том как быть при встрече с Шептуном, старики) двое суток отпаивали травяным и каменным настоями на крутом спирту. Словом, было, что вспомнить. Вспомнить и прикусить язык, на котором уже вертелась язвительная насмешка. Ларри хотел было одернуть купца, но, как водится, его опередили. Шреттер. - А сами вы давно из забоя, Алекс? - едко осведомился он. - Вас там, пожалуй, отродясь не видели, да и незачем... А я, вот с подземным народом общаюсь - по долгу службы, знаете ли... И о Каменном Монстре у них, у Старателей, есть много чего порассказать... Поверьте мне. И ничего, знаете, хорошего. И тесаки теряли бывало, и головы... Тесачок-то я и сам там посеял, в Лабиринте - было дело... Нет, с Монстром Господь не сводил, а вот как поперла на нас Мелкая Нечисть - там, в Переходах... Под самым Замком почти... Вы уж поверьте - это совсем не приятно - когда камни в стенах и под ногами у вас начинают шевелиться и взбираются по вам, словно ящерицы... Да чего там... И заметьте - ни вы сами, ни самый опытный психиатр - а нас тогда пользовал еще герр Вольф, и стаж у него был лет за сорок - так вам и не скажет с уверенностью - что же это было такое: глюки или в самом деле Каменная Жизнь... Так что нам - людям сверху - над этими парнями посмеиваться не стоит. Не след, как старики говорят... На экране, тем временем, возникла уверенная в себе спина дока Паркера. Тыча микрофон под нос Кемпински, он приступил к делу. - Успокойтесь, успокойтесь, Войцех... Расскажите мне, как получилось, что вы оказались в галерее один. Насколько я знаю, старатели, когда они работают в паре, никогда не теряют друг друга из виду... - В-в-в... В-вод-ды дайте, док... - Некоторое время на экране фигурировали, в основном, пластиковый стаканчик, трясущиеся пальцы Кемпински и струящаяся по его небритому подбородку вода. - Ну так как же было дело, а, Войцех? - О чем... О ч-чем вы, док?.. - Я спрашиваю: как вышло, что Фрэнк потерял вас? Или вы его. - А-а, Фрэнк?.. А тот?.. Он... Это чудище... Он уцелел? - Его ищут. Поисковая группа пошла в галереи. Это опытные ребята из спасателей. Они хорошо вооружены и призраков не бояться. - К-какое оружие?!!! В галереях нельзя стрелять!!! И п-по-том... Н-никакое оружие н-не поможет... Х-хоть бомба! М-монстры бессмертны! - Успокойтесь, успокойтесь. Конечно, огнестрельного оружия туда не понесли. У ребят свои методы... Пациент, однако, не отвечал. Бессильно повиснув в кресле, он бормотал что-то бессвязное, поминая бедного Фрэнка. Док Паркер использовал это время на то, чтобы объяснить в камеру, какой препарат он собирается сейчас ввести Кемпински. На первом плане появились шприц и ампула. - Послушайте, - подал голос с места Ханнес, - сколько длился допр... Тьфу, беседа? - Объем записей - шесть с половиной часов, - отозвался из-за пульта Рыжий Доббин. - Док крутит Камински уже бог весть сколько. - Что? Вы хотите, чтобы мы шесть часов слушали эту ерунду?! - Пусть лучше Ларри прокопает этот материал - тем более, что есть распечатки - и если будет надобность, примет срочные меры. А поутру нам изложит... суть дела, - предложил Шреттер. - А сейчас надо срочно решать, как быть с Замком, Наместником и с баронами, вообще... Собравшиеся одобрительно загудели; догадливый Доббин убрал изображение и стало ясно, что уже наступили сумерки. - Идет, - с облегчением сказал Ларри. - С господином Наместником делаем так: Супи пусть подтянет своих молодцов к Замку, а Джо-Пожарник и Питер-Петух пусть возьмут по пятерке ребят понадежнее и топают по Большой Круговой туда же. Чтоб их сиятельство видели, что визит вежливости будет... официальным. Совершенно официальным, скажем так. Все это к четвертому часу ночи - не позже. К восходу Трех Лун. Там все ждут меня. - А сам-то ты Ларри... Вы там не начудите, ребята? - подал голос Ханнес. - У меня свой расчет. - Ну, как господину Помощнику Шерифа будет угодно... - с преувеличенным, но, все-таки уважением, буркнул старейшина. Ларри напрягся и постарался с той стальной непринужденностью, которая так хорошо давалась Робу, выдавить из себя: - Вы свободны, ребята. Кон, ты останешься на минутку... Для первого раза получилось средне. Но ему подчинились. - Только не надолго, - поспешил предупредить Кон, провожая взглядом спину последнего из выходивших из кабинета. - Мне еще на узел связи - дозваниваться до Супи. Через обычный эфир такое, думаю, кидать не стоит?.. - Не стоит, старик, - отозвался Ларри, придвигая к себе распечатку отчета дока Паркера. - Вот что - снаряди человека понадежней - лучше младшего Лики - чтоб ко второму часу ночи ждал меня за Заброшенной Слободой, у колодца, что в лесу. - Ясно, Помощник. Лаконичность речи и способность удерживаться от лишних вопросов были сильной стороной старины Кона еще с партизанских времен. - Спасибо. Как видишь - надолго не задерживаю... Послушай... - это Ларри спросил уже в спину уходящему помощнику. - С чего это старик Ханнес запаниковал? И чего он хочет? Ведь никогда без того, чтобы продумать дело на пять ходов вперед Седой и слова не молвит... - Это верно, что запаниковал... И не он один Ларри, ох не он один... Чего тут глубоко копать - у людей почти все, что за мирное время заработали, вложено в План Заселения, а любой непорядок здесь у нас работает на понижение курса Плана. А у старика, считайте, других денег не предвидится. - Так тогда окончательно непонятно - зачем страсти разжигать? Я, старина, ни на кого не показываю пальцем, но ты и сам хорошо знаешь, что все что говориться здесь, на кругу, завтра попадет в сводку новостей по Системе... - Старик... да ладно, Ларри, чего тут греха таить, - и он и куча людей из старой гвардии теперь, под старость лет, не прочь пригласить сюда крейсер, чтобы спокойнее жилось. Не верят они что Робу удастся самому удержать порядок. А тебе без Роба и вовсе... А там, - Кон показал оттопыренным большим пальцем левой руки куда-то в потолок, над которым в нескольких миллионах миль пребывал Федеральный Директорат, - может, только и ждут повода... - Вот оно как, - Ларри помолчал, стараясь под маской горестного удивления скрыть растерянность. - Значит воевали, воевали, партизанили, партизанили, а теперь - все по боку и даешь оккупационный режим... Спасибо за откровенность. Ты-то сам - как? В этом вопросе... - Ну, если честно говорить - то ты с Робом - одно дело, а ты без Роба - так совсем другое... Только думаю - кэп Инокофф прав - хоронить Большого Шерифа пока рановато. Так что шансы у нас есть. - Кстати об Инокоффе. Никита раньше чем через пару недель в рейс не собирается. И настроен бодро. Как насчет того, чтобы подключить к поискам его команду? - Ребята без всяких просьб сами взялись за дело, как только первый слух прошел... Сейчас, наверное, отсыпаются... - Как ты все это воспринимаешь - насчет чудища в Лабиринте и вообще... - Это уж лучше ты мне скажи. Это ты у нас с детства с Болотными Стариками дружбу водил. До семи лет, ведь, воспитывали тебя там, в Заброшенной, без отца, без матери. И в старателях ты у нас без малого десять лет оттрубил. Так что - тебе видней... Подземное оно и есть Подземное... - Ладно, Кон, больше не держу. Только докладывай не реже каждого часа... Особенно, если что... Когда за Коном бесшумно закрылись обе - внутренняя и внешняя двери, Ларри минут десять, неприязненно морщась, размышлял о тонкостях здешней политики, затем с неохотой вооружился самым нелюбимым из инструментов, что приходилось ему держать в руках - карандашом - и взялся за проработку докторова отчета. Временами он отрывался, чтобы взглянуть в окно. - Итак, Войцех, сейчас тебе немного полегчало, - гнул свою линию док, - давай потихоньку вспоминать - где ты последний раз видел Фрэнка? - Ну, мы как раз двигались по Четвертой Галерее и уже порядком удалились от старых выработок, - теперь Кемпински говорил вполне разборчиво, правда, вид его - несколько отупевший - порядком снижал уверенность в том, что он хорошо понимает произносимый текст, - это на три яруса по-над Залом Зеркала... - Это к востоку от Храмовой пещеры? Как раз на том же горизонте? - осведомился док, проявляя неожиданную подготовку в далеких от его специальности вопросах географии Подземного Царства. Должно быть удосужился просмотреть пару файлов на эту тему, прежде чем браться за пациента. - Да... верно док... Там... Я с самого начала чувствовал, что нехорошо там... - Это странно, Войцех. Ты не возражаешь, что я тебя называю так запросто? Так нам будет легче... - Да... Я вот все хочу сказать, док, что у вас... В-вы Поверните, пожалуйста, голову... Ф-фу, надо же... Такое почудилось... - Давай, Войцех, лучше я буду тобой заниматься, а не ты - мною. Договорились? - Да что вы, док... Я-я... Я вовсе не хотел вас обидеть, только это очень странно все... вы как-нибудь проверьте... - Вернемся к твоим проблемам, Войцех. Вот ты говоришь, что у Храмовой пещеры с самого начала почувствовал что-то плохое. Это ведь странно - как раз район Заповедного Лабиринта, где вы находились, - наиболее хорошо сооруженная часть подземелий. Широкие галереи, надежная вентиляция... - И там больше всего пропало ребят, док. Вы на вашу карту гляньте-ка - крестик на крестике - это все наш брат - Старатель ни за грош Богу душу отдавший. - Кемпински немного оживился и уже не производил впечатления полностью невменяемого. - А м-может и не Б-богу вовсе - вот что страшно-то... - Так что же ты почувствовал? Удушье, посторонний запах? - Н-нет. Просто он с самого начала за нами подглядывал... - Кто "он"? - М-монстр. Шутки с нами шутил... - Говорите, говорите, Кемпински... Я полностью верю, что вы говорите правду. То что искренне считаете правдой... Вам важно выговорится сейчас... - Н-ну, сначала он... Мне несколько раз показалось, что кто-то смотрит на нас из-за углов. И почти не скрывается... А потом он прошел - там в глубине параллельной галереи. Не торопясь так. Я секунды две видел его. И сказал Фрэнку. А потом еще раз и еще... Он следовал за нами по параллельным ходам. А Фрэнк все никак не успевал его заметить... А потом он услышал. Ну, вроде кто-то окликает нас, и решил подойти - он сказал, что видно это кто-то из Верхних, ну не из старателей заплутал - бывают такие чудаки раз в сто лет... Лезут сами не ведают куда... И он... решил, не отрываясь, выйти просмотреть параллельную... Ну это уже не галерея, а проход там такой короткий - легко просматривается насквозь и проход до него - метров десять. Н-невозможно п-потерять друг друга из виду... Я попытался его удержать, н-но он к тому моменту меня уже за больного считал. В-весь, г-говорит, зеленый стал и трясет тебя. Каменная, говорит, лихорадка что-ли? Ну и ломанул по проходу вглубь... Я его из виду не терял - даже сам в проход двинулся - чтобы подстраховать... Фрэнк на шаги мои обернулся и, видимо, за спиной моей... Сзади меня, верно был этот... - Но каким же образом... - А вот это уж им лучше знать - каким. Они сквозь камень как сквозняк через дырявые ставни проходят. Каменные дьяволы... - И Фрэнк увидел, что на вас сзади... В общем, он заорал абсолютно нечеловеческим голосом и чуть не засадил в меня дротик из арбалета... То-есть целил-то он в того, только мне от этого не легче... Фрэнк сразу дунул по переходам, так что я за ним просто не угнался, и при этом к чертовой бабушке своротил блоки подсветки так что эта чертовщина начала давать вспышки-мигания как в цирке. Только это был вовсе не цирк - поверьте, док... - А эти ваши блоки... - Они не наши, док. Их там установили черт знает сколько лет назад, еще при Белом Князе. И с тех пор только время от времени меняют элементы питания. А в Лабиринте любая техника со временем начинает чудить... - А ты уверен, Войцех, что это действительно не было что-то вроде рецидива Каменной Лихорадки? Вот в твоем файле записано, что всего полтора года назад, ты перенес... - Так я же проходил контроль, док. Как все регулярно сдаю анализы... - Да, я вижу... Значит, по вашим словам, Фрэнк бросил вас и скрылся в Лабиринте? Вы не находите, что такое поведение для опытного Старателя... Ну, не типично, что-ли... - Я не знаю, что думать тут, док. Может, это как раз у него-то и начиналась Каменная... Тогда искать его бесполезно. Сами знаете, во что превращается человек, если во-время... Может поэтому он и не стал выходить к спасателям - если понял, что дело б-безнадежно... П-понимаете, док, он буквально убегал от меня, словно вдруг узнал что-то... Что-то, что его сразу отрезало от всех живых людей. Я, если честно, не думаю, что это Каменная. Может это взгляд... - Какой взгляд... - В-взгляд Монстра... Может он от этого мгновенно рехнулся... А может, и не мгновенно. Там - в Лабиринте он уже слегка как-то чудить начинал... - Так, так. Подробнее, Войцех, объясни - в чем это проявлялось? - Сразу и не скажешь... Ну как-то необычно он стал двигаться. Слова, вроде выговаривал странно как-то. И лицо... Ох, доктор!!! Неожиданный агрессивный эксцесс пациента. Применена механическая фиксация, введен комплекс транквилизаторов... После относительной нормализации поведения пациент наотрез отказывается контактировать с доктором Паркером. Дальнейшую работу с пациентом ведет ассистент Ганева. Ларри перевернул несколько листков распечатки - дело пошло по кругу: ассистент Ганева с дотошностью достойной похвалы добивалась от несчастного Кемпински повторения всего уже услышанного доком Паркером. Одурманенный медикаментами Войцех путался и, временами ставил собеседницу в тупик. Для сути дела, на взгляд Помощника Шерифа все это значения не имело. Другое дело - для диссертации дока, который не скрывал, что единственной причиной, удерживающей его в этой чертовой дыре является честолюбивая надежда доказать существование на планете новых, еще не описанных форм шизофрении. - Так что же вы делали в следующие двое суток - после того, как поняли, что Фрэнк окончательно покинул вас? - наконец взяла быка за рога настырная Ганева. - Разумеется выбраться старался... - Выбраться из Лабиринта? Вопрос пришлось повторить на разные лады... - Ну да - из Лабиринта, откуда же еще... Только это оказалось практически невозможно... - Вы утратили ориентацию в Переходах. Видимо, ваша память... - Никакой ориентации там не нужно. Даже ребенок может легко найти дорогу из Лабиринта. Если, конечно, Лабиринт захочет его выпустить... - Значит вас он выпускать не захотел? - Это как сказать. Когда... Когда Заповедный Лабиринт начинает шутить, это совсем не так бывает... Со мной он поиграл немного - еще в самом начале... А были такие, что месяцами плутали... Они тоже совсем другое рассказывают... А здесь - не Лабиринт - здесь Монстр... Скотина каменная... К-как кошка с мышью стал со мной играть... - Спасатели несколько раз почти выходили на вас или на Фрэнка - трудно сказать когда на кого... - И я чувствовал, что люди вот они - рядом. Буквально в двух шагах! Только вот стоило мне двинуться на выход, навстречу мне являлся Монстр! И шел на меня не торопясь, словно... Представьте, что происходит у вас в мозгу, когда это повторяется за разом раз, за разом раз, а вы не можете даже расслабиться, даже на час закрыть глаза... В конце концов, меня охватило... отчаяние, что-ли, не знаю, как это назвать... - Вас обнаружили в состоянии глубокой комы... - Называйте это как хотите... - Чем вас так пугало это... создание? - А чем бы вас напугал черт, если бы он вот сейчас, вот сюда заявился? Я, честно скажу, что хоть я и старательские обычаи соблюдаю, и все эти россказни про Подземное Царство с детства знаю, а верю всегда только тому, что вижу глазами и могу, простите, в руках подержать... А тут, оказывается - все это всерьез: Нечистая Сила. Это для меня как бывает в детстве, когда узнаешь, что есть на свете Смерть - весь мир для тебя переворачивается другой стороной... И нехорошей стороной, скажу вам, док... Одно дело россказни Болотных Дедов слушать, другое - когда груда камня начинает поворачиваться, шагать, словно варварская статуя, смотрит на тебя каменной маской... - Все ваши дротики остались в колчане. Вы не пытались пустить в ход свой арбалет. Почему? - Должно быть... Должно быть потому, что я все-таки Старатель. Старатель может не верить ни в Бога ни в Черта. И в Каменного Монстра можно не верить. Но одну штуку каждый Старатель знает: если уж Монстры все же существуют, то они бессмертны! Ларри сверился с часами, взвесил на ладони оставшуюся часть распечатки и подал на монитор "Заключение" из меню файла доктора Паркера. Доктор глянул из глубины экрана на Помощника Шерифа и веско констатировал: - Случай старателя Камински безусловно чрезвычайно интересен с научной и чисто гуманитарной точки зрения, однако проведенное предварительное исследование не вносит понимания, достаточного для принятия конкретных мер в отношении... Ларри выключил запись, встал и подошел к окну. - По-крайней мере, вы открыто признаете, док, - сказал он в пространство, - что не поняли в происшедшем ничего. Я тоже, я тоже, док... Рыжий туман плотной стеной стоял за окном. - Девятьсот одиннадцать позиций. Это рекорд для трансформеров, выполненных из обычных материалов. Маэстро Глембовски осторожно поставил миниатюрное изделие на каминную полку. - Старинная, еще американская работа. Штат, к сожалению, неизвестен. Также, как и точное название фирмы. Не сохранилось справочников с полным набором аббревиатур... Кай с сожалением приглядывался к безделушке, приобретение которой было явно не по карману Федеральному Следователю пятой категории. Другое дело - финансовый консультант Директората, маэстро тончайшей бухгалтерии, безупречно щепетильный Станислав Глембовски, в паре с которым он должен был обсудить сейчас довольно деликатные вопросы, связанные с делом о похищении технического директора Проекта Колонизации Парагеи. Собственно дело не стоило выеденного яйца, и по сложности своей вовсе не требовало вмешательства Федерального Управления Расследований. Только размах вскрывшихся финансовых махинаций, неизбежно сопровождающих реализацию хоть сколько-нибудь масштабного дела, затеваемого землянами привлекли сюда целое созвездие специалистов по самым различным сторонам криминальной жизни Тридцати Трех Миров. - Не пытайтесь скрыть свою зависть, следователь, - продолжал Маэстро, - это совершенно излишне. Ибо моя зависть к вам гораздо больше. Вам не выплачивают гонорара за экспертизу по миллиардным сделкам и вы не можете посещать специализированные аукционы для знатоков таких вот безделиц, но, с другой стороны, хотя бы вот это злосчастное дело убедительно показало, что если у меня скорее всего нет ни малейшего шанса расследовать дело о коррупции с вашим участием, у вас есть довольно существенная возможность расследовать дело о несчастном случае, который легко может приключиться с вашим покорным слугой. Хотите полюбоваться коллекцией анонимок, поступивших на мой терминал за последние трое суток? - Вы излишне драматизируете ситуацию. Конечно, врагов вы себе в очередной раз нажили, но те из них, что сидят на Земле достаточно осторожны, чтобы действительно мстить вам, а что до господ Парагейских баронов, то уже через пару дней после подписания протоколов вы будете далеко от этих мест. Кроме того, думаю, они быстро утешатся - Подземное Царство неплохо кормит здешнюю аристократию. - Кай повернулся к окну-дисплею, панорамировавшему вид с борта Станции. Там, на чудовищной глубине незаметно совершал свое вращение огромный голубой шар Планеты. Вихри облаков сплетали на его лике такой знакомый, совсем земной узор, и даже очертания материков, проглядывающие местами сквозь него, казались временами до боли знакомыми. Но только казались. Четверо из неполной дюжины членов Следственной Комиссии, затерявшиеся в глубине комнаты отдыха, неожиданно осознавшие, что после трех недель напряженной работы им вдруг оказалось совершенно нечего делать до прибытия рейсового корабля словно зачарованные смотрели на это уже привычное зрелище. - Если вы, конечно, не собираетесь принять приглашение господина Наместника и посетить Осенний Турнир в горах Гремланда, то вам просто не придется больше встретиться с этой публикой. - Да, интереснейший документ, это приглашение, - Маэстро подхватил со столика безупречно изящный конверт и некоторое время презрительно крутил его перед близорукими глазами с таким видом, словно собирался раскурить от него сигару. - Поразительный по наглости, скажу вам. Эти типы делают вид, будто они не понимают, что нормальная человеческая особь приглашение на человеческое жертвоприношение иначе как оскорбление и не воспримет... - Ну, положим, жертвами на Турнире, да и то добровольными будут сами бароны и князья, - подала голос из глубокого кресла Марта Легран. Вряд ли кто посторонний мог заподозрить, что это моложавое веснушчатое существо является лучшим специалистом по тому, что в документах уклончиво именуют "идентификацией личности в затруднительных случаях", то-есть зарабатывает свой хлеб тем, что определяет кем было то, что осталось от человека после, допустим, несрабатывания системы спасения экипажа в забарахлившем шаттле. Довольно легкомысленное замечание самого младшего члена Следственной Комиссии вызвало бурную реакцию Глембовски. - К вашему сведению, дорогая моя, мало больших Турниров обошлось без жертв среди мирного населения планеты. Когда совершенно безответственные типы устраивают дуэль ядерных субмарин или начинают гоняться друг за другом на современных танках по населенной местности... С этой точки зрения - я имею ввиду, с точки зрения возможности посторонних жертв, это приглашение членов Следственной Комиссии на подобное зрелище наводит на вполне определенные мысли... - По крайней мере, - задумчиво заметил Кай, - предупреждения господина Посла звучат вполне недвусмысленно... - А я, признаться, склонна рекомендации господина Посла в этот раз игнорировать. Неужели вас не разбирает досада, что вы повертевшись вот этак три недели над целым миром - таким таинственным и загадочным миром - так и уберетесь восвояси, ни разу даже не вдохнув воздуха этих краев? Ведь скоро этого не будет: запустят в действие План Колонизации, Турниры запретят, бароны будут просаживать фамильные имения в милеттских казино, в Подземное Царство будут водить экскурсии и кроме занудных экологических проблем, ничего достойного внимания здесь и не останется. Да и мне к тому времени стукнет за сорок и... Старик Нудельман прервал этот грустный монолог довольно невежливым, язвительным смехом, чем впервые за весь вечер напомнил о своем пребывании в комнате отдыха шестого яруса Станции. - Простите меня, мисс Легран, Бога ради простите, но это так типично для нашего общественного мнения - то, что вы сейчас изрекли... Ну неужели вы и в самом деле думаете, это так легко - взять и причесать под общую гребенку целый мир? После Имперской колонизации, после войны за независимость, после долгих и долгих лет диктатуры Белого Князя? После Великого Шабаша и Исхода? После трех партизанских Старательских Войн? Простите меня, но к тому еще относительно далекому времени, когда, как вы опасаетесь вам стукнет за сорок, колонизация Парагеи будет очередной головной болью у всех Тридцати Трех Миров Федерации, поверьте мне... Нет, наживку они проглотили - и Наместник и Старательская Община тут единодушны - под Проект выделены такие средства, что отказаться от них - чистой воды безумие. Только вот те полчища переселенцев, что собирают сейчас чемоданы по всей Галактике баронам нужны только как еще одна разновидность крепостного люда, более послушного, чем Старатели, более зависимого. Не имеющего такого аргумента как Сырье. Ведь не выстрелы из засады и не геройские штурмы поместий сломили аристократию. Остановилась добыча Сырья и не на что стало покупать их смертоубийственные игрушки. А еще немного - и не на что стало бы кормить собственную свиту. Но еще раньше на орбиту вокруг Парагеи вышли бы крейсера Федерации. И прибыли бы они для поддержки Общины. Не потому что Директорату нужна демократия, а потому что Федерации позарез нужно Сырье... А у новоприбывших переселенцев будут только рабочие руки. И будут фонды Проекта под развитие промышленности и аграрного комплекса. Поверьте мне - Наместник и бароны мыслят все это только как свою будущую собственность и никак иначе. А Община видит в переселенцах только людской потенциал для следующей схватки с аристократией. И с их точки зрения это естественно и справедливо - свое место под солнцем пришельцы должны завоевать. Завоевать, а не купить! И главное - и те и другие, и Старатели и бароны рогом упрутся, как говаривали наши предки, чтобы не допустить промышленной разработки Сырья. Это будет их последний рубеж, помяните мое слово... - Что-ж, с историком Планеты спорить не буду... - Марта несколько ошарашенная неожиданным монологом даже переменила позу на какую-то ученическую. - Только вот, не пойму - почему они все будут против того, чтобы добывали больше Сырья. Это же их хлеб... Боятся что цены упадут, что-ли? - Да нет, дорогая моя, - уже остывая после вспышки красноречия стал объяснять старый профессор, - главным образом не поэтому. Главным образом потому, что все они панически боятся повторения Великого Шабаша. Это совершенно очевидно... - К стыду своему, - заметил Кай и, все же не удержавшись, взял в руки антикварный трансформер, - все разговоры о Великом Шабаше не создали у меня ясного представления о том, почему началось это массовое бегство с Парагеи. Исход. Ведь оно длилось более десятилетия. Основная часть населения покинула планету, на которой прожили целую жизнь они и их предки. И никакого связного, логичного объяснения - слухи, легенды... Что-то средневековое, - он с сожалением вернул игрушку Глембовски, бдительно следившему за лучшим экземпляром своей коллекции. - Нет такого историка, который не интересовался бы этим периодом... Я имею ввиду - историка Парагеи, - уточнил Нудельман. - Вы совершенно правы - тут даже профессионалы наталкиваются на... На своего рода информационную блокаду... Планету покидали любой ценой и под любыми предлогами. Но, как правило, надуманными. Целый криминальный бизнес образовался вокруг Исхода. Рухнула обескровленная промышленность, на нет сошло сельское хозяйство. Города опустели. И кроме противоречивых легенд - никакого объяснения. Кроме того, что когда на приисках запустили нейтронные драги, на Планету пришел Ужас. - Но, ведь, странно, что именно Старатели, люди наиболее близкие к добыче Сырья, как раз и остались на Планете. И еще - бароны. Но те - военный народ. Отчаянно смелы... - задумчиво вставил Маэстро Глембовски. - И Колдуны, - историк поднял палец, - и Колдуны! Если от кого-то что и удастся узнать о природе Шабаша, так это от Болотных Старцев, отшельников, Странников - от членов Секты Колдунов, одним словом... Что? Вы никогда не слышали о Колдунах Парагеи? - Знаете, не приходилось... - Кай пожал плечами. - Нет, конечно, само слово встречалось, но мало-ли разных странных терминов услышишь в любом из Секторов... - Ну, вообще-то, изначально никакого колдовства в этом не было. Просто примерно половина сотрудников Академии Парагеи приняла решение остаться на планете и исследовать природу происходящего любой ценой. Довольно героическое решение. Тем более, что Старатели ученый люд как раз и считают виновниками Шабаша... Многие из них погибли, сгинули... А другие... В общем, контакт с какими-то факторами Шабаша, может работа с Сырьем, сильно изменили их сознание... Большинство из них прервало нормальные отношения с Общиной и с окружающим миром вообще, ушли в своеобразные монастыри, скиты... Но их побаиваются... В том числе и бароны, которые не боятся ничего... И, можно сказать, уважают... Они берут на воспитание детей. Как правило - детей погибших Старателей - и выращивают себе смену. Но иногда во что бы то ни стало пытаются заполучить воспитанников, отобранных по каким-то иным критериям... Собственно, должно было смениться уже несколько поколений... Этих людей. Трудно сказать сколько их. Но это - очень влиятельная группа... Я не утомил вас этим экскурсом в историю? Он, ведь, вам никогда не пригодится. В этом старик ошибался, но никто еще не мог знать этого. Яркая звезда Станции уверенно поднималась к зениту, четко выделяясь на фоне тусклого жемчуга Галактики. Но рассеять Ясный Мрак было не в ее власти. Ларри шел через почти покинутые кварталы и пустыри уверенно, не стараясь скрыться или остаться неузнанным: с одной стороны - увидь его кто - а за каким, собственно, чертом Помощнику Шерифа сдалось прятаться от кого бы то ни было? А с другой - и это главное - именно это и гарантировало, что никто не заметит и не узнает его. До первых Болотных Троп он добрался легко, но у последней чахлой рощицы, состоявшей-то всего из трех или четырех низкорослых деревец, его окликнули. - Эй, Серый! - он узнал этот хриплый знойный голос - кто же еще как не Ребекка, проклятая шалава, искала себе попутчика до Заимки? - Эй, Серый, будь человеком, погоди! Ларри молча подождал, пока рыжая подруга половины Старых Заимок догонит его, не возмущаясь взял уверенно протянутую ему котомку, и, только трогаясь по тропе, буркнул под нос: - С середины сверну, уж не обижайся... - Черт, раньше сказал бы... Так все равно можно и не дождаться никого в такую ночь... Слушай, а правда, что Наместниковы шиши забрали Роба? Пытают его в Замке... А? Ларри предпочел молчать. Ставка оказалась верной. Прежде чем они добрались до настоящих топей, он уже выслушал все основные версии исчезновения Шерифа, имеющие обращение в Общине на двадцать ноль ноль текущих суток. После этого он вежливо попросил Бекки заткнуться. Слушая бабьи сплетни недолго было и в трясину ворваться да и уши у Пустоши были... Добравшись до могилы Слепого Джо, Ларри прикинул в уме, что пора и сворачивать. Хотя путь и удлинится чуть ли не на час, зато Рыжей будет трудно сообразить куда, собственно, подался Помощник Шерифа. - Дальше, подруга, иди сама. Мне - к западу. - К Болотному Старику собрался что-ли? Так у Сухого Лога свернешь, - разбила все его ухищрения попутчица. - Умна ты больно. К Старику я дорогу и сам знаю. У меня совсем другие дела тут... Котомку возьми. Он надеялся, что произнес это достаточно уверенным тоном, но реакции Рыжей не уловил - он готов был поклясться, что именно в тот момент, когда он говорил это, почти над их головами гигантской ночной птицей бесшумно промахнул "Сарыч-510". Рыжая тоже осеклась и бесшумно скользнула в темноту. Своей дорогой. - Ладно, - успокаивал он себя, - ладно - завтра весь город и округа будут знать, что ночью Помощника носило к Старику Куоккенену, тут Рыжую провести не удалось, но до утра у меня руки все еще свободны... И осторожность забывать ни к чему. Вот "Сарыч" - это другое... Нас, думаю, не засек. Он на посадку шел. Где-то здесь, в низине замаскировали... Точнее маскируют еще. Как бы не напороться на кого... "Сарыч" - это или Раймонд де Рэ, либо, не к ночи будь помянут, Черный Рыцарь Мо... Так что верно я делаю, что не напрямую к Старине Кваку прусь... Последние полторы сотни метров до обиталища Болотного Старца он прополз как умел ползать с детства - быстро и бесшумно. И опять-таки не ошибся - уже совсем поблизости от входа в грот он сначала почувствовал, угадал в темноте, а потом и действительно разглядел угловатую фигуру оруженосца и темные силуэты двух коней почти неразличимые в тени древней рощи. На мгновение его мысли спутались. Не могло же все это хозяйство прибыть сюда на сравнительно легком "Сарыче"? Значит - ждали здесь. Подтянулись с Большой Круговой и ждали хозяина. Хозяин же соизволили прибыть по воздуху... Только какого же черта боевой конь? На нем на парад да с торжественными визитами выезжают господа бароны... Провокация что-ли какая-то? И старина Квак - каков, однако! Навыки партизанской войны, однако, делали свое дело - Ларри бесшумно, короткими перебежками продвинулся метров на пятьсот в сторону Круговой, затем выбрался на щебенку шоссе и, отойдя еще шагов на триста, уже не скрываясь, стал ждать. Тесак и импульсный бластер он привел в готовность еще загодя. Ожидание длилось не слишком долго. Луны еще не взошли, а вход в грот осветился, пропустил темную фигуру и погас. Затем по дороге застучали копыта. Ларри зажег фонарь и вышел навстречу всадникам. Оруженосец принял боевую готовность, но хозяин остановил его движением руки. Теперь Ларри окончательно узнал Магистра Четвертого Карательного - Раймонда де Рэ. Подняв до уровня глаз светящийся опознавательный жетон, Помощник Шерифа обратился к встречному, игнорируя его высокий титул: - Приятнейшей ночи, господа. Не изволит ли господин Рэ просветить нас, какая неотложная необходимость привела его на суверенную территорию Приисков в период действия комендантского часа? Про себя он отметил, что выдерживать твердый тон в отношении двух до зубов вооруженных противников ему гораздо легче, чем в разговоре с непутевой Ребеккой. - Не думает ли господин Помощник Шерифа, что сиятельный Раймонд де Рэ собирается отвечать на такие вопросы, да еще и таким тоном заданные, любому местному придурку? - хриплым басом ответил за своего хозяина оруженосец. - Вот с Робином, шерифом здешним господин Магистр еще парой слов перекинулись бы - колоритная, как-никак, личность... Но, говорят, его Господь вразумил и он на-днях взял ноги, как говорится, в руки... А вы, молодой человек, судя по вашему тону, уже на его место собрались? Не слишком ли торопитесь? Не тонка ли для этого ваша кишка? Роли у участников этого небольшого представления были четко распределены. Оруженосец сыпал оскорблениями, его хозяин чутко и незаметно оценивал обстановку - по логике вещей, где-то в кустах должна была дислоцироваться рота Общинной Гвардии - а Ларри всем своим видом старался подтвердить, что именно так оно и есть. - Не к тебе обращаюсь, засранец!.. - начал он формулировать единственно возможный в предполагаемой ситуации, достаточно вежливый ответ, но, Магистр неожиданно положил конец словесной конфронтации. - Собственно, - произнес он резким, ломающимся голосом, - мы не собираемся делать никакого секрета из своих... передвижений по здешней мерзкой пустоши... Видимо Магистр не разубедился в своих подозрениях относительно возможной засады. К тому же (или будь я проклят, если это мне померещилось - подумал Ларри) не более, чем в десятке метров от них, в сельве кто-то с трудом подавил судорожное чихание... Это окончательно придало разговору сугубо цивильный характер. - С вашего позволения, - тон Магистра сдвинулся в иронически-вежливый регистр, - мы воспользовались этой, с позволения сказать, дорогой, так как торопимся приветствовать светлейшего Губерта фон Адриана в Лесной Резиденции... (Ясно хоть зачем парадная лошадка - с облегчением свел концы с концами Ларри) Надеюсь, что дальнейшие объяснения... - По-вашему, самое время для таких приветов - это вот так - посреди ночи? В Замке наша дежурная прислуга, и ей по ночам спать хочется... Следующий раз вашему Наместнику, вообще, приспичит... - Светлейшему Губерту фон Адриану, возможно, с раннего утра придется углубиться в проблемы, связанные с отсутствием на Приисках каких бы то ни было властей и порядка в тот момент, когда... Слова Магистра были оскорбительной наглостью, и Ларри поспешил прервать разговор: - Следуйте своим путем, господин Рэ. А НАМЕСТНИКУ своему передайте, что он может не утруждать себя заботами о делах Общины. Если надо будет - к нему обратятся. Пока - совсем не надо. Ларри хорошо понимал, почему Магистр ни разу не поименовал фон Адриана Наместником - вопрос о престолонаследии Белого Князя не был решен до конца в среде аристократов Парагеи. И Владетель Гремланда выступал в роли предводителя аристократов лишь по праву своего меча. Именно поэтому Помощник Шерифа подчеркнуто почтительно назвал его именно Наместником, хотя никакие титулы официально не признавались Общиной. - Благодарю за разрешение! - ядовито бросил де Рэ, резко без особой надобности вздыбил и развернул коня и почти мгновенно исчез, сопровождаемый своим оруженосцем, в направлении Круговой. Помощника Шерифа обдало гравием пополам с осенней грязью и все стихло. Отплевываясь, утирая физиономию и делая вид, что жилище Болотного Старца совершенно не интересует его, Ларри не торопясь двинулся вглубь Заброшенной Слободы. Пройдя шагов двести до того места, где сельва сходя на нет становилась Пустошью, он остановился, откашлялся и, не снимая руки с бластера - результат мог быть совсем неожиданным, негромко окрикнул: - Ну, ты - выходи! Рыжая Ребекка нехотя вышла из зарослей и поправила неразличимую во мраке прическу. Вид она имела несколько смущенный, но и, вопреки этому, достаточно невозмутимый. - Зачем шла за мной? - твердым на этот раз голосом спросил Ларри. - Затем, что страшно ночью на Пустоши! Мужчины так не поступают - отвалил по своим делам, а я здесь хоть пропади... А так хоть закричать можно, если что... Ларри отметил, что котомки у Рыжей уже не было. - А ты, случаем не работаешь на кого, а? - страшным голосом спросил он. - Что-то больно любопытной стала... Ответом было молчание. Надо полагать, презрительное - но кто разберет во мраке? - Ладно. Из Слободы уж сама выберешься куда там тебе нужно... Только запомни - если весь завтрашний день и послезавтра до полудня не продержишь язык за зубами про наши тут дела, вылетишь из Общины как пробка из бутылки. Натравлю на тебя старого Ханнеса и его хрычей - тогда узнаешь... - Подумаешь, секреты... Будто мне не о чем больше язык почесать... - И еще - я настроен так, что если кто за мной по зарослям или как еще пойдет, так это будешь не ты. Поэтому, если что засекаю - а тебя-то я, считай с самого начала засек (приходилось кривить душой) - то стреляю без предупреждения! И будет очень жаль... Презрительно фыркнув, Рыжая отступила в заросли, и только ее и видели. Попетляв немного по Слободе и убедившись, что слежку, даже если таковая и есть, ему все равно не обнаружить, Ларри снова ползком достиг входа в грот. Крикнул условленным птичьим криком и вышел на освещенную из приоткрывшейся двери площадку - пред очи старика Куоккененна. - Ты, я гляжу, и вовсе сигналить разучился, - недовольно бросил тот, не проявляя признаков особого гостеприимства. - У меня к тебе дело, мастер, - глухим голосом сказал Ларри. - Да уж догадываюсь, что не просто на огонек заглянул. Ко мне давно уже никто на огонек не заглядывает. Даже вот такие как ты - сызмальства знакомые. Лицо у тебя все в грязи. Падал, что-ли? - Да вроде этого. - Ну, заходи, хоть отмойся. Нехотя старик пропустил Ларри в тесноватый грот спартански обставленный грубо но надежно сколоченными лавками и, пока тот плескался в каменной чаше умывальника, отпер кладовку, покряхтев, сдвинул в сторону казавшиеся постороннему взгляду незыблемыми дубовые полки с нехитрыми припасами съестного и всякой рухлядью, и сквозь открывшийся проход протолкнул замешкавшегося гостя в главную - потайную - пещеру, которая была много просторнее и много интереснее его известной непосвященным мирской обители. Некоторое время старик был занят запиранием хитроумной двери, так что Помощнику Шерифа удалось вновь осмотреться в так знакомом с детства пространстве. В колдунах Болотный Старец официально никогда не значился, но сомнения в том, что он грешит тайными связями с Темной Стороной Подземного Царства испытывали в Общине немногие. Только Ларри, повидавший в детстве разное и многое слышавший, в том числе и сидя мальчишкой на той самой лавке, на которую указал ему сейчас старик, знал, что до Колдуна болотный шаман еще недотягивает. Колдунов Секты он повидал. Однако же, судя по всему, за истекшие годы хозяин грота заметно усовершенствовался в Магии Царства. Об этом говорили в первую очередь потертые корешки Тайных Книг (настоящих, на бумаге отпечатанных, а то и вручную написанных, с золотым тиснением), что поблескивали из укромных углов пещеры, а еще - кое-что из НАСТОЯЩИХ инструментов, прибавившихся на полках и столах. А еще - маска морщин и теней, легшая за эти годы на и без того далеко не просто скроенное лицо Болотного Старца. - Глянуть бы на свою физиономию, - Ларри все еще вытаскивал из волос каменную мелочь, кляня в душе Магистра и его жеребца. - Ну, мальчик, ничего, вполне прилично смотришься - не к девице, как-никак, пришел. А зеркалу у меня быть не положено - должен помнить... Древний Запрет. Говори зачем пожаловал. - Ну, какая у нас ситуация сложилась - уже знаешь, думаю... - Я, мальчик, на пяти углах не стою, слухи по улицам не собираю... Ты уж расскажи не торопясь, если уж сам сюда пожаловал... - Ну, кто такой Робин Арчер, я тебе напоминать не стану. Ты и сам Большого Шерифа знаешь - в ту зиму я тебя с ним свел... Кстати, как вы с ним - не виделись больше? - Как же - заходил пару раз посоветоваться... Только потом забыл старика... Уж и не припомню, когда последний раз видел я твоего Роба... - Так вот, уже четвертые сутки, как ищем мы его... Не могу сказать, что совсем уж он никому не сказался. В понедельник собрал нас... Своих людей то-есть... Предупредил, что отваливает на несколько дней - дела решать важные для всей Общины... Ну, если бы кто другой - такой бы номер не выгорел... А Робу, естественно, никто и слова не сказал... Главным образом потому, что все решили, что на кого-то он этот секрет сбросил. Как выяснилось, все на меня грешили - естественно - я в Помощниках хожу, с меня и спрос... - А тебе - и впрямь ни слова не сказал? - старик пытливо заглянул в глаза собеседника. - Нет, ни намека малейшего... Ларри попытался подкрутить фитиль серебряной лампадки, неровным светом освещавшей тайник, но только ухудшил дело - пламя стало неровным, трепещущим, еще более зыбким, чем разговор, что затевался здесь... - Ни слова? - Ни слова, говорю... Но вот что я думаю... Он за последнее время начал... Ну, словом, начал слегка чудить. По общим понятиям... Он много со мной говорил. О Царстве... Ты сам знаешь - у меня кроме всего прочего сохранилось от деда еще порядком файлов... Копии со старых книг... И все такое. Так вот, он все их проработал за последние месяц-полтора... - В твоей семье, мальчик, сохранилось много такого, с чем следует обращаться осторожно... Очень осторожно. Но ведь Робин Арчер никогда не был Старателем. Не был изначально посвящен... Он просто много не мог понять. Или... - В роду у него Старатели были. По материнской линии. Да и из Арчеров кто-то... Так что совсем чужим его не назовешь. Но сам он Сырье не промышлял... В Царство он спускался несколько раз. Ну во время подготовки к Восстанию - надо было контакты с подземным народом налаживать. И потом, после разгрома, перед Третьей Войной, Старатели его больше года прятали в Заповедном Лабиринте... Так что тут - как сказать... - Ага, вот что... Значит Сырья он понюхал все же... Ну и что же он вычитал в твоих файлах, сынок? - Да, видишь ли, учитель, Роб забрал себе в голову, что можно изгнать Нечисть из Подземного Царства. Или... Ну, что с НИМИ можно найти общий язык, договориться, что-ли... - Ну, насчет того, чтобы изгнать... - старик косо улыбнулся. - А вот договариваться с Теми Что В Стенах - многие договорились. И о многом... - Договориться-то договаривались... Только... - Ларри осекся, боясь вспугнуть наладившийся было разговор. Словно предупреждая его, мигнула, притухла и стала исходить черной нитью копоти лампадка. С этого "Только..." и начиналась дорожка, что увела Ларри в свое время из Подземного Царства туда, к Верхним Людям, в мир, в котором восходили Звезда и Луны и царствовал в небе Хозяин, в мир, который стал его взрослым миром... - В общем, Роб не то имел ввиду... Он вообразил, что Община может на равных договориться с ТЕМИ... Ведь ты знаешь, предстоит большое заселение... Проект Колонизации... И в Общине многие... Из Верхнего народа, конечно, - так вот, они хотят расширять добычу Сырья... И еще. Он откуда-то взял... Что Каменных монстров можно уничтожить. Убить. Может быть, кто-то подсказал ему... Я, конечно, его старался разубедить... - Эх... - Болотный Старец ссутулился, почти потонул в темноте, - поторопилась Община принимать эту кость, поторопилась... Подавятся Земляне Планетой... Еще раз. Непонятливые они. Жадный и бестолковый люд. Не могут взять в ум, что мы для них - отрезанный ломоть... Словно ставя точку на этих словах, лампадка погасла окончательно. И стал потихоньку заметен иной свет, наполнявший потайную пещеру - призрачный, всепроникающий свет Сырья. Разной формы, толстого темного стекла сосуды с рудой там и здесь виднелись на полках, на полу, в нишах пещеры. Ларри признал руду с Дальних Северных, из Старых Горизонтов... И из Лабиринта - ее мерцание Старатель не спутает ни с каким другим... - А что до того, чтобы с Общиной сговориться... Да еще через голову Секты... Никогда Те Что В Стенах не ладили с царями мирскими... И в этот раз не выйдет... Ничего не выйдет... Зажги огонь, мальчик... Ларри досадливо похлопал по карманам - зажигалку-то он и не додумался прихватить с собой. Старик кашлянул. - Посмотри там, в нише... Ларри сунул руку в угаданном направлении и вытянул оттуда довольно странную вещь. И вместе с ней и странную догадку, которая на миг посетила его сознание, пока он возился с лампадкой, и тут же покинула его, как только ясный, трепещущий свет пламени древесного масла заполнил пространство. Осталось только недоумение во взгляде, которым он разглядывал старика через это пламя. Не так много людей в Общине пользуются этой антикварной, с Земли завозимой роскошью - безопасными спичками. И мало кто из них имеют эту привычку - засовывать сожженные спички под донышко выдвижного коробка вместо того, чтобы швырять их куда попало. Однако, надо было следовать за непростой, перескакивающей с одной тропинки на другую, речью Болотного Старца. - Так ты думаешь, мальчик, что Роб мог искать контактов с Колдунами? Я так тебя понял? А я думаю - напрасно ты ищешь в этом направлении... Я хоть и не самая большая шишка в Секте, но такую бы линию не пропустил... - Может, кто-то один из Секты, в тайне от... - Совсем плохой ты стал, мальчик... Такого в Секте не бывает... Ларри хрустнул костяшками пальцев. Нет, никогда не научиться ему правильно выстраивать разговор с людьми. Особенно когда людей этих знаешь с детства. Нет, старик Куоккенен не был его Учителем. Лишь изредка ему приходилось подолгу оставаться на попечении этого нелюдимого деда. И называл он его этим словом, просто из уважения. Но, все-таки, этого уважения хватало, чтобы удержаться от того, чтобы ловить Болотного Старца на слове. Поэтому Помощник Шерифа круто изменил тему беседы... - Учитель, - не без труда выдавил он из себя, - я тут по дороге к тебе Магистра повстречал, представляешь? Скажи прямо - от тебя шел? Старик бесшумно рассмеялся. - У меня от тебя секретов нет, мальчик. От меня, от меня шел старый козел... Голубым кровям тоже иногда умный совет требуется. Гонора-то у них с избытком, а вот ума-то им ни Светлая, ни Темная Сторона не подкинули... Ты - уж прости меня за прямоту, мальчик - совсем Верхним человеком заделался: для тебя Магистр - лютый враг - не так и давно из-за углов друг в друга ракеточками палили и теперь все зверем друг на друга смотрите, хоть и Хартий мирных наподписывали вагон и малую тележку... А для Секты ни друзей, ни врагов нет - или позабыл уже? Приходи за советом всяк кому надобно, хоть у тебя и руки по локоть в крови... Лишь бы цель была Хозяевам Светлого Зала угодна. - И часто господа бароны... - Х-хе... Ревнивый ты... Ревнивый стал, мальчик. Только не бери в голову все это. Не частые здесь гости ни ваши, ни графья с баронами... Секта себя в стороне от грязи всегда держала, держит и держать будет... Понимаю, понимаю о чем меня спросить хочешь, но не решаешься... И правильно, что не решаешься - помнишь Запреты... Так вот - касалось бы тебя хоть краешком Магистрово дело - я бы разве не намекнул бы? А так - знаешь у каждого своя тайна и тайной Секта не торгует и даром без надобности не дарит... Бог с ними, с баронскими секретами-то... А ты... поторопись... Пока он говорил все это, лицо его, осанка, тембр голоса ломались, увядали, словно гасли. Старик сел, закрыл лицо руками... - Ты о чем это, учитель? Тебе... помочь... - Н-не надо... Свет... Погаси свет... Легким дуновением Ларри убрал пламя лампадки и когда наступила темнота, он своим старательским чутьем понял, что Сырье говорит. Два или три раза в жизни он был свидетелем ЭТОГО: сгорбленный, словно утративший свое "я", серой тенью ставший человек словно в одно целое слился с мерцающим пространством тайной пещеры, зазвучал в резонанс с ним никому не слышным, где-то в глубине мозга звучащим глубоким гулом. Потом все кончилось. Старик встал. Повозился с тайными щеколдами. - Торопись. Ты, ведь, в Лесной Замок собрался, я не ошибся? Так тебе там надо быть. Теперь. Сейчас. - Ну, так я... - Иди, мальчик. Постарайся успеть. И еще... Совсем другим, уже земным каким-то голосом было сказано это "еще"... Ларри обернулся с порога. Наверное впервые он посмотрел на Болотного Старца вот так - со стороны. Непривлекательной наружности плешивый старик в грязноватой серой робе с непонятного металла цепочкой на морщинистой птичьей шее. И с хитрым желтым огоньком в глазах... Нет, это совсем не тот был человек, который всего несколько секунд назад, на его глазах внимал голосу Подземного Царства. - И еще - тебе, ТЕБЕ, не Общине, можно помочь с Хозяевами сойтись... Только... Ларри напряженно молчал. - Только надо будет снова в ученичество пойти. Не бойся. Тайно, конечно. Не бойся, говорю я... Я хоть великой мудрости и не сподобился, а защиту от Темной Стороны дам. И как Монстра убить научу... Ощущение было такое, словно старый, пусть и не самый лучший, но до сей поры надежный твой знакомый вдруг спер у вас кошелек. - Я, учитель, многое позабыл из того чему учили меня, но одно помню, - глухо сказал Ларри, глядя в тусклые глаза шамана. - Монстры бессмертны! Истомившийся ожиданием младший Лики неосторожно просигналил ему светом когда до колодца оставалось еще полсотни метров, чем заработал досадливое замечание от Помощника Шерифа. - Что, плохи дела, а? - спросил он немного спустя, выруливая на Круговую. - Совсем плох стал старый Квак, - нехотя ответил Ларри и, подумав, не стал уточнять, что имеет ввиду. Почти весь оставшийся путь они молчали. Фиолетовый туман уже затопил дорогу и они чуть не врезались в патрульный танк, поставленный людьми Супи поперек дороги на подступах к Замку. - Что там у вас, черт побери?! - хриплым шепотом, словно в Замке его могли услышать, спросил Ларри подбежавшего командира засады. - На радиовызов не отвечаете... Супи где? - В эфир выходить Супи запретил - говорит, секретная операция, господин Помощник Шерифа... А в Замке действительно какая-то чертовщина. С полчаса как ихняя светлость Магистр в сопровождении личного оруженосца на двух кобылах по дороге проследовали и въехали в Замок. Без особого шума и грома, надо сказать. Втихую. Мы препятствий не чинили - пропустили молча, без эмоций. А вот минут десять назад что-то там такое стряслось... Все огни запалили.. - Супи, спрашиваю, где? - Ганс, живо - на подножку - проводишь помощника к командиру. Будут приказания? - Супи будет приказывать. А пока - будьте в полной боевой. Капитан Общинной Гвардии Супи Мак-Алистер сидел под скальным козырьком, на снарядном ящике и лузгал семечки. Ларри он помахал тяжелой как утюг ладонью. - Вовремя приехал, Ларри. У господ баронов, похоже, в нашем замке какой-то непорядок приключился, а что делать - непонятно... Есть идеи? - Есть. Бронетехники сколько имеем? - Четыре единицы. Из них - два "Урсуса" высшей защиты... - Легкие танки и две роты выставь так, чтобы господа из Замка хорошо их видели. Основные силы подготовь так, чтобы ворваться через запасные входы... "Урсусы" пусть перекроют огнем мост и главный вход, если надо... А пока пусть будут за Крутой горкой - Ларри махнул рукой в сторону невидимого в фиолетовом сумраке склона. За сигнал тревоги считайте прекращение позывных, - Ларри похлопал рукой по радиобраслету. - И радио поставь на "белый шум" - если пойдут разряды, значит из бластеров палят... Ну и ушами слушайте... - Ты, ей-Богу, нашел кого учить, Помощник... - Я, старший Лики и четверо добровольцев из твоей команды пойдем в Замок... Супи крякнул и, глядя в сторону, нехотя выдавил из себя: - Слушай, Серый... Будь на твоем месте Роб - я бы и слова не сказал... Но тебе совать голову в этот гадюшник в такой момент не стоит. Ей-Богу... Кличку "Серый" Ларри не переваривал - по своей мнительности он подозревал, что она приклеилась к нему не только из за ранней пепельной седины. И третий раз за день сделанный намек не то, и без того очевидное обстоятельство, что он, Ларри и в подметки Большому Шерифу не годится, не улучшил его настроения, что, наверное, достаточно ясно отразилось на его лице, потому, что Супи пробормотав все так же в сторону, что он не то хотел сказать, перешел к менее щекотливой теме. - Ну, воля, как говориться, ваша - на то вы и политическое руководство... Только Себастьяна зачем с собой берешь? Ему не двадцать лет и в драку вперед молодых ему лезть не с руки, вроде... - Вот потому его и беру, что драк никаких не будет. Все строго официально и достойно, черт их там дери... И ребят подбери попредставительнее. Новую полевую форму получили? - Получили, да не все. Только наши парадные молодцы баронам уже попримелькались - они их за боевую силу и не имеют... - Супи, боевая сила вот она - здесь, - Ларри похлопал по броне еле различимой в тумане самоходки. Пусть твои люди особо не высовываются, но присутствие свое, как говорится, означат. Остальное я уже сказал. Жду Себастьяна и сопровождение у моста через четверть часа. Объясни, чтобы в Замке стволов не обнажали ни при каких... Понял, одним словом? Супи понял. Одна за другой, словно выстреленные гигантской, но слегка ленивой пушкой, в небо стали взбираться луны Парагеи. Фиолетовый туман словно осел и поредел. Пора было начинать дипломатическую миссию. Никаких проблем с преодолением моста и главных ворот не последовало паче всякого чаяния. Охрана была из своих и Помощника с Себастьяном знала в лицо. Все прикидки Ларри относительно того, как повел бы себя на его месте Роб, развалились при первом же столкновении с реальными событиями - можно было еще представить, что скажет и сделает Большой Шериф, если его возьмут в кольцо оруженосцы Наместника, но никак нельзя было представить, что стал бы делать Роб вот в этой ситуации - когда на него и сопровождающих его лиц никто просто не обратил никакого внимания. В Лесном Замке царила хорошо заметная невооруженным взглядом, деловитая паника. Младшие Рыцари и оруженосцы сноровисто вытаскивали по узким проходам контейнеры с кладью, во внутреннем дворе урчали двигателями княжеские бронетранспортеры, люди Коменданта и Общинная дворня следовали по пятам за народом из свиты, не без оснований опасаясь, что те прихватят кое-что из замкового хозяйства, а сам Комендант на пороге западного выхода отчаянно пререкался с княжескими каптенармусом и конюхом. Его поддерживали еще с полдюжины лиц, которым, по всем божеским правилам полагалось бы сейчас в почетном карауле присутствовать при встрече высших представителей администрации Планеты. Княжеские Пажи и дворовые подростки чертями носились вокруг, тоже норовя внести свой вклад в общий бедлам и как-то навредить друг-другу. Изловив за ухо кого-то из дворовой мелкоты, Себастьян Лики без лишних слов велел вести делегацию к Гипсовому Рэльфу. Решение было принято верное - если у кого и сохранилась трезвая голова на плечах в этом сумасшедшем доме, так это только у Рэльфа Лоуренса, прозванного Гипсовым. Он и пребывал там где полагалось быть ему - повару - на кухне. Глядя на него, Ларри еще раз подумал, что трудно было бы найти другое прозвище для человека с такой матово-белой кожей лица и кипейно-белой, седой шевелюрой. Что там было с Рэльфом в эти три недели, на которые он был заживо похоронен в известной своей дурной славой Третьей галерее, не знал никто. Спасатели клялись и божились, что ничего живого не могло сохраниться под тысячами тонн просевшего рудоносного пласта. О том же говорили и замеры содержания кислорода в сохранившихся пустотах. Тем не менее Рэльфа - живого, только выбеленного пережитым ужасом и пребывающего в глубокой летаргии нашли уже обычные наемные выгребалы, расчищавшие пути для пульпопровода. Говорили - что грех на нем: Рэльфу якобы открылся Светлый Зал, да он проболтался - указал кому-то путь... С тех пор Зал снова, как не раз уж бывало, канул в недра Подземного Царства, а Рэльфу пришло наказание - Белым Страхом... Путь обратно - в Старатели был ему заказан. Но Роб нашел где пристроить непростого этого человека - здесь, в Замке, на грани мира Общины, Подземного Царства и Гремланда - коронных владений Наместников Парагеи. Поварская должность, ставшая при наличии в Замке снятой с отслужившего свое планетарного лайнера киберкухни почти синекурой, позволяла личному доверенному лицу Шерифа присмотреть когда надо за кем надо из высоких гостей и их свиты. - Вы, господин Помощник, в дурной час сюда приспели, - почтительно согнувшись, стал разъяснять Гипсовый Рэльф, - а может, наоборот, в самый раз. Вам, я вижу, никто толком главного и не сказал еще... господина Наместника - сковороду ему под зад, на том свете - душу Темная Сторона себе забрала... Убит Губерт фон Адриан - часу еще не прошло как... - пояснил он непривыкшему к его заковыристой, старательской речи старшему Лики. Ларри поперхнулся удивленным восклицанием. - Где и как? - видя его замешательство взял на себя инициативу менее эмоциональный Себастьян. - Вижу, что кроме меня никто вас на место не проводит, - Гипсовый Рэльф выпрямился и жестом пригласил следовать за собой. В его сопровождении, все так же никому не интересная делегация последовала в глубину Замка - к покоям Наместника, которые общинники принципиально именовали всего лишь "комнатами для гостей". Рэльф продолжал, не глядя на собеседников, словно камни в воду бросать в пространство весомые, угловатые фразы: - В Потаенном Кабинете конец ему пришел... Как удалились туда на конфиданс с Раймондом, с магистром карательным, так и пяти минут не прошло, как их светлость Магистра из дверей будто ветром выперло, и говорят - я то сам позднее приспел - что глаза у него белее, чем у вареной рыбы со страху были... А чтобы на Раймонда де Рэ страх нагнать... Одно скажу - Нечисть Подземная - Нижние Твари - их работа... Странное чувство владело Ларри - здесь в залитых светом флюоресцентных светильников, по всем правилам научной фортификации возведенных переходах, время сказок давно прошло. Приученный вычислять раскладку людских интересов, ум уже прикидывал ему вполне тривиальный политический смысл происшедшего, но вот старательское нутро напоминало ему, что Замок - по крайней мере, глубинные покои его - суть не что иное, как выход в горные пещеры Переходов Заповедного Лабиринта.. И Сырье вкраплено в его камень, и законы здесь - от Тех Что В Стенах... Легок на помине, стремительным шагом, навстречу им, из Покоев вышел в сопровождении шестерки княжеских (бывших теперь уже княжеских) оруженосцев устремился Магистр Четвертого Карательного. Может, не более часа тому как он и отпраздновал труса, но сейчас был в полной форме и крыл все встречное и поперечное древними забористыми проклятиями. Можно было ожидать, что этот громыхающий кортеж просто сметет неловко раскорячившуюся у него на пути сиволапую делегацию Общины, но на то Магистр и был человеком войны, что умел просчитывать последствия своих дел. В обложившей замок толпе сволочи без сомнения был не один родич тех, кого лично Магистр еще не так давно отправлял на дыбу и купал в коктейле из шести кислот. И не исключено, что глаз сына или брата такого гимнаста или пловца сейчас, в инфракрасный прицел рассматривает узкие замковые бойницы, а ухо его и пальцы ждут заветного сигнала тревоги, чтобы послать ненавистному врагу заряд атомной смерти. Все присутствующие хорошо помнили жестокий закон Трех Войн - ЗАЛОЖНИКОВ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Отдав короткий приказ, Магистр стал как вкопанный. Оруженосцы выстроились на ступенях косой шеренгой. В боевом порядке выстроилась и неполная рота сопровождения делегации. Ларри лихорадочно просчитывал варианты. Впрочем, способ сохранить лицо был только один - действовать в полном соответствии с законом Общины. - Не будем попусту тратить время, господин Рэ, - с неожиданной для самого себя твердостью начал он. Может быть ощущение неотмытой дорожной грязи, выброшенной в лицо копытами магистрова коня придавало ему злости. - В настоящий момент я выступаю как лицо, владеющее по последней Хартии всеми полномочиями для расследования уголовных деяний на Суверенной Территории. Господин Губерт фон Адриан, как мне только что стало известно, трагически расстался с жизнью в вашем и ничьем более присутствии. Позвольте ваше оружие... - Ну и загнул, однако, Серый, - не без уважения к риторическим способностям Помощника Шерифа, и так еще и не осознав чудовищный смысл прозвучавших слов, подумал старший Лики. Чудовищная, непередаваемая наглость сказанного чуть было не достигла цели - рука Магистра машинально дернулась к застежке портупеи, но он во-время остановил себя. Он сделал "малый жест" и с удивительно тихим, серебряным звоном клинки оруженосцев вылетели из ножен и стремительно завращались в воздухе. Пол-дюжины закованных в оснащенную сервоусилителями броню профессиональных воинов стояли перед Ларри и перед каждым из них сверкающим пропеллером вращался в небрежно полусогнутой руке метровый клинок. Лица их при этом не выражали абсолютно ничего. Сам Магистр просто положил руки на рукоять своего меча и с презрительной улыбкой созерцал противников. Ларри оглянулся на Общинных Гвардейцев. В отличие от физиономий княжеских оруженосцев, их лица выражали сложную смесь чувств - от элементарного страха до горячего желания хотя бы ценой собственной жизни, но отомстить клятому врагу. У каждого из них было за что мстить. Вопрос решал, однако, приказ - стволов в Замке не обнажать. - Я полагаю, что моего слова вполне достаточно, чтобы убедить даже самое неквалифицированное следствие, - последовал выразительный взгляд, - в полной непричастности рода де Рэ и любого лица благородного происхождения к смерти владетеля Гремланда... Если же вас, милостивый государь, заинтересуют какие либо подробности печального события, коему я был свидетелем, то соблаговолите направить письменное отношение моему секретарю и я не замедлю удовлетворить вашу любознательность, как только найду для того подходящее время и э-э-э... обстоятельства... Сейчас же - соблаговолите освободить мне путь, ибо дела мои не терпят отлагательств... Ларри глянул на старшего Лики, и тот с нарочитой ленцой вытащил из за пояса и поднес к уху трубку блока связи... - Второй, вы слышите меня? - спросил он растягивая слова, словно был старателем - такая манера говорить доводила аристократов до белого каления. - Сейчас на Круговую, из Замка проследует господин де Рэ и сопровождающие... Всего э-э-э-э... четыре средних бронетранспортера. Пропустите, не чиня препятствий. Делегация немного задержится в Замке. Все о'кей. - Он повернулся к Магистру и все так же, на старательский манер выговорил: - Вы же слышали - все о'кей. Он сопроводил эти слова жестом старого крестьянина, то-ли освобождая гостю путь, то ли указывая ему вон. Клинки вернулись в ножны. Первая битва Четвертой Освободительной - штурм Лесного Замка не состоялась. Бряцающая шеренга покинула зал, и Себастьян добавил в трубку: - И привесь их светлости на хвост кого-нибудь посообразительнее. Ты понял меня, Супи? Он пристроил блок связи на место и со вздохом повернулся к Ларри: - Ну что-ж, ребята, пошли смотреть что у них там... Зрелище, открывшееся им в Потаенном Кабинете было не внове для прошедших три войны людей. Только личность жертвы и место действия были необычны. - Наотмашь - от плеча до бедра, наискосок, - констатировал Себастьян. Их сиятельство недолго мучился. А мы с вами благополучно отпустили убийцу. Здесь и думать нечего - воспользовался, мерзавец моментом, когда противник был безоружен и на помощь не может позвать, загнал в угол, махнул двуручным мечом - и готово... - Не все так просто, - отозвался склонившийся над обезображенным трупом Ларри. - Не все так просто... Гос-споди - сколько кровищи... - Тебе дурно, сынок? - с беспокойством спросил старик Лики. Совсем ты отвык от таких вещей в канцелярии своей... Выйди, подойди к окошку, проветрись... Ларри действительно пришлось подавить приступ дурноты, вызванный видом распластанных внутренностей человека, который совсем недавно жил и даже был им ненавидим. Должно быть, сыграло свою роль и то, что убитый был совершенно безоружен. Это придавало происшедшему особую мерзость. - Не все так просто, - повторил он. - Били все-таки два раза. Чем-то с коротким лезвием. Короче, чем двуручник. Значит - с огромной силой. Размах-то мал... Чем-то вроде тесака. И... вот еще - позовите Рэльфа - тут есть одна мысль... Он снова склонился над убитым, стараясь отвести взгляд и дыхание от искаженного мукой окостеневшего лица. Пошевелил серую, тяжелую нагрудную цепь с шестигранным медальоном. - И еще... Вот - платиновая Цепь Власти... Ведь если де Рэ порешил его, чтобы забрать трон, он бы в первую очередь прикарманил Цепь... А он ее оставил нам... Нам - трофей, ему - конфуз. И большой... Похоже, он просто... боялся вернуться в Потаенный Кабинет... Гвардеец ввел Рэльфа. - Кажется, я знаю, о чем ты, мальчик, хотел его спросить, - сказал Себастьян. - Был ли у Магистра меч? Когда он шел на конфиданс. Так ведь? - Вообще, оружие у кого-нибудь из них было? Я слыхал... - Не было ни у кого из них даже перочинного ножа. И быть не могло. Вы что, не знаете, что благородные господа с глазу на глаз встречаются только без оружия? Кодекс Крови. Гипсовый Рэльф усмехнулся. - Отравить друг друга или заколдовать... Или мину в транспорт подкинуть - это у господ запросто. А вот на конфиданс - только с голыми руками. Иначе - позор, изгнание из Ордена... Хуже смерти для них... - Ничего, Черный Рыцарь Мо сколько лет как в изгнании, а страху на всех как нагонял, так и нагоняет... - пробормотал кто-то из гвардейцев. - Так то, извините, - Черный Рыцарь Мо... - по-птичьи наклонив голову, ответил ему Гипсовый Рэльф. - Так, мальчик, ты здесь ходы и выходы знать должен, - повернулся Себастьян к Ларри. Одно только в голову и приходит - тайным ходом ворвался кто-то в Кабинет. Или оружие было припрятано заранее. Эх, обыскать бы нашего друга Раймонда... Ларри, не дожидаясь особых приглашений подошел к выключателям и погрузил кабинет в темноту. - Ты зачем это?.. - недоуменно спросил Себастьян. - Жди, - только и ответил Ларри. В кромешной тьме стало заметно сияние крошечных вкраплений Сырья. И постепенно на северной стене возник Светлый Знак. Кто-то удивленно охнул. Ларри взялся за почти невидимые выступы стены и приготовился приложить основательные усилия, чтобы сдвинуть тайный механизм, но каменная дверь легко подалась, открыв щель-проход. Тот, кто пользовался ею последний раз, не удосужился поставить замки на запор. Может просто не успел. - Теперь зажгите свет. Здесь что-то есть, - попросил Ларри. "Что-то" было окровавленной секирой. Точнее - странным гибридом секиры и секача мясника, выполненным из тяжелого темного металла. В необычном месте - вдоль линии заточки лезвия вилась странной вязью выполненная надпись. - Это - из магических инструментов, - сказал Ларри. - Только не знаю, что это именно. Он переглянулся с Гипсовым Рэльфом. - Подземное Царство, - сказал Рэльф. - А Знак ты напрасно в миру показал, Помощник... Он повернулся и, ссутулившись, вышел из Кабинета. Вышел и Ларри. Он прислонился к раме защищенной отклонителями зарядов бойницы и, вдыхая холодный утренний воздух, стал смотреть как торопливо - встык друг другу покидают внутренний двор княжеские бронетранспортеры. Бежавшие в арьергарде пажи заскакивали на броню и прятались в люки. Дворовые подростки пустили из пращей вслед последним двум машинам несколько загодя подготовленных комков жевательной резинки - те намертво пристали к броне. - Все-таки им удалось пришпилить Магистру на хвост пару радиомаячков, - усмехнулся старой как мир хитрости Ларри. Из последнего транспортера высунулся паж, погрозил хулиганам "Калашниковым" и бронеколонна исчезла в последних клочьях тумана. День наступал над Горным Краем. - Дела плохи, - сказал за его спиной Себастьян. - Бароны могут передраться. А могут... - Я уже подумал об этом, - ответил Ларри. - Пусть Супи подготовит связь с городом. Надо собрать Ханнеса и Шреттера. И подготовить Обращение к Директорату. Пусть проводят независимое расследование. Нужно опередить баронов. И еще - поиски Роба надо как-то подшить сюда. Вдруг пришлют стоящего специалиста... - Пусть подключат еще этого... Флери. Он у нас делегат... - Депутат, - поправил Себастьяна Ларри. - Депутат регионального парламента от Парагеи. Действительно, пусть тоже подпишет... А я подготовлю обращение к народу. Сплотиться перед лицом политического кризиса... И так далее... Надо спешить. 2. МАЛОЕ ЛЕЗВИЕ СУДЬБЫ Член Следственной Комиссии Генри Ф.Нудельман своим основным делом, то бишь Историей Колоний, любил заниматься по-старинке - вооружась остро заточенным карандашом и загромоздив рабочий стол документами и предметами, внушающими непосвященным трепет уважения. Что касается людей посвященных, то для них подобные декорации не требовались - авторитет его как профессионала был незыблем. С полным сознанием этого приятного факта старик отставил в сторонку массивную чашку с крепчайшим кофе и потянул к себе коричневатый листок - подлинный текст одного из последних Имперских указов, смысл которого теперь, после казалось бы бесполезно потраченных для него как историка недель работы в составе Комиссии, предстал, однако, в совершенно новом свете - и уже начал тщательно выписывать на безупречно белую карточку свои заметки, когда покой его был нарушен. В дверь кабинета постучали. Собственно уже то, что неведомый пока нарушитель покоя не воспользовался кнопкой зуммера, позволяло полностью установить его личность, не открывая двери - только Федеральный Следователь К.Санди обладал этой не слишком обычной привычкой - предупреждать о своем появлении постукиванием костяшек пальцев в дверь. - Заходите, заходите, - хозяин кабинета запер дверь за гостем так же, как и открыл ее - не вставая из-за стола, с помощью ручного пульта - и только после этого поднялся и несколько церемонно указал Каю на кресло. - Чем обязан? - Во-первых, я зашел попрощаться с вами, господин Нудельман... - Господи, ни за что не поверю, что Управление командировало за вами отдельный эсминец, а нас оставляет еще двое суток ждать лайнер... - Разумеется нет. Командируют не эсминец, а меня... Час назад я получил по подпространственной связи предписание... - Кай пошевелил в воздухе листком распечатки. - С девятнадцати ноль-ноль я выведен из состава Комиссии... - За какие грехи, Господи?.. - Слава Богу, пока не за грехи, а... - тут Кай развернул листок - "в связи с успешным завершением расследования..." и так далее. Мне, господин Нудельман, предписано следовать на Планету. Думаю, они уже отправили челнок. - "Они" - это кто? - Космическая служба Парагеи. Так вот, вторая цель моего к вам визита в неурочный час - получить от вас срочную консультацию... - Господи, ничего не может быть приятнее для меня. Если бы вы знали, как я вам завидую... Вы, кстати, будете в Горном Крае в лучшее время - увидите восход Хозяина, Осенние Праздники... Сможете даже поработать в местных архивах... Ладно, вернемся к делу. Что именно вас интересует? - Прежде всего - ваше мнение как специалиста: какие последствия влечет за собой то, что произошло? - Простите, но я еще ничего не знаю о каких-либо происшествиях на Парагее. Ваш... вызов связан с чем-то экстраординарным? - Вы не смотрели последние две сводки новостей? - Я несколько заработался... Знаете, меня как историка порой больше интересуют события вековой давности, нежели то, что стряслось намедни... Тем более - из области криминала... - То, что у них стряслось - это, в известной степени - практическая история. Вот уже вторые сутки, как Парагея лишена сразу обоих верховных администраторов... - Господи, неужели вооруженный конфликт? Или террористы? - Во всяком случае, пока это не военные действия... Сначала - под каким-то неопределенным предлогом скрылся глава Общины. Большой Шериф, - Кай справился в бумажке, - Робин Арчер. Конечно, его замещает... некий Лоуренс Корнуэлл. И вообще, действует администрация - словом, это полбеды, их внутреннее дело... Но через двое суток, на территории общины убили Губерта фон Адриана, и тут-то и разразился кризис... Все обвиняют друг друга. Официально признанного наследника не существует... - Да-а... Совершенно неожиданный поворот событий... Убийца - из Старателей? - Убийца неизвестен. - Бомба? Яд? - Нет, холодное оружие. - Скорее всего это - провокация. Второй эшелон баронов рвется к власти. И вот - их ход. Одним ударом устраняют Владетеля Гремланда и ставят на грань войны Общину. Тем самым загоняют их в угол - момент выбран удачно - после Трех Войн Община настроилась на мирную передышку, к войне не готова... Да еще, как вы говорите, обезглавлена. Шериф Арчер - это очень мощный фактор... Вы просто не слышали легенд об этом человеке... Да, с большой степенью вероятности это - заговор баронов. Странно, что они сразу не провозгласили нового Наместника... Можно понять, почему вас так спешно командируют... Проект Колонизации в случае войны или любой дестабилизации уходит в долгий ящик... Пока найдут и доставят сюда специалистов, там все уже начнется и кончится... А вы здесь - единственное лицо, наделенное полномочиями... Но, как я понимаю, направить Федерального Следователя на Парагею Управление может только имея хотя бы формальное согласие Общины или, не знаю кого уж теперь, из Совета Ордена... - В Директорат обратились одновременно обе стороны. Первыми - через три часа после покушения на Наместника - Помощник Большого Шерифа - Корнуэлл, я имею ввиду, местный депутат, Старейшина и технический директор Приисков. Вполне адекватная ситуации компания. И еще через двенадцать часов - от имени Ордена вот эта коллекция из шести высших аристократов, - Кай продемонстрировал историку хвост распечатки. Тот внимательно изучил список подписавших. - По крайней мере, оба Низинных лорда - Остфолд и Вестфолд и Владетель Побережья Магнус фон Оркгарк... - пробормотал он. - Могу вас заверить, что эти трое - пожалуй, самые разумные персонажи из орденской обоймы... Ну и старый Сато - тоже фигура весомая и надежная, насколько эти понятия имеют силу на Парагее... Старый историк поднялся и из угла в угол заходил по кабинету. Пару раз дотронулся до потертых корешков немногих фолиантов, уютно устроившихся на вращающейся полке... Потом резко повернулся к Каю. - Но я допускаю и мысль, что... Вам следует призадуматься, прежде чем вот так чистосердечно принимать к исполнению это... предписание. Послушайте, я не как специалист, а просто как человек человека, хочу спросить у вас: Вы как, не можете приискать у себя какую-нибудь хворь... или любую другую причину... Чтобы уклониться от этой... От выполнения этого поручения? - Почему вы считаете, что мне не следует принимать это дело? Конечно, специфика Парагеи... Но, с другой стороны, присутствие человека Управления хоть как-то стабилизирует ситуацию... Даже, если вы считаете вашего покорного слугу полностью некомпетентным в... - Что до компетентности и способности сориентироваться в полностью незнакомой обстановке... Эти качества могут только повредить вам. Дело в том, что все очень похоже на то, что вас просто приглашают в довольно опасную ловушку. - Профессор, позвольте заметить, что те, кому хотелось бы свести со мной счеты, гораздо проще управились бы с этим где-нибудь в более подходящем месте, не привлекая к делу столько политики... - Речь идет не о вас лично... Поймите, что в мире - простите за каламбур - Тридцати Трех Миров идет сейчас стихийный и весьма жутковатый процесс... Империя начинает возрождаться с окраин... Как историк, я не говорю хорошо это или плохо. Я констатирую закономерность. И в этом, простите, не оригинален. - Мой знакомый с Океании - глубоководный браконьер, кстати - когда переставал понимать своего адвоката, говорил ему: "Мистер Гауленд, вы выражаетесь стремно"... - Я понял вас. Постарайтесь дослушать меня до конца. В самых разных и не связанных между собой точках Периферии разыгрывается один и тот же довольно печальный сценарий: Долгая грызня политических сил, явившихся на смену павшей Империи, неустойчивое равновесие двух или трех уцелевших к финалу группировок, затем казалось бы необъяснимые, всякой логики лишенные эксцессы - вирусный террор на Дефансе-5, охота на мутантов на Аделаиде, просто национальная резня еще по-крайней мере в двух Мирах... Следует мягкое вмешательство Федерального Директората. В неблагополучные колонии направляются Чрезвычайные Послы, миротворческие делегации, наблюдатели... И Федеральные Следователи. И тут ловушка захлопывается. Посла похищают. Это на Аделаиде. Наблюдателей терроризируют и убивают по-одиночке. Это на Техасе-7 и Новой Колыме. Миротворческую делегацию расстреливают в упор. На том же Дефансе. Следует третий акт. Тут никакого разнообразия. Буря в парламентах всех уровней. Демонстрации в Метрополии. Чрезвычайные решения Директората. Посылка Экспедиционных Корпусов, крейсера на орбитах, оккупационный режим на Дефансе, прямое правление на Аделаиде и все в том же духе на остальных "горячих" планетах. Как вы думаете - почему? - Я не политолог... Думаю, что Окраины просто не перебродили... И потом... Вы, профессор сопоставили сейчас вместе события разных лет, которые мне как-то не приходило в голову ставить в одну строку. - Не огорчайтесь. Обыденное сознание и не для того существует, чтобы заниматься такими вопросами... Ведь чем большинство людей объясняет гибель империй? Врожденным стремлением человеческих существ к свободе. А их, империй, рождение и возрождение? Ну конечно, безумным стремлением властителей простереть свою власть как можно дальше и продлить ее как можно дольше... Почему же Периферия норовит опять подставить голову под ярмо? Да потому, господин следователь, что не так раб нужен господину, сколько господин рабу. Он, конечно, грабит и угнетает. Но он и кормит и организует. И вообще - решает проблемы. А уж если у раба есть свои рабы - типичнейшая для современной политики ситуация - то святой долг господина помочь и их держать в узде и ставить на место. Великие завоеватели и тираны - это только инструмент, с помощью которого рабы создают рабство. Если поблизости такого инструмента нет, то вскоре находится по соседству. Если нет и по соседству, его пригласят издалека. Боюсь, что на Парагее мы имеем как раз эту ситуацию. Я сначала подумал о молодых баронах второго ряда... Но гораздо вероятнее, что именно старые, заматерелые медведи, вроде клана Шталленштрассов или Сато решили разыграть карту оккупационного режима, который только и может их защитить от молодых волков вроде рода де Рэ и от отпетых адептов Беспредела вроде Черного Рыцаря Мо. И от все усиливающейся Общины... А с другой стороны, в Общине, состарившиеся герои Освободительных Войн тоже жаждут спокойно пожинать плоды борьбы, на которую положили всю свою жизнь. Здесь не нужно заговора. Здесь требуется только взаимное понимание сторон. И первая часть сценария, который я обрисовал вам, уже, считайте, разыграна. В считанные часы обстановка взвинчена до грани военных действий. Теперь - выход жертвы. Ваш, боюсь, выход... Следователь слушал историка, склонив голову набок, и не спешил подавать реплики. Нудельман подцепил в бумагах, сложенных на столе, точно такой же конверт, как и тот, что так возмутил щепетильного Глембовски. - Вот первая наживка - все мы приглашены лицезреть Осенний Турнир. Явная неудача - на Планету, по всей видимости не удастся заманить даже любознательную мадам Легран... Кстати, и господина Посла и, например, пана Станислава это приглашение навело на вполне определенные мысли... Тогда делается вторая попытка - беспроигрышная. Ни Директорату, ни Управлению деваться некуда, даже если они и подозревают что-либо. - Значит, лучшее, что вы мне обещаете на Планете - это быть похищенным? Насколько вы уверены в такой версии? - Судя по тому, как энергично начата партия, вас постараются обслужить по максимуму. И тянуть с этим делом не станут. Что до исчисления вероятности такого варианта, то я держу ее за весьма высокую. Искусство политической интриги на Парагее стоит на хорошем уровне. Даже если это не заранее подготовленная провокация, искушение использовать сложившуюся ситуацию будет для многих слишком велико. Хотя, я думаю, противоположно настроенная партия сильна как среди аристократов, так и в Общине. И уж точно кризис не в интересах Секты. По крайней мере, ее Белой Касты. - Противоположная партия - это кто? - Сепаратисты, разумеется. И толпа нуворишей, которые ни с кем не хотят делиться доходами от добычи Сырья, а сами хотят распоряжаться средствами, отпущенными на Проект. Таких много и они сильны. Но эти будут играть в защите, а защита в вашем случае - дело проигрышное. От хорошо спланированного покушения не защитит и президентская охрана. Целая рать профессионалов бессильна против единственного дурня с дальнобойным бластером. - А в целом, как вы оцениваете играющих в защите? - Общинники энергичны и, в основном, дружелюбны. Но не изощрены в политике и не профессиональны. Короче - лопухи. На них рассчитывайте в последнюю очередь. Бароны нас держат за ренегатов, но защиту будут осуществлять профессионально. Но и только. Наместника, как видите, не уберегли. Кроме того, нельзя становиться в зависимое от них положение. Единственная совершенно непредсказуемая сила - это Секта. Она способна на невероятные вещи. Но войти в контакт с Колдунами официальному лицу практически невозможно. Остается надеяться на их догадливость. Я, кажется, перечислил все действующие факторы. Из тех, что стоит называть вслух. Дополнение было не лишним. Историк достаточно прозрачно намекнул на то, что имеет представление о существовании на Планете нелегальных агентур Управления, армии и еще пары федеральных структур и благополучно уклонился от обсуждения столь щекотливого вопроса. - В общем, я свой совет вам дал, - сухо подытожил старик. - Передать эстафетную палочку другому? А тому вы что посоветуете? Ведь он обязательно будет - этот кто-то другой. Крайний. Историк отвернулся к имитации иллюминатора - там, в глубине голографического телеэкрана словно исполинский айсберг неспешно разворачивалась вокруг оси громада Хозяина. Некоторое время они молчали. - Еще один мой вопрос, - прервал молчание Кай, - касается Шабаша. Ну и, естественно, Исхода. Хотелось бы знать ваше мнение о природе этих событий. - Это имеет отношение к происшедшим событиям? - не без удивления отозвался Нудельман. - Я должен иметь хотя бы приблизительно верную оценку роли этих... паранормальных явлений во всем происходящем. А Шабаш - самое достоверное событие связанное с ними. - В этом вы правы. Но не рассчитывайте найти где-либо серьезное исследование этого феномена. Я убил на такие поиски порядком времени. Тайна ушла в Секту - там, на Планете, остались все, кто имел сколько-нибудь ясное представление о природе взаимодействия поля, создаваемого Сырьем и человеческой психикой. А науке Метрополии было в те годы не до того. Возможно что-то можно выжать из архивов военных ведомств... У вас, конечно, нет времени, чтобы обращаться к академическим источникам, - Нудельман постучал по клавишам терминала и на пару минут погрузился в манипулирование поплывшими по экрану перечнями файлов. Потом поднял голову, вытащил из щели аппарата и протянул Каю пластиковую карточку-"магнитку". - Вот, на всякий случай, краткая библиография по этой теме. Если будет время, сделайте заказы по сети. Что до контактов со специалистами, то восемь месяцев назад, когда я был на Планете, мое внимание привлекли некоторые фигуры местного масштаба... Я рекомендую вам связаться с техническим директором Приисков. Шреттер его фамилия. Имя, кажется, - Людвиг. Он знает толк в тамошней мифологии и, в то же время, мыслит достаточно ясно, не склонен к мистике. И исполняющий обязанности Главного Врача Приисков - Паркер может проконсультировать вас по этим вопросам. Весьма честолюбивый молодой человек, но достаточно эрудированный. Я же могу только констатировать непреложный факт: Горный Край - это ярко выраженная астроблема - результат столкновения Планеты с каким-то космическим... объектом. Аномальным объектом. Сырье - это нечто, порожденное тем, что столкнулось с Парагеей. Поэтому Прииски и Горный Край, вообще, это царство аномальных явлений и процессов... Я верю в это - имел возможность убедиться. Но как историк в этом вопросе не компетентен... - Благодарю вас, - сказал Федеральный Следователь, поднимаясь со стула. - Не стану отнимать у вас больше времени... На полдороги к дому Роба глайдер Ларри догнал сверкающий "Альфа-Чемпион" Итальянца Фрэнка и как-то необычайно вежливо просигналил ему. Ларри притормозил и остановил машину на обочине. Фрэнк, собственной персоной восседавший за рулем, подкатил встык - кабина к кабине. - Поговорить надо, командир, - глухо, глядя в сторону, сказал Фрэнк. - Я-то не против. Только, сам видишь, дел у меня по горло. Так что ты уж давай, поживей. И не мудри, будь добр... - Тут, при таких делах, какие пошли, - выдержав короткую паузу, нехотя начал Фрэнк, - все наши и люди Кармоди, тоже - собрались и потолковали... - Да доносили мне, что все Большие Люди с утра гудят у Чеслава... Тот факт, что перед лицом возникшей ситуации собрались и даже нашли общий язык обе ветви уголовного мира Общины, говорил сам за себя. - Так вот, потолковали всем миром и велели мне с тобой поговорить. От имени, так сказать, и по поручению... Первое: из наших и Кармоди людей, к тому, что Роб... на дно залег никто никакого касательства не имеет. Всех, на кого можно грешить, хорошенько потрясли... Будь уверен. - Да я и так уверен, что против Роба у вашей шушеры кишка тонка. Так что не вибрируй, Итальянец. И Кармоди тоже пусть себе в ум не берет, что его за серьезный фактор в этом деле держат... - И вот еще... Если потребуется выкуп. Или, там, еще как... То постановили скинуться... Можете рассчитывать. Только позвони мне... "Надо же, - подумал Ларри, - можно подумать, что не тебя, Фрэнк, Большой Шериф мордой по стойке возил. В баре у того же Чеслава. А как припекло, поняли, что без Роба жизни в Общине не будет". - Ты не торопись деньги ваши совать. Лучше возьми в расчет вот что - и Кармоди передай... К вечеру я сюда на пару недель гостя привезу. Федерального Следователя. Ни вам ни нам от него, скорее всего, ни тепла, ни радости не будет... Я его попридержу в Ратуше - пусть в бумажках покопается сколько душе угодно... Но если мистера понесет совать нос, скажем, в ваши дела, так воздержитесь... Понятное дело, что кто-то из твоих людей захочет его при таком раскладе попугать... Так вот - не надо пугать. И... за другими, со стороны всякими... присмотрите. - Это ясно. Неприятностей себе отсюда не жди, Ларри. - О моих неприятностях у тебя пусть голова не болит. Ты, вот, лучше сообрази - с кем тебе лучше иметь дело - с Толстым Хэнком - с Народной Милицией, то-есть, или с Федеральным Комиссаром. А такого пришлют, если что... Мне-то что - мне, да и всему Кругу просто коленом под зад дадут Федеральные Войска. А у тебя есть что терять... Последовала пауза. - Ладно, Ларри, считай договорились. Пока ты своего гостя по Общине таскать будешь, наши люди будут тише травы и ниже воды... И будем держать друг друга в курсе. О'кей? - О'кей, - ответил Ларри и тронул глайдер. В экран заднего обзора он видел как Итальянец постоял еще секунд тридцать на месте, вышвырнул в оконный проем недокуренную сигару и тоже двинулся по своим делам. У дома Роба было чисто. Даже настырных типов из "Пресс" не было видно. Только Невада, как и положено, была на своем посту - притулилась на пне сбоку от крыльца и задумчиво поигрывала своим "Питоном". - Привет, - окликнул ее Ларри. - Как, не беспокоил Лин кто? - Подъезжал Гастон. И с первой программы паренек приходил. Не помню имени - ну, знаешь - "Желтая Опасность"... - Ямамото? - Ага. На редкость незапоминающаяся фамилия. - Ну и как? - Один уехал с чем приехал, - "Питон" кувыркнулся в воздухе и снова лег рукоятью в узкую ладонь Невады, - другой ушел с чем пришел... - она помолчала. - Еще Финни вчера школу пропустил. Лин расстроена... - Ну что-ж... Потолкую с парнишкой. Вот что. Я через часок пришлю тебе смену. Ты выспись, приоденься и к половине шестого... к семнадцати тридцати подходи к Ратуше. Повезу тебя на задание. - А Хэнк в курсе? - Ты сейчас в подчинении Управы. Не забудь пушку. Будешь пасти гостя. Прибывает Федеральный Следователь. Твоя задача - при нем секретарить. И глаз не спускать. - Терпеть не могу пузатых чиновников!.. Сосватай эту работенку лучше своей Бекки... - Это с чего это ты взяла, что моей? И изволь приказ исполнять: гостя устроишь в нашей спецквартире, на все вопросы ему ответишь - и умные и глупые, все файлы покажешь, в архив сведешь, вечером на банкет проводишь, домой отведешь и баиньки уложишь... - Ну ты, Помощник, думай, что говоришь! - Я не в том смысле... Короче - чтоб без твоего глазу мистер ни шагу не делал. А если что - слушай меня внимательно - если кому взбредет в голову гостя попугать, ты с этой штукой, - Ларри кивнул на "Питон", не стесняйся. У нас одна задача - Следователя принять, делом занять, чтоб не мешался, и живым обратно спровадить. Так что ты не столько на него самого таращись, а больше по сторонам секи... И вообще - голова у тебя на плечах есть - действуй по обстоятельствам... Выбор Ларри пал на Неваду Лоусон, действительно, не из за ее несколько угловатых, но симпатичных фигуры и физиономии, а по причине редкого для женщины сочетания решительности и умения владеть стрелковым оружием всех типов. Будь эта комбинация сдобрена хоть небольшой примесью такта и чувства субординации, эту дочь степного фермера ждала бы, несомненно, неординарная карьера в ведомстве Толстого Хэнка. Ну ничего - все придет со временем... Кивнув строптивой подчиненной, Ларри поднялся на крыльцо. - Извини, что с утра беспокою, - неловко переминаясь, сказал он, со смущением глядя на поставленную перед ним яичницу. - Вечером встречаю Федерального Следователя - так надо... Так что только позвонить смогу, наверное... Но ты, Лин, не сомневайся - если Роб хоть малейший знак тебе даст - сразу набирай мой код. Я все дела отставляю и хоть к черту в зубы отправлюсь... - Ты ешь - осунулся ты здорово за эти дни. И щетиной оброс - побрейся когда за гостем отправишься... - Послушай, Лин, я все не решусь тебя спросить... Ну, действительно ничего личного не было? Ничего такого... как тогда? - Да нет, все в прошлом. Правда эта истеричка все пишет ему... время от времени. Позапрошлогодний роман с дочерью Старого Лиса - Гийома де Ронсара развалил бы начисто любую семью, только не семью Роба Арчера. Лин дралась за мужа как пантера. Да и самому ему, как говорится, чертей дала. Все было - и ночевал Роб в своих берлогах на Глухих Заимках и пил фантастически, но дела Общины даже тогда оставались для него главным занятием. Этот, вроде заглохший роман, плюс факт переписки с членом баронской семьи стоил бы поста, да и членства в Общине кому угодно, но Робу он только прибавил популярности, причем, как ни странно, среди как мужской, так и женской части Общины, по принципу "Знай наших!" - Надежный он человек, - Лин выпрямилась и отвернулась к окну, - только не может сейчас показаться почему-то... Сердце чувствует - жив. Ты же видишь, Ларри - я держусь... Хотя и реву ночами - глянь как, физиономия опухла... Ларри пробормотал что-то о том, что слезы Лин не портят и ей еще придется от ухажеров отбиваться, причем тут же прикусил язык. - Попробуй кто ко мне сунутся, пока жив Роб! - глаза Лин, цвета вереска, вдруг потемнели и метнули молнии. - Яичница окончательно стала поперек горла Помощнику, и он отодвинул почти нетронутую тарелку. На его счастье на кухню, где делилась с ним своими горестями подруга жизни Роба, влетел Арчер-младший, запыхавшийся и голодный. Он и не дал остыть глазунье. - Надо мыть руки, когда садишься за стол, Финни, - резко сказала Лин. - И твой отец всегда хоть три секунды тратил на молитву, перед тем, как схватиться за ложку. И гость у нас - поздоровайся! - Привет, Ларри, - торопливо сказал Финни. - Я мыл, честное слово, мам. Ух ты! - Последнее относилось к куску породы с торчащими из него во все стороны, острыми как иглы, иссиня-черными кристаллами антимонита, который протянул ему Ларри. - Словно ежик, - добавил он, поворачивая в руках подарок. - Это тебе от Флери - его напарник в Южной Штольне раскопал... Хотя пора тебе уже что посерьезнее приносить из Подземного... Растешь как на дрожжах. Уж и забыл сколько тебе - надо же, а ведь сам тебя, можно сказать крестил, еще в Первую, в Храмовом Зале... - Шестнадцать через месяц... - Вот тогда и пойдем туда - примешь второе крещение - Старателя. - Ох, Ларри - не стоит нам, дневному народу, в подземный ваш сумрак лезть... - Лин зябко и совершенно искренне поежилась, - Роб, вот и зачудил после книг твоих... И с тех пор, как в Лабиринт стал наведываться. Я с тех пор по ночам плохо сплю. А когда с утра этот бродяга наведался, так как-то Подземным от него и повеяло... - Какой бродяга? Ты мне ничего не говорила, Лин... - Да, наверно, из заимковых друзей Роба. Знаешь эту манеру - у тех из старателей, что постарее да победнее - капюшон на голову накинут, так, что лица не видать - мрак один... Порасспросил о Робе, да и ушел как приходил - с черного хода. Про то где Роб и как - еще меньше меня, видно, знает... Так что - о чем же здесь рассказывать... Некоторое время Ларри переваривал эту информацию. Потом повернулся к Финни. - Ладно, а в школу мы ходить собираемся? Начало года, а ты шатаешься невесть где... - В отца пошел, - вставила Лин. - Посидел бы дома в такое время. - Дядя Ларри, я - последний раз!.. Очень надо было... - Последний, так последний, - Ларри встал и откашлялся. - Вот что - при таких делах, какие пошли, будь добр - из школы - домой, из дома - в школу. И так, пока дядя Ларри не даст отбой. Я с вашего терминала звякну, он у вас на кодированном канале, Лин, и уж пойду... - Слушай, Кон, - сказал он в трубку. - Пришли человека на смену лейтенанту Лоусон. И распорядись, чтобы на Космотерминале пошибче суетились с подготовкой к приему челнока со Станции. Теперь слушай внимательно: в восемнадцать ноль-ноль, после отчаливания, свяжись с челноком и заверни его на военную посадочную полосу... - На Сухом Озере? - А где же еще? Потом, при полном параде отбываешь со мной в сторону Терминала и, в восемнадцать сорок - круто разворачиваемся и следуем на Сухое. Пусть господа бароны немного удивятся... Я уже отдал распоряжения людям на Сухом, но ты проконтролируй... А лучше, направь туда человека - но только без лишнего шума... - Все ясно. Будет исполнено, Помощник. Вот еще... Слушай, там у вас, в Лесном - все и впрямь гладко прошло? - Куда уж глаже - Наместника - напополам, убийца скрылся... - Я не про то... В смысле - с Магистром не поцапались? А то у меня тут сидит Супи, ждет дальнейших указаний, и морда у него вся в бинтах... Ларри слегка опешил. - Я - то его в целости и сохранности оставил. Пусть уж он сам тебе доложит, какому он там черту под хвост заглядывал... - Да молчит он, как у Магистра на допросе... - Значит есть о чем. Отойдет - скажет. Не надоедай человеку. Закончив разговор, Ларри тепло кивнул Лин, хлопнул по плечу Финни и спустился с крыльца. - Сержант Лоусон! - строго окликнул он. - А?! - отозвалась Невада. - Почему черный-то ход не контролируешь? Тут какие-то бродяги, оказывается, шляются... - То-есть как - не контролирую? Там у меня камера выставлена. Точно по инструкции, - Невада кивнула на пристроенный в развилке небольшого деревца монитор, на экране которого исправно светилось изображение задней стены дома Большого Шерифа. - Утром был мусорщик на драндулете, но в дом не заходил. И все. У Ларри не было ни малейшего желания пререкаться с заковыристой подчиненной и он молча залез в глайдер и тронулся к Ратуше. Странное чувство какой-то незаконченности состоявшегося разговора досаждало ему. И только остановив глайдер у служебного входа, он вдруг сообразил: "Господи, да парень, ей-Богу, ни разу не спросил меня о судьбе своего отца!.." - Мы садимся на резервной полосе, - доложил пилот. Поэтому торможение начинаем немного раньше. Пристегните ремни и зафиксируйте спинку сиденья. - Все о'кей, - отозвался Кай. - Там приняли мои радиограммы? - Да. Приготовьтесь. Снова неуловимое ощущение, что он возвращается на Землю, посетило Следователя. Облака серебристым морем простерлись на адской глубине внизу. Конус пламени затрепетал вокруг носового отсека, скрывая величественную панораму Планеты. Тяжесть залила тело. Время замедлило свой бег. Казалось, что он смотрит не в иллюминатор, а в рябящий помехами экран неисправного телевизора. На какое-то время стекло изменило свой цвет, стало матово-черным - челнок проходил температурный барьер. Затем иллюминаторам снова вернулась прозрачность. И через быстро истекшую вечность, вынырнула снизу аспидно-черная поверхность посадочной полосы и - в тучах мчащейся пыли, вдали - силуэты безнадежно скачущих вслед всадников. Тряхнуло. Пейзаж за окном завершил свой бег. Посадка была завершена. Оркестра, слава Богу, не было. Как и почетного караула. Только цепочка солдат, замерших с напряженными лицами вдоль невидимой линии по которой, глотая поднятую при посадке пыль, поспешно шел навстречу Каю коренастый седой крепыш, в сопровождении кучки озабоченных, чем-то друг на друга похожих господ. Всю обедню попортила настигшая их, все-таки кавалькада, вынырнувшая из пыльной тучи и на скаку обогнувшая растерявшийся караул. Возглавлявший четверку всадников, Младший Рыцарь, продемонстрировав чудо вольтижировки, осадил коня в считанных сантиметрах от слегка опешившего Следователя и изысканным жестом протянул ему смахивающий на бандероль пакет. Кай не успел еще протянуть за посланием руку, как нахально выскочившая из группы встречающих девчонка перехватила свиток и тут же отступила в сторону шагов на пять. Всадники отсалютовали и, развернувшись, стремительно умчались в дрожащее над степью марево. Крепыш как ни в чем ни бывало откашлялся, представился, как и ожидал Кай, Лоуренсом Корнуэллом и поприветствовал гостя вполне официальным образом. Последовало представление гостю членов городской Управы и Круга Авторитетов Общины. Последней пред очи Федерального Следователя предстала давешняя девица-подросток, нервно теребившая свой трофей. - Это ваш секретарь - сержант Лоусон, мистер Санди, - рассеял недоумение Кая Ларри. Можете доверять Неваде как самому себе. - Невада - это так меня зовут, - уточнила представляемая и нервно шмыгнула носом. - Мы вас поселим в нашей спецквартире, где никто не будет вас беспокоить. Там сможете отдохнуть до вечера. В двадцать ноль-ноль мы ожидаем вас на дружеском банкете в Ратуше... - с любезной улыбкой сказал Флери, чтобы прервать натянутое молчание, воцарившееся в кабине стремительно мчащегося глайдера. - Если это не обидит вас, я бы предпочел немедленно ознакомиться с основными материалами по делу. По обоим делам, что предстоят нам. И далее, видимо, придется действовать сообразно необходимости. Мне представляется, что в работе мы познакомимся лучше, нежели за столом. Не обижайтесь, повторяю, но вот окончим расследование и тогда уж и отметим итоги - за здравие или за упокой... - голос Следователя был вежлив и сух. - Простите, но может быть вы позволите мне ознакомиться с письмом, которое доставил этот молодой человек на коне и в кирасе? Ларри не успел ответить ему, что лучше будет если его секретарь вскроет письмо от баронов, от греха подальше, в специально для таких вещей предназначенной комнате. Следователь решительно взял свиток из рук оробевшего сержанта Лоусон и сломал сургуч. Взрыва или выделения ядовитых газов не последовало. Некоторое время Кай с изумлением изучал адресованный ему текст. "Спешу уведомить Вас, - гласил он, - что ваше предложение указать время и место, где его светлость Раймонд де Рэ мог бы удовлетворить ваш интерес к тому, свидетелем чего поименованный выше светлейший граф явился во время прискорбного эпизода в покоях Лесной резиденции, доставлено по адресу и во-время. К сожалению, в ближайшие дни время светлейшего графа будет отдано следованию благородной традиции Осенней Псовой Охоты, которая имеет место быть во владениях сиятельного барона де Кока, где в славном своими традициями родовом замке только и может состояться столь желательная господину Следователю беседа. Мы надеемся, что созерцание славной рыцарской забавы облегчит бремя государственных забот, лежащее на Ваших плечах. Мы просим, также, принять во внимание, что немедля после окончания Охоты, светлейший граф и другие члены Ордена отбывают в горы Гремланда для участия в Осеннем Турнире, что может сделать навеки невозможной более позднюю встречу с Магистром де Рэ. Со своей стороны, мы гарантируем почтенному Следователю полнейший комфорт и гостеприимство, в какой бы час дня и ночи ему не заблагорассудилось явиться на церемонию Осенней Псовой Охоты. С совершенным к Вам почтением сиятельный князь Магнус фон Оркгарк, Истинный и Законный Владетель Побережья. Дано сие в день шестой месяца Осенних Лун, года сто семнадцатого от Основания Ордена в Пьяном Замке, в чем свидетельствую - Роман Клэр, секретарь." - Похоже на дурную шутку, - сказал Следователь, передавая листок Помощнику Шерифа. Тот пробежал текст глазами и усмехнулся. - Вы пригласили Магистра для допроса? Впрочем, я же читал вашу радиограмму... Собственно, ничего другого вы и не могли получить в ответ... Плюньте на эту бумажку и не расстраивайтесь. - Я многого не понимаю, в таком случае... Почему на радиограмму, адресованную лично Раймонду де Рэ отвечает Магнус фон Оркгарк? И как он мыслит себе проведение допроса во время охоты? Я не говорю уже об этической стороне дела... - Наплюйте, говорю я вам. Вся эта затея с Псовой Охотою - чистый блеф, думается мне... Затащить вас хотят в замок к де Коку и обработать - хорошо если только упоят до полусмерти... Еще то местечко, доложу я вам... - Дело тут похитрее, Ларри, - вмешался с заднего сидения, хранивший до того молчание Седой Ханнес. - Раз за Магистра отвечает его сюзерен - Владетель Побережья, то бишь, значит магистровы дела - швах. Дай-ка сюда бумажонку эту... Некоторое время старик сопя вчитывался в словесные изыски княжеского секретаря. Потом откашлялся и продолжил: - Тут дело ясное. У де Кока в имении никакая не охота будет. Не до охоты графьям сейчас. Там Орденский Круг собирается. Только господа не хотят, чтобы от Общины представитель присутствовал, как по Четвертой Хартии полагается... Ну ты, Ларри поспеши как раз на эту обедню - с порученьицем тем, о котором мы днем толковали... И передай еще, что, мол с Федеральным Следователем этак вот не разговаривают, - Ханнес перекинул княжеское послание на переднее сидение - Неваде. - А Магистра они в оборот взяли - это как пить дать. Тут и впрямь замазался он в этом деле по уши - чего уж говорить - Наместника не защитил, не спас от убийства, а может и сам к тому руку-то приложил, да еще и Цепь нам в подарок оставил... Опять же - под следствие подставился... А там и еще чего припомнят - на Кругу-то... Так что летят от Собачьего Раймонда сейчас пух да перья... Оно - пустяк, а приятно, что ни говори. - В таком случае, я немедленно должен быть в замке де Кока, - решительно сказал Следователь. - Нужно успеть допросить подозреваемого прежде, чем ему навяжут какую-либо искаженную версию... И вообще, мне следует поторопиться - упущено много времени. - Да не вздумайте вы соваться в это осиное гнездо... - испуганно вскинулся Флери. - Это же бандиты - у них сейчас на Кругу дело запросто до поножовщины дойти может!.. - В письме содержится открытый намек на то, что я, в дальнейшем могу и не увидеть свидетеля живым. Если к тому же, как вы говорите, возможны эксцессы уже в имении де Кока, то тем более надо спешить... Я не ошибся, поняв ваши слова так, - Кай обернулся к Ханнесу, - что господин Корнуэлл в самое ближайшее время направляется именно туда? В таком случае логично мне присоединиться к этой миссии, если она не секретна, разумеется... - Да какие уж там у нас секреты... Воля, как говорится ваша, езжайте хоть к черту в зубы, только помните, что старый Ханнес вам этого не присоветовал... Некоторое время все разглядывали стремительно мчащийся за окном пейзаж - издалека уже показались отроги гор, дымы над Гнилыми Урочищами и угрюмый, уже зажигающий редкие огни окон, наполовину покинутый город. Процедура приема гостя порушилась ко всем чертям, чем Помощник Шерифа был в глубине души доволен - ему самому было тошно ублажать залетного бездельника в такое-то время. Там, может быть с Роба в буквальном смысле шкуру спускают где-нибудь в княжеском подземелье, а ты изволь пить-гулять с дорогим гостем... - Водитель пристроит ваш багаж, - сказал он, вылезая из подрулившего к служебному входу Ратуши глайдера, - а мы, раз уж вы так настроены, возьмемся за дело. Невада - будешь записывать за господином Следователем что надо... Встретимся позже, господа, - откланялся он Флери и Ханнесу. - Вы готовы? - Разумеется, - живо отозвался Следователь, поспевая за ним мимо вытянувшегося в струнку охранника. - Прости, отец, - не до тебя... - бросил Ларри поднявшейся навстречу ему со ступеней крыльца фигуре в сером клобуке. Он по-привычке именовал "отцами" всех Старателей, что постарше. - Я-то подожду, а вот время ждать не станет, сынок, - это он услышал уже за спиной и какое-то смутное воспоминание кольнуло его душу... Но надо было удерживать дела под контролем. - Вот, - сказал он, приглашая Кая занять место за рабочим столом. Мой кабинет в вашем полном распоряжении. Я на время проведения следствия буду работать вот в этой комнате рядом. - Прекрасно... - С техническими вопросами вам поможет Доббин. Он у нас в таких делах мастак. Польщенный Доббин поклонился гостю и, от греха подальше, убрался в свой кабинет. - Прекрасно, давайте просмотрим материалы дела. На легшую перед ним тощую папку Следователь поглядел не без удивления. Щелкнул магнитным замком и совсем уж остолбенел, обнаружив перед собой лишь пару соединенных скрепкой листков распечатки. - Это протокол осмотра Потаенного Кабинета. Все подписано чин-чином... Кай углубился в коряво составленный текст. Заглянул на оборотную сторону последней страницы. Откашлялся. - Я не вижу в деле распечатки опроса свидетеля Лоуренса. Это ваш тезка? - Вроде того. Только это у меня имя такое - Лоуренс - Ларри, попросту... А у Гипсового Рэльфа это фамилия. Ларри грустно улыбнулся. Над этим совпадением частенько шутили на Заимках в ту пору, когда Рэльф не был еще Гипсовым, а он - Ларри не был еще Помощником. Давно. - Да мы решили не мучить лишний раз человека. Там все в протоколе есть, что он рассказал - по существу... - Тогда он должен был скрепить протокол своей подписью. Кроме того здесь у вас совершенно не означены меры, принятые для опознания трупа... И есть другие огрехи. Фактически, в таком виде эта бумага не имеет никакой силы. И, фактически, только повредит делу. Первое, что сделает защитник - это опротестует материалы следствия. Имея на руках такой документ можно легко поставить под сомнение, что убит именно Губерт фон Адриан. И что, вообще, кто-то убит... Кстати, где акт патологоанатомической экспертизы? Да и сам труп? В принципе Ларри, конечно, хорошо понимал, что неведомый злодей, которого им предстоит искать, в терминах юриспруденции будет фигурировать как Обвиняемый, и, мало того, ему по закону, разумеется, положен адвокат, но сейчас напоминание об этом непреложном факте поразило его как громом. - С трупом все о'кей - он в холодильнике у дока Паркера. И акт он сварганит по всей форме - будьте уверены... - Будет очень любезно с его стороны, если он подготовит материал завтра до полудня. Я хотел бы... - Я дока потороплю. Только там проблем нет - коли человека наотмашь топором рубанули - он, ясное дело, не жилец... Кай внимательно, как на бестолкового ребенка, глянул на собеседника. Пошуршал еще немного скудными документами по делу и без особой уверенности в голосе спросил: - Надеюсь, орудие преступления отдано на экспертизу? - Да вот оно, орудие это. - Ларри подошел к сейфу, погремел ключами и извлек прозрачный пластиковый мешок с покрытым запекшейся кровью причудливым мечом-секирой в нем. Какая тут экспертиза? Инструмент Магии - и весь сказ. - Но в Общине, ведь, найдутся, надо полагать, специалисты по подобного рода раритетам? В конце концов, кто-то же его изготовил - этот инструмент... Или привез на Планету... - Тут уж, простите, из всей Общины, разве что один только старина Ларри Корнуэлл, ваш покорный слуга, вам в помощь. Так уж сложилось, что я в учениках ходил у Болотных Старцев... Еще бы чуть и в Секту бы крестили... Да убоялся. - Таким образом, я вправе ожидать, что вы не замедлите приобщить к делу свое заключение относительно орудия преступления... - Тут со Старцами потолковать надо... - задумчиво прикинул Ларри. - Вы уже пригласили кого-нибудь из них на беседу? С вашего позволения я хотел бы... - Да приглашать-то их можно сколько угодно. Только не придет никто. Тут уж придется старине Ларри брать этот причиндалы подмышку, да топать на Глухие Заимки. А там уж - захотят Старцы - покажутся... А могут и не захотеть. Малый грешок за мной. Как раз по этому вот делу набежал. Светлый Знак я в миру показал, не подумав... - Что вы имеете ввиду? - спросил порядком озадаченный Кай. - Да не берите в голову. Словом, не этим вечером, так следующим, я на Глухие подамся и заключение вам настрочу - что надо. - Кое что я хотел бы понять уже сегодня. Например, почему орудие преступления было брошено тут же, на месте самого этого преступления? - Да тут, я думаю, дело просто - если это и впрямь Малое Лезвие Судьбы, как я думаю, так его же и выковывают для одного только удара. Единственного. Снова за него браться нельзя - Запрет. - Тем не менее в протоколе отмечено, что убийца дважды нанес жертве удар одним и тем же орудием... - Это-то и мне самому чудно... - Теперь - еще одно вещественное доказательство: платиновая Цепь Власти. Вы, судя по всему, придаете большое значение тому, что этот предмет был оставлен на месте преступления. - Да. Или это подземная Нечисть ворвалась в Потайной Кабинет, или Магистр в последний момент не посмел... - Следует приложить заключение эксперта о подлинности Цепи. Здесь возможны варианты. - Так завтра я Цепь из рук в руки передаю представителям Ордена и уж они точно засвидетельствуют... - Как вы сказали? Вы что, серьезно собираетесь изъять из дела вещественное доказательство, которое сами расцениваете как одно из решающих? - Политика, господин Следователь - дело тонкое. Бароны нам фактически ставят ультиматум - мол выдайте нашу реликвию, иначе за дальнейшее развитие событий не отвечаем... Сегодня еще часу дня не было, как вот этот меморандум привез граф де Кок. И потребовал немедленного ответа. Ну мы здесь как были, неполным, правда, Кругом собрались и постановили, мол, чтобы не раздувать это кадило дальше, вернем мы баронам эту цепочку, с Богом, тем более, что добро и вправду не наше... Ларри извлек из сейфа уже уложенную в кожаный мешок цепь и передал на просмотр Следователю. Тот прикинул Цепь на вес, присмотрелся к тусклому изысканному узору, бегущему со звена на звено и слагающемуся в Серый Знак на шестигранном медальоне, провел пальцами по зазубрине, оставленной лезвием роковой секиры на одном из звеньев, сложил реликвию обратно в кожаный мешок и со вздохом досады вернул его Ларри. - По крайней мере, надо документировать акт передачи вещественного доказательства Ордену. - Это уж как получится. Бароны страсть как не любят подписывать бумаги... - Встреча состоится в имении де Кока. Это... - Это Пьяный Замок и есть. - Как я понимаю, Пьяный Замок мы посетим вместе. И я постараюсь обеспечить правильность оформления соответствующего документа. Надо его заранее подготовить в виде Акта. Ларри вздохнул. Список бумажных дел в блокноте у Невады все удлинялся. Кай снова приподнял со стола и повертел перед собой Малое Лезвие Судьбы. - Вам непременно надо брать с собой на Глухие Заимки одно из основных вещественных доказательств? Его хотя бы голографировали? И данных дактилоскопии я тоже не вижу... - За мной вещица не пропадет, а без нее разговора со Старцами может и не выйти... А насчет голографии и отпечатков - не извольте, как говорится, беспокоиться... Доббин эту штуку уже прокрутил через нашу лабораторию - никаких там отпечатков нет... - Ну что-ж, это тоже следует документировать, не так ли? Знаете, дело нам с вами предстоит склочное, и вы меня очень обяжете, если найдете время освежить в памяти "Основные Положения Инструкции по ведению следствия и розыска", - как можно более вежливо заметил Кай. После несколько натянутой паузы он добавил: - Вы не возражаете, если я присоединюсь к вам в вашем походе на Глухие Заимки? - Возражаю, - набравшись духу, ответил Ларри. - Старцы с царями мирскими дел иметь не будут. И от меня отвернутся, если я им с собой, извините за дурное слово, царского шиша приведу... - Ну, все-таки, ваш покорный слуга представляет здесь не монарха и не Белого Князя, а вполне демократическую структуру... - Так Секте это все едино - что демократия, что монархия... Тут и со мной не как с шерифским Помощником говорить будут, а как с Ларри-недоучкой... По старой дружбе... Так что уж увольте... - Вам виднее... Теперь перейдем к вопросу об исчезновении Робина Арчера. Вы, видимо, поместили соответствующие документы в отдельный файл?.. - Господи, да какие тут могут быть документы?.. Тут самого Роба нет - вот в чем дело... Кай, который, вроде, уже смирился с мыслью о том, что отношение к важнейшим моментам следственной работы в Горном Краю носит весьма своеобразный характер, очередной раз остолбенел, поняв, как он недооценил масштабы этого своеобразия. В этот деликатный момент вошел охранник и доложил, что в кабинет сейчас, по-видимому, прибудет Секретарь Кон, которого он лично, лейтенант Дэвис, в приемной задерживать не решается. - Разумеется, давайте его сюда немедленно! - распорядился Ларри. И разберитесь, Бога ради с этим бродягой у входа. Может и впрямь, человеку что позарез надо сообщить, а мы тут... А нет - так гоните, наконец, в шею! - Простите, господин Помощник, но никаких бродяг у входа нет. И не было, а если бы было, так мы сразу... - Ну что вы мне говорите, - поморщился Ларри. - Я сам только что видел. В капюшоне, такой... Озадаченный лейтенант Дэвис вышел, едва не столкнувшись с Секретарем Управы. Кон по-военному отсалютовал Ларри, явно не сообразив, кто перед ним находится, еле заметно кивнул Каю и был близок к тому, чтобы игриво похлопать по попке Неваду, но благоразумно удержался от последнего. - Неплохие новости, Помощник! - начал он. - И неважные - тоже. - Я пошла делать спецквартиру, - констатировала сержант Лочусон и двинулась к выходу. Она вполне здраво рассудила, что все что нужно начальник ей сообщит и потом, а с интендантской службой вопросы за нее никто решать не будет. - Ага, давай, Невада, - Помощник Шерифа оценил предупредительность, несколько неожиданную для Невады. - Начинай с неважных... - повернулся он к Кону. - На Заимках дело идет туго - все старичье сидит по домам, а под землю полезли только те, что помоложе, да и то Лабиринт за версту обходят. Фрэнка-Трепача так и не нашли. Но вроде видели его Спасатели в дальних галереях... - А парень этот как - Кемпински? - Синдром Белого Страха отсутствует. - Кон покопался в распухшей записной книжке. - Вот - док говорит - некоторые нарушения механизма восприятия и оценки окружающего. Но - вполне обратимые. В остальном - обычная психическая травма. Док думает, что в Старатели парень по-прежнему будет годен... Тем более что он сам... выразил желание помочь спасателям отыскать Фрэнка. Только просит кого понадежнее себе в пару. Один под землей оставаться и на секунду не сможет, говорит... Ничего, еще будет Старателем... А вообще - надо какую-то операцию проводить... Согласованную - силами и гвардии и Старателей... Хотя бы успокоим народ. В общем, надо брать ситуацию под контроль... - Кон, скажу тебе прямо, - Ларри угрюмо нагнул голову и уперся кулаками в стол, - пока я хоть что-то не выясню относительно судьбы Роба, Заимки и Монстр - твоя головная боль. Здесь даю тебе на подготовку операции добро. Как будешь готов - доложи. Мой совет - начни с системы контроля. Долго телекамеры и все такое в Подземном не продержатся, поэтому надо прямо перед началом прочесывания забросить прямо аж в Лабиринт все что у нас сейчас имеется из средств наблюдения. Остальное додумай сам... Давай дальше. - Рыжая Ребекка уже раззвонила по всему городу, что в Лесном Помощника чуть не полонили бароны, но он - де отбился и теперь собирает ополчение, а бароны со злости, что не прикончили тебя, Ларри, порезали на части своего Наместника и сейчас заседают в Пьяном Замке, чтобы выбрать нового. Народ это воспринял с энтузиазмом. Многие говорят, что не надо упускать момент и самое время двинуть на графьев, пока те все еще не в своем уме. Мы таких свозим в вытрезвитель... Но характерно, что в Пьяном Замке, по данным разведки, действительно идет роение баронов. У них, видите-ли, открывается сезон Псовой Охоты. А перед этим, она всю рожу порвала Супи. - Разведка?! - Да нет - Бекки. Оказывается она. Ее принесло к Лесному точно об ту пору, когда ты уже был на полдороги в город. А ей вынь да положь Ларри Серого, мол дело есть срочное... А Супи как-то так неудачно пошутил... Так проклятая, извини меня, Ларри, за грубое слово, шалава на него бросилась кошкой, так что дружинники ввосьмером ее отдирали, причем, многим из них тоже перепало - ногтищи у бабы - просто что твой стилет... Хотели засадить ее в холодную, чтоб поутихла, да эта, прости меня Господи, стерва вырвалась, махнула в чащобу и к утру уже объявилась в заведении у Чеслава... Ларри украдкой оглянулся на Федерального Следователя. Тот невозмутимо созерцал пейзаж за окном. - Так, - сказал Помощник Шерифа. - Рыжую на пару дней надо локализовать. Пусть люди Хэнка возьмут ее по-хорошему и запрут на это время под домашний арест. - За нападение на войскового командира, что-ли? - Да нет, не будем Супи позорить... Пусть сами чего придумают: держу пари, что у нее половина документов выправлена поперек правил... - Это-то верно... А Супи - будет знать, как распускать руки... - несколько непоследовательно, но по-существу дела, заметил Кон. - Что еще? - Еще команда Никиты Инокоффа выудила на Глухих заимках магнитку с записью. От Роба. Это и есть то, что я называю неплохие новости. - Что на магнитке? - Они только глянули и без тебя решили не трогать. - Давай сюда магнитку! Какого дьявола ты тянул, черт побери?! - Ты сам велел с неважных новостей начинать. Они еще не кончились... - Ты мне магнитку давай!!! - Тихо, Ларри. Магнитка, она как есть осталась у Никитиных людей, потому что они народ пришлый, на Планете привыкли только в рейсах заработанное спускать и никому не доверяют. Так что ждут тебя. А пока они шли с Глухих, в Отрогах, на Спорной Территории, они на конный разъезд напоролись... На отряд де Кока. Тихо - тихо - тихо, Ларри! Магнитка цела. Людям де Кока они физиономии начистили, самого - выпороли и отпустили на все четыре стороны, а в ознаменование таких дел закабанили Священного Вепря, жарят и парят его и собираются гудеть всю ночь... И тебя ждут, как я уже сказал. - Там же, на Спорной земле? - Именно. В Дубах. В общем, неодруиды уже приволокли протест, а де Кок поклялся, говорят, мстить Общине с того момента, как только сможет сесть в седло и до самой смерти. Одна надежда - сидеть он теперь не скоро по-новой обучится... - А Никита-то, что, совсем ополоумел? Так распустить своих людей... - Капитан Инокофф час назад вернулся с поисков - он на корабельной вертушке облетал Гнилые Урочища... А команду на дело водил боцман... Фамилию не могу выговорить... Ознакомившись с положением дел, кэп отправился вправлять ума команде. - Ждать не будем, пока он их сюда доставит. Трогаем следом. Тем более что наш гость предпочитает воздержаться от банкета... Кстати, будьте знакомы: Кай Санди - Федеральный Следователь, а это Говард Кон - Секретарь Общинной Управы. Кон онемел. Снова вошел лейтенант Дэвис и доложил, что у входа никаких бродяг нет и сроду не было. - Мог бы и раньше представить гостя, - буркнул Кон, вслед Ларри, влезающему в люк вертолета. - Я тут, понимаешь, смотрю, что незнакомая рожа какая-то, ну да всех в городе не упомнишь, тем более, что вместо спецквартиры ты его прямо в Управу припер... И безо всякого решпекту... А я и выложи все, как при своих... - Ты, главное, хоть теперь помолчи, - с досадой в голосе попросил его Помощник. - Он со мной летит - только вот вещи в спецквартире оставит и сейчас же на борт и пожалует. А потом - изволь, вези его на ночь глядя в Пьяный Замок - показания с Магистра снимать... - Это ты что, всерьез? - Всерьез. И я туда - по делу, понимаешь, особой важности. Пока ты с городскими делами разбирался, Круг, уж извини, что в твое отсутствие, постановил просьбу Ордена уважить и Цепь Власти вернуть Совету Чести. - Просьба, помнится, была очень уж нагловатая, какая-то... - Ну, это уж как у господ графьев водится... Только сейчас не до глупостей. У нас боеприпасов - по десятку выстрелов на ствол и горючего на сутки, если пойдет большая свалка... Надо если не спустить все на тормозах, так хоть время потянуть... Тут как раз и гость наш пригодится, если его с умом в дело запустить... Вот и он - видишь мой глайдер сюда чешет. Легок на помине... - Надо же, беспокойный попался... - неодобрительно заметил Кон. Найти пристанище лихой команды "Камчадала" было несложно - запаленный на опушке рощи Священных Дубов костер мог наблюдаться аж из космоса. Злосчастный вепрь, насаженный на ствол небольшого деревца, готовый к употреблению и частично уже разделанный, наглядно свидетельствовал об учиненном непотребном святотатстве, а на лицах выстроившейся пред светлые очи своего капитана команды не читалось особого раскаяния. - Спокойно, - сказал сам себе Ларри, вылезая из вертушки под за версту слышные навороты капитанского мата. - Спокойно. Назначат неодруиды себе нового Священного Вепря - благо проклятая скотина на Спорной Территории не переводится и, вообще-то, никому житья не дает. Кэп им какую-нибудь хреновину из очередного рейса притащит, в качестве компенсации за осквернение Дубов - и все дела. Главное - весточку от Роба на руки получить в конце концов... - Что вы говорите? - осведомился поспевавший за ним Кай. - Хорошо чешет кэп своих оболтусов, говорю, - отозвался Помощник. - Ты, Невада, не слушай... Кэп, наконец, заметил приземлившийся геликоптер и двинулся навстречу гостям. - Какая встреча, Господи - Боже мой! - радостно провозгласил он. - Как вас в наши края затащило, Следователь? - Действительно, мир тесен, - несколько растерянно, но с радостью в бесстрастном дотоле голосе, отозвался Кай. - Если не ошибаюсь, мы с вами года четыре назад простились - у Бетельгейзе. Вы тогда очень любезно помогли мне выбраться с Шарады. - Да, вместе с теми - якобы покойничками, - кэп с удовольствием припоминал былые дела. Ларри не без удивления глядел на него. - Я тогда, признаться, не ожидал, что ту историю вообще можно будет расколоть - больно уж все там друг за друга держались - круговая порука... - продолжал Инокофф. - Ларри - ты на господина Санди можешь положиться как на себя самого. Только бумаги запаси тонны полторы - ее тебе всю исписать придется. Так я говорю, Следователь? Там - акт, здесь протокол... А то, глядишь, и за объяснительную кого засадить - радость души, именины сердца... Ладно, не обижайтесь, Следователь... Вот что - водки я вам не предлагаю - знаю, что при исполнении не станете... Да и еще при таком раскладе, когда ребята мои нашкодили... И жаркого на ребрышках не примете - зверь этот для вас вроде вещественного доказательства теперь... - По моему делу зверек не проходит, - косо улыбнувшись, парировал Кай, - а как уж к делу отнесется господин Корнуэлл... - Дело замнем, - решительно сказал Ларри. - Неодруидам выплатишь компенсацию - уж как договоритесь. И пусть, - тут он честно попытался выговорить фамилию боцмана (Подопригора), - принесет им извинения за действия команды - лично и без мата, пожалуйста. Де-Коку правильно ума вложили, но теперь баронам не попадайтесь. По-одиночке. - Понимаем - не дурни... - Потерь нет? - Два перелома. Ребятам уже поставили биошины - медик у нас замечательный, жаль что мусульманин - водку не пьет. - Ну и слава Богу. Давайте сюда магнитку. - Вы хоть присядьте поужинать чем Бог послал. Хряка этого вам тоже не предлагаю, но и без него есть чем закусить... - Лучше угостите Следователя, - Ларри сообразил, что гость вот уже полдня как не кормлен. - А я пока не разберусь с этим письмом куска в рот не возьму. - Благодарю, но я уже поел, - все с той же полуулыбкой заметил Кай. - В полете. Батончик "Баунти". Райское наслаждение. - Держите, хотя бы бутерброды. Терминал - в этой палатке. Проходите. Садитесь. Вот, - капитан извлек из нагрудного кармана фольгированный пакет. - Боцман вам изложит обстоятельства, - он высунулся из палатки. - Заходите, Петро. Кай положил на стол и включил казенного вида регистратор. Левая бровь вошедшего верзилы была рассечена и украшена заживляющей нашлепкой с ярлычком "Сиба-Гейджи". Других следов бурно проведенного дня в его внешности не наблюдалось - кэп держал внешний вид команды на высоте. - Присаживайтесь, боцман, и по-порядку расскажите, как вы вышли на это письмо, - Ларри кивнул на пакет. - Еще в прошлую ночь, точнее вчера, на закате в районе Ядовитого Ключа наш караульный - Робинс - засек что по заимку кто-то шастает. Ну подняли осветитель, пошли прочесывать местность. Но паренек удрал. - Паренек? - осведомился Ларри. - Да. Во всяком случае, не взрослый мужик. Мы издали его засекли. Но стрелять не решились - вдруг свой... А он в нору этакую нырнул - и поминай как звали. Под землю мы в этих местах не суемся. А Вольф - он со псом своим шел - так он тайник и обнаружил. Под утро - у выхода из Шахты Кривого Шайтана. - Как выглядел тайник? - осведомился Кай. - Вот снимки, - капитан выложил перед ним несколько голограмм. - Его псина разворошила. А так - в жизни не догадаешься: навалены камни, да и дело с концом. - Лица этого подростка вы не засекли? - поинтересовался Ларри. - Нет. А вот пробы мы взяли - камни из тайника и почва вокруг... Это все в пакете у капитана... Инокофф вытянул из угла пластиковый пакет. - Как вы считаете, - спросил Кай, - этот как вы сказали паренек принес пакет или шел за ним? - Да получается, что шел. Нас-то как раз на тропе к Шайтановой шахте угораздило на ночлег расположиться. В темноте он на нас и напоролся. В Ясном Мраке. Ларри про себя помолился Богу небесному и Светлого Зала Хозяевам: только такой несведущий народ, как команда кэпа Инокоффа могла заночевать на Глухих Заимках, да еще на подходе к шахте, что как известно, ведет в Заповедный Лабиринт. Некоторое время Кай вникал в то, что означает понятие Ясный Мрак и задал боцману еще пару вопросов, ответы на которые не пролили, однако, света на предмет расследования. Наконец он попросил боцмана собрать всех участников поисков и быть в Ратуше, в кабинете Помощника. Послезавтра к часу дня. После чего с позволения присутствующих отпустил свидетеля на все четыре стороны. - Однако, капитан - с Вепрем-то как быть прикажете? Что - почетные похороны ему устроить что-ли? - осведомился боцман. Кэп глянул на Ларри. Тот только безнадежно махнул рукой. Боцман понимающе кивнул и исчез. - Передайте мне сумку, Невада, - попросил Кай. Из сумки он извлек голографический фиксатор, вытряхнул в него из пакета "магнитку" и некоторое время манипулировал клавишами панели управления. Результат, возникший на дисплее был довольно банален, но утешителен - на поверхности карточки имелись отпечатки пальцев и они были идентичны отпечаткам пальцев Роба Арчера, информация о которых была введена в память прибора. Кай жестом пригласил присутствующих удостовериться в этом. Потом выключил прибор, вынул из него карточку и осторожно вставил в щель терминала. Роб Арчер чуть натянуто улыбнулся им с экрана. Что-то не давало ему улыбнуться как улыбался он всегда - открыто и без тени какой-либо задней мысли. Федеральный Следователь смотрел на это грубовато скроенное, точнее, словно из добротного камня вытесанное лицо, тронутое тенью нешуточной тревоги и пытался понять почему с первых же долей секунды, когда это лицо появилось на экране, в его сознании возникло ощущение какой-то зыбкости, иллюзорности происходящего, смешанное со вполне определенной симпатией к этому, совсем незнакомому ему человеку. - Слушай меня внимательно, - сказал Роб, пристально глядя с экрана. Эту запись передай Ларри. Лучше подкинь незаметно. Начало сотри. Если не сможешь - просто передай из рук в руки - скажешь, что подкинули тебе. Хотя, он конечно все равно не поверит... Но главное - сделай это быстро. Может быть, я уже опоздал... Сидевшие перед экраном напряглись. Ларри осторожно оглянулся на Инокоффа, потом на Кая. - Теперь для тебя, Ларри. Опасность возникла для Лесного Замка. Слушай внимательно - это очень большая опасность. Я выследил Монстра. Не спрашивай как и почему. Все станет ясно тебе потом... Каменный Монстр существует и готовиться выйти в мир людей. Он уже открыто бродит по Заповедному Лабиринту. Сначала я не мог понять намерений чудища, но когда я увидел, что оно прямо тяготеет к Замковым переходам, до меня начал доходить смысл его появления. Жаль, что требуется еще время, чтобы я обрел силы, чтобы победить его... Может уже этой ночью... Я узнал, что Наместник въехал в Лесной Замок. Возможно это совпадение не случайно... Я сам сделаю все, что в моих силах - но и ты постарайся довести до сознания Наместника, что он выбрал опасный ночлег... Ну - все. Поторопись. Титр - КОНЕЦ ЗАПИСИ. Экран погас. Кай молча "полистал" запись в покадровом режиме. Из картинок, сменявших друг друга на экране мало что можно было вытянуть. Фон кадров был погружен в темноту. Одежда Роба - просторная фланелевая рубаха, что там ниже пояса - не видно - ничего не говорила ни привычному взгляду Ларри и Инокоффа, ни свежему взгляду постороннего - Федерального Следователя. Почувствовав, что собеседники не склонны первыми высказывать свое мнение, Кай взял на себя неблагодарную роль вопрошающего. - Как прикажете понимать это заявление? У меня лично сложилось впечатление, что господин Арчер либо пользуется какими-то иносказаниями, либо его психическое состояние... - Ч-черт! - сквозь зубы выдавил из себя Инокофф. Получается, что пострел должен был оттащить письмо прямехонько тебе Ларри, а мы-ослы - притормозили его почти на двое суток. И все дела с Наместником могли бы, ведь, повернуться совсем другим боком, сообрази мы хоть просмотреть запись. Так, ведь, черт дернул корчить из себя джентльменов - мол чужих писем не читаем-с... - Я-то в тот момент уже собирался идти в Лесной. Так что этот курьер без скоростного глайдера или другого транспорта в этом духе меня просто не перехватил бы, - прикинул Ларри. Чуть подумав, иронически добавил: - Или без обычного блока связи, что у каждого болтается на поясе или на браслетке, - досадливо поморщился кэп. - Удивительно то, что, оказывается, все эти три истории - с пропажей Роба, с Монстром и со смертью Наместника на одну ниточку завязаны... А, ведь, было такое чувство, ей-Богу... - Простите, - внимательно приглядываясь к лицам собеседников, прервал его Следователь, - правильно ли я понимаю вас так, что версия о том, что в Лесной Замок проникло и расправилось с Губертом фон Адрианом некое разумное или полуразумное существо... обитающее в Подземном Царстве, котируется здесь всерьез? Последовала натянутая пауза. - Тут такое дело... - Ларри помялся. - Это, простите, человеку со стороны не объяснишь так вот, сразу... Одним словом, нечисто в Лабиринте. И рядом... Я в эти дела вас не вводил: думал - не связано... Только сейчас без малого все Заимки на прикол стали... Весь подземный народ в один голос твердит - Каменный Монстр в Лабиринт вышел - так что тут одно к одному шьется... - Я не совсем понимаю, с каких это пор внеземная жизнь или, как вы изволили выразиться немного ранее - подземная нечисть - занялась здесь политическим террором? - кашлянув, спросил Кай. - Как-то это вы себе все очень просто представляете - зарубили Наместника - значит политический террор. А если бы, скажем, мать-настоятельница Лирской обители под топор попалась - значит сексуальный маньяк действовал, получается... Здесь, ведь, не догадаешься, что Темной Стороне угодно. Может и наколдовал кто - вызвал Монстра из Стен для своей нужды... Бывало, говорят и такое... - То-есть, вообще говоря, это... явление может быть использовано как орудие?.. Кем-то... Ларри почувствовал, что разговор у них со Следователем идет на разных языках. Но чтобы хоть как-то упростить дело, ответил: - Ну, можно сказать, что и так... - Что-ж, - чуть помедленнее, чем обычно, выговорил Кай, поднимаясь. Сейчас мы подпишем акт изъятия вещественного доказательства. Более подробно задокументируем все это в Ратуше. Послезавтра. А сейчас не имеет смысла возвращаться в город - как я понимаю, мы меньше, чем в сотне километров от Пьяного Замка - туда и двинемся. Тем более, что мне обещано гостеприимство в любое время дня и ночи. Думаю, не будет отказано и сопровождающим меня лицам. Письмо Арчера мы, от греха подальше, сразу отправим в Ратушу. Думаю, господин Инокофф не откажется взять на себя эту миссию? Ларри неопределенно крякнул в ответ. Он как-то опешил перед таким энергичным и несколько наивным натиском. Но, и в правду сказать, стоило поспешить. К тому же мысль о прекрасной возможности насолить поротому де Коку еще и ночным визитом показалась ему довольно привлекательной. - Кто мог быть адресатом этого письма? - осведомился Следователь. - У вас нет каких-либо соображений на этот счет? - У Роба много друзей... - задумчиво отозвался капитан Инокофф. - Трудно сказать, - покривил душой Ларри. - Пишите расписку, кэп, - напомнила Невада. Она была способной ученицей. 3. НОЧНОЙ СУД И ОСЕННИЙ ДРАКОН Смоляные факелы трещали и исходили копотью, которую ночной уже ветер тут же бросал в лица тройки гостей и вооруженному до зубов конвою, стремительно следующим через мрачный двор переоборудованного в замок древнего винокуренного завода. Запахи зверинца, выхлопных газов, озона и неистребимый с незапамятных времен аромат спиртного складывались в невообразимый коктейль. Треск факелов перекрывал собачий брех, доносившийся с псарни, хриплое урчание движков бронетехники где-то в глубине двора-полигона, а время от времени - стонущий рев продуваемых дюз истребителей - где-то в ангарах... Камердинер, ждавший их у тяжелых из местной древесины сработанных дверей, сложился в церемонном поклоне и сообщил, что господа прибыли на редкость во-время и хозяин замка, а также его светлейшие друзья, соблаговолившие явиться ранее, готовы встретить господина Федерального Следователя, полномочного Представителя Общины и их женского рода секретаря в Зале Бренди, где происходит заседание Ночного Суда Чести. Ларри понял, что торопились они не зря. Председательствующий Ночного Суда - Магнус фон Оркгарк откинулся в громадном, относящимся скорее к произведениям архитектуры, нежели мебельного ремесла, кресле и, внимательно оглядывая собравшихся, проникновенным голосом произнес: - Поскольку посланец Общины почти без опоздания прибыл к началу Ночного Суда, о времени и месте проведения которого ему мы как-то не удосужились сообщить, да еще озаботившись прихватить с собой нами же приглашенного представителя Федерации, прошу вас, доблестные рыцари, умозаключить о том насколько хорошо храним мы наши секреты. Что касается разведслужбы Общины, то могу только отметить ее заметный прогресс... - Очень хорошо, что подобные вещи доходят, наконец, до сознания сиятельного Владетеля Побережья, - ядовито заметил с места Арнольд фон Шталленштрасс - Наследник. Когда бы всем присутствующим, наконец, стало ясно, что сама гибель князя Губерта является ничем иным, как провокацией разведслужб Федерации и Общины, я бы, пожалуй, наконец, оказался бы в кругу разумных воинов, а не... - Свое мнение вы можете выразить в иное время, - прервал его председательствующий. - Сейчас нам просто ничего не остается, как делать хорошую мину при из рук вон плохой игре - гостей я приглашаю присутствовать на нашей встрече и прошу принять участие в допросе нашего собрата, поставившего под подозрение свою честь... Взгляды неполной сотни присутствующих обратились к высокой, стрельчатой нише стены, противоположной креслу председательствующего, где на Троне Вины восседал, почти невидимый во мраке Раймонд де Рэ. - Не понимаю, в чем состоит необходимость опускаться до подобного непотребного лизоблюдства... - тут же вставил свое слово Арнольд-Наследник, поддержанный осторожным одобрительным шумом из утопавших в полутьме отдаленных ответвлений лабиринтоподобного Стола Судов и Пиршеств. - Для тех, кто считает ниже своего достоинства прибегать к этому дипломатическому приему, я вынужден сделать напоминание: Усилиями не в меру горячих голов Ордена, сроки службы основной части боевой техники Ордена практически выработаны, а на кредиты под ее замену и обновление мы можем рассчитывать только на основе регулярных поставок Сырья и выполнения Плана Заселения. Ни то ни другое не предполагает конфронтации ни с Общиной, ни с Федеральными структурами. - Поставки сырья поставлены под угрозу как раз самой Общиной, - не понижая тона продолжал пикироваться с председательствующим Наследник. - У этих оборванцев всегда находится отменный предлог для замаскированного саботажа - в этот раз опять Монстр... Одобрительный гул и даже звон оружия снова повисли в пропитанном духом винного погреба воздухе. - Увы, боюсь, что Каменный Монстр - далеко не плод досужих вымыслов... - впервые подал голос с Трона Вины угрюмо восседавший в нише стены Магистр Четвертого Карательного. Воспользовавшись минутным замешательством Наследника - возражения себе со стороны своего постоянного союзника тот не ожидал - Владетель Побережья снова взял ход собрания в свои руки. - По крайней мере, Федеральный Следователь вынужден будет задать свои вопросы нашему запятнанному подозрением собрату в нашем присутствии. И - что немаловажно - мы услышим его ответы не в пересказе... Теперь одобрительно загудели уже те из сиятельных господ, что сидели поближе к почетным местам во главе Стола. - Я, - продолжил фон Оркгарк, - полагаю, что Господь надоумит тех из нас, коим не хватит собственного своего разумения, воздержаться от чрезмерно щекотливых вопросов светлейшему Магистру в присутствии посторонних. Мы найдем для этого иное время и иное место. Нашего гостеприимного хозяина, - Владетель Побережья бросил взгляд в сторону Де Кока, который - единственный в зале, если не считать стражи - не воспользовался своим креслом, равно как и никаким другим сидением, - я попрошу на время забыть о нанесенном ему сегодня моральном ущербе (иронический гул всей честной компании) и никоим образом не вплетать свои эмоции в предстоящий нам нелегкий разговор. Для того, чтобы реализовать ваше, барон, священное право на возмездие, Господь еще предоставит вам иную возможность. Если вы, конечно, и в этот раз не обратите себя из сражающейся стороны в... хм-м... сражаемую... (снова иронический гул, свидетельствующий о том, что прилагательное "Поротый" (с большой буквы) имеет шансы занять прочное место после имени сиятельного барона в анналах генеалогии и геральдики). А теперь... Фон Оркгарк подал знак стражникам и те с натугой отворили перед ночными гостями массивные створки парадных дверей Зала Бренди. Кай, заранее прикрыв глаза, адаптировался к царившей в замке полутьме. По крайней мере, если бы в зале, куда их ввели, было, паче всякого чаяния, нормальное освещение, привыкнуть к нему было бы все равно полегче, чем к этому вот неровному сумраку. Массивный, седовласый, но еще достаточно крепкий и располагающий к себе бородач поднялся навстречу гостям из-за стола. - Перед вами сиятельный князь Магнус фон Оркгарк, Владетель Побережья, Попечитель Островных Территорий и Протектор Восьми Хартий, - торжественно поименовал встречающего камердинер. Гости почтительно откланялись, причем Федеральному Следователю была даже протянута для рукопожатия широкая и твердая как лопата ладонь сиятельного князя. Представители Общины, однако, не выглядели слишком уж огорченными тем, что не сподобились подобной чести, что позволило Каю стряхнуть с души легшую на нее тень неловкости. Фон Оркгарк взял на себя заботу представить гостям тех из присутствующих (примерно дюжину), что заслуживали внимания. Первым был назван церемонно надутый и словно шпагу проглотивший недомерок, оказавшийся хозяином замка, последним - мрачный тип, восседавший на каменной, на редкость неудобной скамье в глубине узкой и высокой ниши. - Сие есть виновник нашей с вами встречи, - сокрушенно молвил Владетель и Попечитель, - злополучный Магистр Раймонд де Рэ, лихо коего состоит в том, что на его глазах расстался с жизнью Владетель Гремланда Губерт фон Адриан... Ныне, перед лицом Орденского Круга и в присутствии полномочного представителя Общины Горного Края (Ларри удостоился взгляда, который мог бы кинуть русский царь на местечкового шинкаря) ему предлагается утолить наш общий интерес к обстоятельствам этого мрачного дела... Сегодня же Ночной Суд Чести вынесет свое решение относительно меры вины, лежащей на совести злосчастного Раймонда, и пути искупления таковой, по которому предстоит ему пройти... Вам предоставляется возможность открыто и публично задать обвиняемому все вопросы, которые диктует вам ваш профессиональный долг... - Простите, сиятельный князь, - тихо, но твердо произнес Следователь, - но Федеральная Инструкция предусматривает несколько иную процедуру ведения допроса. Кроме того, речь идет не об обвиняемом де Рэ, а всего лишь о свидетеле де Рэ. И, наконец, я не понимаю, какое отношение моя миссия здесь имеет к деятельности Ночного Суда Чести. Я не уполномочен участвовать в деятельности этого института... Некоторое время только потрескивание свечей и факелов нарушало воцарившуюся тишину. - Разумеется, почтенный Следователь, вы не будете нести ни малейшей ответственности за те решения, что примет Суд Чести. Точно так же как и любой другой из лиц, не входящих в Орденский Круг. Если вы сочтете необходимым, этот очевидный факт будет оформлен соответствующим меморандумом... - Протоколом, - кротко поправил князя Кай. - Протоколом. Точно так же мы означим в соответствующем документе, что данная наша встреча является одновременно и заседанием смешанной Следственной Комиссии, учрежденной по делу об убийстве Владетеля Гремланда. Что-ж, в конце концов, ничто не мешает быть сиятельному де Рэ свидетелем в глазах этой Комиссии и, в то же самое время, обвиняемым для Суда Чести... Ну а то, что технически процедура допроса отличается от принятой в остальной части Федерации, то я могу только призвать вас во имя торжества справедливости отринуть путы формализма и принять сложившиеся условия работы такими, каковы они есть. Документируйте это как некие форс-мажорные обстоятельства - я, кажется, правильно употребляю этот термин? - По-существу - да. Мне потребуется документальное обоснование... - Рад слышать, что вы идете нам навстречу в этом вопросе. Я же и весь президиум Круга, - граф сделал жест в сторону старого японца в черном с серебряной нитью кимоно и двух удивительно похожих друг на друга невозмутимых лордов, восседавших по разные стороны от кресла председательствующего, - заверяем вас, что все составленные вами документы, будут подписаны нами... "Знает старый медведь, на какой козе подъехать к бумажной душе", - подумал Ларри. - Мне ничего не остается, как положиться на ваше слово и принять ваши условия. Единственное, что я хотел бы оговорить дополнительно - это возможность для представителя Общины задать свои вопросы свидетелю на-равных со всеми присутствующими, - все столь же вежливым, но настоятельным тоном сказал Кай. - Что-ж, мы наконец, договорились. Приступим к допросу. Вина гостям! - Можете не пить, но не отказывайтесь - не обостряйте... - сквозь зубы подсказал спутникам Ларри. Не дожидаясь пока прекрасное Лирское и полагающееся к нему свежеиспеченное филе горного зайца-ядозуба будет подано, князь обратил взгляд к окончательно помрачневшему Магистру и начал задавать вопросы. - Итак, сперва, светлейший, уведомьте нас об истинных целях и намерениях, с которыми направились вы в Лесной Замок. - Они хорошо известны половине присутствующих, если не всем, - резким, неприязненным голосом ответил де Рэ. - В сложившейся ситуации, когда стало известно, что Община лишилась своего главы и какого-либо компетентного руководства, вообще (тут Ларри досадливо крякнул, однако прерывать излияния Магистра не стал) Президиум Круга спешно произвел дознание на предмет того, не взял ли кто из наших собратьев, из тех из них, я имею ввиду, кто имел определенные счеты с без вести пропавшим Робином Арчером, на душу грех, связанный с убиением или пленением оного. Основное бремя дознания легло на плечи стоящего перед вами верного слуги Ордена. К вящему нашему удовлетворению, все подозрения, которые мы питали в отношении некоторых членов Ордена, были рассеяны и тылы наши в предполагавшихся нелегких переговорах с Общиной оказались совершенно чисты... Мне предстояло обсудить определенные моменты этих переговоров с Владетелем Гремланда. - Не было ли вами замечено чего-либо необычного, подозрительного, когда вы направились с вашей миссией в Лесной Замок? - поставил свой вопрос Кай. Магистр на мгновение задумался. - Мне встретился по дороге, присутствующий здесь, подручный Робина Арчера Лоуренс Корнуэлл. Довольно необычно встретить общинника... в тех местах и в то время, где я его встретил... - Уточните, о каком времени и о каком месте идет речь, - настойчиво поинтересовался Следователь. - То было в час Ясного Мрака, незадолго до восхода Трех Лун, близ выезда на Круговую Дорогу, в том ее месте, что ведет в Ущелья и далее - к упомянутому Лесному Замку. - Позвольте мне спросить, - осмелев вставил свой вопрос Ларри, - с чего это вы взяли столь странный маршрут вашего передвижения - в комендантский час, через суверенную территорию Общины?.. Вряд ли, вам, господин де Рэ, с руки было пробираться по всем этим буеракам через Заброшенную Слободу просто для собственного удовольствия. По Круговой-то быстрее бы вышло, хоть и подлиннее путь. А о моих делах можете не волноваться - на Суверенной Территории для Помощника Шерифа дел много - и днем и ночью... - Я хотел бы уточнить, - резко вошел в разговор Арнольд-Наследник, - что, если сиятельный Магистр направлялся в Лесной Замок хотя и торным путем, но по поверхности земли, то известный своим старательским прошлым подручный Корнуэлл мог гораздо быстрее достичь покоев Наместника по тайным, ему известным подземным ходам... - Напоминаю всем собравшимся, что допросу подлежит наш собрат Раймонд, а не господин Корнуэлл, - вынужден был напомнить председательствующий, перекрывая металлическим голосом поднявшийся в Зале ропот. - Соизвольте уточнить, Магистр, причины, по которым вы избрали столь своеобразный маршрут передвижения... - Я имел целью принести поминальное жертву на могиле покровителя рода де Рэ - Слепого Джозефа Горного, могила коего находится не более чем в часе пути от того места, где... - А к Старому Куоккенену вы зайти целью не имели?.. - сощурившись, задал свой, хорошо - как он считал - подготовленный вопрос, Ларри. - К Болотному Старцу? От него выходить изволили... И свидетели есть... А что до могилы Слепого Джо, так, что-то никто из рода вашего, да и никто из голубых, простите, кровей об нем и не вспоминал уж добрый десяток лет как... И жертвы там никакой не было - мимо я шел той ночью, а под жертву - птицу ли, зверька какого - костерок развести полагается... Слова его, и вправду, произвели впечатление на всех, кроме находившегося в курсе дела Федерального Следователя. Тот внимательно следил за реакцией свидетеля и тех из присутствующих, лица которых можно было различить в сумраке. - То, что мы слышим, в высшей мере занимательно... - задумчиво пророкотал фон Оркгарк. - Мы полагаем, что наш собрат сумеет достойным образом объяснить ту скрытность, которую он проявил отвечая на предыдущие вопросы... - Ну что-ж, возможно, подручный Шерифа не имеет представления об иных обрядах принесения жертвы, кроме варварского сожжения дичи на алтаре... Я же принес Джозефу Горному жертву духовную - я произнес Сокровенную Клятву... Сказанное не вызвало энтузиазма даже у скрывающихся в сумраке довольно многочисленных сочувствующих Магистру членов Круга. - Что до моего визита к Болотному Старцу, - уверенно продолжал, не взирая на это де Рэ, - то он носил характер сугубо приватный, почему я и не счел нужным остановиться на этом моменте моего странствия через мерзкую пустошь... Издревле мой род, как и многие славные семьи Ордена, покровительствуют Мудрым, но связаны при этом многими обетами... Да и стоит ли много распространяться о заурядном визите к гадателю в канун важных дел... - Я не могу оценить степень доверия, которую вызывает ваш ответ, - вежливо взял в свои руки утерянную было инициативу Федеральный Следователь. - Будьте добры рассказать как можно подробнее о том, что произошло в так называемом Потаенном Кабинете... Лицо Магистра на мгновение утратило свою твердокаменность, голос дрогнул... - Трудно вообразить нечто более ужасное, в сравнении с тем, свидетелем чего стал я в ту ночь... Собственно, мы успели обменяться с несчастным Губертом лишь несколькими общими словами, и в тот момент... В тот момент, когда он предложил мне занять место за столом, чтобы приступить к нашей беседе, в глазах его... Магистр запнулся, ушел в себя, и председателю пришлось зычным покашливанием напомнить ему о необходимости продолжить рассказ. - Видите ли - нет ничего страшнее, чем видеть страх в глазах человека, в бесстрашии коего был твердо по сию пору уверен... Так вот - в глазах несчастного Губерта я узрел не просто страх... Ужас узрел я в них... И обернувшись - сам был объят ужасом... Я не стыжусь признаться в этом, ибо уверен, что никто из присутствующих здесь не перенес бы подобного зрелища. Каменное естество, принявшее облик Монстр, а двигалось на нас, вооруженное и преисполненное злой воли... - Это было нечто вроде ожившей статуи? - постарался уточнить Кай. - Вам не представить этого. Моих скромных способностей к живописанию увиденного косным языком простого смертного не хватит, чтобы ответить на ваш вопрос... - Ну, хотя бы каковы были размеры этого... существа? - Оно... Размеры его не слишком превышали форм человеческого создания... - Почему же вы не подняли свой меч в защиту Владетеля Гремланда, против Нечистого?! - резким, неприязненным голосом задал из глубины зала давно уже висящий в воздухе вопрос высокий худой старик, не представленный Каю. - Не забывайте, что согласно древней традиции, конфиденциальная встреча отпрысков столь знатных родов как род дэ Рэ и род фон Адрианов могла происходить только в отсутствии близ нас какого-либо оружия, могущего лишь осквернить высокие цели и помыслы собравшихся... Свидетелями тому является, помимо всего, Общине подчиняющаяся челядь Замка... - Значит, будучи безоружным, вы почли за благо ретироваться с места событий? То-есть - просто пустились наутек? - продолжал въедливый старик. - Оно и понятно... Вы сами, сиятельный магистр, только что изволили описать нам тот мистический ужас, что овладел вами... - Не нахожу, что Магистру было бы лучше бестолково отдать свою жизнь в явно неравной схватке, - несколько неуверенно, но зло подал свой голос Наследник. - Я обратил свои силы на то, чтобы обрести свое, в покоях несчастного Губерта оставленное, оружие и кликнуть помощь. Менее всего я ожидал, что сам фон Адриан не совершит и движения, чтобы помешать этому исчадию Ада обрушить на него свое оружие... - Вы рассмотрели этот предмет? - осведомился Кай. - Это было такое странно изогнутое лезвие... - Вы узнаете его? - Кай поднял на уровень глаз голограмму... - Да, по моему это оно... - Орудие Магии! - пронзительно воскликнул фон Шталленштрасс. - Только одно, всем здесь известное лицо могло обратить свое Тайное Знание... - Прошу не прерывать ход допроса, - напряженным голосом прервал его князь. - Сколько ударов нанесло это... существо господину фон Адриану? - гнул свою чисто технологическую линию Следователь. - Уже находясь на пороге, я успел увидеть лишь один взмах этого... меча... "Задом, стало быть, пятился", - прикинул про себя Ларри. - Что вы сделали затем?.. - Я вскричал, призывая на помощь оруженосцев... К сожалению, неведомым путем, двери Потаенного Кабинета захлопнулись за мной... - По показаниям свидетелей, вы в полном безмолвии... точнее, как тут сказано, издавая невразумительные звуки, преодолели анфиладу из четырех комнат и только тогда обратились к окружающим с призывом прийти на помощь Наместнику, - не остерегся от ядовитого уточнения Помощник Шерифа. Магистр воздержался от членораздельного ответа. - Что последовало за этим? - снова принял в руки нить беседы Кай. - Двери Потайного Кабинета изготовлены с отменной надежностью, и потребовалось некоторое время для того, чтобы найти человека, который знал тайну их замка... - Почему вы отдали своим людям и людям Фон Адриана приказ спешно готовиться к выезду из Замка? - Негоже было оставлять их в жилище, сделавшимся игралищем бесовских сил... Да и надо было немедля присоединиться к основным силам Ордена перед лицом происшедшей беды... - Кто Первым вошел в Потаенный кабинет после того, как дверь его была раскрыта? - Кай настолько внимательно присматривался к допрашиваемому, что Ларри стало ясно, что Следователь ищет на лице де Рэ следы вегетативного невроза. - Первым вошел тот кто ее и открыл - некий повар по прозвищу Гипсовый Рэльф. Он тут же вышел оттуда еще бледнее, чем его сотворила природа, и сообщил, что не остается ни малейших надежд на то, что останки Владетеля Гремланда еще хранят жизнь... - Согласно показаниям свидетелей, вы даже не соизволили убедиться в этом лично. Мало того, вы не вошли в Потайной Кабинет и, что и составляет предмет обвинения, которое бросает вам Суд Чести, стремительно удалились, оставив на произвол судьбы священную для каждого из нас реликвию - Цепь Власти... - загремел в грозном регистре фон Оркгарк. - Я и мысли не мог допустить о том, чтобы без святого благословения вновь вступить в стены, оскверненные дыханием Нечистого... Что же до нашей святой реликвии, то я мыслил ее уже оскверненной им, либо увлеченной в недра его темного царства. Если же подойти к делу с иной стороны, то я и помыслить не мог, что тупая деревенщина, заполнившая Замок, покусится на столь известный многим поколениям предмет... - Кому она сдалась - цепь эта ваша, - оскорбленно прервал его Ларри, бросая на стол перед собой кожаный мешок. - Вот мы уже битый час воду в ступе толчем, а про нее только сейчас и речь зашла... - Всему свое время... - примирительно пророкотал князь. - Ясное дело - гипноз это был! - встрял в разговор рыжий бородач, занимавший место одесную от Арнольда-Наследника. - Гипноз и магия! Знаем мы все нашего Раймонда - не такой он человек, чтобы труса праздновать... Знаем мы чьи это штучки - нет только охоты называть имя его здесь, в этих древних стенах... - Я не исключаю, что Магистр оказался на короткое время под непреодолимым воздействием какого-то фактора, напоминающего, мощный инфразвуковой удар, - заметил еще кто-то из непредставленных членов Суда. - Посмотрите сюда, - Кай зажег на своем регистраторе электронную указку и кивнул Неваде, которая включила карманный голографический проектор. - Вот план Потаенного Кабинета. Покажите, где в момент нападения находились вы, господин фон Адриан, и э-э-э... нападающий. Магистр тяжело поднялся с Трона Вины и выполнил просьбу Следователя. Указанные им места, Кай тут же зафиксировал, обозначив светящимся контуром. - Можно сказать, - заметил Кай, - что нанести удар вам не составило бы для преступника большого труда. Но, видимо, он берег его для вашего собеседника. Почему, однако, вы и фон Адриан находились так близко друг от друга? - Владетель Гремланда в этот момент возложил свою руку мне на плечо, желая тем самым выразить свое удовлетворение выполненной мною миссией... - Вы заметили потайную дверь, через которую проник преступник? - Теперь я припоминаю: Стена, что находилась за спиной чудовища как бы разверзлась... Но у меня не было времени вникать в смысл увиденного... - Нападающий издавал какие-нибудь звуки - осмысленные или нечленораздельные? - Мне трудно сказать... Мне словно уши заложило - возможно, то что я слышал, и было рыком Монстра - словно неисправную турбину бомбардировщика разгоняли прямо над моими ушами... И... И вот, что странно - словно издали кто-то окликал меня... Кричал "Спасайся!.. Беги!.." или что-то в этом роде... - Не ваша ли бесстрашная душа, Магистр, подавала вам этот мудрый совет? Откуда-то из пяток... - спросил чей-то ядовитый голос из сумрака. Де Рэ не удостоил наглеца ответа. - У вас нет полной уверенности в том, что это не была галлюцинация? - подумав, более вежливо сформулировал тот же, в сущности, вопрос Кай. - Именно так. - Благодарю, - сегодня у меня больше не будет к вам вопросов. Нет ли у вас самого каких-нибудь уточнений или дополнений к сказанному? Или, может быть, у вас для нас нечто, что вообще не было охвачено теми вопросами, что я задал? - вглядываясь в лицо Магистра, спросил Следователь. - Нет, - глухо ответил тот. - Я думаю, что и у Суда нет больше вопросов... Не так ли? - фон Оркгарк грозно обозрел собравшихся. - Поскольку компетенции нашего собрания подлежит чисто моральная сторона происшедшего - а она предельно ясна из слов нашего э-э-э... собрата - а вовсе не криминальные ее детали, мы вправе вынести свой приговор уже сейчас, немедленно... - Вы самым непозволительным образом торопите события, князь! - резко возразил, поднявшись с места Арнольд-Наследник. - Мы так и не пришли к единому мнению о природе того... с чем столкнулся наш собрат. А от этого зависит и та оценка его поведения, которую мы должны... - Маскарад! - загудел кто-то из темного угла. - И клянусь честью рода де Галлернов, всем нам понятно, кто из тех, что некогда входили в наш доблестный Круг, способен, надев личину Каменного Монстра, разыграть эту гнусную... - Кроме примитивного маскарада, Тот, чьего имени я не назову в этих стенах, способен прибегнуть к Магии, к Тайному Знанию, - резко вставил один из Лордов-Близнецов. - Но разве это повод для того, чтобы оставить на поругание Цепь? - Нашей целью является не вынесение естественнонаучных или мистических умозаключений о случившемся, - в тон ему продолжил фон Оркгарк, а решение о том признать ли поведение нашего собрата презренной трусостью и исторгнуть его из наших рядов или... - В таком случае, я ставлю на голосование альтернативное предложение - подвергнуть нашего собрата Испытанию Подвигом и Сроком Подвига означить год... - железным голосом поспешил вмешаться в явно наступающий финал судебного действа неугомонный фон Шталленштрасс. Князь издал какой-то громоподобный, но слегка смущенный звук и обратился к господам членам Орденского Круга: - Принимаем ли мы к голосованию и второй вариант Приговора? Неопределенное гудение Зала Бренди могло быть понято по-разному, но председательствующий, видимо, решив не дразнить гусей, огласил решение - голосовать оба предложения. Напомнив, что ввиду темноты, царящей в зале, голосовать следует с помощью радиобраслетов, он приступил к этой процедуре. Предложение Наследника прошло большинством в три голоса. - Позвольте нам поблагодарить вас за предоставленную возможность присутствовать при заседании Суда и совершить необходимые э-э-э... следственные действия, - поднялся с места Кай. Теперь позвольте нам покинуть ваше общество - наши дела не терпят отлагательств... Остается лишь скрепить подписями вот эти два протокола - дайте сюда распечатки, мисс Лоусон - и оформить акт передачи поминавшейся здесь реликвии... Мне бы хотелось, чтобы подлинность этого предмета была засвидетельствована кем-то из компетентных в этом вопросе лиц, чья подпись... - Нет ничего проще... По правую руку от себя вы видите почтенного брата Гийома, чьи познания в ювелирном деле... Вы однако, почти не пригубили славного Лирского вина, уважаемые гости... - Благодарю, - Федеральный Следователь суховато улыбнулся, - зато жаркое было просто великолепно... На полдороге к вертолету их догнали три почти бесшумные тени. - Господин Следователь... С непроницаемым лицом перед ними стоял Князь Желтых Рек Рэнго. И два телохранителя, с двух шагов уже почти неразличимые в темноте. Ларри на всякий случай выдвинулся навстречу неожиданному собеседнику. Тот с непроницаемым лицом протягивал Каю небольшую желтую карточку. - Мой сюзерен и учитель имеет честь пригласить вас в свое скромное жилище... Завтра в два часа пополудни. - Я весьма благодарен, - Кай с недоумением рассматривал изображенную на приглашении довольно мерзкую тварь, исполненную в манере старокитайской живописи. Не будучи силен в геральдике, он обернулся к Ларри. - Осенний Дракон - знак самого Сато... - пояснил тот не без уважения в голосе. - Не могли бы вы уточнить, чем я обязан приглашением светлейшему... - Моего сюзерена следует именовать просто - Учитель Сато, - все с тем же непроницаемым лицом поправил его Князь Желтых Рек. Считая, видимо, интерес собеседника вполне удовлетворенным этой сентенцией, он церемонно поклонился и стремительно канул в темноту. Впечатление было такое, что Мастер Боевых Искусств и его свита просто растворились в студеном ночном ветре, что дул с гор. Ларри кашлянул: - Я вам не советчик, но не следует пренебрегать такой встречей... Среди всей этой сволочи старый Сато, ей-Богу, самый приличный человек... Это, правда, совсем в другую сторону. Сотня километров от Города - на юго-восток. Сейчас отоспитесь у себя в гостинице и к полудню, вертолетом... - Для меня, надо сказать, полная загадка - когда вы успели наплодить здесь на Парагее такую уйму титулованной знати, причем, один другого родовитее, - заметил Кай, залезая в успевшее изрядно промерзнуть нутро вертолета. - А из Пространства эти гниды привалили, - отозвалась Невада. - Воспользовались трудностями Освободительных войн и осуществили... Ряд территориальных захватов. Вот такая история... - Ты, я вижу, хорошо книжку читала. В своей церковно-приходской, - с досадой отметил Ларри, устраиваясь в кресле пилота и осторожно поднимая машину. - Только все это - для неразумных детей писано. - А разве не так? - удивленно спросила сержант Лоусон. - Так, да не так... Мы сами их понаприглашали. Всякой швали наемной понабрали - еще бы: самим-то Старатели с Имперскими Десантными и Карательными куда тягаться... У нас - только Сырье, а драться да воевать умения - никакого. А эти - тем и живут. Один наемник - поговорка такая есть - сотни карателей стоит, только вот, всегда сто первый находится... Это я так, к слову. А так, старика Ханнеса лучше порасспросить - он еще, правда, в те времена пешком под стол ходил, но папаши своего и деда рассказы наизусть помнит. Полная сборная солянка была - и записные пираты и профессионалы-уголовники, и из порядочных кое-кто, за кем грехи какие в Метрополии числились, или просто места не нашлось в Системе... И эти... Адепты Эйч-эрн... Но те - в Секту подались, в основном... Всю эту компанию мы за свои кровные, Сырьем заработанные, обули-одели, оружие им поназакупили, какое им заблагорассудилось, земли дали вволю - хочешь паши, хочешь пляши, хочешь - замки свои городи... Только им земля - не в прок. Одни Низинные Лорды за хозяйство и держатся... Ну еще - два-три клана... А остальная шваль только и может, что арендаторов по миру пускать... - Это точно, - вставила задетая за живое Невада. - Отец, вон, сколько договоров ни подписывал, а все черт один - как Господину Владетелю моча в голову вступит, так он и прется в поход на вольных фермеров - подати собирать. И плевать он хотел на все договора со страховками вместе... - Нет, что и говорить, - помолчав, продолжил Ларри, - пока Империя в силе была, воевали они за нашу свободу не за страх, а за совесть. Правда и тогда всякое бывало - наемник, он наемник и есть... Но и родством не гнушались... И из старателей, кто посмелее, к ним в обучение шел... В общем, по-всякому... А вот как накрылась Империя, - он осторожно зыркнул на Следователя - оно конечно, может господин чиновник и демократ записной, а может, его родитель по старым праздникам Имперский штандарт вывешивает... Всякие люди встречаются... - Как началась эта неразбериха, одним словом, тут господа наемники нас и подмяли... Два поколения, считайте, под Монархией выросли. Понавыдумывали себе титулов и званий, раздулись как индюки... Одно спасение - что перегрызлись между собой, верблюды чертовы... Без этого никакие Освободительные и во сне нам бы еще не снились. А так - пол дела их же руками и сделали... Вы не спите еще, случаем? Прикрыв глаза, Кай пытался сопоставить весь пестрый калейдоскоп последних суток с красивой схемой, которую перед отлетом со Станции набросал ему старый историк... Невада, озадаченная столь новым для нее взглядом на новейшую историю Парагейской колонии, тоже призадумалась. - Меня беспокоит, - сказал, наконец, Кай, приглядываясь к замаячившим вдалеке огонькам Города, - то, что вопрос о лидерстве среди этой публики, кажется еще не решен... - Да, - согласился Ларри. - Могут и поцапаться... - Едва добудился я вас, - старина Кон подвинул Ларри пластиковый поднос с дымящимся кофейником и горкой бутербродов. - Уже девятый час. И имеют место события. - Следователя погоди будить, - отозвался Ларри, энергично массируя, затекшее от непродолжительного сна, лицо. - Сначала докладывай все толком. - Господин следователь, вообще, часа три и проспал всего. Потом еще минут двадцать брился и под душем торчал - и погнал в Город. Есть не стал - не пошел, говорит ему вчерашний ужин у сиятельных господ... Ларри усмехнулся - с коварными свойствами филе зайца-ядозуба он был знаком не понаслышке. Надо было, конечно, во-время предупредить гостя, но обстоятельства тому, вообще-то, не способствовали. - Куда именно? - К Лин зайти собирался. И со специалистами беседовать. Это со Шреттером, как я разумею... И с доком Паркером. На двенадцать ноль-ноль просил подготовить вертушку. - Ну, слава Богу - нашел себе дело. Только как бы Лин зря не разволновал... Я к ней загляну через полчасика. А что за события-то? - Если по-крупному, так только одно - связь с Лесным Замком прервана. Супи туда отправился выяснять - часа еще не прошло. А по мелочам... - Ну, так и что по мелочам? - Ну, Седого Ханнеса, как говориться, Кондратий чуть было не посетил... Привиделось ему что-то. Это еще под полночь. Но старик - кремень. Сейчас уже на Приисках - организует акцию прочесывания. И выход на работу, вообще. В обоих казино крупные драки - у Хэнка люди с ног сбились... Ларри с удивлением подумал, что кроме обалдевших баронов, исчезнувших Шерифов, Каменных Монстров и бумагомарающих Следователей, существует еще и целый мир людей, которые режутся в карты, бьют друг другу физиономии, норовят изменить своим дражайшим половинам и, вообще, живут нормальной жизнью ни мало не заботясь о тех проблемах, которые вот уже четвертые сутки проедают плешь ему - Лоуренсу Корнуэллу, Помощнику Шерифа. - Что еще? - спросил он, ощущая во всем виде старого приятеля какую-то недосказанность. - А еще - Ребекка смылась. И бесследно пропала, слава те Господи. - Это как? - Да из под замка ушла - пока ребята Хэнка разнимали народ у Холлидея. Там и дел-то всего - пластикатовый щит отогнуть... - Ладно, пусть гуляет, лишь бы под ногами не путалась, - без особой уверенности в голосе сказал Ларри. - Теперь - насчет Замка: Выходите на связь с Гипсовым Рэльфом. По каналу Роба - понимаешь, о чем я говорю? - Понял, не дурак... Так вот - спецканал тоже не действует. И, вообще - похоже с Рэльфом плохо... Он первым на связь вышел - в пять утра. Но ничего путного сказать не успел - прервало на полуслове... - О, ч-ч-черт! Пусть Супи будет там... поосторожнее... И постарается Рэльфа вытащить, если сможет... Сам при этом пусть в Замок не суется. Ларри замолк, ломая голову над сложившейся ситуацией, которая настоятельно требовала его присутствия в самых разных местах одновременно. - Вот что... - наконец выдавил он из себя. Пусть народ думает обо мне что хочет, но мое дело сейчас - Роб. Дай Бог не сглазить, но, кажется я взял след... И гость - тоже на моей шее. До завтрашнего вечера все, кроме самого экстренного бери на себя... О делах в Замке и о подготовке прочесывания Лабиринта постоянно держи меня в курсе по блоку. И вот что еще... Ты не забыл дорогу в нашу "Карнавальную кладовую"? - Как будто нет. Временами подкидываем туда новые игрушки. - Так вот - будь другом - притащи мне оттуда маячок. Что-нибудь понезаметнее, поскромнее. Или... Ну может быть что-нибудь такое, что мальчишка, ну обычный паренек лет пятнадцати непременно потащит с собой хоть в космос... - Эге... Теперь понятно, что за след ты взял... За что тебя народ любит, Помощник, так это за то, что все твои хитрости можно расколоть минуты за полторы. Без помощи утюга. - Ну вот и помалкивай, пока. А с нашим дорогим гостем - особенно. Иначе он потребует, чтобы маяк был опломбирован в присутствии трех свидетелей. Или еще что-нибудь в этом духе, с чем мы управимся к следующему Рождеству, и то, если приналяжем как следует... Кстати, Невада его пасет? - Спит она в дежурке. И бредит Уголовным Кодексом - к экзамену на чин готовится. Кстати - твоя выдумка. А за гостем увязался Флери. Да, еще - по Ти-Ви Купчина Алекс от имени всей Гильдии пообещал награду всем, кто укажет местонахождение Роба. - Если первым его отыщу, то засуну эту награду Алексу куда полагается... Плюнув через левое плечо, Ларри стал натягивать свою ветровку - неизвестно было, дадут ли события ему время на переодевания. Солнечная погода - последние теплые дни перед осенними месяцами ветров - снова вернули Ларри к мысли о том, что реальный мир существует и функционирует не особо тяготясь политическими, криминальными и метафизическими заботами. Он даже не стал пенять, вздремнувшему под лучами утреннего солнышка у крыльца дома Арчеров и запоздало откозырявшему ему, Слоуну - самому бестолковому из людей старины Хэнка - и не говоря худого слова, поднялся сразу на крыльцо. Лин, выглядевшая сегодня чуть более уставшей, но не такой подавленной, кивнула ему на стул. - Вы, гляжу, в две смены взялись меня навещать... С утра - этот... из метрополии, теперь ты вот... Правда, что письмо от Роба нашли? Что он?.. - Скажу честно - предыдущей ночью Роб был жив и здоров... Но, я думаю следователь с вами поделился тем, что мы узнали вчера вечером... - Да, он очень любезный человек... - Он не замучил тебя расспросами? - Да как сказать... Мне показалось, что его интересуют совершенно посторонние вещи... - И конечно, он вас заставил подписать уйму бумаг... - Нет, только протокол - там были самые общие вещи... У меня осталась копия - вот... Я напрасно подмахнула эту бумагу? Налить тебе чаю? - Спасибо, не стоит... Гм... - Ларри пробежал глазами распечатку. - С виду ничего особенного он тут не понаписал... Финни в школе? - Ты уж совсем заработался, Ларри... Сегодня же День Высадки - занятий нет. А еще - Восход Хозяина - ночь Злых Сил... Финни будет ночевать у Гамильтонов - у Эрни на чердаке телескоп... - Лучше бы ему дома побыть... Ладно, когда зайдет домой - передай ему это - настоящий, на Земле изготовленный... Шведский... или швейцарский... Старинная, одним словом, работа... Лин покрутила в руках действительно хорошо сработанный ножик со множеством встроенных инструментов и положила его на стол. - Не видела у тебя этой штуки раньше... - Так, валялся в столе... - не слишком уверенно соврал Ларри. - Все жалко было таскать с собой... Да и возраст такой, когда игрушками перестаешь интересоваться... А Финни - в самый раз... Ну, я пошел. Загляну завтра... Думаю, будет что-то новое к тому времени... - Для вас - народа из Метрополии, Сырье - это всего лишь один из дефицитных технологических материалов. Пусть очень экзотический, но существенно не влияющий на образ жизни большинства людей. Да, добавки компонентов, извлекаемых из Сырья, увеличивают КПД энергетических установок в несколько раз... Да - позволяют осуществлять тонкую регуляцию нуль-перехода информации... Да - это идеальный материал для молекулярных роботов... Одним словом - одна из основ современного технологического могущества Федерации. Но и только. - Шреттер прервался, чтобы задумчиво раскуривая трубку, еще раз приглядеться к собеседнику. Тот слушал это, вполне банальное введение в экзоматериаловедение, рассеянно вертя в руках слегка потертый карманный терминал блока связи - возможно господин Следователь ждал звонка... - Возможно, - продолжил технический директор Приисков, - на общественность успокаивающе действует тот факт, что по сравнению с реальным потреблением, запасы Сырья кажутся еще неограниченными... К тому же успешно разработаны методы его реутилизации, а кое-какие свойства его компонентов удалось в последние годы воспроизвести искусственно... Но все это - только одна сторона того, с чем мы столкнулись здесь, на Парагее... Парагея-то Парагеей и названа за свое исключительное в планетологическом масштабе, сходство с Землей. Конечно, животный и растительный мир внешне существенно отличаются от того, что мы можем видеть в заповедниках на нашей родной планете, но ведь и интродукция земных видов удалась здесь - практически в единственном уголке Обитаемого Космоса, не вызвав экологической катастрофы... Что касается сходства геологических структур, атмосфер, климата, то оно не имеет аналогов в планетологии... Единственное исключение - Горный Край. Планетарная аномалия, площадью со среднее европейское государство... Это необычайно молодая структура - десяток тысяч лет, от силы. И полное несоответствие всей планетарной среде. Вполне естественно, что все авторитеты считают единственным объяснением этого - космическое происхождение этого района... Но механизм того, что произошло тогда - эти десятки тысяч лет назад - полнейшая загадка. Будь это обычное столкновение с метеоритом... точнее уж - с астероидом, последствия для климата планеты, ее тектонической структуры были бы куда более драматическими. А происхождение Подземного Царства, вообще, не поддается никакому вразумительному объяснению. Это не просто система подземных пустот и рудных жил. Это ФУНКЦИОНИРУЮЩАЯ структура. Она живет своей жизнью - по рудным залежам бродят электрические токи, иногда мощнейшие... Пустоты - галереи, пещеры исчезают и возникают, меняют свое местоположение. Подземное царство реагирует на внешние воздействия - чаще всего самым непредсказуемым образом. Но у Старателей выработалось свое чутье... Свое, я бы сказал, взаимопонимание с Подземным Царством. И это не просто профессиональный навык. Это стиль жизни, способ существования целого сословия, которое и составляет экономическую основу всего здешнего общества... А в основе этой основы - Сырье. Видоизмененная материя, которая обладает уникальной способностью взаимодействовать с космическим излучением, накапливать в своей кристаллической структуре комбинации свободных кварков и, что самое удивительное - воспроизводить свою структуру в окружающем материале. Сырье САМОВОСПРОИЗВОДЯЩЕЕСЯ. Очень медленно, в строго определенных условиях, но оно изменяет свою среду. Перерабатывает окружающий мир в самое себя... С чем мы столкнулись - полнейшая загадка. Может быть это можно назвать жизнью. Какой-то очень своеобразной, специфической формой жизни... - Вот об этом я хотел узнать кое-что конкретнее... - Кай поднял на Шреттера внимательный взгляд. - Каменная жизнь... Вы ее считаете реальностью? В частности, меня интересует то, что говорят о Каменном Монстре... В ответ Шреттер предпринял то, что Кай уже не в первый раз получал в ответ на этот вопрос - а задать его он успел уже не одному только техническому директору Приисков - была извлечена на свет Божий и пущена в ход щеточка-ершик для прочистки трубки, взгляд собеседника целиком сосредоточился на производимой манипуляции, издаваемые звуки свелись к многозначительному покашливанию... - Вам лучше обсудить этот вопрос с мистером Паркером - Главным врачом Приисков, - наконец, глуховатым голосом сказал Шреттер. - Сырье... да и весь комплекс физических условий в Подземном Царстве не безразличен, знаете-ли для того, как функционирует то, что у нас тут... в черепушке. Со временем люди... особенно те, кто уже не в первом поколении промышляет добычей Сырья, становятся... Ну, не совсем обычными личностями... Они совсем иначе воспринимают то, что происходит там - в недрах Горного края... Воспринимают то, что обычному восприятию, особенно тут, на Поверхности, не поддается... Я, знаете, одно время коллекционировал записи, рассказы обо всяких необычных явлениях в сознании людей, что случаются здесь... Похоже, что подземное Царство может действовать как какой-то чертов рентген: читать наш мозг, его состояние и как-то изменять его... Копировать взятое в черепе одного из нас, в голове у другого... Сохранять, ну, может быть не мысли, а ощущения, восприятие, состояние души кого-то, кто уже покинул Царство... или в нем сгинул... И, вдруг, передать это все кому-то, кто забрел в "зачарованное место"... Во всяком случае, одних только достоверных случаев телепатии я набрал сотни три... Потом бросил все это... - Почему же? - Знаете, господин Следователь, от таких занятий, если браться за них всерьез - прямая дорога - в Секту. Лучше во-время остановиться... А что до Монстра, то может, он и иллюзия... Глюк. А может, у Подземного и действительно есть свои хозяева. Здесь ведь целый мир разместиться может. Со своею фауной и флорой... Мне, во всяком случае, это глюками не казалось - когда пришлось столкнуться... - Вы... видели Монстра? - Да нет, - гадость помельче, в основном... А Монстр - это я вам, скажу, не просто чудище. По поверьям местным он не тем страшен, что в клочья рвет и рубит встречных и поперечных - от этого заклятье какое-то есть - а тем, что появляется он - к Большой Беде и Переменам... Как перед Шабашем... - А чем был Шабаш по-вашему? - Видите ли... Я, как специалист по экзоматериалам имею тут свою точку зрения... Пока добыча Сырья шла вот так как сейчас - с соблюдением неписанных правил, обрядов, малыми темпами, Царство успевало его воспроизводить. И общее количество, и структуру... А когда этот баланс был нарушен и воспроизводить себя Царство уже не смогло под напором современных технических средств добычи и разработки ископаемых, последовала экстремальная реакция - уже не в пределах подземных пещер и галерей, а на всю планету обрушило на сознание людей свое воздействие. И их существование превратилось в беспрерывный ужас... - Извините... - за спиной директора раздалось вежливое покашливание - в дверь кабинета просунула голову сержант Лоусон. - Вертушка готова и сейчас уже без десяти двенадцать... - Ну, что же... Простите меня за отнятое у вас время, - Кай поднялся с массивного подоконника, устроясь на котором он слушал лекцию инженера Шреттера. - Мне следует идти по делам. С доктором Паркером я встречусь позже. Да и к нашей беседе мы еще вернемся, если вы не возражаете... Встретивший его у ворот самурай в парадном хаори проводил Следователя в покои. Жилище старого Сато представляло собой странную смесь средневекового замка - снаружи, и типичного старояпонского дома - внутри. Та же спартанская бедность обстановки, раздвижные бамбуковые перегородки из вощеной бумаги и почти полное отсутствие мебели, которое компенсировалось хорошо подобранной коллекцией древней китайской живописи на стенах и замысловатыми букетами в низких каменных вазах, тут и там расставленными на тускло поблескивающих полах. Хозяин ждал его в маленьком садике, разбитом в глубине замка. В простом домашнем кимоно старик сидел на небольшом деревянном возвышении и его полуприкрытые глаза смотрели в пространство с отрешенностью Будды. Кай постоял немного, ожидая каких-либо признаков внимания к своей персоне и, так и не дождавшись их, пару раз кашлянул, обозначив свое присутствие. Старый Сато медленно вернулся в этот мир и тяжело поднялся навстречу гостю. - Я рад, что вы откликнулись на мое приглашение, - голос японца был на редкость тих и невыразителен, - и для меня большая честь приветствовать столь высокого гостя в моем доме, господин Федеральный Следователь, - старик неторопливо двинулся по садику. Кай последовал за ним. Осмотрев и оценив несколько достопримечательностей древнего паркового искусства, они присели прямо на траву у маленького искусственного пруда, на зеркальной поверхности которого то ли в естественном беспорядке, то ли расставленные умелой рукой мастера в согласии с изысканной японской традицией, плавали несколько цветков белых кувшинок. Пока миловидная девушка в шелковом платье с узором цветов хаги готовила и разливала зеленый чай, Кай безуспешно ломал голову, пытаясь вникнуть в смысл этого визита к Наставнику Боевых Искусств Сато. Что от него хочет Старый Самурай? Заручиться неформальной поддержкой представителя Федеральных властей для ведения сепаратных переговоров? - Гм-м... Желает сообщить ему некие конфиденциальные сведения, способные пролить свет на исчезновение Большого Шерифа или убийство Наместника? - Посмотрим... Или, быть может, прощупать его, Кая Санди, относительно версий, возникших у него по ходу знакомства с местной обстановкой? Но Сато и не думал от общих вежливых фраз и рассуждений о погоде и столь редкой для осени форме облаков, переходить к обсуждению последних событий в Горном Крае. Вместо этого разговор как-то сам собой коснулся матушки-Земли. - Скажите, господин Следователь, вам случайно не приходилось бывать в Японии? - Приходилось, господин Сато, и я обратил внимание на то, что вы прекрасно сохранили традиции своей родины... Сетка морщин на бесстрастном лице старика чуть изменила свой узор - видно было, что похвала гостя доставила ему удовольствие. - И вы видели Фудзи? - Да, я бывал в ее окрестностях. Кай дипломатично промолчал об обстоятельствах, сопутствовавших его знакомству с видами дорогой сердцу собеседника возвышенности. Местная якудза немало потрудилась в ту пору, чтобы избавиться от излишне настойчивого Следователя, занявшегося деятельностью клана Ямада - к счастью, усилия ее были не слишком успешны. - У подножья этой горы прожило двенадцать поколений моих предков, пока Хиро Ясукити, отец моей бабки, не отправился в путешествие на одном из кораблей Третьей Межзвездной... А я, вот, так и не побывал там. Никогда... - старик слегка повернулся в сторону девушки, разливавшей в чашки густой терпкий чай. - Спасибо, Окими-тян, ты можешь идти. Сато подождал, - пока девушка покинула садик, и внимательно посмотрел на Кая из-под тяжелых, набрякших век. - Санди-сан, я навел о вас кое-какие справки через своих друзей. Вы почтенный человек, и я хочу, чтобы вы выполнили свою работу и вернулись с Парагеи живым... - Я благодарен вам за подобную заботу... несколько недоуменно, произнес Кай единственную, пришедшую ему на ум фразу. - Я не стану кривить душой и скрывать от вас и другую сторону своих намерений, - все так же бесстрастно продолжал Сато. - Я, конечно, старик, и все труднее мне силой меча отстаивать свое Право. Но меньше всего я хочу, чтобы о Праве и Порядке в Горном Крае заботились войска Федерации. План Колонизации или как его называют здесь План Заселения должен осуществляться исключительно под контролем народа Парагеи. Только так она может оставаться сама собой и не стать тем анклавом вашего христианского Ада на этом свете, каким по милости торгашеской алчности стали многие из Тридцати Трех Миров... Если Парагея утратит контроль над ордой переселенцев, музыку здесь заменят видеоклипы, порнография - живопись, блуд заменит любовь... Впрочем, возможно, вам неприятна такая оценка мира, который послал вас сюда... Тогда - забудьте слова Старого Самурая... - он помолчал. Кай смущенно откашлялся. - Я долго размышлял о причинах и способе умерщвления злосчастного Губерта фон Адриана, - продолжил Сато беседу, придав ей несколько иное направление. - Если это - дело рук моих сиятельных соседей, то учитывая тот странный жест - я имею ввиду оставленную на шее Владетеля Цепь Власти - на ум приходит только один персонаж. Один, которого позабавит кровавая грызня людей Ордена вокруг такого яблока раздора... - старик умолк и устремил свой взгляд куда-то вдаль, словно забыл о собеседнике. От сидения в неудобной позе у Кая уже давно затекли ноги, но он стойко переносил мучения, боясь спугнуть мысли японца. Он терпел полчаса, потерпит и еще немного - лишь бы не помешать благим намерениям Сато поделиться с ним своими подозрениями. Между тем, словно очнувшись после сна, японец осуждающе пожевал тонкими бескровными губами и продолжил: - Человек, не уважающий традиции, обречен. Но прежде, чем попасть в Ад, он может натворить много бед... Я имею ввиду Черного Рыцаря Мо. Кай постарался выразить всем своим видом глубочайшее почтение к проницательному уму собеседника, однако, ставшие его вторым "я", рефлексы осуществления следственных действий заставили его нарушить возникшую паузу. - Это ваша интуиция подсказывает вам, или вы имеете... какие-то доказательства? - задал он дежурный вопрос. Который повис в стынущем осеннем воздухе. - Мне показалось... что не вы один так думаете. Там - на Суде Чести были высказаны... подозрения в адрес того, кого никто не отважился назвать. Но даже для меня - человека со стороны - намеки были достаточно ясны. Почему же только вы назвали имя подозреваемого? - Люди Ордена, - задумчиво ответил Сато, - каждый по-отдельности - это одно, а собравшиеся вместе - нечто совсем другое... Там, где говорят более двух, у Черного рыцаря может оказаться свое ухо... Особенно, когда разговор идет за Круглым Столом. Никто не хочет быть первым среди тех, кто бросил обвинение... - Простите, но Черный Рыцарь предстает из ваших слов и из легенд, что ходят о нем, прямо-таки исчадием Ада... И ни малейшего указания на то, что сделало его таким... - Это только в христианской традиции, Санди-сан, Ад противостоит Раю... Нет Зла ни в мире зримом и в мире Духов, и нет там и Добра. Лишь отдаваясь во власть Темной или Светлой стороны собственной своей души, открывает истинный воин себя для Зла или Добра... Вас, наверно, удивит, что во времена Первой Войны Черный Рыцарь выступал на стороне Общины. Был для Старателей героем и одним из вождей Сопротивления... Не к этому ли устремился он и теперь - посеяв смуту, спровоцировать Империю... простите, Федерацию на вторжение и насладиться желанными мгновениями смертельной схватки с противником, казалось бы, неизмеримо превосходящим его по мощи? Ведь та жизнь, на которую Орден обречен долгожданным миром, воцарившимся на Планете - не более, чем жалкое прозябание для истинного воина... Слишком много понимания и сочувствия прозвучало в заключительных словах этого монолога, чтобы остаться незамеченным для уха Федерального Следователя. - Да, - заметил он, - профессиональным воинам нелегко будет вписаться в то будущее... - Но путь Черного Рыцаря - путь в никуда, - с глубоким сожалением в голосе продолжил Сато. - Противопоставить себя Тридцати Трем Мирам значит кануть в ничто. И унести туда же выкованные веками традиции Ордена, да и самую память о нас - Людях Войны. Как ни труден иной, презренный для нас путь прозябания в мире и благополучии, мы должны идти по нему и выстоять до лучших времен... Заметив, что его монолог, в лучшем случае, мало понятен собеседнику, Старый Самурай тяжело вздохнул... - Что до темной стороны души Черного Рыцаря, то... вы, Санди-сан, будучи заняты гораздо более важными заботами, возможно не имели возможности изучить корни людей Ордена. А они рознятся, порой, как небо и земля... Есть среди нас те, кто истинно ведет свой род от древнейших аристократов Земли, а есть и такие, кто утвердив свои Право и Честь в суровой борьбе, Имя свое измыслили или взяли напрокат из старых книг... А вот Черный Рыцарь Мо был исторгнут совсем иной бездной... Предки его и сам он бродили в Мире Молний и исповедовали, говорят, Запретное Учение Эйч-эрн... Речь шла о материях, в которых Кай не чувствовал себя хоть сколько-нибудь сведущим. - А тот, кто познал Учение, - продолжал старик, - уже не способен творить Добро иначе, как не во имя Зла... и не удивляйтесь, Санди-сан, если расследуя это черное дело, вы остановитесь перед Бездной, которую не в силах постичь человеческий разум... - Звучит безнадежно... - Вовсе нет. Ведь Высшие Адепты исторгли Черного Рыцаря из лона Учения. И даже породивший его мир пришлось ему покинуть... Значит, не так уж черна его душа... - завершил столь странно звучавшее в его устах откровение Старый Самурай. - Но Тайные Знания... - добавил он после паузы, - Тайные Знания, которыми успел овладеть Черный Рыцарь, позволили ему - почти единственному в Ордене - сблизиться с Сектой и узнать нечто из тайн Подземного Царства... Все мы - люди Ордена - невежды в проблемах магии. И это не случайно. Не тяжелая, преисполненная невзгод и сражений жизнь воина помешала нам обрести Тайное Знание - нет! Только Незнание может защитить наши души от соблазна их собственных темных сторон... - Я бы не сказал, что общение с Подземным Царством сильно испортило людей Общины, - довольно рискованно возразил Кай. - Жалкие простолюдины, снедаемые суевериями... Разумеется, Санди-сан, не может найтись много Зла в тех, в ком и Добра умещается немного... - Получается, что если Черный Рыцарь вмещает в себя море Зла... - То и для Добра в нем есть место... Он, например - единственный из людей Ордена, кто искренне и серьезно верит в Бога христиан... - И осмеливается так грешить против него? - Ах, уважаемый Следователь, как бы хорош был любой из нас, существуй он сам по себе... Вот и Черный Рыцарь был бы хорош, когда бы не было рядом с ним Аббата Трех Смертей... Человека - если подобное создание достойно этого имени - который внушил Черному Рыцарю спасительную для него идею... - Какую же? - Идею, согласно которой, будто бы можно замолить любой грех пред Богом и людьми... И как лицо более близкое к Богу, он взялся за эту работу - своими молитвами за душу Черного Рыцаря, он покупает его дружбу. - До сих пор я знал лишь одного жулика, который умудрялся зарабатывать на жизнь торговлей индульгенциями... Но тот брал деньгами, а не дружбой... Странно, что у этого абсолютного злодея есть еще и друзья... - Есть, есть, господин Федеральный Следователь... Видите, как все непросто здесь, в Горном Крае... Поэтому, позвольте мне, со своей стороны предпринять нечто, что оградит вас и ваше дело от темной стороны этой души. Сато хлопнул в ладоши и во внезапно распахнувшемся дверном проеме возникли две фигуры, до глаз закутанные в странного вида одежды. За плечами каждого торчали по две рукоятки длинных мечей. - Дзигаро Сосеки... Тадземару... - самураи один за другим почтительно склоняли головы. Дзигаро, одетый в серое кимоно, был повыше и помощней гибкого и стройного Тадземару, утопавшего в складках просторного черного одеяния, - это мои лучшие бойцы. Они будут сопровождать вас в путешествиях по Горному Краю. Представив себе на минутку как он будет рыться в архивах, беседовать со свидетелями и совершать все прочие жизненные отправления, имея за спиной двух самураев в полной выкладке, Кай сделал, было, протестующий жест, но Сато мягко прервал его возражения, прикоснувшись старой сморщенной рукой к плечу Следователя. - Они не будут вам мешать. Это профессионалы-ниндзя. Правда, древними традициями мы уже не можем ограничиться, так что эти двое используют в работе последние достижения электроники и психофизиологии... После того, как я представил их вам, вы их больше не увидите... Надеюсь, не увидите. Потому что они появятся рядом только в случае реальной опасности для вашей жизни. Он сделал легкий жест, и ниндзя исчезли так же внезапно, как и появились. - А теперь, позвольте мне проводить Вас. Они вышли к воротам Замка и остановились перед легким мостом, переброшенным через ров, окружающий крепостные стены. Вдали - милях в десяти, в голубой дымке виднелись отроги Большого Бактриана - кряжа, отделяющего Горный Край от других земель и морей Парагеи. Хотя в окружающем пейзаже еще преобладали зеленые краски, осень уже пометила клены и виноградники желтым и багряным. Как я завидую тебе! Ты высшей красоты достигнешь И упадешь, кленовый лист. - процитировал внезапно старинное стихотворение Сато. - Басе? - вежливо поинтересовался Кай. - Нет, Сико. Но то, что вы знакомы с хокку Басе, делает Вам честь, господин Следователь. Итак, позвольте пожелать вам удачи. И он оставил Кая одного у крепостных ворот, предоставив ему поразмыслить о том, имела ли какой-то скрытый смысл произнесенная цитата или же это было в столь изысканной форме выраженное отражение красоты окружающего пейзажа в душе старого японца. Вздохнув, он стал спускаться со рва к рощице, на опушке которой, в скупой тени вертолета сержант Лоусон пыталась совместить несовместимое - бдительное наблюдение за замком Сато и углубленную проработку вопросника по теме "Процедура ареста и первичный допрос задержанного". Невада нервно шмыгнула носом и рванула машину так, что некоторое время мир представал перед Федеральным Следователем наклоненным под углом градусов в сорок, а затем ландшафт, над которым низко, вписываясь в складки местности пошел скоростной геликоптер, слился в желто-зеленые полосы. "Интересно, каким образом следуют за нами мои ангелы-хранители?.." - подумал Кай. 4. МОГИЛА СЛЕПОГО ДЖО - Нам придется немного изменить курс, сержант, - несколько неожиданно прервал довольно долгое молчание Следователь. Взгляд его был сосредоточен на дисплее портативного терминала, который лежал у него на коленях. - Куда летим? - осведомилась Невада. - Нам предстоит встретиться с господином Корнуэллом. - Он сейчас, верно, в Ратуше... Так чего же?.. - Нет... Если я не ошибаюсь, он сейчас движется в сторону так называемых Гиблых Пустошей... Вот смотрите... - Кай передал Неваде свой терминал, на дисплее которого была высвечена карта местности. - Это сигнал его радиомаяка. - Вы не будете связываться с Помощником по блоку? - Нет. Посадку произведите, по-возможности, незаметно... Где-то вот здесь... Невада пожала плечами. - Темнеет - еще немного и не то что незаметно сядем, а и друг друга не найдем... Это же, ведь, Пустошь... И Рыжий туман под осень... Как тогда... - В ночь убийства Наместника? - Вот-вот... - Ну, то что господин Корнуэлл нас не будет замечать некоторое время - в том нет большой беды... А мы его не упустим - при нем радиомаяк, хотя, может быть он об этом еще не знает... - Вы что - подозреваете Помощника?.. Маячок ему навесили, словно уголовнику... - Если вы думаете, что господин Корнуэлл не дает повода для подозрений, то, вообще говоря, вы ошибаетесь... Часто вторые лица бывают заинтересованы в... устранении первых. В их исчезновении... - Ну, вы тут крепко ошибаетесь, Следователь... - Я и не думаю работать в этом направлении, миссис Лоусон. Дело проще - у меня сложилось впечатление, что господин Корнуэлл пытается э-э... оградить меня от некоторых сторон ведения расследования. Видимо, он полагает что принятые методы следствия могут травмировать близких господина Арчера... Я же, однако, не могу уклониться от исполнения своих обязанностей... Только поэтому мне приходится прибегать к такому вот, - Следователь кивнул на экран терминала, - методу. - Это вы о чем?.. Каких близких?.. - Дело в том, что первая же мысль, которая возникла у меня вчера, при просмотре письма господина Арчера, была о том, что обращается он к кому-то из своих родственников... Понимаете ли, сам стиль речи, взгляд, то, что называют непроизвольной мимикой... Само собой разумеется, что речь идет либо о госпоже Арчер, либо о его достаточно взрослом сыне... Люди капитана Инокоффа недвусмысленно описали лицо, которое, по их мнению, пыталось проникнуть к тайнику с письмом, как подростка. Я побеседовал с Лин Арчер и убедился, что сын Шерифа отсутствовал дома именно в то время, когда имел место этот инцидент. Мало того, он отпросился из дома и на эту ночь - якобы для того, чтобы с приятелем наблюдать восход Хозяина... Я самого Финни так и не встретил, но вот с тем пареньком, владельцем телескопа, повидался. Он, конечно, версию Финни подтвердил, но при этом врал - или я не имею никакого представления о психологии... Я не думаю, что господин Корнуэлл столь недогадлив, чтобы не заняться этой версией. Он, однако, утверждает, что не имеет понятия о том, кому может быть адресовано письмо Шерифа. Мало того - вместо того, чтобы торопить меня именно в направлении поисков адресата письма, облегченно вздохнув, соглашается с моим намерением отправиться беседовать со специалистами по Подземному Царству... - Так почему вы прямо ему не выложили... это все? - Видите-ли, тогда ему пришлось бы отказаться от своих... более привычных методов. Возможно, мои действия здесь и впрямь напоминают визит слона в посудную лавку... - Что-то есть... Вы уж не обижайтесь... Значит, вы попросту не хотели вспугнуть Ларри? Кай неопределенно хмыкнул в ответ. Ларри бесшумно, но с остервенением сплюнул: Проклятый парень был где-то здесь - в сотне метров от него - маяк не мог подвести - но где он умудрился укрыться в этой чахлой рощице?.. Сумерки сгущались над Пустошью и первые языки Рыжего Тумана стали видны в низких лощинах и пересохших руслах ручейков... Скоро на зрение уже нельзя будет положиться. Бесшумно скользить по зарослям научил Финни он сам - Ларри Корнуэлл - так что и на слух надежды было мало. Способов искать несовершеннолетних, но достаточно взрослых подростков в лесу ощупью или прибегая к анализу вкусовых ощущений, Ларри не знал. Оставалось лишь принюхиваться - и было к чему. Где-то не очень далеко горело нечто смрадное, и горело основательно. Сориентировавшись в направлении еле заметного ветерка, Ларри все так же бесшумно присвистнул - гарью тянуло с могилы Слепого Джо. - Жертву кто-то надумал приносить, что-ли? - подумал он. - В канун-то ночи Злых Сил? Тихо, по колено в тумане, он двинулся к невидимому в глубине лощины костру... Очень не во-время засигналил его блок связи. Проклиная все на свете, он убрал звук. Чутье подсказывало ему, что вызов любой срочности может сейчас подождать. Огонь он увидел только шагов с пятидесяти, но еще раньше он увидел Финни. Мальчик стоял на коленях. Его рвало. Появлению Ларри он не удивился. Только мотнул головой куда-то за спину: - Т-там... - сказал он, с трудом преодолевая сдавившие горло спазмы. Ларри вытащил из наплечной кобуры бластер и осторожно шагнул вперед - к жертвенной плите. То что догорало на ней совсем недавно было человеком. Это наверное Финни не дал огню окончить свою работу - труп был вытащен из развороченного костра. Хотя и трудно было уже опознать погибшего, Ларри перевернул тело и справившись с подступившей и к его горлу спазмой, все-таки понял, кто лежит перед ним на пожухлой осенней траве - это был не тот, кого он боялся увидеть. - Эт-то не... - вымолвил вцепившийся в его руку Финни. - Это - не отец... - Нет... - ответил Ларри. - Болотный старец... Куоккенен... Гос-с-поди... Ставшими вдруг непослушными пальцами, он снял с пояса блок связи и очертенело посмотрел на него, соображая кого вызывать на место происшествия и почему все еще настойчиво мигает сигнал вызова. - Сюда кто-то идет... - вздрогнув, сказал Финни. И почти сразу вслед за этим, из сгущающегося тумана к костру вышла сержант Лоусон, а за ней Федеральный Следователь. Секунды на три-четыре все остолбенели. Мне кажется, что я не так уж и не во-время... - сухо сказал Кай и присел над останками шамана. - Кто обнаружил... это? - Парнишка, видно на него наткнулся... Минут пять назад, не больше... Так, Финни? А вы, как... - Я, простите, следовал за вами по указаниям радиомаяка... - А откуда вы узнали про маяк? Кон, что-ли... - Я так и подумал, что вы мне недаром тот нож принесли, - сказал Финни. - Я его в роще оставил - чтобы вы сюда не вышли... А тут... - Простите, но я имел ввиду другой маяк. Тот что у вас на куртке, господин Помощник Шерифа. За отворотом воротника... Я позволил себе... - Вижу, что позволили, - огрызнулся Ларри, отдирая от загривка почти невидимую капсулу. - Я, пожалуй, наряд вызову... Чтобы прочесали местность. - Я думаю, тот, кто сделал это, уже успел уйти достаточно далеко... Лучше пусть пришлют небольшую следственную группу. И кого-нибудь, кто по-вашему мнению сможет опознать погибшего... И, может, будет лучше, если не станут поднимать большого шума... - Насчет опознания - можете не тревожиться. Я покойника хорошо знал - местный шаман. Вот что - надо бы срочно обыскать его логово. Явно не случайно погиб дед... Финни, сам видишь, дела пошли серьезные - давай как на духу: зачем сюда шел, что про старину Квака знаешь... Только давай, не мудри... - Он... Он отцу силу дал... Заклинание... И еще что-то такое... Чтобы победить силы Темной Стороны... Монстров... А на могиле Слепого Джо мы с отцом должны были встретиться... Я знак ему условный оставлял... А почему здесь... он?.. Я сначала подумал... - Я знаю, что ты подумал, Финни. Но это не Роб... Это сам Квак... Почему он пришел сюда? Может быть, вместо твоего отца?.. - Я... я не знаю... Я ничего не понимаю... - Так... Держи себя в руках. Я сейчас вызываю сюда людей... - У вас блок зуммерит, - вставила Невада. - И уже давно... Ларри, наконец, нажал "прием", и блок связи хорошо поставленным голосом секретарши объявил: - Господин Корнуэлл, с вами немедленно и конфиденциально хочет побеседовать господин Чрезвычайный и Полномочный Посол Федерации Тридцати Трех Миров, сэр Милтон Чамберс... Господин Корнуэлл... Обалдевший господин Корнуэлл, наконец, отозвался: - Я у аппарата... Слушаю вас... Экранчик мини-дисплея пошел бегущими полосами и через мгновение на нем предстал господин Посол, выбритый и одетый в точном соответствии с требованиями своей щепетильной должности, несмотря на поздний час. Тень тревоги лежала на его напряженном лице... Он внимательно приглядывался к собеседнику - Ларри сообразил, что предстает на посольском терминале в виде плоховато освещенной слабым сиянием подсвечивающей рамки небритой физиономии на фоне утопающей в наступающих сумерках и Рыжем Тумане лесной чащобы. Он приосанился и подкрутил подсветку. - Как я понимаю, я застал вас э-э-э... вне вашей резиденции, господин Помощник? - осведомился Посол. - Может ли наша беседа быть достаточно... конфиденциальной? - Я нахожусь... за пределами города. Произвожу расследование. Меня... сопровождает Федеральный Следователь и... - Господин Санди может присоединиться к нашему разговору? Это великолепно. Я как раз и имел ввиду просить вас о взаимодействии в сложившейся ситуации... Ведь вы уже без сомнения в курсе событий последних четырех часов? Ларри оглянулся - Невада, проявив неожиданную догадливость, держалась поодаль, тихо беседуя о чем-то с Финни. Кай, поняв, что и он приглашен к разговору подошел поближе и помог Ларри закрепить блок связи на подходящей ветке. - Что именно вы имеете ввиду, господин Посол? - Я имею ввиду захват Лесного Замка отрядом фон Шталленштрасса и ту активную подготовку к военному столкновению, которую по имеющимся у меня данным ведут сейчас э-э-э... все участвующие в конфликте стороны... - Так... - сказал Ларри и мысленно обругал последними словами Кона, Ханнеса и Супи, вместе взятых - Не торопятся, члены Общинной Управы информировать Помощника Шерифа об этаких делах... - Я немедленно отправляюсь на место действия, - произнес он вслух. - Нахожусь неподалеку... - Мне представляется, что вмешательство Посла Федерации с э-э... миротворческими инициативами должно быть предварено экстренными и оперативными действиями господина Федерального Следователя... В настоящий момент вы - единственный представитель Федеральных властей, работающий в непосредственном контакте с высшими администраторами Парагеи и имеющий необходимые полномочия... Мне остается просить вас установить контакт с господином Шталленштрассом, а также со всеми лицами, которых вы сочтете необходимым привлечь к решению этой проблемы. Я уполномачиваю вас выдвинуть перед участвующими в конфликте сторонами любые разумные предложения... Вы, надеюсь, понимаете, что обширный вооруженный конфликт сейчас, когда План Колонизации уже приведен в действие... Господина же Корнуэлла я прошу, как представителя стороны, участвующей в конфликте, содействовать усилиям господина Следователя... В настоящий момент секретариат Посольства уже занят тем, чтобы поставить всех участников конфликта в известность об экстренной миссии господина Следователя... - Я постараюсь сделать все от меня зависящее... - сказал Кай. - Община сделает все возможное, чтобы обойтись без стрельбы... - заверил Посла Ларри. - Я полагаюсь на вас. Держите меня постоянно в курсе... Некоторые материалы, которые, возможно, помогут вам, я передам непосредственно на ваш терминал, господин Следователь... Пользуйтесь в дальнейшем кодовым каналом... Дисплей померк. И тут же на нем снова вспыхнул сигнал вызова - Черт вас всех задави! - заорал Ларри на вынырнувшего из глубины экрана Кона. - Какого дьявола я узнаю все новости от Посла, а не от своих людей? - Сперва думали, что сами разберемся, шеф. А потом вы сами не отвечали. Мы уже призадумались... А потом - Посольство ворвалось по спецлинии - а у них, как-никак - приоритетное включение... - Ближе к делу - что там с Лесным? - Дела хреновые - Шталленштрасс и его люди через Лабиринт ворвались в Замок... - Через Лабиринт?!.. - Их провел Черный Рыцарь. Он со своим Аббатом взяли сторону Арнольда-Наследника... О господи, вы же еще не знаете... Шталленштрасс себя провозгласил Наместником... И Магистр к нему сразу присоединился... Вся их банда после этого раскололась и Арнольд двинулся на Лесной, а Владетель Побережья и те графья, что взяли его сторону, сейчас в Пьяном собирают всех своих людей и, похоже, уже двинулись сюда... Мы здесь все - на подступах к Лесному... Всех наших оттуда вышвырнули, Гипсового Рэльфа отделали так, что мать родная не узнает... - Жертвы есть? Убитые? - Вроде, пока обошлось... Среди наших, по крайней мере... - Вот что - я здесь на могиле Слепого Джо... Тут дела плохие... Старика Квака кто-то порешил. И Роб где-то рядом должен быть. Живым или... - Помощник оглянулся на Финни. - Пусть Хэнк пришлет сюда пару людей потолковее, и из добровольцев, что-ли, соберите группу... Здесь надо Пустошь прочесать... И пусть дают побыстрее. - Ждите, шеф... Ларри тяжело вздохнул... Повернулся к Каю, который деловито осмотрев погибшего, шарил по окрестному ландшафту лучом фонарика. Туман уже почти затопил пятачок, на котором они стояли. - Ох, не по душе мне это... Втравил Квак Роба в чертовщину и сам через это смерть принял... - скорее сам себе, чем собеседнику пробормотал Ларри. - Я за ножом вашим схожу, - сказал Финни. - А то так и будет сигналить там в роще до второго пришествия... - Вот этого не стоит сейчас... - остановил его Ларри. Нечисто здесь... - Убийца вначале действовал точно так же как в случае с Губертом фон Адрианом - рассек жертву каким-то подобием меча... - сказал Кай. - Возможно, точно таким же, что лежит в вашем сейфе... Но потом - дополнил сценарий - попытался сжечь убитого... Это наводит на мысль... - Тут мне лично и думать не приходится - я просто нутром чувствую - Каменный Монстр... - Здесь? На поверхности? - Так место-то какое - могила Слепого Джо... Он хоть и лишила его подземная нечисть зрения, лучше всякого зрячего Подземное царство знал... А скольким жизнь спас... Из лабиринта столько народу вывел - не счесть... И хорошего и кого, может, и спасать не стоило... А только каждый, кто с ним встретился - другим человеком становился... Словно отмечен стал светом невидимым... Этого ему Темная Сторона и после смерти простить не может... Вот - гнусь какую на самой могиле устроила... - Вам не кажется, что гораздо проще объяснить эти... изуверские дела просто намерением уничтожить труп? Еще немного и нам остались бы только обгоревшие фрагменты скелета, которые легко потом скрыть... Как я понимаю, после стольких войн, никого не удивила бы находка на пустоши еще одного захоронения... такого рода?.. Да и остатками костра на жертвеннике? - Так же, как и Болотного Старца не скоро хватились бы... На вид - хорошее предположение, только... - А не подходит ли на роль подозреваемого более не мистический Каменный Монстр, а тот, на кого недвусмысленно указывали нам господа бароны - Черный Рыцарь Мо? - Не то все это, Следователь, не то... Подставили Темные Силы Роба - он-то, ведь, из Верхнего Народа - все рассчитывал умом взять, да пониманием решить... Все книги о Подземном Царстве пересмотрел и перечитал... Оно и понятно: очень его беспокоило, что здесь начнется, когда переселенцы нагрянут... Он и твердил последнее время, что только, если мы найдем общий язык с Подземным Разумом, мы сможем остаться хозяевами на Парагее. Иначе подомнут нас, мол и опять все бедой закончится... Только, вот советчик, вижу ему плохой попался... Каждый, кто с Сектой знается, если в чем и уверен - так это в том, что Монстра ни застрелить, ни утопить, ни взорвать... Каменная Жизнь! А Квак словно и позабыл напрочь, чему сам людей полста лет обучал... Заклинание какое-то подсунул Робу - да, видно, только расшевелили они Монстра... Эх... Ведь и Большой Шабаш с того же начался - от Монстра захотели избавится... - Технический директор Приисков - я имею ввиду господина Шреттера - говорил мне, что, по его мнению, это был результат резко возросшего объема выработок... - Это уж пусть господа специалисты сколько угодно толкуют и рядят, а я все эти дела по рассказам Старцев, да и тех из родни, кто постарше, так себе представляю, что как началась промышленная добыча Сырья и понавезли из Метрополии всей этой высокопроизводительной техники, так и начались в Подземном злые чудеса... Стало просто невмоготу работать. Особенно в Нижних Галереях, а уж в Заповедном Лабиринте - и подавно... Сначала там Монстр и начал бродить, а потом и на Поверхность заявляться стал... В Плохих Местах... Вот уж когда их постарались извести!.. Чего только в ход не пускали - и бластеры и лазеры, и мины... И газом ядовитым целые ярусы затопили, так, что до сих пор то там, то тут, а просочится... Совсем обезумели - ведь со времен еще первой Высадки каждая собака в Горном Краю знала, что бластер или даже обычный, огнестрельный ствол в Подземном только сумасшедший в ход пустить может... Там же совсем другая химия и физика... Там от лазерного импульса воздух превратиться может в жидкий огонь... Или вдруг весь Лабиринт ворочаться начинает... В тот период народу сгинула - уйма... В основном - пришлый люд, да новички. Сколько их осталось в стены штреков вкрапленными - словно мухи в янтаре... Эх... Не дело это - когда Верхний Народ в Царство спускается... Тогда дирекция Приисков и решила втихую плюнуть на всякую экологию и политику и выставили в нижних штреках ядерные ловушки... С детекторами образов, с дистанционным включением... Решили, что уж термояд Монстра точно испарит... Идиоты. Когда Монстр на такую ловушку напоролся, все и началось... Вся нечисть на Поверхность и поперла... Да и с людьми невесть что начало твориться. Кто не успел на корабли погрузиться, здесь сами друг друга поубивали, неизвестно почему... Остались только те, кто по континентам, в отдаленных колониях селился - они потом почти все сюда стянулись, когда Шабаш на нет сошел, а города брошенные стояли. И Старатели. Нам - все ничего. Не берет Колдовство этот народ... Тогда мы и стали настоящими хозяевами в Горном Крае, только не оставила нас в покое Империя - Сырье-то необходимо было все больше и больше... И пошли Освободительные Войны... - Я не слышал ранее, что имела место попытка взорвать в Подземном Царстве термоядерный заряд... - Эту историю держали в секрете... Да и нынешняя дирекция Приисков не стремится растрезвонить старые тайны... Понимаете, вокруг Сырья вьется все одна и та же стая, и все эти политические потрясения на ее состав мало повлияли... К тому же, когда Старатели снова стали смело ходить по Царству, то то, что обнаружили у тех мест, где рванула ловушка, совсем не походило на каверну, которая должна была бы образоваться при подземном взрыве... Там вся геометрия поменялась - проходы новые возникли, старые переместились... А радиация то появляется, то исчезает... Туман стоял вокруг непроницаемой желто-коричневой стеной. Его едкое дыхание начинало делать каждый вздох маленькой пыткой, которую каждый непроизвольно стремился отсрочить... Запищал зуммер блока связи. - Слушайте, шеф, - к вам пошли три скоростные вертушки. На них - сорок человек с Себастьяном во главе. Сдайте им место происшествия под охрану и - скорее к нам. Надо что-то решать... Из Замка вышел на связь Магистр. Он, в принципе, согласен на переговоры, гарантирует прием делегации... Однако, Арнольд-Наследник заперся во внутренних покоях и связаться с ним пока не удалось. Местонахождение Черного Рыцаря Мо, вообще, непонятно. И из Замка он не выходил, и в самом Замке его обыскались... - Пусть сразу выставят патруль у норы Старого Квака, только внутрь пусть не суются... - Отлично, ждите, шеф... Прожектора вертолетов выплыли из тумана только через четверть часа. Высыпавшие из машин дружинники рассыпались цепями и почти тут же начали терять друг друга в рыжей мгле. Ларри препоручил Себастьяну заботы по прочесыванию местности и сам сел за руль освободившегося геликоптера. До пещеры Куоккенена было не более пяти минут ходу, считая разгон и посадку... Четверо дружинников кемарили прямо у порога, разгоняя туман пламенем небольшого костерка. Ларри обругал олухов - следы-то, следы позатоптали к едрене-матери - велел Неваде приглядеть за Финни до тех пор, пока не пришлют транспорт и повел Следователя в пещеру. - Ох, боюсь я, что у нас крупные проблемы будут сейчас с тайными запорами... - пробормотал он, разыскивая выключатель. - Вы не знаете секрета замков? - осторожно спросил Кай. - Секреты-то тут небольшие, а вот заклятие старик наложить на вход в свою нору мог... Ага - вот... В гроте зажегся слабый свет от горняцкого изотопного фонаря и, к своему удивлению, Ларри увидел перед собой открытый настежь проход во внутреннюю пещеру. Это был не единственный признак беспорядка, царившего в обиталище Болотного Шамана. Кто-то, как и боялся того Помощник, успел побывать здесь. Совсем недавно. И что-то искал в отчаянной спешке. Были сброшены с полок книги Тайного Знания, опрокинуты сосуды с пробами Сырья, сдвинуты лавки и стол. Он не сразу заметил то, что, скорее всего, было тут главным - белый листок, прилепленный к экрану старомодного - чуть ли не прошлого века работы - терминала, приютившегося в настолько захламленной самыми невероятными предметами нише, что двойной анахронизм пребывания этого предмета - слишком старого для жилища современника и на тысячелетия отстоящего от таинств древних магий - сводился на нет. - Смотрите, Помощник, - это вам, - окликнула его Невада, подпиравшая спиной косяк входа во внутреннюю пещеру и шарившая лучом фонарика по утопающему во мраке логову. - Читайте: "Для Л.Корнуэлла, лично". Ларри вытащил из ниши ту самую - теперь он уже не сомневался, что оставил ее Болотному Старцу сам Роб - коробку спичек и затеплил лампадку. Потом постарался понять - к чему подключать древний терминал. Оказалось, что питание у машинки - автономное. Еще минут десять пришлось потратить на то, чтобы извлечь из архаично организованной памяти изделия древних умельцев единственное послание, адресованное Ларри. К немалому удивлению Федерального Следователя, который, честно говоря, не считал эту антикварную штуковину жизнеспособной, экран терминала вспыхнул и второй раз Федеральный Следователь оказался лицом к лицу с Большим Шерифом. Это был все тот же человек с открытым и смелым лицом. Все так же был расстегнут ворот его рубахи, все так же тверд голос. И все так же трудно было определить - где велась съемка - где-то под землей, судя по густым натекам застывшего халцедона с вкраплениями шоколадного агата на различимом теперь заднем фоне - в Верхних Штольнях, где сейчас мало кто и редко когда бывает... - прикинул Ларри. Только вот, сейчас лицо Роба было осунувшимся, как-то внутренне сосредоточенным и, словно бы, старым и чужим. Та тень тревоги, что проглядывала на нем в тот - первый - раз, стала теперь тем главным, что это лицо выражало помимо воли своего хозяина. Ларри не мог отделаться от мысли, что месяцы и годы, а не промежуток времени поменьше недели, отделяют этого усталого, печального Роба от того бодрого и уверенного в себе Роба Арчера, что давал ему последние наставления перед уходом. - Ларри, - сказал Роб. - Знаю, сейчас все вы там меня клянете на все корки, за то, что я вас в такой момент оставил так внезапно и в свои планы не посвятил... Но, поверь, так было нужно. Сейчас не время для сантиментов - я хоть и не настоящий Старатель, но сейчас - шкурой чувствую, что дела мои тут зашли слишком далеко, чтобы Владетели Темной Стороны Царства выпустили меня отсюда живым и невредимым. Сам влез в эту передрягу и сам буду из нее выбираться... Короче - в двух словах - мне открылась тайна того, как можно договориться с Хозяевами Светлого Зала, получить их "добро" на расширение промысла Сырья... Только о таком они договариваться станут не с правительством или с директорами - большими или малыми, а с одним-единственным человеком, который весь ответ в этом деле на себя и возьмет. И этот человек должен избавить Хозяев от их исконного врага - он должен убить Каменного Монстра. Я знаю, что всегда был для вас авторитетом и благодарю вас за то, что часто вы помогали мне, даже не спрашивая о цели моих действий. Но сейчас - когда все пошло вразнос, я хочу объяснить, почему решился на такое, что никогда не приходило в голову Верхнему Народу, не говоря уже об истинных Старателях... Тон голоса Большого Шерифа изменился. Он перешел в более низкий регистр и в нем появились металлические нотки. С экрана смотрел на Корнуэлла уже прежний Роб, отчаянный и решительный, тот, которому в Общине безгранично верили и на которого надеялись. - Дело идет к началу Колонизации. Многие, знаю, этого слова не любят и говорят "Заселение", - лицо Шерифа презрительно сморщилось, - но суть от этого не меняется. Это будет заселение нашей планеты извне - чужаками и под контролем чужаков, возможно, под дулами протонных пушек крейсеров Федерации. Многие - пусть на меня не держит обиды Старый Ханнес и люди из Гильдии - но это я про них. Это они не от большого ума. С Парагеи они и носа никуда не казали, а многие и носу из-под земли не казали и поэтому совершенно не представляют, что получится, если реализация Плана в жизнь пойдет таким путем. А я, Ларри, был _т_а_м_, - Роб указал пальцем в унизанный бурыми иглами сталактитов, свод штрека. Даже того, что я увидел в Милеттском космопорту - достаточно, чтобы увидеть, что станет с Общиной. Я уж не говорю о том, что можно узнать от людей с Океании и Новой Колымы, где вышли похожие истории... Ты помнишь хоть кого-нибудь из Управы, кто был бы нечист на руку? Или хоть один нераскрытый случай воровства в Общине помнишь? Так вот - всей этой красивой пасторали придет конец. Быстро и жестоко. Поселенцы, которых мы ждем как манны небесной - это не новорожденные младенцы и не призывники, рвущиеся служить новой родине. Это будут перекати-поле без роду без племени, которым не нашлось места во всем этом пестром калейдоскопе Тридцати Трех Миров! Они принесут сюда свои неписанные законы борьбы за выживание. Вместе с ними придут болезни, нищета, воровство, коррупция под ручку с проституцией и многое такое, о чем ни вы, ни даже я не подозреваем даже сейчас. Сейчас, спускаясь в подземные галереи, вы даже не запираете двери своих домов, потому что у вас некому и нечего красть, а случайный воришка находится в течении двадцати четырех часов. А План Заселения откроет сюда дорогу сотням тысяч бродяг со всей Галактики. Вы хотите жить с ними бок о бок, ничем не защитившись. Неужели так легко забылся урок, когда мы за собственный счет пригласили себе на голову из просторов Космоса банду аристократов? Теперь масштаб вторжения будет даже больше. Да что там Верхний Народ. Гораздо хуже придется Старателям. Их проверенные в деле тесаки и кирки снова попробуют заменить машинными комплексами, разработанными для совсем иных миров. Они снова перевернут все Подземное Царство. И в этом случае повторение Великого Шабаша - самое малое из того, что мы получим в результате... Неужели мы хотим этого? - Нет! - чуть было не выкрикнул в ответ Ларри. - Нет! - Что и говорить, Роб Арчер обладал незаурядным даром убеждения. Даже внушения, можно сказать... В другие - более мирные времена - из него получился бы отличный проповедник... Однако, вся произнесенная тирада еще не пролила ни малейшего света на связь Плана Заселения и - будь он трижды неладен - Каменным Монстром. Словно в ответ на немой вопрос слушателей, Роб оборвал эффектную паузу и продолжил: - Только обеспечив за собой монополию на основной источник благосостояния Планеты - на Сырье - чем бы оно не было - Община сможет диктовать чужакам свои условия, держать в узде те события, которые начнут развиваться на наших землях. В том новом мире, который начнет расти на наших глазах хозяином будет лишь тот, в чьих руках будет основной и надежный источник доходов... Мы не сможем удержать добычу Сырья в своих руках, опираясь на закон и право - те законы и то право, которые нам навяжут, будут скроенными по федеральному образцу, законами правления в типовой отдаленной колонии. Сами Старатели вынуждены будут пустить с молотка свои, и без того куцые, права на контроль над Приисками. Нет надежды и на военную силу - нам в таком случае придется просто-напросто выбирать: идти ли снова под ярмо к очередному Белому Князю и баронской ораве, или выполнять директивы, которые будет диктовать губернатор с борта крейсера тем марионеткам, которых нам навяжут с Земли и назовут правителями военного времени или еще как-нибудь... Есть только один надежный союзник - само Подземное Царство!.. Только наша косность и страх перед тайнами этого чуждого мира заставляют уже многие поколения Старателей и Общинников закрывать глаза на то, что, в сущности, наши интересы - интересы коренных обитателей Парагеи, потомков участников первых Высадок и первых переселенцев с Земли совпадают с интересами тех, непознанных нами существ, для которых родным миром является Подземное Царство, как это ни странно, в куда как большей мере, чем с интересами того хищного бродячего народа, что готов хлынуть сюда, на не их трудами подготовленную к заселению планету и подмять под себя не ими найденные и не ими добываемые богатства... Ведь до тех пор, пока существовал уравновешенный симбиоз между Старателями и Теми Что В Стенах, до тех пор, пока люди соблюдали накопленные поколениями первопроходцев правила общения с Подземным Миром, развитие Общины шло по восходящей. Пусть не такая блестящая, но мудрая и глубокая культура созревала в недрах нашего общества. Если бы не бесконечный паразитизм Империи, а затем - не беспрерывные войны с аристократией, на Парагее существовали бы и самостоятельная промышленность и сельское хозяйство. Жизнь здесь могла бы быть не прозябанием в призрачном мерцании Сырья, а полноценным существованием, достойным человеческих существ... - Шериф, пожалуй, сошелся бы во взглядах с одним старым самураем... - пробормотал себе под нос Кай. - Интересно, не доводилось ли им толковать друг с другом?.. - Все эти мысли донимали меня уже давно, - продолжал Роб с экрана, - но все не было конца войнам да грызне, да всему этому... Но как только выдалось хоть какое-то время, я попытался хоть частично восполнить свои пробелы в знаниях о Царстве. Ты славно мне помог, Ларри. Просто счастье, что среди нас нашелся вот такой человек, - детство которого проходило на границе между Сектой и Общиной... Многое ты мне подсказал, а многое я узнал из твоих книг... По логике вещей, это ты должен был бы быть на моем месте сейчас... Но в тебе слишком крепки все те предрассудки, которые Болотные Старцы заколачивают в головы своих учеников, и которыми им самим заколотили в головы их учителя... А ведь достаточно просто посмотреть на все эти дела со стороны, чтобы понять, что Секта давно уже перестала быть добровольным посредником между миром людей и Теми Что В Стенах. Они давно уже стали рабами своих тайн. До поры, до времени их знание служило на пользу Старателей и людей Парагеи, вообще. Но потом, когда это новоявленное жречество попривыкло жить за счет своей монополии на тайны Горного Края - на тайны подземные и людские - они стали очень похожими на жрецов всех времен и стран. Прежде всего им стали нужны блага, приносимые тайнами, а, следовательно, тайны должны остаться тайнами на веки вечные. Они не поняли или не хотят понять, что ситуация эта не вечна. Или они должны помочь людям найти общий язык с этим иным разумом, заключенном в толще скал, либо дело закончится катастрофой. Впрочем, до некоторых из них это стало доходить. Или до тех, кто стоит за ними... Во всяком случае, мне удалось найти Старого Квака. Или, может быть, он нашел меня... Впервые мы встретились с ним, помнится, именно благодаря тебе, Ларри. Задача состояла не в том, чтобы научиться двум-трем фокусам, которыми можно было бы на первых порах отпугивать вновь прибывших от Приисков, а в том, чтобы понять, что мы можем дать Тем Что В Стенах взамен того, что они станут на нашу защиту, поделятся своими богатствами, не пустят в недра Горного Края чужаков... Так вот, суть дела, так как она открылась мне состоит в том, что там - в глубине этой странной, скрытой в недрах структуры, происходит непрерывная борьба того, что среди Старателей называют Подземной Нечистью и тем, что олицетворено в образе неуловимого Светлого Зала и его Хозяев. Ясно как божий день, что пора, когда Старатели только приносили жертвы и исполняли обряды, угодные и той и другой Сторонам Подземного Царства, прошла и нам следует взять сторону тех, кто и так уже немало сделал для нас доброго - сторону Хозяев Светлого зала. Но путь к этому лежит не через наши коллективные неуклюжие попытки, подобные той, когда Каменного монстра пытались разнести водородной бомбой или испытывали в подземных галереях новые виды излучателей и вибраторов, нет. И не через официальные, мертвые структуры нашего общества, проходит этот путь. Сами Хозяева Светлого Зала указывают пути борьбы со Злом самым светлым из нас, таким, как Слепой Джо. Но никогда всем сразу. И замкнутому кругу Секты они тоже не отдают всех своих тайн... Только личность человека может служить залогом доверия - окажут его или нет Хозяева Светлого Зала - и истинного Контакта с Подземным Разумом. Эту истину мне открыл старый Куоккенен, и он же и предложил мне пройти испытание, которое открыло бы мне путь к диалогу с Теми Что в Стенах. Да, его условия были жестки и для такого человека как я - до конца так и непонятны. Вокруг того, что сами Болотные Старцы считают магией, столько туману, что не берусь сказать, что идет от древнего стариковского опыта, а что придумано для того, чтобы запутать нас грешных в паутине тайн... Находясь под действием Заклятья, я не должен встречаться с людьми и с самим Болотным Шаманом, тоже, не должен ходить дорогами людей, должен хранить тайну Заклятья, не раскрывать своих планов, избегать незаколдованных дверей, зеркал, спокойной воды... Но ладно - я следую Правилам Заклятья слепо, не задумываясь. Главное, что оно работает: мне открылось многое, чего не видит глаз обычного человека - тайная жизнь внутри стен Подземного Царства, тайные знаки - Темные и Светлые, многое, многое... И, главное - я смог узреть Монстра. Теперь я могу принести его в жертву Хозяевам Светлого Зала. Когда я исполню это, они явятся ко мне... Робин словно бы запнулся. Взгляд его не то чтобы угас, нет, просто блеску поубавилось. - Вообще, тяжелый это был обряд... Противный и муторный. Понятно, почему за все времена после того как Белый Князь убрался в изгнание со всей своей сворой магов и шарлатанов. Ну да ладно - не привыкать мне ко всему такому... Только вот, где-то осечка вышла - чего-то недомозговал старый Квак. А может, момент не тот мы выбрали... Только похоже, что разбередили мы это... все... Может, почуял что-то сам Монстр, а может это Древнее Заклятье весь Нижний Мир всколыхнуло - только дела тут совсем крутые пошли. Сначала я наблюдал за появлениями в Заповедном Лабиринте Монстра из укрытий, тайну которых знают, оказывается, лишь посвященные. Меня до сих пор поражает, что целая сеть переходов, нор и колодцев так и остается закрытой для глаз даже опытнейших Старателей. Видимо, само наше сознание по-другому работает в этих пропитанных излучением Сырья краях... Может быть то что есть для одних вовсе и не существует для других... Тогда - в начале - я один видел Монстра, а порой и не одного, оставаясь для него невидимым... Но потом, когда я прошел первые ступени испытания Заклятием, когда приблизился поединок, Монстр неожиданно явил себя в Лабиринте. Я с изумлением услышал в перехваченных мною радиопереговорах, что Прииски охвачены паникой. Странным стало и поведение чудовища. Когда я впервые вышел ему навстречу, Монстр обратился в бегство раньше чем я успел выполнить хотя бы часть из того, чего требовал обряд Охоты. Когда же я продолжил слежку, то понял, что истинной целью появления Монстра в Лабиринте было - проникнуть в подземные анфилады Лесного Замка. Что-то необходимо, нужно было ему в Верхнем Мире, и для этого он искал путь на этот перекресток миров Подземного, Старательского и Рыцарского. Не знаю почему Финни не удалось забрать из тайника мое письмо, с помощью которого я пытался предупредить тебя, Ларри, об этом. Меня вообще очень беспокоит - что там с парнем. Я подал ему условный радиосигнал и он должен забрать это мое новое письмо в резервном тайнике. Так и не знаю, к чему стремилась эта сумеречная тварь, но когда я, решившись, наконец, последовал по пятам за нею в Замок, Монстр принял бой. Тогда я не придал значения тем незначительным нарушениям Обряда, которые допустил в этой схватке - для меня было главным то, что Заклятие действительно сделало меня неуязвимым и то, что я увидел Монстра мертвым. Я просчитался. Опасаясь встречи с людьми, устремившимися на шум побоища, я отступил в Лабиринт, убежденный, что Монстр повержен окончательно, но стоило мне включить свой блок связи на прием, как я понял, что Монстры бессмертны! Обряд был выполнен не до конца и с ошибкой. Монстр ожил и выполнил задуманное - уничтожил Наместника. Может, правда, проклятый Владетель Гремланда был всего лишь первым из живых существ, попавшихся ему под руку после воскрешения... Так или иначе, в случившимся есть доля моей вины... И он снова бродит по Лабиринту, словно и не было нашей... встречи... Что-то неудержимо тянет его туда... Не направляет ли его волю что-то извне... Точнее - КТО-ТО... Но я продумал свой следующий ход. При следующей нашей встрече я позабочусь о том, чтобы чудовищу просто не из чего было возродиться... Дело надо доводить до конца. Постарайтесь продержаться без заварушки с баронами, хотя - понимаю - обстоятельства сложились не в пользу, как говорится, мира и дружбы. Связь со мной держи через Финни. Не хотел я его в это дело путать, но тут положиться можно было только на самых близких. Только не нажимай сильно на парня - у него своя голова на плечах. И вообще - позаботься, чтобы о деле знало поменьше дурачья. Особо пригляди за Федеральным Следователем. Скорее всего пришлют случайного человека - это еще полбеды... Ларри смущенно, искоса глянул на Кая. Тот улыбался еле заметной косой полуулыбкой. Роб продолжал: - А вот если заметишь, что этот тип сечет в деле - жди неприятностей. Или не случайно такого прислали или полезет не в свое дело и его пришьют. Или и то и другое вместе. Ладно - сообразишь сам, какую тут линию гнуть... И позаботься о Финни. Экран погас. Точнее зарябил на долю секунды хаотичной мозаикой. И снова зажегся. Теперь на нем, насколько можно было разобрать в из-рук вон плохо освещенном кадре была видна внутренность той самой потайной пещеры Болотного Старца, в которой остолбенело стояли перед экраном Федеральный Следователь и Ларри. - Слушай меня внимательно, Ларри! - Роб темным силуэтом угадывался на экране в неровном свете неудачно пристроенного фонаря. - Проклятая тварь объявилась снова. Судя по всему их несколько. По дороге к тайнику я выследил Монстра... Совсем не такого, что там, в Лабиринте. Если бы я не схитрил, ему удалось бы напасть на меня первым... Но я успел. Теперь его уничтожит пламя... Одно плохо - я вновь лишился своего оружия. Я попытался связаться с Болотным Шаманом, но он не ответил мне. Здесь, в его норе я попробую найти что-то подходящее для продолжения борьбы... Он оставил здесь знак - он тоже вышел к тайнику - что-то срочное - наверное, в связи с бунтом баронов - я уже выслушал последние новости... И Финни должен быть где-то здесь... Они скорее всего встретятся с Кваком - у могилы Слепого Джо. Там им все станет понятно... Старику, по крайней мере... Он сразу свяжется с тобой и передаст эту запись - я не решаюсь пускать все это через эфир... А мне пора - в Лабиринт. Надо уберечь Замок от нового визита чудовища... У меня такое впечатление, что с этого момента события начнут развиваться стремительно... Действуй и ты, Ларри... Помни - главное сейчас не допустить заварушки... Экран снова погас. Теперь уже окончательно. Ларри досадливо крякнул: - Эх, снова у них промашка какая-то вышла! Одурачил старый Квак Роба, задурил ему голову, да и сам сгинул. Монстр-то - этот, второй, видно по его душу шел... Так или иначе, добралась Темная Сила до Болотного Шамана и прикончила. Эх Роб, Роб - старик, говоришь, на могиле Слепого Джо все поймет... Вот и понял... Оно и верно говорится, что страшной смертью умрет тот кто с Подземной Нечистью игры играть вздумает... Ох - жутко мне за Роба... - Так или иначе, мы срочно должны следовать к Лесному Замку, - сухим, напряженным голосом отозвался Кай, снимая копию записи на опломбированный регистратор. - Узел событий сейчас там... - Да, дорога нам сейчас одна... - глухим голосом отозвался Ларри. - Полезаем в вертушку. - Что там от отца? - спросил, подбегая к нему Финни, как только они с Каем показались в дверях. - Все в порядке будет, парень, - все тем же глухим от нервного напряжения голосом ответил Ларри. - Может в Лесном сейчас его и повстречаем... - Здесь Себастьян на связь выходил, - сообщила ему Невада. - Пока никого не отыскали, парень один только - из новичков - на капкан-камень напоролся. Старый, с военных времен... Ну ничего - испугом, говорят, отделался. Ну и меч они нашли или топор этот - когда костер разбирать стали... Точно, вроде, такой же, как в Замке, только пообгорел немного... - Так. Мы как раз к Замку и следуем. В срочном порядке. Ты вызывай мой глайдер из города и как только туман сойдет - вези Финни домой и чтобы оттуда он - ни-ни... Там и жди дальнейших указаний... Так я говорю, господин Следователь?.. - Может быть им лучше переждать до утра здесь? - Да что вы - сразу видно, простите, что первый раз в Горном-то Краю... В Ночь Злых Сил и в таком месте... У дверей мертвого колдуна... Тут, простите, даже этих вот, здоровых мужиков, - Ларри кивнул на дружинников, - оставлять боязно, да придется... - Вам видней, - согласился Кай. 5. НОЧЬ И ЗАМОК До чего серьезный оборот приняли дела Ларри ощутил уже на дальних подступах к Лесному Замку. Большая Круговая из почти идиллического проселка стала фронтовым трактом. Обочины, развороченные гусеницами, смешанная с Рыжим Туманом пыль, поднятая тяжелыми глайдерами, тяжелый гул движков и землеройной техники впереди... Ближе к Замку царила сумятица переднего края уже почти начавшейся войны - третий эшелон громоздился на арьергард второго, второй практически смешался с ударными колоннами первого. Много бестолково ворочающейся брони, много обалдевших новобранцев... Супи нашли с трудом. Тот был хмур и решителен. И, разумеется, сидел на снарядном ящике над разложенными вкривь и вкось кроками местности, вдоль и поперек исчерканными красными и синими стрелами. При виде явившегося, наконец, на место действия политического руководства и Федерального Следователя, он испытал явное облегчение, близкое к тому, что испытывает несчастный, проведший прошлый вечер в бурных возлияниях, при виде кружки холодного пива. Что и отразилось на его, все еще украшенной нашлепками биогеля физиономии. - Бери дело в свои руки, Ларри, - радостно возгласил он, поднимаясь навстречу вынырнувшим из тумана долгожданным гостям. - Кон сейчас толкует с Магистром - тот, вроде, не прочь всю эту затею на тормозах с горки спустить - лишь бы свою выгоду с нее поиметь: приговор с себя снять, долги на Орден списать - то да се... А Арнольд, вроде - ни в какую: заперся во внутренних покоях с Черным Рыцарем и то-ли через Лабиринт драпануть соображают, то ли винище хлещут - Бог весть... А может и порешили там один другого - тоже бывает... Хотя, оптимизм тут неуместен, пожалуй... Ронни, вызови-ка на связь наших делегатов... - Да не фига вызывать нас! - донеслось из тумана. Вслед за возгласом из мглы возник и сам Кон, посеревший от бессонной ночи и сопровождаемый парой почтенных Общинников. - Вот уж минут двадцать, как мы из Замка - а здесь такой бардак, что ни один дурак дорогу в штаб указать не может... Здравствуйте, господин Следователь. И тебе, Ларри, привет - наконец-то соизволил... В общем, вас в Замке ждут. Сначала Раймонд хорохорился, но тут в дело встрял Посол - он там с геостационара нам всем здорово вправлял мозги каждые двадцать минут. Так что почва для переговоров, как говорится, удобрена - подготовлена то-есть... Вот - я тут нацарапал резюме по предварительным нашим разговорам. Ларри-то и так все сообразит, а вы, господин Следователь, лучше пробежите это все глазами, пока время есть. Кай принял из рук секретаря Управы пачку разнокалиберных листков и пристроился на услужливо пододвинутой объемистой канистре. Ларри, отведя Кона и его спутников на два-три шага в туман, стал вникать в детали происшедшего. Личное общение давалось ему лучше, чем бумажная галиматья. Только узкая скалистая площадка перед рвом-пропастью была пуста и залита ослепительно злым, но все-равно бессильным перед морем Рыжего Тумана светом прожекторов. Ларри посмотрел на часы, расправил скромных размеров белое полотнище и, провозгласив: "С Богом!", шагнул вперед. Словно подчиняясь какому-то сценарию, написанному любителем замысловатых эффектов, именно в тот момент, когда две фигурки, олицетворяющие объединенную миротворческую делегацию ступили на эту, ставшую нейтральной полосой землю, Туман вдруг замер в неподвижном трепете переходного состояния и сразу, в какое-то неуловимое мгновение ока, исчез. Пространство вокруг стало невероятно громадным и кристально чистым. И в этой, обрушившейся на Горный Край гулкой пустоте, из-за сверкающих вечными снегами, оскаленных хребтов, словно сопровождаемый неслышным рокотом оркестра Дьявола, появился сине-коричневый, словно в древней изморози, край Хозяина. Гигантский, в два с половиной раза больше Юпитера, газовый гигант, скромным четвертым спутником которого была Парагея. Он и действительно был хозяином в здешней системе - действием своего магнитного поля колебал равновесие плазменных морей местного непритязательного солнышка, вокруг которого снисходительно описывал он век за веком чуть вытянутые круги, возмущал ионосферы всех планет этой системы, у которых они были, расшвыривал своим гравитационным полем по прихотливо-непредсказуемым орбитам случившиеся на пути кометы и метеоритные потоки, словом, как мог демонстрировал свой норов астрономам и навигаторам. И сейчас, видимо, решил глянуть, что там происходит в соскучившимся без него Горном Краю, ознаменовав своим явлением Ночь Злых Сил. А навстречу двум делегатам, шагавшим к опустившемуся им навстречу мосту, из ворот замка вышел небольшой отряд. Возглавляла его довольно любопытная пара: чуть впереди - высокая, облаченная в черный плащ, под которым поблескивала броня комплекта высшей защиты, слегка асимметричная фигура - было в ней что-то птичье. А вторая - смахивающая на бочку, уверенно ковыляющая на кривых ногах немного позади, с горбом откинутого монашеского капюшона, поблескивала в мертвенном свете Хозяина хорошо выбритой тонзурой. Еще полдюжины увешанных оружием головорезов почтительно следовали шагах в четырех позади. - Гос-споди, - вполголоса пробормотал Ларри, - как раз самое время... Черного Рыцаря повстречать. И прелата его... - Это вы о чем, Лоуренс? - несколько недоуменно осведомился Кай. - Разрешите вам представить, господин Федеральный Следователь, господ Черного Рыцаря Мо, бывшего Владетеля Злых Ущелий и Его Преосвященство, настоятеля обоих Горных Епархий Этьена дю Барраса. Аббата Трех Смертей, то-есть. Принесла обоих нелегкая... Они встретились у входа на мост. Черный Рыцарь и не думал соблюдать дипломатический протокол. Клинок его был извлечен из ножен и держал опальный аристократ его перед собой на весу, на кончиках сухих, словно из металлокерамики исполненных, пальцев. Похоже, он забавлялся то-ли игрой бликов ночного света на лезвии, то ли оттенками тревоги на напряженных лицах собеседников. Его спутник, наоборот, прямо-таки, источал благость и доброе расположение духа, которые иначе как издевательством в таком антураже не смотрелись. Отряд боевиков выжидательно переминаясь выстроился поодаль. - Не спешите предъявлять ваши верительные грамоты, - скрипучим, замешанным на вызове голосом возгласил Черный Рыцарь. - Мы спешили отнюдь не на встречу с вами... - Недоразумение, господа. Просто недоразумение - позвольте нам пройти, чтобы покинуть это прибежище трусов и ренегатов - в более низком регистре, почти басом, но несколько более дружелюбно загудел Аббат. - Вы, я вижу, склонны покинуть своих друзей? - вежливо поинтересовался Ларри, краем глаза отмечая, что Кай, как и он сам, не спешит уступить путь неожиданным встречным, изображая недоуменную неловкость. - Пусть им друзьями будут Сатана и Диавол, дурням трусливым! - уже повышая тон заскрипел Черный Рыцарь. - Дайте же, наконец, дорогу мне и моим людям... - Любезный сьер разошелся во мнениях с ничтожнейшим из отпрысков рода Шталленштрассов, - пояснил Аббат слова своего возбужденного партнера, - и спешит очистить свою душу свершением Богу угодных деяний... - Я не советую вам следовать по Круговой Дороге, - резким, неприязненным голосом вошел в разговор Федеральный Следователь. - Возможен вооруженный инцидент... Кстати, не просветите ли вы нас относительно сути ваших расхождений с господином Арнольдом Шталленштрассом? - Этьен, я вижу, господа не отвяжутся от нас, пока усвоят суть происшедшего, - с несколько наигранным раздражением обратился к Аббату его спутник. - Разъясни им в двух словах эту самую суть и пусть они пройдут, наконец, в Замок и там насладятся беседой с поганым провокатором... Видно они оба были не прочь выплеснуть свое раздражение на кстати случившихся "заклятых друзей". - Я думаю, милейший де Рэ изложит им дело в более дипломатичной формулировке, - с непонятной для слушателей усмешкой бросил Аббат. - Скажу только, что ни меня, ни почтенного сьера не устраивает роль марионеток в руках федеральных войск вторжения, которые жаждет здесь увидеть самонадеянный Арнольд... Если, господа надеются найти в нашем лице послушных исполнителей воли Директората, то вы впадаете в крупнейшее заблуждение. Что до вашей заботы о нашей безопасности, то ваша орда, запрудившая Круговую дорогу, ничуть не волнует нас - наш путь лежит в Ложные Распадки, куда господа Общинники совать нос не любят... Разрешите откланяться... С некоторой неуклюжестью, словно исполняя для паралитиков написанный менуэт, делегация и отряд Черного Рыцаря разминулись и двинулись - Кай и Ларри через мост, к воротам замка, а бряцающий оружием отряд - к утопающим в чернильной тени хребтов горловинам ущелий. - Черт побери, - пробормотал Ларри, глядя на нехотя раздвигающиеся перед ними створки ворот, - кажется, вся эта славная компания прямо на глазах расползается по швам... Но то, что Аббат загнул насчет вторжения... Мне не нравится все это... - На этой идее, я вижу, многие тронулись... - задумчиво ответил ему Кай. - Здесь и в окрестностях... - Что-ж, видно Всевышнему угодно, чтобы все эти разразившиеся беды связали нас на гораздо большее время, чем нам всем хотелось бы... - ядовито молвил встречавший их на пороге Магистр. - Прежде всего, я хотел бы знать, говорю ли я в вашем лице с полномочным представителем коалиции э-э-э... отделившейся от линии Ордена, или... - начал Федеральный Следователь, зябко передернув плечами и пытаясь рассмотреть утопающие во тьме потолочные перекрытия, с которых свешивались выцветшие знамена былых полков былых сражений... - Наша точка зрения с Наместником была согласована до последнего момента... - уверенным тоном отвечал Раймонд де Рэ, увлекая своих не слишком желанных гостей вглубь анфилады полуосвещенных комнат, - и я думаю, остается таковой по сю пору... - То-есть, как это - надеетесь? - настойчиво продолжал уяснять ситуацию Кай. - Я хотел бы быть уверен, что основной инициатор э-э... имевших место событий... - Я думаю, что все недоумения решатся при вашей личной встрече... - все с той же уверенностью продолжал Магистр. - Единственное препятствие заключается в том, что господин Наместник соизволил взять... некоторое время на размышления, после того, как не сошелся взглядами с нашим бывшим собратом по Ордену... Они вошли в обширную, но довольно уютно обставленную светлого дерева мебелью приемную бывших дорожных апартаментов Белого Князя, и де Рэ жестом хозяина, покоробившем Ларри, пригласил делегатов присаживаться на один из диванов напротив титановых, с легким "морозным" узором дверей во Внутренние Покои. - А в чем, собственно, сиятельные господа не сошлись? - с наивным видом осведомился Ларри. - И не вышло-ли между ними чего... Как говориться в Ночь Злых Сил - всего жди... - Да, - встрепенулся Федеральный Следователь, - какие собственно формы имела дискуссия между господином Шталленштрассом, которого вы, как я понимаю, именуете теперь Наместником, и так называемым... - Ваши опасения, думаю напрасны... Хотя основная часть разговора и происходила без свидетелей, ваш покорный слуга находится вполне в курсе позиций сторон и нет оснований думать, что дело могло дойти до... Уверенности в его голосе, однако, поубавилось. - Видите-ли, - продолжал он, - внимательно вглядываясь в лицо Следователя, - мы здесь не столь наивны и не столь... односторонни, как силятся вам изобразить Орден некоторые... люди со стороны, - последовал полный презрения взгляд на Помощника Шерифа, - и мы хорошо понимаем, что единственным разумным выходом ввиду воцарившейся на Приисках анархии... - Ларри прервал его речь громким возмущенным покашливанием - Да, да - анархии... Так вот - оптимальным решением видится упрочение института Наместничества. Пора покончить с сомнительным двоевластием и дать понять предстоящим переселенцам и всем тем, кто вложил свои средства в Проект Заселения, дать понять им - кто обладает реальной властью в том мире, на который они делают ставку... Никакой генерал-губернатор, присланный с Земли не сможет даже и вообразить всей сложности местных проблем, однако, единодушно выдвинутый сонмом лучших родов Планеты Наместник, олицетворяющий в то же время идею прямого правления Директората на этих Богом забытых землях... - Единодушно - это таким вот манером, как вы сейчас устроили с Арнольдом? - бестактно осведомился Ларри. - Черный Рыцарь Мо, очевидно, по-иному мыслит себе кандидатуру такого м-м... диктатора? - словно борясь с зубной болью спросил Федеральный Следователь. - К глубочайшему моему сожалению, наш бывший собрат по-иному мыслит себе всю концепцию вовлечения сил Федерации в развитие событий на Парагее вообще и в Горном Крае, в частности... Трудно квалифицировать его поведение иначе, как чудовищную провокацию... - Вот как? Вы его полагаете провокатором? - Именно. В своем безумии Черный Рыцарь хотел бы видеть происходящие события началом нового столкновения жителей Планеты со всем остальным населенным Космосом. Как пролог новой Освободительной Войны. А Орден, не спросясь мнения его членов, он прочит на роль сердца и мозга Сопротивления... Себя же, естественно... - Ставит во главе всей этой затеи?.. Ну а если Директорат не санкционирует вторжение? И придется продолжать жизнь в покое и согласии? - Сомнительно, что это продлится долго... Вошедший оруженосец почтительно склонился к уху Магистра и тот на мгновение умолк. Потом выпрямился и снова обратил свой взгляд на собеседников. - К сожалению, господин Следователь, обстоятельства не исключают того, что ваша тревога не беспочвенна... Блок связи господина Наместника не отвечает даже на самые экстренные вызовы моего секретаря... Нам следует принять решение... - Если мы взломаем двери Внутренних Покоев, то не спровоцируем ли мы?.. - с сомнением в голосе произнес Следователь. - Только что мне доложили, что вооруженные сторонники мятежного графа фон Оркгарка формируют нечто вроде второго кольца окружения вокруг нашего прибежища... Мы просто не можем ждать... - Вот тут я с их сиятельством, вроде бы согласен, - мрачно вставил Ларри. - Правда, кто тут за мятежника проходит... Да ладно... Я это все к тому, что ежели Арнольд изнутри двери не забаррикадировал, то и ломать их не к чему. Все ключи от здешних покоев у меня тут - он похлопал себя по объемистому карману. Дело это для нас хозяйское... Магистр не стал вступать в спор о принадлежности Лесного Замка и, поднявшись, решительно направился к дверям. Кивнул младшим рыцарям, переминавшимся в боковых проходах, и оруженосцам. Смахнув со лба выступивший пот, Ларри выступил вперед, извлекая из кармана магнитный ключ. Замок мягко щелкнул и сервомоторы растащили створки дверей в стороны. Делегация, ступая по следам настороженно двинувшегося вперед вооруженного конвоя, вошла во Внутренние Покои. - Черт бы меня побрал, - Ларри тревожно посмотрел на Кая. - Черт бы меня побрал, если я не догадываюсь, ЧТО мы найдем ТАМ - в Потайном Кабинете... - Не хотелось бы, чтобы вы угадали... Двери Потайного Кабинета были приоткрыты и заглянувший в них командир конвоя тут же вышел назад и жестом указал Делегации внутрь. Магистр мертвой хваткой вцепился в анодированный косяк и лишь движением подбородка предложил Федеральному Следователю входить первым. Тот извлек на свет Божий опломбированный регистратор, включил его и решительно шагнул вперед. В кабинете царил полный порядок. На старинном из темной, местного железного дуба древесины, столе были разложены бумаги, мягким светом заливал его поверхность притушенный светильник, в углу был выставлен и заботливо расправлен штандарт Наместника, рядом был укреплен родовой герб клана Шталленштрассов, а сам новоявленный Наместник занимал место на походном троне Белого Князя, чуть асимметрично, как того требовала традиция, установленном у противоположной стены. Он, видимо, хорошо подготовился к предстоящей встрече - парадная кираса из рениевого сплава украшала его. Поверх был накинут плащ-мантия Старых Королей. Даже Цепь Власти была на месте - на плечах претендента на трон Планеты. Не хватало лишь одной, но существенной, детали. На плечах этих не было головы. - Это начинает надоедать... - с досадой сказал Ларри. 6. НЕМНОГО ПИЦЦЫ К ОБЕДУ Как и следовало, на утро Ночи Злых Сил шел дождь. Рассвет утонул в серой сетке дождя. В зале совещаний Ратуши горели все осветители разом, но сумрак по углам только сгустился от этого. Двое плохо выспавшихся людей раскладывали на просторном столе странный конгломерат предметов, между которыми только и было общего, что название - "вещественные доказательства". - Третье... - сказал Кон, кладя рядом с двумя предыдущими то "Лезвие Истины", что Федеральный Следователь лично снял с колен убиенного Арнольда-Наследника. - Даже я - на что уж закоренелый бюрократ, а вижу, что тут работа древняя, а это вот и то, хоть и обгорелое, - ясно, что новоделы... - И отнял его Монстр у старика Квака - я сам у него именно эту штуку видел... - задумчиво добавил Ларри. - Да вот и клеймо его. Личное... Кстати, о старике - что там еще нашли твои люди, Себастьян - на местности?.. - Вот это. Не ясно, связана эта штука с... С гибелью старика, или просто случайно совпало... Там типа тайника что-то было, в зарослях, ближе к дороге... На столе лежала котомка. Кстати, довольно знакомая Ларри котомка. Позапрошлой ночью ему довелось пронести ее несколько километров по Гиблым Пустошам. Тогда его не слишком интересовало ее содержимое. Он решительно вывернул котомку наизнанку. На стол высыпалась куча непонятной дребедени. Только того, что ожидал увидеть Ларри не было в этой россыпи. Ни пудреницы, ни помады, никакой женской ерунды. Два непонятных устройства, снабженных микрофонами, блок связи в микроисполнении, одноразовая "Минолта" на две сотни кадров, набор шприц-ампул с непонятным содержимым, магнитная карточка и странная хреновина, напоминающая гибрид зонтика с видеокамерой. И еще - туго перехваченная резинкой солидная пачка кредиток Восьмого Галактического. Даже когда люди Хенка накрыли подпольное казино в Заброшенных Кварталах, Ларри не видел такой суммы наличными. - Типичный шпионский комплект, - кашлянув, сказал Кон, чтобы прервать затянувшуюся паузу. - Неплохо бы засаду там поставить, чтобы вычислить хозяина этого барахлишка... - Боюсь, что это будет лишне... У меня на этот счет есть кое-какие... идеи... - мрачно отозвался Ларри, рассматривая странный "зонтик". - Антенна орбитальной связи. Кто-то стучит отсюда прямо на геостационара... Скорее всего, - прокомментировал Кон его занятие. Ларри сунул магнитную карточку в щель терминала и тот моментально отрапортовал: ЗАПИСЬ КОДИРОВАНА. - Отлично, пусть этим займется Доббин, - сказал Ларри и бросил карточку на стол. - И пусть Хенк хоть из-под земли достанет Рыжую Ребекку не позже сегодняшнего вечера. Похоже, что проклятая стервоза впуталась черт-те во что... А вот нашего друга из Управления лучше на этот счет не информировать... Это, - он кивнул на разложенное перед ним хозяйство, - отношений с Федеральными властями не улучшит. Кстати, где он сейчас? - Как и намедни - отоспался в твоем кабинете часа три-четыре, почистил перышки и двинул в народ. Сейчас в госпитале донимает расспросами Кемпински и Гипсового Рэльфа. - В такую-то рань? - Ну, значит, ждет пока док Паркер начнет утренний обход... Ларри откашлялся, собрался с мыслями и, попрочнее устроившись в кресле председательствующего, резюмировал: - В час дня - собираем Большой Круг и принимаем решение о начале акции прочесывания. У тебя вся техника наготове? - Техника-то наготове. Только сам представляешь, что значит техника в Подземном, да еще в Лабиринте... - Обеспечь уж насколько можешь. Привлеки Шреттера и его народ. - Это уже есть. Но расходы Прииски берут на себя только наполовину. У них и так четверо суток как почти полный простой... - Пусть раскошелится Гильдия. Тактика будет такая: Начинаем завтра с утра. В шесть ноль-ноль. До этого пусть народ отоспится и, главное, подготовит все наземные службы... Формируем восемь отрядов и идем цепями, не теряя никого из виду. Ни в какие стычки не ввязываться - на Монстра-ли напоремся или на какую другую странность... Локализовать, отступить, перекрыть участок и отслеживать дальнейшее передвижение такого... объекта. Главная цель - найти Роба или его следы... Непрерывно вести вызов его блока связи - насколько можно понять из его писем, он эфир прослушивает все время. Так... Ну, остальное согласуем на Круге... Теперь... Что там наши лучшие - после царя Ирода - друзья поделывают? - Ну, после ночных дел до утра совещались... То порознь, то всем кагалом... А сейчас Магистр и еще половина, примерно, подались по своим поместьям, а фон Оркгарк, Низинные Лорды и, вообще, народ посолиднее провозгласили Черному Рыцарю Священную Войну и двинулись в Распадки - искать мерзавца. Они там на все сто уверены, что это все - его рук дело... Чуть снова Цепь свою не позабыли, будь она трижды неладна... В Замок вошли люди Супи. Без всяких инцидентов... Ход тот... В Лабиринт... В общем, охраняется... - Ну что-ж... Все правильно, - устало вздохнул Ларри. - Кемпински мы сегодня выписываем. Думаю, что ему даже полезно будет принять участие в планируемой операции... - доктор Паркер с облегчением снял халат, определил его в объемистую корзину для одноразового оборудования и занял свое привычное место за генеральских размеров столом. - Я имею ввиду ту затею с массированными поисками в Лабиринте, что планируют в Управе... Это поможет ему преодолеть сложившийся после психологической травмы комплекс. Конечно, не надо совать его на передний край... Что до Рэльфа Лоуренса, то все его травмы, слава Богу не смертельны. С левым глазом придется повозиться, но, думаю, через пару недель все будет в порядке... - Мне хотелось бы знать другое... - В ответ на приглашающий жест Федеральный Следователь устроился в громадном кресле напротив. - Оба ваших клиента в разное время имели контакт с тем, что здесь называют... Подземной Нечистью, Темной и Светлой Силами Подземного Царства, ну и так далее... Вы, насколько мне известно, специализировались как раз по психосоматическим проблемам и именно поэтому выбрали себе местом работы как раз Парагею и как раз должность главного врача Приисков... Что можете вы, как специалист, сказать мне о природе того, что оба этих субъекта мне рассказывали в вашем присутствии последние полтора часа? - Грубо говоря, вы хотите знать, верю я этим сказкам или нет? - док извлек из тумбы стола термос с кофе и по селектору попросил секретаршу позаботиться о бутербродах. Те были поданы в мгновение ока. - Я не считаю это сказками, док. Но списывать все на Нечистого в нашей профессии не принято... - И в нашей тоже... Подвиньте сюда вашу чашку. Сахар уже в кофе - не знаю, любите ли вы так... Так вот, постарайтесь понять, что с точки зрения профессионала, Подземное Царство - это колоссальный гипнотический индуктор. Спонтанно и непредсказуемо работающий, к тому же. Все пространство там, в недрах Горного Края, пронизано несколькими сразу типами излучения, и часть их удивительно хорошо взаимодействует с биоэлектрическими процессами коры больших полушарий... Вам это что-нибудь говорит? - Говорит, доктор... Так почему же таким уникальным феноменом вы занимаетесь практически в одиночку? - Еще этим занимались около тысячи человек. До Большого Шабаша. Все они в Секте. Или на том свете. Материалы уничтожены или скрыты... Может быть, что-то и найдется в архивах Комплекса, но для академических исследований туда, как вы знаете, путь заказан... А на возобновление исследований у Федерального бюджета кишка тонка. Некоторое время доктор Паркер рассматривал дно опустевшей чашки, затем плеснул туда еще немного дымящегося напитка. - Итак - Подземное Царство - это что-то вроде колоссального иллюзиона... Почему же, в таком случае, Старатели придают такое значение тому, что является не более, чем галлюцинациями? Док пригубил кофе и задумчиво наклонил голову. - Видите-ли... Нельзя сказать, что люди, подвергшиеся систематическому контакту с полем Сырья просто начинают видеть то, чего нет... Нарушаются довольно тонкие механизмы распознавания, идентификации образов, их интерпретации... Это уже не столько восприятие, сколько его осмысление... Они, господин Следователь, все-таки видят то, что есть на самом деле... Только по-своему... И кто знает, что может им открыться... - Вы... Вы не могли бы как-то пояснить эту мысль, доктор? - Простейший пример - вот пока мы тут с вами разговариваем, в этом вот кабинете, произошло что-нибудь? Такое, что привлекло ваше внимание? - Право, не заметил... - Между тем, вот эти антикварные часы дважды пробили - четверть и полчаса... Разве вы не слышали? - Хм... слышал. - Но не оценили это как событие. А вот, если бы вы напряженно ждали какого-то определенного часа - непременно зафиксировали бы это... Вот видите - даже в совершенно нормальном состоянии мы совсем по-разному оцениваем реальность... А как, скажем, крестьянин семнадцатого века оценил бы такое будничное событие, как прибытие на остановку очередного вагона монорельса? Как какую-то чертовщину. Возможно был бы даже травмирован психически... А наш с вами современник может в свидетельских показаниях просто забыть про этот банальный факт. Субъективно для него это и не факт вовсе... Мало того - совсем по-разному мы оцениваем то, что делаем и говорим сами и то что делают другие и то, что мы от них слышим... Вы может быть догадывались об этом... - Как-никак, изучение психологии в курс подготовки сотрудников Управления входит, хотя, не в академическом плане, естественно... - Так вот, это явление имеет свою анатомическую и физиологическую основу: обработку информации о своем и о чужом поведении ведут разные участки мозга с разной структурой... И результатами такой обработки являются совсем разные оценки и команды, которые в результате таких оценок, наш мозг сознательно или бессознательно отдает всем нашим органам, да и самому себе. Можно столкнуть эти мозговые структуры - заставив человека взглянуть на себя со стороны... - Ввергнув его в глубокое похмелье? - чуть иронически спросил Кай. - Представьте себе - и так тоже. Но проще всего иногда прибегнуть к помощи обыкновенного зеркала... Именно с этим связаны те магические свойства, которые люди к тому склонные, бывает, приписывают этим полированным поверхностям. Я как-то увлекался этой стороной вопроса - моя дипломная работа посвящена нейрофизиологической трактовке книги Редферна - "Зеркала и парадоксы психики"... Впрочем, я увлек вас в академические дебри... - Нет, если бы то, что вы говорите, не имело отношения к делу, у меня хватило бы э-э... профессиональной бестактности прервать ваши излияния... - Кай мучительно поморщился, пытаясь ухватить за хвост какую-то догадку, мышью скользнувшую на грани сознания. - Редферн, вы говорите... Ведь это достаточно старый автор... И он как-то... - Вы совершенно точно заметили... Не то, что старый - по местным канонам - древний. Он работал на Парагее еще перед Великим Шабашем. Его монография - одна из немногих уцелевших книг, посвященных влиянию Сырья и условий Подземного Царства на психофизиологические процессы... Я горжусь тем, что она у меня есть в оригинале - вот, поглядите... Кай осторожно перевернул несколько страниц жемчужины библиотеки дока Паркера, заинтересовался чем-то в середине томика, заглянул в предметный указатель... - Ведь Редферн пропал без вести во время этих... событий, - вежливо поинтересовался он. - Вы, я вижу, специально интересовались этим предметом? - Все гораздо проще, - косо усмехнулся Следователь. - Просто в ожидании вас я проштудировал мемориальную доску, что в холле госпиталя. Там перечислены медики погибшие и пропавшие на Планете со времен Первой Высадки и их свершения - Редферна трудно не запомнить - целых три строчки... - Ах вот что... Вот вам еще один пример того как один человек не видит, того, что давно перестало существовать для его восприятия... Кроме вас, наверное, только новички-стажеры поднимают глаза на эти надписи, высеченные в древнем камне... Это ведь форма забвения - мемориальные доски, имена площадей и улиц... Каждый день я еду на работу по улице Кеннета Парка - и так и не знаю кто это такой... Мой, почти, однофамилец... Что до Редферна, то существует целая мифология - полсотни только письменных апокрифов... Считается что он был одним из основателей Секты. Во время тех... событий спасал очень многих. Вам должно быть трудно представить, что творилось здесь, когда начался массовый исход, - док запнулся. - Мне, впрочем, тоже... Брошенная Технология пошла вразнос - рвались трубопроводы, горели газгольдеры, взлетали на воздух реакторы... До сих пор жутко бродить по развалинам тех времен... Там было кого спасать, и Джозеф Редферн спасал... Но сам потерял зрение и остаток жизни провел в Заповедном Лабиринте, спасая заблудившихся там. Его еще называют Слепым Джо... Все это совершенно бездоказательно, разумеется... Никто не идентифицировал этих двоих... Научно. - Вы позволите мне ближе познакомится с этим... трудом? - С удовольствием. Тем более, что он написан достаточно ясным и доходчивым языком... Саму книгу я не выношу из своего кабинета, но вот в этом конверте на внутренней стороне переплета - магнитная карта с полной записью текста. В видеоварианте - полное впечатление, что вы работаете с оригиналом... Можно легко сделать копию - я не стал ставить защиту... - Весьма вам благодарен... Вот тут, - Федеральный Следователь вытянул из своей тощей папки узкий лист распечатки, - я оставляю вам вопросы, которые хотел бы уточнить после опроса ваших пациентов... К сожалению, видимо, только вы обладаете достаточной квалификацией, чтобы побудить их дать продуманные ответы... Писк вызова блока связи прервал его. Секретарь Управы напоминал господину Федеральному Следователю о том, что Большой Круг, участие в котором господина Санди весьма желательно, состоится в тринадцать ноль-ноль по местному времени... - Ну, так что, Доббин - есть в этой хреновине хоть что-нибудь поддающееся расшифровке? - Ларри требовательно вперил взгляд в веснушчатую физиономию доморощенного гения информатики. - Ну, если начать с начала, - Доббин поднял к глазам Помощника благородно-платинового оттенка "магнитку", - на штучке оттиснут герб... Не дворянский - первого поколения... Ларри потянул карточку к себе. - Эх... - крякнул он. - Да это же Генрих, сукин сын! Работал парень Старателем, был человек - человеком, а после четвертой Хартии - когда полную мир и дружбу прописали с графьями, понесла его нелегкая - оженился на Нэнси - дочке Безумной Марты - той, что незаконная дочь Арнольдова племянника. И теперь в оруженосцах ходит - у Наследника... Ходил, точнее... Ему, мол, за двенадцать подвигов полное дворянство положено... Чудак чертов... - Шифр здесь типичный, - корректно продолжил Доббин. - Управление работает. Мы такие еще в учебке по четыре штуки перед завтраком кололи... - учеба в Искариотской разведшколе, хотя и плачевно закончившаяся, была предметом его гордости. - Вот - "Для "Коррозии" от "Папоротника"... - Конспираторы хреновы! - продолжал чертыхаться Ларри. - Еще только дерьмо на графской псарне выгребать сподобился, а уже гербы свои на что попало лепит... Он бы еще в свое удостоверение личности эту цидульку завернул. Для надежности... А то, ведь, глядишь, кто не догадается, что его, придурка, Управление завербовало! А Ребекка, видать, у них почтовым турманом подрабатывает - может сама еще и окрутила несчастного идиота. Надоела ему Нэнси хуже атомной войны, надо думать... Досада в голосе Помощника явно превышала положенную норму. Кон и Доббин деликатно разглядывали потолок - неравнодушное отношение Помощника к Рыжей Напасти, хотя и тщательно скрываемое, не было секретом для Общины и ничуть не компрометировало последнего - понятное дело: с неженатого - какой спрос. То что Ребекка отличилась еще и на поприще межпланетного шпионажа как-то даже добавляло ей авторитета. Хотя и требовало оргвыводов. - Ладно, что с рыжих взять... - успокоительным тоном вмешался в страстный монолог Ларри старина Кон, - и добавил, кинув поспешный взгляд на шевелюру Доббина, что-то относительно того, что и из этого правила, конечно, бывают исключения... - Что там дальше? - Дальше хреново, - хмуро ответил Доббин и кивнул на экран терминала. - Читайте сами... - Какого же черта ты молчал, гороховое чучело? - задохнулся от ярости Секретарь Управы, ознакомившись с полустраничкой лаконичного текста. - Нет! Рыжий он рыжий и есть, хоть ты кол ему на голове теши! Где этот наш чертов Следователь? - Работает в архиве, - теперь наступила очередь Ларри проявлять хладнокровие и выдержку. - Доб, быстро свяжи меня с сержантом Лоусон... Минуты четыре все трое прислушивались к сигналу вызова, одинаково наклонив головы влево и поминая вполголоса чертовых баб, которых никогда не найти на месте. Затем Ларри решительно поднялся и стальным, совсем уж Шерифовским голосом распорядился: - Идем за ним! Доб, вызови Хэнка - пусть шлет пятерку ребят и глайдер с броней нам в поддержку и отряд к спецквартире... - А он знает адрес? Я, например - нет. Вы с ним здорово законспирировались - с господином Федеральным Следователем... Только, видно, не от тех, от кого надо... - Подавись ты своей болтовней! - зло прервал его Кон, царапая на первой подвернувшейся бумажке адрес секретного приюта для особо важных гостей. - Тут сейчас такое выйти может... И не забудь врубить кодированный канал... Доббин благоразумно воздержался от ответа. Федеральный Следователь налегал на дряхлый терминал, пытаясь выдавить из архаичной информационной сети Парагеи ответы на свои вопросы раньше, чем стремительно развивающиеся события обрушат на его тропу очередной обвал помех и препятствий. В том, что таковой последует, он почти не сомневался. И как в воду глядел. Из "тамбура", где заседал почтенный архивариус Кобнелл - хранитель уникального по бестолковости своей организации хранилища документов Общинной Управы, до него донеслось возмущенное, но безжалостно прерванное мужское блеяние и уверенные звуки нарастающего скандала в исполнении как минимум двух особ прекрасного пола. Видимо, Невада, согласно полученным указаниям, пыталась удержать где-то уже на ближних подступах к своему подопечному нечто неукротимое и тоже, женственное. События следовало упредить. Кай двинулся к дверям и возблагодарил Бога, что не успел их достичь - с такой силой распахнулись их створки, пропустив верную своему долгу сержанта Лоусон и огненно-рыжую разъяренную дамочку, которая несмотря на годный разве что для провинциальной эстрады наряд, косметику в стиле конца двадцатого века и произошедшую в "тамбуре" схватку не утратила, однако, своей природной привлекательности. С последним недостатком ей помогал бороться отменно непотребный жаргон, с помощью которого она искренне старалась объяснить Неваде и следующему в арьергарде разъяренных женщин, архивариусу, что она твердо намерена закатать в кутузку всех недоумков из Управы, вкупе с Жирным Хенком и всей сраной милицией Общины за незаконный арест и содержание взаперти ее - урожденной Ребекки де Шантрен, что, безусловно предпринято этими сволочами для того, чтобы прикрыть свои махинации, из за которых Шериф подался в бега, а из подземелья вот уже третьи сутки подряд лезут жуткие монстры и каждый утаскивает то Наместника, а то и кого из порядочных людей... Невада осознала, наконец, что уступает по весовой категории своему противнику, который, как назло, не уступает ей, Неваде, в приемах рукопашного боя, и прибегла к последнему, но достаточно убедительному доводу - потянула из кобуры верный "Питон". К собственному удивлению, она лишилась "ствола" в пару секунд. Теперь Федеральный Следователь понял, что дело принимает гораздо более серьезный оборот, чем ему казалось сначала. Подав своей посрамленной секретарше-телохранителю знак воздержаться от попыток реванша, он обогнул кресло и предложил незваной гостье занять в нем место жестом, который через долю секунды должен был перейти в прием, которым штатному сотруднику Управления следовало обезоружить вооруженного огнестрельным оружием противника. Однако и тут его ждал сюрприз. "Питон" словно безобидный молоток брякнулся к нему на стол, брошенный небрежным жестом увешанной браслетами руки - благо Невада не успела снять его с предохранителя. Сама агрессивная посетительница с достоинством водрузила себя на подлокотник упомянутого кресла и небрежно бросила: - Не терплю этих хлопушек, как старый Хендрик - дождя. Конфуз был основательный. Эта - ни для кого ничего путного не означающая фраза, для Федерального Следователя значила, что столь экстравагантным способом на связь с ним выходит нелегальный агент Управления. Поминание в одной фразе дождя и старины Хендрика никак не могло быть случайным. "Женщин в Парагейской агентуре только две, - прикинул в уме Кай. - Если, конечно мне выдали полную ориентировку..." Но по возрастным данным Ребекка де Шантрен соответствовала только одной из них - специальному агенту "Коррозия". Шестидесятилетняя "Крапива" явно работала в каком-то другом амплуа. - Если мадам... - начал он тем тоном, каким доктор Паркер беседовал с пациентами, вменяемость которых вызывала вполне определенные сомнения. - Мадемуазель, к вашему сведению!.. - Простите - мадемуазель... Так вот, я охотно выслушаю вас. Но примите к сведению, что я - вовсе не прокурор и провожу здесь всего лишь следствие по делу, рамками которого... - Это - без разницы!.. Главное, чтобы меня выслушал. А выслушаешь - закачаешься... Только - чур без свидетелей! Кай мученически вздохнул и повернулся к Неваде, которая уже пришла в себя и кошачьим шагом осторожно обходила стол, норовя вернуть себе револьвер. - Сержант Лоусон, - просительно молвил он, - заберите ваше оружие и оставьте нас на пару минут наедине с мадемуазель де э-э... - Де Шантрен, с вашего позволения!.. - досадливо подсказала Ребекка. Невада, уже завладевшая своим "Питоном" без всяких на этот счет распоряжений свыше, фыркнула и, не торопясь, покинула кабинет, увлекая за собой охваченного нервической икотой господина Кобнелла. Дождавшись, пока створки дверей сомкнутся за этой парой, Кай извлек из внутреннего кармана служебный регистратор и включил блокировку подслушивания. По экранам включенных терминалов поползли характерные помехи. - Вашу кличку, пожалуйста, - устало сказал он. - И объясните, зачем такой аттракцион... - "Коррозия", - сказала Ребекка, принимая чуть менее вульгарную позу. - А аттракцион весь затем, что дело спешное. Этим днем, вас будут убивать, господин Федеральный Следователь... В крайнем случае - вечером. - Вы, как я понимаю... - Я - ваше прикрытие здесь. Вообще-то я тут разрабатываю совсем другое направление, но третьего дня меня спешно переключили на вот это дело... И тут вышла масса накладок... У вас есть что закурить? - К сожалению... Так - говорите основное. Какой у вас источник? - Все началось раньше, чем вас сюда направили... Да и не о вас, господин Федеральный Следователь, сначала шла речь... Дело идет с подачи кого-то из Ордена. Там у меня есть свой... осведомитель. Еще в ту ночь, когда угробили фон Адриана, он меня вызвал на связь... - Фон Адриан? - Да нет - Генрих - источник мой бестолковый... Речь, правда, шла о том, что кто-то только задумывал заманить на Планету кого-нибудь из важных лиц Посольства... Но тут положение начало круто меняться... Я как ни силилась, так и не смогла пролезть в Лесной... - А зачем вам это было надо? - Так я же говорю - надо было связаться с источником... В эфир выходить мы здесь стережемся - что-что, а радиоперехват у Ордена на высоте. Так что остается личный контакт и тайники. Ну а тут вся эта чертовщина и началась, как по заказу... Идиотский этот Супи еще... Так нет у вас курева? - Да нет - я, мадемуазель, к встрече с вами, прямо скажу, не готовился... - И тут не везет, чет возьми! Так вот, после вашего сюда прибытия Генрих запаниковал - завалил меня вызовами на срочный контакт, шифровку в тайнике оставил... У могилы Слепого Джо. Так тут как на грех вы сами там на покойничка напоролись и устроили прочесывание местности - тайник погорел и я, кажется, тоже. Так что немедленно меняю крышу... Ну это так - к слову... Не ваша печаль, Следователь... Короче, в этой заварушке я Генриха таки отловила. Правда Нэнси его... Ну да ладно... В общем, он мне выдал такое, что мне пришлось устроить весь этот цирк. Не далее как сегодня к вечеру вас будут кончать люди Френка. Запоминайте - Френк Скопа, кличка - Итальянец. Игорный бизнес и сеть пиццерий. Каким боком его втравили в это дело - не в курсе. Постарайтесь его... переубедить. "Черт возьми, старик Нудельман все-таки верно напророчил, - подумал Кай. - А господа благородных кровей не лыком шиты. Ни в Пьяном Замке, ни где-нибудь посреди дороги им Федеральных Следователей кончать не с руки - им обязательно надо всему свету продемонстрировать, что Старательская Община не в состоянии обеспечить безопасность представителя Директората..." - Послушайте, - сказал он вслух, - вы тут ненароком не замечали окрест пару азиатов? Слегка странно одетых? - Какие азиаты? Где им тут быть? - Думаю, в воображении старого Сато... - пробормотал Кай. - Где искать Скопу, не подскажете, напоследок? - В "Карбаччо" - это при выезде на круговую. По четвергам у него там бухгалтерский день. Со всех Приисков туда несут оброк кому положено... - Благодарю вас, - Кай с профессиональной быстротой заработал клавишами терминала. - Не теряйте времени, если считаете... Но агента "Коррозия" уже не было в кабинете. В проеме дверей стояла порядком надутая Невада. - Вы, как я поняла, закончили? - осведомилась она. - Мадемуазель не причинила вам телесных повреждений? - Не стоит принимать близко к сердцу все идиотства, что приключаются в ходе следствия... Кай старался обращаться к своему секретарю в как можно более примирительном тоне, не отрываясь в то же время от текущего по экрану извлечения из досье Френка Скопы. Послушайте, мисс Лоусон, вам не кажется, что если мы с вами не перекусим сейчас поплотнее, эта возможность нам не предоставится уже до вечера - это заседание Круга... - В принципе, у вас еще четыре часа в запасе... - заметила Невада, пытаясь сообразить, к чему в этот раз клонит ее подопечный. - Короче говоря, я приглашаю вас на ленч, сержант Лоусон. Вы любите пиццу? Сержант Лоусон уже прикинула, что предстоящий ленч вызван отнюдь не внезапной вспышкой аппетита Федерального Следователя и уж вовсе не стремлением последнего ознакомить свою секретаршу с немудреным чудом кулинарии. Она пожала плечами и молча проследовала к машине. - Куда изволите? - не без яда в голосе спросила она, устраиваясь за рулем. - В "Карбаччо" - знаете где это? - определил цель пути Кай, рассеянно рассматривавший проглядывающий сквозь пасмурную поволоку осеннего неба неясный, но громадный, как горный кряж призрак Хозяина. Из иллюминаторов Станции это полосатое чудовищное ядро, летящее по своей орбите, выглядело совсем не так. Должно быть не хватало масштаба. Теперь он хорошо понимал, почему, несмотря на тщетные усилия астрономов, к этому космическому чудищу прилепилось его теперешнее имя. - Как господину Следователю будет угодно, - прервала его меланхолическое занятие Невада. - Правда, порядочных девушек в этот притон приглашать не принято, но понимаю - служба - не дура как никак... Она запустила двигатель. Пицца была недурна на вид и, если не считать весьма прискорбного отсутствия томата (плохо рос проклятый овощ в Горном Краю), вполне соответствовала представлениям Федерального Следователя об этом блюде. Он, правда, тщательно освободил свой ломоть от подозрительного вида фиолетовой пасты сработанной из каких-то местных плодов, удачно заменявшей кетчуп, но вызвавшей смутные ассоциации с угощением в Зале Бренди. - Здесь неплохо готовят, мисс Лоусон, - заметил он, как бы извиняясь перед спутницей за вынужденный визит в пользующееся дурной славой место. - И смотрится не таким уж рассадником преступности. - Зато мы здесь смотримся, скажу вам, прямо-таки, как корова во храме Божием - просто и непритязательно. Гляньте-ка, как на нас смотрит настоятель, - Невада кивнула на не спускавшего бдительного взгляда с не слишком обычных клиентов бармена. Тот расценил это по-своему и подал знак турецкой наружности официанту. Тот услужливо приблизился к столику. - Господам что-то угодно? - осведомился он. - Угодно, - как можно более вежливо отозвался Кай. - Поговорить с мистером Скопой, если он не слишком занят. Впрочем, если занят, то его неотложные дела не перестанут быть неотложными, если он от них оторвется на пару минут... Официант поклонился, молниеносно шмыгнул к бару и на ухо отрапортовал старшему по званию. В почти пустом зале это было явно лишней предосторожностью. Бармен еще раз пристально посмотрел на гостей и скрылся за дубовой панелью. - Вы слишком церемонитесь, - заметила Невада. - Достаточно было просто сказать парню: сгоняй, мол за Итальянцем. Из казенного дома пришли потолковать... У нас это так делается... Впрочем, мистер Скопа был уже тут как тут. Он явно нервничал. - Рад видеть вас у себя в заведении, господин Следователь. О вас здесь много разговоров... Вы, видно, только что из Лесного? Там, говорят дела серьезные, а в новостях - так, одни общие слова... - Наверное, я не смогу удовлетворить ваш интерес, господин Скопа, я ведь не на пресс-конференцию сюда пожаловал... - Чем могу служить уважаемым гостям? - Итальянец стал менее развязан, но по-прежнему обращался только к Каю, полностью игнорируя Неваду. - Может быть, мы пройдем в мой кабинет? - Если вы не против, мы прогуляемся в несколько ином направлении, - тон Федерального Следователя стал сух и настоятелен. - Не воспринимайте это как задержание, или, не приведи Господь, арест... пока... Однако, я хотел бы, чтобы и вы и я были уверены в э-э... полной конфиденциальности нашей беседы... Вставая, он увлек Итальянца под локоть, к двери... - Э-э-э!.. Так дело не пойдет, я должен отдать распоряжения моим людям... - Скажите, чтобы не волновались. Разговор отнимет у вас не более получаса. Сорока минут от силы. Сержант Лоусон, вот моя карточка - расплатитесь и присоединяйтесь к нам - в машине... - Ну что вы, господин Следователь, как я могу брать деньги с такого гостя как... - Да вот, знаете, просто не могу не расплатиться с вами за прекрасную пиццу и доставленные вам хлопоты... Не будем терять времени, - прервал его Кай. Времени терять, действительно, не следовало... - Куда это вы хотите меня везти? - подозрительно спросил Итальянец, очень нехотя и опасливо влезая в салон. Тот же вопрос задала недоуменным взглядом Невада, занимая свое место за рулем. - В центр, миссис Лоусон, - уверенно скомандовал Кай и, когда кар набрал скорость любезно пояснил, полуобернувшись к Скопе: - Местная администрация любезно предоставила мне прекрасные апартаменты... Там мы сможем ознакомиться с некоторыми представляющими для вас непосредственный интерес доказательствами... - Невада не удержалась от удивленной гримасы, а лицо Итальянца без особых на то причин приняло землисто-бурый оттенок. - По дороге, - продолжал Кай, - я хотел бы задать вам несколько вопросов... - Послушайте, - нервно тряся щеками, торопливо перебил его Итальянец, - мне, господин Следователь, только того и не хватает, чтобы по городу поползли слухи о том, что я езжу на дом к легавым стучать на своих друзей... - Никто вам не предлагает... - давая неприязненной интонацией понять, что собеседник выбрал неверный тон, прервал его Кай. - Я извиняюсь за "легавого", - сообразив что сморозил что-то не то, продолжал, тем не менее, Скопа, - но языки в городе длинные и мне совсем ни к чему ездить к вам в гости... Поверните машину! - уже снова теряя контроль над собой просипел он. - По-моему, мы тащим за собой "хвост", - пониженным голосом сообщила Каю Невада. - "Оппель". Светло-зеленый. Или мне показалось... - Вы предпочитаете беседу в совершенно официальных условиях? - прохладно осведомился Следователь у Итальянца, подавая Неваде успокаивающий знак продолжать следовать прежним маршрутом. - Странно - вы не были столь щепетильны, когда вы излагали господину Лепелье - помните, был такой предшественник у шефа народной милиции Хенка - так вот, когда вы излагали ему некие сведения о тайном игорном доме при заведении господина Чеслава Бохиньски... - Мне... мне обещали... - теперь Итальянец пошел уже зеленоватыми пятнами... - мне обещали, что никогда и никто... - Не волнуйтесь - никто и никогда и не узнает об этом... А мы с вами спокойно поговорим без всяких свидетелей... - О чем, черт возьми? Чего вы хотите от меня?! - Мой интерес, господин Скопа носит, можно сказать, чисто кулинарный характер... Ну, например, не могли бы вы припомнить откуда берете такие восхитительные шампиньоны для фирменной пиццы с грибами? Итальянец обалдел окончательно. Заезжий шпик был и впрямь опасен - мало того, что он наделен прямо-таки фантастическими правами и сует свой нос во что ни попадя - так он, еще, оказывается, и псих! Наблюдавший за ним краем глаза, Кай остался доволен - соперник доведен до первой стадии ступора. Строго говоря, Федеральный Следователь меньше всего любил блефовать, но время не ждало и при полном отсутствии улик не оставалось ничего другого, как нести чушь, сохраняя совершенно серьезное выражение физиономии. Последнее было, пожалуй, самым трудным. Хорошо еще, что материал - перетрусивший провинциальный мафиози - был благодарный: ошарашенный лобовой атакой сдуревшего но, видать, напористого чиновника Федерации, предпринятой к тому же в совершенно идиотском направлении, он явно утратил самоконтроль и бдительность. - Шампиньоны? - только и переспросил он. - Вот-вот... - подтвердил Кай. - Здесь все законно, начальник. Мы их выращиваем в подземных теплицах... - Вот именно - в подземных. Точнее - в старых выработках. Там где проходы в Прииски... - Так они же завалены! - Какие завалены, а какие - весьма возможно - и нет... Во вся ком случае именно там были найдены некоторые следы пребывания Робина Арчера. А учитывая ваши с ним натянутые отношения... Цель была достигнута - ошалевший Скопа понес околесицу, пытаясь доказать сбрендившему Следователю всю бессмысленность его подозрений, и потерял драгоценное время. Кар остановился у входа в уютно спрятанный в глубине небольшого но основательно запущенного парка особняк. - Глядите-ка - "Желтая опасность", - сказала Невада, всматриваясь в силуэт худощавого парнишки, примостившегося на лавке на противоположной стороне улицы. - Это с Ти-Ви. Эти стервятники что-то учуяли... - Признаться, я только раз и заходил сюда - бросить свой чемодан... - заметил Кай. - Кабинет, если не ошибаюсь, - на втором этаже, в левом крыле? - повернулся он к Неваде. - Пойдемте, Скопа. Нет, конечно, только после вас... - он подтолкнул уподобившегося неуклюжему манекену спутника в спину. Воспользовавшись тем, что тот, хоть и с явным трудом сделал несколько шагов ко входу, Следователь пониженным голосом бросил Неваде: - Ступайте к мистеру Корнуэллу. Лучше, если он пришлет сюда людей и поскорее... - Я свяжусь с ним по блоку, - ответила сержант Лоусон, извлекая на свет божий одновременно "Питон" и передатчик. - А вас оставлять без надзора не велено - тем более, что ситуация явно стремная... - Тогда будьте, по крайней мере, в арьергарде... Позади меня, я имею ввиду, - уточнил Кай. При виде дежурного, выставленного в вестибюле, Итальянец слегка дернулся, но когда тот обменялся с Каем приветственным жестом, держатель многочисленных пиццерий тяжело вздохнул и нехотя стал подниматься по дубовым ступеням. Кай шел на шаг позади. С отрывом в полдюжины метров за ними двинулась Невада, уже открыто взявшая "Питон" наизготовку... Дежурный проводил их изумленным взглядом и снял с предохранителя ручной пулемет. На верхней площадке Скопа застрял намертво. Теперь и Каю пришлось извлечь свой табельный пистолет и упереть его в спину Итальянца. - Я вынужден попросить вас двигаться вперед, - тихо сказал он. - Впрочем, если вы что-то хотите сказать мне, то, может быть... Ему не удалось закончить. Скопа нырнул под ствол пистолета и с размаху попытался вышибить спиной дверь кладовки, вереща нечеловеческим голосом: - Не стреляй, Эрни!!! Это я - Френк!! Дверь спальни открылась, почти выбитая мощным ударом изнутри и, на долю секунды, словно просматривая снятые рапидом кадры, Кай узрел появляющуюся оттуда на полусогнутых фигуру стрелка, разворачивающего зажатый в вытянутых руках револьвер прямо в лицо Федеральному Следователю. Видел он это, уже находясь в совершенно неожиданном полете - отправленный неожиданным рывком за лодыжку вниз по лестнице. Попытка остановить свое стремительное движение, раскорячив в полете все четыре свои довольно длинные конечности, привела только к тому, что компанию ему в этом коротком путешествии составили подвернувшаяся по пути ваза с осенним букетом листьев - довольно увесистая - и чертыхающаяся, но несколько менее громоздкая сержант Лоусон. Сгруппировавшись, ему удалось избежать почти неизбежного перелома чего-нибудь жизненно-важного и, даже, откатившись в угол вестибюля, принять боевую стойку. Чуть более быстрая Невада успела с колена выпалить в кого-то ему невидимого и, вжавшись в стенку, начала вновь подниматься на поле боя. Со второго этажа прозвучали до смешного тихие по сравнению с произведенным им при падении дьявольским грохотом выстрелы пистолетов с глушителями, затем громыхнула и захлебнулась очередь из "ручника", кто-то заорал - и этот звук оборвался довольно быстро. Наступила тишина. Кай, слегка прихрамывая, двинулся вслед за Невадой. У подножья лестницы к нему присоединился ощетинившийся пулеметом дежурный охранник. Голову ему приходилось держать несколько набок - чтобы целиться левым глазом: правый быстро заплывал здоровенным кровоподтеком. - Послушайте, вы, дежурный, - не скрывая раздражения прошипел Кай, пробираясь вдоль прекрасно простреливаемой с верхней площадки, дубовой панели, - вы можете мне объяснить, почему весь этот дом набит вооруженной публикой? Вас здесь для красоты поставили? - А пес их разберет! - так же зло зашипел в ответ охранник. Я никого не пропускал без команды... - Куда вас несет, Следователь? - негромко окликнула Кая Невада. - Отойдите в укрытие какое-нибудь... Сейчас здесь будут люди Хенка... - Вперед! - скомандовал Кай, вопреки доброму совету, и все трое в мгновение ока вломились в коридорчик второго этажа, рассыпались вдоль стен и замерли, прикидывая диспозицию. По правую руку от себя, Следователь увидел Итальянца. Тот сидел, прислонясь к опасно надломленным перилам площадки и пытался разорванным платком перевязать пробитый парой пуль бок. Это у него получалось не слишком хорошо - в дело годилась только правая его рука. Левая висела плетью и рукав ее на глазах пропитывался кровью. Кай сунул пистолет под мышку, присел рядом с раненым, заботливо вытащил из-под него брошенный "Парабеллум", извлек из своей наплечной кобуры - из того ее отделения, где полагалось быть резервному разряднику - шприц-ампулу с "витастаблом" и вколол в предплечье Итальянцу. Тот благодарно икнул и прикрыл глаза. - Погодите стрелять, Санди-сан, - вежливо окликнул Следователя слегка шепелявящий голос из спальной, и вслед за этим перед ним появился похожий на призрака в своем сером кимоно рослый японец. Он деловито поправлял тонкие ремни, крепившие за его спиной пару мечей. - Сосеки, - вспомнил Кай. - Значит мои ангелы-хранители не приснились мне после заумной беседы с Учителем Сато... Из соседней двери бесшумно появилась тень в черном. - Ух-ты! - выдавила из себя Невада. - Извините меня, - сказал Тадземару, - если я повредил вашу ногу, но вы шли прямо под пули, сэнсей. Он и сам немного прихрамывал и сжимал левой рукой предплечье правой. Он шагнул к Френку. - Этот тип уже не опасен, - успел остановить его Кай. С улицы раздался каскад звуков, издаваемых тормозящими с полного разбега глайдерами и в дверь и окна первого этажа посыпались как горох люди в "хаки". - Там вы найдете еще двоих. Больше нет, - с похвальным лаконизмом констатировал Сосеки. И оба ниндзя выскользнули в дверь кабинета. Взлетевший в два прыжка по лестнице Хенк - куда только девалась его неуклюжесть - рванул захлопнувшуюся за ними дверь и бесстрашно ворвался в комнату в сопровождении пары своих дружинников. Но лишь затем, чтобы притворить окно, которое верные слуги Учителя оставили приоткрытым. - Кто это были? - ошалело спросил Хенк, поворачиваясь почему-то к подоспевшему Ларри. - Люди Сато - Осеннего Дракона, - пояснил ему Кай. Они кое-чего не поделили здесь с друзьями господина Скопы... Обоих друзей Итальянца уже вытащили в коридор и положили рядом - два трупа - большой и поменьше... - Господи!.. Эрни - Пересмешник... - Ларри с печальной улыбкой нагнулся над невысоким блондином, получившим свою пулю чуть выше левой брови. - Доигрался... А тот, - он указал человеку в медицинской униформе на грузного кавказца, половина черепа которого была снесена напрочь, - Плохой Касим. Последний, между прочим из тех, кто знал Кривого Шайтана... Впрочем, на этих двоих уже не имеет смысла тратить ваше время, док. Займитесь вот этой сволочью. Да-да, ты не ослышался, Френк! И не разыгрывай тут потерю сознания! Мы, вроде, условились на днях ладить - и что же? - Это не относилось к людям из Управления... - с трудом открывая глаза, выдавил из себя Итальянец... И вообще, если бы не Мазетто, я бы не влез в это дело... Боже, что будет с моим мальчиком... По его щеке, сквозь ставшую вдруг заметной на фоне смертельной бледности щетину, стала продираться вниз, к квадратному подбородку скупая слеза. - Введен стабилизатор. Это очень правильно, - профессионально констатировал врач, орудуя зондом анализатора и тубой с биогелем. Кай очередной раз мысленно поблагодарил Энди Смирноффа - своего первого старшего напарника, у которого подцепил эту привычку - таскать в кобуре кое-что из необходимого при экстренной помощи. Аптечку редко таскаешь с собой, а с оружием расстаешься не так легко. Над ним иногда посмеивались, считая, что Следователь печется о своей безопасности, но он-то хорошо знал, что в интересах следствия часто бывает важнее вытащить противника с того света, чем всадить в него лишний заряд... - Что за тип этот Мазетто? - спросил он вслух. - Приемный сын. Он его воспитывал с тех пор, как всю остальную семью его друга - Леона-Свечки вырезали мародеры, - пояснил Ларри. - Очень любит мальчишку. А парень чокнулся на всей этой аристократической ерунде. У него тут старший приятель - Генрихом звать, втерся в оруженосцы к Наследнику, - Ларри на секунду запнулся, - и его пристроил какие-то там хвосты заносить за их сиятельством... - Арнольд передал мне, что если я в три дня не уберу... - Итальянец попытался приподняться, но док решительно уложил его и всадил в вену шприц, - если я в три дня не уберу Следователя, то с Мазетто сдерут кожу - и он не шутит... - Можешь особенно не переживать за своего парня, Френк, - снисходительно прервал его Ларри. Он благополучно смылся под этот шумок, что приключился в Лесном спозаранку. И столовое серебро, что случилось в моечной, упер - а это, заметь, - имущество Общины... И Арнольду сейчас не до него - он сейчас в Чистилище свои грехи замаливает, или где там... - К-как в Чистилище? Он что, сдох? - Да голову ему снес монстр, из за чего и весь переполох, если правду сказать. Мы эту информацию придерживаем до вечерней сводки - а то народ уже и так на рогах стоит - второго Наместника за двое суток кончают... - Господи, ты отпустил мою душу на покаяние, Помощник... - закрывая глаза, вымолвил Итальянец. - Каяться будешь перед прокурором. Док, спровадьте его в госпиталь при каталажке и присматривайте построже... Да, - окликнул он уносимого санитарами Скопу, - забыл сказать тебе, сукин сын, что ты имеешь право на телефонный звонок. И еще - хранить молчание. И любые твои показания могут быть использованы против тебя, скотина. Теперь все. - А теперь, - с досадой молвил Хэнк, - пусть этот пентюх объяснит, как сюда набились люди Скопы и к ним вдобавок эти черти, что их прикончили? - Те двое - которых угрохали, они приходили проверять сигнализацию... По распоряжению... А потом ушли... А теперь опять как-то оказались здесь... - Это-то понятно - после того как они эту сигнализацию отключили... Просто вернулись через черный ход. Или через окно... Так кто их прислал сюда? - По распоряжению они сюда пришли... - По чьему? По письменному? - Нет... Я же... - дежурный явно не мог выговорить чего-то. - Послушай, - Ларри подвинулся поближе к растерянному стражу, жестом успокаивая взбешенного Хенка, - может, тебе позвонил кто-то из нас? Смотри на меня внимательно и отвечай правду, не бойся... Может быть... Может, это я звонил тебе? - Вы же сами... - Так... - Ларри выпрямился и, косо улыбаясь, посмотрел на Хенка. - Ты помнишь, как мы прошляпили показания вдовы Петерсон? - Господи, как я сразу не сообразил... Шуточка Эрни-Пересмешника... - Последняя, получается... - Лоуренс, я не очень понимаю, о чем вы... - с легким недоумением спросил Кай... - Тот парень - белесый такой... У него неподражаемый дар... был... Он мог передразнить голос и манеру говорить любого человека, которого ему пришлось услышать в жизни... Это было забавно, пока он выступал в варьете... - Ладно, - угрюмо сказал Хенк, - ну а эти-то - камикадзе... - Ниндзя, - поправил его Кай. - По моим следам притопали, скорее всего... Или навели кое-какие справки в здешнем Чайнатауне... - Ей-Богу - не видел как их сюда занесло... Когда господин Следователь потащил Френка вверх и свой ствол достал, я смекнул, что дело - швах... На всякий случай снимаю с предохранителя свой "ручник", потом, померещилось что-то такое... отражение в стойке... Поднимаю глаза - на потолке мужик. Враскорячку, как паук. Здоровый такой, в сером халате... Я - по кнопке тревоги - кулаком и - шаг назад, а там - второй... Стоит, палец на губах и головой качает - тише мол... А потом как врезал мне, так что я под стойку ушел... Поднимаюсь - из глаз искры сыплются, а только прозрел - господин Следователь с верхотуры летят, что твоя мельница... А по второму этажу пальба идет... Ну, ломанули мы с ним наверх - хоть девку эту остановить, очумевшую - это она Итальянца в плечо приложила - он балбес ствол достал... Ну а дальше вы - как снег на голову... Вот и все... - Коротко и доходчиво, - язвительно заметила Невада. - А от сержанта Лоусон я жду объяснений - почему не отвечаете по блоку связи... Только, давайте не будем толпиться тут как бараны... В Ратуше нас ждут - там у Кона снова не все слава Богу... Вы как, Следователь, ходить можете? - Только не так быстро, - отозвался Кай, прихрамывая по лестнице следом за Ларри. - А когда вы вызывали сержанта? - В одиннадцать с минутами... - Скорее всего, в этот момент... - В этот момент твоя рыжая зазноба мне глаза выдирала, чтоб ей... - Почему опять моя? Был какой-то эпизод с Ребеккой?.. - Мадемуазель де Шантрен почтила нас визитом, - криво усмехнулся Кай. - Коротким и бестолковым... "Ври, ври, - подумал Ларри. - Вот, значит с чьей подачи ты сюда приспел..." При мысли о Ребекке, Генрихе и впутанном сюда же Федеральном Следователе, он испытал приступ мигрени. Еще год назад - до того, как был принят План Заселения, нелегалы Управления под фанфары пошли бы в каталажку как иноземные агенты. Теперь же, когда местная Безопасность становилась частью системы Управления или наоборот - люди Управления здесь становились частью местной Безопасности... Генрих и Ребекка - попадись они сейчас - и не угадаешь подо что подпадали - то-ли в тюрьму сажать, то-ли ордена им вешать... - Разойдись! - гаркнул Хенк на сбившихся у крыльца оперативников. Почему не держите периметр? Что за посторонние тут? Посторонним здесь был, собственно говоря, только оператор Ямамото, которому в этот момент рослый сержант популярно объяснял, что отснятого материала ему не видать как собственных ушей, а камеру свою, он, "Желтая опасность", получит только у шефа Народной Милиции лично да и то, только после того, как поцелует старину Хенка в жирную задницу. Появление как по заказу главного предмета предлагаемой сакральной процедуры, сопровождаемого главой местной администрации и полномочным представителем администрации Федерации потрясло обоих участников конфликта до мозга костей. Хенк всем своим видом показал, что прибыл на место действия вовсе не в предполагаемой ими связи, а на словах добавил, что если пустобрехи с Первого Канала будут продолжать путаться под ногами блюстителей порядка, находящихся при исполнении секретного задания, то сорокавосьмичасовое превентивное задержание пойдет им только на пользу. Оператора как ветром сдуло, но на смену ему, из причалившего "Рэмблера" вылез смахивающий на крота, близорукий и решительный тип примерно в четверть тонны весом, выставивший перед собой сертификат адвокатской гильдии. - Я - Александр Ступикофф - адвокат господина Скопы! - заорал он в лицо Хенку, словно разговаривая с глухим. - Мне стало известно, что мой клиент незаконно задержан и увезен... - Шустры вы... - морщась пробормотал шеф Милиции. - Никто не задерживал вашего клиента, - встряла в разговор Невада. - Сам пошел как миленький... - Если господину Скопе будет причинен ущерб... - Ему уже причинили ущерб, - зло сказал врач, подходя к законнику сзади. - Вон те - двое на носилках. В нем сделали четыре дырки. А я проделаю еще и пятую - у него пуля застряла в опасной близости к позвоночнику - Придется доставать со спины... С остальными вопросами - к господину Корнуэллу, в приемные часы. Он отстранил адвокатскую тушу и помог Неваде погрузиться в управский глайдер и повернулся к Ларри: - Там у меня в каре места нет из-за этих покойников - не подбросите до госпиталя, Помощник? С Итальянцем все в норме - заштопаем по первому классу... Еще будет меня всю оставшуюся жизнь своими спагетти кормить... - Только если вы захотите до конца жизни есть макаронные изделия из тюремного пайка... - Ларри убедился, что все кому следовало, уместились в глайдере, захлопнул дверцу и тронул с места, не обращая внимания на продолжающийся за окошком монолог господина Ступикоффа. - Кстати, Следователь - знакомьтесь: Ронни Биггс - наш лучший специалист по огнестрельным ранениям... Собственно, я захватил его для вас, так что стервецу Френку просто повезло... - Кстати, как вы вычислили то, что на вас готовится покушение? - наивно поинтересовался Хенк. - Интуиция, - слегка помрачнев, ответил Кай. - А вас кто предупредил? - Анонимный звонок, - достаточно уверенно соврал Ларри. - Дубина дежурный не зарегистрировал номер блока с которого поступил сигнал... А то, что засада находится в спецквартире - тоже интуиция? - Разумеется. Ваш Монстр поставил преступников в очень сложное положение: благодаря его бурной деятельности я сам не знаю где буду находиться в следующие пятнадцать минут... Так что только в своем жилище и Ратуше я должен был появиться с хоть какой-то гарантией... В Ратуше меня не прикончили - должно быть по причине полного безумия такой затеи, так что логично предположить... К тому же Скопа своим поведением подтвердил это предположение... - Ну, а почему вы заподозрили именно Итальянца? - все с той же профессиональной наивностью допытывался Хенк. - В Управлении мы имеем обширное досье на всю публику такого сорта... - неопределенно сформулировал свой ответ Федеральный Следователь. Кстати о макаронах - почему вы, Лоуренс, лишаете господина Биггса надежд на благодарность мистера Скопы? Я думаю, что трудно надолго посадить его в застенок за участие в перестрелке с собственными подручными. Принимая во внимание, что в этом э-э-э... сражении он участвовал не столько как сражающаяся сторона, сколько как э-э-э... сражаемая. Ему лично нельзя приписать даже нарушение неприкосновенности чужого жилища - я сам привел его в дом. Он даже не произвел ни одного выстрела - вот, кстати, его пушка - приобщите... - Еще бы - я влепила ему пулю в плечо, как только он обнажил ствол... - гордо констатировала Невада. - Черт его поймет в кого он собирался палить... - И кто добавил ему еще три дыры в корпусе, - добавил док Биггс. - Те - калибром поменьше... - Думаю вас продублировал кто-то из ниндзя, сержант. Это - видите ли - бесплатная услуга господина Сато - я вам рассказывал о довольно забавном разговоре с ним, Ларри... Мы оба не восприняли его обещания всерьез... - Помню, - мрачновато заметил Ларри. Мысль о том, что по территории Общины без всякого контроля болтается пара высокой квалификации диверсантов - пусть даже с благороднейшим заданием - вовсе не уменьшала его мигрень, вызванную деятельностью агентов Управления. - Правда, поступали неясные сигналы из Чайнатауна, но я никак не связывал... Так, черт возьми - а покушение на представителя органов следствия вы не считаете достаточным основанием для того, чтобы отправить Итальянца на плантации? - Ну, думаю, адвокат Ступикофф в два счета вам докажет, что ни в каком покушении господин Скопа не замешан, а ранение свое получил защищая жизнь Федерального Следователя и, может быть, честь сержанта Лоусон... Да я и не думаю, что Общинный Прокурор будет заинтересован предъявлять такое обвинение, способное бросить тень на способность Общины поддерживать порядок и законность на своей территории... - А вы-то сами... - Разумеется, происшедший эпизод найдет исчерпывающее описание в моем рапорте, но сомневаюсь, что вышестоящее начальство рекомендует мне подавать иск Прокурору, а делать это сам я не намерен... Не в традициях Управления такое паблисити... Так что насчет спагетти доктор Биггс может быть спокоен. Я бы, правда, рекомендовал ему выбрать пиццу... 7. ЗАЛ ЗЕРКАЛА - Господи, где вас носили черти? - приветствовал входящих в кабинет Кая и Ларри взъерошенный Кон. Впервые после военных времен Помощник снова увидел на обычно непроницаемой физиономии Секретаря Управы что-то похожее на нервный тик. - Все уже в сборе, а без вас решать нельзя - дело ответственное... - продолжал Кон. - Кажется придется начинать прочесывание Лабиринта немедленно. Час назад Черный Рыцарь Мо и его банда спустились туда. Через Ближнюю Шахту. Нашу охрану сильно измордовали, кстати... - Окончательно спятили... - ошалело пробормотал Ларри. - Инокофф и его люди блокировали все входы и выходы в Подземное на старых Приисках и ждут дальнейших распоряжений. Супи блокирует проходы в Лесном и окрест. На Приисках все дырки контролируют старатели и люди Шреттера. Доббин - на прослушивании аппаратуры... Там - как и следовало ожидать, какая-то чертовщина... Ларри окинул взглядом собравшихся. Откашлялся. - В такой обстановке, я прошу Круг предоставить мне Особые Полномочия... - Нет кворума, - резко проскрипел Седой Ханнес. - Инокофф на операции, Шреттер - у себя на центральном пульте Приисков... - Свяжитесь с ними. Если мы будем здесь разводить диспуты, то дождемся второго Шабаша. У этих придурков - у Черного Рыцаря, в смысле, может оказаться с собой ядерный заряд... Процедура наделения Помощника Особыми Полномочиями, хотя и не укладывалась в рамки при царе Горохе писанного протокола, заняла секунд сорок. После чего вся компания перебралась в зал связи, где в свете двух дюжин дисплеев, транслирующих события в Лабиринте, млели от ужаса и досады Доббин и пара его помощников. - Вызывайте Черного Князя по всем каналам, - распорядился Ларри. - Скажите, что если он не отзовется, мы его засыплем там на веки вечные... Как работает регистрирующая техника? - Сносно, - отозвался Доббин. - Но как всегда - частоты плавают и скачут и каналы путаются... Вот это, например, - восьмой канал, а идет по нему трансляция с третьей камеры... - А должно было быть? - С восьмой и должно было быть... А с двенадцатой - сразу по трем каналам поперло - пес их поймет... - Послушайте, - осторожно вставил свой вопрос Кай, - у людей Черного Рыцаря действительно может быть с собой ядерный заряд? - Честно говоря, не думаю, но надо было пугнуть народ. А то Ханнес еще разговор о вотуме доверия завел бы, - вполголоса ответил ему Ларри. - И выходы взрывать мы, конечно не будем - не полные, все-ж идиоты... И тут - легок на помине - сразу на пяти экранах, чертом из бутылки возник бывший Владетель Злых Ущелий, опальный Черный Рыцарь Мо. - Прекратите транслировать ваши скудоумные призывы! - заскрипел его сверлящий голос. - Я и без ваших просьб намерен довести до вашего сведения мои намерения... - Мы слушаем вас, господин Мо, - Федеральный Следователь оказался единственным, кто не был парализован явлением легендарного злодея. Тот, в свою очередь, слегка опешил. Как только не именовали Черного Рыцаря на его веку - только не "господин Мо"! - Не могу сказать, что рад видеть тебя живым, полицейский потрох, - сказал он, сверля собеседника взглядом, от которого у человека со слабыми нервами могла бы приключиться икота. - Вы и ваши недоношенные друзья из Ордена надумали ославить меня на весь мир и свалить на меня гибель обоих последних Наместников этой жалкой планеты, с которой кроме светящегося на разные лады дерьма, именуемого Сырьем, и взять нечего... Да к тому же мне приписали еще и вину в погибели убогого Болотного Шамана... Не выйдет!!! - Господин Мо... - усугубил ситуацию Федеральный Следователь. - Прокуратура Федерации далека от того, чтобы предъявлять вам пока какие-либо... - Мне трижды наплевать на то, что собираются делать паршивые ренегаты! Скудоумие моих бывших братьев по Славному Ордену - вот что поражает меня... Даже таким идиотам, что скопились в Федеральном Управлении, кажется должно быть ясно, что это ваш бесшабашный Роб Арчер, посмевший прибегнуть к Колдовству, не смысля ни уха ни рыла в законах Магии, пробудил Темную Сторону Подземного Царства. Не думайте, что вы одни в курсе его делишек с убиенным Кваком... Придется немного просветить вас - Болотный Колдун давно с потрохами продался Темной Стороне - это в Подземном мире. А на этом свете он давно снюхался с Губертом фон Адрианом и связь с ним держал через Раймонда-магистра. Он приготовил вашему простаку-шерифу колдовскую ловушку, да только секрет ее уволок с собой в могилу... Может Владетель Гремланда что и ведал на этот счет, да его-то Темная Сторона первым и отправила к праотцам... И я не собираюсь брать на себя ответственность за действия этих нечестивцев... И если этот безмозглый идиот - ваш Шериф - еще не обратился в прах, я выловлю его в этом Лабиринте - живого или мертвого! А если вызванное им в этот мир порождение Тьмы - Каменный Монстр - встретится на моем пути, то я знаю, что предпринять. "Монстры бессмертны" - кричат на всех углах адепты Секты. Это не так! Достоверно известно, что ядерная мина уничтожила одно такое чудовище тридцать лет назад. Недаром Нечисть устроила после этого Великий Шабаш. Кому как - а на мой вкус неплохо они попугали жалких людишек... Если Нечисть не оставит мне иного выхода - я не остановлюсь перед тем, чтобы пустить в дело капсулу с антиплазмой! Вряд ли даже мне удастся пережить такое - но вы, жалкие черви, надолго запомните это! Щелчок переключателя. Мозаика изображений на экранах поменялась, и кошмарный лик Черного Рыцаря скрылся с глаз ошеломленной публики. - Вы были не далеки от истины, когда говорили насчет ядерного заряда, - повернулся Кай к Ларри. - Только стандартная боевая капсула с антиплазмой - вещь еще более серьезная... Прииски может тряхнуть так, что... - Если сейчас в Лабиринт спустятся еще и наши, - задумчиво сказал Ларри - там наступит ад кромешный... Остается одно - послать две или три оперативные группы, чтобы надежно ликвидировать возможность подрыва капсулы... - Это означает не более ни менее, как кокнуть самого Мо, - раздраженно заметил Кон. Пока это никому не удалось, как ни тужились... - Капсула весит полторы сотни кило. Вряд ли он ее таскает лично. Надо будет просто отделить взрывника от всего отряда и подержать в какой-нибудь из галерей, до конца операции. Это, конечно, будет ему не по душе, но добровольно взлетать на воздух из-за этого никто не станет... Саперы - люди реалистичные... - А нам-то что делать? - озадаченно осведомился Доббин. - Наблюдать и быть наготове. Они быстро выдохнутся... Только сам Мо, да еще, пожалуй, Генрих кое-что смыслят в том, как надо себя вести в Подземном... Если хоть что-то станет известно о Робе, оперативные группы немедленно начинают действовать сообразно обстоятельствам. Задача - вывести Шерифа на поверхность и, по-возможности, избежать контактов с людьми Черного Рыцаря... Кстати, сколько их? - По всему судя - чертова дюжина. Как полагается. Считая самого... - Кон почесал в затылке. - Я так думаю... Ларри щелкнул переключателем селектора. - Извольте выслушать нас... господин Мо, - ему по вкусу пришлась непроизвольная шутка Федерального Следователя. - Надеюсь, у вас и ваших людей хватит ума не устраивать перестрелку с нашими людьми, если встретят их... - Это зависит от того, насколько умно ваши люди поведут себя... - после затянувшейся паузы отозвался прерываемый помехами скрипучий голос. - Самым умным для них будет вообще не попадаться нам на пути... И если ты, деревенщина, еще раз назовешь меня "господином Мо"... - Постараюсь не делать этого больше, камарад Мо, - отозвался Ларри и отключил селектор. Усталость накопилась и на этот раз открыть глаза было и вовсе уж тяжело. Некоторое время Ларри никак не удавалось сообразить где и зачем он находится. Затем он понял, что лежит он на жесткой кушетке собственного кабинета, куда ушел вздремнуть на часок, а Федеральный Следователь осторожно трясет его за плечо. - Вставайте, Лоуренс. Ваш Секретарь считает, что нам пора вмешаться в события... - Передайте ему, что сейчас приду... Только, вот, лицо сполосну... Господи, вы хоть немного выспались, Следователь? - Целых два с половиной часа, с вашего позволения... Мне пришлось еще проработать кучу материала. Получилась своего рода база данных по показаниям тех, кто встречал Монстра. Или думает, что встречал его... Сто семьдесят четыре случая... Тут мне сильно помогла еще книжка Редферна. Она, знаете, наводит на определенные мысли... - Боже мой! - подумал с удивлением Ларри, подставляя физиономию под струи то горячей, то ледяной воды. - Вокруг люди и монстры норовят свернуть друг другу шею, в подземелье бродят очумевшие рыцари и тикает, возможно, бомба, начиненная антиматерией, самого его чуть не отправили на тот свет, ан - видите ли, господин Федеральный Следователь считают нужным тратить оторванные ото сна драгоценные крохи времени на изучение архивных материалов и научных монографий... - Лучше бы вы потренировались из арбалета стрелять, - с досадой сказал он. - Это вам сильно может пригодиться, если напремся на остатки отряда этого полоумного. - Знаете, это, нам, кажется, почти не угрожает. За последние шесть часов там почти никого не осталось в живых. Кроме самого Черного Рыцаря... Двоих - в совершенно невменяемом состоянии вывели на поверхность спасатели. Еще одного - никак не могут опознать - говорить он не может, а только шепелявит что-то про свои прегрешения - отловили в районе Заброшенных Приисков Инокофф с компанией. Откачали, покормили и отпустили на все четыре стороны... Двое - с капсулой - блокированы в э-э... Сыром Гроте - с ними пытаются вести переговоры... - Дай Бог, чтобы они совсем не спятили... - И семеро погибло - в том числе аббат дю Баррас. Его нашли еще живым, но во-время доставить в пункт реанимации не удалось... Господин Секретарь вам доложит более подробно... - подвел итог Кай, торопливо следуя за Ларри по короткому коридору. Доклад Кона и впрямь был более подробным, хотя и несколько более бестолковым. - Я с самого начала понимал, что добром это не кончится... - мрачно сказал Ларри. - Но чтобы там в одну неполную ночь вся банда Черного Рыцаря полегла - тут вы меня простите... Чем они занимались там, в Лабиринте, дурни проклятые?.. - Да тем, что ловили друг друга и убивали, как можно понять... - с досадой ответил Кон. - Вот схема... Здесь отмечено где кого нашли... Они еще раньше, чем ты спать отправился дурить начали. - Да, - трое оторвались еще при мне... - А там началось... Я, грешным делом, тоже решил вздремнуть - так куда там... Каждые полчаса меня Доббин на ноги поднимал - ничего не мог понять - что за чертовщина творится там... К половине второго ночи только три монитора и действовали... Они и сейчас работают... Доббину я разрешил отдохнуть до пяти утра... - Вообще-то - народ выспался? - В целом - да. Так что прочесывание можно начинать... - задумчиво почесав в затылке, Кон вернулся к делу. - В общем, - картина такая. Стоило там у них кому-нибудь оторваться от других - и все, крышка. Кричать начинает, что Монстр на него идет, глупая какая-то петрушка начинается - ему на помощь лезут, из арбалетов палят... Вот видите, - он показал на схеме. - Эти двое просто укокошили друг друга. Выпалили почти одновременно. А эти - похоже дрались на мечах и так вдвоем и остались... Еще один умер вот здесь - от потери крови - похоже, что тоже кто-то из своих его рубанул... Только вот этот помер естественной смертью... - Неужели от старости? - спросил Кай, и Ларри так и не сообразил - шутит Федеральный Следователь или нет... - Да нет, - для Подземного естественной... - вполне серьезно ответил Кон. - Утонул в Туманной Шахте... И вот - Аббат Трех Смертей... - Как его занесло в Нижние Галереи? - Бог ведает... Словно Дьявол за ним гнался - в самый конец туннеля. А там - Гнилой Камень. Он и ухнул... Но при этом черт-те куда далеко забрался... Как по минному полю - не подступиться... Хомстед и Новик чуть без ног не остались, пока к нему подобрались... Новик, кстати, с камерой был... Вот смотрите запись... Изображение судорожно дергалось - камеру на канате спускали куда-то вдоль покрытой уродливыми потеками стены. Потом некоторое время на экране фигурировал седой облезлый затылок и массивный загривок аббата, данный в крайне неудобной проекции. Стали слышны оклики: - Аббат, мы нашли вас! Вы нас слышите? Вы можете двигаться? - А?! Что?! Что это?!.. - к камере с трудом повернулось серое от ужаса лицо Аббата Трех Смертей, и его налитый кровью правый глаз с ужасом уставился в объектив. Левый смотрел остекленело, куда-то в сторону. Впрочем и вся левая половина лица прелата словно принадлежала другому человеку. Давно и безнадежно мертвому. - Если можете, дотянитесь до камеры... - продолжал орать, словно глухонемому спасатель. - К ней привязан индивидуальный пакет... Вы можете дотянуться? - Д-дьявольское насекомое... - глухим, неверным голосом отозвался аббат. - П-пришло за мною... - Впрысните себе препарат из красного шприца... - гнул свое Хомстед (а может быть - Новик). - Лучше - в сгиб локтя... Достаточно крепко прижать раструб к телу и он сработает автоматически... Нам надо только четверть часа, чтобы разобрать завал... Не теряйте... Почти весь экран загородила окровавленная пятерня аббата. Грозно поднятым перстом он погрозил видеокамере: - Но я-а-а... - язык с трудом подчинялся ему, - но я догадался!.. Постиг!.. Перст поднялся к небесам, скрытым за каменными сводами, а сам дю Баррас попытался придать себе напоследок позу хоть сколь-либо исполненную величия. Предательски зашуршали осыпающиеся куски породы. - Слушайте же: "И чудесами, которые дано было ему творить перед зверем, он обольщает живущих на земле..." - Слышите вы меня там?!.. - Постарайтесь впрыснуть себе препарат, - надрывался в микрофон Новик (или Хомстед). - И Бога ради, не делайте лишних дви... - "...Он обольщае-э-ет, - слова с трудом давались аббату, но голосом он, как ни странно перекрывал отчаянно орущего собеседника, - живущих на земле, говоря, чтобы они сделали образ зверя, который имеет рану от меча и жив". Вот... Теперь вы поняли и я по... Последнее движение дю Барраса оказалось роковым. Физиономия его стремительно исчезла из поля зрения камеры, уйдя куда-то вниз в сопровождении дьявольского грохота осыпающейся породы. Некоторое время камера панорамировала излом скалы, затем экран погас. - Это, в сущности все, - прокомментировал Кон. - Поп ухнул вниз еще на полсотни метров. И вытаскивали его еще без малого час. Да толку уже никакого. Травмы, не совместимые с жизнью, - процитировал он кого-то из медиков. - Оно, впрочем, в любом случае делу не помогло бы - вы же видели: совсем умом тронулся человек - про зверей какую-то околесицу нес и про насекомых... - Про зверей - это из Святого Писания, - неожиданно блеснул гуманитарными познаниями Доббин. - Про Зверя, точнее - Апокалипсис. - Это имеет какой-то смысл, - скорее для себя самого, нежели в похвалу богословской эрудиции специалиста по информатике, заметил Кай. - На мой взгляд, это имеет только тот смысл, что... - начал Кон. И не окончил. Трелью залился сигнал вызова, и возникший на экране Супи сердито уставился на них. Отдуваясь, он помахал рукой собеседникам - мол, не торопитесь, сейчас сам все скажу, и доложил: - Тут, похоже, последнего бедолагу из Переходов достали. Там чертовщина какая-то начала твориться... Ну, сначала трое старателей туда прошли - и враз вернулись. Бледные - что мои подштанники. Говорят зовет там кто-то Помощника... Тебя, вроде, Ларри... - Гос-с-споди, неужели Роб объявился? - Да нет. Странный кто-то. Тебе, мол, велит передать чего-то, а сам по Переходам все уходит и уходит... Ну, они поняли так, что наваждение это - и к выходу. Через Потаенный Кабинет... А там - на пороге почти - и лежит этот бедолага. Генрих Фогельман - ты его знаешь... - Знаю, сукиного сына... - Ну так он сперва от них так и рванул... А потом, как вытащили его в Замок, на свет Божий - рыдать начал и обниматься... и благодарить невесть кого, что за жизнь его заступился, из Лабиринта за ручку вывел... Получается так, что чуть ли не с самим Слепым Джо он там дело имел... - Мало он старательской каши хлебал, - с досадой ответил Ларри. - Не Джо это был, а кто-то из Инобытия его... Да, кажется, я и знаю... кто. - Удивившись собственной догадке, он уставился куда-то в пространство за спиной Супи так, что тот даже нервически обернулся. - Вам не кажется, - прервал его метафизические рассуждения Кай, - что у нас перестали сходиться концы с концами? - Это вы о чем, - начиная тоже что-то прикидывать в уме, заглянул ему в лицо Кон. - Да вот - посчитайте: двоих вывели из Лабиринта спасатели, двое погибли, как вы изволили выразиться, естественной для Подземного Царства смертью - это считая господина дю Барраса... Это четверо. При непонятных стычках погибли еще пятеро... Кого-то одного изловили и накормили люди с "Камчадала"... - десять. Двое саперов с капсулой антиплазмы блокированы в Сыром Гроте - дюжина. И номером тринадцатым проходит господин Фогельман. Спрашивается - где господин Мо? - Господи, - перекрестившись пробормотал Кон. - Неужели нечисть какая человеческий облик приняла и бродит сейчас между нами? - Проще все... Проще! - зло оборвал его Ларри. - Будь я проклят, если эти бестолочи не упустили Черного Рыцаря... - Вы это о ком? - поинтересовался с экрана Супи. - О команде Никиты Инокоффа... Там же все нездешние... Черного Рыцаря только на картинке видели... А тот на выдумки горазд - часто нашего брата за нос водил... Старателей, правда, он тут бы не объегорил... - А в ваши планы входило задержать его? - с некоторым недоумением осведомился Кай. - Случай уж больно подходящий... И повод - хоть куда. Все три Хартии нарушил, мерзавец - суверенитет Приисков и Общины проигнорировал и охрану шахты отделали его люди так, что родная мать не узнает... Это не считая старых дел... - И Федерального Следователя полицейским потрохом назвал, - вставил Доббин, содрогаясь от такого святотатства. А еще раньше - нашего командующего, так вообще... - Ты бы помолчал, Доббин, - прервал его Супи, которому, видно, не улыбалось второй раз услышать определение своей персоны, сформулированное Черным Рыцарем. - Сдать бы его друзьям его заклятым из Ордена... - Э-э-э, нет! - воскликнул Кон. - Они его в момент отпустили бы на все четыре стороны - надо ведь на кого-то и все свои грехи списывать... - Так или иначе, а видно ушел он от нас и в этот раз... - устало подвел итог Ларри. - Вы, Кон, свяжитесь с Никитой и покажите нормальные снимки нашего лучшего друга... А нам с господином Следователем - прямая дорога в Лесной. Как оттуда выйдем на связь - начинаем основную операцию... - Попробуйте потолковать еще немного с этими ребятами, - сказал Ларри, кивнув на уныло сидящих на скамье дружинников Черного Рыцаря. - А я перекинусь парой слов с Генрихом и направлю его вам. Может выудите что полезное... И проверю в каком состоянии путь к Переходам... Перед тем, как выйти, он обернулся и, откашлявшись, неуверенно спросил: - Вы, по-прежнему, думаете, что вам, все-таки, следует спускаться со мной ТУДА? Понимаете, ведь если бы хоть пара тренировочных спусков... А то - так сразу... - Меня просто не поймут, если в момент проведения наиболее ответственной операции я буду сидеть в кабинете и плевать в потолок. Я уже убедился, что оперативный контроль ситуации в Лабиринте с поверхности фактически невозможен... Ларри еще раз кашлянул и затворил за собой дверь. На Генриха, томившегося под охраной двух общинников в предбаннике Потаенного Кабинета, Помощник посмотрел как на нашкодившего мальчишку. Охранникам жестом велел выйти. - Здорово "Папоротник", - ядовито сказал он. - На каком по счету подвиге заминка вышла? До дюжины, думаю, все равно как до Земли пешком... Сейчас пойдешь начальничку своему отчитываться. Персонально. - Господи, ну и засветился я... - только и пробормотал окончательно сомлевший кандидат во дворянство. - Что уж поделаешь, придется тебя твоим орденским друзьям сдавать - пусть разбираются... Только, сдается мне, долго они разбираться с тобой не станут... - Нет, лучше я... - Ладно, не спеши мочить подштанники. Кроме меня и Кона о твоих делишках с Рыжей, в Общине не догадывается никто... Но теперь свои отчеты Управлению готовить будешь в двух экземплярах - понял? Генрих понял. - А теперь, - сменил тему Ларри, - выкладывай, что за странность тебе там явилась, в Лабиринте-то... И кто и как тебя на свет Божий вывел... Запинаясь и через каждые два слова поминая недобрым словом одуревшего вконец Черного Рыцаря, Генрих стал рассказывать, как с первых же шагов по Лабиринту началась путаница и неразбериха в отряде, привычном к лесным или горным засадам, к лихим - "стенка на стенку" стычкам, к осадам и штурмам, но никак не к за углом таящемуся страху и неверному, обманчивому мерцанию сдавленному низкими каменными сводами воздуха... Сначала просто те, кто потрусливей норовили затаиться и остаться в арьергарде - поближе к спасительному выходу, потом стали и впрямь творится странности: отряд рассыпался по лабиринту, началась какая-то дикая игра в прятки, а потом... - Н-не знаю... Одно могу сказать - зрелище, которое я увидел, было жуткое... Как будто, кто-то громадный хотел выйти наружу прямо из скалы... Стену начало распирать и пучить, словно из гранитной глыбы лезло что-то большое и бесформенное... А потом я побежал... И наткнулся на аббата дю Барраса... Он настолько... настолько перепуган был, что я даже сам как-то успокоился... Подошел к нему, чтобы показать путь... Но аббат-то как рванул от меня... Видать пьян был до чертиков... Они, знаете привычку имеют - повсюду с собой фляжку таскать. Такую - объемистую... Так, видать, напрочь ее опорожнил и опупел вконец... Я за ним - он от меня... Все крестное знамение на меня кладет и орет дурным голосом про грехи свои... - Так выходит это ты его на Гнилой Камень собственноручно загнал? - Так что же я - нарочно, что ли? Если у человека шарики за ролики зашли... - Так... Ну а выводил тебя оттуда кто? - Так вот, - в том то и закавыка, что не видел я его напрямую. Сначала из проходов окликать меня стал... А потом, когда я захотел поближе подойти - Стой, говорит, повернись ко мне спиной, иди куда я скажу и не оборачивайся... Я и пошел... А напоследок... - Ты уверен, что это не Роб был... - Да нет - другой совсем голос - с хрипотцой такой, с горечью... И слова тайные говорил - Роб таких знать не может - сами знаете, они у нас, старателей, от отца к сыну только в раннем детстве достаются... - "У нас, старателей...", - сердито передразнил его Ларри. Не тебе такое говорить... - А напоследок - когда уже вышли мы в Проходы, что под Лесным - говорит он мне, мол, что тебя, Ларри, он у входа в Лабиринт ждет... И именем старательским тебя назвал - Ларом Недоучкой... Этого действительно не мог знать Роб. - Ладно, - помолчав, сказал Помощник. - Иди к своему Следователю. Можешь ему все как на духу рассказывать - у Общины, считай, секретов и не осталось... Кроме того, что засветился ты. А про то, как сюзерен твой бывший - Арнольд покушеньице на него готовил - отдельно для нас распишешь, на бумаге. Со всеми деталями... Про Ребекку только особо не распространяйся, и вообще - про все дела с Управлением. Напишешь - анонимный звонок сделал... Мало ли кто потом читать будет твои сочинения, - подумав, добавил он. - А к сатане-то этому в отряд как тебя занесло? - Так ведь без сюзерена-то и оставил меня клятый монстр! Прям хоть по миру с сумой иди... И бароны все вдрызг передрались - кто верх возьмет - одному Господу-Богу понятно. А Черный Рыцарь тут меня и забери под свою руку - ему об этот раз проводник понадобился - чтобы в лабиринт идти, значит... Он и сам, оказывается, в старательских секретах кой-чего смыслит... Где поднатаскался - Бог весть... - Ты о том много не болтай, что сутки в дружине у Черного Рыцаря значился - тебе еще в Орден внедряться... - Помощник приоткрыл двери и жестом позвал охрану. - Отведите к господину Федеральному Следователю, - кивнул он на Генриха. - Дальше - согласно его указаниям. Если таковых не будет - отпустите на все четыре стороны... Оставшись один, Помощник тяжело вздохнул и отворил створки дверей Потаенного Кабинета. В полутьме только его опытный глаз мог различить контур Светлого Знака на камне стены. А может, даже не контур, а воспоминание о нем... Четверо охранников приняли стойку "смирно" при появлении Ларри в Кабинете, глухо звякая разношерстным оружием и смущенно косясь на россыпь окурков в углу... - Вы того... Погодите за дверями ребята, - Ларри откашлялся. - Мне тут одному помозговать надо... И вот что... Если через полчаса не выйду - тревогу поднимайте, не тяните... Озадаченная стража покинула Кабинет. Ларри прикрыл поплотнее двери и, не торопясь, отворил потайной ход. Поднял глаза на темный, мерцающий проход перед собой. И вздрогнул. Прямо перед ним - шага на два погруженная во мрак стояла темная фигура. Тень. - Здравствуй, Лар-Недоучка... - сказал гость, сдвигая с лица грубошерстный колпак. - Здравствуй, Кеннет Парк, почитаемый мертвым... - ответил Помощник. - Двоих головорезов я со спокойной совестью передал в ведомство господина Гильдебранта... - сообщил Кай вошедшему в кабинет Ларри. Голова у Помощника была до такой степени забита совсем другими мыслями, что он не сразу вспомнил, что Гильдебрант - всего-навсего фамилия старины Хэнка, и вообще, речь идет о судьбе остатков лихой дружины Черного Рыцаря. Он только неопределенно махнул рукой в ответ. - На обоих имеются обширные досье. Даже при той э-э... не самой эффективной системе, по которой ведутся записи в здешних архивах, можно не сомневаться что... - Кроме отпетых головорезов в команду Черного Рыцаря никто не попадает... Пусть эти ребята любуются небом в клеточку хоть до конца жизни... Они это честно заработали. А вот в отношении господина Фогельмана я счел возможным ограничиться домашним арестом. В номере местной гостиницы. Он в этой банде человек случайный... - Разумеется, - елейным голосом отозвался Ларри. - У Общины нет претензий к парню. Я распоряжусь отпустить его... Думаю, правда, что он снова подастся в услужение кому-нибудь из графьев, да это уж его дело... А про себя подумал: "Ну, "голубую кровь" Генрих еще вокруг пальца обведет - как-никак, а старательская закваска в нем есть, только вот, как пить даст, расколет его рыжая шалава... На первой же встрече все из него, дурня, и вытрясет..." И, снова помрачнев, сменил тему: - Встреча у меня была. Только что. В Потаенном Кабинете. Дурака я свалял большого... Вы собирайтесь. Мы оттуда и тронемся... Там и поговорим. У вас было время потренироваться? - Ларри кивнул на легкий старательский арбалет, который Федеральный Следователь не слишком умело пристраивал за плечами. - Не слишком много. И я бы не сказал, что результаты уж слишком хороши... Так с кем вы встречались? Ларри угрюмо мотнул головой, пропуская Следователя в коридор и задумчиво сопя потопал вслед. Только отворяя двери Кабинета он сказал глухо: - Уж и не знаю, стоит ли вас в наши здешние секреты путать, только иначе не получится... Он стал проверять детали своей амуниции. Кай последовал его примеру - кожаный старательский наряд с чужого плеча, хотя и был ему в пору и даже, вроде, к лицу, оказался слишком уж непривычен. Искоса Следователь поглядывал на Помощника, ожидая продолжения рассказа. - Словом, сам Парк мне явился... - с трудом выдавил из себя Ларри. - Я как в Общину от Болотных Дедов ушел, так его и не видел... Он и колдунам-то не всем является... А меня искал оказывается... С того дня как Роб в Подземное спустился... - Я бы не сказал, что хорошо понимаю то, что вы говорите... - заметил Кай, с беспокойством присматриваясь к собеседнику. - Кеннет Парк, почитаемый мертвым, - отчеканил Ларри, - ученик Слепого Джо и Инобытие его... Мой крестный по Секте... - Стоп, стоп, стоп, - прервал его Кай. - Одна из улиц в Старом Городе носит имя этого человека... - Это после Шабаша так назвали... Он тогда совсем молодым был... Вывел из Подземного всех, кто там был в то время... Почти всех... Там много народу тогда было - промышленные разработки... Людей-то он вывел, а сам - погиб... - Простите, но... - Я же говорю - старательские секреты с ходу не всякий прочувствует... Для Верхнего Мира - погиб он, и память о нем увековечена, а для Подземного Царства - душу свою Хозяевам Светлого Зала вверил и преобразился. Только на считанные часы может на свет Божий выходить, а жить должен в Подземном - оно его бережет и своей силой питает... Через него Секта многие тайны узнает... Найти его даже колдуны не могут - пока сам не захочет кому явиться... Вот я, оказывается, сподобился... Да тут игра получилась в кошки-мышки... Он за мной - я от него. То по замкам нас носит, то заседаем до посинения, то с бандитами воюем... А самое во всем этом деле глупое - так это то, что свести он меня хотел с Робом, а я же сам своими руками всю эту затею и порушил... - Давайте по-порядку, - успокаивающим тоном сказал Кай, присаживаясь на край стола. - Прежде всего - для меня - большая новость ваши отношения с Сектой... Я, правда, нашел в вашем жизнеописании несколько строчек о том, что детство вы провели в лесных скитах, но ведь в дальнейшем... - Это точно, что в скитах. И плохому там меня не учили... Туда не случайно попал - у Секты глаз острый - подбирали детей, что Шабаш пережили и ни дурачками не сделались, ни страха великого не испытали... Я из таких, как раз... Сам не помню - мал был, но, говорят, в брошенном городе, куда и все нос сунуть боялись, подобрали меня... Про родителей - так, считайте, ничего не знаю... Верней всего погибли, а может и живут где-то, но меня наверняка в живых не числят... На минуту Помощник задумался. Потом продолжил, с трудом подбирая слова: - Худому Колдуны не учили - это точно. Там не все такие как старый Квак был, царствие ему небесное... Почти все из исследовательского корпуса - грамотнее не сыщешь. По вашим-то меркам, конечно, чокнутые они все, ну да это - как посмотреть... А учился я неплохо... Чудес не творю, но как голову в Горном Краю уберечь от злых сил - с детства знаю... И в Подземном не раз побывал в таких местах, куда простой старатель и под страхом смерти не полезет... И была бы мне в Секту прямая дорога... Только ведь в нее, в Секту, никто силой не тянет. Два раза дают тебе с этой дорожки сойти - в четырнадцать лет и в восемнадцать... Перед главными обрядами... Ну а тут Вторая Освободительная началась, и Роб меня и сманил в свой отряд. Я не такой человек, чтобы пока каратели целые села вырезали и жгли, тайные знания изучать... А я к тому времени уже у старателей жил - с семи лет ученику Секты в миру жить положено и ничем себя не выдавать - а в лесной скит ночами пробирался, так что не в четырех стенах отсиживался - своими глазами видел, что творится... В общем, ушел я от Секты, да ниточки с тех пор все равно тянутся... - У вас сложная биография... - Да уж, - не жук накакал... - вежливо согласился Ларри. - Только давайте про дело, а то выступать пора... В общем, дознался Кеннет про то, что Квак на Роба Ложное Заклятие наложил и доискался где Роб в Лабиринте бродит. Только тут сам он ничего поделать не может - без человека из Верхнего Мира... Заклятие его с Робом разводит... Нельзя им друг к другу приближаться. А когда выяснил, что я тут с дури эту бузу с прочесыванием Лабиринта раскрутил, да еще Светлый Знак показал прилюдно - так совсем осерчал старик... - Ну что-ж, все мы в этом деле не на высоте, - горьковато усмехнулся Кай. - Ну заработали вы от своего крестника выговор, а вот делу-то он собирается помогать? Пусть ведет нас к господину Арчеру. Хотя в сложившихся обстоятельствах отменить прочесывание мы уже не в силах. Двое саперов с зарядом антиплазмы и неполная ясность с самим Мо... Это, как говориться, требует мер... - Что до Черного Рыцаря, то тут я голову даю на отсечение, что это именно его накормили до отвала и пустили гулять дальше добросердечные головорезы кэпа Инокоффа. Вот с антиплазмой - дело посерьезнее. Этим пусть и займутся основные наши силы. А мы берем на себя Роба. Если поторопимся, еще до полудня доберемся до него. Тут старик мне приметы четкие дал. Главное будет, когда дойдем до этих мест... - Помощник вытащил из внутреннего кармана своей потертой, но надежной куртки кальку с прорисовкой очень детальной, но в странном, средневековом стиле выполненной схемы какой-то части Лабиринта. - Вот. Это вам надо сейчас запомнить железно. Тут и будем кружить. Вчетвером. - Мы двое, Роб и господин Парк? - Да нет, на Кеннета вы не рассчитывайте - я же говорю: Заклятие его в стороне держит. Иначе бы на черта мы ему там сдались? Четвертым будет друг наш дорогой, что Каменным Монстром зовется. Старик его там же и заприметил - тоже, видно его Ложное Заклятие притягивает, да подступиться к Робу не дает... Ведь смотрите - три раза сходились они - а, ведь ни разу под землей. Все здесь, где Заклятие иную силу имеет... - Сомневаюсь, что нам в таком случае пригодятся арбалеты... - скептически заметил Федеральный Следователь, не отрывая глаз от схемы. - Вся надежда на то, что на Роба мы выйдем чуть пораньше, чем на этого неприятного зверька... Хотя, у меня есть свое мнение на этот счет. - Арбалеты, если и сгодятся, так только от нашего брата - человека - если все-таки кто из людей Черного Рыцаря там в переходах плутает. А для Монстра старый Парк нам вот что оставил - он протянул руку к накрытому потертым брезентом плоскому, вытянутому в длину предмету, лежавшему на столе. Его очертания напоминали щит. Только мне этого в Подземное с собой брать не негоже. Я Древние Запреты в Верхнем Мире почти и позабыл, а в Подземном назубок помню... Придется вам доверить - вы Колдунам ни в чем не клялись, на вас и греха не будет... - Хотите, я догадаюсь, что это такое? - Неужели и Книгу Запретов раздобыть сумели? - Нет. И не слышал даже про такую... - Ну валяйте, Следователь... - Это зеркало. Обычное зеркало. Ларри поднял брезент, задумчиво дохнул на темную гладь тяжелого стекла. Протер ее рукавом. - Только не обычное... Магия, с вашего позволения... Вы меня заинтриговали, господин Следователь. Если вы по дороге расскажите мне как... - Я же сказал, что у меня появились свои соображения. И если, как вы говорите, по дороге... Да, возьмите ваш рисунок - теперь я его могу воспроизвести по памяти. - У вас, что - "Минолта" в глазу сидит, или как? - без большого доверия к словам Следователя осведомился Ларри. - Да нет - просто мнемотехника в нашей конторе поставлена на довольно приличном уровне. И раз в полгода - мнемокондиционирование. Нам пора? - Пора. - Ларри включил блок связи. - Говорит первый. Прошу группы доложить о готовности. - Пропускайте каждую седьмую ступеньку - следите за тем, как иду я... - не оборачиваясь, проговорил Ларри. - Дальше будет довольно спокойная галерея и у вас будет возможность рассказать о ваших предположениях, господин Следователь. А сейчас - осторожнее... - Который час? - Кай недоуменно воззрился на индикатор своих часов. Всегда у него было отличное чувство времени, а вот сейчас он не мог отделаться от ощущения, что провел под этими низкими, давящими сводами уже большую часть суток. Но часы говорили обратное - всего один час и сорок минут. Только со временем приходило осознание грандиозности и сложности всего того, что было только небольшой частью Подземного Царства и даже только небольшого его закоулка - Заповедного Лабиринта. Сначала это казалось чем-то вроде затянувшейся экскурсии по подземельям какого-нибудь замка или монастыря - там на Земле... И только когда над головой вдруг разверзлась мерцающая бездна Шатрового Зала, стало понятно как глубоко в толщу горы забралась пара муравьишек-людей... А потом был низвергающийся в невидимую бездну подземный водопад, и идти приходилось по узкому проходу между двумя стенами - стеной уходящей вверх скалы и стеной почти бесшумно летящей вниз воды. И еще за эти час сорок минут были огни, танцевавшие в глубине пересекавших их путь боковых проходов, и теперь - вот эта лестница. И это только заканчивались переходы. Лабиринт был еще впереди... - Ну вот, впереди будет малость полегче - до Путаных Штреков. Там, кстати, с новичками почти всегда случаются разные... глюки. Не принимайте близко к сердцу, но скажите мне как только заметите что-то подозрительное... И вообще, почаще подавайте голос. Сейчас самое время вам рассказать о ваших предположениях... - Видите ли... - казалось Следователь, столкнувшись с Подземным Царством вплотную, усомнился в своих теоретических построениях. - Видите ли, все рассказы о встречах с Каменным Монстром сильно отличаются от подробных описаний и даже недостоверных видеозаписей периода до Великого Шабаша. - Чем же? - Полным разнобоем в описаниях деталей. И отсутствием конкретности... Каждый из рассказывавших о таких встречах за последние шесть лет испытал дикий, ни с чем не сравнимый страх, но не мог вспомнить, в чем конкретно состояла опасность. У меня сложилось впечатление... - Разве недостаточно того, что вы оказываетесь лицом к лицу с противником, который вас может просто в буквальном смысле размазать по каменной стене? А вы ему не можете причинить ни малейшего вреда. Монстры бессмертны! - У меня сложилось впечатление, что каждый из встретивших Монстра видел что-то свое - лично для него очень страшное, что осознавал как известный ему персонаж легенд... Что-то происходило с их механизмом опознания... - Если вы к тому клоните, что это все галлюцинации, так ведь мы троих покойников имеем... - Я бы не назвал это галлюцинациями. Но, ведь и ни одного задокументированного свидетельства реальности этого чудища за эти годы мы не имеем... Просто то, что вы тут окрестили Каменным Монстром, скорее находится внутри людей, нежели вне них... Дикий, оглушительный крик метнулся под сводами галереи и тут же оборвался. Следователь и Помощник переглянулись. Замолчав, и взяв арбалеты наизготовку, вжимаясь в стены, они двинулись вперед. Там их действительно ждал вход в штреки, которые недаром звались Путаными. Передвигаться бесшумно стало невозможно. - Так, это, похоже, не глюк... - пробормотал Кай, осторожно ставя щит-зеркало к стене и приседая над тем, что напоминало куль черной ткани, небрежно засунутый в низко расположенную расселину. Ларри подстраховал его, зорко поглядывая вдоль уходящего в темноту прохода. - Ч-черт... Это же, ведь Тадземару... - пробормотал Кай. - Кто это его... О камень пола звякнула окровавленная звездоподобная "зубчатка". Оружие "ниндзя". Осторожно двигаясь вперед, они наткнулись и на Сосеки. Тот сидел в странной, нелепой позе, уронив на грудь голову, и был безнадежно мертв. Кровь темной лужей заполняла весь узкий проход, так что нельзя было подойти к телу, не наступив в нее... - Это и называется харакири, - пробормотал Ларри. - Так же вот себе кишки выпускали люди Сато, когда их брали в плен... Еще потом лучший друг должен был отрубить ему голову... Но своего друга он прикончил, похоже, сам... - Не знаю как насчет дружеских отношений - не знаю - но не такие это были люди, чтобы передраться, находясь на задании... Они, ведь, здесь из-за меня. Продолжали выполнять волю Учителя Сато... - Обознался он в сумерках и вкатил коллеге "колесико"... А когда понял, что натворил... - Думаю, что по-крайней мере наполовину вы правы, Лоуренс... - Кай достал блок связи и коротко сообщил в штаб операции о жутковатой находке. В ответ блок связи вежливо пискнул, затем разразился оглушительным - особенно в зыбкой тишине Лабиринта - шорохом: можно было подумать, что на том конце линии связи только тем и были озабочены, что мять перед микрофоном огромные листы бумаги, вроде тех, на каких на заре печатного слова выходили субботние газеты. Затем сквозь этот шум прорвался голос Кона: - Ларри, вы слышите меня? Эти черти выбрались-таки из Сырого Грота. Ты слышишь? - Слышу, - приглушенно и зло отозвался Ларри. - Видно Блуждающий Проход опять открылся... Одним словом вырвалась саперная группа - Кениг и де Арль и волочет чертову капсулу по направлению к кварцевой стене... - То есть - прямиком на нас, - быстро сориентировался Ларри. - Если не перехватите этих двоих, неизвестно что они там удумают... Высылаю вам троих на подкрепление... - Здорово! - со злобой комментировал Ларри сложившуюся ситуацию. - Просто здорово! Они там вдесятером не удержали их и теперь нам это все расхлебывать - двое надвое... Подкрепление сюда еще час добираться будет... - Мы не разминемся с людьми Черного Рыцаря? - озадаченно спросил Кай. - Если успеем выйти в Колодезную Пещеру, то деваться им некуда... Там узлом сходится вся сеть галерей этого уровня... Берите свой арбалет наизготовку... Колодезная Пещера, славная особо мерзостным нравом, была по сути дела просто расширением туннеля-расселины, с одной стороны уходящим на сотни метров вниз - в затопленный водой ледяных подземных ключей Озерный Горизонт. Здесь почти не требовались прожектора - концентрация Сырья в сводах была настолько велика, что в его трепетном свете можно было читать. - Черт, холодом так и веет из провала, - досадливо заметил Ларри и сдавленно откашлялся. - Не жмитесь к стенкам - здесь Сырье вроде как репейник - будете по ночам спиной светить... Лучше заляжем в проходах - вы вон в том, а я - в этом. И друг друга подстраховывать будем и все остальные ходы-выходы... Закончить ему не удалось. В воздухе повис звук спущенной тетивы и короткая стальная стрела навылет вошла Помощнику пониже правой ключицы. Кай не говоря плохого слова хлопнулся на сырой пол пещеры и откатился за выступ стены как раз в тот момент, когда в то место, где он только что приник к земле, ударила вторая стрела. Он, почти не целясь, выстрелил из своего арбалета в проход, из которого в них бил невидимый стрелок, и подхватив под мышки осевшего у стены Ларри, попытался оттащить его сразу отяжелевшее тело в расщелину у себя за спиной. Инстинктивно он ждал третьей стрелы и уповал только на то, что угол, в котором они оказались зажаты, достаточно темен. Ларри стиснув зубы ругался местными проклятиями, что внушало некоторые надежды на то, что проклятая стрела не доконала его вконец. Он даже сумел неловко прицелится и упредить третий выстрел противника стрелой из своего арбалета. И это - будучи влекомым в самой неудобной позе и, к тому же - судорожными рывками. Укрывшись в скальной щели и впрыснув раненому напарнику стабилизатор, Кай вытащил из поясной кобуры блок связи и с удивлением отметил, что успел врубить SOS. Вдавив клавишу канала экстренной связи он хрипло выкрикнул в микрофон: - Кон, вы слышите меня?!.. Корнуэлл ранен. Эти саперы обстреляли нас из арбалета. Срочно нужна медпомощь! Вы можете пошевелиться там? - Держитесь! - энергично отозвался штаб операции. - Высылаю еще троих. И заворачиваю к вам группу Себастьяна... - Продержаться надо не менее сорока минут, - прикинул Кай. Извлечь проклятый дротик нечего и думать - откроется страшное внутреннее кровотечение. Пять стрел у меня, и у Ларри в колчане - еще пять... - ставшими вдруг непослушными пальцами он оттягивал рычаг натяжения тетивы и вставлял стрелу в паз. - Бога ради не делайте резких движений, Лоуренс, - попросил он. - И держитесь, держитесь, пожалуйста... - Держитесь! - вдруг раздался из динамика глухой, забитый шуршащим Голосом Сырья голос. - Я иду к вам. Черт с ним, с этим заклятьем. Будь что будет, только я не дам тебе загнуться здесь, Ларри! - Господи, - вы слышали? - слабым голосом воскликнул Ларри. Поперхнулся, кровь узкой струйкой побежала из уголка его рта... - Это же Роб! Роб, черт возьми... - прошептал он. - Ну что же... - Кай, держа наготове арбалет выглянул в пещеру. - Как говорил один мой знакомый контрабандист - у всякого минуса бывают крупные плюсы... Он осекся. То что он видел не располагало к оптимизму - на скользкий пол пещеры из черной дыры прохода выползала гигантская - со свинью размером, стальная мокрица: поддерживаемая воздушной подушкой самодвижущаяся капсула-транспортер антиплазмы. А в полудюжине шагов за нею, собранный в готовую к нападению с любой стороны позу, сжимая в одной руке арбалет, а в другой - пульт дистанционного управления, осторожными шагами шел невысокий, закованный в кольчугу воин. - Кто это - Кениг или де Арль? - машинально подумал Кай. - Второй или ожидает в засаде, или сгинул по пути сюда от Сырого Грота... Второе предпочтительней. - Ну, где ты прячешься, каменное чучело?! - хрипло выговорил водитель капсулы. - Раны зализывать уполз, сука? Выходи - у меня есть чем тебя угостить... - Да он спятил, - выдавил из себя Ларри... - Он - этот дурень меня за... Говорить он уже почти не мог. - Нет, Лоуренс, это не сумасшествие... - пробормотал Кай, вкалывая ему самый сильнодействующий из захваченных с собой препаратов - "лед" - вызывающий переключение организма на анабиоз. Риск был большой, но жизнь уходила из Помощника на глазах... - Боюсь, это то, что я думал... Ларри, цепенея под действием препарата, откинулся к стене. - Эй! - крикнул Кай. - Эй! Мы не будем нападать на вас! Вы ранили человека, который шел помочь вам... - Господи, - дико озираясь пробормотал воин. - Да здесь люди... Где вы? Покажитесь, Бога ради... Дальше события развивались со скоростью дурного сновидения. Кай приподнялся над заслонявшим его осколком скалы. - А-а-а-а!!!! - истерически завизжал воин, выпуская в него стрелу. - А-а-а-а-а!!! Голоса!.. проклятые голоса!!! На, получай!.. Мимо. Кай выстрелил на долю секунды позже противника и тоже промазал. Тот успел отскочить к краю провала, с трудом удержавшись на его краю. Времени на то, чтобы заново снарядить арбалет у Кая уже не было. Не потому, что профессиональный боец опередил бы его, нет - тот отбросил оружие в сторону, а потому, что на каменный пол полетела серебристая проволочка. Сантиметра в три длиной, продетая в колечко - предохранительная чека дистанционного взрывателя. Теперь только небольшое движение пальца воина отделяло всех кто находился в Лабиринте и Бог весть скольких людей там - снаружи от мгновенного уничтожения. И воин это движение явно собирался сделать. Уже делал его. Может, задержался на миг, прося прощения у Господа. Но тот повернул дело по-своему. По крайней мере, Кай успел сделать единственное, что мог - пустить в противника единственный метательный снаряд, который был в его распоряжении - магический дар Кеннета Парка. Зеркало. Вправленный в металл, кусок тяжелого стекла пришелся воину в скулу. Он даже схватил его, видимо, чисто рефлекторно - по боевой привычке. Но, так и не удержав равновесия, вместе с зеркалом исчез за гранью обрыва. Дистанционный пульт кувырком полетел на камень, и Кай как футбольный вратарь - мяч, накрыл его корпусом. На ощупь снял заднюю крышку и вытряхнул элемент питания. Поднялся и, подойдя к провалу наклонился над ним. На мгновение, в зыбком свете Сырья ему показалось... - Нет! - он отшатнулся от пропасти, а та ответила ему диким криком ужаса, донесшимся далеко снизу. Потом посыпались камни и где-то на невероятной глубине тяжело всплеснула вода. Спуститься вниз, на помощь тонущему воину смог бы только профессиональный спелеолог, с комплектом оборудования. Да и в этом случае, ледяная вода успела бы сделать свое дело гораздо раньше, чем человек. Кай бросил коробочку пульта в тускло мерцающую бездну, тяжелым каблуком раздавил батарейку и от греха подальше затолкал тихо шипящую капсулу в небольшой грот. Присел над оцепеневшим Ларри и попытался оценить ситуацию. Решение ему предстояло принять далеко не простое. До сих пор ему не приходилось оставлять одного без помощи тяжело раненного человека. Притом - человека, с которым успел уже по-своему сдружиться... Но и времени уже почти не оставалось. Как никогда раньше, он ясно понимал сейчас, что если Роб Арчер встретит сейчас на своем пути кого-либо, кроме него - Кая, то разразится новая беда. Он перевел блок связи Ларри в режим радиомаяка и коротко продиктовал в свой микрофон: - Группа спасения, слушайте меня внимательно. Один из саперов уничтожен. Второй, видимо, погиб по пути сюда. Капсула находится в Колодезной Пещере. Я должен двигаться в направлении Тройной Пещеры. Корнуэлл в тяжелом состоянии. Ориентируйтесь по сигналу радиомаяка на волне SOS. Поторопитесь. Штаб и все группы поиска. Не двигайтесь по моим следам. Избегайте района Тройной Пещеры. Я кончил. На недоуменный голос Кона, доносившийся из блока, он постарался не обращать внимания. До места назначения было уже недалеко. Он осторожно шел вперед, вглядываясь в тьму поперечных переходов и стараясь не сосредоточиваться на тяжелой досаде, поднимавшейся из глубины души. Слишком надолго затянулись его размышления. Слишком долго он боялся своими рассуждениями человека со стороны запутать и без того не простое дело. И теперь, когда все убеждало его в собственной правоте, он умудрился остаться практически безоружным... Впрочем, Подземное Царство оставило ему еще один - маловероятный - шанс. Первый раз он заметил Монстра боковым зрением. Тот, как и тогда - в случае Кемпински, вспомнил Кай - не торопясь брел по параллельной галерее. Второй раз они уже взглянули друг другу в глаза. Кай не помнил - ощущал ли он когда-либо раньше такое острое чувство ужаса... Но продолжал отрабатывать задуманную программу чисто механически: он поднял руку в полуприветственном жесте и отступил вглубь низкого - в половину человеческого роста лаз. К счастью, он вел в нужном направлении. Разогнувшись в соседней галерее, он поискал глазами следующий участок пути для отступления. Монстр не заставил себя ждать - он появился в плохо освещенном торце туннеля. Тускло сверкнуло Малое Лезвие Судьбы. Кай снова помахал Зверю рукой и отступил. Снова и снова. Робин Арчер - Большой Шериф прикинул на вес свое оружие. Оно стало слишком тяжело за последние сутки. Так же, как и навалившиеся на плечи своды подземелья. И сам его воздух, который со все большим трудом входил в легкие и напрочь отказывался выходить из них. Знаки Развязки. Слишком долго не видел он солнышка, слишком долго - теперь уже инстинктивно избегал людей, словно это они, а не Зверь выслеживали его, были ему врагами. Слишком давно не видел сына. Даже во сне. И, скорее всего, не увидит больше. И все-таки, набрав в грудь этого тяжелого как кварцевый песок воздуха, он шагнул в зал, где ждал его Зверь. Единственный зал, вход в который был ему заказан заклятием Болотного Шамана. В Зал Зеркала. Он приготовился начать бросок прямо от входа - не так уж и велик был этот Зал, но все-таки не рассчитал расстояния. А точнее - свои силы. Пять или шесть шагов пришлось сделать на полусогнутых, преодолевая тошнотворный липко-холодный страх, выдавливавший бисерины пота на заросших щетиной щеках и скулах. Главное - не встретится взглядом с Монстром. А тот и не думая нападать первым, замер у тускло поблескивающего - словно на ребро поставленное озеро - Зеркала - странного порождения игры стихий, сотворивших Лабиринт. - Погоди, - прошептал он сухими губами больше себе, чем противнику, - ПОГОДИ... - И в самом деле, не торопитесь, Шериф, - глуховатым голосом сказал Зверь. Вы неважно выглядите - посмотрите на себя в зеркало. Да и на меня тоже... Наверное, ничего не может быть страннее того момента, когда рассыпаются злые чары. Во всяком случае, два усталых человека, стоявшие перед громадой Зеркала были довольно озадачены. Оба - Большой Шериф и Федеральный Следователь. ЭПИЛОГ. ВЕСНА И СХИМНИК Федеральный Следователь поднял воротник пальто и зябко поежился - несмотря на ласково поблескивающее в небе здешнее солнышко, холодный ветер все еще пронизывал до костей. Никак не хотела уходить эта злая, под самую завязку нагруженная работой, зима. Меньше всего Кай ожидал, что его миссия на Парагее растянется почти на треть года... Что вместо привычного дела ему придется высиживать долгие часы на заседаниях Объединенной Комиссии и Комитета по Контактам, в состав которых пришлось войти в результате столь странного завершения его расследования. Что имя его будет теперь фигурировать в солидных монографиях по истории контактов с внеземными цивилизациями. Слава Богу, что удалось избежать официальных торжественных проводов - только Помощник, точнее просто Ларри Корнуэлл, раз уж прощание было неофициальным, сопровождал его в Космопорт. Мирская слава сотрудникам Управления Расследований была строго противопоказана. - Знаете, я вас нарочно сюда привез пораньше, - пожевывая неведомо где на этой железобетонной равнине сорванную былинку, признался Ларри. - Чтобы время было поговорить по-человечески. Хочется как-то закончить все эти наши... разговоры и споры. А то - все как-то набегу... Я имею ввиду то, о чем мы болтали, пока я в госпитале валялся... Я, знаете, серьезно ко всему этому отношусь... - Признаюсь, я и сам не прочь поставить какие-то точки над "и" и черточки у "тэ"... - задумчиво согласился Кай. - Только, вот, мне кажется, что нам друг друга не переспорить. Может, потому что у каждого своя правда, а может, потому, что мы просто разными словами называем одни и те же вещи... Вы, вот, к примеру, говорите "Те Что в Стенах", а Академическая Комиссия это называет "кремний-органическая форма разумной жизни..." - Есть и разница, следователь, есть... Для ваших академиков не существует Темной и Светлой Сторон Подземного Царства, а для каждого рядового старателя это сызмальства, как вы говорите, аксиома... - Это ведь очень просто, - Кай глянул в глаза Помощника. - Все доброе приписывать доброму Богу, а все плохое - злому. Дьяволу. А природа просто не знает добра и зла. - Он осекся. Задумался над чем-то. Должно быть о том, где же действительно находятся Добро и Зло... Потом, подбирая слова, постарался как можно более просто объяснить то, что сумел понять за эти суматошные месяцы. Действительно, в каком-то смысле все было просто... Просто несколько тысяч лет назад на Парагею совершил неудачную посадку комплекс перемещения в подпространстве. Построенный иной цивилизацией, в иной части Вселенной. Подземное царство и весь Горный Край - это руины этого комплекса. Бесконечно сложного, построенного на принципах субквантовой элементной базы, которую только еще начали разрабатывать самые "дальнозоркие" теоретики нашей, человеческой цивилизации... А все колдовство и магия Горного Края - не что иное, как странные и страшные попытки уцелевших обитателей этих руин вступить в контакт с водянистыми хлипкими существами, в разумность которых они уверовали только когда столкнулись с результатами действия их технологий. После чего, собственно и занялись нами всерьез. Точно так же, как и люди никак не могли взять в толк, что странные каменные твари, то-ли встречающиеся, то-ли мерещащиеся старателям в сумрачных лабиринтах - существа, наделенные разумом. И самым страшным в этом столкновении был момент, когда руководство Приисков решило без особой рекламы избавиться от докучливого призрака с помощью термоядерной мины. Впервые после многих тысяч лет, прошедших после столкновения с Планетой, подземные хозяева Горного Края вспомнили о том, что и их можно уничтожить. До этого "фактор смерти" практически не фигурировал в логике их существования. Уж если в чем и сходились оценки экспертов всех Семи Академий Федерации, Армии, Управления Расследований и даже тех колдунов Секты, которые согласились сотрудничать с Комиссией, так это в этом пункте - практическая неуничтожимость и чрезвычайно сложный, веками протекающий процесс их самовоспроизведения, определил совершенно иную философию бытия Минерального Разума. Совершенно иную организацию эмоций. Если то, что управляет поступками Истинных Монстров можно назвать эмоциями. Именно Истинных. Потому что то, что бродило по галереям Подземного Царства после того, как кончился Великий Шабаш, было подделкой. Если до той поры хозяева подземелий были просто безразличны и к самим - довольно редким - встречам с белковыми созданиями, и к попыткам этих существ атаковать их или причинить какой-то вред, то после того, как такая попытка удалась, все силы кремниевых пришельцев были брошены на то, чтобы понять и предсказать дальнейшие поступки своих углеродных соседей. Не то, чтобы ими двигал страх - эта эмоция у них если и существовала, то совсем не в такой форме, как у людей. Скорее можно понять это как реакцию на неожиданно открывшуюся возможность использовать контакт с человеческой цивилизацией для возвращения в свой мир - только после происшедшей катастрофы стало понятно, что от такого партнера можно ожидать понимания технологии, основанной на физике элементарных частиц. К счастью ли, к несчастью, но человеческий мозг оказался открыт для воздействия сложного излучения, которое генерировала субатомная машинерия Подземного царства, и именно страх оказался первым из эффектов, которые надежно и с хорошей воспроизводимостью научились вызывать в нем хозяева подземелий. И постарались они на славу: на несколько лет - период Великого Шабаша - Горный Край стал царством ужаса. Наименее восприимчивыми к этому воздействию оказались самые адаптированные к нему поколениями работы в самом его источнике объекты - Старатели. После этого сравнительно неудачного крупномасштабного эксперимента воздействия стали тоньше и индивидуальнее. И родилась Секта - своеобразный, замкнутый мирок людей, оказавшихся необычайно восприимчивыми к воздействию на их сознание и в то же время, способные его более или менее адекватно оценивать... Но, став восприимчивым к чуждой, нечеловеческой информации, их разум перестал быть механизмом, полностью соответствующим критериям человеческого общества. Возник иной, замешанный на мистическом мировосприятии, способ мышления, построения человеческих взаимоотношений - сложные правила поведения, Древние Запреты... Но недостигнутой оказалась главная цель - осталось непредсказуемым поведение основной массы типичных людей при встрече с хозяевами Подземного Царства в их истинном обличье. И как раз эту проблему Хозяева попытались решить, прибегнув к помощи того странного сговора, что заключили между собой Болотный Старец и Большой Шериф. Свой интерес нашел в этом сговоре и Орден в лице прожженных интриганов Де Рэ и Шталленштрасса, с которых Старец содрал немалые денежки, пообещав втянуть Шерифа в магическую игру, в которой не сносить ему головы. А если бы затея окончилась удачей, старый Квак мог бы претендовать на сильное повышение своего статуса в Секте... Довольно трудно в двух словах объяснить полностью смысл затеи Минерального Разума. Чтобы изучить реакцию людей на Истинных Монстров, им решили представить монстрами друг друга. Заклятие, наложенное Старцем на Роба, представляло собой довольно сложный комплекс психофизиологических воздействий, наделивших его качествами мощного гипноиндуктора. На какое-то время его мозг превратился в мощный преобразователь излучения Сырья, которое после такого преобразования как бы приспосабливалось к взаимодействию с нейронными структурами других людей, приобретало способность создавать в их сознании целенаправленно искаженные образы. Подвергнувшись действию такого преобразованного излучения, всякий встречный видел в Робе Монстра. Да и в любом другом встречном - тоже. И сам он становился жертвой той же иллюзии. Но только уже в отношении других людей. Вот что старый Квак внес в затею от себя - так это клятву Монстра уничтожить. Трудно сказать, что двигало им - скорее всего игра в пользу Ордена. Кай откашлялся и с некоторым подозрением покосился на собеседника - не отскочила ли от того заумная научная лексика как от стенки горох. Убедившись, что нет, он осторожно продолжил: - Именно симметричность происшедших убийств - мнимого, беспрерывно, словно феникс из пепла воскресающего Монстра, и его жертв - открыла мне глаза на суть происходящего, дорогой Лоуренс, - признался Кай. - Простое стремление отбросить лишние и ничем не подтверждающиеся детали, упростить картину, привели к мысли о том, что никакого Монстра нет и не было, а все три убийства совершил он сам - Большой Шериф. Косвенно об этом свидетельствовали данные экспертизы - дактилоскопия, восстановление параметров нападавшего по характеру нанесенных ранений - ну и тому подобное... За тем исключением, что такая версия совершенно не вязалась с психологической характеристикой Робина Арчера, от кого бы не исходила такая характеристика. Оставалось предположить, что либо вокруг меня разыгрывается чудовищный спектакль, все участники которого удивительно согласованно и совершенно бесцельно врут мне в лицо, либо Арчером, как и всеми участниками этих трагических происшествий владело непонятное безумие... В конечном счете, я остановился на последнем предположении. Господа Паркер и Шреттер, замечу вам, очень во-время толково ввели меня в курс дела. Практически они, да еще книжка Редферна дали мне ключ к первоначальному объяснению происшедшего. И подсказали способ проверки. И способ, вообще... разрешить ситуацию... - Пустив в дело зеркало? - Это был простейший из возможных приемов. Когда человек предстает перед собой в зеркально искаженном образе, автоматически вступает в действие механизм исправления, коррекции его мировосприятия - в конце концов своим внутренним сенсорам сознание доверяет гораздо больше, чем извне пришедшим образам... Я, правда, не ожидал, что этот внутренний конфликт разрушит весь механизм "заклятия", но, видно, так и задумано было его авторами... А дальше события развивались прямо-таки лавинообразно... Да, действительно, то, что происходило потом, напоминало обвал. Или пожар в лесу... Одни древние секреты пластом ложились на другие... Еще десятилетия предстоит переваривать их... А по сути дела, - сработал только один фактор - появилось взаимопонимание. Впервые со стороны людей был преодолен страх перед Монстрами, впервые удалось погасить агрессивность рядовых людей к пришельцам... И - главное - недоверие людей к людям... И посыпались наработанные десятилетиями в кельях Секты и в лабораториях и кабинетах Академий, так необходимые выводы, предложения, методы... Сейчас отправка наших гостей в их мир - только вопрос времени... Пусть и очень долгого... - Вы полагаете, они все-таки не надуют нас? - задумчиво пожевывая давешнюю былинку, спросил иссякшего на красноречие Федерального Следователя, Ларри. - Вы меня внимательно слушали, господин Корнуэлл? - глядя в пространство аккуратно справился Федеральный Следователь. - Я вот про что... Вот все ваши умные рассуждения про кремнийорганическую жизнь и про микробиополя там, в Лабиринтах... Они - что - шибко умнее, чем наше Знание? Чем то, что средний старатель и так знал всю жизнь? Вам, ведь, единственное, что надо - так это то, чтобы новое знание не вразрез шло с тем, чему вас в школе учили... А так - та же Магия, что и в мозгах у Старателей... Только у нас - Древние Запреты, а у вас - Законы Сохранения Симметрии... - Что-то в этом духе я и хотел сказать вам, Лоуренс... Часто ошибочная версия оказывается гораздо продуктивнее строго логического, надежно выверенного пути расследования. - Значит, Знание Старателей все-таки ошибка, а истина - только то, что написано в научных журналах? Они посмотрели друг на друга. - Так вот, господин Следователь, если ничего, кроме идеи Контакта и стремления к взаимопониманию не несли нам Монстры, то почему же наша с ними встреча не принесла ничего, кроме ужаса и смерти? - Она принесла еще понимание субквантовой структуры Сырья... И понимание нас самих... Понимание того, что не сказочные подземелья, а наша собственная душа - обитель и страха и счастья и тех образов что их порождают... Не обижайтесь, Лоуренс на то, что я не принимаю Магического Знания - считайте, что я просто слишком для этого ограничен... Прикинув, должно быть, в уме, что нечего взять с человека, если он не родился Старателем, Ларри решил не портить расставание мелочной обидой. Он дружески похлопал Следователя по плечу и констатировал: - Сойдемся на том, что как там говорил этот старый англичанин, "есть в мире много такого, э-э-э..." - ну да вы сами помните это место. И еще на том сойдемся, что темна душа человеческая и полна загадок... Вот кто бы мог подумать, что вся эта история не повредила старине Робу, а дала ему на зимних выборах этакий рейтинг, что... - он осекся. - Господи... Оба они обернулись на прошедшего мимо них человека в глухом суконном клобуке. - Схима... - коротко сказал Ларри. И после минутного молчания: - Вам не показалось?.. - Боюсь, что не показалось... Память у меня, простите, профессиональная. Мимо нас прошел не кто иной, как Черный Рыцарь Мо... - Только что объявили посадку на "Пилигрим". Это - на Сентинеллу - планету-монастырь. Вот уж не ожидал, что Черный Рыцарь способен на раскаяние... - Только что мы, вроде, сошлись на том, что человеческая душа - довольно сложная штука, Лоуренс... - Так что же - так и величать теперь Тех Что в Стенах не монстрами, а пришельцами? А монстров, вроде, и нет совсем? - поинтересовался Ларри. - Пожалуй, они все-таки есть, - ответил Кай. - И теперь я знаю, где они живут. Борис ИВАНОВ Юрий ЩЕРБАТЫХ ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТЫЙ МИР "Нужны ли мы нам?" А. и Б.Стругацкие, "Понедельник начинается в субботу". 1. ОТСТРАНЕНИЕ - Остановитесь, Следователь!.. - широкоплечий человек в спортивном костюме и темных очках догнал, наконец, худощавого велосипедиста, притормозившего на обочине затянутой еще утренним туманом парковой дорожки и, не без недоумения взиравшего на подбегающего к нему чудака. - Вы меня с кем-то путаете, - добродушно отозвался он, явно намереваясь возобновить свою поездку. Я не работаю в прокуратуре. Если... - Да, я знаю, мистер Санди. Вы здесь в отпуске. Тем не менее, примите, все-таки привет от Ника Линдермана... - Не припомню такого... - велосипедист, ледяной взгляд серых глаз которого не слишком гармонировал с добродушной мимикой, действительно был Следователем пятой категории Каем Санди. Но знать это полагалось лишь трем людям на старушке-Земле. Четвертый не был предусмотрен. Тем более такой, что горланит о секретах Управления на милю окрест. - Из фирмы "Глория". Вы помните такого? - несмотря на основательную пробежку, которую заставил его проделать не желавший откликаться на свои настоящие имя и должность человек на велосипеде, атлетически сложенный обладатель почти классического носа, украшенного черными очками, не выглядел запыхавшимся. Раздосадованным и только. Кай с трудом удержался от того, чтобы выдать и свою досаду. Условные слова о несуществующем, скорее всего, в природе Нике Линдермане и его фирме мог произнести только личный представитель шефа Сектора. Что означало какие-то серьезные известия. Скорее всего, неприятные. - Все равно, не сказал бы я, что очень хорошо помню этого человека, - отозвался он, не без злорадства принуждая собеседника назвать резервную кодовую фразу. - А вот у него сохранились наилучшие воспоминания о том... О том как вы провели время за покером в Восточном экспрессе... - с явным нетерпением слепил тот свою реплику. "Покер и Восточный экспресс... Ладно, не стоит дальше мучить человека", - прикинул Кай. - Теперь припоминаю. У него, если не ошибаюсь, были какие-то интересы в Лунных Оранжереях? - Вот именно, Следователь, в Лунных Оранжереях... - собеседник облегченно вздохнул, получив, наконец, положенный отзыв. - Господин Литлвуд предупредил меня, что вы - большой формалист, но вы превзошли мои ожидания, мистер Санди... Мне три квартала пришлось за вами гнаться. Хотел застать вас в гостинице, но вы, оказывается, любитель браться за дело спозаранку... Пройдемте в мой кар - нам надо торопиться... - У меня другие дела, господин э-э... - Дель Рэй. Гвидо Дель Рэй, капитан Планетарной Контрразведки, - собеседник профессиональным жестом предъявил Каю свой идентификатор, - можете меня называть просто Гвидо... Нам предстоит работать в паре... - Простите, но я не уведомлен о том, что вас собираются подключить... - Следователь спрыгнул с велосипеда и, придерживая его рукой, зашагал вслед за собеседником в сторону притулившегося невдалеке не по правилам припаркованного кара. Строго говоря, автомобилю вообще нечего было делать в центре Женевы. Только сине-белая разрешающая наклейка как-то извиняла его присутствие в зоне велотранспорта. - Подключают вас, Следователь. Не меня... Что касается ваших забот, связанных с операцией "Сон", то можете о них забыть... - Гвидо нырнул в кар и жестом пригласил Кая садиться рядом. Тот пристроил велосипед у обочины и последовал этому приглашению. - Вот, ознакомьтесь, - Гвидо протянул Каю белый прямоугольник мнемокарты, украшенный пломбами-печатями Планетарной Контрразведки и Управления Расследований. Кай набрал на сенсорной клавиатуре свой код и приложил к прямоугольничку сенсора безымянный палец. На девственно-белой поверхности карты появился текст. Приказом по Управлению, Следователь пятой категории Кай Санди начиная с двадцати трех часов, тридцати минут истекших суток отстранялся от руководства операцией "Сон" и участия в ней, ввиду необходимости включения его в объединенную группу по расследованию обстоятельств смерти Ли Окамы - Чрезвычайного и Полномочного Посла Федерации Тридцати Трех Миров. Со стороны Планетарной Контрразведки, взаимодействие с Каем Санди поручено осуществлять капитану Гвидо дель Рэю. Материалы по операции "Сон" поручено было сдать, личные записи - уничтожить. - Ну что ж, - сказал Кай - больше самому себе, чем Гвидо. - Материалы остались в группе. Записей при себе не держу. Хотелось бы посоветовать кое-что, напоследок, ребятам... - Не беспокойтесь, - успокоил его капитан дель Рэй, трогая кар с места, - с двух часов ночи дело уже взял довольно опытный ваш коллега... С этакой смешной фамилией... - Коль скоро я от этой операции отстранен, то знать его фамилию мне не следует, - холодно остановил его Кай. - Почему вы, кстати, не воспользовались обычным блоком связи, раз уж столь вольно относитесь к режиму секретности? На худой конец, существует кодовый канал... - Я, знаете, не сподобился быть допущенным к кодовому каналу вашей группы, а вас решил застать лично - очень уж поджимает время... Вы еще сможете связаться со своими друзьями с дороги, если хотите передать им что-нибудь... - А в чем, собственно, причина такой спешки? И почему именно без моей персоны не может обойтись данное расследование? Пугая тучных сонных голубей, кар развернулся на рассветно-пустой площади и, вырвавшись из исторического центра города, устремился к выезду на скоростную магистраль. Глядя на начавший сливаться в сплошные полосы пейзаж, Кай с какой-то горечью подумал, что так вот всегда и бывает - после этапа ломания головы, после построения сложнейшей и в то же время безупречно надежной схемы операции, после кропотливой подготовки и проверки всех элементов хитроумной ловушки, тебя кидают в новую, плохо проваренную кашу, а спусковой крючок доверяют нажать коллеге со смешной фамилией. Нет, он не слишком боялся, что новый руководитель провалит дело - слишком хорошо оно было подготовлено, да и дураков в Управлении не держали (он только не мог припомнить, у кого из отличных специалистов слежки и анализа, из тех, что могут заменить его, фамилия посмешнее). Как только его "крестник" Дмитрий Шаленый покинет здешнее исправительное заведение, след его будет взят, и непременно приведет к где-то относительно недалеко припрятанному странному сокровищу, которое примерно шесть лет назад то ли по воле Провидения, то ли по идиотской случайности попало в руки нынешнего клиента Женевской тюрьмы. Называлось оно просто "Документ Каррозерса" и являлось предметом вожделения прежде всего темной, полуподпольной громады Комплекса. Не прочь завладеть этими бумагами были и Мафия, Движение за защиту прав человека, многочисленные средства массовой информации и бог весть кто еще. Разумеется, правительство Федерации было не на последнем месте в этой очереди, но как всякая государственная структура норовило не заплатить ни гроша, а загрести жар руками Управления Расследований. Это, конечно, было уже своего рода утопией. Даже у Академии наук нашлось бы несколько лишних миллионов кредиток, чтобы заплатить за материалы, пусть неполные, о грандиозной биологической программе исследований, которые группа Каррозерса осуществила где-то перед самой Последней Войной. И сами исследователи и даже та планета, где эта, во многом преступная по теперешним меркам программа была осуществлена, были, скорее всего, сметены ядерной катастрофой Конца Империи. Но где-то скрылся сам генерал-академик Каррозерс. И уцелел "Доклад Каррозерса" - документ, который долгие годы считался апокрифом. До тех пор, пока не объявился из глубин криминального подполья Федерации Дмитрий Шаленый, по кличке "Шышел-Мышел", с убедительными доказательствами достоверности заполученного им оригинала этого тысячатрехсотстраничного сочинения. Шышела-Мышела подвела жадность. Не стоило ему предлагать свой товар шести разным покупателям сразу. Видимо, если бы Федеральный Следователь пятой категории Кай Санди не надел бы на него в космотерминале Каллисто пару стальных наручников, прохлаждаться бы Шаленому на Том Свете - не от пули или ножа Мафии, так от аккуратно организованного Комплексом "несчастного случая". Единственным проколом, который при чуть-чуть других обстоятельствах мог дорого стоить Федеральному Следователю, было то, что ничего похожего на "Доклад" при арестованном обнаружено не было. За считанные десятки минут, когда Шаленый ушел от бдительной слежки Управления (из-за идиотского вмешательства очередной раз околпаченных "борцов за гражданские права") проклятый документ был "скинут" в какой-то тайник или вверен заботам некоего доверенного лица. Предстояло начинать игру сначала. Нет, не того, что Шаленый снова переиграет Управление боялся Кай. Он боялся, что найдутся те, кто опередит людей Управления. Но теперь это была уже не его забота. - Так почему же мы так спешим? И почему именно я? - повторил свой вопрос Кай, обернувшись к справившемуся, наконец, с программированием "автопилота" Гвидо. Тот задумчиво заломил бровь. - Причина спешки - в расписании сверхдальних рейсов, Следователь... Корабль отправляется через тридцать восемь часов. Следующий - через пару месяцев. Если повезет. - Какой, собственно, корабль? Куда? - Челночный рейдер сверхдальних дистанций "Процион". К системе Балларда-Джонса. Колония "Гринзея-2". - Гм, теперь начинаю что-то понимать... Покойный Окама, помнится, именно там представлял Федерацию. Чрезвычайно и Полномочно. - Рад, что вы хорошо держите в памяти вчерашнюю сводку новостей... Сообщение о гибели Окамы прошло далеко не первым номером... - Это - профессиональное: Гринзея - это, формально, наш Сектор. Заодно теперь понятно почему к делу подключили меня. Это действительно было понятно - Федеральный Следователь формально курировал агентуру Управления в упомянутой Колонии Гринзея-2 - колонии, ввиду своей удаленности и глухой изоляции почти не существовавшей для большинства жителей Обитаемого Мира. До последнего времени. - Так вы полагаете, - продолжил после короткой паузы Кай, - что расследование придется вести на месте работы э-э... жертвы? - Не исключаю... Давайте теперь по-порядку... - Прежде всего - куда едем? - В терминал. Надо успеть добраться до Перта. Собственно до места происшествия, то-есть. Допросить свидетелей, получить инструктаж... Начальство уже там - прибыло из двух столиц. И добраться до собственно "Проциона" - он болтается на геостационаре. Слава Богу, ваше Управление дает скоростной шаттл... Кай с сомнением посмотрел на часы. - Итак? - спросил он. - Итак, вчера в ноль - тридцать две Посол убит охраной его собственного офиса. Что, согласитесь, не совсем обычно. - В новостях это назвали несчастным случаем... Видеосюжет не пустили - только официальный портрет Окамы и "говорящая голова" диктора... Можно подумать, ей-Богу, что дежурный офицер решил поиграть с покойным в казаки-разбойники, да позабыл поставить пушку на предохранитель... - Эпизод зафиксирован голографической видеосьемкой. Охрана не виновна ни в малейшей степени... Понять поведение Посла невозможно... Проник в помещение Земного филиала своей миссии, взломав дверь для технического персонала, - словно не знал кода замка главного входа. Первым открыл огонь... Приступ безумия или что-нибудь психотропное... Вот только оснований предполагать такое нет ни малейших... Все предварительные материалы для вас - на мнемокарте. Вот в этом файле... Некоторое время Кай молча изучал тексты и изображения, послушно возникавшие на поверхности мнемокарты, подчиняясь еле заметным движениям его пальцев. - Я полагаю, - сказал он некоторое время спустя, - вы думаете, что имеет место один из вариантов зомбирования? - Может быть, вы находите это банальным, но я не исключаю такого варианта. Даже склоняюсь к нему. - Мы обсудим это после опроса свидетелей. Пока тут не сходятся концы с концами... - Кай снова углубился в содержимое мнемокарты. Кар миновал пару туннелей и вылетел на простор живописной долины, над которой, словно мираж, реяли ажурные контуры межконтинентального терминала. Кай устало оторвался от работы и повернулся к Гвидо: - Вы не обидитесь, если я и вас спрошу - почему именно вас дают мне в напарники? - Отнюдь... Я четыре года работаю в секторе внешнего криминалитета... - В восьмом секторе, значит... - Кай прикинул, что высшее начальство явно решило разрабатывать популярную версию "зла извне" - не обязательно ложную, но отнюдь не единственно возможную... - Кроме того, я имею опыт работы во внеземных условиях... - Это довольно интересно. Где же, если не секрет, удалось побывать? - На Лаланде и на Океании. Восемь и двенадцать лет назад. - Лаланд - Пыльный Край... А Океания - подводные джунгли и мир стальных платформ на поверхности... Боюсь, что ни то ни другое не напоминает Гринзею... Правда, я и сам там не был. Там, вообще, мало кто был. От хорошей жизни туда не летят... Вы запросили информацию по планете? - Да - сразу после получения задания. Я в тот момент был в нашем Магаданском филиале... Всю ночь в дороге и в гостинице знакомился с условиями тех мест - надо же было на что-то убить время - ведь пока материалов собственно по делу практически и нет... - Ну что ж... Места в лайнере нам зарезервировали? - Разумеется. Пересадка в Дакаре. Так быстрее. Приготовьте идентификатор - я подрулю сразу к "нашему" входу... Перед тем как нырнуть в залитое светом флюоресцентных ламп нутро терминала, Кай с грустью оглянулся на весеннее небо над далеким теперь Женевским озером. - Вы чем-то огорчены? - спросил его Гвидо. - Так... Жаль, что не увижу теперь одного своего "крестника". Знаете, как-то всегда так получается - хорош человек, или плох, а когда изменяешь его судьбу - в связи с нашим ремеслом - чем-то изменяешь и свою судьбу, тоже... Чем-то вроде заблудшего брата становится такой человек. Впрочем, это уже прошлое... Пойдемте. Человек, о котором говорил Кай, в это время рассматривал те же самые перистые облачка в высоком небе весенней Швейцарии. Он смотрел на них через узкую, забранную стальными прутьями окно-амбразуру, воздев горе свои серые, чуть водянистые, слегка навыкате глаза. Это был неплохой способ избежать мучительного созерцания в зеркале манипуляций тюремного парикмахера. Исправительное заведение города Женевы не могло позволить себе выпустить из своих недр на волю личность, которая хотя бы внешне не соответствовала бы общепринятым стандартам приличий. До выхода Дмитрия Шаленого на свободу оставалось четыре часа. Цирюльник старался во всю. "Не хочет, видно, немчура проклятая, чтоб вместо него здесь автомат с народа ворс снимал", - прикидывал каким-то уголком своего сознания его клиент. Но само это сознание было занято совсем другим... Немчура же клал немало сил на то, чтобы лишить шевелюру Шаленого ее несколько дикого - клочковато-облезлого вида. Не то, чтобы волос у него было мало - нет, это головы, пожалуй, было многовато. У него всего было много - у Дмитрия Шаленого, авторитета теневого мира Федерации, да, пожалуй, и всего Обитаемого Мира. Впрочем, как посмотреть - вот лишнего жира не было ни грамма в этой почти двухсоткилограммовой громаде. Последнее, впрочем, вовсе не означало, что он сложением напоминал Аполлона Бельведерского - скорее сибирского медведя-шатуна, а то и натурального гризли. "Эх, - думал он, глядя в высокую голубизну, - не зря ли жиду доверился?.. Хотя, может, и не жид он - Барсук Беррил, а то и вовсе грек... Дык ведь, если умом пораскинуть, хрен он редьки не слаще... Ну что не армянин - это почти точно... Хотя, вроде на итальянца тоже махает... А главное не в том, каких кровей он, сукин сын, будет, а в том самом, что хватит ли у него, собаки, духу с бумагами этими деру дать? Или обратно - ума достанет и сбережет их, как условлено? Ишь, ведь - ни весточки не подал из далеких этих мест... Хотя и пришлешь оттуда - хрена-с-два!.. А оно все и к лучшему - следа ко мне не провел, сучий потрох... Нет, коли у Барсука голова на плечах стоит, и коли он - енот бесхвостый - о Димке Шаленом понятие имеет, то не сбежит, не сбежит, как пить дать... Другое дело - так это если вдруг кто из друзей-ушкуйников на него вышел и с бумажками-то клятыми и утек... Так ведь не должно такого быть - про нашу встречу ту никто знать не мог... Если не проболтался кому, сволочь... Или под колокольню какую попал... Нет - знал бы я тогда... Уж точно бы знал. Шила в мешке не утаишь, а уж кого где грохнули, замочили иль обули - по всей Федерации и окрест, я уж через тюремный народец прознал бы за год вперед... Да чего и мыслить тут - другого выхода и не было по той поре... Управление - так его и растак - с хвоста не слезало... Главное теперь - добраться в клятые те края. Ведь на один проезд пришлось бы банчок какой провинциальный на "ура" брать! Так ведь тут-то как раз мил-друг Якопетти - хоть не прост малый, ох не прост - советом помог... Это ж надо так все удумать - и чтобы проезд за казенный кошт вышел, и чтобы легавых с носом оставить... Умнейшая голова этот Джакомо - жаль по глупости за решетку залетел - так ведь тут мне и сгодился, мерзавец, а теперь уж вторую неделю на свободе гуляет - эх, не подвел бы, макаронник клятый... Оно бы и тогда - на Каллисто все-б в ажуре было, кабы не Дениска поганая, да не служака хренов Санди - тоже голова, вообще-то, жаль только взяток не берет..." На Каллисто все и впрямь было бы в ажуре, и Федеральный Следователь непременно имел бы крупные неприятности в связи с попыткой арестовать законопослушного гражданина (Шаленого Д.Е.) ни сном ни духом не причастного к исчезновению каких-либо документов, если бы по старой привычке не подстраховался и не истребовал в планетарном Интерполе давних лет незакрытое дельце, по которому в качестве подозреваемого проходил Шышел-Мышел. После успешного опознания (тут же, в полицейском околотке космотерминала) преступника сотрудницей крупно пострадавшего банка мадемуазель Дениз Руо, Шаленый в рекордно короткий срок получил возможность созерцать вид на Женевское озеро и фрагмент фасада облапошенного им в свое время банка в крупную клетку. Земные законники, проявив полную солидарность с законниками всех остальных тридцати двух миров, впаяли Шышелу-Мышелу максимально возможный для такого мелкого, по его масштабам, (и сидеть-то за такое срамно) дельца срок, и тем подвигли его на размышления о сравнительных преимуществах различных способов побега. Однако до этого не дошло - зашевелились какие-то глубинные структуры, сдвинулось что-то в высоких сферах, что-то до кого-то дошло, и Шаленому обломилось досрочное освобождение. В связи с очередной амнистией и примерным поведением. Последнее было явным преувеличением. Организация в пределах исправительного заведения подпольной торговли спиртным и игорного притона, вкупе с несколькими крупными дебошами как-то не вязались с такой формулировкой. Тем хуже для нее. "Ведь хитрят бестии, - раскидывал умом Шаленый, - смекнули что без меня бумаги и уйти могут. С концами. Так что ничего вам не остается, как выпустить меня грешного на волю и смотреть прищурившись - куда энтот колобок покотится... Ну давайте, родные, давайте - посмотрим, кто кого объегорит, кого кто подкузьмит... Одного вы - дубье чертово - не учли: что один расклад - здесь, по Системе за мной со своими теле-радио елозить, а совсем другой - в Дальнем Космосе за Шаленым углядеть. Осмыгнетесь - мало хрена ели! Ну так я вас им, сердешным, накормлю..." Цирюльник закончил свой трудовой подвиг и, критически посматривая на клиента, ожидал, когда тот выйдет из транса. Наконец, Шаленый обратил на него внимание, не глянув в зеркало, избавился от пластиковой накидки, встал, громогласно откашлялся, сплюнул и грянул о тумбочку солидную пачку тюремных купонов вперемежку с "вольными" кредитками. - Гуляй, немчура! - молвил он, направляясь к выходу, и махнул конвойному, чтоб тот сопроводил его до бани. - Если уж вы доверили нам расследовать случившееся, то будет только логично оказать нам доверие и в другом вопросе, - в голосе Кая звучала тщательно сдерживаемая досада. - Уровень допуска у нас обоих вполне достаточен для того, чтобы мы могли беспрепятственно ознакомиться с документами такого рода... - Я бы поддержал просьбу господина Следователя, - не оборачиваясь, бросил от окна сутулый тип в чине бригадного генерала. - Все говорит о том, что имела место попытка взлома личного сейфа господина Окамы... - Им самим, должен заметить, им самим... - тихим, но профессионально сверлящим голосом возразил Секретарь департамента. - Это - другой вопрос. Совсем другой... Единственным предметом, представляющим интерес в этом сейфе и, следовательно, важнейшим вещественным доказательством является текст доклада, который покойный намеревался представить Комиссии Директората Федерации, на срочном созыве которой он настоял перед этим... - Тем более, я не понимаю, какое отношение вопрос э-э... чисто профессиональной дипломатии имеет к обстоятельствам сугубо криминальным и э-э... скорее всего связанным с компетенцией психиатров... - лицо Секретаря оставалось безупречно вежливым. - Если вы этого не понимаете, это - ваша проблема, Секретарь, - без особых церемоний вошел в разговор Гвидо. - Что до меня, то коли с самого начала ваш департамент начинает ставить следствию палки в колеса, я подаю рапорт об отстранении меня от ведения расследования. И, думаю... - Не горячитесь, - прервал его генерал. - Я думаю, что господин Секретарь... Господин Секретарь понял, что перегнул палку и поднялся с кресла, разводя руками: - Что ж, вся ответственность за возможные последствия... - Вот и отлично, - бросил генерал, направляясь к выходу. - Меня, знаете ли, ждут дела, так что разберитесь с господами Следователями сами. Секретарь адресовал захлопнувшейся двери елейную улыбку и, имея ее на устах, обратился к Каю: - Ну, что ж, считайте, что все улажено. Теперь вам достаточно направить по инстанциям соответствующим образом оформленный запрос, и не позже, чем через пару недель... Учтите, что копирование подобных документов... - Бумаги! - коротко вштамповал свою реплику в воркующие излияния канцелярской души Гвидо. С вытянутой рукой он навис над столом Секретаря. - Вот, распишитесь, - резво сменил тон достойный представитель планетарной бюрократической фауны. - И... это не совсем бумаги, как вы понимаете... Его пальцы бабочками запорхали над цифровой панелью замка. Раздался мелодичный электронный писк, и из сейфа выдвинулся плоский стальной ящик-полка. Секретарь извлек из него бело-голубую мнемокарточку и, деликатно держа сей предмет за уголки, протянул его Гвидо. Тот мазнул по обоим ее сторонам сканером детектора отпечатков и протянул Каю, который вставил запись в свой портативный компьютер, болтавшийся на наплечном ремне. - Запись защищена от копии... - предупредил его Секретарь. - Безусловно, - отозвался Кай. - Причем способ защиты представляет существенный интерес для антикваров. Тех, что специализируются по software. Вот расписка. Вы получите эту карточку в целости и сохранности сразу по закрытии дела. Если потребуется текст Доклада - затребуйте его в лаборатории информационной экспертизы. Вы знаете - какого департамента. - Но... - теряя самообладание, начал Секретарь, глядя как Гвидо, приняв выпотрошенную мнемокарту от Кая, определяет ее в стандартный пакет для вещественных доказательств. - До свидания, - оборвал его контрразведчик, берясь за рукоятку двери. - Приятно было познакомиться... - Господин Первый Заместитель наказал нас на сорок минут чистого времени, - с досадой констатировал Гвидо, спускаясь по ступеням Департамента. - И все только для того, чтобы объяснить как важно не оставить без последствий такой вот эпизод, который может сказаться на развитии отношений с колонией, о существовании которой он, вполне возможно, до вчерашнего дня только смутно догадывался... - Вы недооцениваете высшее политическое руководство Федерации, капитан, - возразил ему Кай, отпирая дверцу кара. - За последние пять лет Гринзея вышла в первую пятерку экспортеров биологически активного сырья. И скоро будет на втором или третьем месте в этом списке. И учтите, колония - единственный поставщик основных составляющих для всей группы сывороток Тальбота. А без них - плакала вся Программа Колонизации... - А еще этот ишак, - Гвидо ткнул оттопыренным большим пальцем левой руки за спину. - Еще почти битый час на уговоры. Притом, проклятый доклад может еще и впрямь никакого отношения не иметь ко всей этой истории... - Это уж, как получится, - Кай вставил идентификатор в замок стартера. - До города вам минут тридцать, не меньше. Поставьте кар на автопилот и постарайтесь разобраться в этой писанине. Я беру на себя дом Окамы. Вы постарайтесь провернуть за полтора-два часа опрос свидетелей - судя по выписке из вашего файла, вы сильны в анализе личностных качеств - у меня с этим показателем похуже... Потом прихватите меня - это по дороге - и побеседуем с медиками. На большее не хватит времени. - Вас по-прежнему тянет на просторы Дальнего Космоса. - Единственное, в чем я уверен, так это в том, что на Земле у покойного врагов быть не могло. Он что-то притащил с собой оттуда... Что-то, что его прикончило. Не теряйте времени зря... - Сейчас он в баре. Пропустил двойную "Столичную" и закусывает устрицами, - доложил оператор монитора. - Заказал билет до Лхасы. "Чингиз-Ханом". Ребята только что прочесали его номер в гостинице. Айзек будет здесь с докладом через пару минут. - Отлично, - констатировал Следователь со смешной фамилией. - Хотя и непонятно. Так или иначе, встречу с "другом" там ему и сделаем. Вольф, вы меня поняли? А вот и Айзек... - Улов практически нулевой, - доложил появившийся на пороге лысоватый энергичный человек средних лет. - Обычный дорожный комплект, бутылка водки и никаких записей. Пара журналов для чтения в дороге и, впрочем - вот. Это он кинул в утилизатор, но это был уже _н_а_ш_ утилизатор... Он извлек из сумки зажатый между листками прозрачного пластика и уже снабженный инвентарным номером, помятый, косо вырезанный из типовой распечатки телегазеты, клочок бумаги. "Работа в Дальнем Космосе для мужчин до 50. Надежное здоровье - обязательно. Опыт военной службы дает приоритет. Ваше прошлое никого не интересует. 6889963." - Вот как... Запрос по номеру сделали? - Разумеется. Как всегда - промежуточный агент. Темная лошадка - ни на какие вопросы не отвечает. И имеет на то все права... Типичная тактика вербовщиков. "Звездные рейнджеры", "Солдаты судьбы" или кто-нибудь в этом духе... - Прикинулись бы клиентом... - Так и работали - но, похоже, наш номер блока связи "светится". - Пся крев! - ни на что нельзя положиться... Он звонил по этому номеру? - Нет еще. Может быть кто-то это сделал по его поручению. - Вышел из бара, забирает шмотки из номера, - доложил оператор. - Заказал по телефону такси до терминала... Еще через несколько минут группа оперативной разработки "Сон" имела удовольствие созерцать на экране монитора, как сияющий как медный пятиалтынный, возвышающийся на пару голов над прочими пассажирами, Дмитрий Шаленый, благоухая тюремным одеколоном и "Столичной", поднялся на борт авиалайнера-люкс "Чингиз-Хан" и простился со столь гостеприимной землей Европы. Кай задержался на пороге уютного коттеджа, затерявшегося в тени заброшенного сада. Старые деревья, вплотную подступавшие к дому, источали густой, пряный аромат начавших увядать цветов. Следователь посмотрел на дверь в поисках кнопки звонка. Его внимание привлек светло-коричневый прямоугольник рядом с дверным косяком. Чуть выше его ярко блестела новенькая бронзовая табличка с причудливой вязью псевдоготических букв: Миссис Миранда Окама. Кай недоуменно справился в записной книжке. Там ясно значилось - Миссис Миранда Штейнбоген. Именно так звали родную сестру Посла, с которой он только что договорился о встрече по блоку связи. Через пару секунд после осторожного прикосновения к сенсору дверного домофона приятный женский голос из динамика над дверью осведомился, кто и по какому вопросу хочет видеть хозяйку дома. - Видите ли, миссис... - Кай замялся, не зная как точнее обратиться к невидимой собеседнице, - ...Окама, с вами говорит Федеральный Следователь... Мы договаривались о встрече с полчаса назад... - Да, я помню, проходите, пожалуйста. И извините, ради Бога, что я не могу встретить вас сама. Дверь широко распахнулась, обнажая длинное горло узкого коридора, ведущего вглубь помещения. Изнутри дом не казался таким маленьким, как снаружи. - Сюда, мистер Санди, - донеслось из дальней двери. По сравнению с полутемным коридором, комната, куда вошел Следователь, казалась ярко освещенной. На самом же деле в ней царил легкий полумрак. Профильтрованные старинными шторами лучи солнца густыми волнами окутывали интерьер, придавая ему уютный, умиротворенный вид. Комната казалась сосудом, наполненным выдержанным портвейном. Кай не сразу заметил женщину, сидевшую за вязаньем в глубоком, старинной работы кресле в углу комнаты. Она походила на своего брата - Кай уже просмотрел все доступные снимки Посла - такие же тяжеловатые даже одутловатые, но по-восточному скругленные, не лишенные изысканности черты лица, такой же исполненный какой-то внутренней боли взгляд аспидно-черных глаз. - Присаживайтесь, господин следователь, - она указала ему на диван. - К сожалению, мои нервы подвели меня - не могу заставить себя подняться с проклятого кресла. - Вы... обращались к врачу?.. - осторожно спросил Кай. - Это излишне. Я знаю себя - завтра буду на ногах. И даже смогу улыбаться. Первый раз такая оказия приключилась со мной, когда погибла моя подруга. В горах. Потом - еще несколько раз... Хотите кофе? Или виски? Она слабо пошевелила рукой, лежавшей на пульте дистанционного управления, и из-за портьеры выкатилась старомодная танкетка домашнего робота, увенчанная подносом с напитками и какой-то снедью. - Благодарю вас, - Кай осторожно взял банку "Будвайзера". - Скажите, миссис, в телефонном справочнике вы значитесь как миссис Штейнбоген, а на двери я прочитал "Окама". Почему вы взяли фамилию брата? - Брата? Но ведь это и моя фамилия. После ухода Клауса я давно подумывала об этом, а когда Ли погиб, я решила, что должна сохранить нашу фамилию. Я распорядилась вчера вечером. - Эта трагическая случайность... - Не надо, Следователь. Когда человек идет по улице, а на голову ему падает кирпич - то это действительно случайность. Или, если у библиотекаря, едущего на работу, вдруг отваливается колесо машины... - А почему именно у библиотекаря? - Потому что если в машине сидит торговец наркотиками или полицейский, то... впрочем, зачем я вам это объясняю? Кай с интересом посмотрел на такую домашнюю и внешне простую женщину, сидящую в кресле со спицами на коленях. - Вы полагаете, что это было убийство? - Это ваше дело - классифицировать смерти и развешивать ярлыки... Я знаю только одно: Ли настолько любил свою работу, что, не задумываясь, шел на любой риск ради нее. В отличие от многих политиков, он ненавидел компромиссы. - В таком случае, ему, наверное, трудно давалась карьера, - Кай знал что говорил... - Его выручала колоссальная работоспособность... Да и не сразу он стал таким... Бывает, что люди ближе к старости как бы ломаются, начинают считать принципы своей молодости смешным анахронизмом... У Ли все было наоборот. С возрастом он стал... я бы сказала фанатиком моральной чистоплотности... Это Гринзея сделала его таким... Кстати, вы, надеюсь, понимаете, что в пятьдесят пять быть Послом на этой Богом забытой планете, пусть даже Чрезвычайным и Полномочным - это отнюдь не блестящая карьера. Больше похоже на ссылку... - У Посла были конкретные враги? - Господи, а у кого их нет? - Ну, таких, кто осмеливается пускать в ход оружие, бывает немного... Но, может быть, вы хотите сообщить мне что-нибудь более конкретное, чем общие соображения? - Даже не знаю, что вам сказать, - миссис Окама отложила в сторону нечто недовязанное и приложила пальцы к вискам, пытаясь что-то вспомнить. - Пожалуй, во время этой поездки Ли был особенно озабочен. Я провожала и встречала его. Этот последний год в Колонии сильно изменил его. Мы обменялись буквально парой слов, из которых я поняла, что у него - проблемы... Он сказал, что заедет ко мне вечером, и мы обо всем поговорим... - А что, мистер Окама часто обсуждал с вами свои дела? Женщина настороженно взглянула на собеседника. - Не знаю, куда вы клоните, но Ли нуждался в моей поддержке... После того, как у него умерла жена, а меня оставил Клаус... - Извините, миссис, я только хотел узнать, не сообщал ли вам господин Посол что-нибудь конкретное о своей поездке на Гринзею? - Но ведь мы так и не встретились. - Миранда поднесла платок к влажным глазам. - Тем вечером, буквально за несколько часов до того... как это случилось... он долго не снимал трубку, когда я позвонила ему, чтобы напомнить о том, что жду его на чашку чая и... Он очень странно ответил... То есть он мне сказал, что не сможет приехать... Но мне показалось... что он не понял кто звонит ему. - А он объяснил причину? - Нет! В этом-то все и дело. Я даже не узнала сперва его голос... Это было так непохоже на Ли. Но, по-видимому, у него действительно были серьезные проблемы... А потом мне позвонили из его офиса... Кай наклонился к собеседнице. - Простите, а при встрече в терминале, он тоже... не походил на себя... обычного? - То-есть... Господи, понимаю, что вам подумалось!.. Нет, ни в коем случае это не был двойник... Это вне всякого сомнения был Ли и только он - сосредоточенный, зажатый, какой-то - но он... - Вы уверены, что вам нечего добавить к тому что вы рассказали? Кроме вас... С кем он мог общаться, доверять?.. - После того как... После того как он остался один... Вы, думаю, знаете эту историю... - У меня было очень мало времени миссис Окама... - Супруга Ли... Она была много старше его... Они познакомились там - в Колонии. Там она и умерла. Через год появились эти... сыворотки Тальбота, но было уже поздно... Так вот - Ли очень тяготился одиночеством... Я не стремилась вмешиваться в его интимную жизнь, но что-то всегда бывает очевидно... Короче, все очень банально... по форме... Роман с секретаршей... Насколько я помню, мисс Вайоминг... Я не стремилась ближе познакомиться с этой особой. Как ни странно, он очень серьезно относился к этому... - Почему вы думаете так? - Видите ли... В эту последнюю поездку он не взял ее с собой... Туда... - Это, скорее, свидетельствует об обратном - о некотором охлаждении... - Вы просто совершенно не представляете себе Ли... Хотя откуда, в самом деле... Он не хотел рисковать ею. Он предчувствовал что-то... - Не упоминал он кого-нибудь из своего окружения в Колонии? - спросил Кай, переварив услышанное. Он сказал только, что пока там люди расстреливают аборигенов, а скоро люди начнут расстреливать людей... - Что он имел ввиду? Ситуация там уже действительно напоминает войну... - Напоминает? Вы заблуждаетесь. Ли уже называл вещи своими именами. Еще год назад. Войну он называл войной. Но что касается конкретных лиц... Нет, в этот приезд мы ни о ком из того народа не говорили. Он вообще общался больше с аборигенами. Посольство - единственный островок мира в этом жутком крае... Впрочем, о политике вам лучше расскажут в Департаменте... Боюсь, что мало помогла вам... Кай торопливо встал с кресла. - Извините, я вижу мой визит расстроил вас. Мы постараемся выяснить все обстоятельства гибели вашего брата, и если действительно имело место преступление, мы раскроем его. Садясь в кар, он слегка потряс головой, чтобы сбросить легкое наваждение - здесь на улице еще не успела истечь первая половина дня - а там - в залитой красноватым светом комнате тянулся и тянулся поздний, тоскливый вечер... - Какой улов? - поинтересовался Гвидо. Судя по идиотской проекции его физиономии на экране, он стоял на коленях над брошенным на пол блоком связи. Руки в гигиенических перчатках он держал врастопырку - "Разбирает содержимое мусоропровода", - профессионально констатировал для себя Кай. - Неопределенный, - ответил он. - Послушайте, капитан, - у меня только что возникла маленькая проблема. Никто не поделился с нами маленьким секретом, а я не додумался вовремя спросить: Если интересы Федерации на Гринзее представлял покойный Ли Окама, то кто и где представляет интересы Гринзеи в Федерации? - И это вы-то курировали проклятую планетку по линии вашей конторы? Азбучные вещи могли бы знать... - Линия нашей, как вы изволили выразиться, конторы как-то не пересекается с линией Департамента Космодипломатии... - Не дуйтесь, Следователь, - я шучу... Вопрос, действительно, не из самых простых. Но как ни странно, я знаю на него ответ. Причем достаточно забавный. Толку от него, правда, не будет, но чтобы вам лучше спалось, сообщаю - Интересы Гринзеи в Федерации, вообще, и на Земле, в частности, представляет адвокатская контора "Джонс, Джонс и Джугашвили". Они же оказывают подобные услуги еще полудюжине внеземных цивилизаций, у которых нет средств и надобности содержать здесь настоящее посольство. Практически все делают наши Послы на местах, а эти паразиты просто оформляют соответствующие бумаги. И, конечно, не забывают получать комиссионные. Их человек должен был встретиться с Окамой сегодня, в офисе. Можете тряхнуть его, но с большим успехом можете потрясти ближайшую грушу... Они и того даже, где эта Гринзея находится не знают и узнать, поверьте мне, не стремятся. Вот что, прокрутите быстренько опрос в офисе и дуйте сюда - здесь я держу на приколе дворецкого - не удивляйтесь - Послу полагается. Тот еще фрукт!.. Берегу его для вас - сам не осилю - мало мыла в детстве скушал - нет навыка... - Ждите, Гвидо. У вас, я вижу, работы хватает... Экран еще не успел погаснуть, как на нем уже вынырнула из мрака запрошенная Следователем справка. "КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. Штейнбоген Клаус: член директората консорциума "Вибер-продактс" (Париж, Французская Республика, Земля). Ответственный за сектор промышленного шпионажа указанного консорциума. Был женат на Миранде Штейнбоген (Окама) в течение 16 лет. Развод (март прошлого года) связан с отказом госпожи Штейнбоген оказать давление на своего брата - Ли Окаму, Чрезвычайного и Полномочного Посла Федерации Тридцати Трех Миров в Колонии Гринзея-2, в связи с провалом инвестиционной политики "Вибер-Продактс" в Колонии "Гринзея-2". В интересующий вас интервал времени находился в офисе упомянутого консорциума, в своей квартире и в дороге между указанными пунктами. Телефонных и иных переговоров вне пределов Франции в указанные сутки не имел. Подготовил референт 6783/312." "Знакомая картина, - с досадой констатировал Кай. - Стоит начать копать любое дело и через час даже Санта-Клаус оказывается в числе подозреваемых... Но, в отличие от типовых дел времени на прочесывание всех ответвлений нет." Уныние и растерянность, царившие в офисе Посла, были видны невооруженным взглядом. Немногочисленные служащие вяло бродили по коридорам или создавали видимость работы за своими столами. Оно и к чему - предстоящее явление нового шефа явно грозило обратить в труху плоды любой, сколь угодно добросовестной их деятельности. Секретарша, как ей и было положено, сидела в просторной приемной и пыталась читать нечто в яркой глянцевой обложке. При виде посетителя она быстро определила книгу в стол и придала лицу выжидательно-деловое выражение. Кай протянул ей свое удостоверение. - Я хотел бы выяснить у вас кое-какие вопросы, касающиеся вашего бывшего шефа, мисс... - Вайоминг, Полли. - Думаю, что это не отнимет у вас много времени, тем более, что, как я вижу, сейчас вам может быть стоит поговорить с кем-нибудь... для разрядки... Лицо молодой женщины вспыхнуло от смущения. - Вы думаете, что мне нечем заняться? Вы ошибаетесь, мистер. Я просто пытаюсь немного забыться после этого кошмара. - Вы любили своего шефа? - В каком смыс... А, конечно, все сотрудники обожали мистера Окама. Он был сама справедливость... Мы просто в шоке. Я лично с трудом представляю себе, как буду работать на кого-то другого. - А он брал вас когда-нибудь в свои инспекционные поездки? - Да, и очень часто. - А на Гринзею? Какая-то тень пробежала по симпатичному лицу секретарши, и она на секунду промедлила с ответом: - Сначала само собой подразумевалось, что я поеду вместе с Ли и в этот раз. (Кай про себя отметил, что она назвала его по имени). Было даже уплачено вперед за продолжение аренды моей квартиры там... - Насколько я понимаю, именно вы наибольшее время - по сравнению со всеми другими - общались с Послом? В этот раз. - Да, и причем наша встреча произвела на меня довольно странное впечатление. - Поясните, в чем заключалось ее странность? - Кай наклонил голову, заглядывая в глаза Полли. Та задумалась, вспоминая последнее свидание с шефом. - Я встречала его в терминале. Там была еще миссис Штейнбоген - его сестра... Она подвезла нас... Обычно после инспекционных поездок он прямо в терминале наговаривал мне список первоочередных дел и уезжал отдыхать на свою виллу. И в этот раз - тоже... - Он уезжал надолго? - На разное время - смотря по тому, какой была поездка. За это время я выполняла его поручения и проводила подготовительную работу. Потом он приезжал в офис, и дела входили в привычное русло. - Вы больше не встречались с Послом? Или не разговаривали с ним? По блоку связи, скажем? - Нет. Я старалась не беспокоить его. В тот день я сразу поняла, что он чем-то взволнован и озабочен. Но самым странным оказалось первое же поручение, которое он продиктовал мне в диктофон. Признаюсь, я даже переспросила его еще раз, насколько странным оно мне показалось. Кай продолжал внимательно смотреть в глаза собеседницы. - ...Он дал мне карту с текстом своего доклада Директорату и попросил положить ее в сейф офиса и закрыть личным шифром... Причем не сообщать ему этот шифр, даже если он попросит это сделать. - Это достаточно забавно... - И я так подумала, господин Следователь. Зачем что-то прятать от себя же? Сначала отдать мне карту, а потом не иметь возможности получить ее обратно. - Ну, а кто должен быть получателем? Что он вам сказал по этому поводу? - Он сказал... - на глазах у Полли появились слезы, - чтобы я отдала карту в Секретариат Департамента, только если с ним что-нибудь случится... Он предчувствовал свою гибель. - А вы сами? У вас было какое-нибудь предчувствие? - Предчувствие - не то слово. Уверенность. Я была уверена, что с ним расправятся... - Простите, - Кай фиксировал глазами каждое движение девушки, - вы подозреваете кого-то конкретно? - Для меня совершенно ясно, что Ли убрал Легион. - Какой Легион? Странное воспоминание посетило Следователя: вот точно так когда-то Старьевщик с Шарады сказал ему: "Только дураку не ясно, что ваш крейсерок угнали люди Фредди...". И упал с пулей в затылке. Последующие три месяца Кай просеивал через мелкое сито всех Фредди в Секторе. Крейсер же был угнан сепаратистами с Айседоры, руководитель которых (Кассиус Де Крен) терпеть не мог когда его за кошмарность рожи в шутку называли Фредди Крюгером... - Галактический Легион. Банда наемных убийц. Ли пытался прекратить их использование в борьбе с аборигенами. Сначала это удавалось, но потом в Колонии завелись большие деньги... - Фармакологический бум? - Именно. - Таким образом, Посол был существенной помехой и для вербовщиков Легиона и для колонистов? Кто из них чаще всего бывал здесь? - Гринзея - слишком далекий мир, чтобы даже правительственные чиновники могли часто сновать туда-сюда... Только такие шишки, как личный представитель их министра обороны - Логан, или Советник Правительства... - Кто из них сейчас находится на Земле? - Насколько я знаю - никого. Кай облизнул осторожным покашливанием означил некую нелепость следующего вопроса губы. - Простите, вы совершенно уверены, что с Гринзеи на Землю прилетел именно господин Ли Окама? - Могу присягнуть, - после недоуменной паузы выговорила девушка. Если вас интересует это его... этот его странный поступок... Я думаю, вы найдете... в его организме какую-то химию... Я читала... - Да, мисс Вайоминг - все мы кое-что читали на эти темы... Легион... Вы не припомните каких-то конкретных действий со стороны... этих людей? Угрозы, или, допустим... - Господи, да они просто травили его! У них есть способы повлиять на кое-кого из руководства Департамента, и Ли самым серьезным образом предлагали сдать дела в Колонии и принять где-то еще... Всегда с повышением... И в прессе писали о нем такое... Все его мелкие недостатки и грешки - господи, у кого их нет - были представлены в таком виде... Это здесь - на Земле. А там - в местных средствах информации... Вот - Полли поднялась и достала с дальней полки распухший от распечаток скоросшиватель. Все это опубликовано на их деньги - все что угодно, вплоть до прямых обвинений в предательстве Федерации и призывов к физическому уничтожению... Но подавать в суд - бессмысленно: там это вам не здесь... - А конкретно - люди, связь которых с Легионом или другими подобными структурами очевидна - они вступали в контакт с Послом? - Они слишком осторожны для этого... - Вы можете поименно назвать э-э... агентов влияния Легиона в аппарате Департамента? Последовала пауза. - Я... я не решусь, пожалуй... По крайней мере - сейчас... Картина была до боли знакомой. Вот вам и Земля - колыбель цивилизации, с ее "зрелыми демократическими структурами"... Кай поднялся. - Тем не менее ваши показания весьма ценны для следствия. Вот расписка - я забираю эти... публикации как вещественное доказательство... Если у вас будет что сказать нам - вот номер. К сожалению, вам придется контактировать не со мной, но можете доверять этим людям... Последний вопрос - кому на Гринзее я мог бы хотя бы минимально довериться? Вы, ведь, были там трижды... - Так вам предстоит туда отправиться? Кай откашлялся, оставив вопрос без ответа. - Почти все Следопыты - порядочные люди, - подумав, сказала девушка. - Они знают аборигенов, не поддерживают действия карателей... А сквоттеры - те, что из новеньких - алчная саранча. Агрессивная и одураченная... Потом... там есть один довольно симпатичный человек, который сильно помог Ли в свое время... Хотя порядочным человеком его не назовешь... Запутавшийся в своих делишках, по-своему несчастный тип... Но Ли относился к нему с симпатией... Это местный держатель гостиницы. С рестораном и казино. Мистер Беррил, по кличке Барсук... Имени не помню. Там у всех - клички. Он хорошо знает аборигенов - тех из них, что ищут контактов с землянами... Некоторое время казалось, что Федеральному Следователю вступило в поясницу... - Спасибо вам. Подобные сведения могут оказаться весьма ценными... Начальника охраны Кай застал в его кабинете. Тот бросил усталый взгляд на его идентификатор и махнул в сторону кресла. Кай был явно не первым визитером господина лейтенанта за эти два дня. - Я не стану вас задерживать... - начал Федеральный Следователь, даже не пытаясь присесть. - Мне необходимо поговорить с сержантом Шрайбером... - Он в дурдоме, - коротко и по-существу адресовал его лейтенант. - Заведение называется "Анна-Роза" и до него час дороги на рейсовом автобусе. Монорельсом... - У меня служебный глайдер... - Доберетесь за четверть часа. И учтите мое мнение - парень действовал точно по правилам. Я буду настаивать на его полном восстановлении на службе... - У него возникли проблемы с психикой? - Мы не содержим на жаловании кисейных барышень. Психиатры его вздумали тестировать на предмет зомбирования или других типов внушения... Блажь чистой воды. Но пусть передохнет с недельку - там у них процедуры и все такое... Знаете, даже если у вас канаты вместо нервов, все равно не пройдет даром, случись вам вкатить пулю человеку, которого вы уважали и который не гнушался с вами и баночку пивка пропустить, если случалось надолго засидеться в офисе... - Они были в э-э... приятельских отношениях? - Мистер Окама - большой демократ был. Любил, знаете, поболтать с людьми попроще. А к начальству не вхож был... Странное с ним что-то вышло. Видно дал накачать себя наркотиками... - Благодарю вас за информацию. Я поспешу... Начальник охраны сделал рукой жест, который можно было истолковать и как "удачи вам" и как "скатертью дорога", и притворил за Федеральным Следователем дверь. Сауна психоневрологического пансионата "Анна-Роза" была явно не самым подходящим местом для допроса фигуранта по столь деликатному делу, но время поджимало - солнце уже миновало полуденную черту, и Кай прикидывал, что если не разыщет веской причины для отказа от затеи с переносом расследования в Колонию, то до космотерминала на севере Китая, откуда отправлялся последний челнок "Проциона", придется добираться истребителем планетарных ВВС. Вид незванного визитера, вооруженного махровым полотенцем и служебным идентификатором, не вызвал у сержанта Шрайбера приступа дружелюбия. Кай прикинул, что капитан дель Рэй, пожалуй, скорее нашел бы общий язык с этим высоким, крепко сложенным еще достаточно молодым человеком. Они были сильно похожи друг на друга - только вот с IQ у капитана контрразведки дело, наверное, обстояло получше. - Я, вроде, уже привык к допросам за эту пару суток, - зло сказал сержант, давая Следователю место на жженой древесине скамьи, - но не в сауне же, в конце концов!.. - Простите, мистер Шрайбер, но у меня крайне туго со временем. Это не значит, между прочим, что я собираюсь забрать много времени у вас, - делая хорошую мину при явно плохой игре, попробовал пошутить Кай. - В конце концов, я посмотрел запись эпизода... От инструкций вы не отступали. Скажите, однако, почему вы подошли к господину Окаме только тогда, когда он попытался вскрыть запоры сейфа плазменным резаком? Ведь сигнализация сработала гораздо раньше - когда был деблокирован замок одного из служебных входов... - Именно потому, что я сразу узнал Посла. Понимаете... Ведь в конце концов - это его офис и его, если так можно выразиться, двери... Если ему угодно их ломать... Но когда сработала сигнализация сейфа... Простите, это был уже чисто служебный рефлекс. Я вошел в кабинет и окликнул мистера Окаму. Он мне ответил что-то такое... Что-то дружелюбное - мол поздний на дворе час... И что-то про позабытые ключи... Только... - Я внимательно слушаю вас... - Только вот, у меня было ощущение, что он... Ну, не узнает меня, что ли... Я даже подумал - не перебрал ли он, случаем... - Такое с ним бывало часто? - Не случалось вообще. Но что еще я мог предположить?.. - Продолжайте, пожалуйста... - Если я в чем-то и виноват, так в том... в том, что я вспугнул его, что ли... Я шагнул к нему и стал так внимательно смотреть ему в лицо... Я все хотел понять... И он... Он понял, что что-то не то происходит и сорвался... Я так поразился, когда увидел у него в руках армейский бластер... - Посол не носил обычно оружия? - Мне не приходилось касаться этого вопроса... Кстати, вы меня простите - не удалось вычислить эту его пушку? - Дело пока в работе... Как я понял, свой выстрел вы произвели чисто рефлекторно? - Как сказать... Я стрелял не на поражение - это точно. В правое плечо. В моем револьвере были стандартные парализующие заряды. Но расстояние было слишком короткое, и заряд произвел действие обычной пули - прошел навылет. Ствол повело немного, и выстрел пришелся... - В верхушку правого легкого. - От этого не умирают, мистер. Кто мог знать, что у мистера Окама будет шок? Он не должен был умереть... Я тогда растерялся... Но пытался оказать первую помощь... Рука сержанта как бумажный стаканчик смяла баночку с недопитым пивом, глаза стеклянно смотрели в пространство... - С ним что-то произошло, мистер... Я служу в секьюрити не первый год, и не в самых спокойных местах приходилось бывать... И стрелять приходилось и под пули идти... Вам каждый скажет, что от такой жизни вырабатывается "шестое чувство" какое-то... Короче говоря, ощущаешь, когда от человека исходит опасность... Вот здесь появляется, - Шрайбер похлопал себя по загривку. - Озноб такой... Так вот - в ту ночь от Посла именно такой опасностью так и разило. Тут я не ошибаюсь... - Значит, он вел себя в чем-то агрессивно? - В том-то и дело, что если бы на меня пошел громила с перекошенной рожей и автоматом наперевес, я бы даже и не подумал пугаться - тут ясно, что делать... А вот, когда это чувство угрозы ползет от твоего, можно сказать начальника, от человека, которого давно знаешь и... ну по-своему как-то даже любишь... Вот тогда можно и наделать глупостей... Я вот напрасно выдал себя... В этом честно признаюсь... - Вы уверены, что Посол собирался... произвести выстрел?.. - Уверен - промедли я хоть долю секунды - и с ним вам, может и удалось бы побеседовать, а вот со мною - уж извините - нет. Кай помедлил немного, прежде чем задать вопрос, который мучил его (и которым он мучил каждого из опрошенных) все эти сутки: - Мистер Шрайбер, а вы уверены, что в ту ночь, в офисе перед вами был именно Ли Окама, а не кто-то очень на него похожий? Скажем, загримированный? - Да, я могу подтвердить это под присягой. Только... в ту ночь он был... другой. - Я не понял вас, сержант. Он это был или не он? - Черт возьми, я же сказал, что это был Окама!!! Психиатры из меня тут душу вынули, прокурор грозил выставить без пенсии, ребята из секьюрити обходят за милю - а теперь еще вы! Оставьте человека в покое хотя бы здесь! - Забудьте про свои нервы, сержант. Кстати, ваши коллеги намерены бороться за вас... Не все так плохо, как вам кажется... Примите холодный душ и через час будьте в приемной морга Интерпола - знаете, где это? - Знать-то, к сожалению, знаю - не впервой быть на опознании... Только вы напрасно думаете, что мне так просто выйти отсюда... - Я договорюсь с главным врачом... Вам дадут сопровождающего. Я думаю, вы не станете делать глупостей. Кстати, воздержитесь от приема успокоительного или чего-нибудь в этом роде... - Я не уважаю таблетки, мистер... - Вот и хорошо. Если я задержусь - ждите... Человек, терпеливо ждавший у входных дверей старинного дома, к которому еще чуть-чуть и подошло бы название замка, смерил Кая оценивающим взглядом и остался более или менее удовлетворен. - Извините, - Федеральный Следователь даже немного оробел перед импозантной сединой и словно вырубленными из гордой скалы тяжелыми медальными чертами встречавшего. - Я не ошибся - это поместье "Кветлориэн"? - Вы не ошиблись. К вашим услугам Джон Кейвуд - дворецкий. Ваш покорный слуга... - Вот мое удостоверение. Федеральный Следователь Санди... - Проходите, господин Санди. Владелец поместья распорядился позаботиться о вас... - Простите, но... Если я не ошибаюсь, владелец поместья э-э... покинул сей мир, не успев узнать о моем существовании... - Я имею ввиду госпожу Штейн... Простите, я имею ввиду госпожу Окама... Она - единственная наследница моего несчастного господина, и вопрос о том, когда будет осуществлена передача наследства - чистая формальность, поверьте мне... - Разве резиденция Посла - не собственность Департамента? - Мистер Окама счел нужным выкупить дом и земли после того как вошел в права наследства... - Простите, что я задаю бестактные вопросы, - Кай окинул глазами огромный холл - не слишком изысканный, но довольно комфортабельный, - но я не в курсе имущественных дел вашего покойного хозяина... О каком наследстве идет речь? - О наследстве госпожи Лиз. Покойной супруги хозяина. У нее были огромные средства, вложены в "Сиба-Гейджи"... После того, как фирма сделала ее своим представителем в Колонии и она арендовала для них большую часть тамошних плантаций, ее капитал почти удесятерился. Всего за три года... Господин никогда не делал из этого секрета... Хотя многие понимали это... превратно... Представления Кая о принципиальности Посла претерпели в течение тридцати секунд некоторую трансформацию... "Впрочем, - остановил он движение своей мысли в этом направлении, - ничто не мешает морально чистоплотному государственному служащему разумно распоряжаться своими средствами. Тем более - супруге государственного служащего. Как жаль, что у меня уже не найдется времени поговорить с господином Клаусом Штейнбогеном..." Он откашлялся: - Господин Дель Рэй... Этот джентльмен находится здесь?.. - Этажом выше, сэр... Хотя я не считаю, что джентльмены занимаются поисками чего-либо в мусорных ведрах... - Я поднимусь к нему... Не уходите далеко - у меня будут к вам вопросы... - Я позабочусь о том, чтобы господам было чем подкрепиться... Если вы, конечно, не будете слишком увлечены... занятием мистера Дель Рэя. В большой комнате на втором этаже Кай на минуту растерялся - за какой именно из дверей находится его напарник. Ломать голову ему пришлось недолго. Из ванной послышалось чертыханье, и в дверях появился Гвидо с мусорной корзиной и пинцетом в руках. - В каком дерьме только не приходится копаться сыщикам... - несколько лицемерно посочувствовал ему Кай. - Хорошо, что служба санации здесь не блещет усердием, - не придав значения этим соболезнованиям, с удовлетворением отметил капитан планетарной контрразведки. - Обычно они успевают оставить к услугам следствия идеальной чистоты пепельницы, обработанные дезодорантом санузлы и отправленные в утилизатор бумаги... А тут все три дня не выносили мусор... - Да, это - просто праздник какой-то... - согласился Кай, рассматривая простирающуюся перед ним на полу белоснежную скатерть, покрытую сгруппированными в безупречном порядке окурками, скомканными "клинексами", упаковками из-под различной снеди и тщательно расправленными листками из разнокалиберных тетрадей и блокнотов. - Единственное, что меня сейчас утешает, так это то, что здесь проживал мужчина, и вам не приходится перебирать использованные гигиенические тампоны. - Будет вам, Следователь. Такова уж специфика нашей работы - перебирать корзины с грязным бельем. Политики - так те вообще там живут... Глядишь и нарвешься на одного-двух... - Есть какой-нибудь улов? - В кабинете - уйма пепла в камине. Хорошо растолченного. Похоже, перед тем, как пойти на дело, покойный спалил кучу бумаг. Секретер явно тщательно перебирали. Остались только финансовые бумаги - документы на разную недвижимость, квитанции, расписки... - Вы в курсе этих самых имущественных дел? - Вы имеете ввиду историю с его женитьбой? - В основном - именно ее. Мы там, в Управлении как-то упускаем такие моменты... Я только что услыхал об этом. И знаете от кого? - От старого болтливого осла - там внизу, бьюсь об заклад... Джон Кейвуд на редкость вовремя появился на пороге, следуя в фарватере антикварного сервировочного столика на колесиках. На его лице римского патриция не дрогнул ни один мускул, и Кай решил уповать на плохой слух почтенного дворецкого. - Если господа сочтут возможным пройти в буфетную, - сообщил тот, - я осмелюсь предложить вам холодную дичь и херес. А это - засахаренные фрукты. Особый рецепт - хозяин привез из колоний... Советую вам покинуть эту комнату - запах, знаете ли... - Пожалуй, можно и прерваться, - согласился Гвидо. - Это сэкономит нам время на обед в городе. Погодите - я отмоюсь, а то у меня руки в четырех видах дерьма - и все разные... - Скажите, - осведомился Кай, осторожно подхватывая окорочок неизвестной ему птицы, - вы постоянно работаете у господина Окама? - Только последние три года. Из них более двух лет господин Посол отсутствовал - был на этой ужасной планете... Хорошо взвешенным движением он наполнил два хрустальных бокала теплого цвета влагой. - Не забудьте про себя, уважаемый, - подбодрил его Гвидо, входя в буфетную и снимая с полки подходящую по его мнению емкость. - Плесните себе винца - каков, однако, букет... - Никогда не позволил бы себе выпить хотя бы глоток хереса из стакана для виски... Да и не полагается дворецкому выпивать с господами... Кай поперхнулся хорошо выдержанным вином: чего уж он не ожидал встретить на древней старушке-Земле, так это человека добровольно признающего древнее разделение рода людского на неприкасаемые касты. Да еще причисляющего себя к одной из низших... - Вы уж лучше числите нас с капитаном чем-нибудь вроде... ну полицейского патруля, только при другом начальстве... Ведь забреди к вам здешний констебль в холодный денек - вы бы не отказались пропустить с ним по стаканчику? Кстати, что это за зверя мы едим? - Ну, разве что, если принять такую точку зрения, господа... Зверь же, которого вы уважили своим вниманием, называется дрофа. Джон извлек с одной из полок подобающий напитку сосуд, наполнил его и приподнял, отдавая дань уважения собеседникам. Отхлебнул он не больше полуглотка и глаза его увлажнились - старый дворецкий явно не злоупотреблял винным погребом своего хозяина... - Где же вы служили ранее? - вернулся к делу Кай. Пауза чуть затянулась - казалось дворецкому стоит большого труда разжать губы. - Я состоял в штате сэра Биконсфилда, господа... - большой глоток благородного напитка несколько успокоил Джона. "Однако час от часу не легче, - подумал Кай, тщательно изучая свой опустевший бокал. - Дело о контрабанде и коррупции в высших эшелонах власти обоих основных планет Федерации... Пронеси Господь..." - Вы работали у сэра Джеймса? - с бестактным недоумением осведомился Гвидо, наполняя бокалы собеседников и свой заодно. - Так вас рассчитали, или вы ушли по собственной воле? Дворецкий страдальчески сморщился. - Я был вынужден уйти, сэр, после того как имение лорда Биконсфилда пошло с молотка... И вот теперь я вновь оказался косвенно замешанным в скандальной истории... Господи, за что мне такое наказание? - Ну, здесь-то вы ни причем, не так ли? - Кай пытливо всмотрелся в лицо дворецкого, пытаясь прочитать в нем ответ подсознания старого дворецкого на свою реплику. Лицо Джона Кейвуда выражало только глубокое отчаяние. - Вы не понимаете, господин Следователь, насколько важна репутация в такой профессии, как моя. Один-два скандала - и как дворецкий я - пустое место. Никто не захочет брать на работу человека, который хоть косвенно связан с темными делами. Вы не поверите, как бывают суеверны люди... - Для вас будет такой уж трагедией лишиться возможности говорить десяток раз в день "Кушать подано"? - не слишком деликатно спросил Гвидо. - Моя должность, мистер, - с чувством произнес Джон, - позволяет мне противостоять энтропии... - Чему-чему? - переспросил контрразведчик, не уверенный в том, что и впрямь слышит такой термин в устах ходячего анахронизма. - Разрушению основ нашей цивилизации, сэр, размыванию традиций, - если такие слова звучат для вас понятнее в устах старого болтливого осла... - Не стоит обижаться на нас, господин Кейвуд, - успокаивающим тоном прервал зарождавшийся конфликт Кай. - Такая уж у нас работа, что заставляет иногда выражаться непозволительно резко... - К вам лично у меня нет ни малейших претензий, сэр, - с достоинством, но уже более спокойно произнес дворецкий. - Вы уж простите меня, старина, - поспешно поправил положение Гвидо, пополняя содержимое трех бокалов из объемистого графина. - Если хотите, я принесу вам письменные извинения. И весь сектор расследования убийств Планетарной Контрразведки - тоже. - Теперь об убийствах, - Кай взял быка за рога. - Постарайтесь припомнить - не было ли в поведении господина Посла, когда он вернулся из Колонии, чего-нибудь, ну странного, обратившего ваше внимание... - Не знаю... Я не могу назвать его поведение странным... Странными были некоторые обстоятельства, связанные с его приездом... И после... - Что же вы имеете ввиду? - Кай отложил в сторону золотистый кассиопейский орешек и подался к собеседнику. - Он был подавлен. Угнетен. И ждал какой-то беды. - Не было ли такого, чтобы он... чтобы он не узнал кого-то из знакомых? Или - забыл что-то из прошлого, не понял чьих-то слов?.. - Нет - если вы намекаете на расстройство психики - нет. Господин Посол находился, как говориться, в трезвом уме и добром здравии... Скорее уж его самого кое-кто не узнал... Это... Это и послужило причиной своего рода срыва - я так бы это назвал... Хотя причина может показаться вам смешной, сама по себе... - Это уже интересно, - Гвидо нагнулся к дворецкому, ловя каждое его слово. - В то утро... В последнее... Господин Посол провел ночь в городе... - Где, с кем? - капитан дель Рэй, кажется, готов был вручную вытягивать показания из неторопливого господина Кейвуда. - Это не мое дело, господа... Хотя... Я думаю это теперь не сможет испортить репутацию покойного... Речь идет о мисс Вайоминг... Скорее всего. Их отношения, можно сказать, уже не были секретом ни для кого... - Однако это только предположение, или?.. - попробовал додавить дворецкого Гвидо, но удостоился в ответ только горделивого пожатия плечами. - Так что же все-таки приключилось, когда господин Окама в то утро вернулся из города? - попробовал подтолкнуть ход разговора Кай. - Рональд облаял его... Фактически пытался даже искусать... - с глубокой горечью в голосе произнес Джон и скорбно пригубил свой херес. - Простите - это вы про ту псину, что попортила мне рукав, когда я осматривал сторожку у пруда? Кстати, вы его заперли? - с беспокойством осведомился Гвидо. - Ронни вовсе не агрессивен. Я выпустил его побегать окрест. Можете не волноваться из-за этого, сэр... Просто в сторожке лежали рыболовные снасти хозяина и кое-что из одежды, что он надевал на рыбалку. Ронни показалось, что вы покусились на них... Он обожал хозяина как Господа Бога - ведь тот принес Ронни в дом еще слепым щенком и проводил с ним каждую свободную минуту. Когда такие случались... - Тем не менее... - Кай недоуменно кашлянул. - Вот поэтому, должно быть, это так и повлияло на хозяина... Просто добило его... Он заперся в кабинете и не обменялся ни с кем и парой слов. Я даже не заметил, когда он покинул дом в ту ночь, чтобы... - То-есть, вы не знаете, чем занимался Посол весь этот день? И вообще, не видели его? - Не скажу, чтобы уж и вовсе не видел. В середине дня я взял на себя смелость принести ему в кабинет кое-что поесть. В обед. Заливную рыбу и белое вино, если быть совершенно точным. И салат. Вина он приказал принести еще. Некоторое время спустя. Я был несколько удивлен - господин Окама, вообще-то никогда не пил много в одиночку... - Но вы, все-таки, не хотите сказать, что Посол нализался в тот день в стельку? - со свойственным ему тактом попытался внести ясность в показания дворецкого Гвидо. - До этого было далеко, сэр. Весьма далеко... - Так вы уже спали, когда Посол спустился к своему автомобилю и... - Я всегда ложусь в одиннадцать... Машина тогда еще стояла у главного входа. Наутро, как вы знаете... - Ее нашли у офиса. А чем занимался господин Окама, когда вы заходили к нему? - У меня сложилось впечатление, что он искал что-то. Может быть просто, чтобы успокоиться... - Не можете вы припомнить - в прошлые времена... С кем господин Окама был особенно близок? Или, наоборот - может быть кто-то особенно докучал ему? Бывал здесь часто? - поинтересовался Кай. - Здесь происходили только полуофициальные приемы. Обычно, если на Землю прибывало какое-нибудь значительное лицо из Колонии. Советник Лэшли или кто из министров. Это бывало не часто... Из близких - только госпожа Штейнбоген, пожалуй. - И ее супруг? - Нет. Фактически, мне не приходилось видеть господина Штейнбогена здесь. Он никогда не был желанным гостем этого дома, тем более, после того как... - А мисс Вайоминг? - Только один раз - когда хозяин сломал себе руку. Конечно, они встречались с хозяином... Но только в городе. - Ну что ж, - Гвидо твердой рукой отставил в сторону опустевший графин. - Что до меня, то я больше не имею вопросов к господину Кейвуду... - Только вот еще что... - Кай положил руку на плечо дворецкого и внимательно посмотрел ему в глаза. - Господин Окама часом не баловался наркотиками? - Господи! Откуда вы это взяли? - Вот, посмотрите, - Кай подхватил Джона под руку и увлек его в гостиную - к импровизированной экспозиции содержимого мусорных ведер. - Эти упаковки из-под таблеток. "Гистамикс-400". Почему господин Посол принимал это лекарство? Гвидо опустился на корточки и провел по товарному ярлычку упаковки сканером служебного регистратора. Затем подключил к нему блок связи и набрал на клавиатуре запрос. - Насколько мне известно, хозяин не страдал ничем... хроническим... Я, право, не обратил внимания на эти предметы... - Ну вот, - Гвидо повернул к Каю дисплей блока связи. - Компьютер сообщает, что это весьма редкое гистаминоподобное средство, усиливающее проницаемость кровеносных капилляров и вызывающее отечность тканей. Продано два дня назад, около полудня. - А в каких дозах оно применяется? - Обычная дозировка - полтаблетки в сутки, - продолжил читать текст справки Гвидо. - Высшая разовая доза - четыре таблетки. Кай посмотрел на вскрытые упаковки и на глаз прикинул количество. - Да, покойник был большим оригиналом... Давайте упакуем плоды ваших раскопок, капитан. И пусть из Экспертизы пришлют за этим хозяйством... Хотелось бы до вылета знать данные токсикологии... Входная дверь встретила их доносившимися из-за нее поскребыванием и повизгиванием. Как только Джон распахнул ее, Ронни - и впрямь, с виду добродушная псина, неизвестной Каю (и возможно - вообще никому) породы, кинулась на грудь дворецкого. Пес, правда, бросил искоса критический взгляд на капитана дель Рэя, но не стал отвлекаться от основной своей заботы - он всячески пытался привлечь внимание Кейвуда к предмету, зажатому в его зубах - небольшой связке сверкающих ключей. Тот взял их и повернул ладонь так, чтобы господам было лучше видно. - Интересно, где это нашел ключики ваш зверек? - задумчиво спросил Кай. - Не господин ли Посол потерял их ненароком?.. - Я не думаю, что господин Посол терял их... - грустно отозвался Джон. - У них игра такая была - мистер Окама прятал разные мелочи, а Ронни их отыскивал и приносил ему на свист... Теперь он понял, что хозяин не свистнет ему никогда больше... Оттуда, где он теперь... - Если бы собачка еще и рассказала - от каких дверей эти ключи... - мечтательно произнес Гвидо. - Собачка - не знаю, а вот я - могу сказать вам кое-что. Вот эти два - от офиса господина Посла и от его кабинета... Я не знаю, какую дверь открывает третий ключ. Дэвид Л.Корнуэлл - агент "Друг" - терпеливо морщась, переносил манипуляции врача над его рассеченной в двух местах макушкой. Говорил он, шепелявя и сплевывая кровь - пара зубов у него была выбита напрочь, а еще с полдюжины - просто сколоты, да и нижняя челюсть не слишком прочно сидела на своем месте. Левый глаз утопал в багровом кровоподтеке. К тому же, сходило на нет милосердное действие "Миметракса" и начинало брать свое действие солидной дозы алкоголя. Впрочем, он понимал, что легко отделался... - Прокололся я, - сетовал он. - С самого начала надо было это усечь... - Не уродуйтесь, Дэви, - глухо сказал Следователь, стоявший лицом к окну, - это я подставил вас - мог бы и раньше сообразить, что Шышел-Мышел уже настроен на то, что случайных встреч у него теперь нет и не будет... Говорите по-порядку и не причитайте - без этого можно прожить, поверьте. - Я встретил объект наблюдения в аэропорту Лхасы, как и было... - Продолжайте, продолжайте... - Первое впечатление было такое, что этот тип искренне рад меня видеть - в заключении он неплохо относился ко мне... - Это было первое впечатление... А потом?.. - Это впечатление сохранилось у меня до самого конца... То-есть до того момента, как меня вырубили... - Ну что ж. Но до этого ведь было еще что-то - не так ли? - Мы приняли по стопке в баре терминала. С какой-то сложной закуской... Потом Шаленый нанял авиатакси до Озерных Городов. - Это - злачные кварталы, что понастроили в прошлом веке вокруг космотерминала "Лобнор", - уточнил Айзек. - Там мы двинули в заведение Дурного Мергена... Это была главная моя ошибка - там нет нашей аппаратуры... Гос-с-поди, как голова раскалывается... - Кто платил за езду и ресторан? - За езду - Шышел-Мышел... У Мергена до платежа дело не дошло... При мне... Впрочем, бумажник у меня, кажется, увели... Слава Богу, я не прихватил туда регистратор... - Ну, найди эта публика при тебе нашу аппаратуру, и Управлению пришлось бы раскошелится на твои похороны, - заметил Айзек. - Потом, уже в баре на него нависла сразу чертова уйма народу... В общем, я сразу отошел в WC, принять "Миметракс", и тут-то и влип - Шаленый принялся эту публику поить напропалую, причем заказывал то портвейн, то виски безо льда, то пиво сортом подешевле, а про закуску забывал... Сам, между тем, потихоньку налегал на "Смирновскую" и всякую снедь, типа охотничьих сосисок в томате. Мне при таком сценарии надо было уже минут через сорок уйти под стол. Человека четыре к тому моменту именно так и поступили, а я только и мог что разыгрывать опьянение... - Ну и?.. - Ну, под занавес объект наблюдения стал заказывать расстегай... - Что это за штука? - Я сам хотел бы знать... Во всяком случае, повара у Мергена были не в курсе, и Шаленый стал им объяснять как и что... Тут, помниться, к нему стал цепляться какой-то то ли японец, то ли казах - одним словом, борец сумо. Сначала они, вроде, мирно чирикали по-русски, а потом - сцепились... Тут, видимо, мне и приложили бутылью по голове. В первый раз... Остального не помню - сами знаете что такое ретроградная амнезия... Разыграли они все это как по нотам, думаю... - Судя по числу доставленных в медицинские учреждения, играли очень натурально, - заметил Айзек. - Алло, шеф, - окликнул с экрана монитора Вольф, - его группа действовала непосредственно в Озерных Городах. - Мы вычислили и телефон, и Мергена и, кажется, гм... объект... - Не томите душу, - живо отозвался шеф. - Это вербовка Галактического Легиона. Мы прошлись по спискам последних двух дней - он там. И даже под собственным именем, чертов нахал! - Куда его отправили? - Отправят - сегодня в двадцать два ноль-ноль с геостационара. Рейс пять тысяч шестьсот. Я, пожалуй, смогу успеть. - Оставайтесь здесь. Успевать придется мне... Здесь за старшего оставляю Айзека. Следователь со смешной фамилией повернулся к личному составу группы. - Я допустил прокол, ребята, мне и расхлебывать... - Послушайте, капитан, - Кай осторожно маневрировал глайдером в тесных улицах старой части города. - Я все-таки не вижу категорического, так сказать, императива, который повелевал бы нам искать причину преступления именно в Колонии. Сам инцидент полностью локализован на Земле. Могу предложить вам на выбор по меньшей мере четыре небезосновательные версии, которые не имеют никакого отношения к Гринзее... - Ну, во первых, вы конечно зацепитесь за происки конкурентов "Сибы"... Коварный вице-директор Штейнбоген играет в пользу партии войны и организует ликвидацию миротворца Окамы... - В последних комментариях на место нового Посла прочат Вольфа Гроссшланга. В этом случае - десять против одного - поставки с Гринзеи окажутся под вопросом. Война есть война... А "Вибер-продактс" и другие производители синтетических аналогов компонент сывороток Тальбота получают правительственный заказ... - Я как-то раз слышал выражение в том духе, что не бывает зверя страшнее кошки для тех, кто не видел, скажем, ягуара. Не говорю уж о тиграх, Следователь: "Вибер-продактс" - довольно средненький участник этого забега... И прикиньте противоположную возможность - "Сиба" сознательно играет на понижение, способствует устранению чересчур много знающего Ли Окамы, скупает у мелких и средних держателей вроде госпожи Окама собственные обесцененные акции, а в последний момент, на место Посла проводит вместо слегка придурковатого Вольфа Эдуардовича кого-нибудь из наших правозащитников - благо их здесь - как собак нерезаных... Вот вам и еще одна версия. Видите, как легко их печь... Я, впрочем, думаю, что для всех перечисленных субъектов проще было бы добиться простого отстранения Окамы. На мокрое дело у них кишка тонка... Это все-таки Земля, Следователь... Здесь народ пожиже... Надеюсь, сестру покойного вы не числите среди подозреваемых? - Это - вторая версия, капитан. Она, ведь, получила огромное состояние и, кстати, ни словом не обмолвилась мне об этом... - Конечно, с порога этот факт не завернешь... Но... Третье предположение - Кейвуд и связи с контрабандой... Так?.. - Пожалуй... Ей-Богу, вы коварны, Следователь, - разыграли из себя демократа, пропустили со старым клоуном по стаканчику, а сами все время держали его на мушке, а?.. - Вы сами заметили, что старый клоун не так уж прост... Черт, я пропустил поворот... - Это не так глупо. Я не про поворот, конечно... Но контрабанда - это завязка на Гринзею... Собственно, я склоняюсь именно к этому варианту - только, вот давайте не спешить с разработкой старины Джона... А четвертая версия - это, наверное, что я или вы сами устроили эту потеху, да позабыли про нее за множеством дел... - Нет. Четвертая версия - это Галактический Легион. Вербовщикам Окама стоял поперек горла. С их подачи его всерьез пытались отстранить от должности. Полистайте папку - вон ту, на заднем сидении... - Вот это - уже серьезно... И я не стану кривить душой. В этом случае, на Гринзее стоит искать только второстепенные мелочи... А теперь - послушайте меня. Здесь, на Земле все эти версии и многие другие смогут разработать дюжины две прекрасных специалистов. И если они потратят время зря - не случиться ничего особенного. Деньги налогоплательщиков тратили и более глупыми способами... А вот если источник зла локализован на Гринзее, и мы дадим тем ребятам полгода на заметание следов, мы просто упустим опаснейшее гнездо преступности. Причем такой, которая уже замахнулась на землян в нашей собственной норе... Этого я себе не прощу... Я вижу, что вы тоже подумывали об этом, Следователь... Вот еще одна мелочь, - Гвидо небрежно помахал листком распечатки. - Справка Экспертизы: бластер, которым хотел воспользоваться Посол, - табельное оружие того самого Легиона. Ствол с этим номером находится на вооружении девятого полка, расквартированного в Колонии "Гринзея-2"... Он покосился на Кая, следя за его реакцией. Потом добавил: - Вы что-то подозрительно помалкиваете о том, что вы вычитали в Докладе... У вас было хоть полчаса чтобы поработать с ним? Нашли что-нибудь? - Да, капитан, нашел. Кое-что, что заставляет меня согласиться с вашими словами. Но об этом потом... Пожалуйте в анатомический театр, мистер. В приемной им навстречу поднялся истомившийся Шрайбер, по правую руку от которого млел от безделья дюжий санитар. Кай жестом попросил подождать еще немного и вслед за Гвидо шагнул в выложенный белым кафелем зал, где нервно расхаживал из угла в угол старший паталогоанатом Майер. - Вы, однако, заставляете себя ждать, господа, - сухо сказал он, деловито натягивая на руки пластиковые перчатки. - Надеюсь, покойник не убыл по делам, не дождавшись нас? - пошутил Гвидо в своем стиле. И осекся, заметив дернувшуюся щеку прозектора. - Шутка не из лучших сегодня... Утром таким же, примерно, образом шутил дежурный санитар. Ван-Криппен. Он, видите ли, нашел, что пришло самое время напиться до зеленых чертей и молол всякую чушь. Я подаю рапорт на мерзавца... Впрочем, это уже наши проблемы... - Док, - чуть более вежливо, чем это у него получалось обычно, спросил Гвидо. - Нас интересует ваше мнение - не мог ли Посол Окама находиться... под медикаментозным влиянием? - Это требует токсикологической экспертизы. Но внешних признаков - никаких. Удивительно другое - смерть от шока при тяжелом, но далеко не смертельном ранении. Может, окажи мы ему помощь чуть раньше... - Зачем он принимал это, - Кай поднял к глазам врача упаковку "Гистамикса". Влияет это на психику? - Гм, сомневаюсь... Новейший гистаминомиметик... Пока - редкость. Психотропным действием не обладает... - Ну а если некто проглотит в один присест всю упаковку? Двадцать таблеток. - Потребуется медицинская помощь. Его разнесет... Я имею ввиду - это вызовет мощный отек. Но не помешательство. - А покойный выглядел как обычно? - Не встречался с ним при жизни. Затрудняюсь ответить вам... - Это не могло быть связано с последствиями перелома? У покойного был перелом руки. Только, вот, не знаю - какой. Правда, относительно давно... - Вот переломов у трупа как раз не было - ни старых, ни новых. Мы сразу пропускаем э-э... поступивший материал через компьютерный томограф и все виды травм регистрируются безошибочно. В том числе и сросшиеся переломы. Я бы запомнил это. Да и файл еще цел. Не говоря худого слова, Гвидо отошел на шаг в сторону и стал набирать на клавиатуре блока связи номер регионального медцентра. - А вообще-то, факт смерти не вызывал сомнений? - сознавая глупость вопроса, Кай постарался задать его стальным голосом. - Вас устраивают такие стандартные признаки, как остановка дыхания, отсутствие пульса, охлаждение тела и трупное окоченение... - с большой долей яда в голосе, парировал явно оскорбительное подозрение доктор Майер. - А энцефалограмма? - вдруг блеснул неожиданными познаниями Гвидо. - Подобное делается только, если факт смерти оспаривается... - А почему до сих не произведено собственно вскрытие? - Видите ли, я счел подобный случай смерти от шока достаточно редким и нашел возможным пригласить для консультации известного эксперта в такого рода вопросах - профессора Энке... Он ожидает в моем кабинете. Профессор не смог прибыть ранее... Позвольте, я приглашу его. Доктор вежливо зачирикал что-то в свой блок. Кай в который раз поймал себя на мысли о том, что посещение заведений, подобных тому, в котором им приходилось пребывать сейчас, вызывает у него вполне определенную последовательность ощущений. Само пребывание в прозекторской, вид запрокинутых в немом крике оскаленных ртов, спутанных, подобных морским водорослям волос, неживая желтизна кожи и отверстые внутренности глубоко подавляли его, но по выходе из обители смерти и тлена, его наполняло всепоглощающее ощущение радости жизни, которого он несколько стыдился. Каждая клеточка его организма радостно вопила "Я живая!". Морг регионального отделения Интерпола был фактически пуст, но все равно, Федерального Следователя тянуло наружу. - Из медцентра сообщают, - негромко сказал Гвидо, пошевелив в воздухе блоком связи, - что пациенту Окама четырнадцать месяцев назад была оказана помощь в связи с переломом лучевой кости правой руки. При игре в поло. Помощь оказал домашний врач покойного - Ольгердт Нильссен... Доктор Майер недоуменно пожал плечами: - Давайте обратимся к самому э-э-э... предмету расследования... Тем более, что профессор Энке уже с нами, - он сделал вежливый жест в сторону появившегося из внутренних дверей благообразного господина в безупречном халате. - Одну минуту, - остановил его Кай. - У меня здесь, в вашей приемной ждет один свидетель... - Он подошел к двери и окликнул немедленно появившегося на зов сержанта. - Производится процедура опознания трупа Чрезвычайного и Полномочного Посла Федерации Ли Окамы фигурантом по делу четырнадцать триста тридцать восемь, сержантом вневедомственной охраны Говардом Шрайбером, - продиктовал он в регистратор. - Напоминаю вам, сержант, что ваше свидетельство чрезвычайно важно для следствия. Постарайтесь быть максимально объективным... Служитель набрал код на замке одной из многочисленных, смахивающих на ниши крематория, дверок холодильника. Дверка поднялась и плоское стальное ложе, на котором должен был покоиться Чрезвычайный и Полномочный Посол, выскользнуло под яркий свет хирургических ламп. Оно было пусто. - Так, а где, собственно, труп? - недоуменно спросил после некоторой паузы сержант Шрайбер. 2. ДЕНЬ РАЗМИНУВШИХСЯ Капитан одного из крупнейших челночных рейдеров Федерации был в гневе. Сама по себе Периферия, с которой ему по долгу службы приходилось постоянно иметь дело, была далеко не рассадником добрых нравов и законопослушания. Когда же экипаж начинает импортировать столь необходимые в тех краях навыки контрабанды и мздоимства в традиционно щепетильные в этих вопросах пространства Системы, капитану частенько приходится задумываться о судьбе своей лицензии на космическое судовождение. - Я чувствую, - сообщил он так и не дождавшемуся предложения присаживаться суперкарго, - вам явно не хватает острых ощущений... Вам, Джастин, мало того, что мы имеем на борту полторы тысячи питекантропов из Галактического Легиона. Не думайте, что капитану Вартаняну (кэп имел ввиду себя) не известно кто и как погрел на этом руки... Это - другой разговор. Вам мало того, что мы вполне официально везем с собой пару ищеек, причем, из двух ведомств сразу... Могу вас порадовать - если вы еще не в курсе относительно последнего сеанса связи - что мне предписано - кэп прикоснулся к украшенному Тремя Гербами листку, лежащему перед ним на столе, - оказывать всемерную помощь еще одной - засекреченной - для разнообразия. Согласитесь, это заставляет немного нервничать, так ведь? Так в добавок к этому, на борту оказывается еще и груз без отметки таможни Системы... - Право же, капитан, я не делал из этого секрета от вас... Суперкарго мог бы добавить, что, насколько ему известно, и в случае доставки и размещения на борту "Проциона" какой-то злосчастной пары довольно громоздких ящиков, отправитель которых хотел избежать утомительных формальностей там, на "Лобноре", точно так же как и во всех подобных случаях, кэп Вартанян не остался в обиде, но есть вещи, которые лучше никогда не высказывать вслух... - Вот что, Джастин, - кэп неприязненно и строго выпрямился в своем кресле. - Вы нагадили, вы и прибирайте. Отправитель, как я понимаю, находится у нас на борту. Тот странный тип из триста сороковой... - Именно так, сэр. - Так вот, отправляйтесь к нему немедленно и пусть он забирает этот свой груз из общих трюмов. Очень вероятно, что при разгрузке нам учинят "выборочный контроль". И я не уверен... Вы слышите, Джастин - НЕ УВЕРЕН, что вся эта теплая компания у нас на борту не собралась из-за какого-то из этих контейнеров... Вы хоть представляете, что в них может оказаться? - Но куда же он... куда же мы их денем, сэр? И как... - Есть мнение... ЕСТЬ МНЕНИЕ, Джастин, что челноки Легиона не будут досматривать слишком... скрупулезно. Может быть, я говорю МОЖЕТ БЫТЬ, Джастин, их в этот раз не будут досматривать, вообще... Так вот, пусть этот тип из триста сороковой прихватит наличные и отправляется перебросится парой слов с кем-нибудь из офицеров Легиона, чином постарше. Уверен, что у него это получится... И сделайте соответствующую запись, чтоб никто не хватился груза. Только пусть поторопится - у меня есть нехорошее чувство, что Легион придется выгружать раньше намеченного срока... Суперкарго знал, что предчувствия редко когда обманывали хорошо информированного кэпа. Однако были в деле и смущавшие его обстоятельства... - Капитан, - вежливо кашлянув, сказал он. - Я должен сказать, что это действительно странный тип... Впрочем, я лично с ним не контактировал... Он не выходит из триста сороковой. Заплатил за доставку еды из ресторана в каюту. Причем, когда стюард заходит к нему, отсиживается в ванной... На звонки в другое время просто не отвечает... - Это уже ваши проблемы, Джастин... Решайте сами как проконтактировать с вашим протеже. Может, поумнеете и не станете больше навязывать мне на шею пентюхов со странностями. Я не задерживаю вас... Перед дверью триста сороковой (люкс на одного) суперкарго призадумался. Людей со странностями он крепко опасался. Тем более в такой невыигрышной ситуации, когда обстоятельства заставляют практически вламываться в неприкосновенные покои таких чудаков. Можно заработать пулю, влипнуть в судебный процесс, на худой конец - напереться на труп, в чем тоже радости никакой. Он минут пять давил на сенсор звонка, потом, тяжело вздохнув, достал из кармана универсальный ключ и осторожно отпер входной тамбур, потом - внутреннюю дверь. Громко вслух извинился и вошел. Момент был ответственный: можно было ожидать удара бутылкой по голове, приема каратэ, истерического крика и затяжного скандала, но не последовало ничего. Только аппаратура в углу крутила музыку - достаточно тихо, так, что и мелодию разобрать было трудно. Полумрак стоял в триста сороковой и терпкие, непривычные для космического судна запахи наполняли этот полумрак. Хозяина нигде не было видно. Джастин хорошо знал эти клятые люксы, сооруженные так, чтобы в минимальном пространстве создать иллюзию просторного лабиринта из бара, кабинетиков для отдыха и развлечения, мини-кинозала и даже микро-танцплощадки. Покружив в основном отсеке, он заглянул в рабочий кабинет, спальню и кухоньку - скорее символическую, чем настоящую, и, еще раз тяжело вздохнув, взялся за ручку входа в ванную. Там тоже никого не было. Как и в туалете. Чертыхнувшись, суперкарго опять внимательно обвел каюту глазами. От пряных запахов и тихого грохота там-тамов из высококачественных динамиков у него как-то все поплыло в голове. Он тряхнул ею - не полегчало. Зато сзади он услышал тихое посвистывание. Переливчатое такое - в такт там-тамам. Он обернулся и, ощущая, что пол уходит из-под ног (маневр начался, что ли?) увидел, что сзади никого нет. А насвистывание снова тихо-тихо раздалось опять за спиной. Впоследствии ему так и не удалось вспомнить, что же было дальше... Гвидо не успел наскучить Федеральному Следователю за все три недели пути (три Скачка и уйма утомительных маневров в промежутках). Прежде всего потому, что не слишком мозолил глаза - он предпочитал тратить время пути на пребывание в отлично оборудованном спортзале, которым мог бы гордиться любой элитный клуб и на Земле - благо эта роскошь входила в стоимость билета, оплаченного казной. Правда, капитан контрразведки был слегка разочарован классом тренера-каратиста, но, несмотря на это, менее шести часов в день тренировкам не посвящал. Заглядывал в спортзал и Кай, но не более, чем на пару часов, разве что задерживался в тире. Основное свое время он тратил в тихой и почти никем из пассажиров не посещаемой читальне, расположенной на восьмой палубе "Проциона", прорабатывая запрошенную по Универсальной Сети текущую продукцию средств массовой информации Гринзеи и сводки Управления по состоянию дел в Колонии. Удовольствие было не из дешевых, учитывая тарифы подпространственной связи, но - Федеральный Следователь знал это не понаслышке, благодарное. Кроме тренировки одрябшей от постоянных подсказок компьютеров и высокого класса консультантов памяти, это прокачивание через мозг бесконечного количества фактов, имен, дат оставляло в его извилинах бесценный осадок, который иногда взрывался неожиданным озарением в те самые моменты, когда тупик расследования казался унылой неизбежностью... Сознание этого, конечно не исключало и той - гораздо более вероятной - возможности, что ничего кроме головной боли в данном конкретном случае его упражнения не принесут. Сегодня, к вечеру эта мысль очередной раз одолела его. Пора было дать подсознанию немного поработать без его, лично Кая Санди, помощи. Федеральный Следователь сложил в папку сделанные за день распечатки и записи, выключил дисплей и спустился в почти пустой бар шестой палубы. Народ побогаче еще не начал вечерние забавы, а странствующие по казенной надобности служащие уже выпили свое пиво, съели ужин и начали вахту у телеэкранов или продолжали корпеть над терминалами. Кай получил из оформленного под старину раздатчика кружку пива и, подняв глаза от приятно искрящейся пены, нос к носу столкнулся со своим коллегой - по другую сторону столика, вооруженным точно такой же, только наполовину опустошенной кружкой, старомодными очками, которых в жизни никогда не носил, и светлой, нордической шевелюрой, сменившей его натуральную - рыжую, курчавящуюся шевелюру. Из чего следовало, что коллега находится при исполнении и законспирирован. Узнавать его в таком разе не следовало, и Кай ограничился тем, что понимающе - почти только одними глазами улыбнулся старому знакомому. "Старина Стив при деле, - подумал он. - А дело, стало быть, на корабле или в Колонии. Черт возьми, уж не запараллелили ли нас господа начальники?" Подобных вещей он не любил - не раз при подобном раскладе успешные действия двух и более следственных групп, которым по мысли руководства Управления не следовало подозревать о существовании друг друга, успешно взаимно парализовывали ход дел, простых как ограбление приходской кассы сиротой-клептоманом. "Судя, однако, по камуфляжу, объект находится где-то на борту, если, конечно, дотошный Стив не входит в роль загодя." - решил Кай. Еще в училище - а они были одногодки, только специализация была по-началу разная, он привык выслушивать советы типа "Посмотрите, как тщательно прорабатывает материал кадет Клецки! Вот вам бы всем так..." "Я уже почти и забыл, что старина Стив носит эту смешную фамилию - Клецки" - с улыбкой подумал Кай и неожиданно призадумался. Одна из мыслей, пришедших ему на ум, состояла в том, что очень забавно будет встретить на борту этой громадной посудины еще одного своего старого знакомого. Это было бы действительно забавно. Однако в отношении того, что встреча эта ему еще предстоит, Федеральный Следователь, вообще говоря, заблуждался. Потому что тот самый громадный мужик в пятнистой форменке Легиона, который четыре часа назад попался ему на глаза, будучи вооружен исполненным в стиле "ретро" громадным газетным листом из тех, что для украшения были разложены на столиках в читальне, и был тем самым его старым знакомым, надежду на встречу с которым Кай оставил еще на ступенях планетарного терминала в Женеве. Нет, ему ничего не показалось - он просто не принял всерьез мимолетную ассоциацию. Его еще позабавило присутствие легионера в читальне - корова в Божьем Храме смотрелась бы куда естественнее - и то, что профессиональный громила принял всерьез чисто декоративный лист бумаги и пытался что-то вычитать в нем. Впрочем, заняв свое место перед терминалом, он тут же забыл про этот курьез. Чего нельзя было сказать о Дмитрии Шаленом, который еле успел схватить со стола проклятую копию "Гардиан" конца двадцатого века и загородить ею свою физиономию от как снег на голову свалившегося "крестного". Шышел-Мышел с самого начала рейса облюбовал этот тихий, вечно пустой отсек с мягкими креслами и приглушенным светом для того, чтобы не слишком светится в разношерстной, но одинаково беспробудно тупой массе легионеров. В его планы не входило ни с кем из них делиться своим прошлым и, тем более, своими планами на будущее. Вообще, свое пребывание в рядах наемного Галактического воинства он рассматривал не более, как забавный эпизод, имеющий целью задарма - за счет вербовщика то-бишь, доставить его - Шышела-Мышела к месту дислокации треклятого Барсука Беррила. После первых же шагов по грунту Гринзеи, Шаленый намерен был распроститься с крепко пошитым, но имеющим неприятное свойство - быть мишенью для противника - нарядом легионера и тихо нырнуть в криминальное подполье Колонии, где искать его, как и сотни других дезертиров Легион может до Второго Пришествия - благо не он один ищет Шышела-Мышела... Подмогой в этом деле Шаленый мыслил мил-друга Джакомо Якопетти, который избрал - и по его словам не в первый раз такой непыльный способ преодолеть маршрут Солнечная Система - Колония Гринзея-2. К нему-то он и направил теперь свои стопы, осторожно определив за спинку кресла проклятую шуршащую "Гардиан" и обливаясь холодным потом при каждом шаге, сделанным за чуть сутуловатой спиной Федерального Следователя... "Неужто со мной как с мышом играть вздумал, хитрован чертов, - прикидывал Шаленый варианты поведения Следователя. - На нервы давит, гад... Хотя, может и просто по следу добрался и того не подумал, что Шаленого в красный уголок занести может... Быстрей всего так - потому - не с руки ему Шаленого спугнуть... Ну что ж, друг дорогой, недорезанный, мы с тобой еще в игру поиграем, мы с тобой в кошки-мышки набегаемся..." Мил-друг Якопетти оказался на месте - в переделанном в бар трюме, что командование Легиона арендовало на пропой души личного состава. Это, собственно, и был его образ жизни и постоянное ремесло - кемарить за столиком в углу и обделывать текущие дела. Сейчас он принимал ставки - на очередные раунды борьбы тараканов-телепатов с Большой Струги и - от новичков - на то, кого первым будут хоронить на Гринзее. Это последнее пари было не лишено человечности - треть призового фонда традиционно отчисляли семьям - буде такие имеются - тех, кому не повезло. А коли нет - так на помин души в "Зеленой ржавчине" - единственном месте на Гринзее, о котором, благодаря его дурной славе знали, пожалуй в любой части Обитаемого Мира. - Ты, чем-то озабочен, мой друг, - благодушно молвил итальянец, жестом приглашая Шаленого присаживаться напротив. - Взгляд рыскает, да и с лица взбледнул... Посерел точнее. Встретил призрак кого-нибудь из тобой замоченных? - Он пододвинул Шишелу-Мышелу высокий стакан и плеснул в него кьянти. - Прими немного живительной влаги и успокойся... - Сроду народ не мочил! - зло рявкнул Шаленый, с треском опускаясь на сидение и решительно отодвигая вино. Если чьи штаны и намокли - так ихние хозяева сами со страху струи пускали, что твой кашалот... А настоящей мокрухи за мной нет - Бог миловал, хотя когда кое-кого повстречаю - об том, бывает, жалею... За винцо, тебе мил-друг спасибо - еще та кислятина - да только я мешать не стану... Ты паренек, - он одной левой на ходу развернул кельнера, - подай-ка чего покрепче - глотку промочить... - Водки русской нет, - отчаянно вырываясь, заверещал паренек, хорошо знакомый с запросами и норовом здоровенного легионера. - Есть арака, есть финская, арктическая... - Вот ее и волоки! - одобрил Шаленый. - Пойло очищенное, уважаю... Да закусить - сам знаешь чего... - Знаю, знаю! - торопливо ответил кельнер и поспешил нырнуть в в фиолетовые клубы дыма "Мальборо", сгустившиеся к этому часу до плотности дымовой завесы. На смену ему вынырнул похмельного вида хмырь, предложил перекинуться в картишки, удачно увернулся и оставил больших людей в покое. - Кстати, о встречах, - продолжил Джакомо, рассматривая свой массивный - сошел бы за небольшой кастет - перстень сквозь рубиновую толщу вина. - Ты, вроде повстречал кого-то или что-то, что тебя, дорогой Чичел вывело из себя... Это серьезно? - Серьезней некуда! - В ожидании запропастившегося кельнера Шаленый отломил здоровый кусок "пармезана", которым закусывал Якопетти и стал нервно жевать его, роняя крошки на благоприобретенную за время рейса клочковатую бороду. - "Крестного" своего я на хвосте притащил... - Это нехорошо! - враз посерьезнел и переменил позу Якопетти. Он воззрился на Шаленого, напоминая солидного попугая, обнаружившего в своей привычной клетке небольшую гадюку. - То-то и оно, что нехорошо. Чуть нос к носу не сошлись - на восьмой палубе... - Кой черт занес вас туда, мой друг?.. Он узнал вас? - Да со спины я на него зашел... Он и носа не поворотил... Разминулись мы - Боженьке слава... - Так чего ты волнуешься? Может - это простое совпадение. Как это ты мне говорил - гора с горой не сходится, а, вот, человек с человеком... - Упаси меня Господи от этих совпадений - таких у меня на всем веку всего пара и была: одно плохо кончилось, а другое - и вовсе хреново... Из дыма опасливо вынырнул кельнер, установил перед господами легионерами трехлитровый запотевший графин, жаровенку с "барбекью", блюдо корнишонов, взял деньги, не надеясь, что сможет получить их позже, и благополучно унес ноги. Синюшный картежник было высунулся вслед за ним, но узнал клиентов и дематериализовался. Шаленый плеснул в стакан почище на два пальца кристальной жидкости, принял и с хрустом уничтожил огурчик. - Как быть-то, друг Джакомо? Ума не приложу... Но, мыслю, что придраться ко мне этому гаду ползучему не за что. Так что мое дело - это его в колонии с хвоста сбросить... Только, ведь, не дурак он полный, не идиот - без подручных работать. Да как их вычислишь? - он щедро заполнил освободившийся от "кьянти" стакан мил-друга "финской арктической" и двинул его собеседнику. - Прими-ка, милый, чтоб лучше думалось, да закуси покруче, чтоб, как тогда, не охренел... Всем ты, друг Джакомо, хорош, только вот мочегонное свое напрасно употребляешь, - Шаленый аккуратно переставил оплетенную бутыль с остатками "кьянти" под стол, покуда проглотивший "арктическую" собеседник вылезшими из орбит глазами созерцал внутреннее полярное сияние, - и букву "ша" не выговариваешь - ну это дело поправимое... - Я так думаю, дорогой мой, - с некоторым трудом произнес Якопетти, глаза которого увлажнились, - за оставшийся до посадки промежуток времени никого вычислить не сможем ни вы, ни я... А вот лечь на дно - следует... - А где здесь дно? - поинтересовался Шаленый, закусывая в меру прожаренным филе и не торопясь снова прикладываться ко вновь на четверть наполненному стакану. - Последнее место, где твой "крестный" будет искать тебя наутро - это здесь - на виду у всех. Здесь его человеку и засветиться легче, если начнет активничать. Эх, друг мой, Чичел, если-б ты лучше знал обстановку в тех благословенных местах, куда мы с тобой следуем, тебе бы и в голову не пришло секретиться от старины Джакомо... Ну куда ты думаешь податься сразу с военного терминала? На каких своих друзей сможешь рассчитывать, особенно имея на хвосте этих ищеек? А старина Джакомо знает когда в какую ямку следует нырнуть на Гринзее... "Эх, друг ты мой, Джакомо, - мыслил меж тем Шаленый, разглядывая собеседника сквозь кристальной чистоты влагу, плескавшуюся в его стакане, - всем то ты хорош, вот только ума у тебя до хрена..." Злоба сродни той, что испытывает загнанный в засаду кабан, постепенно распирала его. Из табачной мглы снова появилась личность с колодой картишек. На этот раз его ошибка была роковой. Выйдя из-под ионного душа и натягивая легкий спортивный костюм Гвидо ощущал себя заново родившимся. Правда, в этот раз, что-то тревожное примешивалось к приятной ломоте мышц и заполнявшей сознание сладкой усталости. "Надо закончить как-то наши разговоры с Санди по Гринзейским делам, - вяло подумал он. - Поставить все точки над "i" и все черточки у "t"... А то все ходим вокруг да около, да морочим друг другу голову третью неделю подряд, а посадка-то - уже на носу..." Но не это было источником его тревоги, не это... И лишь выйдя в кольцевой коридор десятого уровня, по дороге к блоку лифтов, он сообразил, что хорошо знает того коренастого, широкоплечего азиата, что одевался после тренировки, почти одновременно с ним, в дальнем конце раздевалки - Гвидо только в зеркало видел характерный рельефный рисунок мышц на его спине, но подсознательно как раз его-то и узнал - профессиональной памятью. Теперь подсознание, с легким запозданием выдало ему это знание. "Гос-споди, - подумал он. - Так ведь это же Мацуи Мацумото - из армейской разведки. Значит, Комплекс тут как тут... Интересно, заметил ли он меня? И какое дело Комплексу до обстоятельств смерти Посла Окамы? Глупый, впрочем, вопрос... Хотя как посмотреть... Что там за черт у них творится?" - это он уже произнес вслух: снизу по колодцу лифта до плавно скользящей вверх, к пассажирским отсекам, кабины доносился глухой гул и хор то ли проклятий, то ли возгласов одобрения... Его спутники по короткому путешествию в лифте - предельно аккуратная, кипейно-седая супружеская пара - ответили ему полными сострадания взглядами: - Это Легион, мсье... Завтра их высаживают на Планету - что ж, каждый отмечает конец пути как может... После паузы пожилой джентльмен добавил: - Вы ведь тоже покидаете "Процион" здесь? - Разумеется, это конечный пункт рейса... - Ну да, разумеется... Вы работаете в сфере бизнеса? - Нет... Я, скорее, правительственный служащий... - Тем более, контакт с вами на этой ужасной планете может быть взаимно полезен для нас - вот возьмите мою карточку... Мы эксперты в области фармакологического товароведения... Миссис и мистер Фигли, всегда к вашим услугам... - Благодарю... - ответил Гвидо, не спеша называть себя. - Господи, что они там, тараном шлюз вышибают, что ли? Чета товароведов ответила вежливым пожатием плеч. Лифт остановился, и Гвидо с некоторым облегчением покинул столь доброжелательных спутников, направив свои стопы к каюте, которую делил с Федеральным Следователем. Капитан Вартанян, слегка наклонив голову набок, внимательно рассматривал плутоватую рожу своего суперкарго. - Я что-то не возьму в толк, Джастин: то ли вы пытаетесь водить за нос Акопа Вартаняна, то ли вас самих кто-то водит за нос? Моя к вам просьба: соберите на текущий момент все свои мозговые усилия и скажите мне определенно - как вы поступили с этими, будь они трижды неладны, контейнерами... Скажу прямо, дорогой мой, мне тут рассказывают какие-то странные вещи, и мне не хотелось бы на ближайшей стоянке - а это, если вы не забыли, Гринзея, и ее мало кто любит - списать вас на берег ввиду э-э... необходимости купировать некие э-э... физические и умственные дистурбации (кэп иногда вворачивал в речь слова, смысл которых был достаточно темен ему самому). - Но, видите ли, сэр... - В том-то и дело, что я ничего не вижу. С чертом этим, из триста сороковой, потолковали?.. Джастин, я вас спрашиваю... - Мне кажется... М-мы... Одним словом, мы, очевидно, разминулись... - Скажите мне четко - двумя словами - где ящики? И, кстати, где ваш головной убор? - Контейнеры на десантном боте, - набравшись духу выпалил Джастин, причем сам он не мог поклясться - правду он говорит, или заливает кэпу Акопу баки. Что до форменной фуражки, то относительно ее теперешнего местонахождения суперкарго не имел ни малейшей идеи... - Ну что ж, идите, Джастин, отдохните... И... э... воздержитесь, - капитан сделал характерный жест. - Джину успеете набраться в порту... И помните - завтра с шести-ноль-ноль - разгрузка... Проводив суперкарго настороженным взглядом, кэп надавил на клавишу селектора: - Коста, давай-ка сюда этого Салливана... Рядовой Салливан предстал перед стариной Акопом как лист перед травой. - Послушайте, Генри, - кэп неплохо знал по именам свою команду, но, вообще-то, рядового Салливана звали Уинфредом. Спорить, однако, он не стал. - Послушайте меня внимательно: вы по-прежнему уверены, что то, что вы видели там, в коридоре тамбурного уровня, вам не померещилось? Некоторое время царило натянутое молчание. - Вы знаете, кэп... С одной стороны, я ясно видел все это своими глазами... Вот этими, кэп... А с другой... Чушь какая-то получается, кэп... Никак такого быть не могло... Получается, что я, вроде на мистера Джастина клепаю... напраслину возвожу... - Как у вас с виски, Генри? Есть проблемы? - Клянусь Христом и его Богоматерью, господин Вартанян - от порта до порта - ни капли в рот... На Святой Анне, в тот раз я, конечно, выступил... как вы выразились, неордиран... неординарно, но эти русские хоть самого святого апостола, как его там... до греха доведут. Но на борту - ни-ни... - Так что же, - кэп обратил к подчиненному сверкающую костяным блеском лысину. - Будем считать ваши э-э... наблюдения галлюцинацией?.. - Так точно, господин капитан. Пусть будет, что это все мне примерещилось... - ПОМЕРЕЩИЛОСЬ, Генри, ПОМЕРЕЩИЛОСЬ, - капитан аккуратно разорвал на восемь частей исписанный корявым почерком листок и отправил клочки в утилизатор. Забудьте об этом и занимайтесь своими обязанностями. И помните, Генри, что вы мне сказали относительно виски... - Поверьте, капитан, рядовой Генри скорее даст себя на год поставить на вахту в реакторный отсек, чем лишний раз приложится к бутыли... - это рядовой Уинфред К.Салливан обещал с легким сердцем. Генри звали его сменщика. Тот был баптистом. Проводив взглядом того, кого он числил за выше помянутого Генри, кэп снова ткнул пальцем сенсор селектора: - Раджеш, как там ситуация в госпитале? - Ну, бортовая полиция разогнала всю эту банду по кубрикам... Это, кстати, было нелегко, Акоп - там, в двух барах чуть не весь Легион гудел... - Я не говорил, что это должно было быть легко, Раджеш... - Ну, синяки и ссадины эта братия подлатает сама, счет за выбитый шлюзовый запор и разнесенные стойки Бенито им вкатит... - Черт возьми, чем же можно высадить шлюзовую дверь? - поинтересовался помалкивающий до той поры в углу сэконд. - Барменом, - коротко пояснил доктор Раджеш. - Меня не интересуют технические детали, доктор... Из экипажа кто пострадал? - У рядового охраны - травма копчика. И вольнонаемной Мэри Покроффски за декольте вылили горячий пунш... - Сильный ожог? - Пустяки. Но она настаивает на компенсации за вынужденную профнепригодность в течение недели... В остальном - пострадавшие среди самой этой шатии. Там и дело началось-то с того, что каким-то картежником попытались пробить витрину с горячими закусками... При этом он отлетел на кавказцев, или курдов - черт их разберет... В общем, которые хором пели, а те в свою очередь... - Ладно, каков результат? - Двое с переломами, двое с сотрясением мозга - один из них в неважном состоянии... Одного особо буйного загнали в карцер. Это он как раз раздолбил копчик Свенссону... Прямо бык страшный какой-то... - Ладно. Выправьте протокол как надо - я подпишу, и все это - колонелю Васко. Пусть отдувается за своих головорезов. Не забудьте снестись со страховым агентом в порту... Вольнонаемной Покроффски объясните доходчиво, что она у нас числится оператором ЭВМ и, хотя не умеет отличить опцию от аргумента, бюст ее, формально рабочим органом не является. Получит дополнительные суточные за моральный ущерб и может - если есть такая потребность - разодрать рожу колонелю - я не возражаю... Выключив селектор, капитан тяжело откинулся в кресле и тихо прикрыл глаза. Сутки предстояли тяжелые... Сэконд, стараясь не шуметь, вышел из кабинета и перекрестился. Суперкарго же Джастин О'Хмара в это время на цыпочках крался к дверям грузового трюма. Странное и достаточно неприятное ощущение того, что там - за бронированной дверью - его ждет нечто в высшей степени жутковатое, не покидало его. Но непреодолимое желание узнать, куда, собственно, девались четыре с небольшим часа его жизни - с того момента, когда там - в триста сороковой - в его сознание ввернулась эта кем-то за его спиной насвистываемая, такая знакомая - вот, только, где он ее слышал - мелодия, и до того мига, когда он понял, что по селектору уже который раз кэп требует найти и прислать к нему неведомо куда запропастившегося суперкарго - а где, собственно, он находился в тот момент? - вот это желание и заставляло суперкарго О'Хмару - человека далеко не отчаянной храбрости - тихо-тихо, словно к спящему дракону, подкрадываться к двери трюма общего назначения. И еще он хотел знать - куда делась его форменная фуражка. А за дверью ничего и не было. Точнее были раскрепленные по всем правилам, маркированные и пронумерованные контейнеры, подлежащие разгрузке на "Гринзее-товарной". И все. В особом закутке, там, где доселе уютно гнездилась в амортизирующих держателях пара неплохо оплаченных и неважно зарегистрированных контейнеров, значившихся за обитателем таинственной триста сороковой, было пусто. Не было нигде и фуражки суперкарго Джастина. Он судорожно вздохнул. Этой загадки ему было не разгадать. Может, он и узнал бы что-нибудь от рядового Уинфреда К.Салливана, если бы в его сознании сохранилась их странная встреча в кольце шлюзовых коридоров - тогда, в те, навеки выпавшие из жизни суперкарго, вместе с его форменной фуражкой, четыре часа. И если бы Уинфред К. не поклялся себе и капитану быть немым как могила. До первой выпивки. - Мне это не нравится, - стараясь не смотреть на собеседника, сказал Гвидо. Признайтесь, Санди, вы заметили, что замок нашей каюты пытались вскрыть? - Ну, я сделал в отношении этого некоторые выводы, когда вы поставили дополнительную блокировку... - По крайней мере трижды замок срабатывал в наше с вами отсутствие... И блокировка оказалась вовсе не лишней... Кроме того... Впрочем, может быть вы и сами что-нибудь замечали, Следователь? - Как вам сказать... Вот у одного литературного персонажа - вполне психически нормального типа - была такая странность - его преследовало ощущение, что всегда где-то за углом прячется лошадь... Вот и у меня последнее время наблюдается что-то в этом духе... Только, сами понимаете, дело идет не о лошади... - Вас часто снимали, Санди? Я имею голографическую фиксацию или просто видеосъемку... Тайно. - Бывало, временами... - Что до меня, то это, знаете ли - профессиональная болезнь... Работа в контрразведке это... работа в контрразведке. Так что, я это дело ощущаю уже, - капитан похлопал себя по загривку (Каю вспомнился похожий жест сержанта Шрайбера), - шестым чувством. Так вот, нигде меня так часто не снимали, как на этом благословенном суденышке... Гвидо прикинул, что для нормального продолжения разговора, собеседника надо "разморозить". Да и разморозиться самому. Слишком уж много скользкой изморози накопилось в этом еще и не начавшемся, по сути, деле. Он извлек из кейса свою знаменитую фляжку, о которой коллеги любили пошутить, что она как старинный "фольксваген" - изнутри значительно больше, чем снаружи, отвернул крышечку - набор объемистых стопок - и плеснул Федеральному Следователю соразмерную дозу хорошо выдержанного коньяка, не забыв и про себя. - За невидимок, - сказал он. Кай поддержал тост. - Теперь еще немного о совпадениях, - продолжил он, протягивая Гвидо початую упаковку с тонко нарезанной ветчиной. - Тут с нами до Колонии добирается еще один мой коллега. Клецки - забавная такая фамилия... Это конфиденциально. Считайте, что мы с ним разминулись... Розовый ломтик секунды на три замер в пальцах капитана планетарной контрразведки. Потом он тщательно разжевал его, поднялся, извлек из холодильничка лимон и стал нарезать его карманным ножиком так, словно готовил препарат для анализа под микроскопом. - В этом деле слишком много совпадений, - наконец констатировал он. - Буду откровенен. У нас есть еще один спутник, заслуживающий внимания. Это Мацумото - один из лучших людей Комплекса на Периферии. Сначала я подумал... Но теперь не знаю с кем он в спарринге - с нами или с... господином с забавной фамилией... - Господина с забавной фамилией лучше величать мистером Фогелем. Это не так забавно, но укладывается в нормы конспирации... Фармацевтический бизнес, разумеется - что еще в Колонии? Вот его визитка. Боюсь, однако, что оба... направления придется рассматривать в комплексе. Гринзея - маленький мир. Всего пятнадцать миллионов человек... Кстати, надо запросить у капитана файл на членов Легиона, находящихся на борту... Вы, наверное, поняли, что мне пришло в голову? Что же вам сказал Мацумото-сан? - Ничего. Собственно, думаю, он не заметил меня, если, конечно не захотел предъявить себя э-э... сознательно. Будем считать, что мы... разминулись, - Гвидо криво усмехнулся. - А вот с Легионом дело обстоит сложно... - Гвидо добавил коньяку Следователю и плеснул себе. - На "Проционе" им осталось куковать считанные часы. Утром их бросают в операцию. Прямо с борта. Это, кстати, тоже конфиденциально. Мы же тащим с собой десантные боты... - Черт возьми! - Кай даже поперхнулся тончайшим срезом лимона. - Да это же вмешательство Федерации во внутреннюю свару! Капитан хоть соображает, что может пойти под трибунал за использование пассажирского судна во внефедеральных боевых действиях? - За это ему перепадают немалые дивиденды от Легиона. А с юридической точки зрения, все это смотрится весьма... стремно. В боевых действиях участвуют боты, а не сам "Процион". И капитан не отвечает за то как и куда будут сажать доставленные по фрахту орбитальные средства их владельцы... - Все это куда как прекрасно смотрится на бумаге, господин Дель Рэй... Но вы представьте себе, что вот такая же предприимчивая особь, как наш шкипер, продаст аборигенам мощный гамма-лазер или другое какое средство поражения орбитальных объектов... И наш "Процион" становится прекрасной мишенью - и вполне обоснованно - а война - внутригалактическим конфликтом... О таких вещах недвусмысленно писал в своем докладе покойный Окама... - Единственное, что могу сказать вам по этому поводу, господин Федеральный Следователь, так это то, что в сферу нашей компетенции это не входит, хотя в своем рапорте я намерен дать этим действиям и капитана и Легиона соответствующую оценку. Не уверен, что она пойдет мне на пользу... Вижу, что и вы не намерены замалчивать эти вещи... Но Наш разговор сам собой перешел к вещам, о которых поговорить давно пора... О докладе Окамы и о войне на Планете. Давайте раскрывать карты - да вы наливайте себе еще, не стесняйтесь... Проклятье, сахар только в кубиках, обмакнуть лимон не во что... - Ну что ж, - Кай поудобнее устроился в кресле. - Доклад вы уже и сами прочли... - По диагонали. Я мало что смыслю в делах Периферии... - Но, простите меня, кое-что смыслите в другом. Для нас - работающих непосредственно в Секторах, почти всегда остается тайной на семи замках предыстория вопроса... Все, что делалось на планетах в период Империи, хранится в архивах Комплекса или аналогичных... структур Земли и выдается неохотно, не полностью и - заметьте - с бо-о-ольшими искажениями... Все что мне известно о довоенном периоде освоения Гринзеи, так это то, что открыта она была в процессе работ по плану Симменса и привлекла очень большое внимание - тогда это была почти уникальная планета земного типа. Быстро началось ее освоение, но были допущены просчеты - недооценили неважный климат, бактериальную микрофлору... В общем, масса переселенцев погибла и, спустя некоторое время, там основали исследовательский комплекс - геостационарную станцию и институт, собственно, целый научный комплекс - на поверхности, в умеренной зоне, в средних широтах... Как можно догадаться, военные вложили в него основательные суммы - по каким-то своим соображениям. О туземцах в официальных отчетах - либо ни слова, либо что-то невнятное - создается впечатление, что эту информацию секретили. Давайте внесем в этот вопрос ясность... Насколько мне известно, никакого авторитетного документа, относящего туземцев Гринзеи к категории разумных существ не существует... С другой стороны... - Я понимаю, Следователь, о чем вы подумали... Но, скажу вам честно - планетарная контрразведка не располагает никакими сведениями о том, чтобы на Гринзее проводили эксперименты на туземцах... Впрочем, таких сведений и не должно существовать ни при каких обстоятельствах... - Я понимаю это. Меня интересует просто ваше мнение... как частного лица. Пауза. Двадцать лет работы в контрразведке - это двадцать лет работы в контрразведке... - Факты говорят сами за себя, Следователь... Глухое молчание о судьбе местного населения в период Империи и три материка, населенных совершенно определенно настроенными против контактов с землянами туземцами, в период Второй Колонизации... Вас интересует мое мнение? Я сужу по аналогии. Такого рода "научные комплексы", которые Империя возводила в землеподобных мирах, где встречались гуманоиды или что-то вроде - никогда не проходило заключение об их принадлежности к разумным существам - так вот, всюду основной задачей таких центров была разработка методов искоренения такого рода конкуренции земным колонистам - методов массового уничтожения, демографического вытеснения, локализации в ликвидационных резервациях... Не удивительно, что возникновению любви к переселенцам с Земли такие... учреждения не способствовали... На Гринзее, к счастью, этот центр работал не более десятка лет... А потом... - Потом - война. Вторая Галактическая. Связь с Гринзеей прервалась на десятилетия... Видимо, этим воспользовались туземцы и вырезали напрочь весь контингент землян на поверхности. Боюсь, что у них были веские на то причины. Ввиду сказанного нами выше. Остальное я хотел бы услышать от вас. - Да вы, собственно, достаточно полно информированы... Там, потом - ближе к концу всей заварухи к планете подходили военные суда. Остатки Имперских флотов. Потом Вольные Корсары. И те и другие зафиксировали на поверхности какие-то туземные поселения, развалины Научного центра, поросшие тропическим лесом... Станция покинута и частично разграблена - теми же Имперскими рейдерами и Корсарами... Потом их потихоньку разворовывали все, кому не лень... Вот и вся история... А потом началась Вторая Колонизация. Это уж вы лучше меня знаете... - Ну, собственно, туда народ подавался не от хорошей жизни... Как, впрочем и сейчас... Нет, спасибо, я - пас - завтра рано вставать... Так вот - в основном собрались криминальные элементы со всей округи. Плюс еще те, кого, наоборот рэкет и войны согнали с насиженных мест... Туземцы их, естественно, приняли в штыки... Ну при таком раскладе - а это, доложу вам, для Периферии классика - моментально нашлись, извините за выражение, дилеры, которые и тем и другим стали сбывать старье с оружейных складов - благо после краха Империи этого добра пруд пруди в самых неожиданных местах. Колонисты возвели Периметр, получили статус Колонии, туземцы тоже нашли каких-то прохиндеев, что их готовы представлять в галактических дипкругах - и пошел тлеющий конфликт. И так бы он и тлел - таких десятка два по Федерации полыхают... Но тут разразился фармацевтический бум. И в ход пошли большие деньги. Собственно, сама Гринзея из-за паршивого климата, болезней и воинственных туземцев для широкой колонизации бесперспективна, но вот на базе дешевого сырья, которое на ней добывают можно иммунизировать переселенцев для полудюжины перспективных землеподобных планет - а вы знаете, какое сейчас этому значение придают... И пошла эскалация конфликта... С одной стороны валом пошли переселенцы - скваттеры, которым мерещится, что они на своих участках разбогатеют в одну ночь, когда та же "Сиба" их скупит под плантации по бешеной цене... С другой, туземцы, видимо, земной опыт усвоили и хотят торговать с Федерацией напрямую, сами... Но они официально не признаны Миром Федерации... И вообще, как вы сами уже сказали, стоит вопрос об их разумности... Так вот, основная мысль доклада Окамы как раз и состоит в том, что эскалация войны на Гринзее носит искусственный характер. Имеются, как говориться, определенные круги, которым глубоко наплевать и на перспективы добычи фармакологических препаратов и на колонизацию землеподобных планет - для них самое важное, что есть хороший повод для вооруженного конфликта и есть стороны, способные за оружие и инструктаж платить огромные деньги... Окама приводит ряд убедительных, скажу вам, доказательств того, что в эту воюющую систему последовательно вводится дезинформация, что беспрерывно происходят провокации, чтобы подогреть и раздуть этот конфликт... Пока что к услугам наемников прибегают колонисты, земляне... Так вот Окама указывает, что есть недвусмысленные признаки того, что нашлись лица, которые охотно берут на себя роль эмиссаров по вербовке наемников уже для противоположной стороны - для туземцев... - Знаете, - Гвидо сдержанно зевнул. Добрая доза отличного коньяка и усталость после многочасовой тренировки окончательно сморили его. Он почувствовал, что плоховато подготовился к импровизированному семинару по Гринзейской политике. Да и сказано было достаточно... - Я прочитал эту часть доклада. Она произвела на меня впечатление, скорее, научной фантастики алармистского толка... - Мой дорогой друг, - Кай тоже пересел с кресла на край амортизационной лежанки, - поверьте мне, прецеденты вербовки Легионеров внеземными цивилизациями против землян - не единичные случаи... Возможны и более сложные варианты... Он помолчал. Потом добавил с досадой: - Если бы у властей Федерации и особенно Земли хватило воли поставить организации, подобные Легиону, вне закона... - К сожалению, это было бы грубейшим нарушением прав демократического выбора судьбы... - вяло отозвался Гвидо. - Давайте прервемся до завтра. До пересадки на шаттл у нас будет достаточно времени, чтобы еще раз хорошенько прокачать ситуацию... В этом он ошибался. Но оба собеседника не были ясновидящими. Кай прекрасно понимал, в чем принципиально расходятся взгляды Земли и Периферии на роль Наемников. Легион и его аналоги гигантским пылесосом вытягивали с Праматери Человечества склонные к агрессии и, вообще, криминальные слои населения. Сомнительная же честь расхлебывать кашу, завариваемую при участии этого сброда во всех уголках Обитаемого Мира, доставалась Федеральному Бюро Расследований и Следователю пятой категории Каю Санди, лично. Пожелав собеседнику приятных снов, он погасил свет. Громада галактического лайнера еще только неторопливо вписывалась в орбиту швартовки единственной обитаемой планеты системы Балларда-Джонса, а судьба, по крайней мере, одного из его пассажиров уже составляла предмет головной боли для кое-кого из обитателей этого не самого лучшего из миров. - Мистер Беррил? - в приоткрывшуюся - ну разумеется, без всякого предварительного стука - тяжелую дубовую дверь просунулась примерно той же фактуры голова охранника. Хозяин кабинета - налитый бодрым жирком, не по возрасту франтоватый коротышка - нервически крутанулся на вращающемся кресле и страдальчески сморщил свой и без того непростой конфигурации нос. - Дюк, скажи мне, зачем у тебя вот эти два пальчика на руке - этот и вот этот? - Вы как-то стремно всегда говорите, хозяин... Ну, этим пальцем я, вообще-то на спуск нажимаю, а вот этим... - Ковыряешься в заднице! А надо их свести вместе, согнуть вот так, - смотри сюда - и стучать в дверь, если тебе так уж сдалось отнимать время у хозяина. И если ты про это будешь забывать и дальше - я пошлю за хирургом. - Зачем шеф? - А затем, Дюк, чтобы он тебе поотрезал эти всякие ненужные члены и членики... Жить тебе сразу станет легче - сядешь на мостовую, положишь перед собой картуз... - Шеф, я, вообще-то насчет того, что к вам - Мохаммед... Запускать? - Когда-нибудь Ромуальдо Беррил отказывался принять уважаемого Эль Аттари Мохаммеда? Ты помнишь такой случай, Дюк? - Помню шеф. Две недели назад Мохаммед ушел очень обиженный... - Ага... А ты как себе представляешь, Дюк, - вот тут, на этих креслах сидят господа Коль и Энгельс из налоговой инспекции, а тут вот скромно присаживается уважаемый Мохаммед и мы, так мирно попивая кофеек говорим о том, о сем... О том, например, от кого господа из инспекции имели по почте полтора килограмма пластиковой взрывчатки... Слава богу, никто без рук-ног не остался, но офис им пока еще ремонтируют... И если ты, Дюк, думаешь, что господа Коль и Энгельс не знают обратный адрес - так нет, они его знают прекрасно... - Да, конечно, встречаться им не надо было... - Вот и я про то же, Дюк... И вообще - не будем о грустном... Ты уж постарайся быть поумнее. Хотя бы по пятницам... Мне очень не хочется понижать тебя из секретарей в вышибалы... - Сегодня - вторник, господин Беррил... Хозяин тяжело вздохнул: - Когда к нам в гости приходит Эль Аттари Мохаммед, у нас всегда пятница, тринадцатое. Зови эту гниду... - Так они в баре сидят, стриптиз смотрят. Фатиму... "Да, - подумал хозяин, - уважаемый Мохаммед любит простые и непритязательные удовольствия. И как истый мусульманин не приемлет алкоголя - хоть мой запас виски не пострадает, да и самому на пару принимать не придется - плохо у меня идет спиртное в последнее время... Дела умучили, нельзя расслабляться, да и гастрит и впрямь приключиться может - слишком часто на него киваю, ввожу в соблазн Лукавого..." - Так было бы неплохо, если бы Мухаммед все-таки приходил ко мне отдельно, а к Фатиме - отдельно... - вслух заметил он Дюку. - Теперь, пока она... - Распорядись, чтобы чертова баба быстрее закруглялась - на оплате это не отразится... Долго ждать такого визитера как сегодня - знаешь, вредно для здоровья... В ожидании не лучшего из гостей, хозяин включил монитор и стал обозревать этаж за этажом и отсек за отсеком свое, с трудом поддающееся определению, хозяйство. Все было в "Раю грешников" - от пары хорошо охраняемых автостоянок, до никем не замечаемых курилен - глубоко под фундаментом. Там-то все было в норме - обалделые, расслабленные физиономии, зеленый или фиолетовый дымок... В казино, что на полсотни метров ближе к поверхности - дела, конечно покруче... здесь дело не обходилось вмонтированной в люстру видеокамерой: за полупрозрачными зеркалами, у пультов неусыпно дежурили хорошо оплаченные и, соответственно, хорошо разбирающиеся в психологии игроков ребята, готовые в случае возникновения "нештатной ситуации" либо просто снять напряжение легкой добавкой соответствующей аэрозоли в гоняемый ленивыми кондиционерами воздух, либо унять зарвавшегося буяна выстрелом парализующей иглы, либо, в крайнем случае, полным вырубанием всей аудитории мощным инфразвуковым ударом. Могли и вмешаться лично и в лучших традициях древности, скрутить шулера и вышвырнуть из заведения мордой в асфальт... А вот в приватных кабинетах - без особого шика обставленных, но делающих "Рай грешников" тем, чем он был по второму своему - узкому кругу лиц известному названию: "Ничьей землей" - вели свои неторопливые беседы или дожидались появления партнеров клиенты посерьезнее: Некоторые из них были людьми - но не пьющими, курящими или глазеющими, а, главным образом, считающими. Одни прикидывали что-то важное для них на клочках бумаги и в приватных записных книжках, другие - пересчитывали содержимое зарядников разнокалиберных "средств индивидуальной защиты" (как их определял местный закон), видимо не слишком доверяя ожидаемым клиентам... А были и такие, которых уж людьми назвать никак нельзя было... Более других, Беррилу были приятны чем-то на него самого смахивающие "Кротовики" - низкорослые, массивные с очень мощными конечностями, создания, тело которых было покрыто густой шерстью, но физиономии - не лишены чего-то человеческого. Они были посообразительнее прочих творений Гринзейской фауны и способны были понимать и на свой манер генерировать юмор. При ярком освещении видели они плохо, зато прекрасно ориентировались в темноте, что позволяло слегка сэкономить на электроэнергии в заведении Беррила. С ними местные дельцы вели неплохие дела, завязанные на торговлю разной фармакологической экзотикой и пищевыми добавками, которые кротовики то ли искусно находили, то ли тайком выращивали в подземных зарослях грибниц и корневой микоризы. Что Следопыты брали с "Богомольцев" - малоподвижных, умудряющихся как-то подманивать к себе и то ли пожирать, то ли еще как использовать всякую местную насекомную живность - Барсук Беррил и сам слабо догадывался - и те и другие были большими молчунами, но денежки с их сделок капали немаленькие и мерзкие рожи смахивающих на скелеты "богомольцев" приходилось терпеливо созерцать в потайных кабинетах "Рая" даже по праздникам. Слава богу, хоть тупые как наследственные сенаторы "Стеги" не захаживали за последнее время и не пугали народ своим сходством с земным крокодилом и земным же культуристом-"качком" одновременно. Вот наплыв "Зеленушек" расстроил Беррила не на шутку. Нет, о дискриминации на "Ничьей земле" сроду и разговоров не было, но "Зеленушки"? - Видит Бог... Барсук извлек из кожаной шкатулки отменную сигару, несколько по-плебейски откусил конец и принялся, как некогда любил бывало сам покойный, слава Богу, дон Хуан ди Носименте, раскуривать ее, предварительно прогрев ароматные листья табака над специально для таких целей пристроенной сбоку рабочего стола лампадкой-зажигалкой... За этим занятием и застал его деликатный стук, усвоившего двадцатиминутной давности урок, секретаря. Убедившись, что хозяин благодушно махнул ему сигарой, Дюк потеснился и пропустил в кабинет приглашенную гниду. Мохаммед бестактно обогнул стол и, став за спиной Беррила, стал изучать картинку на мониторе. - Ну что, Барсук? Дожил до того, что Зеленушек приваживаешь? - осведомился он. - Не боишься, что погромов дождешься? - Я много чего боюсь, Эль Аттари... Тебя, вот, например... Да и погромы мне ни к чему... Только вот, ты знаешь, чего я боюсь по-настоящему? - Барсук Беррил сигарой - со смесью изысканной вежливости и презрения - указал уважаемому Мохаммеду на кресло напротив. - По-настоящему я боюсь, Мохаммед, это когда суешь руку в карман за деньгами - а денег в кармане нет!.. Страшнее ничего не бывает, Эль Аттари, поверьте... И еще... Давай договоримся - каждый раз, как ты почтишь меня своим визитом, уважаемый, ты бери у моего секретаря новые брюки и надевай, прежде, чем заходить... Я распоряжусь, чтобы у Дюка всегда наготове была свежая пара - от лучшего портного... Это дешевле, чем каждый раз менять обивку моего кресла после твоей благородной, но очень грязной задницы... Нет, Барсук Беррил не был ни нагл ни храбр: Барсук Беррил не любил парней из "Десницы Пророка", хотя иногда и прибегал к их услугам. Их с трудом, но можно было контролировать, но вот того, кто за ними стоял, Барсук по-настоящему боялся. Боялся до колик в желудке, хотя и старался никому это не показывать. "Большой Питон" не любил шутить, и способы, которыми он расправлялся со своими недругами, заставляли содрогаться даже видавших виды головорезов самого дна Колонии. И вот теперь где-то под ложечкой, возле еле заметного шрама в верху живота у него уже давно шевелилось нехорошее предчувствие. Но Барсук был трусом лишь до тех пор, пока опасность не превосходила его воображение. Когда же такое все-таки случалось, он делал то единственное, чему его хорошо научила Рю де Рибас - он хамил. - Ты где так портки замызгал, уважаемый? - поинтересовался он. - И где твой вечный спутник, так мне дорогой Аль Кадими Хасан? Мохаммед помрачнел и, не говоря ни слова, плюхнулся в предложенное ему кресло. Похоже, что вонючий гяур в курсе неприятностей, постигших за последнюю пару недель "Десницу Пророка" и, как пить дать, знает, что стряслось с его, Мохаммеда другом и напарником по бандитским налетам. - Вчера вечером Аль Кадими встретил ядовитую змею и его душу прибрал к себе Аллах. Хозяин дома выразил искреннее недоумение. Насколько он знал, все боевики Мохаммеда были надежно иммунизированы от всех ядовитых тварей, обитающих в местном лесу. - Змея была "перевертышем", раньше у них не было ядовитых желез. Видно над ней поколдовали туземцы... В сельве неспокойно, Барсук. Аборигены зашевелились. Видно, кто-то настучал им о прибытии "Проциона" с десантниками и они готовятся встретить Легион по-своему. - Настучал? - Беррил изобразил на своем лице почти искреннее удивление, ибо только глухой, слепой или полный олигофрен в Колонии еще был не в курсе новостей о прибытии легионеров с Земли. - Последнее время я не слежу уж слишком за местными сплетнями... Дела, знаешь ли, ведь у меня отель, казино, опять же налоги, рэкет... - Хватит скулить, про свою бедность ты расскажешь местному приору, когда он придет собирать благотворительный взнос на сиротский приют. Скажи лучше, зачем ты перекормил Фатиму? Сегодня вид ее ляжек вместо желания вызвал у меня отвращение. И это при том, что я две недели провел в сельве... Да и девочек в кордебалете пора заменить на новых. Хамством Мохаммед удивить Барсука не мог. Даже, когда очень старался. - Ну, Фатима пока в форме. И потом, так она больше нравится моим постоянным клиентам. - Ты имеешь в виду "Кротовиков"? Барсук Беррил неприязненно взглянул на ухмыляющегося бородача. "Какого черта он сюда приперся? Развалился в кресле и еще хамит. Но никуда не денешься. Придется терпеть, пока эта скотина не выложит, зачем пришел". Насколько ему было известно, еще позавчера головорезы из "Десницы Пророка" во главе с самим Мохаммедом были в сельве за сотню миль от Периметра. И вот теперь Эль Аттари сидит здесь и треплется про девочек. Паузу Эль Аттари-таки не выдержал. - Барсук, слушай сюда. Мне велено передать, что на "Проционе" сюда прибывает оч-чень интересный для босса человек. И если он объявится в твоем месте, - араб сделал многозначительную паузу, - а этот человек, как нам сообщили, этого места не пропустит, впрочем, он не пропускает ни одного питейного заведения, ты должен сразу же связаться с Хуссейном. Беррил досадливо поморщился: - Опять эти шпионские штучки. Но как я его узнаю? - Насколько я понял, его трудно не узнать. Рост - 6 футов 6 дюймов, вес 250 фунтов. Особая примета - способен выпить не пьянея две пинты водки, причем предпочитает русскую. При этих словах лицо хозяина заведения заметно посерело. - Зовут, - Мохаммед закатил глаза к потолку, обнажая мраморные белки, и вспоминая трудное имя, - Митчел-Чичел, нет, кажется не так - Чичел-Мишел, Иблис его забери. Беррил судорожно сглотнул слюну, вдруг комком застрявшую в горле. - Нет проблем, Я сразу же сообщу Хуссейну, как только этот парень появится в моем заведении. Барсук с трудом сохранял хладнокровие. Словно боль от воспаленного зуба в висок билась мысль - это конец. Питон, судя по всему, плотно сидит на хвосте у Шаленого, и не слезет с того, пока не выйдет на бумаги. А это значит - на него, Барсука Беррила!!! А до козырных валетов службы прикрытия - мать их - сколько световых лет, и делать ноги совершенно некуда. Мохаммед по-своему понял гримасу, перекосившую физиономию Барсука. Что-то похожее на уважение мелькнуло на его злобной роже. - Я знаю: ты человек бывалый, Барсук. И говоришь много меньше, чем знаешь... Скажи: это - русская мафия? Серьезно? Неужели и здесь началось?.. За спиной Эль Аттари, Дюк совершенно бесшумно удерживал кого-то, неудержимо рвущегося в боковую - почитаемую непосвященными за потайной бар - дверцу. Барсук напрягся. Все что он мог - это судорожно, через толщу сигарного табака, втягивать в себя, ставший вдруг удивительно кислым и разреженным, воздух... - Я понимаю - деньги предстоит делить немалые. И, видит Аллах, с кем надо мы поделимся - но эти гяурские задницы! Сроду не было русского духа в этой части сектора... - Мохаммед с тревогой всматривался в совсем по иному поводу искаженное лицо Барсука. - Мохаммед... - начал тот... - Они нас выперли с Океании. Они нас теснят на Сером Дьяволе... Какого же черта еще и здесь?!!! Признайся, этот Мичел - от Кирилоффа - друга Шайтана? - Не к ночи будь он помянут твой Большой Кир!!! - истерически заорал, вдруг потеряв самообладание, Барсук. - Срочно выматывайся отсюда, Мохаммед! Чем дальше ты будешь через двадцать секунд - тем нам обоим лучше! Я свое слово перед Питоном сдержу - клянусь его, самого твоего хренова Питона, брюхом!! Давай! Давай!!! Не на шутку перепуганный Мохаммед выскользнул в главную дверь. Перед тем, как окончательно исчезнуть - с тревогой обернулся. Хотел что-то еще спросить... - Это очень серьезно!!! - заткнул ему рот Барсук. - Русская мафия - это очень серьезно!! И запомни: Шишел-Мышел - теперь тебе придется учить этот язык... И он рухнул в кресло, выпустив облако сигарного дыма, которое сделало бы честь локомотиву позапрошлого века. Раз пятьдесят, взбешенным тигром обойдя периметр стальной коробки карцера, и, испробовав на прочность решетки вентиляции и осветительного блока, Шаленый заклинился на узкой и уж слишком для него короткой лежанки и закемарил. "Не ко времени, конечно, хмырь этот с колодой своей крапленой к нам пристегался... - думалось ему в хмельном полусне. - Впрочем, ребята из Легиона меня поддержали - этот Куни-Драный Джокер и так уже весь рядовой состав ободрал что твою липку и уже до господ офицеров добираться начал... А вот бармен не по-джентльменски себя повел... Через то и вылетел через шлюз. Я, правда, на дурную голову, думал, что в забортное пространство суку спровадил, а там у них всего-то-навсего дамский сортир - на кой ляд гермозапоры на гальюн ставить - ума не приложу... Да и дамочка там оказалась не из тихоньких - ей этот... Джафар, что ли, грогу горячего, чтоб утишилась, так она ему серьгу с ноздри напрочь вырвала... Срамота одна... А вот мил-друга Джакомо я, видать, совсем спьяну в макушку приголубил - не понравился он мне больно в последний раз... Покуда на Земле-Матушке срок тянули - вроде человек-человеком был, а как в Колонию тронулись, перемена в нем какая-то вышла. Все в душу пролезть норовить стал. Прямо без мыла в задний проход сквозит... Ну, да очухается, к пузырю приложимся на пару и утрясем дела ладком... Главное - чтоб на Планете на нужных людей поставил, а там - пусть валит к своей Пресвятой Богоматери и свечку ей за Димку Шаленого вставит куда положено..." Размышления его прервал лязг запоров и хриплый ор охранника: - Легионер Чалени!!! На построение! Бегом!! - Ты с меня наручники сперва сыми, хренов сын, а потом командуй! - зло огрызнулся Шишел, содрал стальные браслеты, прежде чем краснорожий тюремщик кончил ковыряться в них хитроумным ключиком, и, оставив последнего медленно сползать по стенке, загрохотал коваными башмаками по переходам десантного отсека. Пояс с блоком связи и прочей амуницией валялся на столе дежурного по карцеру - как тогда, когда его с Шишела и сняли, и он прихватил его на ходу. Дежурный от греха подальше вжался в сидение и возникать не стал. Построение имело себя быть в шлюзовом отсеке и - ох не к добру - люки десантных ботов были уже отворены нараспашку. Шаленый приспел как раз к середине инструктажа и затесался в задних рядах. Налитым с похмелья дурной кровью глазом он выискивал во вкривь-вкось после вчерашнего выстроившихся рядах славного воинства мил-друга Якопетти. Но что-то не было его видать. Господа офицеры разъяренными ягуарами расхаживали перед этим подобием строя и явно выискивали, кому бы приложиться по физиономии. - А ты, Чичел, - загремел, узрев плохо скрытую за нестройными рядами громадину, колонель Васко. - Ты у меня бы в карцере сгнил бы за вчерашнее к хренам собачьим! А потом еще до скончания веков чистил бы сортиры по всей Галактике. Ты мне, сука, четыре боевые единицы на госпитализацию уложил безо всяких боевых действий!! А счет за погром в баре из вашего, шлюхины дети, оклада вычту - это я о тех, кто во вчерашнем непотребстве отличился... Половина Легиона, потупясь, смущенно отхаркивалась и кривила рожи... - Так вот, тебе, олуху, повезло. И всем вам, суки... Как никогда! Командование Легиона ставит перед вами чрезвычайной важности боевую задачу, в ходе которой вы, недоделки чертовы, и ты, сука, - это я обращаюсь лично к вам, легионер Чалени - смирно стоять!.. Легионер Шаленый уперся макушкой в титановое перекрытие шлюзового отсека, но вынужден был держаться на полусогнутых. Сфокусировать зрачки на начальстве мешал не выветрившийся из организма алкоголь, но колонель счел оказанные ему почести достаточными для сложившейся ситуации. - Так вот, вы - недоделки, и ты, Чичел, в ходе боевой операции кровью - я сказал КРОВЬЮ! - искупите вашу дурь и, кто живым останется, может еще и человеком станет... Высадка начнется в течение этих суток, прямо с борта транспортного судна "Процион", десантными ботами, в район Планеты, дислокацию которого вам разъяснят на инструктаже повзводно господа лейтенанты. Время десантирования будет объявлено в надлежащий момент... Вопросы есть? Кто-то из второго ряда вопросительно вякнул, охнул, согнулся в три погибели и уяснил себе все, что требовалось. Господин лейтенант обтер стек носовым платком и кивнул колонелю. Вопросов больше не было. - Повзводно, на инструктаж, РАЗОЙ-ДИСЬ! - скомандовал колонель, и по отсеку загремели полторы тысячи пар сапог. На выходе Шишел оглянулся еще раз. Мил-друга Якопетти здесь-таки не было. Над покойником стояли четверо. Еще трое ждали в сторонке. - Я счел сложившиеся обстоятельства чрезвычайными, господа, - сухо сказал начальник службы безопасности "Проциона". - Дело в том, что я и мои подчиненные заняты профилактикой и ликвидацией разного рода чрезвычайных ситуаций, связанных с нарушениями порядка на вверенном нашей службе судне и режима космоплавания, вообще. Но, вот расследованиями происшествий э-э... криминального толка - только постольку-поскольку, господа... Только постольку-поскольку... К такого рода расследованиям, согласно Уставу, принято привлекать ближайших по пространственному расположению, специалистов э-э... соответствующего профиля. Сложилось так, господа, что вы - все трое - лица именно этой категории... Поэтому, я счел необходимым настоятельно предложить вам... - Мы и не думаем отказываться от своих обязанностей, - резковато прервал его Гвидо. - Но вы должны понять, что речь может идти только о составлении первичного заключения и взаимном подписании соответствующего протокола. Мы уполномочены распоряжением Директората Федерации расследовать совершенно иной вопрос. Я не знаю как господин э-э... - Клецки. Возможно, вы не были представлены друг другу... под настоящими именами, - все также сухо вставил начальник охраны... - Следователь пятой категории Клецки... - Мы знакомы, - коротко сказал Кай. - Перейдемте к делу. Офицер взялся за край простыни, чтобы открыть лицо убитого. "Господи, кажется, я знаю, кого увижу сейчас", - с горькой досадой подумал Кай. Собственно, они подумали это вместе со Стивеном Клецки. Хором. Но оба ошиблись. Джакомо Якопетти, которого так недоставало сейчас его лепшему другу Чичелу, а если говорить точнее, его бренное тело находилось перед ними, на угловой койке корабельного госпитального отсека, накрытое до шеи относительно чистой простыней. Оставшаяся теперь неприкрытой физиономия с нечеловеческим ужасом взирала на стерильный пластик госпитального потолка, в котором решительно ничего ужасного, в общем-то не было. - Это кто? - спросил, наконец, Стивен. - Судя по идентификационной карточке, Якопетти Джакомо - каптенармус восьмой роты, второго взвода Галактического Легиона. Кай, не говоря лишнего, забарабанил по клавиатуре портативного компьютера. - Это что - результат вчерашней пьяной потасовки - там, в баре? - осведомился Гвидо. - Только в том отношении, что пострадавший был доставлен сюда, в госпиталь, именно оттуда. В двадцать три двадцать по бортовому времени, с признаками легкого сотрясения мозга... А вот дальнейшее... Доктор Раджеш, подойдите, пожалуйста, к нам... Невысокий индус в белом халате, изящный как ручной работы табакерка, приблизился к господам следователям и откашлялся. - Ознакомьте господ с вашим заключением, - распорядился офицер. - Смерти пациента, - очень подходящим к случаю, чуть трагическим, но, в основном, нейтрально деловым тоном произнес доктор, - предшествовал сильнейший и продолжительный стресс... - доктор деликатно кашлянул. - Стресс медикаментозного характера... А сама смерть последовала в результате асфиксии под воздействием некоего э-э... курареподобного препарата... Я позволил себе прибегнуть к консультации, находящихся на борту нашего судна специалистов в области фармакологического товароведения и фармакогнозии, миссис и мистера Фигли... - доктор Раджеш сделал жест аккуратной, оливкового оттенка кистью руки. Сделавшиеся за время долгой и, надо полагать, дружной жизни похожими больше на состарившихся брата и сестру, нежели на супружескую пару, поименованные доктором Раджешем господа не замедлили приблизиться к одру покойного. - Что вы можете нам сказать? - спросил Кай, оторвавшись на секунду от строчек, плывущих по экрану дисплея. - Только то, что смерть этого несчастного была ужасна... - миссис Фигли воспользовалась невероятной чистоты носовым платком, чтобы промокнуть уголки глаз. - Доктор Раджеш любезно ознакомил нас с результатами анализа гемолимфы покойного... - Знаете, такого букета психотропных соединений в одном образце не встретишь и в музее криминалистики, - голос мистера Фигли уступал твердому стаккато его супруги, но как-то больше брал за душу специалистов по расследованию мокрых дел. - Так что же, - ядовито вонзил в его монолог свой голос офицер судовой безопасности, - мы привезли сюда, на Гринзею еще и кочевой наркопритон? Покойный преставился от элементарного перебора "марафета"? Так, что ли? - Начнем с того, что за "Проционом" такой славы не числилось, даже после того, как ваш капитан взялся развозить по Галактике вот это... - Кай не удостоил заполнявших остальные свободные койки госпитального отсека покалеченных Легионеров более точного определения. - Такие вещи мы держим под контролем, и летающие притоны долго не летают, офицер... - А продолжим тем, - тут Федеральный Следователь развернул дисплей своего "ноутбука" к обозрению всей честной компании, - что покойный Джакомо Якопетти, хорошо известен Космо-Интерполу как Джакомо Сфорца - лицо замешанное в торговле оружием и промышленном шпионаже... Только благодаря тому, что вербовка в Легион проводится, - тут Кай одарил капитана планетарной контрразведки выразительным взглядом, - проводится по особым... я бы сказал, критериям... мы с вами разминулись в этой жизни с весьма колоритной фигурой. Весьма... С фигурой, от которой могли бы узнать очень многое... Давайте начистоту, - он повернулся лицом к сбившимся, видно по профессиональной солидарности, в одну кучку господам Фигли и доктору Раджешу. - Покойного мафиози полночи подвергали психохимической обработке? Так? Надо полагать - с целью узнать у него нечто весьма интересное. Не знаю, вызнали ли преступники то, за чем пришли, но вот где был в это время дежурный по блоку? И что имело место с господами пострадавшими?! Лицо доктора Раджеша панически дернулось. Он явно пытался найти сочувствующее понимание во взгляде начальника охраны, но тот столь же явно не давал взгляду доктора встретиться со своим. - Пострадавшие э-э... получили снотворное, и вряд ли... - Э-э... это ты брешешь! - безапелляционно и довольно неожиданно проскрипел пропитый голос с койки прямо позади инспектора Клецки. Все обернулись. - Я у тебя, сучий хвост, всю ночь не сплю, а маюсь, - продолжал скрипеть смахивающий на питекантропа мужик, в страшно неудобной позе пристроенный на своем одре болезни. - Все ведь просил настоящего снотворного дать - а то ведь задница - просто хоть отрежь ее напрочь, так сестричка ваша всего два раза явиться соизволила, уколы какие-то поставила - смех один... Вот и не сплю и глаз продрать не могу - так всю ночь и кемарю... - Это интересно, - сказал Клецки. - Пострадавший, разумеется, - из Легиона? - Нет, - с гордостью сообщил аудитории начальник охраны. - Этот - из моих людей. Их снотворным не сморишь, знаете ли... - Дело в том, - слегка подпортил эффект столь лестной рекомендации, поименованный сучьим хвостом, доктор Раджеш, - что при такой степени алкогольной интоксикации, которую мы наблюдали у пострадавшего, дежурная медсестра просто не решилась провести серьезную премекаментацию... Пострадавший и без того, если можно так выразиться, находился под изрядным наркозом... - Так ты надрался на посту, сволочь?! - круто изменил тональность начальник караула. - Какие выражения, какие выражения, мой Бог! - сказала в сторону миссис Фигли... - Это тут не при чем, шеф! - Меня срочно наряду помогать потянули - а так у меня мои законные восемь часов протекали, извините за такое выражение... - Значит, в свободные часы ты у нас как свинья пьяная по судну шатаешься? - Да у себя я сидел - за картишками, а тут ребята вваливаются - помоги, говорят, - там в Легионе бык такой бешеный разошелся... Ну, пока мы этого Чичела-Мичела в карцер волокли, он мне и... - Минутку! - хором, как Снип и Снап в мультике, произнесли оба Федеральных Следователя и оба сразу уперлись указательными пальцами в грудь форменного мундира начальника охраны. - Так Легионер Шаленый в это время находился в изоляции? - Пока тут кончали этого друга - точно там: я сам проследил. А теперь, вот нет - их уже полчаса, как на построение всех высыпали. При этом он... - Ну попадись он мне этот ваш Чалени! - зло проскрипел пострадавший. - Мне из-за этого буйвола сколько тут еще кверху задницей лежать? А, доктор? Ну, уж как выйду, как доберусь - всю рожу суке перышком поразрисую!.. ("Боже!" - заметила миссис Фигли) - И жопу - тоже!!! Миссис Фигли еще раз воззвала к Господу, но тому по-прежнему было не до того... - Это смотря кто кому чего еще разрисует... - ревниво заметил Следователь Клецки. - Имейте ввиду, что ваши слова, сержант, могут быть использованы... - начал начальник караула, но его перебил молчавший до тех пор и наливавшийся злобой Гвидо: - Так где все-таки все это время был дежурный по блоку? И кэп ваш, что, считает, что при таких делах, здесь всякие шестерки решат все проблемы, пока он в сауне лишний раз попарится?! - Вы имеете ввиду самого Капитана Вартаняна? - со священным ужасом в голосе осведомился начальник охраны. - Я хочу, - с ледяным бешенством в голосе отчеканил капитан контрразведки, - видеть здесь, перед собой капитанскую рожу вместе с его лицензией, кстати говоря... И еще - вы уверены, что здесь присутствуют все, известные вам офицеры служб безопасности, находящиеся на борту корабля? - Ну, знаете, у ваших людей обычно туго бывает с памятью, - зло ответил начальник охраны. - Вместо своей должности обычно называют другую... Так что с этим - разбирайтесь сами... И его как ветром сдуло - очевидно он решил, что вызывать кэпа Акопа на столь высокий консилиум иначе, как лично будет большой бестактностью. А доктора Раджеша словно и вообще здесь никогда не было... Миссис Фигли, чтобы отвлечься от шокировавших ее деталей происшедшего разговора, обводила взглядом заполненные пострадавшими минувшей ночи лежанки. Кай, тем временем, втолковывал ее супругу то, что он хотел бы видеть в письменных показаниях, которые ждет немедленно от специалиста столь высокого класса... Гвидо присел в ногах койки покалеченного сержанта и кашлянул, собравшись начать содержательный разговор... - Как странно, - как и следовало ожидать, весьма к месту прервала всех миссис Фигли. - На борту одного и того же лайнера - такие разные э-э... люди... Еще тогда - сразу после старта с геостационара, мы с мистером Фигли провели четверть часа в обществе самого деликатного из дипломатов, с которыми мы сталкивались по своим делам на этой ужасной планете - и вот здесь, люди, которые называют... - Простите, - сказал Кай. - Я не видел в списке пассажиров кого-либо из дипломатического корпуса... - Ах, ну Боже мой, вы конечно знаете, кого я имею ввиду... Прямо при посадке в шаттл - там, на Лобноре, нашим соседом оказался сам милейший господин Посол, ах, ну как его там... - Окама, - с готовностью подсказал мистер Фигли, оторвавшись от беседы с Каем, как раз вовремя, чтобы дать тому остолбенеть секунды на три. - Сэр Ли Окама... Он, надо сказать, ужасно выглядел... Я помог еще тогда ему урегулировать какой-то преглупый, чисто формальный вопрос с погрузкой каких-то контейнеров... - Да, выглядел он ужасно - весь прямо-таки высох, я еле узнала его, - поддержала супруга миссис Фигли. - Ведь это была я - ты не станешь отрицать, Клод? Ты сам ведь так бы и прошел мимо... И все-таки он крепился - отправлялся в этот рейс - такой, надо сказать, утомительный... Вот что значит истинно преданный своему делу человек. В свое время он дал нам несколько рекомендаций к своим друзьям на той планете и, поверите ли, был настолько деликатен в этот раз, что сделал вид, что не понимает о чем идет речь, когда Клод еще раз поблагодарил его за эту заботу... - Жаль, - в унисон своей половине продолжил мистер Фигли, - что Посол не смог принять нашего приглашения на "ленч знакомств" - помните, в самом начале рейса? Мне так хотелось познакомить его с этим специалистом по прогнозированию, с милейшим господином Мацумото из "Дженерал Трэндс"... Приятнейший вышел бы дуэт... - Мицуи Мацумото, - бесцветным голосом сказал Гвидо, - а что ему еще оставалось? - Из "Дженерал Трэндс", значит... Да, я думаю, прогнозы у них здорово выходят... - Да, эта компания зарабатывает на прогнозах... Как странно, что именно такая вот эфемерная продукция приносит в наше время наиболее высокие доходы... У них безусловно нашлось о чем бы поговорить с Послом... Но мистер Окама был плох: мне самому пришлось довести его до его каюты. - До какой каюты? - голосом, в котором послышалось что-то от интонаций библейского Змия, - спросил Кай. - У меня всегда была прекрасная память на цифры, - с гордостью констатировал мистер Фигли. - Это была каюта четыреста тридцать. - Да, у мистера Фигли прекрасные математические способности, но он всегда путает порядок цифр... - уместно вставила миссис Фигли. - Господин Дель Рэй, - устало сказал Кай, - мы сейчас с вами проверим каюты четыреста тридцать и триста сорок, только не в одиночку, пожалуйста... а вы, миссис... - Помещение четыреста тридцать вам не имеет ни малейшего смысла проверять, - тихо сказал, почти незаметно появляясь в дверях, доктор Раджеш. - Вы в нем находитесь - это номер госпитального бокса. Так что... - Да, пожалуй, это была каюта триста сорок... - раздумчиво заметил мистер Фигли... - Дело состоит, господа, в том... - доктор замялся... - Я только что посетил медсестру Ганнибал, что несла ночное дежурство... Ее... Ее, видите ли, невозможно разбудить... - Вы хотите сказать, что и ее успели отправить на тот свет? - не без раздражения осведомился Следователь Клецки. - Нет, речь идет, скорее о коме... Явно медикаментозного характера... Скорее всего, она находилась в момент, интересующий вас... - В глубоком отрубе, - констатировал Гвидо. - А потом, ее кто-то отвел бай-бай... Что говорит ее сменщик? - Сменщик-то и застал дела в том положении, которое вы видите... Медсестры Ганнибал уже не было на месте... - А сам он? - Дает показания в секции охраны... - Сюда их! - почти заорал Гвидо. Сюда их всех, сучьих детей!!! Это не следствие, это варьете какое-то, с канканом!.. Первым из сучьих детей на место действия прибыл вежливо влекомый начальником охраны капитан Вартанян. Сказать он мог немного. И все сказанное им относилось больше к нелестной характеристике Галактического Легиона в целом, и отдельных его членов. Слушал капитана, впрочем, фактически один только Федеральный Следователь Клецки, ибо к тому моменту все же прорезались мыслительные и речевые способности у единственного субъекта, который, несмотря на сильные повреждения в области копчика, мог считаться хотя бы отчасти свидетелем того, что происходило в госпитальном блоке в ночь. Кай с изголовья, а Гвидо с уже занятой в изножье больничной койки позиций, повели на похмельного сержанта перекрестную атаку. Миссис и мистер Фигли были, тем временем, полностью поглощены стремлением постичь смысл без малого месячной давности газетной распечатки, которую, не говоря ни слова, вручил им Кай. - Понимаете, - вещал покалеченный сержант корабельной охраны. - Это прямо как бред какой-то было... То, вроде, сплю я и вижу, как в головах у этого... это... стоит... - Что _э_т_о_? - попробовал уточнить Гвидо. - А то - вроде и не сплю совсем, а только медсестричку эту черненькую силюсь позвать - а из горла - ни тебе звука - вот и получается, что наоборот, сплю я это, а не просыпаюсь... А опять глаза открою - оно все стоит и свое талдычит и талдычит... Тут, кабы не перебитый копчик - прямо скажу - со страху-б обмарался по уши, верно - да уж больно слишком, получается... А оно долдонит и долдонит... - А что ОНО долдонило? Что знать хотело? - сверлящим душу голосом пытался допытаться Гвидо. - Да бред это пьяный! - прокомментировал показания своего подчиненного начальник охраны и тут же получил от кэпа Вартаняна дружеский совет заткнуться. - Вот того-то я и не помню совсем, о чем у них разговор шел... Только что это вы - ОНО, да ОНО. ОН это и был... - То-есть как - он? - попытался уяснить себе ситуацию Кай. - Да мертвяк этот!!! Он сам с собою и долдонил всю-то ночь... Сам над собою стоял, сам себе и допрос вел... - Я же говорил - делириум... - начал офицер охраны, но осекся. - Капитан Дель Рей, - перешел на слегка официальный тон Кай. - Я бы очень попросил вас вверить этого субъекта и медсестру э-э... Ганнибал заботам специалистов вашего ведомства. Буду объективен - они быстрее раскручивают такие штуки. У дежурной, может, удастся снять медикаментозную амнезию, а что до сержанта, - глаза пострадавшего от ужаса сделались шестиугольными, - тут, думаю, даже обычное психозондирование нам многое даст. А нам надо спешить... - Вот именно. Разрешите мне пару минут уделить коллеге Мацумото? - Это разумно. Но будьте деликатны. И очень прошу вас - не суйтесь в одиночку в каюту триста сорок... - Разумеется, - скрестил пальцы за спиной капитан Дель Рэй. - Мистер Фигли, безусловно, хорошо помнит и номер каюты своего знакомого из "Дженерал Трэндс"? - Разумеется - это каюта четыреста четырнадцать, - провозгласил корифей фармацевтического товароведения. Некоторое время у капитана планетарной контрразведки заняло осознание того факта, что ни о какой другой каюте, кроме именно четыреста четырнадцатой, речь идти и не могла при любой последовательности считывания цифр из своеобразной памяти мистера Фигли. Затем он быстро вышел. - Что до меня, то я совершенно утратила нить происходящего!.. - провозгласила, потрясая распечаткой, миссис Фигли. - Создается впечатление, что мы с моим супругом оказались вовлечены в какую-то безнравственную и лишенную вкуса шутку... - У нас будет время поговорить с вами там, на Планете, - успокоил ее Кай, осторожно забирая судорожно скомканный листок с заметкой, повествующей о драматических обстоятельствах гибели Чрезвычайного и Полномочного Посла. Постарайтесь вспомнить все связанное с этой вашей... необычной встречей и, уверен, нам с вами многое станет понятно... "Да-да - потерпите до спуска на Поверхность, дурни. И уж там - слово капитана Вартаняна - вы перестанете понимать вообще что-либо", - подумал про себя кэп, не столько от знания каких-либо Гринзейских тайн, а так просто - на основании общих соображений и личного опыта. А вслух спросил: - Так я все-таки зачем-то нужен господам? - Разумеется, - решительно взял инициативу в свои руки Кай. - Во-первых, мы, присутствующие здесь представители Федерального Следственного Управления, требуем, чтобы вы немедленно, своей личной ответственностью гарантировали полную неприкосновенность двух оставшихся еще, слава Богу, живыми свидетелей убийства Джакомо Сфорца. Капитан с небывалой силой убеждения склонил свой полированный как биллиардный шар череп в поклоне полнейшего согласия и подчинения. - Во-вторых, я думаю, что, несмотря на вашу чрезвычайную занятость в связи с осуществлением причальных и погрузо-разгрузочных работ, вы найдете немедленно время для конфиденциальной беседы со Следователем Клецки. Я думаю, вам обоим будет что друг другу сказать... Следователь Клецки только довольно и хищно потер руки... - И, наконец, - Кай подошел к капитану вплотную. - Не думайте, что я нахожусь не в курсе сроков и... характера предстоящей разгрузки находящихся на борту вверенного вам судна членов Галактического Легиона... Капитану явно стало не так хорошо как было до этого. А до этого ему было худо. - Так вот - всего чего я прошу от вас, капитан... Вы правильно меня поняли - Федеральный Следователь тихо, но отчетливо повторил: Все чего я от вас ПРОШУ - так это того, чтобы я и капитан Дель Рей оказались на Планете не менее, чем на сутки раньше, чем начнется разгрузка Легиона. Это все, капитан. Постаревший за время этой беседы лет на пять-шесть капитан сглотнул слюну и глухим голосом ответил: - Тогда вам надо отправляться немедленно, господин Следователь... Готовьте ваш багаж и немедленно предупредите... своего коллегу. Поспешите... С Мацумото у Гвидо разговор вышел короткий и конструктивный. Единственная небольшая задержка была вызвана только тем, что проживал представитель "Дженерал Трэндс" все-таки в номере сто сорок первом. Представительный робот-стюард заботливо волок туда не слишком обременительный багаж японца, к счастью заботливо снабженный бирочкой. Далее дело развивалось в точности по программе зачета первого семестра любой средней руки разведшколы. Гвидо сымитировал входной сигнал робота, вырубил стандартным приемом Мицуи на необходимые три-четыре минуты, ввел ему "колымский бальзам" и, ожидая покуда последний подействует, наскоро осмотрел каюту. Осмотр ничего толкового не дал, а вот под действием "бальзама" Мицуи раскололся: относительно того, что на корабле произошло убийство он был уже в курсе - его блок связи (как и принято в таких делах) был выведен на капитанский селектор. Мало того, проклятый выпускник "Школы теней" предвидел неминуемый визит кого-то из коллег-конкурентов и ввел себе пару блокаторов. Правда, на старого знакомого Гвидо в сочетании с "колымским бальзамом" он все-таки не рассчитывал, а поэтому дело ограничилось пустяками. Утирая разбитые носы, старые знакомые обменялись кое-какой взаимно-полезной информацией. Весь подозрительный промежуток времени, Мицуи к госпитальному отсеку не приближался, а держал под контролем ходы к карцеру (Гвидо уже порядком поднадоела суета вокруг "объекта Чичел", но интерес к последнему в круг его профессиональных обязанностей не входил. Зато местонахождение Мацумото легко поддавалось проверке). О том, что мил-друг Якопетти-Сфорца явно пасет его же "объект" Мицуи знал, и особо это его не волновало. Но теперь то обстоятельство, что начался отстрел загонщиков Чичела, Мицуи крепко обеспокоило... - А теперь скажи, - тихо спросил Гвидо, доставая на всякий случай вторую шприц-ампулу и игнорируя надрывающийся сигнал вызова своего блока связи. - Кто живет в триста сороковой? И какие у тебя с ним дела? - В триста сороковой? Сроду не интересовался... Это тебе даже бортовой компьютер доложит... А дел у меня с этим жителем - тем более никаких... - Ну, тогда пошли... - ласково сказал Гвидо... - Я... не... Но чертова химия продолжала действовать. Пошатываясь Мацумото поднялся с места, подошел к двери и, еще, видно за что-то в себе цепляясь, дурашливым жестом пригласил Гвидо проходить первым. Тот грубовато подтолкнул его и такими вот тычками, не обнажая ствола, погнал его к лифту, потом, к триста сороковой. У самой двери сунул ему отмычку. Одуревший японец повернулся к нему жалковато улыбаясь и словно чего-то ища в его глазах, не нашел и уверенно - никакая химия не снимает профессиональных навыков - бесшумно отпер дверь. Шагнул внутрь. Капитан Вартанян твердым шагом дошел до дверей своего кабинета, запер их за собой, снял форменную фуражку, повесил на табельный крюк и только тогда позволил себе обтереть покрывший лицо и шею мелкий, бисерный пот безупречно чистым платком. Платок он бросил в корзину утилизатора, подошел к капитанскому сейфу, отпер главную (большую) дверцу, потом - соответствующим числом поворотов и оттяжек - малую. В открывшуюся стальную полость - щель аккуратно забросил свою лицензию - сегодня его даже не попросили достать ее из внутреннего кармана, а ведь могла она и полететь ему в физиономию, разорванная на столько кусков, на сколько хватило бы зла у Федерального Следователя - и ни один апелляционный суд не аннулировал бы этот поступок чиновника такого ранга... Капитан Акоп запер эту малую дверцу на сколько положено щелчков и оборотов и открыл другую - рядом. Оттуда извлек поднос со стройной бутылкой, на этикетке которой сиял дорогой его сердцу Арарат - такой, каким он был до Алазанской катастрофы... Поднос украшал строгого хрусталя набор стопок, наряду с ними - регулярно сменяемый, тончайшими ломтиками нарезанный лимон и серебряное блюдечко с сахарной пудрой. Старый Акоп чуть приспустил галстук, выпил, закусил, привел содержимое сейфа в порядок, запер малые и большие дверцы и надавил клавишу интеркома. Дождавшись, пока сэконд соблаговолит ему ответить, он коротко приказал передать на ближайшие двадцать четыре часа в распоряжение Объединенной Следственной Группы его - капитана Вартаняна - персональный планетарный шаттл. И лишился его навеки. 3. ЛЕС НАКАНУНЕ Голубой с белым, больше похожий на спортивный самолетик, чем на космический аппарат мини-шаттл словно и не думал двигаться - намертво завис над бездонной, сине-голубой пропастью, и, казалось совсем невероятным, что вот эти - терракотового отлива, полускрытые облаками извивы - эти высочайшие горные хребты и в бездну уходящие ущелья планеты не так уж и давно известные роду людскому, а там - в коричневатой тьме - глубокая ласковая лазурь еще покрытого теплой, влажной ночью Побережья - все это может быть чем-то иным, а не лишь прибежищем для жаждущей отдыха и покоя души. Но там - внизу шла война. Не знающая отдыха и пощады. Целились из зарослей в изукрашенную маскировкой броню транспортеров партизанские базуки, шарили с вертолетов, выискивая в "зеленке" свои цели стволы крупнокалиберных пулеметов, тихо высыхал на свежеизготовленных стрелах, несущий мучительную смерть яд... И перекошенным многоугольником вонзался в истерзанную плоть Планеты Периметр. Невидимый еще с такой высоты, скрытый еще, быть может, за горизонтом, но столь же реальный и непреложный, как предстоящий восход Звезды. Кораблик шел без пилота - в надежном автоматическом режиме, и никто не мешал его единственным двоим пассажирам высказать друг другу то, что они друг о друге думают. - Мне не нравится, капитан Дель Рэй... - сказал Кай, рассматривая предутреннюю планету за иллюминатором. - Мне не нравится ваша самодеятельность. Я, конечно, не волен давать вам руководящие указания - но, как мне кажется, вправе был бы ожидать, что вы выполните мою дружескую просьбу... - Вы извините меня, Следователь, - намертво застряли там со всеми этими идиотскими формальностями... А действовать сейчас надо оперативно: Охота пошла... - Кай выдержал паузу. - По крайней мере, - продолжил капитан планетарной контрразведки, несколько сбавив обороты, - теперь я уверен, что мы прилетели в Колонию на одном кораблике с убийцей Посла... - И мистера Джакомо Сфорца... - меланхолично добавил Федеральный Следователь. - А может, и еще кого... И еще теперь вы уверены, что ваш приятель Мацумото - вы ведь сохранили с ним приятельские отношения, после того, как вкатили ему производное диобеина? - так вот, вы теперь уверены, что это не он устранил с нашего с вами жизненного пути помянутого только что мистера Сфорца. Это - позитивная информация, капитан. Но огорчает меня, главным образом, ваш неосторожный поход в триста сороковую... - Если подходить к делу формально, - слегка напрягая голос Гвидо почему-то - он сам не смог бы точно объяснить почему - капитан контрразведки силился оторвать взгляд Федерального Следователя от лениво вырастающего за стеклом иллюминатора, рельефа Планеты, - так вот, если подходить к делу формально, то вы попросили меня не соваться в это заповедное место в одиночку. Не более того. Именно так я и поступил... - Ну да - вы доверили провести разведку боем вашему, да и моему, впрочем э... коллеге. Только и всего. И каков результат? Бедняга госпитализирован, по крайней мере, на сутки... В этом, конечно, есть своя положительная сторона... Но, скажу вам прямо, капитан Дель Рэй, я не поступил бы так на вашем месте... - Когда он не появился оттуда через пять минут... И, потом, когда я услышал... эти... звуки... Я обнажил ствол и вошел в помещение сам. Ничего там не было... Каюта, подготовленная к сдаче администрации судна. Только Мицуи сидел на полу и нес... эту чушь... - Еще там были картины, Гвидо. Довольно большие картины в ящиках. По предоставленной мне документации, в каюте во время перелета проживал некто Олбап Оссакип - миллионер, художник, коллекционер живописи и довольно примитивный шутник, на мой взгляд. Вез с собой еще массу всякого багажа. Но ни его, ни этих шмоток после вашего неосторожного к нему визита никто на борту найти не может... - Ничего - никуда он не денется при высадке... Кстати, почему вы считаете его шутником? - Почитайте внимательно как зовут нашего нового знакомого... Вы, надеюсь, интересовались живописью начала двадцатого века? И середины... Кай развернул к собеседнику портативный дисплей. - О, Господи, - раскусив глуповатый розыгрыш своего заочного партнера, воскликнул Гвидо, - всегда приходится иметь дело с претенциозными педерастами... - Довольно опасными, замечу вам, капитан Дель Рэй. Довольно опасными... Вы ведь правильно заметили, что идет охота - причем самый опасный ее вид - охота на охотников. А вы вызвали огонь на себя. Кай, наконец, повернулся лицом к собеседнику. - Вас не удивляет, капитан Дель Рэй, что мы все еще живы? И выключите эту штуку, - он кивнул на надрывающийся динамик в спинке переднего кресла. - Не могу, это "принудиловка". Прием. Повторяю, борт спускового модуля "Процион-ноль-ноль первый"... Прием. - Периметр-три, Периметр-три!!! Борт Процион-ноль-ноль первый, отвечайте, мать вашу!!! Оглохли вчистую, что ли? - Мы отвечаем вам, Периметр-три... В чем дело? - Немедленно покидайте борт!! Вы слышите - немедленно!!! Ваш шаттл дает сигнал наведения... - Черт, наш друг, кажется, подсунул нам на борт "пищалку"... - зло сказал Кай. - Какую к хренам "пищалку"! - заорал Периметр-3. - Это у вас вирус такой - в софтвэре. Заставляет вашу электронику подманивать самонаводящийся "копперхэд"... Которым стрельнут из джунглей, как только вы войдете в зону действия... Это зеленые уроды выдумали... На них какой-то ублюдок в космонавигации работает... Вырубить сигнал можно только со всей навигационной системой вместе. Так тогда вы загремите и без "коппера"... Да что я тут распинаюсь, натягивайте шлемы и катапультируйтесь! И скорее, черт вас дери! Вы уже почти в зоне... Да - блоки связи повыключайте... А то вас по пеленгу - в упор крупнокалиберными в клочья разнесут... И автоматику вырубите на парашютах... Чем ниже вы их откроете... Это сильно смахивало на конец. Кай послушно выключил и пристегнул к поясу блок связи, рядом примостил переносной компьютер и откинулся в кресле - что еще надо для полного счастья сотруднику Федерального Управления, путешествующему по казенной надобности с целью расследования убийства особо важного лица? - Прощайте, капитан Дель Рей, - сказал он, опуская забрало легкого гермошлема и берясь за рукоять катапультирования. - До свидания, - ответил, видимо более оптимистично настроенный Гвидо и тоже положил руку на красную рукоять. Сам момент катапультирования, как и всякое резкое изменение судьбы, плохо отложился в памяти Федерального Следователя. Просто проплыли в памяти стихи, которые он пытался выучить, когда хотел осилить чужой язык на Святой Анне... Самолетик жестяной Кувыркается со мной... Не успею, не смогу, Не увижу на бегу Предпоследнюю весну Предвесеннюю тайгу... [Стихи Л.Розановой] Он отсоединил и бросил во вращающееся вокруг него пространство модуль автоматического открытия купола. Вцепился в кольцо ручного включения. Мини-стабилизаторы сделали свое дело - кресло прекратило свое вращение, и Кай летел теперь по крайней мере не вниз головой. Вообще, если бы не свист ветра, то состояние его можно было бы назвать полным покоем. Величественный и грандиозный Лес надвигался снизу. На глазах теряло темную глубину, превращаясь в голубой шелковый полог небо чужого мира... Кай попытался отыскать глазами кресло Гвидо, но не смог. Зато увидел, как из зеленой дымки внизу вынырнул и уверенно пошел на цель яркий злой огонек самонаводящегося снаряда. Опередив его взглядом, Кай успел увидеть и уходящий вдаль, пустой теперь, но по-прежнему красивый бело-голубой шаттл. За треть секунды до того, как на полгоризонта шарахнул взрыв. На уши мягко надавила ударная волна. И отпустила. Кай проводил глазами уходящие вниз огни пылающих обломков, потом перевел взгляд на встроенный в рукоять кресла альтиметр. Оставалось всего-ничего. Но он подождал еще почти целую минуту. Потом рванул кольцо. Сильно тряхнуло и кресло отлетело вниз и в сторону. Подняв голову, он с облегчением увидел оранжевое полотнище купола, глянув вниз - уже не с таким оптимизмом - стремительно надвигающееся месиво уже вполне различимых ядовито-зеленых крон. Краем глаза он увидел, как раскрылся вдалеке купол парашюта капитана Дель Рэя - секунд на двадцать после его собственного - нервы у контрразведчика были покрепче... - Мне не нравится это, - пухлая ладонь шефа Сектора смела в сторону разложенные на столе распечатки. - Все трое - на одном лайнере и летят на одну-единственную Гринзею! Это не может быть случайностью. - Все четверо, - напомнила госпожа Фуллер. - Там еще этот тип из контрразведки. И, судя по всему, это еще не конец списка... - Даже если это случайность, она грозит стать роковой. Уже который раз оказывается, что у нас правая рука не ведает того, что тем временем творит левая... - задумчиво продолжал сэр Барни, не внемля строгому лепету своей верной секретарши. - Ставлю сто против одного - ребята наломают дров! А если их задания пересекутся, я гроша ломаного не дам за успех операции! Обеих - тьфу! - операций... Шеф пожевал кончик электропера и, воздев его, подобно дирижерской палочке, стал диктовать текст шифровки. Мисс Фуллер старательно заменяла собой шифродиктофон, о существовании которого в волнении, как всегда, позабыл Шеф. В разгар этого увлекательного занятия на терминале вспыхнул непреложно алый сигнал экстренного вызова. Надавив на клавишу ответа, шеф вызвал на экран монитора респектабельное и весьма озабоченное изображение дежурного по сектору подпространственной связи. - Сэр, - с глубоким чувством произнес тот. - Только что мы получили следующее. Открытым текстом, по экстренному каналу... Разрешите зачитать? Сэр Барни кивнул с видом питона, приведенного в неважное расположение духа. - Администрация Колонии "Гринзея-2" в лице Президента Гарри Р.Гаррисона лично и все компетентные службы Колонии с прискорбием уведомляют руководство Сектора Федерального Управления Расследований... Выслушав похоронку до конца, шеф взорвался. Взрыв занял без малого четыре минуты и дорого обошелся подвернувшемуся под руку карлсбадской керамики пресс-папье и куче бумаг, не вовремя, но вполне естественно, тут же рухнувшей на пол. Взяв себя в руки, сэр Барни заказал разговор с Представительством Директората и в ожидании оного стал энергично надиктовывать мисс Фуллер письмо Президенту Гаррисону, временами вставляя "тут выразитесь помягче"... Закончив это сильно успокоившее его дело и выдав несколько тавтологическое "пока нет трупов, нет и покойников..." он уже в последнюю очередь вызвал по селектору Комиссара Грэгори и распорядился приступить к формированию резервной группы расследования. - Какого же Дьявола? - спросил, утирая пот, Гвидо. - Вы говорите, что вам стоило таких огромных трудов извлечь на поверхность эти памятники... Сами говорите, что им цены нет, что это - свидетельства древних тысячелетий вашей цивилизации... А теперь вы все это закапываете обратно - в этот чертов песок... Зачем? - Все что мы извлекаем из недр нашей планеты, - поучительно ответил похожий на плюшевого мишку учитель Ю, - тщательно измеряется и описывается... Теперь, когда у нас есть возможность покупать технику землян, мы делаем голографическую фиксацию и нейтронно-активационный анализ ископаемых... Вы понимаете, уважаемый Кай, или Гвидо, что речь идет не об угле или алмазах - я имею ввиду памятники Истории... - Я раз шесть уже объяснял вам, что меня зовут Гвидо. Капитан Гвидо Дэль Рэй... А Каем - Каем Санди зовут того, к кому я прошу вас отвести меня как можно быстрее. Ваши раскопки, безусловно, до Дьявола интересны, но мы прибыли сюда, чтобы... Гвидо присел на уцелевший от древней колонны пенек и принялся массировать ушибленную при не слишком удачном приземлении лодыжку. - Странно, как много значения вы придаете собственной индивидуальности... - В нас много странного, приятель. Да и у вас с этим делом хорошо выходит... Вот, говорю, за каким чертом раскопки опять закапываете?.. - Только земля хранит то, что ей доверили так, как тому подобает... - учитель Ю с назидательным видом устроился напротив взмокшего и вдрызг уставшего, главным образом от непрекращающейся беседы с ним, Гвидо. - Разве вы выставляете останки своих великих людей прошлого на всеобщее обозрение в залах музеев? Да еще - после их анатомического анализа? Это ведь было бы странно... А многие нашли бы это отвратительным... Хотя это вовсе не значит, что вы хотите забыть своих великих... Наоборот - о деяниях их вы пишите эти свои... книги... Слагаете песни. Если кому-то взбредет в голову узнать, как был устроен мозг, ну, скажем этого вашего великого писателя... я забыл как его зовут... - Не важно, - устало сказал Гвидо. - Вот видишь - я же говорю тебе, что индивидуальность сама по себе - не важна... Так вот, если вы захотите узнать, каков был мозг какого-то из ваших ныне почивших великих, или какими болезнями он страдал - вы все это можете найти в научных сочинениях и сделать это достойно, не тревожа то, чего тревожить уже не надлежит... Вот так же и остатки древней винодельни - ты напрасно считаешь ее за храм - которые ты видишь перед собой. Ознакомившись со всем, что заслуживает интереса в этом творении наших древних предков, мы хорошенько запишем, запомним, зафиксируем их местонахождение и с величайшей осторожностью придадим их земле - так как они и провели все эти пятнадцать тысяч лет... Если считать по вашему... - Однако на Земле... и в Мирах Федерации есть народы, которые изготовляли мумии, делали места захоронения своих великих центрами паломничества... - Но ведь от этого отказались со временем... Я много читал... Народ Леса знает, что живое, умирая, должно породить новую жизнь... - Ну, еще далеко не все и не всегда... А уж места древних раскопок - повсюду в Обитаемом мире это - прямо-таки центры паломничества туристов... - Вот и напрасно, гость, вот и напрасно... Ничто так не разрушает Историю, как нашествие профанов... Когда надо и где надо - в школах, в музеях - это вы нам подали хорошую идею - организовывать специальные музеи - всюду в таких местах будут выставлены тщательно выполненные копии и изображения реликвий прошлого, и многие, многие поколения... Учитель Ю замолк, прислушиваясь к чему-то в себе... - Но ведь и наука не стоит на месте - могут потребоваться какие-то дополнительные измерения, анализы... - Гвидо начал осторожно подниматься, готовясь продолжить путь, ибо спорить с учителем Ю - он это уже успел понять - можно было до бесконечности... - Наука слишком многое разрушает. Своими анализами и измерениями... И только Знание - хранит... Ты прав - нам надо торопиться - скоро с неба придет смерть... "Всегда был в восторге от нашей системы секретности, - подумал Гвидо. - Они - там в Космосе, спецкодом и тонкими намеками дают мне знать, что, мол, готовится карательная операция... И чтобы никому - ни-ни! Хотя и речь-то идет о затее сволочей из Легиона... А здесь уже давным-давно ждут их. С хлебом-солью, надо полагать... Идиоты - они и есть идиоты..." - Ну а если, - продолжил он вслух не столь тягостную тему, - вы тут наметите какую-то новую стройку... Или, допустим - начнете разрабатывать какие-нибудь минералы... Ведь тогда - волей-неволей, вся эта археология загремит в тар-тарары... - Мы давно уже ничего не строим... Мы ВЫРАЩИВАЕМ наши жилища... И другие, подобные сооружения... Или вьем... Если они бывают нужны... Ведь целый ряд... как вы это называете... форм нашего народа вообще обходится без того, что вы именуете жильем или зданиями... А те - что под землей... - Кротовики? - Не говори этого слова... Вообще - учись говорить так, как говорят здесь... Если ты будешь говорить как люди Периметра, это оттолкнет от тебя многих... - Ладно, значит - Те, что под землей... - Да - они весьма осторожны. Они никогда не будут селиться и работать там, где почувствуют следы Древних... Они помогают нам бережно извлекать то, что ты называешь ископаемыми, и осторожно возвращают их на место... То, что видел сейчас - открытая разработка винокуренного храма - это редкий случай - нам иногда приходится работать варварскими методами... Уже через считанные часы все это снова будет скрыто под землей, ибо сюда придут Кровь и Смерть... Остановись. Спрячемся. - А в чем дело? - еле слышно - одними губами спросил вжавшийся в переплетение корней Гвидо. - Смотри, - так же беззвучно ответил ставший почти совсем невидимым во мху учитель Ю. По тропинке - Гвидо уже научился узнавать здешние тропы - осторожно, но не без торжественности, двигалась группа смахивающих на помесь макаки с хамелеоном созданий - числом всего около шести. Они с ужасно гордым видом волокли нечто большое и оранжевое.. - Господи, да это парашют... - пробормотал Гвидо. - Скорее всего - Кая. Свой я закопал... - Закопал... - в голосе учителя Ю читалось нескрываемое насмешливое презрение. - С тем же успехом, ты бы мог послать его Тайному Пророку по этой... Я читал - это у вас называется почта? - когда... - Почта, - остановил готовый излиться на него поток знаний учителя Ю о земной цивилизации Гвидо. - Кто это были? - То была Ночь Среди Дня. Творения Тайного Пророка и его слуги... Если бы они увидели тебя - нам пришлось бы расстаться... Они несли Учителю свой трофей. Теперь он будет знать, что кто-то из вас жив... - Скажи мне, учитель Ю, - вкрадчиво спросил Гвидо. - Это они... Творения Тайного Учителя пальнули в нас ракетой? - У них не хватило бы ума и умения на то, чтобы произвести этот... пуск. Ведь это называется Пуск - когда... - Пуск, - Гвидо тихо скрипнул зубами. - Но и никто из вас - тех, кто копошится здесь на раскопках, в нас тоже не стрелял... Иначе вы бы прикончили меня как только я вам... попался... Так кто же, черт возьми? - Ты напрасно поминаешь Тайного Пророка его дурным именем, если хочешь что-то узнать о нем... Снова наступило долгое молчание, во время которого человек и подобие плюшевого мишки все глубже уходили вниз - в лабиринт все плотнее сходящихся над ними, больших и малых корней... - Тебе только кажется, что тут совсем темно, - успокоил Гвидо учитель Ю. - Зеленая и Синяя Плесень довольно хорошо освещают путь... И есть еще - тараканы-светлячки... Тебе только надо привыкнуть... - Мы - под землей? - Х-хе... Это еще только верхние ярусы проходов между корнями... Еще не начались настоящие дупла... А до Подземелья еще очень далеко... Но мы должны успеть... - Так кто же пальнул в нас? Учитель Ю?.. - В вас стреляли ваши собственные соплеменники... - Что?! Люди? Впрочем, был об этом разговор, черт его дери... - Ну вот, опять... Снова много минут прерываемого лишь сопением молчания. - А вот теперь - дупло. Настоящее, хорошее. В нем нет даже змей... По нему мы спустимся сразу на три-четыре яруса... Только, ты иди первым, человек... Потому, что если ты сорвешься и рухнешь мне на голову... Я ничего не хочу сказать плохого о тебе Кай... или Гвидо... И вообще обо всем вашем роде - но ты слишком тяжел и можешь сломать мне шею... Тот факт, что где-то в густой шерстке учителя Ю пряталась еще и не замеченная им до сих пор шея, немало поразил капитана Планетарной Контрразведки. Но еще больше его поразил вид, открывшийся перед ним, когда он заглянул в страшноватого вида дупло в теле гигантского ствола, в который уперся их путь. - Так ведь там... не за что ухватиться... Учитель Ю? Там сплошной колодец трухлявый - метров на триста... - Ты невнимателен... Там - вдоль стенок тянутся лианы... Но они прерываются время от времени - имей ввиду... Но это - только, чтобы притормаживать... Кроме того, дупло имеет определенный наклон... Так что для тебя главное - положиться на Судьбу и притормаживать локтями. И коленями... Вперед, друг мой, если ты разрешишь мне себя так называть... Стеная, чертыхаясь и отряхивая с разодранного комбинезона все виды осклизлой грязи, Гвидо дождался внизу, в сумрачном туннеле веселым колобком выкатившегося из дупла учителя и спросил: - Ну, куда дальше? - За мной, за мной, человек. И, в основном, вниз. Впереди - еще, кажется, два таких спуска... - Так что за люди стреляли в нас? - наконец спросил Гвидо, проделав еще изрядный участок пути и завидев впереди черный провал следующего дупла. - Вы их нанимаете? Платите им? Никогда еще за все их короткое знакомство, учитель Ю не выглядел настолько обиженным. Он не удостоил Гвидо ответом. Тот подождал немного и, когда они уже снова стояли перед дуплом, все-таки снова спросил: - Так кто же хотел нас убить? - Я напрасно назвал тебя своим другом, тогда, - с горечью сказал учитель Ю, жестом приглашая Гвидо следовать в дупло. - Ты думаешь плохое о нашем народе. - Но ведь кто-то приказал этим ублюдкам, ч-ч-ч... - Эти люди - тоже создания и слуги Тайного Пророка... Только они называют его по-другому... Вперед, человек... Там тебя встретит проводник - мой ученик... - А вы, учитель, Ю? - Мне надо быть здесь. Большая беда идет к нам... - И учитель мягко, но достаточно энергично помог, не успевшему вовремя оказать его действиям должного сопротивления, капитану Планетарной Контрразведки пулей кануть в очередное, пахнувшее ему навстречу древесной гнилью, жерло. Когда Беррил открыл глаза, перед ним стоял тот, кого он и ожидал увидеть - Чурик-Железный-Шпент. Прорвавшийся, конечно, без стука и без доклада. Дюк виновато маячил позади. Наготове. - Уйди, - сказал ему Барсук. Подождал, пока сказанное будет исполнено, и страдальчески посмотрел на Чурика. - Я хочу жить, - просто сказал тот. И протянул Бериллу объемистый пакет, завернутый в потертый брезент. - Вот, забери... - И ты меня бросаешь? - За мной грех, Барсук... Дал себе на хвост сесть... Делом этим сам Джакомо занялся - а против Джакомо я - пас... - Что ты порешь? Джакомо третий год на Планете ни один хрен не видел... - В том-то и дело, что он лично на... - тут Железный Шпент сделал движение головой куда-то вверх и назад, - на хозяина этих дел, - он кивнул на огромный пакет, - и вышел... через наземную тюрягу, представляешь?.. И сейчас сам ЕГО сюда ведет. На "Проционе". В друзьях они. Ты понял? Ты понял, что со мной сделают, когда узнают, что я - с малолетства в Мафии ходивший, от своих эти бумаги прячу? Нет - я пас в сторону... Ты сам решай... - Так ты, ведь мог и не знать - ни сном ни духом... Ну поручил тебе Барсук Беррил бумаги какие-то - так ты глаз в них и не запускал, как в честной игре и положено... - Так-то так, да не так... Тут уже, похоже, головы полетали, Барсук... Джакомо на последний сеанс не вышел. Чуешь, чем это пахнет? - Не паникуй... Ну не сложилось у него... Что-то помешало... - В таком деле Джакомо одно только может помешать - Костлявая. Забирай бумаги, Барсук, и с хозяином сам решай... эти вопросы. Берилл потянулся к кнопке звонка: - Дюк, ты того... Шпенту выйти не мешай... И сам зайди минуты через две... Он подождал, пока останется один, бросил пакет в особый, одному ему известный тайник секретера, и замер в мрачной задумчивости. Даже появление Дюка не вывело его из нее... "Якопетти кто-то убрал. Логично думать, что Питон. Но о бумагах знает только Шаленый. И Шпент. Надо срочно сбросить бумаги. Если еще осталось время." - Хорошо еще, что эти двое разминулись, - вслух сказал он. - Трое, - поправил его Дюк. - Там кого-то из них дожидается эта баба бешеная - пумоид... С пумой. Гвидо смахнул с головы упавшие сверху мелкие корешки вместе с землей и белыми, отвратительного вида личинками, и тыльной стороной ладони вытер пот с чумазого лица. - Долго еще? Аучч не удостоил капитана ответом. В сумрачном, зыбко колеблющемся свете свисающих с потолка плесневых грибов, туманным пятном удалялась от него тощая фигура аборигена, и во второй раз Гвидо охватил позабытый с детства страх темноты. Он уже давно повзрослел и твердо усвоил старую африканскую истину: "На самом деле никто не боится темноты - боятся тех, кого можно в ней встретить". Однако здесь, в подземных запутанных галереях гринзейского мира, из глубин подсознания душным туманом всплывал казалось бы навсегда изжитый детский страх темноты. Страх, не имеющий в виду кого-то конкретного, клыкастого или зубастого, а боязнь навеки остаться одному в этих темных бесконечных, запутанных переходах, сплетающихся как клубок змей и неожиданно разбегающихся в разных направлениях десятками извилистых узких проходов. Гвидо усилием воли подавил минутную слабость и ускорил шаг. За поворотом его ждал проводник. В синеватом свете слабо люминесцирующих гнилушек и переливчатом сиянии Зеленой Плесени его тощая фигура выглядела усталой и по-человечески печальной. Дель Рэй впервые подумал, что "богомольцы", наверное, - редкие гости в Нижних ярусах Леса и, возможно, что нынешнее путешествие доставляет неприятные эмоции не только ему одному. В его душе шевельнулось чувство благодарности к аборигену. - Извини, приятель, что заставляю тебя ждать. Но этот чертов туннель не рассчитан на мой рост, а идти все время согнувшись, честно говоря, тяжеловато. "Богомолец" то ли задумчиво, то ли осуждающе покачал узкой головой. - Не стоит ругать дорогу за ее малые размеры. Тем более, что строили ее не люди Тайного Пророка, которого ты так часто некстати упоминаешь, а Люди Нижней Страны, размеры которых много меньше твоих. - Что обидного в слове "кротовики"? Почему Нижние Люди его не любят? Аучч наставительно поднял перед собой длинный суставчатый палец, напоминающий гигантскую гусеницу-пяденицу. - Маленькие пушные зверьки, с которыми вы сравниваете Подземных жителей, лишены разума, а что может быть обиднее для мыслящего существа, как сведение его до уровня животного? Гвидо смущенно пожал плечами: - Да я не имел в виду ничего такого. Просто "кро..." ну, в общем, так проще говорить, чем употреблять сложные названия типа "Те, Кто Внизу" или "Люди Нижней Страны". Аучч с жалостью посмотрел на своего собеседника. - Длинные слова нужны вам, людям Внешнего Мира. Нам же хватает образов. - Образов? Проводник задумался на мгновение, пытаясь настроить свои мысли на волну чужака. - Ты говорил, что твоя работа на Земле - поиск Справедливости и борьба с Преступлением. Я правильно тебя понял? - Ну, в общем... пожалуй, можно выразиться и так... - Если Плохой человек хочет причинить тебе зло, то разве должен он сообщать тебе об этом заранее? Или ты сам не способен без слов отличить Свет от Тьмы? Гвидо промолчал, переваривая сказанное. - Вы придаете слишком много значений звукам, издаваемых слизистыми связками, натянутыми здесь, - Аучч провел узкой кистью по горлу. - И слишком мало прислушиваетесь к тому, что рождается тут. - Он прикоснулся к вытянутой голове с непропорционально большим лбом. - Поэтому ваше тело так часто предает ваш разум, а мысли бывают спутанны. Не удивительно, что для познания себя и окружающего мира вам необходимы длинные и неуклюжие слова. Но в таком случае научитесь хотя бы правильно ими пользоваться. - Он резко развернулся и скользнул в темноту прохода, не дождавшись ответа на свою необычно длинную тираду. Дель Рэй тяжело поднялся с травы и уныло побрел ему вслед. Подземный ход стал понемногу расширяться и через сотню метров они оказались в огромном туннеле около шести футов в диаметре, образованном гигантским пустотелым корнем. Глаза Гвидо уже полностью привыкли к темноте, и он уверенно шел за своим проводником, легко уворачиваясь от свисающих сверху осклизлых лохмотьев Зеленой Плесени и снующих под ногами страшных на вид, но вполне безобидных земляных сколопендр. Как ни странно, но здесь, в двадцати футах от поверхности, вовсю кишела жизнь. Пышным ковром переплетались по стенам бесхлорофилльные растения с матовыми листьями-присосками, огненными искорками мелькали вокруг тараканы-светлячки, призывно подрагивали розовыми губами-лепестками насекомоядные растения, приманивающие всякую подземную мелочь, а в многочисленных норах по бокам туннеля копошились деловитые полуметровые червяки. Воздух, насыщенный тысячами незнакомых запахов, был густ и прян, но дышалось здесь, вопреки ожиданиям, достаточно легко. Тут и там из стен торчали глянцевые бока многочисленных куколок, готовящихся к Превращению. Один раз Гвидо заметил прямо-таки гигантскую куколку необычной формы, вмурованную в стенку бокового ответвления. Заинтригованный ее размерами, он окликнул своего проводника. - Эй, приятель, давай передохнем пару минут. И заодно, скажи, что за зверь вылупится из этой штуки? - Зверь, - Аучч осуждающе покачал головой. - Ты опять обижаешь жителей моей страны, человек... - Не понял... - Гвидо с подозрением уставился на "богомольца". - Ты хочешь сказать, что... - Да, это житель Нижней страны отправился в путешествие. Возможно, он захотел навестить своих внуков. А может быть он выводит новую породу Ползучих Корней, а они развиваются так медленно... Я не знаю точно. Так же и как то, когда он проснется - когда вырастут его сыновья, или когда станут стариками внуки внуков его внуков... Но именно так мы путешествуем во Времени. - Постой, - Гвидо не мог прийти в себя от изумления. - Ты хочешь сказать, что этот парень впал в летаргический сон, который может продлиться тысячу лет? Но ведь за это время все тут изменится, и он попадет в совершенно другой мир. - Это у вас, людей Земли, так важно внешнее окружение, а мы меняемся изнутри... Но довольно об этом. Я устал сегодня, разговаривая с тобой. Мы уже почти пришли. Сейчас дорога пойдет на подъем, и ты встретишься с Зелеными Отшельниками. Они согласны принять нас на краткое время отдыха в дороге. Но не утомляй их слишком долго своими вопросами. Они копят свою энергию для более важных дел... На мгновение Гвидо показалось, что его спутник сделался невидимкой, но он тут же понял, что тот просто шагнул в глубокую тень. Он последовал за проводником и только через несколько минут вынырнул на залитую ярким, но каким-то рассеянным светом Звезды крохотную полянку. Глаза Дель Рэя не сразу распознали обитателей здешнего поселения среди яркой зелени леса. Да и вправду сказать, не было там никакого поселения - ни домов, ни улиц. Туземцы прекрасно обходились без всего этого. Не говоря уже об одежде, которая им вообще была противопоказана, ибо "зеленушки" питались за счет энергии Солнца. Аучч подвел гостя к старейшинам для традиционного приветствия, и Гвидо с трудом удержался от удивленного восклицания. До этого он лишь однажды видел в городе представителя этой редкой расы, да и то издали. Вблизи же они представляли собой совершенно необычное зрелище. Неправильных пропорций, вытянутые и зеленые от внедрившихся в кожу водорослей, они и впрямь больше напоминали причудливые растения, чем разумных существ из плоти и крови. Местами темно-зеленая, словно сшитая из дорогого бархата, кожа широкими складками свисала с конечностей, грудины и скул туземцев, придавая зеленушкам сходство с висящим на вешалке необычным театральным костюмом для какой-то фантасмагорической постановки сумасшедшего режиссера. И лишь несомненная искра разума, сияющая в глубоко запавших глазницах аборигенов подтверждала, что перед ним стоят действительно мыслящие существа. - Что ты собираешься сказать нам, Землянин? - голос хозяев был на редкость лишен мелодичности. Казалось, что каждая фраза с трудом дается туземцу. - Наш друг Аучч сообщил, что ты хочешь... - он замолчал, и Гвидо увидел, как, несмотря на отсутствие ветра, словно мимолетная волна легкой зыбью пробежала по телам "зеленушек", - ...помочь нам, - уже другой абориген завершил начатую своим товарищем фразу. Гвидо коротко кивнул. - Да, я пришел сюда с миром. Мы хотим положить конец войне людей и народа Гринзеи. Но для этого мне нужно во многом разобраться. Вы согласны мне помогать? - Твои мысли запутаны, чужеземец, - теперь уже говорил средний из "зеленушек". - И ты сам не знаешь точно, чего хочешь. На чьей ты стороне? Людей Периметра или нашего народа? - А разве нельзя помочь всем сразу? - Нет, ибо даже среди землян встречаются слишком разные особи, и желания многих прямо противоположны. Мы - другое дело. У нас одно желание - познать Истину. И все, что помогает этому процессу - Благо, а что мешает - неизбежное Зло. - Неизбежное? В каком смысле? - Мы никогда не боремся с обстоятельствами... Мы их познаем и принимаем, каковы они есть. А потом размышляем о них. И делаем выводы. Тогда весь мир открыт перед нами, и Хаос уступает место Логике, - голос постепенно затихал, как будто силы говорящего на глазах иссякали, но вот уже другой туземец продолжил начатую мысль. - Любое действие искажает Мысль, а мы стремимся к полной ясности понимания этого мира. Поэтому мы сможем помочь тебе только нашей Мыслью, но не Делом. Для этого есть другие. Подземные Жители, например... или Подражающие Зверю. - Вы имеете в виду "пумоидов" и "стегов"? - И их тоже. Ведь все вы любите сражаться. А наш удел - мысль. - Ладно, - Гвидо понял, что начавшийся философский диспут не имеет перспектив, - ну а советом вы мне можете помочь? Кто раздувает войну между Лесом и Периметром? Снова легкий бриз пробежал по зеленой коже странных созданий. - Ты уже сам ответил на свой вопрос, чужестранец... Правда, в общей форме. "Тот, кому это выгодно". А в твоем подсознании зреет и один из частных выводов этой логической задачи - Тайный Пророк. Гвидо ошеломленно уставился на "зеленушек". - Вы что, умеете читать мои мысли? - Это не так трудно, учитывая, что почти каждая из них сопровождается волной эмоций. Трудно читать бесстрастные мысли... - Разум лишь в чистом виде легок и неуловим, - это уже сказал крайний справа. Капитан повернул голову направо. - Давайте по-одному, ребята. А то я не успеваю поворачиваться. - Вы, люди, всегда излишне перегружали свои мышцы. От этого многие ваши проблемы: потери энергии, эмоциональная неустойчивость, необходимость тратить время на добывание и поглощение огромного количества пищи. - Мы же тратим отмеренное Вселенной время на размышления... - голос плавно перетек к левой фигуре, и Гвидо на миг почудилось, что он стоит перед тремя динамиками, а говорящий на самом деле спрятался в близлежащих кустах. Это здорово смахивало на розыгрыш... Но было правдой. - Девяносто пять процентов энергии Люди тратят на мышечное сокращение. Мы же довольствуемся тем, что получают от Солнца живущие в нашей коже одноклеточные водоросли... и размышляем. - И даже говорить не обязательно. Ведь мысли, если они стоят того, можно читать непосредственно. Вот сейчас, Землянин, ты думаешь о том, что "таким ребятам нашлась бы неплохая работенка в Шестом секторе Управления". И при чем тут "детекторы лжи", о которых ты только что подумал? Я же уже сказал тебе, что мы ищем Истину, а не Ложь. Вновь на поляне воцарилось молчание, прерываемое лишь шелестом листьев в кронах деревьев, да резкими выкриками попугаев-скоморохов. "Они действительно безобидны, - подумал Гвидо. - Почему же их не любят в Городе, а относятся к ним чуть лучше, чем к прокаженным? Может быть лишь потому, что мы порой ненавидим тех, кто в чем-то нас превосходит... Нам легче договориться с "пумоидами" или даже со "стегами" - у тех есть хоть ярость и ненависть - а это так по-человечески... А эти ребята - само совершенство. Прямо как из писания: "Будьте кротки, как голуби, и мудры, как змии". Надо же, - капитан усмехнулся про себя, - Зеленые апостолы какие-то." Но тут же смущенно вспомнил, что "зеленушки" способны читать его мысли. - Разговор с Зелеными Отшельниками принес тебе пользу, Землянин? - осведомился Аучч, когда Гвидо, подойдя к нему, присел рядом на корточки. - Принес, - подумав, признал Гвидо. - Ты отдохнул уже? Мне надо обязательно найти второго землянина. - Мы ждем одного нашего друга. Он человек, как и ты. Но только Следопыт. Он поведет тебя дальше. Туда, где должен быть твой друг. - И он... Он живет в Периметре? - Иногда в Периметре, иногда у Подражающих Зверю. Он дружен с ними. Они показывают ему дичь. Учат отличать неразумных зверей Леса от Обладающих Разумом... А Уэлч приносит им из Периметра Веселый Товар, помогает торговаться с купцами, когда они выходят туда... - Значит, вашего друга зовут Уэлч? - уточнил Гвидо. - Мадам, вы не спите? - Только лошади спят стоя, Нелли... Что там у тебя? - Я решила, что раз вы все равно не спите... Вот. Это только что с принтера. - Невероятно рыжая, чуть увядшая дама в расписанном золотыми драконами китайском халате взяла листок из рук еще более рыжей - хотя это и казалось невозможным - секретарши. С трудом отвела взгляд от предутреннего, украшенного девятью яркими лунами небосвода Гринзеи, и пробежала глазами листок. Писала ее старая подруга - настолько старая, что ей пришлось напрячь память, вспоминая, для кого это она была просто Мэг. Не Красная Опасность, не Коррозия - Мэг... "Дорогая Мэг. Рада сообщить тебе, что через пару дней я буду иметь счастливую возможность увидеть тебя на гостеприимной земле Гринзеи. Как я мечтала все эти годы встретить малютку Мэгги! Со стороны мистера Роллингса было очень любезно снабдить меня твоим теперешним адресом. Надеюсь, ты поможешь уладить одно небольшое дельце, которое, собственно, и привело меня на вашу благословенную планетку. Тебе будет приятно встретить и дядюшку Клода. Должна предупредить тебя. На борту лайнера, который доставил нас на пересадочную орбиту Гринзеи, находится (среди толпы легионеров) твой знакомый, с которым связана та ужасная история, что заставила тебя надолго осесть на Большом Хедере. Не знаю, как сложились ваши отношения тогда, однако, будь готова к встрече с этим типом. С надеждой на скорую встречу, твоя старая тетка Рафаэлла Фигли. Борт галактического лайнера "Процион"." Прочитав письмо, Мэг закурила сигарету, вправленную в длиннейший резной кости стега мундштук. При этом сломала две старинные спички. - Х-хе, - сказала она. - Чтобы уладить небольшое дельце, старая жмотка, тетушка Раффи, шпарит на край света, на вонючую Гринзею. Из Метрополии... Хороши дела... И чтоб у меня нос крюком загнулся, если мой дурной гризли случайно залез на тот же корабль. Приготовь номер для двоих, Нелли. Для двоих старых жмотов. И прибери в пентхаузе - в павильоне с розами... И проверь, чтоб там все было в порядке с черным ходом... - Уэлч Мак Кей к вашим услугам! - пророкотало над самым ухом закемарившего капитана контрразведки. - Я, простите, вот уже битый час приглядываюсь к вам, - пояснил появившийся из зарослей, словно черт из бутылки, бородач в потертом комбинезоне и по уши натянутой шляпе времен Первых Колонистов. - Ладно, человек вы, вроде, безобидный, так что поведу я вас до лазарета, благо недалеко. Туда приведут вашего друга. Насилу отыскали. Но до ночи все равно не успеем... - Он ранен? - Да нет. Раненых еще нет. Но скоро будут, уверяю вас. Нам еще до убежища дойти надо. На ночевку. Так что ходу, мистер, ходу... Полчаса спустя Уэлч откинул на затылок свою шляпу и вытер вспотевший лоб. - А вы здорово топаете по здешнему лесу, мистер. Если бы я не знал заранее, что вы - новичок на Гринзее, сам не догадался бы. Гвидо хмуро улыбнулся комплименту. - А я, напротив, был лучшего мнения о своей физической форме... В спортзале с кондиционерами и бассейном все видится несколько иначе. - Вот об этих штуках, равно как и о комфортабельных клозетах с ароматизаторами, которые, как я слышал, сейчас в моде на старушке Земле, здесь, к сожалению, надо позабыть. По крайней мере, пока живешь у пумоидов... Сухой песочек - вот и все удобства, - он коротко хохотнул, и осекся, заметив мрачное выражение на лице капитана. - А вон и Зеленый Холм виднеется, видите, - сразу за рекой? - Он стволом карабина указал на открывшийся между поредевших ветвей пейзаж. Прямо перед ними, за матово блестевшей в свете погруженной во мглу у горизонта Звезды водой, виднелся невысокий песчаный холм, изрытый множеством широких нор. На первый взгляд дырявая, как швейцарский сыр, круча напоминала обычное пристанище береговых ласточек, но, оценив разделявшее их расстояние, Гвидо понял, что реальные размеры отверстий будут покрупнее птичьих гнезд. Через полчаса, переправившись по отмеченному замаскированными вешками броду на ту сторону, дель Рей и его спутник приблизились к нижней галерее, ведущей в обитель пумоидов. У входа их поджидал крупный самец, густо покрытый зеленовато-серой шерстью, и изящная самочка, длинные волосы которой были заплетены в множество кокетливых косичек, схваченных серебристыми ленточками. - Рроу, предводитель прайда Зеленого Холма... Капитан Гвидо дель Рей, полномочный представитель департамента Внешних Сношений Земли, - представил их друг другу Следопыт. Гвидо не стал поправлять не совсем точно названный титул. - А мисс... - повернулся Гвидо к представительнице прекрасного пола, - ваше имя, мисс? - Ее как и всех не достигших зрелости, зовут Мьяуи. Она, конечно, не участвует в переговорах, - несколько сердито оборвал его вождь, и самка-пумоид мгновенно исчезла в темном проеме галереи, оставив после себя лишь слегка терпкий мускусный запах. - Ну да, конечно, Мьяуи, - как я не догадался, - с искренним раскаянием пробормотал Гвидо. - Как же еще, в самом деле? - Наш друг Аучч попросил мой народ оказать тебе гостеприимство в эту ночь. Мы взяли на себя такое обязательство. Ты же, в свою очередь, прежде чем переступишь порог Зеленого Холма, дашь слово не вмешиваться в наши дела и следовать законами прайда, а также во всем подчиняться мне и моим помощникам... Покинув пределы Холма, ты становишься свободным от данных обязательств. Гвидо пожал плечами. - Если вы настаиваете... я согласен. "Знать бы еще эти ваши законы... Надеюсь, мне не слишком рано придется нарушить данную клятву", - подумал он, входя в пещеру. Внутри все оказалось намного уютней и приятнее, чем в подземных галереях "кротовиков". Чистый и сухой песчаный пол был покрыт плетеными из древесной коры дорожками, а на потолке и стенах, сплетаясь причудливым живым узором, сияли сотни крохотных светлячков, излучающих переливчатый фиолетовый свет. Они долго плутали по извилистым коридорам, причем сначала Гвидо еще пытался на всякий случай запоминать направление движения, но потом махнул на это рукой и покорно шел за пумоидом, стараясь не очень часто задевать головой за песчаные выступы. Единственное, что он понял - они уже давно двигались глубоко под землей, а куча песка над рекой была не более, чем дешевая декорация. Размеры Зеленого Холма, если именно так пумоидам было угодно называть свой противоядерный бункер, углубленный в землю на добрые пять десятков футов, свидетельствовали, кроме всего прочего, о значительных размерах прайда. В этих подземельях могли поместиться как минимум сотня-другая аборигенов. Наконец они достигли большой пещеры, служащей, как ему сказал Следопыт, залом для приемов гостей. Там прибывших усадили прямо на пол, и два взявшиеся невесть откуда аборигена поставили перед гостями блюда с угощениями и пиалы с водой. Гвидо с легким подозрением оглядел гору бурых, неопределенного вида мясных деликатесов, гадая, которые из них принадлежат копченым болотным гадюкам - любимому лакомству пумоидов - как, ехидно ухмыляясь, заверил его Уэлч. Немного помешкав, он взял с тарелки наиболее съедобный по виду кусок, отдаленно напоминающий птичью лапку. Вкус у нее, кстати, был вполне подходящий, но вот солью аборигены явно пренебрегали. Рроу переглянулся со Следопытом: - У нашего гостя изысканный вкус. Не каждый землянин способен оценить по-достоинству хорошо приготовленного камышового сверчка. Капитан задумчиво поперхнулся копченым насекомым. Теперь он понял, что за твари, столь напоминающие лягушек, так пронзительно стрекотали по берегам рек и многочисленных болот, пока они пробирались по лесу. Увидев, как переменился в лице капитан, Следопыт поспешил сменить тему разговора: - Ну как вы ладите с новыми соседями, Рроу? Вождь сердито оскалился в ответ. - А никак не ладим. Скваттеры перегородили своими сетями реку выше по течению, и теперь мы не можем добывать рыбу. А ведь ты знаешь, Уэлч, как наши малыши обожали ловить пескарей у старой запруды. Теперь эти людишки лишили их любимого развлечения... Да что там рыба, они испортили и загадили почти все охотничьи угодья в округе. Своими ружьями и динамитом пораспугали все зверье. Вот уже месяц, как мы загнали последнюю косулю, и я не видел с тех пор ни одного оленя. Боюсь, что животные ушли на Север. - А вы не пробовали с ними договориться? - Конечно, только они нас ни во что не ставят. Ты представляешь, две недели назад они чуть не подстрелили Священную Пуму?!. Гвидо увидел почти неподдельный ужас на потрясенном лице Следопыта. - Не может быть... Ведь при покупке земли они подписали Конвенцию... - Тот скваттер, что целил в Миэлу, был пьян, и, как ты сам понимаешь, это был его последний выстрел... молодежь разорвала его в клочья. Спустя два дня они в отместку убили двоих наших и понаставили у реки капканов и мин-попрыгунчиков... Вот так мы и живем, Уэлч. - А как дела в Городе? Неужели Большие Люди не понимают, что в огне войны погибнут все - и пумоиды и Скваттеры? Ведь мы не уйдем отсюда добровольно и не уступим пришельцам лес, где живут тени наших предков и охотничьи угодья. Последний вопрос был явно адресован Гвидо дель Рею, и капитан замялся, подбирая подходящий ответ. Занятие довольно трудное, принимая во внимание то обстоятельство, что Гвидо ни сном ни духом не представлял, что там думают на сей счет Большие Люди Периметра. - Мы должны найти причину этой войны. И здесь я рассчитываю на вас. Мне нужно добраться до Тайного Пророка. Мак Кей сказал, что только вы сможете проводить меня в его храм. Вождь пристально посмотрел в глаза собеседника. Капитан с трудом выдержал взгляд огромных желтых глаз с вертикальной щелью аспидно-черного зрачка, в котором стыли клочья ночного мрака. - А почему я должен верить тебе, чужеземец? Чем ты лучше тех людей, что сбрасывают напалм и бомбы на наши головы? - Я думал, что слово Аучча для вас чего-то стоит... - с несколько искусственным пафосом сблефовал Гвидо. Пумоид слегка расслабился и казалось застыл в глубоком раздумье. - Ладно, человек. Завтра у нас большой праздник, и я не хочу накануне его принимать важное решение. Отдохни с дороги, а через день мы решим, что с тобой делать. Тебе предоставят пещеру для сна, но, ради Великой Пумы, остерегайся вмешиваться в наши дела. И еще - завтра у нас Война. Он пружинисто распрямился и с коротким злым фырканьем исчез в боковой галерее. Капитан повернулся к Следопыту. - О каком празднике говорил этот Пещерный Кот? Уэлч молча полез за пазуху, также молча отхлебнул из нее и только после этого многозначительно хмыкнул. - Считайте, что вам повезло, капитан... Или наоборот - я пока для себя не решил. Насколько я знаю, вы первый из пришельцев, кто будет здесь находиться во время Великого Посвящения. На саму Инкарнацию вас, конечно, не допустят, но все равно это большая честь. Похоже, что Рроу решил вас проверить, прежде чем дать окончательный ответ. - Ради Бога, какая Инкарнация, какое Посвящение? Да объясните же вы мне, наконец... Уэлч, продолжая думать о чем-то своем, закусил бренди куском копченой гадюки и стал его меланхолично пережевывать. - Ну вы же знаете, капитан, что пумоиды относятся к "тотемникам" - то есть поклоняются Карликовым Пумам, как и "стеги", например, не под вечер будь они помянуты, поклоняются этим сухопутные крокодилам... И вы видели, что они - это я про наших пумоидов - и впрямь очень похожи на свой тотем: шерстью, формой ушей, и самое главное - повадками. Так вот пумы для них - священные животные, они не имеют права причинить им никакого вреда и, в случае встречи, тотемник обязан накормить "свое" животное чем угодно, хоть куском собственного тела. Более того, в прайде всегда содержится Священная Пума, которую целый год кормит и холит все племя. В этом году ее зовут Миэла, и как вы слышали, ее чуть не пристрелил этот идиот из Поселения... Следопыт еще раз приложился к фляжке и пристально посмотрел на собеседника. - Вы следите за ходом моей мысли, капитан? - Вполне. А в чем заключается предстоящий праздник? - Я не знаю, имею ли я право говорить об этом больше, чем знаю... тем более, что это всего лишь мои смутные догадки, а сам я никогда не присутствовал на Обряде... Но два факта у меня для вас есть. Если сможете их связать - попробуйте. Первый - после Обряда в прайде появляется новая Священная Пума, второй - все пумоиды буквально звереют в последующие дни. Они становятся настолько агрессивными, что даже я, их старый друг, не рискую в течение недели, а то и двух после Инкарнации встречаться на их пути. И в этот раз я тоже уйду завтра до полудня, что и вам бы посоветовал. Ходят дурные слухи. Боюсь, что придут каратели. Гвидо с сомнением посмотрел на Следопыта. - Вы говорите это серьезно, Мак Кей? - Серьезней некуда, капитан. Пумоиды выведены из себя наглыми притязаниями Скваттеров, которых защищает Периметр. А в пумоидов после Инкарнации, как я говорил, в них вселяется сам дьявол... А Легион непременно сыграет на этом чертовом - Уэлч оглянулся - сбитом шаттле и устроит высадку. Знак был... Расклад не в вашу пользу. Хорошо еще, что никто не заложил вас Тайному Пророку. Впрочем до завтра время пока есть. А сейчас пойдем спать. Ваша нора расположена в тридцати футах от моей, так что, если понадобится помощь - зовите. Хотя пумоиды обычно свято чтут закон гостеприимства... Если вы, конечно, не влезете, куда не следует со своим профессиональным любопытством, дьявол его забери... Думаете, меня не предупредили из какой вы конторы? То-то... Спокойной ночи, господин дель Рей, и приятных вам сновидений. Гвидо долго ворочался на жесткой циновке, пытаясь уснуть, но сон все не приходил. Сквозь ватное одеяло тишины до него изредка доносились странные звуки, искаженные эхом и долгим плутанием по извилистым коридорам подземелья. То были тоскливые завывания прирученных пум, чей-то приглушенный расстоянием пронзительный визг и неясные, почти человеческие голоса. Ближе к ночи звуки стали постепенно замолкать. Видимо часть жителей Зеленого Холма задремала в своих логовах, другая - отправилась на ночную охоту, и вместе с наступившей абсолютной тишиной непреодолимая дремота шипящей змеей наконец-то заползла в сознание капитана Планетарной контрразведки, свив там себе уютное гнездо. Он уже падал в бездонный колодец сна, когда отчаянный детский крик, раздавшийся где-то рядом, вернул его к реальности. Дель Рей быстро поднялся и отработанным за долгие годы движением машинально проверил кобуру пистолета. В зыбком свете гнилушек он скорее угадал, чем увидел белое пятно, мелькнувшее за дальним поворотом, и вновь в пещере восстановилось прежнее безмолвие. Гвидо отчаянно потер глаза. - Пригрезилось, или то был не сон? В этот момент детский крик снова повторился, хотя гораздо тише. И это был голос явно человеческого ребенка. Капитан вспомнил и тут же отмел от себя приказ Рроу и совет старого Мак Кея ни во что не вмешиваться. Крадучись, он стал пробираться в том направлении, откуда послышался детский голос. Проплутав по темным коридорам минут пять, он выяснил, что большинство радиальных галерей сходились у провала глубокого черного колодца, едва освященного гроздями все той же Зеленой плесени да лиловыми сполохами копошащихся в норках светлячков. По центру колодца свисала мощная лиана, до блеска отполированная подушечками тысяч лап, и после недолгого раздумья капитан скользнул по ней вниз. Как ни странно, но внизу было значительно светлее. Потолки коридоров явно раздвинулись, а свет, против ожидания, излучали не давешняя плесень или жучки, а настоящие люминесцентные панели... Песчаные стены прохода странно блестели, и, проведя по ним рукой, Гвидо понял, что пумоиды покрыли его чем-то вроде лака. Но больше всего поразил капитана ряд металлических дверей, тянущихся вдоль коридора. Вокруг стояла полная тишина. Капитан толкнул наугад одну из дверей, и она бесшумно подалась назад, пропустив его в довольно большую комнату. Шагнув за порог, дель Рей остолбенело замер. Вдоль стен стоял ряд весьма сложных по виду электронных устройств, лицевые панели которых являли глазу многочисленные экраны и сенсоры. Неподалеку имел место монитор компьютера, а поодаль, за стеклянной перегородкой, отчетливо виднелись операционный стол и шкаф с хирургическими инструментами. Когда на одной из полок шкафа дель Рей заметил большую банку с чем-то очень напоминавшим заспиртованный человеческий зародыш, ему стало немного не по себе. Но окончательно добила его голографическая картинка, висящая за операционным столом. На ней с ужасающей отчетливостью был изображен явно человеческий ребенок с наполовину содранной кожей и вскрытым животом. Гвидо отвернулся в сторону, чтобы не видеть жутковатого зрелища. И встретился глазами с внушительных размеров пумой, припавшей к полу перед мощным броском. В критические мгновения в глаза всегда лезет что-нибудь наиболее нелепое из того, на что, вообще, может обратить внимание человек: вот и сейчас в сознании дель Рэя отпечатался ни острый, безжалостный оскал клыков, ни сузившийся в вертикальную щелку просвет зрачков зверя, ни, вообще, какой-либо существенный для того, что ему предстояло элемент ситуации, а идиотский завиток золотой ленты на шее клятой твари. Руки и ноги Гвидо работали сами по себе. Ни при каких обстоятельствах он не смог бы объяснить, когда он успел краем глаза заметить и схватить за концы неизвестного ему назначения хромированный стальной прут и выбросить его навстречу взвившемуся в воздух зверю. В следующий момент он уже вдавливал свое оружие в глотку пумы, все крепче прижимая ее к полу. Тварь хрипела и когтила все части его тела, до которых могла дотянуться. "Если я не придавлю эту сволочь насмерть, мне конец", - подумал он. И тут со всех сторон загремели отворяющиеся двери. Кто-то вцепился ему в плечи, острый кончик иглы вошел за ухо и сознание мягко покинуло его... Собравшихся в Ковровом Зале "Рая грешников" вкруг крытого традиционным зеленым сукном стола господ только с известной натяжкой можно было принять за картежников. Заботливо брошенные перед каждым из них карты даже не потрудились перетасовать. - Господа, я хотел, чтобы мы с вами, наконец, осознали положение, в которое сами себя э-э... поместили своими же стараниями... Говорил господин с медальным профилем, украшенным горским - с аристократической горбинкой - носом и белоснежными, образцово подстриженными усами южного плантатора из эпохи "Унесенных ветром". - Если ты хочешь нам напомнить, Сандро, что мы все в заднице, то не трать времени попусту, - раздраженно каркнул сутулый судья Флинн и небрежно поворошил свои карты кончиками желтых, иссохших пальцев. - Тем не менее, я подчеркиваю, что мы подошли к критическому моменту развития э-э... ситуации в Периметре, - продолжал первый оратор, явно резервируя за собой роль председательствующего. - Или балом будет править Почтенное Общество или в ближайшее время нас слопают Большой Питон и Тайный Пророк! - И Свистун, - подсказал директор Агробанка, не отрывая взгляда от сложенных домиком пальцев рук. - Самое печальное, - продолжал обладатель аристократической горбинки и белоснежных усов, - что мы сами выпустили этих демонов из кувшинов и ящиков. Никто из нас не прочь заработать на... не облагаемых налогом сделках, никто не прочь сбыть по экстра-цене партию оружия... И все такое... Наш общий друг Ромуальдо, - он кивнул в сторону безмолвствующего в углу Барсука, - многое может вам рассказать на этот счет. Верно? В результате мы поставлены на грань войны, потеряна надежная клиентура, иммиграция в нуле... Еще шаг - и мы окажемся перед лицом военного положения. Чего стоят наши вклады в банках всего Обитаемого Мира, если мы все здесь окажемся заложниками военной диктатуры? Поймите - не мы герои того спектакля, который здесь будут разыгрывать под артиллерийский аккомпанемент. Уже сейчас Правительство и шагу не делает без оглядки на Советника. Вот сейчас - унесли его черти, и власть парализована... А Советник - это агент чертова Пророка - думаю, это для вас не секрет... Если бы не папа Гаррисон... - Но свалить Лэшли уже не в наших силах... - резонно заметил шеф Налогового Ведомства. - Боюсь даже, что то, о чем мы тут говорим... - Ты мне не нравишься, Дэвид, - неожиданно подал голос, созерцавший до этого потолок, человек в форме полковника Ополчения. - Когда тебя поведут вешать, то веревку ты сам прихватишь из дома. Чтобы не сердить палача... Сандро говорит дело. Есть выход. Радикальный. - Что вы имеете ввиду, Разин? - поинтересовался судья. - За последнее время эти зеленые чудаки там, в Лесу, научились-таки воевать. Оно и неудивительно, если их каждый божий день щиплют то Скваттеры, то банды Питона, то Легион... - То вверенное вам Ополчение... - заметил банкир, не поднимая глаз от сплетения пальцев. - Зеленая компания, по моим данным, очень недовольна последним эпизодом - это когда люди Питона сшибли федеральный шаттл. Они понимают, что последует карательная акция. Она и последует. После этого останется только немного подтолкнуть их... - Заманчивая мысль - натравить Лесную мразь друг на друга... Но, господа, Питон и твари Пророка покрошат их в считанные часы. А тех, кто останется в живых - скрутят в бараний рог, - резко возразил Дэвид. - Как сказать, господа, как сказать... Их много - наших Лесных друзей... Возьмут не умением, так числом. Единственное, чего им не хватает, так это оружия. Так мы дадим им его... - Вы имеете в виду?.. - осторожно спросил Сандро. - Я имею ввиду, что в Лесу у нас законсервировано полдюжины складов армейского вооружения. Конечно, подарить его туземцам - чистый убыток, но это - единственное решение проблемы. И все мы знаем, кто лучше всех справится с этим деликатным делом... Все взгляды обратились к Барсуку. - И, когда все рухнет, отдуваться будет тот же уважаемый вами Беррил?! - возмущенно спросил тот. - Если ты хочешь сказать, что не рассчитываешь получить с этого дела комиссионные... - с деланным удивлением произнес Сандро. Барсук сник. - Ставлю предложение на голосование, - резюмировал председатель. - Как ты спал, Землянин? - осведомился Рроу, наклонившись над с трудом продравшим глаза капитаном дель Рэем. - Прекрасно, - не покривив душой, ответил тот. И действительно он чувствовал себя так, словно неделю провел где-то на Гавайях. Тело еще хранило какое-то ощущение полета - словно на водных лыжах... - Ты поцарапал свое лицо, Землянин. И руки... - Мне приснилась дорога, Рроу. Через колючий кустарник, - косо усмехнулся Гвидо. Боль от глубоких царапин ощущалась им сейчас, как нечто постороннее, из ночного морока прихваченное... - Странные сны сняться после странствий по Лесу, - с каким-то несвойственным ему смирением заметил Рроу. Сны... Кошмары. Склоненные над ним кошачьи лица. Ему задают вопросы, он отвечает. Голос (чей?): "Он обидел Миэлу и должен умереть!" Другой голос (старческий, женский): "Он удостоился чести драться с Великой Пумой и должен жить." - Его судьбу решила Мать Прайда - должно подчиниться... - это, кажется, сказал Рроу... Он резко встряхнул головой, пытаясь стряхнуть навязчивый морок... Господи, на каком языке говорили эти... тени? Наверное это не был - не мог быть галактический жаргон... Тем более - нормативный язык Федерации... Тем не менее он хорошо помнил смысл того, что было сказано над ним... - Пойдем, Землянин, ты заслужил право лицезреть Чудо Инкарнации... Уже время. Скоро взойдет Звезда, - Рроу взял его за предплечье. - Традиция запрещает нам принимать пищу перед обрядом. Но для тебя найдется немного молока - впереди у тебя путь. В проходе их встретил Аучч. Взглянув на часы, Гвидо чуть удивился - ночь еще не кончилась. На поверхности их ждал зыбкий полумрак, но когда они добрались до Священного Каньона, начало светлеть. Аучч остался у подножья скал, а Гвидо Рроу помог подняться на площадку метрах в трехстах выше. - Оставайся здесь и смотри. Ты сам поймешь, когда надо уходить, - глухим голосом сказал глава прайда. - Прощай! Мы поможем тебе, когда ты поймешь, о чем надо просить нас... Дель Рэй остался в одиночестве. Высоко в небе лучи невидимой еще Звезды окрасили прихотливый рисунок утренних облаков. Гвидо осторожно выглянул из-за скалы. Чаша скального каньона буквально кишела пумоидами. Сполохи коптящих факелов многократно отражались в желтоватых глазах аборигенов, и капитану показалось, что он видит перевернутую чашу звездного неба, заполненного мириадами звезд. Внизу раскачивалась, выла и пела какие-то свои колдовские гимны сплошная масса странных, покрытых шерстью существ, и капитан чувствовал, как нарастает общее напряжение, готовое в любой момент взорваться мощнейшим эмоциональным взрывом. Вверху, на соседней скале, возвышалась сгорбленная фигурка Матери Прайда, рядом с которой виднелись изящные очертания их тотема. Животное сидело, не шелохнувшись, и только изредка подрагивающие кончики позолоченных ушей свидетельствовали, что это было не искусное изваяние, а создание из плоти и крови. Присмотревшись внимательней, Гвидо узнал пуму, с которой ему довелось сражаться прошлой ночью в подземелье. Так значит, действительно, это и есть Священная Пума Миэла... А кто же будет ее жертвой? Где они спрятали ребенка? Внезапно Мать вскинула вверх иссохшую лапу, и в долине наступила мертвая тишина. Гвидо слышал только потрескивание горящих факелов и стук собственного сердца. Жрица медленно обвела взглядом собравшихся. Это был тот - из сна странно понятный язык. Гвидо почти буквально понимал все то, что слышал. - Зачем вы собрались здесь, дети мои и дети моих детей? Толпа в ответ словно взорвалась единым криком. - Мы пришли сюда вкусить плоть и кровь!!! Мать Прайда положила руку на голову сидящей рядом пумы и снова бросила в толпу вопрос-призыв: - Вы хотите быть храбрыми и сильными, как она? - Да-а-а!!! - завизжали внизу. - Вы хотите быть хитрыми и быстрыми, как она? - не унималась жрица. - Да-а-а!!! - рычали аборигены. Это повторилось несколько раз, пока доведенные до экстаза пумоиды не начали скандировать, потрясая факелами: - Плоть и кровь! Плоть и кровь! Плоть и кровь! Жрица вновь подняла верх правую руку, левой - с трудом удерживая зверя. - Вы получите их! - выдохнула она навстречу толпе и достала из складок своей одежды желтой молнией блеснувший нож. Гвидо покрепче сжал рукоятку пистолета и завертел головой, высматривая ребенка, которого, как он полагал, сейчас принесут в жертву Священной Пуме. Однако произошло нечто другое. Мать Прайда резко взмахнула рукой, и темная струя фонтаном брызнула из горла поверженного животного. Капитану показалось, что у него лопнут барабанные перепонки - такой силы крик поднялся над долиной. А жрица тем временем с ужасающей быстротой начала кромсать еще живое и трепещущее тело Миэлы и швырять куски в толпу. Охваченные безумством аборигены на лету выхватывали клочья дымящейся плоти и глотали его, не жуя. Больше Гвидо не выдержал. Он скатился со скалы и, шатаясь, побрел в сторону Зеленого Холма. В голове все путалось. Подошедший сзади Аучч молча взял его за плечо. Тревога!!! Срочное построение!! Полминуты на сборы! Господа офицеры, не без удовольствия, смолили древний "Салем" и прикидывали, что три недели непрерывной муштры в переделанных из под пустующих трюмов залах-тренажерах, все-таки превратили ту массу аморфного полупьяного дерьма, которым загрузили два нижних яруса "Проциона" нерадивые вербовщики, в нечто способное высыпаться в узкие корабельные проходы и, нещадно давя и калеча друг друга, почти в срок выстроиться - каждая колонна - носом к своему тамбуру. - Разобрать оружие! Боевой комплект ПРИСОЕДИ-НИТЬ!!! - отдал команду колонель. Боевой комплект. Это было уже очень серьезно. - Легионеры! - это впервые не "Вы - дерьмо носорожье" и не просто "Ну, вы - суки"... Нет. "ЛЕГИОНЕРЫ". - Легионеры! Перед вами ставится задача выполнить особо важное задание командования Легиона и Администрации Колонии. Намеченная акция очистки региона экстренно заменена Карательной Акцией Возмездия! В этой связи, срок операции перенесен на более ранний. Я не собираюсь пугать вас, но ставлю в известность, что на судне орудуют или сами зеленые уроды или их агенты! Этой ночью, в госпитальном отсеке зверски убит наш товарищ. Святой долг каждого Легионера - отомстить за него! Этого мало!! Только что нами получено сообщение о том, что спусковой модуль "Проциона", на котором на Планету следовали особо важные административные работники Федерации, уничтожен ракетой туземных повстанцев, с местом запуска - район семь-двенадцать. За это, дерьмо собачье, мы тоже будем мстить!! Таким образом, место проведения нашей операции определено как район пуска управляемого снаряда. Семь-двенадцать, повторяю для тех у кого уши заложило! Схема работы рядовых групп вам известна - четыре часа на полное уничтожение всех жилых и иных сооружений туземных жителей. По любому - повторяю - по любому замеченному туземцу без малейшего промедления - огонь на поражение. Надеюсь, на тренажерах вы не только о бабах трепались и основные виды зеленых уродов знаете. А не знаете - стреляйте во все живое, кроме господ офицеров... Не приближаться к трупам, не обработав их термическими зарядами. Группе особого назначения - работая под общим прикрытием снайперской группы, разместить в стандартных точках заряды. Снайперская группа обеспечивает прикрытие группы особого назначения. К двенадцати тридцати по бортовому времени - общий сбор у устройств эвакуации. В двенадцать ноль пять - начало эвакуации за Периметр. В двенадцать десять - радиокоманда на срабатывание зарядов. Кто не успел тот х-хе - опоздал. Стереокарты региона операции введены в личные блоки. Кто чего не понял? Все поняли все. Особенно Легионер Шаленый, которого до сих пор в этакую ловушку не заносило. По сравнению с этим, даже все, чего он натерпелся от настырного - что твой банный лист - Федерального Следователя пятой категории Кая Санди, было просто милыми розыгрышами. В такое дерьмо, в какое втащил его мил-друг Якопетти, Дмитрий Шаленый в своей жизни еще не вступал... И ведь, в чем самая-то гнусь и есть - так это в том, что смылся сам красавец кривоносый, как черти его съели... И деться некуда... - По модулям! Градом пушечных ядер загремели сотни сапог, засипели перекрытия тамбуров и стало тихо и душно. Уже отработанными движениями оправляя амуницию, Шаленый выкаченными - и по природе и от дикого бешенства - глазами разглядывал, уткнутого ему нос в нос в тесноте десантного модуля, соседа. Тот, не понимая в чем дело, исходил от ужаса холодным потом, но тоже правил как мог обмундирование. Лампы под потолком мигнули. - Так, народ на местах, - облегченно констатировал колонель Васко и двинулся вдоль грузовых модулей - те должны были пойти первыми. В каждом из них, у подготовленных к высадке единиц боевой техники, млел пристегнутый к сидениям боевой расчет. - Так, первый готов, - проговаривал про себя колонель, - второй... пятый... Так, а это что? Почему самоходка не заведена в модуль? И это что... что за штуки... А... а ты - кто? - А ты не знаешь, разве? - спросило то, что было в шестом модуле. Или не узнаешь? ОНО стало лицом к лицу к колонелю. - Иди в свой модуль, командир, иди и забудь... ЗАБУДЬ. Это был уже не Космос. Даже не стратосфера - десантные модули шли над самым покровом облаков. Теперь - с введенной в действие боевой программой, хищно поблескивая в злом свете Звезды, это были уже не мирным балластом притороченные к корпусу "Проциона", набитые замершей электроникой железные бочки, нет - теперь - способные расстреливать ракетами все, что подвернется на сотни миль в окружности, готовые разить на километры четырьмя видами лазерного и шестью - пучкового излучения, эти хищные драконы способны были дать бой целому обитаемому миру. И миру немаленькому! Но Враг не спешил проявлять себя. Вот уже нырнул под днища шаттлов гнуснопрославленный регион семь-двенадцать, вот уже пробили защитного окраса стальные драконы облачный покров, а бой все не начинался... Впрочем, Легион и не ждал покуда противник соблаговолит высунуться под выстрел. С четырехкилометровой высоты начался отстрел десантных субмодулей. В строгой последовательности - первый шаттл, четвертый, шестой, третий... с глухими хлопками отбрасывали в стороны компактные, словно поджавшиеся перед предстоящим ударом о твердь Планеты кабины, в каждой - по пятнадцать ни на что, честно говоря, кроме как подставлять лоб под пули, не способных, свежезавербованных бойцов и по четыре еще на что-то годных снайпера, предназначенных прикрывать огнем разгрузку техники и личного состава и его вступление в первый и для половины этого дерьма - последний бой... На местах отброшенных кабин, сохраняя аэродинамику окрашенных в хаки драконов - шаттлов, вздувались надувные имитирующие отсеки, все больше и больше превращая их в стремительно мчащиеся дирижабли... Пролетев положенную пару километров и приняв нужную ориентацию, кабины десантирования запускали движки торможения и начинали сбрасывать в стороны листы защиты. Бойцов стало прижимать к титановому покрытию днища, и Шаленый, как и все вокруг него, намертво вцепился в стальные стойки. Соседи почти со священным трепетом внимали изрыгаемым им словосочетаниям. Такое даже Легионеру не всякий раз приходится услышать в жизни, и упускать подобный случай - тем более перед лицом весьма возможной смерти было бы непростительной глупостью. Там, внизу, уже стормозив пороховыми блоками мягкой посадки, уже делали свое дело "чистильщики" - даже с километровой высоты был виден злой огонь, обеспечивающих первичный плацдарм, струй пламени... А там, где бушевало сейчас это пламя, всего несколько часов назад Федеральный Следователь, поспешая, чтобы снова не отстать от провожатого и не заблудиться в зеленом мраке джунглей, все порывался хотя бы уяснить свой теперешний статус, но то ли крупный - по подбородок ему - по всему судя разумный - богомол не так хорошо знал английский, как показалось Федеральному Следователю в момент задержания (по крайней мере он пока так окрестил происшедшее), то ли провожатому вообще было не до докучливого землянина, и единственной его заботой было сбыть неожиданно свалившегося ему на голову спутника кому-то дальше по инстанции... Попытку Кая сдать встретившемуся ему вооруженному довольно грозного вида, хотя и легковатым копьем, туземцу личное оружие и удостоверяющие личность документы, последний проигнорировал и, только тяжело вздохнув, скомандовал: Пойдешь со мной - с начальником говорить будешь... - Сказав это, он с такой скоростью стал пробираться куда-то на северо-восток, что уже один раз чуть не потерял ведомого... Своим копьем он не злоупотреблял - тащил его на плече, рискуя только заехать острием в глаз замешкавшемуся спутнику, и явно не проявлял должной агрессивности. В случае необходимости, Федеральный Следователь мог бы обойтись без оружия, навыков различных единоборств, да и без применения силы вообще. Просто остановиться, присесть на травку и плюнуть на все это дело. Наконец, искомый командир (староста? жрец?) был найден в сени довольно изящно сплетенной, а может, выращенной из корней громадного дерева, хижине - одной из нескольких других подобных. В тех, впрочем, вроде кипела какая-то (явно хозяйственного толка) жизнь. Хозяин же этого обиталища предавался, судя по всему, медитации. Вид у него был еще более "богомольный". Туземец - конвоир - что-то заблекотал своему старейшине и блекотал очень долго. Потом, не дожидаясь какой-либо реакции, круто развернулся и убыл. У Кая осталось смутное впечатление, что он уже сто лет подряд как слушает такой-вот жаргон... Начальник, наконец, обратил свои, почти человеческие глаза на Федерального Следователя и спросил: - Оружие... Пистолет - продаешь? - Я не торгую оружием. Если необходимо - я могу его вам сдать. Но, желательно, - под расписку... - Оружием не торгуешь - хороший человек, - заключил начальник. Думаешь, мы оружие украдем? Глупый человек... Пауза была довольно долгой... - Если бы ты пришел убивать - ты бы уже давно стрелял, правда? В Ни-ни - он тебя привел... Или в Ни-ей - это в меня... В других... Так ты не стрелял. - Не стрелял. - Тогда зачем тебе отдавать нам свой пистолет? Логика старейшины была своеобразной, но последовательной... - Вас интересует моя личность? - Вас уже называли по радио. С Корабля и из Периметра. Тебя зовут Гвидо. Или Кай. Ты прилетел узнать кто убил Большого Окаму. Одобряю. Хотя ты ничего не узнаешь. - Почему? - Ты не успеешь. Скоро начнут убивать. Думаю, и тебя убьют, Гвидо. Или Кай. - Кай. - Значит Гвидо - это тот, кого ведет сюда учитель Ю. Он еще успеет его привести. - Нам нужно попасть в Периметр... - Вы можете ходить куда хотите, когда не убиваете... Периметр найти легко. Через Лес идти не так легко... - Может быть, кто-нибудь поможет нам? Проводит? Мы заплатим... - Раньше вам бы помог кто-нибудь. Теперь не успеет никто... - Почему, черт возьми? - Я же сказал - скоро начнут убивать... Если хочешь - мы поможем подождать... Спрятаться... Но, наверное, вас все равно убьют... А Тайный Пророк живет не здесь... Но он действительно хочет вас взять... Мы с ним не ссоримся... - Я ничего не говорил ни о каком Тайном Пророке... - удивленно заметил Кай. - Верно - но ты помянул Черта. - Это одно и то же?.. - Ты сильно утомишь меня, если попросишь полного объяснения... Кай ощущал довольно сильный душевный дискомфорт: ясно, что туземцы были в курсе предстоящей высадки Легиона. Но развивать эту тему - это уж как-то слишком походило на предательство интересов рода людского, хотя и представленного не лучшими его образчиками. - Ладно. Но вы спрячете нас? От тех, кто придет убивать... И если мы останемся живы - проводите до Периметра? - Не стоит обсуждать того, что будет после Крови... Все мы станем другими. В основном - мертвыми... Там - наверху сейчас уже стальные драконы отошли от корабля... У меня будет много дел здесь... - Ну а Черту вы нас не сдадите? Мы заплатим... - Мы не отдадим вас Черту и не возьмем ваших денег. Если Черт не спросит. "Ну вот, грузовые отвалили, - с облегчением констатировал про себя кэп Вартанян. - Теперь десантные пойдут... Первый... Второй..." Для него было истинным наслаждением наблюдать, как с интервалом ровно в сто двадцать секунд арендные единицы хозяйства Галактического Легиона отваливают от "Проциона", превращаясь в самостоятельные космические тела и, главное, в абсолютно самостоятельные юридические единицы. - Ну все, - сказал он, наконец, вслух. - Сэконд, проверьте - не шибко они там нахозяйничали в тамбурном коридоре. И начните наведение порядка. - Шеф, - доложил дежурный снизу. - Эти... Они здесь кое-что позабыли... - О, ч-черт! - воскликнул сэконд. - Опять служебной переписки не оберешься... Что у них там? - Самоходка. И два трупа. Рядовые - погибли при разгерметизации, наверное... - Это самое безопасное место здесь и сейчас, - сказал доктор Одрин, аккуратно, совсем на земной манер протирая затянутые в пластиковые перчатки кисти рук какой-то антисептикой. Только вот рук было четыре, а пальцев в каждой из кистей - кажется, штук по восемь... - Это наш подземный госпиталь. Отделение первой помощи... В то же время, именно здесь и сейчас вы и будете наиболее полезны... Или, по крайней мере, наиболее безопасны... Вы, безусловно владеете техникой оказания первой помощи при ранениях типа огнестрельных... Одним словом, при тяжелых поражениях? - Да... Но применительно к э... человеческому организму... - несколько растерянно ответил Кай. - Ничего - сможете жгут наложить - и то польза... Увы, вы увидите сейчас, что нам просто не будет хватать рук для переноски раненых, не то, что для оказания квалифицированной помощи... Война. Тряхнуло. Глухие, вибрирующие удары один за другим тяжело покатились, казалось, отовсюду. Мигнуло, переключившись, видимо, на сеть автономных аккумуляторов, освещение... - Ну вот и началось, - глухо сказал доктор. Только что сообщили, что началось ковровое бомбометание... Обычно так ОНИ готовят места для высадки. - Сообщили? Я не слышал, - несколько бестолково завертел головой Федеральный Следователь. - Вы и не могли слышать ничего... Простите, но большая часть звуков, которыми мы э-э... обмениваемся, лежит вне диапазона звуковых частот, обычного для вашего восприятия... Слышимые для вас звуки мы используем только когда общаемся на небольшом расстоянии... - Кстати, я приятно удивлен тем, как хорошо местные жители владеют языками Земли... Я уже слышал троих или четверых... - Пока еще не началась эта... нелепая вражда... До того, как воздвигли Периметр... В те времена очень многие здесь считали полезным для себя изучить хотя бы английский... Торговля и обмен шли в гору, и мы надеялись... А вот и первый... Первым клиентом подземного госпиталя был рослый легионер, которому не повезло с первым же выстрелом из гранатомета. Заряд завяз в невидимой паутине, и от взрыва больше досталось самим непрошенным гостям, чем проявившим неожиданное благородство хозяевам. Жгут наложить Кай сумел. Только ясно было, что это уже - впустую. 4. НА ВОЙНЕ КАК НА ВОЙНЕ Неутомимо матерясь и сплевывая набившуюся в рот вязкую грязную жижу, Шаленый продирался по сельве за своим взводным. Фернандо де ля Руэда, заметно утративший за последние два часа свой начальственный лоск, вторил репликам Шаленого крутыми испанскими ругательствами. У оставшихся членов изрядно потрепанного за время блужданий по джунглям взвода, не было ни сил, ни желания ругаться. Да и что возьмешь в этом смысле с Богом обиженных англосаксов? Из всех доступных человеческих эмоций у легионеров, уныло бредущих к "месту эвакуации", остался лишь ужас перед страшными туземцами, бесконечными мрачными джунглями и безотрадным будущим. В рассказах лихих вербовщиков все выглядело иначе... Из пятнадцати человек, приземлившихся в этих чертовых дебрях в 8:30 по местному времени - сутки здесь менее, чем на час отличались от земных, - в живых осталось только семеро. Полвзвода за половину отведенного для операции времени. Экстраполяция такой закономерности на ближайшее будущее наводила на совсем неутешительные мысли. А до "устройства эвакуации" еще нужно было добраться. Кроме того, куда-то запропастились четверо снайперов, выдвинутые для прикрытия взвода на вершину холма в четверти мили отсюда. Лейтенант де ля Руэда с ненавистью взглянул на еле поспевающими за русским остатки его команды. - Живей, доходяги! Добивать отставших не обещаю, но и задерживаться из-за вас я здесь не намерен. В час тридцать этот район разлетится к чертовой матери, а потом его еще польют напалмом. Последние легионеры ускорили шаг, но лейтенант не увидел в их глазах энтузиазма. "Ничего, когда пройдет шок от первого боя, они придут в себя. А там, глядишь, и научатся по-настоящему драться". Фернандо вспомнил высадку и сморщился, как от зубной боли. Начиналось все отлично. Они сразу же подстрелили трех туземцев, не успевших спрятаться в норы, но уже через десять минут после этого потеряли пятерых парней у "дерева-дикобраза". Лейтенант готов был поклясться, что когда он впервые попал на Гринзею, это дерево выглядело по-другому и стреляло максимум на десять шагов. Да и метательные колючки тогда были значительно тоньше и без зазубрин. А в этот раз растение - монстр, преградившее путь их взводу, оказалось настоящей фурией. Руэда вспомнил отвратительный треск, как будто одновременно сломались сотни карандашей, и тучи остроконечных шипов обрушились на его легионеров. Но их недаром тщательно инструктировали перед полетом. Лейтенант отлично знал, что там, в глубине переплетенных корней, прячется пара "кротовиков", инициирующих отстрел колючек. Поэтому он тут же приказал саперам задействовать по периметру ствола фугасные мины. Это было его ошибкой. Нужно было просто уходить оттуда как можно скорее. Взрыв коряво разворотил дерн вокруг деревьев и вместе с комьями земли, и вправду, подбросил к верхушкам крон два трупика "кротовиков". Но, видимо, туземцев под землей было побольше, ибо через пару минут после подрыва, почва, сделавшись вдруг мягкой и зыбкой, вдруг стала уходить из-под ног легионеров, а земля расступилась дюжиной трещин. А там, как водится, их уже ждали песчаные гадюки и большие щетинистые сколопендры. Словом, на той опушке они потеряли пятерых. Еще двое не успели опустить щитки защитных шлемов, когда их атаковал разъяренный рой шершневидных крапчатых пчел, явно натравленных аборигенами. Ребята недолго мучились - смерть от этого вида шока наступает почти мгновенно. Но на их, вмиг распухших лицах, застыла такая боль, что наскоро засыпав тела погибших землей и листьями, лейтенант поторопился увести своих людей подальше от этого места. Последней потерей был Гарсилос, на которого упал паук-попрыгунчик. Впрочем, упал - не совсем точное слово. Их обычно выстреливают из гибкой лианы-катапульты спрятавшиеся в зарослях богомольцы. Но для Гарсилоса это было уже несущественно. Опутанный липкой, мгновенно разъедающей кожу паутиной, он катался по земле, пытаясь оторвать от себя проклятые нити. Взглянув в обезумевшие от боли глаза сержанта, лейтенант ввел ему двойную дозу "улыбки феи", и, оставив затихшего Гарсилоса досматривать последний в его жизни сладкий сон, быстро повел оставшихся в живых людей на север. - Эй, лейтенант, - прервал его мрачные раздумья низкий баритон русского. - Кажись, ломится кто-то сюда. Не ровен час уроды зеленые, или другая какая мерзость с нами поздоровкаться хочет. Не то лицом, не то торцом... Руэда прислушался. Метров в пятидесяти от них кто-то действительно, не таясь, пер на них через сельву, ломая и круша все на своем пути. "Господи, лишь бы не стег", - мысленно вознес молитву Фернандес. И уже во весь голос гаркнул на своих подчиненных: - Взвод! К бою! Капрал Грег, огнеметом с упреждением пять метров по объекту, ТОВСЬ!.. Рядовые Клейст и Чалены, короткими очередями... Остальные - страхуйте фланги. Но огневой залп не получился. Из зарослей, путаясь в растрепанной амуниции, выскочил не разъяренный стегозавр или его уменьшенная туземная копия, чего боялся Руэда, а всего лишь один из четырех пропавших снайперов - Христо Станчев. Не без труда влив в перекошенный от страха рот болгарина изрядную долю спирта, взводный добился от него истории гибели снайперской группы прикрытия. Он (Христо Станчев) и Марчелло несли боевое дежурство на вершине холма, то есть периодически поливали из огнемета ближайшие заросли и постреливали во все, что еще шевелилось среди ветвей. Два других легионера кемарили после бессонной ночи на "Проционе". Выжженная на полкилометра растительность еще дымилась, распространяя удушливый запах гниющих сырых листьев и сожженной заодно мелкой живности, не успевшей вовремя смыться. Обзор для стрельбы был отличный, туземцы не предпринимали попыток атаковать позиции отделения, и ребята немного расслабились. Станчев не помнил, кто первый заметил фигуру, силуэт которой внезапно проступил сквозь дым, стелющийся по выжженной земле. Человек, а в том, что это был именно человек земной расы, а не туземец, ни Христо, ни Марчелло не усомнились, был бос и одет в белые ниспадающие до земли одежды. Он медленно шел прямо на них, мягко ступая голыми ногами по дымящемуся пеплу, и временами из-под его босых ступней вместе с облаками дыма взлетали вверх голубые язычки пламени. Идущий к ним человек, казалось, не замечал этого, и на лице его застыла маска равнодушия, спокойствия и отрешенности. Дым мешал легионерам рассмотреть подробности, но Марчелло отбросил ручной огнемет и с коротким вздохом "Иезус Мария" рухнул на колени, склонив голову в молитвенном экстазе. По словам Станчева, он чуть не последовал примеру своего набожного соседа, но что-то помешало ему поддаться магии незнакомца. В свое время его отец, чудом переживший Плевенскую резню, порассказал ему кое-что о секте неонестинаров, затеявших тот бунт, и вид человека, бредущего по огню, расшевелил старые воспоминания. Он инстинктивно отступил назад. Одна часть его сознания требовала выпустить очередь по чужаку, а другая призывала упасть на колени перед новым мессией. Так он и стоял, словно заколдованный, не смея решиться ни на одно, ни на другое. И лишь, когда незнакомец оказался совсем рядом, Христо разглядел, что лицо его стало искажаться, принимая зеленоватый оттенок, а вся фигура стала странно вытягиваться, теряя человеческие пропорции. До него с опозданием дошло, что он видит перед собой "оливкового богомольца", относящегося к наиболее опасной разновидности аборигенов, из встречающихся в этом районе. Руки-клешни туземца трижды сухо щелкнули, и Станчев увидел, как один за другим рухнули на землю его товарищи со свернутыми набок, словно в немом удивлении головами. Дальше он ничего не помнил, ибо бросился бежать, не разбирая дороги, и бежал так добрую милю, пока не догнал своих товарищей. - Мне здорово не нравится это затишье, - сказал Руэда, прервав наступившую после выслушанного рассказа, паузу. - Пошло оно все к энтой самой матери, - молвил Шаленый, достал пакет с суточным пайком, зубами разорвал на совесть сделанную упаковку и стал оглядываться в поисках места, на которое можно было бы присесть на время экспресс-трапезы. - Да, - сказал он сам себе, пиная тяжеленный, на века вросший в землю обрубок ствола. - Здесь и задницу не к чему прислонить - жуть берет... Эх, - не садись на пенек, не ешь пирожок... С этими словами он уселся на опробованный пень и проглотил порядочный кусок какого-то подобия мясной запеканки. После чего, вместе с пнем и потоком мата канул в недра планеты, тут же сомкнувшиеся за ним и плюнувшие в остаток взвода чем-то, надолго прервавшим процесс нормального дыхания. - И этому хана... - отплевавшись и отчихавшись, комментировал происшедшее Руэда. - А жаль. Капрал Грэг - доложите Первому по рации... Люк - бармен дневного (малого и слывущего спокойным) зала "Рая грешников" - привык к тому, что снятый с принтера очередной список укокошенных и пропавших без вести следует вывешивать поближе к меню со списком выпивки - глядишь, кто часом высмотрит в нем своего приятеля, а то и родственника, да и помянет грешную душу... Человеку - облегчение от захмеления, заведению - лишний грош... С каждой неделей список становился все длиннее - война набирала обороты, хотя войной все никак не звалась... Сегодня он был рекордно длинен - сантиметров сорок в длину, этот список - неудачная карательная акция Легиона. Кроме того, он не висел на положенном ему месте, а был примят к стойке бара локтем и животом пузатого мужика, потихоньку посасывающего то уж очень дорогую на вид сигару, то объемистую емкость с "мартини". Но, несмотря на эти признаки принадлежности к Гринзейскому полусвету, тип, осмелившийся сорвать с положенного гвоздика Список, вылетел бы из бара как пробка из бутылки, не будь он единственным и полным владельцем "Рая грешников" - Барсуком Беррилом... То, что шеф снял документ с положенного места, выпивает над ним крепкое (а шеф по наблюдениям местной челяди вообще редко когда прикладывался к рюмке) и посыпает его сигарным пеплом еще не так поразило Люка, как то, что он увидел в глазах хозяина - грусть... - Что-то с вашими близкими, мсье? - спросил он деликатно, протирая и без того безупречно чистый бокал. - Близкими... Близкими этих двоих я бы не назвал... Благодаря одному из них я носу не могу показать с этой милой планетки, а другой... Другой, как я понимаю, летел сюда, чтобы открутить мне голову напрочь... Оба без вести пропавшие - это, считай, и пепла не осталось... Ты, Люк, смотри, дырку не протри в склянке-то этой, а налей в нее чего покрепче... Вот так... И мне добавь... И давай, помянем на пару души рабов Божьих Дмитрия и Кая... - Я что-то не пойму, шеф, - сказал Люк, осторожно поднося к устам наполненный "Бурбоном", и на гораздо более мягкие напитки рассчитанный своим объемом, бокал, - вы же сами только вот сказали, что один вам голову скрутить собирался, а другой - здесь, на Гринзее припер... Так чего же вы так расстраиваетесь?.. - Эх, Люк, хороший ты человек, и поймешь с годиками-то, что для истинной дружбы все, что ты тут мне, а я тебе перечислил - сущие мелочи... Беррил никак не мог отделаться от мысли, что это Бог злорадно покарал его за то, что он сильно сплутовал в тяжелых, без свидетелей, ночных переговорах с тайными посланцами Лесного Народа. Лесной Народ теперь имел доступ к оружию, которым можно было оснастить две полные дивизии, а Беррилу предстояло стать очень богатым человеком, когда с ним смогут расплатиться. Когда и если. "Но ведь я рискую своей шкурой, господи... - грустно воззвал он к небесам. И ведь это самый низкий процент от сделки, который я брал когда-нибудь в жизни... - Тебе-то этого не понять, там - у себя..." Реальность грубо ворвалась в его размышления. - К вам там опять, сука эта! - заорал, врываясь через служебный вход, рифмотезка Люка - шефовский секретарь-телохранитель, Лео Дюк. - С пумой на цепочке... - Приведи себя в порядок Дюк, - с достоинством бросил ему Барсук. - У тебя щека не в порядке. Правая. И займи свое место. В заднем проходе... В приемной, я имею ввиду... Он, не торопясь, осушил свой бокал, загасил сигару о крышку серебряных часов-"луковицы", кивнул Люку - мол ты проследи, чтобы все тут было... Привел себя в порядок перед зеркалом и, тяжело вздохнув, проследовал наверх, в свой приватный кабинет. Никаких сук в кабинете не оказалось. По крайней мере, Барсук Беррил никак не смог бы отнести к этой категории живых существ кипейно-седую, изящную, чуть преклонных лет леди, дожидавшуюся его в изысканно вежливой позе на отменно неудобном стуле для посетителей. Пум, цепочек и Дюка в кабинете тоже не было. - Э-э?.. - обратился к Беррил к леди наиболее изысканным в данной ситуации образом. - Фигли, - сказала она. - Миссис Рафаэлла Фигли. Барсук моментально ощутил себя невыносимо вульгарным, потным, подвыпившим и, главное, неприлично небритым бурдюком, набитым чем-то явно не подходящим ко случаю, и не нашел ничего лучше, как коротко представиться: - Ромуальдо Беррил, к вашим услугам... Затем не к месту рыгнул и, попросив на минутку извинения, выскочил в приемную. Там он взял за грудки успевшего вовремя явиться к месту действия Дюка. - Ты кого ко мне привел, сучий хвост?! - шепотом заорал он. - Какая сука? Какая пума, хрен тебя забери!!! - Они сейчас в туалете - в порядок себя приводят... Эта леди как им дала жару... "Я, - говорит, - назначила мистеру Беррилу еще вот"... - он протянул Барсуку изжеванную белоснежного картона карточку... - Я просто позабыл, шеф... Мало ли здесь кто... А у пумоида этой... этого... просто нервы не выдержали... Понимаете, одно дело - это когда на тебя как танк прут... - тут к этому все и каждый приучен... а другое дело, когда этак вот - с вежливостью ледяною... Вот с ней припадок и сделался... А еще с нею мужик какой-то на улице млеет... В чалме... - С кем мужик? С Фиглей этой? С пумой? С пумоидой?!!! - Да кто ж их разберет... Не говоря худого слова, Барсук развернулся и, спазматически улыбаясь, вошел в кабинет. Наиболее вежливым из возможных жестов он пригласил миссис Фигли занять более удобное кресло, которое сам поспешил и пододвинуть. Затем расположился за своим столом и развернул визитную карточку. Она была с того света. Чрезвычайный и Полномочный Посол Федерации Тридцати Трех Миров на Гринзее и очень наивный человек, сэр Ли Окама, бисерным почерком на обороте своей визитки просил своего старого знакомого Ромуальдо Лоуренса Беррила оказать всемерную помощь супругам Фигли, чья предпринимательская деятельность вне всякого сомнения принесет огромную пользу процветанию Планеты и Колонии. Это в случае отсутствия самого сэра Окамы. Отсутствие было налицо. - Чем же я могу служить вам, уважаемая леди? - как можно более изысканно осведомился Барсук. - Ах, видите ли, когда мы с мистером Фигли рассчитывали бюджет этого нашего делового визита в Колонию, мы совершенно не учли того совершенно безумного роста цен, который имеет место в местных отелях... Наоборот, нам говорили, что ввиду возникновения реальной военной опасности... - Просто теперь возросли расходы на охрану... И народ сюда попер... извините, устремился, более склонный к риску... С них и стараются содрать побольше... Вряд ли вы найдете где номер на двоих дешевле, чем за сотню кредиток в сутки... - Ах, Боже мой! Мы бы согласились и на это, но ведь за такие цены предлагают лишь номера без ионного душа и с одной ванной... "Проклятая дура - нашла самое место, где искать номера подешевле - в "Раю грешников". И главное - респектабельнее уж некуда..." - не без иронии подумал хозяин заведения. Странная мысль, однако, вдруг посетила не совсем еще трезвую голову Барсука Беррила: С одной стороны - вот уже которую неделю простаивал почти вконец пустым "хитрый" тринадцатый, никому с улицы не заметный этаж "Рая". Там обычно привечали очень важных персон, которые не любили лишней рекламы. За очень большие деньги. Но надвигающийся самум грядущей войны смел куда-то подальше особо респектабельных лиц. А даже очень дорогие номера приносят только убыток, покуда они пусты; с другой - присутствие двух занятых респектабельным бизнесом чудаков, могло и прибавить решпекту заведению Барсука. Особенно, если с этой информацией быть поосторожнее и пустить ее по нужным каналам... А с третьей - сам Бог велел как-то помянуть память этих трех - посла Окамы, Следователя Санди и Димку Шаленого - хоть каким-то добрым делом... Что-что, а указания Перста Божьего Барсук чуял хорошо... Он не знал еще в чем тут дело, но в том, что поступит правильно, приветив этих стариканов, он был совершенно уверен. - На какой срок вы прибыли сюда со своим супругом, миссис Фигли? - деловито спросил мистер Беррил, пододвигая к себе настольный терминал и начиная вводить в него одну из самых страннейших команд, которые тому только приходилось пропускать сквозь себя. - На пару недель - быстрее здесь дела не делаются... Тем более теперь - когда мы столь трагическим и... и странным образом лишились поддержки мистера Окамы... - Отлично. Давайте сюда вашу карточку, - Барсук деловито протянул руку за универсальным удостоверением миссис Фигли. - На сколько... На какую сумму мы можем рассчитывать?.. - Двадцать кредиток в день и все по пяти звездочкам... - Вы имеете в виду?.. - Двойную ванную, ионный душ, фитодизайн и вообще все - по галактическому стандарту... - О... о... - только этими звуками миссис Фигли и смогла выразить охватившие ее чувства. - Пропуск вам вручит портье. Вот по этой записке, - Барсук лихорадочно нацарапал на листке из бювара несколько слов. - Мой вам совет - пользуйтесь так называемым "тихим" входом в нашу гостиницу. Это - через оранжерею у южного фронтона. Мало кто знает, что это - тоже мое хозяйство. А так - спокойнее. Там отдельный лифт. Дверь за миссис Фигли затворилась, Барсук, облегченно зажмурясь, вдохнул воздух, и тут же противоположная дверь отворилась, чуть не слетев с петель от удара кованого сапога женщины-пумоида. На месте была и ручная пума, равно как и, слава те Господи, цепочка. Эти кованные сапоги, собственно, и составляли весь наряд этой разновидности аборигенов, но ввиду наличия густого и не лишенного изящества волосяного покрова, вызова общественной нравственности не имело места. Даже в случае такой молодой и здоровой особи, что ворвалась сейчас в кабинет мистера Беррила. На этот счет имелось постановление Муниципальной Комиссии Колонии... - Если еще раз меня подвергнут здесь таким оскорблениям!.. И если оскорблять меня будут такие старые суки, на которых наш Закон запрещает поднимать руку!.. - Не подвергнут, Балла... Вас, кажется, зовут Балла? Хотите молока? Прямо из холодильника... - Барсук стал взглядом искать подходящую мисочку... - Я хочу разодрать твою небритую морду! Я второй день ошиваюсь вокруг твоего заведения, Барсук! И дело у меня срочное... А у тебя здесь без конца торчит всякая подозрительная шваль, вроде Мохаммеда из "Десницы". Поставщик таким не верит... - Ну, теперь, дорогая, мы вместе, наедине. Выкладывай свое дело... - Дело короткое. Короче некуда. Я привела человека из Леса, с которым Поставщик будет иметь дело в этот раз. Только и всего. Вели его пустить - и я пошла. Ты в курсе, что Поставщик в этот раз привез много? - Я всегда в курсе... Был знак... - уверенно и привычно, сам не зная зачем, соврал Барсук. - Дюк, запускай того... который с ней... Постой, Балла - твой гонорар... - Мне платит Поставщик. И только он! - Дверь за пумоидом захлопнулась. На несколько коротких мгновений Барсук остался наедине с собой. - Господи, хоть что-нибудь делается в этом мире без шума и треска? - спросил он Бога. Потом посмотрел на часы. До полудня оставались считанные секунды. Барсук открыл сейф и положил серебряную "луковицу" туда - поверх того пакета, который теперь уже неизвестно кому и когда пригодится. Потом крепко запер сейф. Ему не нравилась мелодия, которую играли эти часы. "Бог ты мой, - думал Гвидо, пристраивая примитивную капельницу над узким лежачком, на котором, словно сломанная игрушка, примостился обожженный и ослепший абориген - с виду детеныш, смахивавший на Учителя Ю, только в миниатюре. - Сколько их здесь... Только на койках - сорок или около того... И это я - я всего-то несколько часов назад за ужасное дело считал умерщвление одного-единственного бандита в корабельном лазарете..." Он нашел глазами Кая, который в этот момент, обжигаясь, вытаскивал из древней конструкции стерилизатора блестящие стальные инструменты хирургического ремесла. Это было одно-единственное человеческое лицо, различимое в полумраке подземного лазарета. Все остальное напоминало полотно Босха. Люди-кроты, люди-богомолы, люди-лемуры... Терпкий запах примитивной антисептики, странные подземные ароматы-миазмы... Развороченная плоть, кровь и обнажившиеся внутренности тяжело раненных нелюдей. Живые и мертвые - вперемежку. Сознание начинало "плыть". Гвидо подумал, что лучше бы ему остаться там - на поверхности, под пулями и напалмом, а не в этом кошмаре... Он и пытался остаться там, вытаскивая из горящих хижин и полузасыпанных землей убежищ-щелей полумертвых аборигенов. До тех пор, пока не наткнулся на опаленную тушку вот этого едва живого детеныша. Его он донес сюда сам... А выйти вновь на поверхность уже не получилось - ахнули "большие" заряды, установленные десантом на поверхности. И спасать стало некого... Больше в лазарет не приносили ни живых ни мертвых. "Наверное, и Ю там остался, - подумал Гвидо, прислушиваясь к наступившей наверху тишине. Да, не скажешь, что он переоценивал свою индивидуальность..." Но Учитель Ю оказался легок на помине. В глубине одного из туннелей раздались оживленные и, похоже, радостные звуки, и на пороге возник громадный силуэт, который капитан дель Рэй машинально квалифицировал как аборигена-медведя и только потом - как вполне нормальную, только уж очень крупную особь легионера. На руках громила, словно малого ребенка, нес жалобно попискивающего Учителя. Гвидо поспешил к нему навстречу, но легионер стоял как вкопанный, уставившись на что-то, находившееся за спиной контрразведчика, с таким видом, словно увидел привидение. Гвидо обернулся через плечо. Федеральный Следователь утер тыльной стороной ладони набегавший на глаза пот и устало спросил: - Вижу, и вам нашлось дело, Дмитрий Евгеньевич? Вы так и будете стоять в проходе, или... - Поддержите его, - слабым голосом распорядился Учитель Ю. - По-моему, большому человеку дурно... Нет, были в этом мире и такие вещи, которые происходили без шума и треска. Барсук Беррил убедился в этом, когда, отвернувшись от сейфа, узрел успевшего появиться за это время в его кабинете, плоховато бритого невысокого мужичка, самой примечательной деталью в облике которого, была свернутая из чего-то неимоверно застиранного, чалма. Ее посетитель аккуратно сматывал с головы и укладывал аккуратной кучкой на столе, рядом с пепельницей. - Дюк, - сказал в пространство Беррил. Поименованный персонаж возник в дверном проеме, стеснительно придерживая пол полой пиджака рукоять армейского бластера, взятого на изготовку. Так, на всякий случай. - Да, хозяин? - вопросительно произнес он. - Ты опять забыл постучать. Когда впускал гостя. Пригляди, чтобы никто не мешал нам поговорить здесь. И обе двери прикрой поплотнее. Будь у селектора, а не торчи за портьерами. Я проверю. Подождав, покуда указания будут исполнены, он поднял взгляд на посетителя. Тот закончил свои манипуляции и теперь снова ловко укреплял чалму на черепе. На столе лежал извлеченный из его головного убора предмет. Плод ого. Небольшой, но правильной формы, вполне кондиционный. Профессиональным взглядом Барсук оценил его примерно в пятьдесят тысяч кредиток. - Это от народа с Мостика. Очередной взнос. - Что ж, как всегда вперед и вовремя. Похвально. Как тебя звать, к стати? Что-то не помню, чтобы... - Не стоит забивать голову такими вещами... Достаточно того, что Балла тебе объяснила от кого я... Ведь она достаточно ясно сказала? - Как всегда - я бы даже на ее месте не стал так волноваться... - Теперь то, что передает тебе Свистун... Только особы, приближенные к Поставщику, позволяли называть его этой кличкой. Беррил принял это к сведению. - Я внимательно вас слушаю, хотя и не знаю как вас зовут... - Товар на складе терминала. Квитанции, накладные и вообще все необходимое - вот на этой магнитке, - в руке гостя появился словно в карточном фокусе пластиковый прямоугольничек. - Партия большая. Ее следует перебросить на Ранчо Чудака. Два контейнера - самые большие - они помечены Левым Знаком, проходят как имущество Легиона - надо поместить в Дупло. Все это - немедленно, до захода. - Если вы хотите говорить о Дупле, то вы имеете что-то серьезное, а когда вы имеете что-то серьезное, то зачем так торопиться?.. - Я должен передать Свистуну, что он слишком торопливый? На внимательном лице серого мужичонки не было и тени усмешки, а в произнесенной фразе - и тени иронии, отчего Барсука прошиб холодный пот. - Упаси меня Бог от того, чтобы меня так понимали, когда я просто так разговариваю... - он нервно поправил галстук. - Второе. Свистун передает тебе, чтобы ты не делал глупостей с тем товаром, который у тебя был для покойника Окамы. "Проклятие, - подумал Барсук. - Господи, почему ты сразу не принял мою душу, когда я готов был ее тебе сбыть? Почему ты вместо этого поселил несчастного предпринимателя на проклятой Гринзее, где он мучается как в аду? И на которой все про его дела все знают. Чего не знает Большой Питон, то, оказывается, знает господин Свистун, хотя ни того ни другого он сроду в глаза не видел и никогда - Боже, сделай так - никогда не увидит? И если уж берутся за него - так оба сразу. А как в них нужда - ни до того ни до другого не докричишься ни через каких связных..." Предавшись этим печальным, хотя и несколько непоследовательным размышлениям, Барсук старательно глядел в рот связному, не забывая внимательно помигивать и посапывать. - Этот товар тоже следует разместить в Дупле. Свистун за него дает те же деньги, что и Посол давал. Связной выждал несколько секунд, наблюдая за гаммой чувств, последовательно сменявших друг друга на живом лице собеседника и, дождавшись нужного момента, добавил: - Когда все это будет сделано, никак не раньше - это велено подчеркнуть - никак не раньше, надо забрать из известного тебе места плату Лесного Народа за товар. За эту партию вперед уплачено... Вот такими вещами, - гость тронул плод ого, лежащий на столе, и в кабинете надолго повис еле слышимый мелодичный звук. - Около килограмма. Ты отсчитаешь свою долю и то, что тебе причитается за ту вещь, которую хотел купить Посол. Потом к тебе придут за тем, что останется. Это все. Он поднялся. Стал снова никем. - Передайте Свистуну... - Барсук возвел глаза к покрытому резьбой по дереву потолку, желая сформулировать мысль поосторожнее, а когда опустил их, в комнате никого не было. Только притушенный шторами полуденный свет, да еще затихающий звон и неуловимый аромат плода ого. Капитан дель Рей не мог пожаловаться на отсутствие воображения: вообразить он мог многое, но вот только того, что в норе, скрытой глубоко в недрах чужой планеты, он будет, мучаясь от бессонницы, коротать время, выслушивая рассказы матерого уголовника о том, как не хватало ему в далеком приютском детстве плюшевого медвежонка, вообразить он не мог даже в пьяном бреду. - Так вот и получилось, - продолжал гудеть со своей охапки сена, служившего здесь всеми сразу постельными принадлежностями, Шаленый, - что загремел я в эти чертовы подземные катакомбы, так и ни разу даже из ружья и не пальнувши... Тут в темноте какие-то сукины дети повязать меня хотели или еще чего, да нашего брата без хрена не съешь. Порасшвырял я этих друзей и ходу по туннелю - на просвет нацелился. Но черта-с-два тут: то плесень какая-то светила... Прямо что твой фонарь... Ну и плутал я в катакомбах этих без малого час, а тут свои же друзья-Легионеры, видно, в подземку эту аэрозольный заряд снарядили - где-то в соседнем туннельчике - меня как шмардануло - без малого по стенке не размазало. Ослеп, оглох, рот земли полон - еле отплевался. Зато - без добра нет худа - гляжу: ветер пошел по катакомбам. Значит где-то свод провалился и на поверхность ход есть. Ну, я сперва на четыре кости встал, на ветерок-то этот и побрел, потом оклемался - уже на своих двоих почапал. И метрах этак в десяти уже от вольной воли - перед проломом этим в куполе - гляжу лежит мой медвежоночек. Точь-в-точь как тот, на которого я в витрине смотреть любил, когда мальцом был... Я ж говорил, что... - Что в детстве у вас так и не было плюшевого медведя, - подтвердил Гвидо. - Вы об этом уже... Послушайте, а где запропастился Санди? - Его прямо в операционной и сморило. Там и спит. А на меня нервное что-то нашло: устал как черт и дьявол, а сна - ни в одном глазу... Да и то - как спать-то - к рассвету домовые здешние оклемаются, да глядишь, и в распыл меня грешного пускать начнут. Мне в Легионе такого понарассказывали о тех, кто в плен к зелени этой попал... - У вас есть некоторое оправдание - в стволе вашей пушки не найдут пороховой гари и, кроме того, вы спасли Учителя Ю. Это здесь, похоже, влиятельная персона. В конце концов, нас покормили и в отхожее место пускают без конвоя. Наверное, дела не так плохи. Как, по-вашему, до рассвета далеко? - А пес его знает. Я ж, как и ты, мил-друг, и дня не будет, как здесь кувыркаюсь... Я вот о чем забочусь: станет эта нечисть с моим стволом разбираться?.. Оно, может там все и лежит - ружье мое - в катакомбах этих клятых. Я, как помню, без него от чертей этих сбег... Да и учителя ихнего я не то, чтобы спас, а так - в лазарет доставил... Он сам мне и объяснил, куда его тащить, после того, как я его в чувство привел... - Так ведь не бросили же пропадать под главным взрывом - которым на поверхности все смело... - Тут, понимаешь, жалость меня одолела. Сначала, гляжу, вроде и неживой он, а как взял его в работу, так, смотрю, пищать начал. Хоть и еле-еле, а все ж человечьим языком. Тут как вспомнил я ту витрину... - Как же это вам удалось его в чувство привести? Этому тоже в Легионе учат? Искусственное дыхание ему делали, что ли?.. - И дыхание, и изо рта в рот, и из носа в нос... Ну а как закапал ему за зубки-то десять капель из фляги, так у него глаза на лоб сразу и вылезли. Заперхал, закашлял и лопотать начал быстренько... Погоди, мил друг, фляга-то она при мне - я тут в операционной этой ректификат надыбал и до пробочки-то посудинку и долил... Щас и тебе, друг, накапаю, чтоб спалось лучше... Как-никак, а утро, оно вечера мудренее... Осуществить задуманное Шишелу не удалось. Нора заполнилась гвалтом и лопотанием, вслед за которыми в нее ворвалось с полдюжины аборигенов - все при оружии. Это был первый случай, когда в руках у "зеленых уродов" Шишел видел земное - из металла и пластика - орудие смерти. Перед собой они довольно бесцеремонно толкали не проснувшегося еще до конца Федерального Следователя. Богомолец, бывший тут, видно, за старшего, распорядился: - Вставай, земная люди. Пойдем, тебе показывать, что земная люди сделали с наш Лес... "Земная люди", подгоняемые примкнутыми штыками, выстроились в цепочку и трусцой двинулись в указанном направлении... Начало дня ознаменовалось для Барсука сверхконфиденциальным визитом в Первый Национальный. Бережно уложив тяжеленный пакет на дно стального абонентского ящика и заперев последний, он почувствовал солидное облегчение: присутствие проклятого товара в своем кабинете он ощущал как тикание заведенной бомбы. Правда, почувствовал он себя еще и чем-то вроде наивной старушки, прячущей ключ от квартиры под ковриком у входа. Но делать пока было нечего, события развивались слишком быстро. Перемещения между грузовыми складами Космотерминала и Ранчо Чудака с довольно громоздким грузом заняли весь день Барсука под завязку. Уже сама принадлежность части груза Легиону порождала массу деликатных проблем, несмотря на наличие хорошо выправленных документов на груз. Глайдер до Ранчо стоил немалых денег и немалых нервов - две сотни километров по-над Лесом, хотя и в демилитаризованной якобы зоне, были весьма специфической грузовой перевозкой, за которую нормальные пилоты не брались, а иметь дело с пилотами ненормальными - всегда большой расход. И большой риск. Как на грех, доблестный Легион, обгадившись донельзя в неподготовленной карательной акции, отыгрался на аборигенах, сметя направленными взрывами какую-то местную святыню - археологические раскопки, что ли - и, захватив по идиотской случайности в плен троих Учителей из самой что ни на есть аборигенской элиты. В Периметре теперь не без оснований ждали возмездия. На завтрашний день было объявлено утреннее выступление Президента Гаррисона с чрезвычайным заявлением. Так что цены на извоз вне Периметра были просто бешеными. Но так или иначе, все это было теперь позади. Пилот, врубив счетчик, кемарил в кабине флайера, а разгруженный товар подпирал стену бывшего амбара. Оставалось проделать относительно короткий путь от Ранчо - негласно признанной всеми воюющими сторонами нейтральной территории для встреч торговцев, полевых командиров, а иногда и политиков Леса и Периметра - до Гнилого Дупла - лабиринта скальных пещер, вход в который открывался сразу за Мостом. Дупло почиталось местом гиблым, и только отчаянной смелости народ набирался духу (и виски) отправляться в это место. Дурной славой оно пользовалось уже тогда, когда на Ранчо Чудака каждый week-end бушевала ярмарка. Люди и аборигены вперемежку толклись в торговых рядах, фокусники Зеленого Народа на каждом углу ублажали нехитрую публику нехитрыми своими номерами и в окрестные заросли выбиралась на пикники молодежь. Боже, неужели все это когда-то было? Так вот уже тогда за Гнилым Дуплом шла плохая слава. В его переходах, по слухам, сгинуло немало душ, а если кому случалось приволочь из темных пещер какую-нибудь диковину, за лучшее считалось зарыть находку на Кладбище Нехристей, от греха подальше. Много там всякого находили - рассказывали, что это со времен Империи сохранились там то ли склады, то ли лаборатории... Но, что все знали достоверно, счастья себе там никто не нашел. Фольклор на эту тему был обилен, но слабо известен за пределами Гринзеи. Так что для того, чтобы лезть в эту дыру надо было иметь очень веские причины. У Барсука они были. Против воли Поставщика не попрешь. И вот сейчас он сидел на с виду трухлявом стволе обрушившегося с год назад Каменного Дуба, созерцал прекрасный, как всегда в это время года, закат и время от времени посвистывал в инфразвуковую свистульку, подзывая проводника. Не настолько он был глуп, чтобы обойтись без помощи Старого Ахиллеса. Вообще говоря, трудно было представить себе что-нибудь более нелепое, чем бодрый толстячок в пиджаке, расцвеченным крупной клеткой, восседающий у двух здоровенных ящиков, поверх которых громоздилось еще нечто плоское и прямоугольное - шесть футов на четыре, упакованное в мешковину, среди руин города-призрака, зарастающего ядовитыми лианами, и на склоне дня дующего в идиотский свисточек. Единственное, что в этом персонаже гармонировало с декорациями джунглей, так это его невероятной расцветки галстук. Звезда уже коснулась нижним обрезом своего диска мглистого горизонта, когда на свист Барсука вылезла из кустов мохнатая древесная собачка и, подбежав к владельцу "Рая грешников", живейшим образом заинтересовалась его левой штаниной. Проводить время в обществе этого четвероногого вовсе не входило в планы Барсука и он сурово цыкнул на осмелевшую тварь. Та оскорбилась и, совсем как земные ее прототипы, задрала заднюю лапку и оросила брюки предпринимателя едко пахнущей, изумрудного цвета струей. Джунгли явно утратили остатки уважения к людям Периметра. Когда Старый Ахиллес и двое его младших братьев - семейство людей-черепах, довольно редкая форма аборигенов - вышли из чащобы, Барсук приваживал собачку нашедшимся в кармане экзотического пиджака сырным крекером. - Э-э-э, да вы, прямо, сама доброта, мистер Беррил, - приветствовал старина Ахиллес своего давнего знакомого. - Зверок вас э-э... пометил, а вы его еще и прикормить желаете? - Да нет, - с досадой отозвался, не прерывая своего занятия, Барсук. - Просто я хочу определить, с какой стороны у этой сволочи морда, чтобы дать ей хорошего пинка под задницу... С этими словами он исполнил задуманное, так-таки и ошибшись относительно ориентации своего недруга в пространстве. Ошибка стоила ему дорого: расположенная на морде пасть древесной собачки была снабжена двумя рядами острейших зубов, которыми "зверок" и не замедлил накрепко вцепиться в голень Беррила. Тот нечеловечески заверещал и закрутился на одном месте. С помощью всех трех панцирных братьев и подоспевшего пилота глайдера нога владельца злачных заведений была освобождена от крепчайшего захвата. Виновница же происшествия с отчаянным визгом отбыла в родные заросли (по настолько высокой параболе, насколько смог обеспечить пинок оставшейся невредимой ноги пострадавшего), а на кровоточащий укус - наложены листья подходящего целебного лопуха, благо таковой рос окрест в изобилии. - Плохо, очень плохо, - констатировал Старый Ахиллес. Нога будет очень болеть, если будешь ходить. Надо лежать или сидеть. Часа два. - А ты соображаешь, сколько за эти два часа мне натикает за аренду этой галоши? - Беррил ткнул пальцем в сторону глайдера и попытался стать на покусанную конечность. После чего, вскрикнув, опустился на ящики... - Вот что, - сказал он, подумав. - Отступать мне некуда - солнышко заходит, муравейник закрывается... Ты, Ахиллес, соображать можешь - вот тебе, - тут Барсук вытянул из внутреннего кармана блокнот и электрокарандаш и стал не слишком умело набрасывать на чистом листке схему прохода к условленному тайнику, - куда идти... Вот здесь такой знак увидишь... - он обернулся, проверяя, достаточно ли далеко находится флегматичный пилот. - Разберете камни, все это добро затащите в пещерку и снова каменюгами завалите. Потом - давайте сюда. Заплачу две сотни сверху... Бумажку эту... - Я съем ее, человек. - Кушай на здоровье. И сразу забудь что на ней нарисовано. - Я забуду, человек. Барсук проводил нагруженных товаром и перешедших в горизонтальный режим передвижения братьев-черепах тревожным взглядом, пригубил из карманной фляжки виноградной водки и погрузился в тоскливое ожидание, прерываемое взрывами проклятий в адрес местной фауны и попытками пристроить поудобнее пораненную конечность. Чем дольше длилось ожидание, тем мрачнее становились предчувствия описанного и укушенного владельца "Рая грешников". И они оправдались, эти ожидания... Тьма успела сгуститься, а боль в ноге - поутихнуть, когда с какой-то непривычной неуклюжестью, из кустарников выполз его старый партнер. Ахиллес двигался с очевидным трудом, и дыхание его было хриплым. - Что там с тобой? - Беррил уже смог довольно быстро двинуться навстречу аборигену. - И где?.. - Я... выполнил то... о чем ты меня просил, человек, - с трудом выговаривая слова, сообщил тот. - Мои братья... умерли. Не подходи ко мне... - Да что там у вас вышло? - Там... Там споры Синей Гнили. Кто-то усыпал ими весь путь к твоему... тайнику. Я... я не сразу понял... В Дупле не бывает Синей Гнили... Кто-то не хотел... чтобы ты... вернулся... - Господи, что же делать? - засуетился Барсук. Он понимал, что приближаться к аборигену теперь опасно - людей Синяя Гниль убивала куда как быстрее, чем аборигенов: споры прорастали точнехонько в основные нервные узлы человеческого организма, словно для того и были созданы. Человек погибал в считанные минуты, не успев понять, что с ним происходит. Ответа не было. Включив фонарь, Барсук шагов с десяти убедился, что его давний друг безнадежно мертв. Синий узор Гнили уже выступил на кожистом лице аборигена. Дрожа осиновым листом, Беррил, забыв про остатки боли в ноге, стремглав кинулся к глайдеру. - Давай! - выкрикнул он очумевшему спросонья пилоту команду, которую так любил другой, тоже попавший в категорию покойников, его друг - Шишел-Мышел. - Нечего тут дрыхнуть! Ходу! Давай-давай!! Ночное заседание Президентского Совета происходило без формальностей. Присутствовали только трое: собственно Президент Колонии - сам создатель Периметра Гарри Р.Гаррисон - он, естественно, был за председателя, министр обороны - коннетабль Пирсон и, за неимением земного Посла, Представитель Федеральной Директории, его высокопреосвященство Бенедетти. Делегата от Легиона демонстративно оставили дожидаться в приемной. Куда-то запропастился Советник Лэшли. - За эти сутки, - начал Президент, - я без малого не рехнулся! Я не говорю об идиотских претензиях "Стардаста" по поводу страховки сбитого шаттла с "Проциона" - это все сущие мелочи... Прежде всего... - он задумался, решая какой из навалившихся бед отдать пальму первенства. - Прежде всего, нас очередной раз посадил в лужу Легион. Мало того, что действия карательного десанта подпадают под десяток статей Галактической Конвенции, мало того, что саму операцию они с треском провалили с сотнями жертв с обеих сторон... Так еще они умудрились каким-то чудом захватить этих трех Учителей... Обращаю ваше внимание на то, что кроме Учителей, мы ни с кем в Лесу практически не можем найти общего языка. И теперь вот... - Кстати, о чудесах нет разговора, - сухо заметил коннетабль. - По имеющимся у меня сведениям, Учителей захватили еще до высадки десанта и сдали Легиону слуги так называемого Тайного Пророка. Якобы несуществующего. - Мною, - продолжил Президент, - в этой связи приняты следующие меры... - он откашлялся. - Руководству Легиона отдано распоряжение немедленно передать всех трех Учителей в миссию святого Айзека. Впредь до особых распоряжений. Распоряжение это они, слава Богу, выполнили... - Еще бы, в конце концов, это мы платим им жалованье, - заметил коннетабль. И редко когда задерживаем... Но напрасно вы думаете, господин Президент, что нам удастся вот так на тормозах спустить это дело. Скваттеры уже устроили в центре торжественный факельцуг. Завтра в Парламенте Фракция Саранчи будет требовать крови Учителей. И назначения Вольфа Гроссшланга Чрезвычайным и Полномочным Послом Федерации и планеты Земля в "Колонии Гринзея-2", кстати. Это я вам, ваше высокопреосвященство. - Последнее весьма желательно, чтобы окончательно похоронить эту кандидатуру... - задумчиво заметил Представитель Директории. Как только на Земле узнают, что какие-то скваттеры на какой-то, извините меня, господа, Гринзее ТРЕБУЮТ от них какого-либо назначения, которое лежит сугубо в компетенции... - Я понял вас, - остановил его Президент. - Мы не будем вмешиваться в голосование по этой резолюции - пусть делают эту глупость, раз так Богу угодно. Но Учителей я на растерзание отдать не могу. - Но и освободить их так просто не получиться, - уныло заметил министр. Надо искать компромисс. А за это время... - А за это время в городе уже подброшено две биобомбы в правительственные учреждения. Я в курсе... - вздохнул Президент. - И еще штук шесть такого рода сюрпризов в транспорте и банках, - уточнил министр. - Есть жертвы... Но это - только начало, поверьте... - Теперь еще о жертвах, - постарался вывести разговор из тупика председательствующий. - В чертовых джунглях канули двое офицеров, направленных на расследование гибели Посла Окамы... - Что, напомню, и спровоцировало э-э... неадекватную реакцию Легиона, - заметил Пирсон. - Я не об этом сейчас. Уважаемый господин Бенедетти только что вручил мне эти два документа, - Президент поднял над столом два голубоватых конверта со знаком Высшей Секретности. - Один из них адресован мне, и я позволил себе ознакомиться с его содержанием. В двух словах: Планетарная Контрразведка и Федеральное Управление Расследований требуют прямых и недвусмысленных доказательств того, что кто-то один из указанных офицеров или оба мертвы. Или, наоборот, живы. Соответствующее расследование я поручаю лично вам, министр. - Для этого придется вступить в э-э... не совсем легальные контакты... - Это ваша головная боль, не моя. Ясность должна быть достигнута любой ценой. Второй пакет, - Президент помахал конвертом в воздухе, - адресован Федеральным Управлением своему агенту, буде таковой окажется жив. Он наделяется исключительными правами... - Это сказано?.. - поинтересовался министр. - Это сказано в пакете, адресованном МНЕ. Второй пакет вскрыть может только Федеральный Следователь Кай Санди. Если он мертв, пакет вы уничтожите, - Президент толкнул конверт по столу к министру. - Теперь... - На селекторе зажегся сигнал экстренного вызова. - Я просил не прерывать нас! - с раздражением рявкнул Президент. - Простите, но это вызов по спецканалу, - покорнейшим голосом уведомил его секретарь. - Из Леса... Уставший как тысяча чертей Барсук переоделся и, прихрамывая, прошел в малый - для "своих" - бар, чтобы напоследок глянуть как идут дела в заведении и второй раз за день позволил себе - небольшую в этот раз - порцию "Бурбона". За столами вели серьезные разговоры солидные мужи из купеческой гильдии, поприветствовавшие Барсука поднятием кружек, а за стойкой примостился пожилой, необыкновенно респектабельного вида джентльмен - явно из приезжих. Интуиция Беррила сработала четко: "А и гадать нечего, что за птичка ко мне залетела", - прикинул он, а вслух произнес: - Уж не с мистером ли Фигли имею честь? Если да, так я буду Ромуальдо Беррил, притом рад вас у себя видеть... - Неужели мы виделись когда-то? - приятно удивился его собеседник. - Я так и понял, что вы - господин Беррил. Посол Окама очень живо описывал мне вас... - Видится-то мы не виделись, - скромно заметил Барсук, устраиваясь на соседнем сидении, - но и вас покойник очень живо описал... - несколько преувеличил он факты. Судя по всему, встреча их была не случайной - господина Фигли, над думать, уже просветили когда и где можно встретить хозяина заведения и поговорить с ним в непринужденной обстановке. Барсук повертел в руках початую чарку, приглашая собеседника переходить к делу. - Должен заметить, - не замедлил отреагировать тот, - что миссис Фигли оказалась приятно поражена вашим художественным вкусом... - пожилой джентльмен вперил пронзительный взгляд в зрачки Барсука. Тому стало слегка не по себе. - Право, если это про меня, так Ромуальдо Беррил не стоит таких комплиментов... - Тем не менее, у вас достало вкуса сделать одно приобретение, которое украшает ваш зал с коврами... "Господи, неужели чертову старушенцию занесло в самое гнездо непотребства - действительно убранное коврами местной работы "черное казино" "Рая грешников"?" - подумал Барсук, но тут же сообразил, что и в этом случае источником информации был, конечно же, покойный господин Посол. Он аккуратно пригубил "Бурбон" и нарочито небрежно осведомился: - Неужели речь идет о той картинке, что висит за стойкой? Она лет пять назад досталась мне по случаю... Это, кстати говоря, непрофессионал рисовал - некий Балотти. Но неожиданно он стал пользоваться тут довольно большим успехом... Задумал перебраться в Метрополию... Ну и чтобы расплатиться с долгами стал принимать заказы от всех и вся... Моему заведению он задолжал за э-э... некоторые услуги и расплатился этим вот... - Вам известна его дальнейшая судьба? - Да, господин Посол рассказывал мне кое-что о нем. На Земле он не сразу преуспел. Точнее преуспел после, так сказать, своей безвременной кончины. Если ее - такую вот кончину - рассматривать как часть рекламной компании, так это была блестящая, скажу вам, находка. Поистине малоприличная вышла история - преставиться в постели столь высокопоставленной любовницы... Но если вы меня спросите, не было ли это на него похоже, так я скажу - да, именно на него это и похоже... Во всяком случае рекламу он себе сделал неслабую... - Господин Окама говорил, что достиг с вами определенной договоренности... - Да, я очень уважал покойника и собирался уступить ему картину по почти символической цене... - Теперь, когда господина Посла уже нет с нами... Вы... Вы не раздумали расстаться с этим полотном? Барсук уже минут пять как вычислил этот момент разговора, но толку от этого предвидения было маловато - череп у него начал раскалываться от сонма одолевавших его проблем. - Я сожалею, но если вы имели ввиду приобрести картину, то лучше вам было бы обратиться ко мне несколько раньше - она уже обещана другому покупателю. И, знаете, тут я уже ничего не смогу изменить. В этих местах очень косо смотрят на тех, кто поступает этак вот... Вообще говоря, Барсуку было глубоко наплевать на нюансы деловой этики. Но только не в том случае, когда партнером вашим является Поставщик. Там, в Дупле, в засыпанном отравленными спорами тайнике, была теперь давешняя картинка. - Жаль, очень жаль... А не могли бы вы адресовать нас к вашему покупателю? Может, он согласился бы... - Для этого мне нужно сперва поговорить с этим м-м... человеком. - И когда может состояться такой разговор? - Я вас обязательно поставлю в известность, - Беррил, наконец, проглотил свой "Бурбон", давая понять, что разговор, собственно, окончен. Мистер Фигли оказался понятлив и, откланявшись, поспешил к выходу. - Битый час проторчал у стойки, жмот чертов, - констатировал бармен, - и только полстакана минеральной принял. Как только таких земля носит? - Никогда нельзя полагаться на этих - залетных, - в тон ему констатировал Барсук. Он поставил на стойку опустевшую чарку и, стараясь не привлекать ничьего внимания, встал и через боковую дверь выскользнул из бара. Поднявшись на второй этаж, он, окончательно сдав, заковылял к дверям своей спальни, но у дверей своего кабинета он замер: двери эти были чуть приотворены. Нащупав под пиджаком рукоять своей "пушки", он, проклиная невесть куда подевавшегося Дюка, осторожно, боком проскользнул в темную комнату. Потянулся к сенсору выключателя... - Не надо включать свет, мистер Беррил, - тихо окликнула его от окна тень, еле заметная на фоне подсвеченных с улицы огнем рекламы жалюзи. - Вы меня напугали, Мацумото-сан, - устало вздохнул Барсук, опускаясь в свое глубокое кресло и шаря по столу в поисках ящика с сигарами. - Послушайте, Следователь, - тихо сказал Гвидо. - Если вы считаете, что аварийный сигнал надо все-таки включить, то сейчас - самое время... Хозяева настроены весьма агрессивно. И ни одной знакомой фигуры не вижу среди наших спутников... - Ну, а свой блок вы почему не включили? - чуть иронически осведомился Кай. - В таком случае, мы понимаем друг друга... Те, кто охотился за нами, верно только и ждут, чтобы взять пеленг... А с этими... Продолжить ему не удалось: их, наконец, вывели на поверхность. - Вот теперь смотрите, человеки, что ваши сделали... - горько прокартавил главный конвоир. Пейзаж перед ними открывался и воистину безрадостный. Серый пепел устилал чуть ли не до горизонта еще утром заросшую древним лесом равнину. Только вдалеке - там, где уже неукротимо занимался тропический рассвет - гневный и скорый - темнела полоска уцелевших джунглей. Карикатурами на древний ядерный апокалипсис то там, то тут вставали над этой лунной панорамой серые грибы выбросов пепла там, где что-то еще горело или еще взрывалось... В пустом небе гасли одна за другой звезды, и только многочисленные луны яркими, рождественскими какими-то фонариками крались в наступающий день. Все трое землян и их конвой стояли на сравнительно высоком холме, у подножия которого - не так далеко от них быстро стягивалось кольцо небольшой, но очень сплоченной толпы. Толпа лопотала тихо, но недружелюбно. Временами то один, то другой из аборигенов брал инициативу на себя, поднимался по склону и вдруг замолкал. Но продолжал при этом жестикулировать. Должно быть, голос его переходил в неслышимый диапазон. Временами же, наоборот, оратор начинал звучно тараторить вслух со страшной, притом, скоростью. - Странно, - снова подумалось Каю, - ну, ведь слышал же я все это... Никакой это не язык... Жаргон. Только не припомню - какой... Неужели это мы так на них здорово повлияли? Хотя - чему удивляться? В Океании даже полуразумные дельфины перешли на пиджин-инглиш... - Народ говорят, что сегодня много зла человеки делают Лесу, - строго сказал главный конвоир. - Народ говорят, что человеки у Народ хотят отнять не только жизнь, а и разум, тоже... Народ говорят, что три Учителя сейчас в плену в Периметра. - А Народ не говорят, при чем тут мы? - вежливо поинтересовался Гвидо. - Народ говорят, что человек со стального дракона - от Легиона. Легион убивает. Легион берет Учителей. Легион делает беда. А человеки с Земли дружат с Легиона... - страж вконец разволновался. Шишел-Мышел вполголоса помянул бестолковых чурок, но не стал развивать эту мысль. В этот момент раздался почтительный ропот, и откуда-то из другого лаза - не из того, из которого вышли пленники, шестеро богомольцев торжественно вынесли и потянули к вершине холма легкие носилки. На носилках покоился Учитель Ю. Испросив глазами разрешения, Федеральный Следователь шагнул им навстречу, опустился на корточки у поставленных на относительно ровное место носилок. Тихо заговорил. Суровый конвойный, тем временем, довел до сведения подопечных соображения, высказанные очередным оратором - довольно упитанным пумоидом. У оратора были основания быть весьма расстроенным: пострадал его живой тотем. Бог его весть, что именно приключилось с его живым талисманом, но на запястье аборигена болталась лишь оборванная цепочка. - Народ думает, - переводил страж, - что человеков следует закопать в пепел. Пока он горячий... Еще народ думает, что надо почтить память Учителей. Жертвоприношением. - Их же пока никто не убивал, учителей этих чертовых... - возразил с места Шаленый, и удостоился укоризненного взгляда конвоира. - В Периметра абориген никто долго не живет, - скорбно пояснил он, - в Периметра абориген быстро умирает. Даже Учитель очень быстро умирает. Теперь... Тем временем на склон поднялся следующий оратор. Определить его биологический аналог было довольно трудно: более всего, как ни странно, он походил именно на человека. После квалифицированно совершенной над ним процедуры мумификации. Мумия испустила довольно длительное молчание. Жестикуляция у этого аборигена полностью отсутствовала. "Господи, кого же он мне напоминает?.. тревожно подумал Гвидо, присматриваясь к оратору. - Да это же "Ночь Среди Дня". Творение Тайного пророка... Аборигены с тревожным вниманием слушали тишину. Только Учитель Ю забеспокоился, начал отдавать какие-то распоряжения сопровождавшим его богомольцам и те с неожиданной энергией устремились в гущу собравшихся, видимо, внося организующее начало в происходящий митинг. - Народ думает... Нет, не народ... Он, который говорит, он советует отвести человеков к Тайный Пророк... Потому что Тайный Пророк будет очень сердится, когда узнает, что... В этот момент его прервали. Подошедший сзади богомолец из свиты Учителя Ю что-то тихо и энергично выговорил главе конвоя и занял место переводчика. А на место оратора заступил другой участник этой свиты - довольно горластый и авторитетный тип, менее чем другие, смахивающий на насекомое. Рядом с ним водрузили носилки с Учителем. Оратор почтительно склонился к ним, выслушал слабое попискивание старейшины и начал озвучивать его для собравшихся. - Учитель Ю просит слушать, что скажет он, - перевел богомолец для людей. Чуть менее коряво, чем предыдущая особь. - Учитель Ю сильно пострадал от большого взрыва. Учитель Ю может умереть. Толпа сильно огорчилась. Шаленый огорчился и того пуще. - Учитель Ю не хочет умирать, - продолжил толмач. И мотивировал слегка приободрившейся аудитории: - Когда Учитель Ю умрет, от гор до берега останется только два Учителя. Учитель Ю говорит, что они оба очень старые и им трудно будет помогать Лесу... Толпа совсем поникла. Оратор же затих, долго и вежливо прислушиваясь к чему-то мудрому, что изрекал ему похожим на морзянку писком наставник. - Учитель Ю говорит, что Лес, конечно, уважает Тайного Пророка, - продолжили наконец оратор, а за ним - толмач. - Лес всегда делает то, о чем просит Тайный Пророк. Очень редко - не делает. Но Лесу не надо делать для Тайного Пророка того, о чем Тайный Пророк не просит... Может быть Тайный Пророк будет сердиться, но только Тайный Пророк сердится всегда... - Это он дело говорит, - прогудел в пространство Шаленый. - Умен малый, даром что ушастым удался... - Учитель Ю говорит, что все можно сделать по-другому, - обнадежил толпу толмач. - Учитель Ю говорит, что народ Леса очень умный и должен поступить тоже очень умно. Сейчас. Учитель Ю говорит, что всем нам надо заметить некие важные вещи. Учитель Ю говорит, что это Указания Судьбы... - Всю душу истомил... - с досадой воззрился Шишел на толмача. - Учитель Ю говорит, что у нас в Лесу сейчас два гостя - очень важные люди для Периметра. Периметр будет их искать... Периметр их уже ищет. И еще у нас один пленный. Он - не очень плохой человек. Учитель Ю говорил с ним. Не очень плохой человек сделал так, что Учитель Ю не умер... И всего в у нас сейчас два и один - три человека... Толпа согласилась с этим. - И еще - в Периметре сейчас находятся Учителя... Их тоже три - вы обратили на это внимание? - спрашивает Учитель Ю... - Кажется, Бог миловал... - тихо сказал себе Гвидо. И повернулся к Шаленому: - Ваш плюшевый мишка спас вас, Дмитрий... - Наш разговор будет сугубо конфиденциальным, - поклялся Следователь Клецки и демонстративно вырубил казенный регистратор. - Вы не хотите принять "Миметракс"? - Нет... - лейтенант де ла Руэда поднялся на не совсем твердые ноги и, нагнувшись, пошарил под столом. Некоторое время он изучал извлеченную оттуда бутыль, чертыхнулся, отхлебнул немного и просветлел с лица. - Имейте ввиду, Следователь, - уже вполне осознанно выговорил он, - если мои ребята узнают, что я давал показания легавому... - То это повредит вашему авторитету, - подтвердил Клецки. - Не беспокойтесь. Для ваших людей я - просто торговец. Забрел в казармы сбыть "травку". Вы меня заметили, свели в свой кабинет, сурово отчитали и отпустили на все четыре стороны. Будем придерживаться этой версии. - Именно так, - согласился лейтенант. - Давайте к делу, и побыстрее... И я и мои люди - только что из боя, а на отдых и устройство осталось меньше суток. - Рядовой Шаленый находился в вашем непосредственном подчинении, я не ошибся? - Так это вы по поводу Димитри? За покойником числились грешки по вашей линии? - Мы быстрее закончим, если вопросы буду задавать только я, лейтенант... Из тех четырнадцати человек, что находились в вашем подчинении... - Уцелели трое. Рядовой Шаленый - среди погибших. Мне его искренне жаль, Следователь. Для рядового он был староват, но данные у него были неплохие... Быстро выбился бы в сержанты... - Это... произошло на ваших глазах? - Он находился от меня немного дальше, чем вы, следователь стоите сейчас... - Вы осмотрели... труп? - Х-хе... Когда здесь боец проваливается в подземную ловушку, то о трупе речь уже не идет... Следователь Клецки уперся взглядом своих цвета увядающей фиалки, глубоко посаженных славянских глаз в неважно выбритого собеседника, пытаясь прикинуть, так ли уж прост этот чернявый вояка? Отсутствие трупа - это деталь, которая дьявольски "светится" в любом деле. Особенно в таком, в котором не хватает трупа именно Дмитрия Шаленого. - А не мог он попросту бежать? Дезертировать, имитировав этот фокус с подземной ловушкой? - Этого, простите, не смог бы устроить и Гудини. Знаете, в старину был такой... - Знаю. Я должен вас предупредить, лейтенант, что если вам угодно водить следствие за нос... - Я не играю в такие игры, Следователь. Традиции Легиона вам следовало бы знать. Нет греха больше, чем живого легионера в покойники списать... Тут - без обмана... Клецки вздохнул и пошел с последнего козыря: - Ну а барахлишко покойного? Свой багаж, покойный, надеюсь не прихватил в бой? - Нет, естественно. Шмотки сгрузили вместе с остальным имуществом Легиона. Свалено все в каптерке. - И имущество погибших, тоже? Или уже по традиции поделили во взводе? - Пока за упокой души не выпили, вещмешки покойников не раскрывали. Да там и делить, думаю, нечего... И у Димитри, тоже. Пустым прибыл, как все. Это ж вам сюда, а не отсюда... Но вы, как я понимаю, желаете взглянуть? Письма там, документы, бумажки... Дело ясное... Пойдемте в каптерку. Только без афиши, пожалуйста. В угрюмом полуподвале, загроможденном полупустыми железными полками лейтенант довольно быстро нашел и бросил на грязноватый бетонный пол перед следователем не слишком увесистый стандартный мешок из упрочненного брезента. Клецки кряхтя расстелил по полу случившийся под рукой кусок полиэтиленовой пленки и вытряхнул на него нехитрые пожитки рядового Шаленого. О личности покойного они говорили мало. Стивен уже усомнился в принадлежности багажа, но наткнувшись на расписанный по галактическому времени календарь православных праздников и на довольно забористую отмычку, прикинул, что с мешком ошибки нет. Отмычку он реквизировал, остальной скарб, сфотографировав, сложил на место. Некоторое время ему пришлось подождать, покуда лейтенант не бросит к остальной мелочовке дешевенькую "вечную" зажигалку, которую он подцепил из кучи барахла и задумчиво вертел перед носом. - Что-нибудь интересное? - спросил Клецки, кивнув на безделушку. - Да как вам сказать... Я ведь сказал уже, что вроде сюда мы прибыли, а не отсюда убираемся... Смешно, наверное у кого-то из бывалых он в карты выиграл... Так из бывалых тут - только офицерский корпус, а покойник от начальства все подальше держался... - Вы что-то стремное говорите, лейтенант... - Да просто зажигалочка - с рекламкой. Название бара, адрес, телефон. Клецки поднял пластиковое изделие и рассмотрел его так и этак. - "Рай грешников", - прочитал он. - Мейн-стрит, 9... телефон 62-76-92, город не указан. - Правильно. Чего указывать-то? Это здесь - в Периметре. Место известное... Отсюда зажигалочка - с Гринзеи. А вез ее Димитри - с Земли... На третье нажатие кнопки звонка, Дюк все-таки появился в освещенном проеме двери. Некоторое время он потратил на то, чтобы разглядеть в полумраке кабинета хозяина и его гостя. Это было довольно затруднительно, поскольку единственными источниками освещения в комнате были отсветы городских огней за окном, да сигара Барсука, злобно вспыхивающая в такт его слегка прерывистому дыханию. - Проводи господина Мацумото до выхода, Дюк, - с характерной для состояния полного бешенства нежнейшей интонацией произнес Беррил. - Мы ведь обо всем договорились, господин Мацумото? Завтра, в полдень, в главном зале Первого Национального мой человек передаст вам ключ от абонентского ящика. Сами понимаете, что я не держу этих вещей вот просто так у себя дома - ни э-э... предмета, ни ключа... Мацумото бесшумно встал. - Надеюсь, что хотя бы эта часть сделки обойдется без накладок, мистер Беррил, - сказал он несколько церемонно откланиваясь. Некоторое время Барсук сидел молча прикрыв глаза. Потом открыл их и слегка вздрогнул, увидев перед собой неподвижную и слегка виноватую фигуру Дюка, уже справившегося со своим поручением. - Право, я никак не возьму в толк, хозяин, когда и как этот тип вошел и... Секретарь-телохранитель имел все основания ожидать худшего. Однако со стороны Барсука последовал только еще один тяжелый вздох. - Найди мне Шпента, Дюк, - уныло произнес Беррил. - Немедленно. - Но уже ночь, хозяин... - И скажи ему, - не обращая никакого внимания на возражения бестолкового слуги, продолжил Барсук, - что это - в последний раз... 5. РАССЛЕДОВАНИЕ Когда-то это не называли Периметром. Когда-то у входов в дома не были навалены мешки с песком. Когда-то не стояли танки на перекрестках. Не скользили вдоль улиц бесконечной каруселью военные и санитарные патрульные кары. Когда-то. Давно. А этим утром над городом звучал марш. На площадь перед утопленным в грунт бункером Ратуши выходили шеренги. Колонны. Колонна Братства Скваттеров, колонна Общины Пионеров Северо-Запада, колонна ветеранов... Над головами реяли вымпелы, лозунги, призывающие покончить с зелеными уродами, вышвырнуть за грань Периметра агентуру джунглей, сплотить ряды. Там и сям горделиво посматривал с портретов профиль и анфас депутата Гроссшланга. Фракция Саранчи проводила утреннюю манифестацию. Марш гремел над городом. Только марш! - Подземка не действует уже больше года, - любезно пояснил наивному Следователю Клецки его свежеобретенный подчиненный из регионального филиала Управления. - Там оборудуют убежища. А часть туннелей поражена разными видами грибковой инфекции. Полагают, что это - диверсия аборигенов. А поверху мы доберемся только пешком. Пока эти чудаки, - он кивнул на шагающие ряды, - не закончат, движение в норму не придет... Следователь откинулся на спинку сидения. У него было чувство, что он смотрит кинохронику древних времен. Или спектакль. - Это действительно было в последний раз! - резко сказал Шпент и бросил на стол плоский ключ. Т-ты здорово меня подставил, Барсук... Ромуальдо Беррил счел возможным выйти из-за стола, стремительно обогнуть последний и вперится взором в затравленные зрачки своего насмерть испуганного порученца. - Что случилось? - спросил он. - Что еще случилось?! Товар?.. - Цел твой товар... Наверное. Не дошло дело до товара... Захомутали твоего барыгу. Н-навела какая-то с-сука... Если-б не примета... - Кто захомутал? Полиция? Что за примета? - Да не п-полиция, а архангелы кривоносые. А примета у меня такая - к клиенту всегда вторым подходить... - Архангелы... Это ты про мужиков с Дальних?.. - Про кого же еще? - А что значит вторым подходить? Ты первым должен был... Он же тебя не знает, джап этот... - Да не в том смысле... Ну знаешь, Барсук, когда клиент этак с ноги на ногу переминается, ждет, а кого ждет не знает, так непременно к нему чудак какой-нибудь подвалит - дорогу там спросить, или чего еще... Он к себе так народ и притягивает - клиент когда ждет... Так вот, я всегда чудака такого дождусь, и только после него - уже чин-чином: и с условленным словом и с нужным знаком... Так вот и сейчас - смотрю: появился твой друг узкопленочный. Я - молчок. Стою, делаю вид, что бланк заполняю. Гляжу, а дело и вовсе нечисто. Потому что за джапом следом входит этак вальяжно и тоже у стойки прилаживается знаешь кто? - Не морочь мне голову в такой момент, Шпент. Кто входит-то? - А Джакомо Якопетти, собственной персоной. Не больше, ни меньше. - Ты, дурень, что - с ночи на игле сидишь? - ошарашенно спросил Барсук. - То-то и оно, что не на игле. И не пьян. И не с похмелья. И лучше тебя знаю, что как говорил я в тот раз, так и вышло - Джакомо с "Проциона" в ящике спустили. Пока ты тут неведомо где пропадал, почтенное общество уже на похороны сбрасываться начало... - Говори дальше. - А что говорить-то. Стою, со страху млею. Сам, меж тем чертей рисую от нефига делать. Сразу этих... Архангелов двоих и не заметил... Потом гляжу - Джакомо с одним вроде переглядывается... А на меня - в упор пару раз глянул - и ноль эмоций... Отчего еще страшнее, скажу тебе... Ну японец потихоньку у стойки, с ноги на ногу переминается, на часы посматривает... И тут к нему чудило какое-то подваливает - ручку, вроде, попросить - чек заполнить... Парню не повезло здорово... - Так что вышло-то? - Да оба кривоносых архангела япошку-то берут под белы руки и мордой в стойку бить начинают. Но тот тоже не так прост - пошел этих друзей обрабатывать в лучших традициях... При этом охрана делает вид, что ничего не происходит, а клиенты, как водится при таком раскладе, суетятся под столами - благо места там достаточно... А покойничек Якопетти, не торопясь этак, берет в захват чудилу этого вместе с ручкой и прочими потрохами и к выходу тянет... И при этом по-прежнему меня совершенно не узнает. Что, хотя и к лучшему, но до жути странно... В общем, так они все и отвалили. Архангелы с япошкой подмышкой - на каре, а покойничек с чудилой как за двери вышли, так я их больше и не видел... - Ну а ты? - А я - что? Еще штук шесть чертей нарисовал и подался к тебе вот. А то к тому времени полиция появиться соблаговолила и начала свидетелей из-под столов вытягивать. Ну а мне, сам понимаешь, с легавыми не с руки беседовать... Такие дела... - Ладно, Шпент... Ты меня извини за такую подставку. А денежки забирай себе... Нет, ключ оставь... Успокойся и не бери себе в голову. В маленьком баре тебе нальют на халяву... Чурик не успел еще исчезнуть в проеме дверей, когда унылый и невыспавшийся Дюк доложил: - Там в нижнем баре... - Привидение? Полиция? Что еще?.. - Только что эта закончилась... Манифестация. В баре полно с утра пьяных скваттеров и легионеров. И вообще - всякой сволочи... - Братаются и крушат мебель? - За мебель еще не взялись. Но лучше, если вы глянете. Там есть кое-кто из офицеров - лучше вам с ними перемолвиться... Барсуку в этот миг не хватало только разбирательств с в дрезину бухими легионерами. Мысли его были уже очень далеко от "Рая грешников". Надо было забирать навар и делать ноги. Только вот куда? Барсук вздохнул, пристроил все еще зажатый в руке ключ в нагрудный кармашек и поплелся в нижний, "большой" бар. Там он увидел привидение. Профессор Габриэль К.Мартинес оказался женщиной. Черной как смоль и довольно молодой для своего звания. Предметы, разложенные перед нею Федеральным Следователем, она рассматривала со смесью восхищения и неприязни. - Все-таки, господин полицейский, почему вас так интересуют эти образцы? Какого рода заключения вы ждете? Кай постарался поудобнее устроиться на дьявольски неудобном лабораторном табурете. - Видите ли, миссис... - Мисс. Пока еще мисс... - Так вот, мисс... Прежде всего Федеральное Управление Расследований - это не полиция. У нас совпадают порой методы, мы тесно взаимодействуем с органами э-э... правопорядка на местах, но цели Управление преследует стратегические, скажем так... - Для меня это - слишком большие тонкости... - Это - не главное. Я хотел бы с вашей помощью усвоить несколько моментов здешней э-э... ситуации, которые остаются мне малопонятны... Когда ясность в этом вопросе будет достигнута, мне легче будет сформулировать требования к заключению, которое я жду от вас... Вас мне рекомендовали, как лучшего специалиста по биологии животного мира Гринзеи... - Это - некоторое преувеличение... - Не будем скромничать и перейдем к делу. Прежде всего мне остается непонятным, почему о биологической природе и образе жизни так называемых аборигенов известно гораздо меньше, чем, скажем, о пресноводных рыбах этой планеты. - Псевдорыбах. У них... - Простите мне неточности терминологии. Так почему аборигены фактически не были объектом серьезных биологических исследований? - Вы не совсем правы. Есть, например, прекрасная книга Олафсена - "Три года среди туземцев Гринзеи"... - Это более этнография, я полагаю... Но вот данные сравнительной анатомии, биохимии... - До высадки первых Колонистов аборигенов, по всей видимости, никто не исследовал вообще. Или все результаты погибли вместе с Первичной Колонией. Не существует ни строчки, написанной на эту тему до самых последних лет Имперской Эпохи. А среди второй волны колонистов естествоиспытателей было - кот наплакал... Да и теперь все исследования носят сугубо прикладной характер. Здесь у нас - не Метрополия... Все нацелено на фармакологическое производство, а те гранты, что перепадают зоологам и этнографам - это так, крохи... Практически идет война... А на войне о противнике достаточно знать, что его убивают пули, и что он горит в огне... Есть и еще причина... - Какая же? - Видите ли, живой мир Гринзеи эволюционирует необыкновенно быстро... Мы ничего не знаем о том, какими были первые аборигены, с которыми столкнулись люди. Похоже, что совсем другими... Во всяком случае, им удалось полностью уничтожить довольно большую Первичную Колонию землян. Теперешние, по моему мнению, вовсе не так агрессивны. Во всяком случае не были так агрессивны еще несколько лет назад. А вот флора и фауна Леса просто форменным образом обезумели за этот период. Появляются все новые и новые формы агрессивной живности... Бессмысленно агрессивной, сказала бы я... Все эти новые токсины и стрекательные клетки ничего не дают каждому из этих изменившихся видов для успеха в выживании. Разве что что-то внутри Леса, какой-то сознательный центр направляет эту... эволюцию. Гонит ее в бой на Периметр. - Мы говорили об аборигенах... - А как вы мыслите себе исследования биологии аборигенов? Ни один из них не даст вам добровольно кровь, лимфу, точнее, на анализ. И уж ни в коем случае не допустит, чтобы нам, варварам, с их точки зрения, достались на растерзание тела умерших или... убитых. - Но ведь время от времени такой материал попадает вам в руки? И многие аборигены все еще сотрудничают с людьми... - Опыты на аборигенах, даже с их согласия, строжайше запрещены. И я считаю, что это правильно. Неизвестно, к чему это может привести в сложившейся психологической атмосфере... В конце концов, академические проблемы могут подождать. В этом я, как ни странно, согласна с Советником Лэшли. - Я рассчитываю встретиться с этим джентльменом. Ведь это он курирует все вопросы, связанные с проблемой аборигенов? - О, да! Он сам ее и создал, эту проблему! - Но... - Не буду забивать вам голову политическими сплетнями. Познакомитесь с этим типом и многое поймете сами. Остается только пожалеть, что он имеет такое влияние на Президента и Парламент... - Я бы хотел уяснить вот что, мисс... Там, в подземном лазарете аборигенов - вы в курсе дела - я обратил внимание на то, что практически все медикаментозные средства и м-м... и все материалы, использовавшиеся для оказания помощи, за исключением экзотики вроде разноцветной плесени, это - типовая земная фармакология и санитария. Неужели аборигены так близки к нам биологически? Я позволил себе прихватить образцы... Сыворотка для переливания... А это - кровь. Там было много крови... И еще - образцы тканей... Их... владельцы были уже мертвы... - И вам... разрешили? - Я... - Следователь замялся, - не испрашивал разрешения. Но мне никто ничего и не запрещал... Я нарушил местные законы? - Вы сильно рисковали... Практически, ваш опыт уникален... Даже Олафсена аборигены не допускали к своим больным. Но тогда не было войны и потока раненых... Нет, я думаю, что вы ничего не нарушили. По крайней мере я не стану подавать рапорт по инстанции. Только не афишируйте ваши действия. Ваши материалы немедленно пойдут в дело. Такая возможность представляется редко... Но какая помощь может быть мною оказана э-э... следствию? - Меня интересует степень биологической близости аборигенов и людей. С одной стороны. И аборигенов и иных представителей местной фауны - с другой. - Вот как? Профессор Мартинес удивленно воззрилась на Следователя. Тень догадки мелькнула в этом ее взгляде. Но они ничего не сказали друг другу больше. - Мне кажется, вы недооцениваете серьезность того, о чем идет речь... - капитан дель Рей выпрямился в кресле и решительно взял в "замок" свои пальцы. - Простите, мне надо... принять лекарство. Я на минуту выйду... - лейтенант Брюс выглядел действительно неважно. - Пожалуйста. И подумайте о том, что я вам сказал. Лейтенант лекарства пить не стал. Пройдя десяток метров по коридору полицейского управления, он зашел в сверкающий кафелем туалет и, убедившись, что находится в полном одиночестве, отцепил от пояса блок связи и набрал номер, ютившийся в самом укромном уголке его памяти. Экранчик аппарата почти сразу высветил физиономию его собеседника. Господин Сванидзе был как всегда безупречно выбрит и абсолютно спокоен. - У тебя проблемы, Айвор? - левая бровь почетного председателя гильдии адвокатов Колонии чуть приподнялась. - Мы, кажется, уже обсудили с тобой все варианты... - Этот парень из контрразведки очень настырен. Очень. Постарайся войти в мое положение: я не могу отделаться от него общими словами. Придется сдать ему кого-то. Хотя бы из шестерок. Кого-то, на кого есть железный материал... - Почему, собственно, контрразведка сует нос в дела криминальной полиции? Разговор, конечно, не телефонный, но все, кому надо быть в курсе этих дел, знают, что ты и еще пара парней из вашей конторы стучат в Метрополию разные вещи про агентуру Комплекса, Дальних Баз и все такое... Пока дело не касается интересов уважаемого общества, мы смотрим на такие вещи сквозь пальцы... Но какого черта их заинтересовал траффик медикаментов и оружия? - Видимо, где-то эти вещи пересеклись. Пойми, мне всерьез угрожает служебное расследование... - Ладно. Поступай как знаешь. Но учти, никто из уважаемых людей... - Это не тот разговор, Сандро. Ты должен решить сам, на своем уровне... На минуту человек на экране задумался, коснувшись пальцами обреза белоснежных усов. Потом взгляд его снова стал тверд. - Ладно, черт с ним. Сдай им Шпента. Он не заложит никого. Тот еще тип. Чтобы не упасть, Барсук держался за стойку бара как утопающий за протянутое ему весло. Всем своим видом он выражал радость по поводу неожиданного появления из синеватой табачной мглы Дмитрия Шаленого, собственной персоной. Странно, но почти наполовину это было правдой. Тому, что его старый знакомый, оказывается, жив, Барсук был рад вопреки железной логике сложившихся обстоятельств. Аккуратно отодвинув в сторону трех-четырех прилипших к стойке типов, Шишел-Мышел ласково положил свои мощные ладони на плечи хозяина заведения. - Ты, я вижу, не забыл меня, старина... - добродушно прогудел он. - Нам с тобой есть о чем поговорить. Пройдем-ка куда-нибудь в место потише... Барсук отчаянно окинул взглядом до отказа набитый лихим народом зал и гениальное озарение посетило его в эту нелегкую минуту. - Друзья мои! - воскликнул он, ужом выворачиваясь из крепкого захвата лапищ Шишела и одновременно охватывая его плечо несколько панибратским жестом. - Господа! Среди нас - герой карательной акции! Человек, которого уже записали в покойники... - Ага, я его узнал! - радостно заорал какой-то бородач в пятнистом бушлате. Чалени! Его сегодня обменяли на троих зеленых уродов! "Господи, а я-то уже себе решил, что сегодня просто покойников отпустили с того света на побывку", - подумал Барсук, продолжая выкрикивать что-то радостное. - Так парень побывал в плену? - с уважением осведомился кто-то из бывалых. Кружку ему! И до полна. Да не пивом, ослы, а лучшим виски! - Заведение угощает! - надрывая голос, выкрикнул мистер Беррил и, повернувшись к остолбеневшим кельнерам, распорядился: Господа легионеры сегодня пьют по льготному тарифу... Офицеры - за счет заведения! Шишел растерянно принял емкость, наполненную "Твердыней Гранта", и опрокинул ее в свою необъятную утробу. Вторую он, не говоря дурного слова, влил в открывшийся для очередного выкрика рот Барсука. Проследив, чтобы весь объем жидкости попал по назначению, он аккуратно встряхнул старого приятеля за плечи. - Как поживает товар, Барсук? - нежным шепотом спросил он. Мысли Барсука начали стремительно разбегаться. Собственно, размышлять было уже не о чем. Оставалось сбыть дело с рук таким, как оно есть. Беррил молча достал из кармашка ключ и сунул его в лапу Шишела. - Первый Национальный, - с некоторым трудом выговорил он. - Мое число ты знаешь. Любимое. Которое плохо начинается, зато хорошо кончается... Так это - номер ящика. А с покупателем - дело плохо... Нет - только не это... Последнее относилось к третьей кружке - кажется с ромом - появившейся в руке Шишела. Номер с вливанием пойла в глотку плюгавого держателя заведения публика нашла достаточно забавным. Примерно в таком положении и застал дела, незаметно вошедший в бар в сопровождении трех оперативников Следователь Клецки. Впрочем, не он один прибыл на место действия с легким запозданием. - Ну-ка, не пасуй, - похлопал Шаленого по плечу еще один его знакомый, пробившийся сквозь уже успевшую образоваться небольшую толпу зрителей. Мил-друг Якопетти. Доктор Саррот был тонок в кости, опушен нежной, почти невесомой, несмотря на солидный объем, шевелюрой льняного, слегка золотистого окраса, и немыслимо интеллигентен. В его присутствии Кай и впрямь ощутил себя бездушным полицейским болваном, у которого на уме только улики да протоколы. - К сожалению, не могу предложить вам кофе, инспектор... - Следователь. С вашего позволения, следователь Федерального Управления... - Да, так вот, я плохо переношу кофе и чай. Только отвар из местной ромашки... В него входит, правда, еще сорок восемь трав, но вряд ли это вам интересно... Док снял с хитроумного нагревателя не менее затейливый чайничек и вопросительно посмотрел на собеседника: - Впрочем, осмелюсь предложить вам чашечку... Надо пить его горячим... Чашечка размером несколько превышала наперсток, а ее содержимое вкусом и консистенцией было больше сродни хорошо прокипяченной родниковой водице, что слегка утешило Кая - он ожидал много худшего. - Мне рекомендовали вас как лучшего специалиста по языкам аборигенов Гринзеи... - постарался он перейти, наконец, к делу. - Лучшие специалисты по этим вопросам работают в Сорбонне и в университете Хельсинки. В этой глуши приживаются только беспробудные практики... - Я хотел бы поговорить именно с человеком, знающим практическую сторону дела... У меня возник вопрос, который может показаться вам смешным... - Ну что ж, задавайте его. Я в здешних краях уже отвык смеяться. Так что буду вам весьма обязан... - Скажите мне для начала - насколько легок язык туземцев для изучения? - Он для изучения и создан, если можно так выразиться. До нельзя парадоксальная структура... Ну, скажем, отсутствие первого лица единственного числа глаголов уже впечатляет. Если, вообще, это называть глаголами... Об этом языке уже написано, верно, больше, чем написано на нем самом. И еще будет написано. Неистощимая тема для диссертаций. Он имеет один лишь недостаток... - Какой же? - На нем никто не говорит. Не удивляйтесь. Это типичный случай официального, жреческого языка. На нем сложены моления, на нем составлены различные трактаты. На него переводят дипломатические документы, когда очередной раз о чем-то договариваются с народом Леса. Но ни в Лесу, ни здесь, в городе, вы этот язык не услышите. Только "пиджин". Основа - тот английский, на котором болтает вся перелетная братия, кочующая по Федерации, но много всяких заимствований - от арабского до русского. Только не из официального языка туземцев. Его они уважают, но знают плохо. - Это - влияние колонистов? Ведь до того, как люди пришли на Гринзею... - Очень трудно говорить о том, что было до того, как люди пришли в этот мир. Но большинство специалистов считает, что трансформация бытовой речи произошла задолго до того, как вторая волна колонистов... Хотите еще отвару? - Благодарю вас, не стоит... Так вы говорите, что земного типа язык укоренился здесь еще со времен Первичной Колонии? - Вы совершенно правы. Отвар, пожалуй, слишком крепок... Вы говорите - со времен Первичной Колонии? Знаете, у меня своя, особая точка зрения на этот счет... Я изложил ее в "Записках" здешнего Общества Гуманитарных Исследований года четыре назад... Так вот, общепринятая точка зрения состоит в том, что туземцы были непримиримо враждебны к поселениям землян и при первой же возможности уничтожили всех пришельцев под корень. Это явно не так. У меня создалось впечатление... Поставьте чашечку сюда, пожалуйста. Она вам мешает... Я думаю, что оставшиеся в отрыве от Метрополии земляне э-э... нашли какой-то консенсус с местным населением... По каким-то причинам они покинули свое исходное место обитания и... Возможно имел место какой-то внутренний конфликт... Так вот, по-моему, остатки первых колонистов еще долго обитали совместно с туземцами, или по-соседству с ними и привили им очень много навыков и традиций земной цивилизации. В частности - и в первую очередь - язык... Об этом говорит многое - я посоветую вам обратиться к Лисецки - весьма, весьма компетентный этнограф... Он провел огромный сравнительный анализ... - Он тоже работает в Академии? - Ах, не стоит называть Академией наш научный департамент. Три весьма скромных корпуса и сотня специалистов... Что до Лисецки, то его вы найдете в городской тюрьме. Несчастному вкатили шесть лет строгого режима. - Это как-то не вяжется... - Вяжется и даже очень. Все кто общается с туземцами, тем более состоит с ними в отношениях, связанных с обменом э-э... материальными ценностями - а вы понимаете, что экспонаты для местного этнографического музея не всегда достаются даром - все эти люди ходят, как говорится, под Богом. Периодически в Парламенте поднимается буча, и правительство кидается ублажать разъяренных сенаторов - ловить и карать то контрабандистов, то пособников туземных террористов. Аркадий и загремел во время предпоследней такой компании. Дело не стоило выеденного яйца... Формально предметы, которые нашли в запасниках музея, можно было расценивать как оружие... За беднягу обещал заступиться Посол Окама - они были весьма близки, но... Вы сами знаете... Мы обращались с петициями в самые высокие инстанции, но Президент не хочет, видимо, перечить Советнику Лэшли, а Советник - тот еще фрукт. По его мнению, сам интерес к жизни аборигенов преступен... - Я постараюсь привлечь интерес руководства Колонии... - Будет очень любезно с вашей стороны. Только не навредите старине Лисецки... - Так, по-вашему, люди долго и мирно жили вместе с аборигенами в Лесу? - Посудите сами - вторую волну колонистов они встретили вполне мирно. Правда, и в объятия не кидались. Но ведь нельзя требовать от инопланетян полностью земного стереотипа поведения... Они держались отчужденно, индифферентно, но и только. Возможно, этому их научили последние старые колонисты. И нельзя сказать, что это так уж глупо... Именно за этот период и произошла замена древней лексики аборигенов искаженным диалектом нашей галактической речи. Мало того - не меньше изменился и жреческий, формальный язык. Это была... как бы реакция на распространение земного диалекта в обыденной, повседневной речи... Во всей его структуре проглядывает стремление э-э... оттолкнуться от языка землян, противоречить, противостоять внешнему влиянию. Построить свою исконную речь не столько в соответствии с древним каноном, сколько назло инородному влиянию - наоборот... Я посвятил этому феномену небольшую публикацию, - изящная ладонь доктора порхнула к пыльной пачке оттисков, извлекла один из них и протянула Каю. - Вот, вы можете ознакомиться с моей точкой зрения в свободное время... - А сами эти старые колонисты все-таки сошли на нет? Не ужились в условиях дикой планеты? - Видимо, произошло постепенное вырождение этого остаточного общества. Утрата технических и культурных навыков, знаний... А приспособлен человек к здешним условиям гораздо хуже аборигена... Впрочем, мне иногда приходит в голову дикая мысль... - Поделитесь ею со мной. Для неспециалиста она может оказаться не столь уж дикой... - Когда я узнаю различные вещи из жизни Леса... Всякие, порой мелкие детали... Мне кажется - я буквально ощущаю это, как говорится, нутром - что где-то в недоступных дебрях этих джунглей еще живут люди - и довольно много людей, которые... Ну которые не хотят быть людьми. - Простите, я не совсем точно понял вас. Вы ведь не имеете ввиду лесные банды - типа группировки Большого Питона или... - Нет, конечно. Это-то вот как раз и нелюди по сути своей. Мародеры, наживающиеся на войне. Нет. Я имею ввиду остатки древней колонии. Возможно эти люди не желают э-э... возвращаться в лоно земной цивилизации. И, право, временами я их понимаю... Хотя, конечно, скорее всего это все - мои фантазии... Какие вопросы еще интересуют вас, инспектор? - Спасибо, я узнал даже несколько больше, чем хотел. Я постараюсь сделать все возможное для того, чтобы дело вашего э-э... коллеги было пересмотрено... - Но, прошу вас, поберегитесь Советника Лэшли. - Имена, - сказал капитан Дель Рэй, присаживаясь на краешек стола. - Фамилии. Клички. Явки. Всех кто крутился вокруг Посольства. Только это тебе поможет, Чурик. Или тебе больше нравится "Шпент"? - Мне больше нравится, когда меня называют Хайме Спада. Посмотрите - в деле мое имя значится черным по белому. И еще - я протестую против пыток! Снимите с меня эти штучки! - Эти "штучки", - Гвидо иронически переглянулся с потевшим за угловым столом лейтенантом Брюсом, - не имеют никакого отношения к пыткам. Они просто э-э... отслеживают состояние вашего организма в ходе допроса. В ваших же интересах, господин Спада. Насчет интересов Гвидо слегка кривил душой. Напяленный на Чурика воротник контроллера внутренней речи работал только в интересах органов следствия. Земная наука все еще с трудом, вкривь и вкось, читала - Вам не следовало принимать... столько, - укоризненно заметил Дюк, помогая господину Беррилу подняться с кресла. Кабинет все еще плыл в глазах у Барсука. Он оглянулся, боясь снова наткнуться взглядом на кошмарную рожу Якопетти или еще какого покойника. - Не ко времени... - продолжал Дюк рассудительно. - Тут такое делается... - Дай "Метатракс", - зло распорядился Барсук. - В верхнем ящике, слева. Что там еще творится? Господи, я не понимаю, ЧТО ЕЩЕ может твориться? - Эль Аттари грохнули. В городе. Это плохо, что он до этого заходил к вам, хозяин... Народ может решить... - Что, в дело впутаны туземцы? - Да. "Пчелка" укусила... - Дерьмово... Но я вижу, у тебя эта новость не последняя... - Полиция от нас не вылезает, хозяин... А вы свалились, как на грех... - Было от чего... Что полиции нужно? - Для начала патруль нагрянул. От Легиона - как раз я вас только унести успел... - Жандармерия Легиона, это не полиция. Надо называть вещи своими именами, Дюк... - По мне что в лоб, что по лбу. Все при оружии и все въехать по морде норовят... Так вот... Этот тип... Ну что с этот вот шкаф размером... Он, оказывается, в дезертирах числится. Прямо из аэропорта, из вертолета, на котором его из лесу вывезли, драпу дал. Через грузовой люк... Ну, патруль - вчетвером за него ухватился... Двоих он через стойку швырнул, а третий ему пушку под нос приставил... - Пушка - это серьезная вещь... - заметил Барсук, разжевывая таблетку. - Сифончик дай мне... - Ну так вот, - Дюк почтительно наполнил хрустальный стакан шипучкой и протянул хозяину, - кабан этот бешеный заткнулся, а друг его этот, с плешью, извините, который, - вдруг в драку полез - мол не смеете героя-карателя вот так вот от стойки забирать... Народ его не поддержал, однако. Хотя он и орал на весь бар, что он, мол - Перес де Кордова - этого так не оставит... Так их на пару и загрузили в кар... - Хреново, - констатировал Барсук, приводя себя в порядок и одновременно поспешно вытряхивая в камин какие-то бумаги из ящика стола. - Запали огонь, Дюк. Так это... этот... назвал себя Пересом? Как там дальше? Разве ты не узнал этого типа? - Де Кордова... Он смахивал на кого-то... Из почтенного общества... Я только сейчас подумал... Ох... - Вот тебе и "ох"!.. Вижу, что еще не все. Выкладывай дальше... - А еще загребли Чурика. И тоже - прямо от стойки. Криминальная полиция. У нашего заведения складывается поганая репутация, босс. - Я ложусь на дно, Дюк, - с неожиданным лаконизмом прервал его Барсук. - Так надо. Если надо будет связаться со мной - ты знаешь условный канал. Для всех - убыл по делам. Без меня всем командует Марго. Найди, разбуди и поставь в известность. И если у тебя есть еще пара паршивых новостей, говори их мне поскорее. - Вам звонил старый знакомый, босс. Он так и сказал - старый знакомый. Он сказал, что вы должны помнить его не хуже, чем яичко Фаберже. Он очень огорчился тому, что вы не можете поговорить с ним. Он просил вас связаться с ним... Он считает, что вам угрожает опасность. - Прежде всего, - глава гильдии адвокатов аккуратно стряхнул со своего локтя тревожно сжатую ладонь лейтенанта Брюса, - вы не должны были появляться здесь... - Но обстоятельства... - Именно учитывая сложившиеся обстоятельства! Во-вторых: как я понял из вашего бессвязного рассказа, вы не только сдали Хайме Спада разведке Метрополии, но еще и подставили весьма уважаемого члена общества... - Относительно Чурика я имел ваши недвусмысленные указания... - Вы, видимо, неправильно поняли меня во время последнего разговора... - Но... - лейтенант Брюс растерялся, но не посмел возразить и изменил тон. - Никто не предвидел, что этот чертов контрразведчик расколет Чурика. Сами знаете - в Колонии запрещено применение психотропных средств и физических мер воздействия... Я это держал под контролем... Но в ход пошли такие хитрые штучки, с которыми неизвестно как и быть... Формально - никаких нарушений... - Ваше дело было прервать допрос как только он принял неверное направление... - Интересно, как вы себе это представляете... - Вы что-то путаете, Айвор. Представлять должны были вы... Так вот, чтобы не терять времени... - председатель как раз закончил нисхождение по ступенькам Дворца Юстиции и положил руку на рукоятку дверцы своего "Мерседеса". - Вы должны четко понять, что Ромуальдо Беррил... - Ромуальдо Беррил подался в бега. Его люди в легкой панике... - Это... Это меняет его роль в игре. Напрасно, напрасно Ромуальдо поддался панике. Скверно, если он попадется в лапы контрразведки. Но в этом случае он не должен дать никаких показаний. Ни-ка-ких! Последовала озадаченная пауза. Председатель отворил дверцу кара и занял место в салоне. Лейтенант нагнулся к окошку и хрипло спросил: - Вы приказываете мне замочить Барсука? - Никто ничего не приказывает вам, лейтенант... Все что от вас требуется, так это понять, что отвечать за всю... цепную реакцию, которая последует, будете вы. Что до меня, то сегодня я вас не видел. И не разговаривал с вами. - Ну ты, Перес-Херес хренов, какого черта не своим именем назвался? И бирку свою куда дел? Вкатят же тебе через это, мил-друг, штрафной, там и насвистишься... - Шишел-Мышел свирепо воззрился на сокамерника. - А сейчас - заткнись, будь человеком... Голова раскалывается: не надо мне было третью пить... - А ты сосни. Утро гораздо мудренее вечера... Мил-друг Якопетти как-то непривычно ласково склонился над Шаленым. - Так и не свисти, гнида. У меня от свистения твоего крыша едет... - Ты спи, дорогой. И о товаре не думай... Я за тебя подумал. И покупателя сыскал... - Стоп! Ты что... Ты про какой товар бормочешь? - Да все про тот же... Про бумажки твои... - Так ты, гнида, разузнал... - Ну, кто разузнать хочет, тот... Их прервали. Оцинкованная дверь с грохотом отворилась и двое караульных с автоматами наперевес вошли в камеру. Двое ждали снаружи. - Арестант Чалени! Встать, рожа! На выход - бегом. И зад намажь скипидаром: за тобой федералы понаехали. Двери захлопнулись перед самым носом бросившегося вслед за конвойными Джакомо. Или Пересом... - Свяжись с "Аваллоном"! - заорал он в забранное решеткой окошечко. Это - о ТОВАРЕ! Запомни, фирма "Аваллон"!!! Дневальный с грохотом захлопнул окошко. "Понаехавшие федералы" были представлены, собственно, одним лишь Следователем Стивеном Клецки. Узрев доставленного арестанта живым и здоровым, он вздохнул свободно. Кажется, невезение сегодняшнего дня закончилось. Сначала чудом восставший из мертвых Шишел исчез из аэропорта, не оставив визитной карточки ни следствию, ни жандармерии Легиона. Затем наряд упомянутой жандармерии увел "объект" из-под носа полуроты закамуфлированных под пьяных скваттеров агентов засады прямо из единственной выявленной явки - бара "Рая грешников". Третьей осечки Стивен поклялся не допустить. Шишел также облегченно вздохнул и осенил себя Крестным Знамением: Слава Богу, хоть на этот раз он разминулся с вездесущим Федеральным Следователем К. Санди. - Я забираю арестованного для производства опознания. И дальнейшего проведения расследования, - сказал Стивен, расписываясь в антикварного вида гроссбухе. - Пойдемте, Дмитрий Евгеньевич. Повод для изъятия арестанта с гауптвахты Легиона Стивен находил довольно удачным. Он сочетал в себе как безупречную юридическую основу, так и мощный способ воздействовать на психику "объекта". - Наденьте на него наручники - это просто бешеный медведь какой-то... - посоветовал сидевший за конторкой сержант. - Я думаю, арестованный не будет делать много глупостей... - неопределенно пробормотал Стивен, пропуская Шишела в коридор. На улице он кивнул ему на припаркованный неподалеку типовой "Форд" и, зайдя вперед, отворил дверцу. - А ты уверен, что мне хочется ехать с тобой, приятель? - осведомился Шишел. - Если не хочешь помочь следствию - иди на все четыре стороны, - спокойно ответил Стивен. - Но учти - я четыре часа потратил на то, чтобы тебя вычислить в этой каталажке. Не мешало бы и отблагодарить человека. И потом - разве тебе не интересно? Речь пойдет о твоем знакомом... - Куда едем-то? - осведомился Шаленый, с трудом умещаясь на сидении рядом со следователем. - В морг, - коротко ответил Клецки. - Двигайтесь прямо, - распорядился Гвидо водителю. - Объект идет по параллельной улице. Похоже его цель где-то рядом. - Начиная от агентства "Космотрека" он путает след. Похоже, капитан, вы вышли на него вовремя. Опоздай мы на сутки, и вам с господином Беррилом встретиться было бы уже трудно... Личное участие капитана дель Рея в операции крупно путало все карты лейтенанта. Кончать Барсука придется на глазах у весьма компетентного свидетеля. Будем надеяться, что выстрел будет для него неожиданностью. Тогда пули в лоб можно избежать. Но не ареста и расследования. Вся надежда на почтенное общество. Не дадут же пропасть, в конце концов... А могут и приморить в камере... Брюс поправил рукоять "Кольта", приютившегося в наплечной кобуре. Выслушал новое сообщение по рации и повернулся к Гвидо. - Он свернул к Нижнему Автовокзалу. Пожалуй, я начинаю понимать... - Переведите туда группу захвата. И встретим его там. Вы продумали мотив задержания? - Чтобы задержать Ромуальдо Беррила, по кличке Барсук, большого ума не надо. Но, чтобы удержать этого скользкого типа в руках, вам придется попотеть. Вы увидите, какая вакханалия начнется, когда станет известно о задержании члена почтенного общества. Я вам не завидую, капитан. - Господи... И когда ж поспели, черти драные?.. Когда это они?.. - вид у Шишела был именно тот, которого добивался от него следователь Клецки - ошарашенный. Пожалуй, даже слишком ошарашенный. - Будем следовать протоколу, - холодным голосом сказал он. - Знаком ли вам человек, тело которого предъявлено вам для опознания? - Как же не знаком... Знаком очень даже... Якопетти Джакомо... Каптенармус... - Шаленый решил промолчать про то, что его мил-друг недавно назвал себя совсем другим именем. Мало ли зачем тому понадобилось морочить голову жандармам. - Вы не были в курсе того, что ваш знакомый убит? - осведомился Стивен. - Да как же я мог в курсе того быть, если двадцать минут назад мы с ним в одной камере куковали? Поговорить толком не успели, а меня к вам - на ковер. А с вами - сюда. А он уже тут... - Как вы сказали? - медленно и членораздельно спросил Стивен. - Вы видели этого человека живым двадцать минут назад? - Теперь уже и не пойму, - чувствуя, что сболтнул лишнее, пробормотал Шишел. - Да не буду я никаких показаний давать! Стивен, не слушая его, забубнил в блок связи. Выслушав ответ, он плюнул. - Повторяю, - картавил динамик блока. - Камера пуста. Дежурный по гауптвахте найден в невменяемом состоянии... Резко повернувшись, следователь покинул обитель смерти. Растерянный Шишел еле поспел за ним. - Так куда теперь, начальник? - осведомился он у созерцавшего бездонное небо Клецки. Мы с вами свободны как птицы, - зло ответил тот. - Вы - абсолютно, я - относительно... Распишитесь здесь. Это о невыезде... А в этом пакете - вещи, которые у вас забрали при задержании. - Тогда я пошел, - констатировал так ничего и не понявший Шишел. И зашагал по улице прочь. Оглянувшись последний раз, Барсук нырнул в лабиринт примыкавшей к автовокзалу стоянки. Сегодня она была набита под завязку, и достичь своей цели - загнанного в дальний угол небольшого красного "Рено" - было нелегко. Правда, и слежка в этом море самоходных железок была бы хорошо заметна. Тем не менее, Барсук обливался холодным потом - он очень хорошо знал, что именно финишная прямая есть самый опасный участок любого пути... Добравшись до условленного кара, он огляделся и извлек из кармана блестящий ключ. Вставил его в замок. И на его запястьях щелкнули наручники. Просто удивительно сколько народу можно запрятать среди кучи пустующих средств передвижения самого разного пошиба. - Господин Ромуальдо Беррил, - отчеканил как из-под земли выросший капитан дель Рэй. - Вы задержаны при изъятии незаконного товара из тайника. Прошу понятых приблизиться. - Я не имею никакого отношения к этому кару! - резко, но несколько нелогично воскликнул Барсук. - Я лишь случайно... - Откройте, однако, дверцу и... - Я не стану покушаться на чужое имущество! Открывайте, если хотите, сами! Беррил при виде видеокамеры в руках сержанта сделал несколько шагов назад, как бы дистанцируясь от проклятой машины. Гвидо придержал его за локоть. Лейтенант Брюс окончательно убедился в том, что играет наверняка. Если только Барсук не гениальный актер, то в салоне - как минимум - наркотики... Вздохнув, он повернул ключ и отворил дверцу. С сидения левой рукой подхватил массивную сумку на "молнии". "Кольт" придерживал в правой. "Стрелять надо сейчас, - с убийственной ясностью понял он. - Пока Герлах будет снимать содержимое сумки. Тогда сам выстрел останется за кадром. Потом буду твердить, что арестованный пытался выхватить оружие. Капитан у него за спиной - всего может не заметить. А у Барсука подмышкой шпалер - это как пить дать. Будет чем морочить голову следствию." - Я требую... - на высокой ноте начал Беррил. - Прошу понятых убедиться... - произнес Брюс и, развернув сумку в сторону двоих служащих стоянки, расстегнул замок. После этого произошла уйма разных событий, и все - сразу. Барсук ничего не успел понять прежде чем, державший его руку в железном захвате капитан контрразведки молниеносным движением, словно гандбольный мяч, послал его в проход между машинами. Содержатель "Рая" еще не кончил бороздить носом асфальт, когда Гвидо всей своей тяжестью обрушился на него сверху. Из сумки, как черт на пружинке, вырвалось нечто белесое, рассыпавшееся кучей пинг-понговых шариков. Только это были не те шарики. Семена кустарника ага. Два таких шарика прочно прилипли к рукаву лейтенанта Брюса. Один - к ремню видеокамеры. Остальные достались понятым. Сержант запустил видеокамеру в крышу чьего-то лэндровера и уцелел. Лейтенант не успел сорвать с себя куртку. Об остальных и говорить нечего. Кто-то успел вскрикнуть. Затем секунд шесть слышен был треск лопающихся семян ага. И стало тихо. С действием семян ага Гвидо приходилось сталкиваться. Эту дрянь завозили даже в Метрополию. Он четко знал, что если шок не наступил в первые двадцать секунд после взрыва соцветия, то опасность миновала. Он рывком поднял Беррила на ноги и окликнул сержанта: - Герлах, вызывайте спасателей. Обеспечивайте здесь ликвидацию последствий и расследование. Я транспортирую арестованного. Не стоит смотреть на это... Последнее было сказано смертельно бледному и, видно, готовому лишиться сознания Беррилу, который не мог оторвать взгляда от обезображенных трупов людей, которых только что видел перед собой полными жизни и энергии. Капитан суровыми тычками погнал с трудом перебиравшего ноги Барсука к припаркованному в соседней шеренге машин глайдеру. Навстречу подбегавшим бойцам службы спасения он вскинул одновременно и удостоверение и ствол разрядника. Те не стали задерживаться. Втолкнув слабо постанывающего Барсука в салон и врубая двигатель, Гвидо развил психологический прессинг на арестованного - момент был как нельзя более удачный. - Колитесь, Барсук, колитесь! - как можно более свирепо выкрикнул он, выруливая на трассу. - Эти три трупа повиснут на вас! Выкладывайте все! - Гос-споди, вы расквасили мне всю физиономию!.. - наконец обрел способность говорить Беррил. - Чтоб вас самого так спасали от смерти всю вашу жизнь... Я требую немедленной встречи с Федеральным Следователем Каем Санди! - Ему просто некуда деваться, этому вашему Шишелу-Мышелу, - пояснил шеф сектора внешнего наблюдения. - От радиомаячка он, правда, избавился, но мы постоянно следим за ним с воздуха - поднято шесть гелиопланеров с камерами. Вот - посмотрите... На мониторе, чуть подрагивая и иногда съезжая на миллиметр то вверх-вниз, то вбок, отчетливо виднелась крыша наемного кара. - Я не вижу сам объект, - сухо заметил Стивен. - Он в салоне. Надо полагать, думает. Или спит. Боюсь, что так же как и мы, он понимает, что от наблюдения уйти невозможно... - А если он зайдет в помещение? - По параллельным улицам его пасут две группы наблюдения. Все ходы и выходы будут взяты под наблюдение прежде, чем он откроет входную дверь. За это время он снял деньги со счета - две тысячи кредиток, принял душ в "Славянских банях", пообедал в забегаловке, что напротив бань, и арендовал кар на стоянке у Паршивых кварталов. Выбирал на редкость долго. Еще купил собачьего корма - две здоровые сумки. - Вот что... - Стивен внимательно присмотрелся к монитору. - Гелиопланеры - это, конечно, хорошо... Это прекрасно. Но пошлите-ка туда парочку нормальных агентов. О двух глазах и о двух ушах. Мне не нравится это его сидение в машине. Его, случаем, "пчелка" не достала? - О, Дьявол! Я чуть не забыл про такую возможность. Полицейский энергично распорядился в селектор и через пару минут на экране монитора возникли двое оживленно беседующих прохожих. Пройдя мимо кара, они вдруг резко изменили поведение, став просто парой филеров. Разозлившихся и, видимо, околпаченных. Один из них рывком открыл дверцу кара, другой стал сбоку на карачки и стал что-то сосредоточенно рассматривать под днищем машины. На лице следователя изобразился самый ядовитый скепсис, на который он был способен в такой ситуации. Шеф сектора выслушал доклад оперативной группы и коротко прокомментировал происшедшее: - Это просто Сатана, а не объект наблюдения!.. Поставил кар над крышкой канализационного колодца, снял пластиковые панели днища, затем, видимо, эту самую крышку... Недаром он так долго выбирал кар... Не с каждой машиной выкинешь такой номер... - Как по-вашему, далеко он ушел? - Четверть часа форы у него есть. Канализация в Периметре - сущий лабиринт, должен вам сказать... Как вы видите, наши люди уже лезут в эту... Блок связи следователя Клецки издал дружелюбное кваканье и Стивен надавил клавишу ответа. На экранчике возникло несколько утомленное лицо его коллеги. - Как дела, Стив? - осведомился Кай. - Впрочем, я кажется не вовремя задаю этот вопрос... - Да, Кай, момент не самый удачный... Я зачем-то нужен тебе? - Мне полчаса назад вручили пакет... От нашего общего друга Барни... Они там, - Кай указал куда-то себе за спину, в направлении предполагаемого расположения штабов Управления, - приняли во внимание предварительные результаты нашей с вами работы... Есть о чем поговорить. - Где найти вас? - Это спецофис. Я вам отправил координаты по кодовому каналу. Жду вас через час. Стивен набрал цифровой код и ознакомился с адресом конспиративной явки. Затем выключил блок. - Продолжайте держать меня в курсе дел по особой линии. Мне придется отправиться в город... - Мы приложим все силы... - заверил его шеф сектора. - Я думаю, что наш клиент тоже приложит все свои силы, чтобы больше вас не тревожить, - зло напомнил ему Стивен. - В этом на него можно положиться. Еще раз проверив карманы арестованного, Гвидо надавил на сенсор дверного звонка. Двери раскрыл автомат. - Проходите вперед, - распорядился капитан. Федеральный Следователь сидел над заваленным распечатками столом и чего-то добивался от планетарной информационной сети. Вид у него был невеселый. - Вот этот тип и жаждет пообщаться с вами, Следователь, - сообщил Гвидо. - Я по блоку уже описал вам обстоятельства... Кай перевел взгляд на украшенную биогелевыми заплатами физиономию Барсука. - Вы опять пришли с повинной, Микис? - Я всего лишь хочу жить. И в этом нет ничего смешного, господин Следователь... Вы - единственный человек на этой идиотской планете, кому я могу доверять... За сутки меня два раза хотели помножить на ноль. Это - слишком для меня... И, поверьте, для вас у меня больше не будет секретов... - А до того, как обстоятельства приперли вас к стенке, они у вас были? Секреты от своего старого знакомого? Кстати, что помешало вам связаться со мной после того, как я позвонил вам в середине дня? Вы садитесь: наш разговор обещает быть долгим... - Господи, я же никогда не состоял в штате Управления... И имею право на небольшие личные секреты... Они, в конце концов, просто неинтересны для вас... А сегодня дела сложились так, что... - Да вы, я вижу, давно знакомы, - констатировал Гвидо. - Да, вот уже более пяти лет... Снимите наручники с нашего клиента. Он не будет делать глупостей. И позвольте представить вам мистера Микиса Палладини. Находится на Гринзее в рамках федеральной программы защиты свидетелей. Снабжен юридически безупречными документами на имя Ромуальдо Беррила, уроженца колонии Террамото и вполне приличной легендой. Завербован. Имеет агентурный номер: 1321. Исправно стучал нам о делах местного "уважаемого общества". В рамках поставленной перед ним задачи. Мы не рассчитывали на полную его э-э... лояльность. О том, что у клиента есть свои секреты нетрудно было догадаться... Однако перейдем к делу. Капитан Дель Рей сообщил мне, что вы чуть было не стали жертвой... довольно жестокой шутки. Откуда в вашем тайнике взялись семена ага? - Если вы думаете, что эти ваши игрушки с моей легендой будут секретом для Комплекса, так знайте, что господин Мацумото мне этой ночью такую иллюзию разбил... - Ваш знакомый, Гвидо, - криво улыбнулся Кай, - которым занялись люди с Дальних Баз. Вернемся, однако, к происхождению семян ага... - Один ужасный тип решил уничтожить меня. Мне следовало это понять, когда вчера мне в тайник подкинули Синюю Гниль. Это он сделал. А я-то ломал голову, идиот... Мой покойный папа недаром всегда удивлялся тому, как у такого умного человека как он, мог родиться такой глупый сын... Я думаю, что моя мамаша, светлая ей память... - Уронила вас темечком? - ядовито спросил Гвидо. Знаете, непохоже. И давайте оставим в покое вашу родословную. - Боже мой! Самый влиятельный человек на этой планете не придумал ничего лучше, чем затеять охоту на несчастного предпринимателя... И он эту свою выдумку доведет до конца, господа... - Не будем фаталистами, Микис, - Кай включил регистратор. - Давайте начнем с того вопроса, который привел к вам капитана дель Рэя. - Именно так, - подтвердил Гвидо. - Будем кратки. Вы, господин Бер... господин Палладини, проворачивали крупные сделки с Послом Окамой. О них я хотел бы знать как можно больше. Но, если вы знаете, или догадываетесь кто и зачем отправил Посла на тот свет - начните лучше с этого... - Как Бог свят, я не имею отношения к тому, что у вас там вышло на Земле... Здесь я всего-навсего давал господину Послу советы... - Неужели дипломату такого ранга нужны ваши советы? - ядовито поинтересовался Гвидо. - Вы думаете, что господин Посол спрашивал у меня как делать политику? Если вы так думаете, то я буду смеяться даже с такой разбитой рожей, которую сделали мне вы, господин Дель Рэй. Господину Послу надо было знать как вложить на этой глупой планете свои деньги... А для того, чтобы в таком месте вложить деньги и не сделаться нищим банкротом, надо очень хорошо ладить с уважаемыми людьми... А уважаемых людей в Периметре лучше чем Барсук Беррил знает очень мало кто... Барсук Беррил - это я, если вы не забыли, господа... - И это все? Все, что связывало вас с Послом Окамой? - доверия в голосе Гвидо было несказанно мало. - Но это немало. Поймите, что стоило бы такому человеку, как Посол Окама появиться в обществе, скажем Пузыря Потоцки... и вся его репутация - Я говорю о После, вообще-то, - вся его репутация будет безнадежно погублена... А попробуйте получить здесь долю в приличных плантациях, не провентилировав вопрос с паном Потоцки... Но вы правы, господа, моими советами дело не ограничилось... Дело в том, что у меня... в моем распоряжении появился некоторый такой э-э... товар, который очень заинтересовал Посла... Но это не может иметь отношения к тому, что там на Земле ему вкатили пулю... На портативном терминале, установленном на рабочем столе, зажегся сигнал и загудел зуммер. Кай взглянул на экранчик монитора и сообщил собеседникам: - К нашему разговору присоединится мой коллега Клецки. Будет полезно ввести его в курс дела... На этот счет я имею указания руководства Управления... Гвидо пожал плечами. Палладини нервически дернулся на своем вертящемся стуле. Вошедший Стивен окинул собравшуюся компанию скептическим взглядом и расположился на угловом диванчике. - Вы, кажется, еще не знакомы лично? - осведомился Кай, кивая коллеге на Барсука. - Лично - нет. Только по фото. Но информацию относительно содержателя "Рая грешников" - это ведь он? - изучил. Ромуальдо Беррил. Он же Микис Палладини. Барсук. Он же Скунс. Еще один ваш "крестник", Санди. Кай облегченно вздохнул. - Итак, вы остановились на том, что у вас завелся некий товар, который вы предложили Послу... Что это было? - продолжил он допрос. - Полотно... Картина. Я... Вы не поверите о чем идет речь... Оно числится среди потерянных во времена Смуты... - Вы так тянете, словно речь идет о "Джоконде" кисти Леонардо, - раздраженно бросил Гвидо. - Речь идет о такой картинке, на которой перед таким здоровым мужиком установлен такой, знаете ли, вроде, шар, а с него вот-вот грохнется оземь тощая такая особа... Знающие люди меня заверили, что это - подлинник и стоит он... Что это с вами, господа?.. Воцарилось молчание. Потом капитан контрразведки откашлялся и осведомился для порядка: - Вы его, конечно, нашли на улице, это полотно? - Нет, его мне передали для обмена... - Микис, - вкрадчиво спросил Федеральный Следователь, - просветите нас, скажите, на что можно сменять на этой планете шедевр мировой живописи, не имеющий стоимости, выражаемой цифрами? - Есть уйма таких вещей, сэр. И за каждую вам могут легко открутить голову, поверьте... Я, конечно, не имею ввиду именно вас... - Выражайтесь точнее. И не тяните время. Кто дал вам картину? И в обмен на что? - остановил фонтан красноречия Гвидо. - Картину доставил на планету господин Мацумото. Прошлым рейсом "Проциона"... Для обмена на документы... На бумаги. - А бумаги вы сочинили сами? Или купили у старьевщика? - без тени иронии осведомился капитан Контрразведки. Некоторое время Микис молчал, собираясь с силами, чтобы исторгнуть из себя жуткую истину. - Шишел... Шишел-мышел. Бумаги передал мне Дмитрий Шаленый. На Каллисто. Перед отправкой на Гринзею. Перед самой моей отправкой... Следователь Клецки молча встал и сел на краешек стола прямо напротив Палладини. - Вот они, те самые сорок минут... - грустно констатировал Кай. - Пока мы шарили по всему Космотерминалу. - Это вы про что, ребята? - осведомился утративший нить разговора Гвидо. - Об одном старом деле. Вы поймете по ходу... - успокоил его Кай. - Он со мной связался, как только я дал знать кому надо, что мне предстоит убыть сюда... - Вы НИКОМУ не должны были говорить этого, Микис, - с отчаянием в голосе, почти по слогам выговорил Кай. - И НИКОГДА. - Хорошо вам играть в конспирацию... А мне, что прикажете, оставаться на морозе с голой задницей? С тем пособием, что вы мне определили на этой милой планетке, чужаку прямая дорога - подыхать в ночлежке. Мне нужны были связи, нужна была надежная основа, чтобы начать свой бизнес здесь... - И вас ввели в уважаемое общество. Понятно, недаром. - И Шишел подкинул порядком баксов для начала. Но с условием... - уже не спросил, а просто констатировал Клецки. - Провести некий обмен. Но почему, черт возьми, именно на Гринзее? - Кай задумчиво вперился в разукрашенную физиономию Микиса. - А я еще удивлялся такому совпадению... Отправился арестовывать старого приятеля, заодно и вас, Микис, в дальний путь проводил... Хотя удобнее было бы посадить вас на лайнер уже в Поясе... - Почему именно на Гринзее - это уж вы спросите самого Шишела. Он сказал только, что брать за товар надо предметами искусства. На них цены не падают. Мол принят закон о молекулярном копировании... И еще - что раз в бумагах речь идет о Гринзее, то и покупатель будет оттуда же. Что сам на меня выйдет... Но не успел сказать о ком речь... Его сцапали. Сами знаете кто... Оба Федеральных Следователя стояли над своим клиентом, как громом пораженные. - В конце концов, чего-то в этом роде следовало ожидать, - устало сказал Кай и снова опустился в кресло. - Это Гринзея и была Полигоном Каррозерса. Это все объясняет. Почти все. - Что именно это вам объясняет, Кай? - ошалело спросил Клецки. - Ребята, ради Бога, перестаньте говорить загадками... - попросил Гвидо. - Итак, покупателем оказался Мацумото? Он нашел вас? - Да нет. Сначала я не мог ни на кого выйти: сгинул куда-то Покупатель. А Шишел сел всерьез и надолго. Так что я взял дело в свои руки. И мне сделали контакт с людьми из Комплекса. - Почему, ради Бога? - поразился Кай. - Вам жить надоело? - Я бы не сказал так вот... Просто денег у них до черта... И потом, я знаю кое-каких людишек, что были в курсе дел относительно судьбы разных... вещей, которые разошлись из музеев Метрополии в Плохие Времена... Комплекс прибрал к рукам много всякого... - И вы сочли самым умным не мелочиться и просить взамен на документы шедевр Пикассо? - Кай смотрел на отбившегося от рук подопечного с почти детским восторженным изумлением. - Шишел сказал, что документам цены нет... Ну я и запустил пробный шар. Собственно, другие названия мне на ум не приходили... Да и не знаю я всю эту чушь, простите меня... Мне посоветовали знающие люди... А эти чудаки клюнули... Похоже, что бумажки эти им действительно важны... Некоторое время все молчали, переваривая услышанное. - Итак, - начал по кубику разбирать остатки головоломки Кай, - документы вы передали Мацумото, а Мацумото загребла агентура Дальних Баз? - Весь фокус в том и состоит, господа, что документ он забрать не успел. Я сначала тянул время, все обещал свести его с Шишелом, а картинку тем временем вывесил у себя в одном из залов... В казино. Народу понравилось... - Не-мед-лен-но... Немедленно доставить полотно сюда! - Клецки возбужденно вскочил и схватился за блок связи. - Вы напрасно волнуетесь, господа. Картинку я уже продал. Тому самому ползучему гаду, который задумал отправить меня, как говорится, к праотцам... Только мне кажется, что праотцы могут немного обойтись и без меня... - Продали? - Кай недоуменно склонился над Микисом. И во сколько же ваш покупатель оценил неоценимое?.. - Знаете, лучше синица в руках, чем небо в клеточку... Посол Окама предложил за вещь пять миллионов федеральных кредиток. Акциями "Сиба-Гейджи"... Мне кажется, что он задумал какую-то комбинацию. С помпой, понимаете, вернуть вещь в Метрополию, и самому с наваром остаться. Да вы сами знаете, как все обернулось... Однако я оглянуться не успел, как Свистун про эти дела что-то пронюхал. Предложил те же деньги. Только плодами ого. Пятьсот примерно граммов... Их я и должен был забрать из кара. Но вы сами знаете, что там оказалось... - Свистун? - напряженно спросил Гвидо. - Вы сказали Свистун? Ведь речь идет о крупнейшей фигуре в системе подпольной торговли оружием! И вы, работая на Управление... - Приходится иметь дело чуть ли не с самим Сатаной на этом гнусном шарике... - Палладини отер свободную от биогеля часть лба. - Поймите, господа, я не мог сдать вам Свистуна, не потеряв всего. В том числе и жизни. Кроме того, Свистун всегда действует только через шестерок... Всегда и только... - Оставим это на потом. Так вы передали полотно Свистуну. Когда и как? - Кай стал сух и официален. - Вчера. Через тайник в Гнилом Дупле. И уже тогда он меня чуть не прикончил... Я-то думал, что это аборигены устроили засаду на кого-то еще... В конце концов, не я один пользуюсь Дуплом... - А взамен вам досталась биобомба. После этого вы поняли, что отступать вам некуда и решили вспомнить про старых знакомых. Я тронут, - Кай слегка поклонился Микису. - На сегодня скажите нам еще одну только вещь - где, черт возьми, вы прячете документ? - В Первом Национальном. Ящик под тем самым номером, который вы мне прилепили... - Отлично, - Клецки поднялся в полный рост и протянул к Микису руку ладонью вверх. - Ключ. - Я... Я успел отдать ключ Шишелу. Он возник совершенно неожиданно и... Я думаю, вы в курсе. Под наемника он сейчас косит. Его, впрочем, тут же сцапала жандармерия Легиона. Вы его легко найдете у них в кутузке... - Благодарю вас за совет, - сухо сказал Клецки. - Я очень сильно опасаюсь за него... - захлебываясь, затараторил Микис. - Дело в том, что с ним вместе... С ним вместе ходит мертвяк... Не сочтите, что я спятил, но весь город знает, что старину Джакомо привезли с "Проциона" в ящике, а он вдруг объявляется цел и невредим в моем баре рука об руку с Шишелом. Я вам скажу, что, вообще, на этой планете покойники взяли себе дурную манеру расхаживать по улицам так, как будто ничего не случилось... - Не беспокойтесь о репутации своей психики, Барсук. Вы отправляетесь к нашим медикам, - Кай энергично царапал на листке бумаги записку. - Сейчас я вызову конвой. За ночь вас приведут в приличный вид, и с утра вы должны появиться на своем привычном месте. И делать вид, что не случилось ничего. С вами беспрерывно будут находиться два агента нашего регионального отделения. - Меня укокошат, господин Следователь!.. Вы не знаете, что это за люди... Верните мне хотя бы пушку. - Вас прикроет и контрразведка. Коль скоро вы проходите и по делу о гибели Ли Окамы... - пообещал Гвидо. - На вас, видно, сходится слишком много ниточек... - Как насчет пушки, Следователь? Ее отсутствие может броситься в глаза. - Замените патроны... Вот на это. И помните, - напутствовал уныло последовавшего за возникшими в дверях, словно по мановению ока, фигурами в штатском Барсука Федеральный Следователь, - что за время пребывания в Колонии вы, Микис, умудрились навесить на себя столько разных статей, что мера вашего добровольного содействия следствию должна... - Ах, опять вы учите меня жить... - с досадой произнес Палладини. И убыл. - Я должен поставить вас в известность о последних указаниях Центра, - слегка охрипшим голосом сообщил Кай. - Садитесь оба, Бога ради. Нам еще предстоит долго быть на ногах... Директивой Федерального Управления мне предписано совместить работу обоих следственных групп - нашей, капитан Дель Рей, и группы, подчиненной господину Клецки, на основе взаимной координации действий. Кажется, наши коллеги в Метрополии тоже не теряли времени и тоже столкнулись с некоторым пересечением линий обоих расследований. - Гринзея - тесный мирок, - заметил Стивен. - Вот текст директивы. Ознакомьтесь, господа, а я приготовлю кофе. Мой особый рецепт. Спать нам не придется. К восьми утра нас ждут на слушании Парламентского Комитета. В присутствии Президента. А до этого нам с капитаном предстоит посетить как минимум два довольно сложных объекта. А вы, Стивен, как я полагаю, должны немедленно отбыть в Первый Национальный? - И поэтому обойдусь без твоего кофе, Кай. Уж не будь в обиде. Примите во внимание только, что по городу болтается двойник Джакомо Якопетти и, думаю, ищет Шишела. И он вовсе небезопасен. И Стивена как ветром сдуло. - Я ничего не понимаю в этой жизни, Следователь, - сообщил, обжигаясь крепчайшим кофе, Гвидо. - Весь день я иду по следу, раскручиваю уголовных хмырей и торгуюсь с криминальной полицией - та еще шайка, поверьте - а вы - уж извините меня - занимаетесь, на мой взгляд, совершеннейшей чепухой: болтаетесь по департаменту науки и перебираете замшелые бумажки. И вот в результате вы заявляете, что что-то поняли в этой ситуации, а я не понимаю ни черта! Что это, например, за сборище в местной говорильне, перед которым мы должны поутру отчитываться? - Не совсем отчитываться. Мы приглашены проконсультировать Парламентский Комитет по безопасности относительно обстоятельств политического характера, вскрывшихся в ходе расследования дела Посла Окамы. События невероятно ускорились... Уже в десять Президент докладывает Парламенту о проекте Экстренных Мер... - Что за Экстренные Меры? - У вас, я вижу, не было времени слушать политические новости. Фракция Саранчи потребовала начала массированных акций усмирения против аборигенов. А в Лесу начались активные боевые действия. Банды Большого Питона, похоже, решили разделаться с Учителями. Раз и навсегда. В том же духе выступили и сторонники Тайного Пророка. Братства Скваттеров считают, что пока аборигены впали в междоусобицу, самое время нанести решающий удар и навсегда обезопасить окрестности Периметра. По всей столице развешан текст послания Советника Лэшли Президенту и Парламенту... - Все это пахнет керосином... Пока мы колесили по городу я заметил, что народ взбудоражен, но подумал, что это не касается нас... Спасибо, я не буду второй чашки. И от одной глаза на лоб лезут... - Гвидо скомкал пластиковый стаканчик и определил его в утилизатор. - Если вы хотите двигаться ночью в город, то я прихвачу с собой людей из нашего филиала. Не верю я здешним законникам. Пусть земля будет пухом лейтенанту Айвору Брюсу, но готов поклясться, что его ко мне приставили не с проста... Кстати, куда вы намереваетесь тащить меня на ночь глядя? - В офис Посла. Должны же мы узнать, какой замок открывает ключ, который нам в зубах притащил верный Ронни... Но сначала мы посетим центральную тюрьму. 6. ПРИНЯТИЕ РЕШЕНИЙ - Все эти бумажки, господа, может быть и имеют силу где-нибудь у вас, на Земле, а здесь вы находитесь в Колонии "Гринзея-2", - служащая центрального исправительного заведения Периметра небрежно бросила на стойку идентификационные карты Кая и Гвидо. - Будьте добры не мешать нашей работе, пока я не вызвала охрану... - Ну а распоряжение за подписью секретаря Президента вас ни в чем не убеждает? - осведомился Кай, возвращая в поле зрения углубившейся уже в чтение иллюстрированного еженедельника дамы в синей униформе. - Да хоть самого Президента... Заключенный Лисецки - вне доступа посторонних. Распоряжение Советника Лэшли... Разговор окончен, господа... Гвидо направился к выходу, но вместо того, чтобы покинуть помещение, просто кивнул ожидавшим в коридоре людям в штатском. Те деловито, но без излишней поспешности рассыпались по офису. Демонстрировать стволы они не торопились, но тюремным охранникам этого и не требовалось - с индифферентным видом они разрешили незваным гостям блокировать ходы и выходы и вывести из довольно далеко расположенной камеры сутулого, остриженного "под нуль" заключенного. Капитан вернулся к столу, криво улыбнувшись, расписался где надо и вернул на место ключи, без особых разговоров положенные перед ним ранее насмерть перепуганной мегерой. - Вы ответите за свои действия, - для порядка заявила она и попыталась вернуться к чтению журнала, но через пару секунд в гневе отбросила его и погрузилась в мрачное созерцание происходящего безобразия. Федеральный Следователь, тоже не одобрявший подобных методов работы Планетарной Контрразведки, постарался сохранить нейтральное выражение лица. В конце концов радикального метода борьбы с бюрократией не изобрел еще никто. - Куда вы меня везете? - осведомился энергично загруженный в резко взявший с места глайдер заключенный Лисецки. Выглядел он неважно. Не столько больным, впрочем, сколько опустившимся, махнувшим на себя рукой человеком. Обреченным и чувствующим свою обреченность. Свой вопрос он задал как-то в пространство, не рассчитывая на ответ. - Вы находитесь в распоряжении регионального представительства Планетарной Контрразведки Метрополии "Земля". А едем мы на ваше предыдущее место работы - в Этнографический Музей Департамента Науки. Там вам будет удобнее давать показания, - пояснил капитан дель Рей. - Справа от вас сидит Следователь Федерального Управления Расследований. Кстати, Герлах, снимите наручники с господина Лисецки... Вы не хотите сделать никаких заявлений, приват-доцент? - Я могу заявить только то, что заявлял уже миллион раз. Я невиновен, и мой арест и осуждение - произвол чистой воды... Начав свое заявление твердым голосом, Лисецки окончил его на какой-то неуверенной ноте, весь как-то сжавшись, словно приготовившись к окрику или удару. Это подсказало Каю следующий вопрос. - Вы не имеете претензий к режиму вашего содержания в заключении? - Я не имею... желания предъявлять претензии. До мрачноватого - гораздо мрачнее чем функциональной архитектуры центральный застенок - здания музея они доехали молча. Даже ночного сторожа не полагалось нищей как церковная мышь гринзейской этнографии. Пустое здание сторожила автоматика, послушно капитулировавшая перед стереотипной полицейской карточкой универсального доступа. В родных стенах, скисший уж было вконец, гуманитарий встрепенулся. В мягком свете флуоресцентных панелей перед вошедшими предстала небогатая, но довольно хорошо организованная экспозиция. Были в ней и вполне земного вида истуканы из камня и дерева, воплощающие неведомых тотемов, и страннейшего вида инструменты - не выточенные, выращенные из разных пород здешних деревьев, и некие совершенно непонятные предметы, заботливо расположенные в ряды по убыванию взаимного сходства, и голограммы, запечатлевшие панорамы туземных поселений, и какие-то письмена, в изобилии покрывавшие самые разнообразные предметы, в большинстве для этого, вроде, не предназначенные... Все это содержалось в образцовом порядке и создано было, видно, с большой любовью. - Как мило, однако, - всплеснул руками этнограф. - Они сохранили мое рабочее место нетронутым... Только пыль смахивают... Он устало опустился в удобное, какое-то домашнее кресло. Прикрыл глаза: - Итак, что вам угодно знать, господа? - Наш разговор не так прост. - Гвидо, не дождавшись приглашения, занял место напротив Лисецки. Кай разместился несколько сбоку. - Скажите, вы связываете ваш, как вы говорите, незаконный арест с теми отношениями, которые вы поддерживали с Послом Окамой? - Ну, тут только ребенок может не понять. Мне отомстили за участие в работе над докладом Посла. - Лисецки пожал плечами и сгорбился за своим столом. - Это одна половина моей вины. - А вторая? - А вторая заключается в том, что я дал заключение о несостоятельности хронологии археологических экспонатов музея и основных коллекций планеты. Разумеется, теперь я понимаю, какую глупость совершил... - Довольно трудно понять, как такой довольно академический вопрос мог столь роковым образом повлиять... - начал Кай. - Самым простым, господин Следователь. Я довольно давно убедился, что из джунглей нам беспрерывно несут под видом истинных предметов древнего быта аборигенов довольно хорошо сработанные новоделы. Пока это были единичные, без больших обобщений случаи, это только повышало рыночные цены признанных экспонатов коллекций музея и, особенно, самых знаменитых частных коллекций. Но когда я убедительно показал, что на две трети сами эти коллекции более, чем сомнительны, я, оказывается, замахнулся на целые состояния. И меня заставили замолчать. Таким вот способом. - Это интересно... - заметил Гвидо. - Я сам побывал - немногим более суток прошло - на раскопках, которые этот народец ведет в самых широких масштабах... Там много странного... - Именно так. Практически невозможно сказать, что из того, что на ваших глазах за большие деньги извлекается из недр Гринзеи, покоилось там веками и тысячелетиями, а что закопано туда вчера. Во исполнение обряда... - А зачем же нужны такие обряды? Я услышал от аборигенов довольно путаное философское объяснение тому, что на моих глазах какое-то строение предавалось земле... - Именно в этом и состоит якобы непреодолимая разница в мировосприятии землян и аборигенов... Но неужели вы вытащили меня из камеры только для того, чтобы потолковать на подобные темы? - И еще для того, чтобы дать вам возможность глотнуть немного кофе... - Кай отвернул крышку термоса и плеснул в нее горячего напитка. - Глотните, приободритесь. А вот - бутерброды... Не придавайте значения тому, что мы задаем много посторонних вопросов. Но для того, чтобы не наломать дров в здешних условиях, нам, профанам, не хватает общей информации. Той, которую вы здесь считаете банальной. Например, ни в одной галактической базе данных я не получил конкретной информации об истинном возрасте нынешней цивилизации Гринзеи. Я имею ввиду, конечно, туземную цивилизацию... Лисецки поднялся из-за стола и, верно, сбросив память о долгих месяцах тюремного молчания, неосознанно принял осанку преподавателя, которому бестолковый студент задал забавный вопрос. Он двинулся вдоль витрин, едва заметно касаясь их кончиками костлявых пальцев. - Если бы вы учились в школе здесь, на Гринзее, вы бы твердо знали, класса с пятого, что нынешняя, упадочная, биологизированная цивилизация аборигенов насчитывает шесть тысяч восемьсот лет - по галактическому календарю, разумеется - и что она вытеснила другую - низкотехнологичную, агрессивную, экспансионистскую культуру, от которой остались лишь затерянные в джунглях руины и несметные клады... Не знаю, кто навыдумывал эти глупости, но они стали беспрекословной истиной для любого колониста младше сорока. - Вы не верите этим цифрам? - Они взяты с потолка. В основном, из вольных переводов легенд аборигенов, сделанных дилетантами вроде Олафсена... Дело в том, что у коренного населения Гринзеи вообще нет привычки считать время. Вот - видите эти камешки? Прозрачные - желтоватые такие, синие, черные... Это и есть часы. Когда по каким-то причинам приходится считать равные отрезки времени, они рассказывают друг другу священные истории и перекладывают камешки. Справа налево. Или наоборот. Священные истории имеют фиксированную длину. Их много - на разные случаи жизни. Более сложной техники счета времени народ Гринзеи не приемлет... Здесь нет смены сезонов... Почти нет. Земля родит одинаково во всякий день - нет нужды рассчитывать запасы впрок... Да и не хранится почти ничего в этом климате... Ничего и не нужно сложнее этих вот камушков. - Но в подземном лазарете я видел... - начал Кай. - Вы могли видеть в джунглях и компьютер... Когда припирает, современный абориген может пользоваться и электронным хронометром, но не станет ЖИТЬ по часам. С этим связаны какие-то древние архетипы. Счет времени - проклятье для них... Вот, прочтите это... Фонетические значки. "Пиджин". Здесь - мой перевод: "Люди Земли заворожены Смертью. Они идут ей навстречу, считая шаги. Они не сводят с нее глаз. Знание Времени есть знание Времени Встречи с Небытием. Зачем оно тебе?" - Мне не удалось соблюсти рифму... - Иногда мне и самому хочется забросить подальше эти чертовы наручники, - заметил Гвидо, постукав указательным пальцем по тусклому металлу браслета своих "Командирских". Лес вспомнился ему с необычайной яркостью. - И учтите: это для вас, господа, носящие часы, - продолжал охваченный просветительским азартом приват-доцент, - час поутру - явление той же природы, что и час ночью или в обед. Для толкового аборигена утренний час также отличается от вечернего, как метр от фунта. Время ночью считают этими вот камушками. А днем - только вот этими. Причем играет роль что за день наступил - пасмурный или солнечный. Если час не равен часу, то уж день и подавно не равен дню... Да и любой такой день распадается на несравнимые периоды. И от вашего лично состояния зависит счет времени. Считается, что время сна, вообще, не существует... О счете лет и тысячелетий нет и речи. Да и зачем их считать? Если мудрецом изречена истина, то какая разница - вчера или в начале веков? Зло остается злом вовеки, а радость всегда истекает в мгновение ока. Зачем же считать время? Вот так, господа. - Ну... А объективная хронология? Радиоуглеродный, скажем, метод? - Для объективной хронологии нужны ископаемые. ОСТАНКИ. А биосфера Гринзеи прокручивает весь свой углерод в сотни раз быстрее, чем на Земле. Плоть разлагается, дерево гниет, металл ржавеет. Здесь нет культа вечного захоронения. Живое, погибая, дает новую жизнь. Только так. Это и догма туземной веры и констатация истинного положения дел на планете, одновременно... Камень... Иногда строения... Фундаменты и засыпанные русла каналов. Вот все, с чем приходится иметь дело, если не верить легендам. А между тем, на базе такой вот археологии и этнографии вырос и живет огромный рынок гринзейских древностей и антиквариата... Очень трудно поднимать голос против научных предрассудков, когда они подкреплены материальными интересами многих людей... - Вы уверены в тех методах датировки, которые использовали сами? - как можно более веско поинтересовался Гвидо. - В криминалистике такие методы приняты испокон веку. Нейтронно-активационный анализ выявил в материале каменных изделий следы металла инструментов, изготовленных из типично земных материалов и по земным технологиям. В ряде случаев можно назвать конкретного изготовителя. Другие изделия могли быть обработаны в ручную... Тогда датировка почти невозможна, но подозрения остаются. - Вернемся из эмпиреев, поближе к действительности... - Кай принял менее комфортабельную позу. - Кто, по-вашему, адресовал к вам органы правопорядка: спекулянты антиквариатом, или... оппоненты Посла Окамы? Я, конечно, не прошу вас называть имя Советника Лэшли... Лисецки выпрямился, словно его огрели кнутом. - Вы должны понять... Тут не "или-или". Тут все взаимосвязано. Лэшли просто дал понять этой своре спекулянтов, что выставляет меня им на съедение. Ну а уж те постарались... Таким большим господам, как Советник, не надо самим пачкать руки в полицейских делах. Достаточно означить свою позицию... А вы говорите "или-или"... - Вы считаете, что вас покарали за недогадливость? - Вряд ли это называют недогадливостью. Советник прямо предупредил меня... Он объяснил мне, что именно хочет видеть в докладе. - Что же? - Этнографическая часть доклада должна была, по его мнению, прямо и недвусмысленно констатировать полную несовместимость принципов цивилизации аборигенов с включением Гринзеи в число Обитаемых Миров. И главное - с генеральным планом развития экспортной экономики. Это во-первых. А во-вторых, следовало покончить с "ползучей тенденцией" считать деятельность нервной системы туземцев разумной, в научном понимании этого слова. - В чем-то таком вы только что почти убедили нас... - с еле чувствующимся в его голосе ядом заметил Гвидо. Потрясенный приват-доцент уставился на капитана так, словно тот был ожившей каменной горгульей. - Я потратил все силы и все то свое время, пока оставался на свободе, на то, чтобы убедить людей, что все наши замыслы совместного с аборигенами освоения Планеты, развития экспорта и производства, расцвет Колонии возможны в том и только в том случае, если мы перестанем предъявлять к аборигенам требования, которые уместны в доме для слабоумных или недорослей. Разум, знаете ли, имеет право быть разным. Очень разным... Только поняв истинную систему ценностей этого народа - а она вполне доступна для понимания - только поняв их истинные цели, мы уйдем в сторону от этого, ложного по сути своей, кровавого конфликта, в который глубже и глубже погружается этот мир... Если бы вы имели возможность ознакомиться с текстом Доклада... - Мы имели такую возможность, - заверил его Кай. Лицо Лисецки перестало быть просто растерянным. Его высветило изнутри глубокое подозрение. - Не знаю, чьи интересы вы здесь представляете, господа, но мне достоверно известно, что Доклад исчез - там на Земле - вместе с господином Послом... И вы не задали мне ни одного вопроса по существу. Ни о природе тех улик, которые фигурируют в деле, ни о показаниях свидетелей, ни... - У нас было время навести справки непосредственно в Прокуратуре Колонии и в органах следствия. И будет возможность поставить вопрос о серьезнейших нарушениях законности, совершенных в отношении вас, перед самыми высокими инстанциями Колонии. Но сейчас мы расследуем убийство Посла Окамы. Убийство. Насильственную смерть, а не ИСЧЕЗНОВЕНИЕ, как вы выразились. И текстом Доклада мы располагаем среди прочих вещественных доказательств. Вас кто-то ввел в заблуждение... Последовала пауза. - Вы хотите сказать, что вы и есть те самые шишки, что прибыли с Земли разбираться в деле Посла, грохнулись в джунгли, а потом... - Приятно слышать, что вас не лишили в тюрьме хотя бы удовольствия смотреть Ти-Ви... Вот мое удостоверение, - Кай продемонстрировал арестанту карточку. - Я не знаю кому верить, господа. Но если Доклад в ваших руках... Что мешает предать его гласности? - Я ожидаю санкцию Земли, - Кай откашлялся. - Завтра предстоит слушание в комитете Парламента. Будут приняты важные решения. Думаю, мне будет разрешено ознакомить Президента и Парламент с основными положениями этого документа. - Завтра. Завтра - это никогда не сегодня... - Сейчас - это именно СЕГОДНЯ, - иронически заметил Гвидо. - Полночь уже миновала. А теперь скажите, что движет Советником? Кто стоит за ним? - За Советником Лэшли стоят все те, кто греет руки на этой проклятой войне, на липовой археологии, на... - Такие были всегда. Но не пользовались таким влиянием... - несколько философски заметил Кай. - У них не было такой поддержки, как Тайный Учитель. - Тайный Пророк... - Кай задумался. - Вот что. У вас сейчас будет время и будет возможность подумать. - В каталажке? - уточнил Лисецки. - Разумеется. Вам дадут бумагу, перо, терминал. Вспомните и по возможности толково изложите все, что вам известно о Тайном Пророке. И Советнике Лэшли. Постарайтесь придерживаться фактов. И дат. Факты и даты - это главное. Постарайтесь быть доказательны... - Легко сказать - факты и даты, когда речь идет о таком... У меня нет ни такой памяти, как у Посла, ни такого дневника... - Посол Окама вел дневник? - Да. И очень подробный. По старинке - в здоровенной такой тетради... Антиквариат. Подарок той женщины, что прилетала с ним на Планету в последний раз. Нет, в предпоследний. Вы, разве, не нашли его? - Нет. Разве что его нашли на Земле в ходе расследования уже после нашего отбытия в ваш милый край. Но тогда меня известили бы... - прикинул Федеральный Следователь. - Вы, пожалуй, и действительно с Земли. Я все ждал, когда вы перейдете к дневнику Посла, а вы про него и не слышали. Пришлось немного спровоцировать вас... Дневник Посол спрятал перед тем, как отправился на Землю. Это я знаю. Он передал мне, что его очень важно сохранить в тайне. Это очень легко - я просто на самом деле не знаю, где он, этот дневник. Но, думаю, вам про него стоит знать. - С вами, ей-Богу, было интересно поговорить, приват-доцент, - сухо сказал Гвидо. - Вы не припомните, напоследок, еще две-три такие же важные вещи, относительно Посла? Было бы очень любезно с вашей стороны, знаете ли... - Да, это было бы просто здорово. Но у меня - все. Мне пора обратно, в мою каталажку. Работать, - с ядом ответил Лисецки. - Пора, - согласился Кай, набирая номер на блоке связи. - Но в другую. Следователь Клецки побарабанил пальцами по стальному днищу пустого абонентского ящика и констатировал очевидное: - Кто-то забрал товар. Надеюсь, с подачи нашего лучшего друга. Остается предположить, что у него есть сообщник. Еще один - не вычисленный нами. Сам он из клоаки выйти не мог. - Наши люди не вылезают оттуда с трех часов пополудни, - с досадой заметил унылый лейтенант в штатском, стоявший за его спиной. Все бы ничего - как-никак работают в защитных масках - однако, местная живность одолела. Там у нас кого только нет... - Им предстоит там еще и не самая приятная ночь. - Клецки поморщился. - Ей богу, мне их всех жаль. И моего "крестника" в том числе. Хотя, я думаю, он уже свыкся с тем "амбре", которым ему сейчас приходится дышать... Дышать Шишелу приходилось не совсем тем, что имел ввиду Стивен. - Ну так что, дался я вам? - риторически обратился Шаленый к светящимся вдалеке окнам Полицейского Департамента. - Посуетитесь, посуетитесь, голуби, - он поправил служивший ему подушкой портфель с Докладом Каррозерса. - В толк не возьму, однако, кто у нас с вами, друг друга с трупчиком-то давешним объегорил... Тут из двух одно: то ли дуб хреновый, то ли хрен дубовый - то ли покойничек поддельный, то ли мил-друг Якопетти липовый... Ну да голову над тем ломать смысла нет: Оно и муляж под друга этого сварганить под такое дело как бумаги эти (он еще раз проверил целостность портфеля) для такой конторы, как Управление - раз плюнуть, а с другой стороны и двойника ему найти не долго - если широким бреднем пошарить... Он, и впрямь, не на себя похож был что-то, Джакомо-то... На вид - все чин-чинарем, а вот лопотал ерунду какую-то и бред. "Аваллон"-то этот прощупать, однако, не мешает... Тем более, что он и на "Проционе"-то хитрость какую-то плел - дружок мой лысый... А Барсук, сказать кстати, про покупателя хреновину какую-то нес, помнится: мол не все там у него в порядке... Вот мы его, голубя, вперед себя и пустим... Пусть понюхает, чем там в "Аваллоне"-то этом пахнет... Что касается теперешнего местопребывания самого Шишела, то пахло в нем неплохо. А как, собственно, должно было пахнуть в розарии, расположенном на крыше сорокаэтажного корпуса "Димитриади-Хилтон"? Точнее, в небольшом павильоне, выходящем в этот розарий. Это составляло приятный контраст с долгими часами петляния по лабиринту канализации Периметра. За спиной тихо кемарившего после парной и четырех литров "Радебергера" Шишела раздались легкие шаги. Звука поднявшегося лифта он не расслышал, за что ругнул себя вполголоса плохим словом. - Опять самокритикой занялся? - спросил его женский голос, украшенный легкой хрипотцой. - Мог бы и выбирать выражения при даме. - Извини, Коррозия... - с несвойственным ему смущением отозвался Шишел, переходя в положение "сидя". Пуговица шелковой пижамы, не без труда сходившаяся на пупе, с треском покинула свое местообитания и пулей канула где-то в мягком полумраке. - Ты, однако, не подкрадывайся вот этак вот. Я, знаешь, совсем плохой стал после чертовни всей этой. Чуть что за "дуру" хватаюсь... - Вот возьми. Еле добыла твой размер... - Х-хе... - Шаленый, криво посмеиваясь, стал рассматривать доставленное старой подругой одеяние. Давно я под монаха не работал... - Спасибо скажи и за это... Вон за ширмочку зайди, примерь. Документы - только завтра, с утра, извини. Твое легионерское обмундирование я отправила в утилизатор... - Ну так тому и быть, хотя и жаль бушлата... Ты хоть бы рассказала, как живешь здесь, голуба душа... А то и поговорить с тобой некогда было. - Это верно: с того момента, как ты из сортирного коллектора вырвался и на меня все свои дела посыпал, так мне не то, что поговорить - в себя прийти некогда... А живу я здесь как и везде жила - содержу гостиницу. Мог бы и заметить... - На Большом Хедере, помню, ты все в эти края рвалась. Только и разговору от тебя было, как помню, что про вольную жизнь в единении, понимаешь, с природой... - Сбылась мечта идиотки... Гостиница пуста - от силы десяток заезжих барыг, да кое-кто из местных - снимают помещения под офисы. Подумываю загнать дело по сходной цене. Да вот, куда податься потом? Нет: содержать убыточные отели - мой пожизненный крест. Второй после тебя, Дмитрий... А вообще, я всегда благодарила Бога, Шишел, что у нас с тобой до законного брака дело не дошло в тот раз... Ты всегда умеешь заводить разговор на самые больные темы. - Куда, как не чудненько, что не окрутила ты меня: тогда федералы уж давно за мной к тебе в гости пожаловали бы. Сообразили бы, что искать меня боле негде, кроме, как у законной супружницы. - Мы бы были тогда уже давно в разводе, Шишел. Не сомневайся... - А, хрен один: в компьютере следок оставили бы... - Как тебе удалось до меня добраться? По здешнему-то... подземелью? - Эт-того в двух словах, как говориться, не расскажешь... Ты-б велела еще пивка принести... - Пиво - в холодильнике. Это - вон та панель розового дерева... - Так вот... Без малого загиб я бы в катакомбе вашей - та еще параша, скажу тебе - даром что план ее на всякий пожарный случай заготовил: еще у - тут он перекрестился - мил-друга Джакомо схемку-то и срисовал, а все-одно - один сплошной заворот прямой кишки... Так вот, не тем мне покойничек-то - коли и впрямь покойник он - подсобил, что схему эту хренову дал, а тем, что подходу обучил к лягушатам-то этим... - Господи, какой покойник, какая схема, какие лягушки и головастики? Ты что - коллекционируешь планы городских канализаций? Это у тебя патология! - Коррозия наполнила на треть высокий стакан светлым пивом и с возмущением смерила Шишела взглядом. - Всюду тебя тянет в эти трубы. На Гарварде-третьем ты вот тоже... - Да... На Гарварде этом знаменитое дело было... Страховую кассу мы через трубу достать хотели... Да не сдюжили. Но это - к слову, так просто... Да и покойничек, так, не по делу помянулся... А вот лягушатники у вас в катакомбе - что надо водятся... - Господи, - это ты о болотных стегах что ли? - Мэг отхлебнула пива и удивленно заломила бровь. - Эта сволочь года два назад действительно страшно размножилась в канализации. Помнится, говорили, что она у нас переходит в карстовые пещеры... Их в прошлом году гоняли по указу Президента... Их показывали по "ти-ви" - бр-р-р... - Брезгливость, Мэг, тебя в могилу сведет... А они - ничего, лягушата эти ваши. Смышленые, развитые... И лопочут складно так... К ним только подход нужен. А полиция ваша да Ополчение только с дуры палить могут, да газом вонь распускать... Вот они, естественно, и озлобились. Все за пальцы тяпнуть норовят, аль бумажник стибрить. Испортили вы их тут столичным житьем... Но наш брат ко всякой твари подход знает... Я перед тем, как в катакомбу лезть, корму прикупил, как покойничек Джакомо научил, а как спустился, так сразу... - Можно без этих малоаппетитных деталей? - Коррозия брезгливо отставила свой стакан в сторону. - Короче, в наш коллектор тебя привели стеги? - Они самые... - Ну и оставим сию тему... Лучше бы я тебя и не спрашивала вовсе... Что ты собираешься делать дальше? И кой черт тебя принес на Планету? - А вот этот самый, Мэг, черт, - Шишел похлопал по лежащему в головах каменной скамейки, оборудованной под диван, портфелю, - которого ты мне из Первого Национального приволокла. Грешен, подставил я тебя... Пока тут дожидался, извелся весь... - Ну, когда я имею дело с тобой, я всегда знаю, что иду на что-нибудь такое, за что головы откручивают без особых формальностей... Да ты и сам сказал... - Одно - сказал, а другое - послал... Ты хоть догадываешься, что за портфельчик притаранила? Какие в нем бумажки лежат? - Куда уж мне... - Коррозия дополнила свой стакан пивом до подобающего объема и приняла вид полной индифферентности. - А те самые, за которые Седой Иржи чуть Богу душу не отдал. - Господи, неужели ты нашел обломки "Черного жемчуга"? Или кто-то, вообще, их нашел? Он же там остался, в подпространстве... Ты что - все это время занимался поисками Доклада? Тогда ты, наверное, единственный человек, который не верил, что вся эта история с "Жемчугом" - не глюки Иржи. - Да нет. Поисками я не занимался. Сама знаешь - не тот человек... Но в памяти держал. А тут Господь свел с Кладоискателями. Не тут, точней говоря, а после той истории на Малой Колонии... Ну, я и вспомнил все те рассказы про то, как у капитана Токанавы на руках дал дуба последний козырной туз из Проекта Каррозерса. И рассказал о том, что и где запрятал. В присутствии дока Малатеста. И как кэп бумаги эти из тайника на астероидах, что вокруг Бетельгейзе увел. И сколько ему за эти бумаги обещали. И как Токанава вместе с бумагами и всем своим "Черным жемчугом" сгинул к собачьим чертям, а док Малатеста на Шараде застрял по пьяному делу и в рейс этот, как раз, и не попал, а стал, наоборот, шататься по кабакам и всякому сброду, вроде того же Иржи, грузить всю эту белиберду. Увлекательная, надо сказать, байка. На роман тянет. Только финал не здорово веселый... - И ты все это выложил своим... Кладоискателям? - Шаленый зазря языком сроду не чесал. Я слушал все больше... Там у друзей этих, если разговоры на вахте позаписать с толком, так тысячу и одну ночь насобирать можно... Так я вот и сижу, на дисплей пялюсь, байки слушаю. И вдруг слышу про "Жемчуг" этот чертов - открытым текстом. Ни в каком он не в подпространстве, а вовсе на Помойке... - Тебя вечно тянет в такие места... - Так этот народ места называет, куда отловленные корабли стягивают. Оставшиеся без экипажа. Такой порядок. Они законы свято блюдут - Кладоискатели. Очень этот народ лицензией своей дорожит. Смешно аж посмотреть... Свое они, конечно, берут. Раз судно без экипажа, из реестра изъято - святое дело с него все, что на рынок пойдет снять. В основном - движки и навигационное оборудование. Иногда из груза что интересное попадается... Помню, на Лаланде нашли мы заброшенную посудину, на которой, полвека тому как, везли снедь для банкета в честь Первооткрывателей - судя по документации. Устрицы, осетрина и шампанское... Все - замороженное по методу этого... Сейчас не вспомню - еврея, в общем. Очень хорошо сохранилось. С тех пор устриц с шипучкой год видеть не мог... Так я не про это... - Да, ты - про "Черный жемчуг"... - Так вот - узнаю я, к большому своему удивлению, что и впрямь была такая посудина. И действительно, вылетев с Шарады, сгинула. Так ее давным-давно нашли, выпотрошили и на типовой Помойке болтаться оставили. Недалеко, кстати, от нашей любимой Метрополии... "Предутилизационный полигон четырнадцать" называется место это. Я туда и навострился. Год без малого между разными посудинами кантовался - там все едино: туда ты летишь, или оттуда... И добрался, наконец. И все верно ведь рассчитал: остался от "Жемчуга" только обитаемый отсек. Там никто ничего и трогать не собирался. Дурная примета считается... - А что стало с этим... Тоямой и его экипажем, - поинтересовалась Мэг. - А пес их знает - погибли все. Похоже, их перед самым Броском обстреляли. Нейтронным пучком, или еще чем-то в том же духе... Штучка вполне в духе Комплекса. Или бандиты эти - с Дальних Баз... Но тут-то и вышел им пребольшой кукиш. Бросок выполнила автоматика. Прежде чем суки эти на борт полезли. А куда "Жемчуг" этот зашвырнуло, понятно, одному Черту и Дьяволу было известно. Судя по тому, на какую Помойку Искатели ее свезли - куда-то в дальнюю окрестность Земли его закинуло... А Искатели эти, хоть народ и болтливый, а как что нашли, так по инстанции доносить не торопятся... Ну а Доклад себе спокойно лежал в секретном сейфе. Не в капитанском - тот плазменным резаком вскрыть кто-то потрудился все же, а в специальном таком, между отсеками... Я недели три по руине этой лазал, пока сыскал... - По сейфам ты специалист... Тебе не нравится светлое пиво? Там, на нижней - "Дарт"... Ты уверен, что нашел именно то? - Проверил. Уже и покупателей присмотрел. В Систему подался - там, как-никак и ближе и безопаснее такие дела делать. Кстати, про цену Иржи не очень-то и преувеличивал... Но черт меня дернул: подсказала одна сатана гороховая, что на Гринзее вдесятеро против того дадут. Есть мол там покупатель ОСОБЫЙ... - Ты сюда и собрался... - Да нет. Пришлось на старушку-Землю заглянуть. - Посетил Колыму - родину предков? - Бог миловал. В Женевской каталажке отсидел. А предки у меня не с Колымы совсем почти, а вовсе из Красноярска... - И много тебе дали? И, кстати, - за что? - Да сущие пустяки одни. Так, подвернулось одно дело попутно... Я его и ввиду не имел. Однако ж влип. Но друзья эти легавые быстро смекнули, что на воле я им нужнее, чем за решеткой. Живенько так срок скостили и гулять отправили. А сами с хвоста не слезают... - У тебя - мания величия, Шишел. Тебя никто не ищет. Ни разу по "ти-ви" тебя не показывали. Ни в фас, ни в профиль... Я же сказал: меня отпустили вчистую. Шаленый перед законом чист! Меня пасут втемную. Негласно. На тебя, Мэг вся надежда. - Я что, должна постоять с бумагами в торговых рядах? Или поносить их по домам с хорошей репутацией. - Нет, Мэгги, все, что от тебя требуется, это устроить мне встречу с одним хитрым человечком. И навести кое какие справки... Несмотря на глубокую ночь, движение на улицах Столицы было немалое: то и дело, наперекор всем правилам дорогу перегораживала то туша затянутого пятнистым брезентом тяжеловоза, то приземистая самоходка, а то и вихляющийся на воздушной подушке легкий танк. Шла подготовка Большой Карательной. Вовсю и почти открыто. Кай вырубил автопилот и сам взялся за руль кара. - Знаете, Следователь, - произнес несколько несвойственным ему задумчивым тоном Гвидо, - еще два-три дня назад, я нашел бы ваши методы работы просто верхом дилетантской самодеятельности. Но, похоже, Лес что-то изменил во мне... - Каждое более или менее стоящее дело, с которым мне приходилось всерьез повозиться, капитан, обладало таким вот свойством. Что-то изменять в тех, кто с ним связывался. Уверен, что раньше вы просто не замечали. Эту историю нам не расколоть, если мы не поймем с чем столкнулись. В лице тех, кого здесь называют аборигенами. Здесь все завязано на них, а никто не знает и не хочет знать о них ничего путного. - Давайте прикинем, что знаем мы. Первое, - Гвидо выкинул вперед большой палец, - существует уйма жизненных форм аборигенов Гринзеи. Они живут по разному и в разных, как говорится, экологических нишах... Но прекрасно понимают друг друга. И людей... - И языка своего уже не имеют, - заметьте это, Гвидо. - За исторически очень короткий срок они полностью утратили свою древнюю речь и письменность. - Это два - Дель Рэй присоединил к разжатому большому пальцу указательный. Склонил голову набок. - Утратили речь и письменность, говорите вы. - Если они у них были, Следователь. Странная мысль мне взбрела в голову, когда мы мило беседовали с беднягой Лисецки. Эти парни там - в джунглях чудовищно приспособляемы. Все указывает на то, что все эти... формы - они произошли от одного ствола. Просто разные маски, которые напяливает на себя одна и та же сущность. Может, до прихода людей она, эта суть и рядилась в совсем другие формы? Просто не было чему и кому подражать. А вот пришли люди - шумные, докучливые, настырные. Вторгающиеся в святая святых, и успешно вторгающиеся... Вот теперь это... эта первичная суть и начала примеривать маску Разума. Вместо фотосинтезирующих складок, хитиновых панцирей или кошачьих когтей стало лихорадочно развивать кору больших полушарий, способность к речи... тогда понятно, почему первые колонисты никаких разумных существ на Гринзее не застали и, следовательно, и не описали нам на память. А вторая волна застала здесь уже целый коктейль носителей разума... И как должное восприняла их ломаный английский... И поддельный древний жреческий язык. Кай не без чуть преувеличенного уважения скосил взгляд на собеседника. - Я недооценивал вашу способность к метафизическим рассуждениям, капитан... Эволюция на базе мимикрии... Скоростная... Это, право, не тривиальная концепция. Вы не подумывали об академической карьере? - Понимаю вашу иронию, Следователь... Ну могу же я порассуждать немного вслух, пока эта калоша дотянет нас до Посольства? Так, в порядке бреда, как говорят русские. - Не придавайте значения моему скепсису. Как говорил один опальный принц, в этом безумии есть своя система... Это я о бреде. - Теперь - археология. Она у них, вроде, тоже поддельная. Лисецки вот на основании нейтронно-активационного анализа утверждает, что их музей набит сплошным новоделом. А я своими глазами видел как эти парни закапывают в землю некие руины. ЗАРЫВАЮТ, а не откапывают. И несут в оправдание нечто весьма заумное... Это - три! - Вы верите Лисецки? - Я верю нейтронно-активационному анализу. С двадцатого века он никого не подводил. И я верю тому, что видел сам... А философия... Понимаете, как ребенок не помнит своего рождения, так и аборигены Гринзеи не помнят и не могут объяснить феномен своего происхождения... Но ведь мы знаем, что свято место пусто не бывает. В других условиях они бы выдумали бы своего Создателя и целую теологическую космогонию... - Его высокопреосвященство Бенедетти обязательно поправил бы вас. Он сказал бы, что туземцы бы обязательно ОТКРЫЛИ БЫ Создателя для себя. В том обличье, в котором бы тот явил себя этому миру... - Не сбивайте меня словоблудием, Следователь. Так вот, им не повезло. Они выбрали... Точнее, эта вот их биологическая суть выбрала за образец для подражания, для мимикрии, как вы выразились, нас - посещающих, конечно церкви, но, как до дела доходит, ни в Бога, ни в Черта не верующих существ. И заполнять вакуум своей истории им приходится не мифами, а ВЕЩЕСТВЕННЫМИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВАМИ. Они, наверное, не сознают этого - может быть только Учителя... Но ведь для них признать, что вся их цивилизация - это всего лишь наскоро слепленная пародия на далеко не лучший образец чуждой их миру цивилизации Земли, образец, завезенный сюда толпой неудачников, галактических перекати-поле, да искателей счастья, это... это... Кай не стал прерывать излияния собеседника. Не каждый день приходится присутствовать при рождении теории планетарного этногенеза в душе сотрудника контрразведки. И не каждый год... - И они, выполняя вот эти непонятные им самим обряды, создают для себя самих и для своих потомков красивую легенду о великой и могучей цивилизации Гринзеи, корнями черт-те куда уходящей... - Ну вот, мы и поменялись местами, - заметил после небольшой паузы Кай. - Вы закончили то, с чего здесь начал я - построили необыкновенно стройную картину возникновения и развития аборигенов. А мне приходится напомнить вам только о том, что одна небольшая деталь в этой концепции требует своего уточнения. Настоятельно. Знаете какая? - Кто и зачем убил Посла Окаму. - Верно, - согласился Федеральный Следователь. Четверка. И еще - мы должны узнать - какой замок открывает ключ Посла. На Земле, - он тронул брошенный на сидение пакет с пометкой подпространственной связи, - такого замка нет. Кстати, мы приехали. Оставшись, наконец, наедине, Президент Гаррисон и коннетабль Пирсон долго и без какого-либо удовольствия созерцали друг друга. - Подготовка к акции идет по графику, - счел нужным, наконец, прервать тяжкое молчание министр обороны. - С некоторыми отклонениями. Для успешного ее разворачивания мне надо уяснить себе два момента, Президент. - Первый? - Президент сосредоточил все свое внимание на кончике электрокарандаша. - Первый вопрос прост: в чем, собственно, состоит акция? Бомбим аборигенов, готовим плацдарм для высадки карателей, а потом запираемся в Периметре и сидим в осаде до тех пор, пока джунгли не успокоятся? Или расстреливаем, наконец, к чертовой матери базы Питона в "зеленке"? Давно, признаюсь, руки чешутся... Но тогда вы, Президент лично заслоняете меня от сатаны Лэшли. Или лупцуем напропалую и тех и других и отправляемся всей компанией в желтый дом? Я бы лично подождал, покуда одна сторона - там у них - возьмет верх... - Ждать нам не приходится. Оба крыла Парламента жаждут крови. Третий вариант вы, разумеется, забудьте. К первым двум - будьте готовы... - Они, Президент, ВЗАИМОИСКЛЮЧАЮЩИ. За сутки нельзя переключиться с одного на другой. Если играть всерьез. - Тем не менее, до решения Комитета, я не могу сделать выбор. И никто не может. Таково положение дел, и такова Конституция. Военного положения еще никто не ввел. - Спасибо, я понял, кому придется отдуваться за все... - Вот и хорошо. Ваш второй вопрос? - Как быть с Легионом? - Каратели сидят в казармах. При этом сохраняют повышенную боевую готовность. Это моя забота: я уже связался с их командованием. У вас - все? - Еще я хочу сказать, Президент... В этот раз нам надо быть поаккуратнее... По моим сведениям, у туземцев впервые на вооружении большие разрядники и противотанковые комплексы. Не менее трех. И зенитные системы. Это еще не армия, но и не толпа плюшевых мишек... Уже. - Я в курсе, коннетабль. Контрразведка роет землю... - Разрешите приступить к... - Да, вы свободны. Президент откинулся в кресле и водрузил ноги на скамеечку для того предназначенную. На сон оставалось всего-ничего. Ключ Посла не открывал ничего. Просто не было во всем немаленьком хозяйстве Посольства Метрополии ни одного подходящего замка. Многочисленные файлы посольских компьютеров не хранили ничего относящегося к делу. Как и недра уймы разбросанных по зданию сейфов. Физиономия Секретаря Посольства, по обязанности присутствующего при "ознакомлении следственной группы с материалами по делу" - при обыске, то-бишь - была сера и благодати не источала. За окном занимался такой же серый и неулыбчивый рассвет. - Вы закончили, господа? - осведомился Секретарь. - Извините, но мне предстоит еще полный рабочий день. Их высокопреосвященство... - Мы закончили, - хмуро прервал его Гвидо. - Вы уверены, что в здании нет больше никаких сейфов, шкафов или... Может быть, мы пропустили что-то в апартаментах Посла? Скрытый сейф, например... - Вы не пропустили ничего, господа. У вас есть приборы, а у меня - инструкция всячески вам содействовать и не скрывать ничего... В свою очередь, господин Окама не имел от меня никаких секретов. В технических вопросах... - Кроме нас никто не проводил здесь... досмотра? - Вы бы еще с месяц поболтались в Лесу, господа, а потом спрашивали, - не выдержал Секретарь. - Апартаменты Посла осматривали раза три... И все - лица с самыми серьезными полномочиями... - Это наши люди поторопились, - несколько виновато, вполголоса заметил Гвидо. Я знаю, о ком речь. - Но и они ушли ни с чем. Я проконтролировал это... - заверил их Секретарь на прощание. В каре Кай предложил Гвидо крышку от термоса, наполненную кофе и тот не отказался. Оба посидели немного в задумчивости. - Нужно проводить обыск у вашего... Скунса или как его там... Больше не у кого. Других связей Посла на Планете у нас нет. Явок, адресов... - Постойте, - Кай потер веки кончиками пальцев. - Адреса... Он включил свой "ноутбук", порылся в меню, надавил клавишу воспроизведения фонограммы. "...все сотрудники обожали мистера Окама, - зазвучал в сало не голос Полли Вайоминг, секретарши господина Ли. - Он был сама справедливость... Мы просто в шоке. Я лично с трудом представляю себе, как буду работать на кого-то другого". "А он брал Вас когда-нибудь в свои инспекционные поездки?" - это был голос Кая. "Да, и очень часто". "А на Гринзею?" "Сначала само собой подразумевалось, что я поеду вместе с Ли и в этот раз. Было даже уплачено вперед за продолжение аренды моей квартиры там..." Кай прогнал последнюю фразу еще раз: "Было даже уплачено вперед за продолжение аренды моей квартиры там..." - Платило за городские апартаменты сотрудников аппарата Посла, надо полагать, Посольство? - невыразительным голосом спросил Гвидо. - Кто-нибудь у них там должен быть в курсе того, кому и за какие именно хоромы переводили деньги... Придется еще раз побеспокоить господина Секретаря... Покрытые утренней росой туши штурмовиков подрагивали в такт еле слышному урчанию прогреваемых движков. Наземные службы резались в карты и имитировали кипучую деятельность: первая очередь техники была выставлена на линейку готовности, проверена и перепроверена. Иных распоряжений сверху не поступало и, как догадывались все кому не лень, и поступить не могло, пока у господ министров, депутатов и прочая и прочая, самих не наступит мало-мальская в мозгах ясность. Боевые экипажи кемарили, досматривая последние сны, пристегнувшись к дьявольски неудобным сидениям. Время тянулось поразительно медленно. В полседьмого по экипажам стали разносить судки с походным рационом на утро. - Эй! - окликнули из люка спешащего в ангар десантных модулей лейтенанта де ла Руэду. - Там, говорят, Президент лично нашего старика на связь тягал? Что у них там? Кого бить будем? Тех или этих? - Начальство выразилось неопределенно, - сурово отрезал лейтенант. - Так, говорит, козлов мочить будем... Сержант жестко ткнул закемарившего напарника под ребра. Дремать было совершенно незачем: патрульный глайдер шел уже по территории Сгоревшего Порта и глядеть надо было в оба. Продрав сомкнутые крепкой дремой и все еще мутные глаза младший по чину обвел постепенно проясняющимся взором то, что ему и полагалось обозревать согласно служебной инструкции - "природные образования, сооружения и конструктивные элементы, расположенные на втором уровне наблюдения, от 4 м над поверхностью почвы и выше, если таковые имеются", благополучно не заметил того, что ему стоило бы заметить, и глайдер проследовал дальше вдоль тонущих в предрассветном тумане нагромождений руин складских блоков. А заметить ему надлежало нечто такое, что среднему обитателю Метрополии показалось бы фрагментом пьяного бреда, а для такого же жителя Периметра - ожившим персонажем плаката "Будь бдителен!": чудовищная пародия на человека, воплотившаяся в образе настороженно замершей среди переплетения обугленных труб и балок гигантской кошки. Другая кошмарная тварь - спущенная с цепочки ручная пума притаилась поодаль. Проводив патруль тревожным взглядом, Балла вновь обратилась в слух. Тот кого она ждала здесь был достаточно умел, чтобы не дать себя увидеть. Но не слух подал притаившейся самке-пумоиду первый сигнал тревоги. Его принес легкий рассветный ветерок. "Это тот, рыжий, с рваными ушами, - угадала Балла. - Через болота шел: мокрый запах, с гнилью... Значит верно предупредили Хозяина... Хозяина не обманешь... Ну иди, иди сюда..." Зверь приготовился к прыжку. Появление тщательно выбритого и наряженного в безупречно выглаженный и еще более клетчатый, чем обычно комплект Барсука неслыханно ранним утром - казино еще не закрывалось - в его рабочем кабинете было воспринято служащими и завсегдатаями "Рая грешников" с настороженным облегчением. Пегая Марго провела полчаса наедине с боссом, сдавая так толком еще и не принятые ею вчера дела. Дюк доверительно доложил о том, что супруги Фигли уже проели ему плешь, пытаясь дознаться судьбу "той картинки, что в "черном казино" висела", а господин Сванидзе лично - до открытия суда - зашел в деловые апартаменты "Рая", чтобы выкурить с хозяином сигару и поинтересоваться, не докучает ли тому безмерно отупевшая за последние год-два полиция. И не забыли ли аборигены отблагодарить своего друга за ценную и своевременную информацию... "Ти-ви" среди прочих новостей передало заявление администрации Дальних Баз о происках шпионов Военно-Промышленного Комплекса, пытающихся превратить Гринзею в рассадник промышленного и политического шпионажа. Президента и Парламент предупреждали о возможных последствиях. Разумеется, поминали Мацумото. Похищенного заодно с японцем владельца фотосалона Вернера полиция обнаружила в его же доме, в состоянии наркотической прострации. Теракт на стоянке транспорта ничем в новостях особо отмечен не был среди четырнадцати других, приключившихся за последние сутки - всего-то три жертвы - и говорить не о чем. Участие в происшедшем Ромуальдо Беррила осталось фактом, как бы и не существующим. Лейтенант Брюс, впрочем, оказался посмертно повышен в звании. Нечто невнятное было сказано о "событиях в недрах джунглей", после чего все каналы переключились на трансляцию совместного заседания палат Парламента. Просветлевший и одновременно затуманившийся лицом Люк, вместе с чашечкой дымящегося кофе и благоухающим круассаном принес боссу и небольшую проблему: - Вас просит к аппарату мадам э-э... Красная Опасность, одним словом. - Рыжая Хризантема, Дюк. Сколько раз я должен учить тебя называть вещи не так как есть, а СВОИМИ ИМЕНАМИ. Рыжая Хризантема - это единственное имя, на которое Мэг не обижается. Кто бы мог, однако, подумать, что старая метелка поднимается раньше часа пополудни? Что ей нужно? - Кажется, эта... Кажется, мадам надумала продать часть акций своего "Хилтона"... - Вовремя, черт бы ее побрал. Соедини. Когда Дюк вышел, Барсук, поразмыслив, легким подзатыльником освободил свое ухо от жемчужины подслушивающего ретранслятора и заботливо поместил аппаратик в морозильную камеру холодильника. Затем поспешил к надрывающемуся мелодичным свистом терминалу. - Ты неплохо выглядишь, Ромми, - приветствовала его Коррозия. - У тебя всегда найдется доброе слово для старого друга, Мэгги, - ласково констатировал Микис. - Ладно, Барсук - к делу. Я тут подумала и решила принять твои условия... - Бог мой, какие условия? - с осторожностью осведомился Палладини. - Если хочешь говорить всерьез, я жду тебя. У себя, в малом кабинете. Барсук замялся. Возможность по дешевке - под шумок надвигающейся войны прикарманить одну из крупнейших гостиниц Периметра упускать было нельзя. - Ладно, ради старых друзей приходится откладывать новые дела... - натужно сострил он. - Я буду у тебя через полчаса. Он выключил блок и тут же снова включил. - Нет, - пояснил он козырному валету прикрытия, с помощью индукционного мини-искателя осторожно выуживая из одежды пару пассивных радиомаячков. - Это не имеет никакого отношения... Я не имею понятия, почему забарахлил передатчик. Я проверю... Вы же слушали разговор... Да, бизнес чистой воды... До своего "BMV" Барсук не дотронулся и пальцем. На пронизанной утренним ветром улице он пропустил два пустых такси и сел в третье - от греха подальше. - Через пятнадцать, от силы - двадцать минут - наш выход, - нервно пробормотал Гвидо. - Надеюсь, обойдется без телекамер. Блок связи Кая призывно квакнул и Федеральный Следователь извлек аппарат на свет божий. С ним желала говорить профессор Мартинес. - Вообще-то, это не для эфира... - задумчиво начала она. - Но дело в том, что мне, видимо не следует продолжать морочить вам голову... Уже когда мы говорили с вами, я знала примерный характер результатов, которые вы ожидали... - Теперь их знаю и я, - успокоил естествоиспытательницу Кай. - По крайней мере, предварительные результаты предполагают те же выводы, которые вы сделали в вашем докладе Послу Окаме незадолго до его последнего отъезда... - О... - выразительно прокомментировала его слова профессор. - Вы поступили совершенно верно, не поставив меня в известность об этих результатах. Слово есть слово. Но считайте, что вы от него свободны. Я ознакомился с дневником покойного... Изящно переплетенная, кожаная, на замке - под старину тетрадь теперь действительно была надежно приобщена к материалам дела. - В таком случае... - В любом случае нам необходимо очень серьезно поговорить. - Я думаю, что мои коллеги не будут против вашего присутствия на семинаре. Для узкого круга... - Особенно, если семинар состоится в кабинете господина Посла. Нового Посла Метрополии. Его имя будет названо сегодня. - Это... Это сильно меняет все дело. Но, думаю, это неизбежно. Кем бы ни оказался этот новый Посол. - Надеюсь вы сможете принять нас - я имею ввиду Следственную Комиссию, как только мы освободимся. Мы должны будем согласовать многое. А пока - позаботьтесь, чтобы ничего не приключилось ни с вашими материалами... ни с вами самими. Мы со своей стороны об этом уже немного позаботились... - Мы уже заметили... До встречи, Следователь... - Вас просят пройти в кабинет, господа, - объявил появившийся в дверях охранник. Оглядываться перед тем, как войти в "Димитриади-Хилтон" Барсук не стал. К чему-бы? Наконец-то ему предстояло очень простое и совершенно законное дело. Наконец-то риск состоял только в деньгах - пусть и довольно приличных. Это была его стихия. Кабинет Красной Опасности был выдержан в стиле, который здесь почитали за китайский - то есть изобиловал громадными, под фарфор вазами, оснащенными изображениями драконов, низкими сидениями и лаковыми столиками. За одним из них Барсуку и было предложено расположиться. Еще ему была предложена чашечка зеленого чая и нечто хрустящее, невесомое и лишенное определенного вкуса. Чтобы сказать свое слово относительно того, кто именно является хозяином положения, Микис, небрежно извинившись, извлек из кожаного футляра сигару, обрезал ее кончик болтавшимся на серебряной цепочке причиндалом и не без некоторого нахальства в позе стал раскуривать над огнем брезгливо пододвинутой к нему настольной зажигалки. Всем своим видом он показывал, что ждет, когда партнер проявит, наконец, инициативу. - Должна извиниться перед вами, за небольшой обман, - известила его Мэг, выждав достаточную паузу. - Я так и не надумала продавать права аренды на "Димитриади"... - Тогда, зачем я сижу здесь в таком приятном обществе, мадам? Если вы думаете, что я так люблю пить зеленый чай в вашем обществе, так я вам скажу, что нет. В вашем обществе я люблю только немного посидеть и посмотреть на приятную женщину. Но, понимаете, мадам, как-то всегда так получается, что у Ромуальдо Беррила никогда нет времени для такой маленькой радости... - Ну а для того, чтобы переброситься парой слов со старым другом, у тебя, может быть все-таки найдется минута-другая? - прозвучал за спиной у Барсука до боли знакомый голос. Фигура в монашеском капюшоне нависла над содержателей "Рая грешников" и тяжелая длань легла на его плечо. - Найдется, разумеется найдется, Шишел, - обреченно признал Микис и нервно погасил сигару в бледно-зеленом содержимом чайной чашки. - Прежде, чем предоставить слово представителю Следственной Комиссии, расследующей обстоятельства, связанные с гибелью Посла Окамы, память о котором, без сомнения дорога всем нам, я должен ознакомить членов Комитета с последними сообщениями, поступившими с мест развернувшихся военных действий, - Президент пододвинул к себе только что принесенную секретарем папку и строго посмотрел на собравшихся. - Со вчерашнего утра резко активизировали свои действия все четыре вооруженные группировки, контролируемые так называемым Большим Питоном. Удар обрушился на шесть туземных поселений, два из которых на данный момент сожжены дотла. Резню начала всем известная банда, известная как "Десница Пророка". До истекшей ночи события развивались по обычному сценарию, и решающее преимущество сохранялось за э-э... криминальными структурами. Однако, начиная примерно с полуночи, ситуация начала резко изменяться. Стало известно о гибели на территории Периметра ряда лидеров Десницы, в том числе давно находившегося в розыске Эль Аттари Мохаммеда, и известного террориста Лысого Исламбека. Это внесло панику в ряды лесных банд. Одновременно, совершенно неожиданно для всех... участников событий и - отмечу это особо - для нас с вами, господа, аборигенами были пущены в ход современные средства ведения боя, включая тяжелые разрядники, "интеллектуальные" ракеты и противотанковую техника. В настоящий момент обе стороны перешли к позиционному противостоянию. Последнее, что стало известно - это распространившийся в джунглях призыв так называемого Тайного Пророка к туземному населению не противиться судьбе, сложить оружие и передать так называемых Учителей в руки служителей Тайного Храма. Впервые никто из вождей туземных племен не ответил ни слова на призыв Тайного Пророка. - Я не понимаю, какое отношение к военным действиям имеют религиозные проблемы? - прозвучал вопрос с места, произнесенный на редкость бесцветным голосом. - Не думаю, что когда мы говорим о Тайном Пророке, мы говорим о религии, - тоже каким-то ставшим вдруг невыразительным голосом, ответил в заполненное приглушенным светом пространство бункера. - Предоставляю слово представителю Следственной Комиссии, расследующей обстоятельства гибели Чрезвычайного и Полномочного Посла Метрополии "Земля" в Колонии "Гринзея-2" Ли Окамы... - ...Балла, - в пятый раз молвил в микрофон блока связи плоховато выбритый хмырь в грязноватой чалме, - Балла, где тебя носит Шайтан? Ответа вновь не последовало. Дела были плохи, очень плохи. Хмырь аккуратно укрыл под курткой блок связи, подхватил со стола четки и впал в тихую задумчивость, вперив взор блеклых глазок в разукрашенный разводами плесени потолок укромного закутка, расположенного за стенкой довольно респектабельного офиса. В офис этот как раз входил - на этот раз не забывая оглянуться и осенить себя Крестным Знамением Ромуальдо Беррил. - Вы не ошиблись, мистер, - доверительно сообщил ему, поспешивший навстречу клиенту строго одетый господин. Если вы озабочены устройством последних э-э... в этом мире хлопот кого-то из ваших близких, то лучшего заведения, чем фирма ритуальных услуг "Аваллон"... - Передайте хозяину, - умирающе тихим голосом, но с большим значением произнес Барсук, что его желал бы видеть человек от господина Шаленого... - Вы имеете дело с главным компаньоном из трех владельцев "Аваллона" с некоторым недоумением молвил господин в строгих одеждах. О каком господине Шаленом вы говорите? - Возможно, - еще более тихо и с еще большим значением произнес Барсук, - вы знаете этого человека под э-э... прозвищем Шишел-мышел... - Простите, но мне не стало яснее, о ком идет речь, - владелец похоронной конторы стал непроницаем. - Тем не менее, если вы намерены сделать заказ, рекомендую не медлить. Политическая ситуация такова, что у нас предвидится много сверхурочной работы... - Благодарю вас. Извините - кто-то, кажется, дал мне адрес не от того места, какое я у него спрашивал... - быстро выговорил Барсук, пятясь к двери. - Сожалею, мистер... - начал похоронных дел мастер, но Барсука уже вынесло на улицу. Задумчиво скребя лысеющее темя он двинулся к обочине тротуара, где его поджидало такси-автомат. Опустившись на сидение, он извлек электронную кредитку и уже собирался втолкнуть ее в щель терминала, когда с заднего сидения, хорошо запомнившийся ему голос спросил без всякой интонации: - Вы, ведь не думали, что по такому деликатному вопросу с вами будут говорить прямо в присутственном месте, господин Беррил? - Ф-фу, зачем так пугать человека, если кругом война, полиция совсем не борется с преступностью, а вы хотите с ним иметь дело? - приложил руку к сердцу Барсук. - Но я не ожидал встретить вас по такому вопросу и в таком месте... - Я тоже не ожидал встретить вас, мистер, - все также бесстрастно заметил невзрачный хмырь. - Господь благоволит к вам. Кай закончил свое краткое изложение содержания Доклада. - Могу добавить от себя, - сухо добавил он, - что информация, ставшая доступной для нас за время проведения расследования только подтверждает точку зрения покойного Окамы. С основными моментами наших собственных э-э... наблюдений вас познакомит капитан Дель Рэй. С этими словами он опустился на жестковатую скамью и, стараясь не выдавать живейшего интереса, стал гадать, которая из неполной дюжины обращенных к нему физиономий принадлежит Советнику Лэшли. Все члены Комитета годились на эту роль. Президент Гаррисон - не в счет. Советник не заставил его гадать слишком долго. - Мне кажется, что любой из нас, здесь присутствующих, обладает гораздо большим опытом общения с аборигенами, чем все члены э-э... Следственной Комиссии, даже взятые вместе... - вклинился в образовавшуюся паузу неуловимо похожий на платяную моль господин, занимавший место - несколько особняком - по правую руку от Президента. - Время не ждет, господа. Его слишком мало для того, чтобы тратить его на ознакомление с мнением дилетантов. Другое дело - точка зрения Посла Окамы, с которой нас наконец-то сочли возможным ознакомить уважаемые представители Метрополии... - Вы правы, Советник Лэшли, - сухо заметил Президент. - Поэтому постарайтесь быть кратким в ваших... комментариях. - Это не комментарии, Президент. Это точная и недвусмысленная оценка. Ничто так не подтверждает глубокую ошибочность всей той картины, что нарисовал в своем докладе покойный Посол, как тот страшный конец, что постиг его. Обстоятельства этой гибели, с которыми нас ознакомили члены Комиссии свидетельствуют, что агрессия аборигенов перешла границы нашей планеты. Рука убийц протянулась уже в Метрополию... Все пацифистские потуги господина Окамы не смогли унять аппетитов его подопечных, которых он столь наивно опекал все годы своего пребывания на Планете. Только решительный и беспощадный удар возмездия может разрубить этот гордиев узел проблем, связанных с кризисом в который зашли отношения Колонии и Леса... - Вы сегодня плохо выглядите, советник... - как-то не особенно к месту перебил этот высокопарный монолог Президент. - Ваша точка зрения уже всем известна, благодаря... - рука его приподняла над столом тонкую стопку скрепленных листков, - ...вашему обращению к Почтенному Парламенту и к моей скромной особе... Однако, она не является единственной... Я же хотел бы только уточнить, что ваше лично нежелание выслушать мнение второго члена Следственной Комиссии не может изменить принятую нами повестку сегодняшнего заседания. Прошу членов Комитета выслушать сообщение капитана Дель Рэя. Гвидо поднялся, сохраняя на лице непроницаемо почтительную мину. Он старательно глядел мимо блеклой физиономии Советника. - Я не собираюсь занимать ваше время господа своими наблюдениями за жизнью и нравами аборигенов, хотя, в другой раз они, быть может и заинтересуют кого-то из вас. Мое сообщение касается сложившейся у следствия на данный момент версии гибели Посла. В том, конечно аспекте, который поставлен сегодня на первое место. Ни при каких других обстоятельствах ни я, ни мой коллега не стали бы нарушать железное правило - не выносить на обсуждение третьих лиц материалы незаконченного расследования. Но, поскольку, как выяснилось, не дождавшись окончательных результатов нашей работы, влиятельные лица Колонии - тут, наконец, Лэшли удостоился взгляда капитана - используют происшедшее несчастье, как один из мотивов для предполагаемой... акции возмездия, я не могу не настоять на том... Короче, я должен показать уважаемому Комитету всю шаткость этого мотива... - Пока что все, что мы знаем о ваших э-э... результатах, только подтверждает нечеловеческую природу той причины, что погубила Посла, - резким тоном подал реплику с места Советник. - Следствие на данный момент уверено лишь в том, что убийца Посла прибыл на Землю вместе с ним. И, судя по всему имел обличье человека. В подобном же обличье он вернулся на Гринзею. Сейчас нам стали более или менее ясны мотивы такого возвращения, но я не стану подробно останавливаться на них до времени. Ясно, что преступник или преступники располагали практически неограниченными материальными средствами, которые никем не контролировались. Ясно, также, что одной из целей совершенного преступления было лишить администрацию Метрополии и Гринзеи возможности ознакомиться с аргументацией Посла Окамы, проливающей свет на причины нынешнего обострения ситуации на Планете. Неужели же вам, господа не ясно, что предлагаемая карательная акция против аборигенов даст результат прямо противоположный намеченному? Все, что мы с моим коллегой успели узнать о способности туземного населения к военному сопротивлению, говорит о крайней неэффективности всех таких экспедиций... - Как я понимаю, - ядовито и бесстрастно заметил с места Советник, - господам с Земли было бы куда как приятнее, если бы Периметр нанес удар не по зеленым выродкам, затеявшим прямое уничтожение Колонии, а наоборот - в спину своим же собратьям, которые, возмутившись постоянным вмешательством аборигенов в их жизнь, взялись, наконец, за оружие... - Эти наши собратья называются бандами Большого Питона и известны тем, что не раз вырезали целые поселения как аборигенов, так и мирных плантаторов и торговцев, - как-то особо четко выговаривая слова, прервал его суховатый седой военный, сидящий справа от Президента. - При этом каждый раз вслед за этим Периметр затевал очередной карательный поход против "распоясавшихся туземцев". Истина всплывала всегда слишком поздно... Тот удар в спину, которого вы так боитесь, Советник, они давно заслужили. Среди членов Комитета эти слова вызвали некое брожение - то ли какое-то приглушенное одобрение, то ли, наоборот, ропот возмущения. Президент воспользовался моментом и наклонившись над столом решительно провозгласил: - Все наборы взаимных обвинений, которые вы приготовили для сегодняшнего заседания все здесь присутствующие знают наизусть, а господам членам Комиссии они вовсе не интересны. Раскроем карты, господа. Здесь и сейчас нам предстоит выбрать одно из двух решений. Только из двух, не больше. Вы все давно знаете их. Более того, имеете на руках разработанные планы соответствующих военных операций. Я в этом уверен. Остается поставить вопрос на голосование. - Уточните формулировки, пожалуйста, - жестко потребовал, почти распорядился с места Советник Лэшли. - Охотно. Первое предложение - ваше, Советник: решительно стать на сторону сформированных из людей э-э... вооруженных формирований и примерно покарать туземцев, поднявших руку на людей Периметра и представителей Федерального Директората. Я правильно выразил вашу мысль? - Достаточно близко к сути дела... - неохотно признал Советник. - Второе: самым решительным образом ликвидировать вооруженные группировки лиц, систематически провоцирующих вооруженные инциденты и повинных в развитии наркоторговли и поставках оружия земного типа туземцам и биологических типов оружия в Периметр. Предоставить Следственной Комиссии Федерального Директората возможности провести в отношении этих лиц следственные действия в части дел, касающейся гибели Посла Окамы. - Автором этой идеи, в протоколе, прикажете означить вас, господин Президент? - уточнил почти без вопросительной интонации в голосе Советник. - Я полагаю, что достаточно точно изложил точку зрения глубокоуважаемого депутата Пирволяйнена... - неопределенным тоном ответил Президент. Депутат Пирволяйнен - тот самый обладатель седого "ежика", что осмелился возвысить голос против тирады Советника - коротко кивнул в знак согласия. - Имеются ли у почтенных членов Комитета еще какие-либо вопросы? - осведомился Президент. - Прошу перейти к голосованию. Кто за первое предложение? За второе?.. Большинством в три голоса проходит предложение депутата Пирволяйнена при одном воздержавшемся... С вашего позволения, именно в духе нашего решения я и проинформирую Почтенный Парламент, выступить перед которым мне предстоит уже менее, чем через полчаса. Благодарю вас и прошу считать себя свободными, господа... Гвидо с недоумением окинул взором стремительно пустеющий бункер. Перекинулся взглядом с Федеральным Следователем. Пожал плечами и направился к выходу. В пустынном вестибюле бункера Администрации Кай и Гвидо подождали для порядка минуты две и, убедившись, что, по всей видимости, не нужны здесь никому, устремились к подъемнику внешнего выхода. Подоспевший сзади лейтенант Ополчения придержал капитана контрразведки за локоть. - Вас просят задержаться, господин капитан. Командование объединенного штаба операции настаивает на вашем участии в ее работе... - тон порученца был достаточно вежлив, но весьма настоятелен. - Дайте о себе знать, как только освободитесь, - сухо сказал Федеральный Следователь, принимая неожиданно меняющиеся правила игры. Еще раз пожав плечами, Гвидо недоуменно обменялся с Каем прощальным рукопожатием и послушно зашагал путем, которым его повел энергичный порученец, маневрировавший в кильватере, словно овчарка, загоняющая небольшое, но бестолковое стадо овец. Беррил нервно постукивал нераскуренной сигарой по панели управления кара. Мужичонка в чалме не спешил появляться в условленном месте. Его переговоры с Поставщиком явно затягивались. Меньше всего хотелось Барсуку иметь дело с людьми дважды уже пытавшимися отправить его на тот свет. Меньше всего ему улыбалось то обстоятельство, что именно Свистун-Поставщик и оказался тем самым покупателем для столь долго сберегавшегося им товара. Больше всего ему хотелось без оглядки бежать из ловушки куда его загнали хмуро ворочающиеся где-то за кулисами привычного ему мира силы... В городе было тихо. Тихо, как в воскресное утро. Легионеры и бойцы Ополчения, обычно ошивавшиеся в центре, сейчас ждали приказа где-то на рубежах отпора, всяческая шушера, мошкарой вившаяся вокруг баров и торговых заведений ушла в подполье ввиду предстоящего объявления осадного положения. Трудовые армии вкалывали в блоках Технологии. Синие и белые воротнички млели в офисах, обыватели сидевшие по домам и ресторанчикам и уподобившись кроликам, созерцающим пасть питона, млели перед экранами "ти-ви". Да и место было выбранно тихое - тупичок у монастырской стены. Только братья-францисканцы, в наброшенных капюшонах изредка протискивались мимо неудобно поставленного кара. Чтобы избавиться от гнетущей тишины, царившей над Периметром, Барсук ткнул пальцем в клавишу радио. Несколько минут он слушал ностальгическую музыку, потом диктор стал излагать новости: решение Почтенного Парламента о проведении миротворческой акции, назначение Чрезвычайным и Полномочным Послом Метрополии "Земля" в Колонии "Гринзея-2" экс-кандидата в члены Директората - Адама Ябедко... И все такое... Только хлопок правой передней дверцы возвратил Барсука к действительности. Человек в грязноватой чалме уже сидел рядом с ним и невыразительно глядел прямо в зрачки. - Слушай меня внимательно, и запоминай, - тихо, без малейшей интонации сказал он. - Через четыре часа - не раньше - ты, с Ранчо Чудака двинешься с товаром по Мостику к Ночным Распадкам. - Я, извините, не траппер... - начал Барсук, но осекся. - В пакете с товаром, - не обратив на его слова ни малейшего внимания продолжал небритый хмырь, держи пиропатрон, как договорились. Если что - выдергивай кольцо и бросай барахлишко подальше... В ущелье - где "каменные люди" стоят, найдешь хижину Гохо-Колдуна... Он поведет тебя дальше... - Простите, но я и без вашей помощи знал, что Гохо знается со Свистуном, раздраженно возразил Барсук. - Где, черт возьми, гарантии... - Гарантия - это то, что Поставщик не станет ссориться с Шишелом... А если бы Поставщик не переговорил с Гохо, то ходить тебе в Ночные Распадки было бы без толку. Мог бы и сам сообразить. Ты все понял? - Не беспокойся, Барсук - человек понятливый, - негромко прогудел проходивший мимо кара массивный монах и молниеносно просунув мощную руку в боковое окошко приставил к затылку небритого хмыря здоровенный "кольт" с глушителем. Хмырь невыразительно глянул на бороду Шишела и промолчал. - Ты свободен, Барсук, - продолжал Шаленый, уже усаживаясь на заднее сидение. - Получше прихлопни дверь... А мы с господином этим в путь тронемся. И не через четыре часа, а прямо сейчас... Так оно понадежнее будет... - Не... Не надо, Шишел! - хватая воздух ртом, вдруг выпалил столбом стоявший на залитой светом в зените стоящей Звезды брусчатке, Барсук. - Ты со Свистуном не сладишь... Брось это все... Этих слов по сценарию произносить ему не полагалось. Но именно сейчас страх владевший им последние сутки одолел все остальные чувства, и сдержать себя он уже не мог. - Надо, - сурово осадил его Шаленый. - А ты, друг, пушку-то свою осторожно так мне сюда, в ручку подавай. Так... И блочок, блочок-то свой сюда подай... Ну, молодец... Теперь за руль пересаживайся... Странное чувство раскалывало душу Барсука. Он понимал, что единственный человек, дружба с которым давала ему ощущение прочного тыла, совершает сейчас роковую, ужасную ошибку, самоубийство... Долгие годы Шишела могло не быть рядом и, все-таки, пока он был где-то, каменная стена стояла за спиной Барсука. Эту стену можно было позабыть, можно было по-мелочам хитрить с ней, но не предать ее по-настоящему... Спасти себя сейчас означало спасти Шишела. Но единственным спасением для него было сейчас стать окончательно и бесповоротно преданным. Барсук сглотнул воздух и тот комом стал у него в горле. Надо было принимать решение. - А что ж вы хозяина-то то Свистуном, то Поставщиком каким-то кличете, - поинтересовался Шишел у хмыря - Свистеть, что ль, друг этот любит? - Любит, - бесцветным голосом подтвердил хмырь. Выражение его лица не изменилось, но что-то в нем заставило Шишела внимательно к нему приглядеться. - Ты вот что - не тяни резину - трогай, - негромко скомандовал Шаленый. - Свистун тебе не простит этого, Барсук, - произнес в пространство хмырь и тронул машину. Комиссия, носившая столь грозное наименование, состояла из четырех не слишком молодых колонистов - кто в штатском, кто в мундирах. В тесноватом бункере было основательно накурено местным табачищем. Царила полутьма, только, словно из волшебного колодца, с экрана горизонтального дисплея типового штабного стола струился мягкий свет, испускаемый проекцией голографической карты какого-то фрагмента Леса. Тот из четверых, что был облачен в потертый мундир Ополчения представился полковником Разиным и предложил гостю занять место у стола. Остальные трое носили то же звание и звались О'Донованом, Уитли и Цвайштюккером. Последнему трое первых и предоставили честь деликатно объяснить господину члену Комиссии суть дела. - Как вы только что видели, господа, - энергично разминая свои похрустывающие в суставах, длиннющие пальцы, начал тот, - Президенту удалось, наконец, склонить Комитет санкционировать военную операцию против криминальных элементов, окопавшихся в глубине Леса. Это вовсе не означает, что отныне Периметр берет сторону аборигенов. Наоборот, принимая во внимание неизбежное участие в подготовленной акции Легиона, туземцам может э-э... достаться не меньше, чем людям Питона... В конечном счете, Периметр этой акцией решает ворительное (?) мероприятие... Не будем скрывать, - тут полковник Цвайштюккер жестом призвал в свидетели всех трех своих коллег, - что операция эта готовилась аппаратом Президента давно - потери Периметра от контрабандной торговли и ущерб, приносимый, поступающими из Леса наркотиками и биологическими видами оружия слишком велики, чтобы закрывать на это глаза - и то, что сейчас решению об ударе по базам криминальных группировок придана форма м-м... эмоционального, импульсивного акта, не должно вас вводить в заблуждение... У нас свои дипломатические тонкости - тут, в нашей внутренней жизни... - Позиция Советника Лэшли, например... - подсказал замявшемуся полковнику Гвидо. Кто-то из внимавших беседе чинов - О'Донован или Уитли - крякнул вполголоса. - Номини, господа, знаете ли, сунт одиоза, - продемонстрировал несомненное знакомство с латынью Цвайштюккер. - Но не это должно привлекать ваше внимание, капитан. Ваше вмешательство, как представителя правоохранительных структур на Федеральном уровне, с санкции, собственно, Директории необходимо в несколько ином аспекте... Все наши усилия решительно и надолго умиротворить Лес не будут стоить и выеденного яйца, если не будут э-э... устранены Тайный Пророк, его Храм и его секта... Вы знакомы с этим м-м... персонажем? - Только заочно, - сухо заметил Гвидо. - Это - действительно человек? С Земли? - Ну, личным знакомством с этим субъектом мало кто мог похвастаться, - криво улыбнулся полковник. - А те, кто, мог те, как правило, уже не могут... Относительно того, землянин ли этот тип или нет, ничего путного вам тоже никто здесь не скажет, но вот то, что это не абориген - это точно. Это, безусловно, человек. Человек, наделенный м-м... весьма необычными способностями... Проведший в Лесу не один десяток лет, но, в то же время, прекрасно разбирающийся в делах Периметра. Личность более легендарная, чем реальная. До некоторой поры. Но около шести лет назад Пророк изменил свое поведение - объединил вокруг себя Изгнанников - отщепенцев, вынужденных покинуть свои племена - и создал некий Храм Тайного Учения. К чему сводится Учение это, сказать трудно - на то оно и тайное, но практические дела этой секты сводятся к похищениям колонистов и их обработке всякой местной психохимией, пропаганде античеловеческих идей, призывам к полной изоляции Леса и всей планеты. И к постоянной тайной поддержке банд типа "Десницы". Собственно, Большой Питон - человек Тайного Пророка. Его второе "я"... - А вообще-то, это - разные лица? - несколько иронически осведомился Гвидо. - Жизнь - это не театр одного актера, молодой человек, - с некоторым упреком заметил Цвайштюккер. - Не советую вам особенно прислушиваться к болтовне досужих олухов. В ходу всевозможные идиотские слухи о тех чудесах, что творит Пророк в своем Храме. О том, что он способен превращать одни твари в другие, воплощаться в них сам и, даже, о том, что он создает своих слуг прямо из ночной тьмы... - Я сталкивался с этой публикой, - заметил Гвидо. - Их называют здесь "Ночь Среди Дня". Да и мистер Санди, думаю не забыл того джентльмена, который рекомендовал туземцам похоронить нас заживо в горячем пепле... Не знаю, много ли тьмы в этих недоделках, но вот дерьма - явно с избытком. - Это весьма занимательно, но несущественно сейчас, господа, - полковник выпрямился в дьявольски неудобном кресле. Существенно то, что, практически, все раздоры последнего времени между Лесом и Периметром коренятся в деятельности секты Храма Тайного Учения. Существенно то, что, наконец, аборигены в лице Учителей стали враждебны не только Питону, но и Пророку. И существенно то, что местонахождение Тайного Храма не представляет теперь для нас неразрешимой загадки! - Так чем же тогда Следственная Комиссия, расследующая весьма далекий от военного планирования вопрос, может хоть чем-то еще помочь вам? Вам и карты в руки, - почти тем же тоном, чуть наигранно посоветовал Гвидо. - Для того, чтобы положить на заданный район бомбовый ковер, вовсе не нужны члены Следственной Комиссии... - Ну, - осторожно вошел в разговор Уитли - рыхловатый и, кабы не острый пронзительный взгляд глаз - бусинок, добродушный на вид толстяк, - вы только что - на заседании Комитета - довольно убедительно связали смерть посла Окамы с теми разоблачениями, которые содержатся в его докладе. Вам не кажется, что они напрямую адресованы Тайному Пророку и его пособникам здесь, в стенах периметра? Вы ведь не даром уточнили, не является ли Пророк землянином? К тому же речь идет не о наличии точных координат расположения Храма, а о том, что э-э... определенные группы среди аборигенов на определенных условиях согласны проводить неких доверенных лиц к месту расположения этого э-э... сооружения... Я имею ввиду, в основном, пумоидов. Первоначально они были фанатично преданы Пророку, но не далее, как несколько суток назад у них произошел довольно крутой раскол... - Вы хотите, - Гвидо постарался поудобнее усесться на предоставленном ему сиденье, - чтобы я направил Тайному Пророку повестку с вызовом на заседание Комиссии? Или кому-то из его друзей в Периметре? Господин Санди, признаться, уже сделал кое-какие шаги в этом направлении... Но при чем тут карательная экспедиция? Или, когда вы говорили о доверенных лицах, вы имели ввиду?.. - Вы почти угадали, капитан, - полковник Цвайштюккер глянул на Гвидо орлом. - Было бы весьма желательно, если бы Следственная Комиссия, в вашем лице, со всей решительностью потребовала от администрации Периметра и от объединенного штаба предстоящей операции обеспечить доставку Тайного Пророка в распоряжение названной Комиссии. И проведение расследования на месте - в районе дислокации Храма Тайного Учения. - И если Следственная комиссия потребует этого... - задумчиво подхватил Гвидо... - То Штаб, - отчеканил полковник Разин, беря инициативу на себя, - обеспечит вас необходимым количеством боевой техники и бойцов - из числа добровольцев, естественно. Операция, руководимая вами получит надлежащую поддержку средствами связи и транспорта. - Однако, - уже без наигранного удивления спросил Гвидо, - что мешает, допустим, самому Президенту распорядиться?.. - Выборы, - выстрелил заранее готовым ответом Разин. - Лэшли и его люди. Толпа. Толпа, которая помешана на ненависти к "зеленым уродам" и боится колдовства Тайного Учения... Этого вам мало? - Короче говоря, непопулярная акция должна быть инициирована несимпатичными чужаками со стороны? Чтобы Президенту Гаррисону просто не оставалось бы ничего другого, как нехотя подчиниться диктату Федерального Директората? - так же чеканя заранее готовые фразы зло уточнил Гвидо. - Для того, чтобы обратиться к вам, у нас есть и более веские причины, чем политическая игра, - надавив на собеседника голосом, парировал Разин. - Полковник О'Донован - он представляет здесь военную контрразведку Периметра - ознакомит вас с весьма интересным обстоятельством... - Ни при каких обстоятельствах Следственная Комиссия не даст втянуть себя... - запальчиво начал Гвидо. И, задумавшись осекся. - К сожалению, - сказал он после несколько затянувшейся паузы, - вы предлагаете нам почти именно то, к чему мы бы безусловно пришли и сами, но, боюсь, с большим запозданием. При выполнении определенных условий, нам, кажется, надо пойти навстречу этому... предложению. - Разумеется, разумеется. План акции разработан, но мы примем любые разумные коррективы, если они пойдут на пользу Следствию. - Цвайштюккер примиряюще замахал костлявыми руками. - Никто не тащит вас лично подставлять лоб под пули. Вы, будете находиться в центре управления операции и получите полную возможность... - Мои условия, - тихо остановил этот поток слов Гвидо, - состоят, боюсь именно в том, что вы не должны мне мешать, как вы изволили выразиться, подставлять лоб под пули... И уточните мне, пожалуйста, причину, по которой вы не пригласили сюда Следователя Федерального Управления Расследований... - Нам... - с некоторым затруднением произнес Цвайштюккер. - Нам представляется, что незачем отвлекать господина Санди от расследования, которое он столь энергично проводит внутри Периметра. Позиция же Планетарной Контрразведки представляется нам более подходящей для проведения такого рода операции. Ваше ведомство менее связано различными обязанностями в отношении бюрократии и... прочими условностями... "Понятно, - подумал Гвидо. - Операция по нанесению кинжального удара в нервный центр подпольной жизни и Леса и Периметра. От капитана контрразведки не ждут ничего, кроме выполнения непосредственной задачи - пленения Тайного Пророка. Или - лучше - уничтожения. С этим, скорее всего помогут: вооруженное сопротивление, попытка к бегству... Затем смерть Окамы и еще Бог весть что еще будет списано на проклятую секту. Мы своими докладами сами подтолкнули их к такому варианту решения. Очень удобно. А вот Санди - человек Управления просто по долгу службы должен будет там, на месте копать в направлении связей криминального подполья Леса и Периметра. Траффик наркотиков, оружия... Ну кому это надо? Эти ребята, кажется, считают меня дерьмом!" - Примите во внимание, что я не собираюсь предпринимать... те действия, о которых мы с вами толкуем, за спиной у представителя Федерального Управления... И настаиваю на своем присутствии на месте проведения акции. Лично. Последовала несколько натянутая пауза. - Ну что же. То, что сказал капитан Дель Рэй вовсе не идет вразрез с той информацией, с которой мы хотели вас познакомить... - кряжистый как сейф O'Донован вытянул на свет божий плотный лист, на который было наклеено нечто составленное из мозаики бурых клочков бумаги. - Говорят, что джентльмены не читают чужих писем, - продолжил он, - но обстоятельства сложились так, что нам пришлось не далее как этим утром ознакомиться с содержанием письма, направленного вам, капитан Дель Рэй... Надеюсь, что вы извините нас... - Что за чертовщина? Кто на этой планете мог отправлять мне письма? И при каких обстоятельствах, вы... - В лазарете нашего богоугодного заведения находится в отделении интенсивной терапии некий пумоид. Знакомые вам создания не так ли? Они изрядно покалечили друг друга с одной своей соплеменницей. Ужасное зрелище, доложу вам... Один из них - имя нам остается неизвестным - пытался проникнуть в стены Периметра в слабо охраняемой зоне Сгоревшего Порта. Жуткое место. А второй... Точнее вторая - имя этой особи нам довольно хорошо известно: Балла - находилась в засаде и попыталась завладеть неким посланием, которое имел при себе нарушитель... Собственно, оба пумоида находились на территории Периметра без документов Администрации и, следовательно, были нарушителями, но это неважно... Полиция подоспела вовремя - то есть до того как кто-то из них окончательно прикончил противника. Нападавшая успела скрыться. А э-э... жертву обработали парализаторами и доставили в околоток для установления личности и, главным образом, оказания первой помощи. А письмо это нашли частью на месте побоища, частью у израненного гонца... Когда его привели в чувства, он сообщил, что адресат письма - никто иной, как гостивший днями в их прайде, капитан Гвидо. К счастью, мы работаем в тесном контакте с полицией, и, к счастью, у кого то из околотка хватило ума немедленно сообщить куда следует. Вы прочитайте написанное... Почерк которым было написанное вымокшее в крови письмо был чересчур, пожалуй, своеобразен, но вполне поддавался прочтению. "Человек Гвидо, - гласило письмо, - ты хотел встретить людей, которые желали твоей смерти. Ты должен знать, что это значит, что ты хотел найти дорогу в Храм Тайны. Время прийти туда с оружием наступило раньше, чем мы оба хотели, но другого времени не будет. Мы идем в это место. Если ты и твои друзья хотят успеть - бери оружие и приходи к нам. Мы проведем тебя и твоих друзей к Храму. Нами движет Месть. Не опоздай. Рроу, пумоид." 7. ПРОБЛЕМА ТУЗЕМЦЕВ Закрытый семинар, он же - заседание Следственной Комиссии и впрямь проходил в кабинете новоназначенного Посла. Правда сам знаменитый миротворец и демократизатор еще не тронулся в путь к месту отбывания очередной почетной ссылки с Матушки-Земли и честь представлять перед уважаемым собранием Метрополию вновь досталась уже свыкшемуся с этой своей ролью Бенедетти. Президента Гаррисона представлял сам Гарри Р.Гаррисон. Бросалось в глаза отсутствие Советника Лэшли. Кай не удивился бы, если бы узнал, что после голосования в Парламенте бывшую правую руку Президента постигла давно ожидаемая опала. Профессор Мартинес была напряжена и явно ждала какого-то подвоха от собравшейся публики. - Как я понимаю, Следственная Комиссия пригласила меня для того, чтобы внести ясность в некоторые... биологические аспекты взаимоотношений колонистов и аборигенов... - начала она. Возражений не последовало. - В частности, мне были переданы образцы крови и других жидкостей тела аборигенов, некоторых их тканей, типичных препаратов, применяемых при оказании помощи туземным жителям их... лекарями. Должна признать, что анализ подобного рода объектов долгое время признавался занятием предосудительным, и только санкция Федерального Директората, переданная мне господами Санди и... - И кем еще? - заинтересовался Президент. - За несколько месяцев до этого с аналогичными просьбами к нам совершенно конфиденциально обращался не кто иной, как сам Посол Окама... Он прямо дал понять, что согласовал свои действия в высших кругах... - Ну что же. В этом кругу, я думаю, вы можете не тратить время на оправдание ваших м-м... трудов, - заметил его высокопреосвященство. - Тогда я предоставлю слово нашему фармакологу - Луису Моренго. Луис оказался смахивающим на цыгана молодым парнем, явно в первый раз представшим пред очи столь высокого начальства, и нисколько этим не смущавшегося. - Я не буду тратить время на то, чтобы забивать вам головы специальной терминологией, господа, и перейду прямо к выводам, - взял он быка за рога. - Давно существовало подозрение, что разного рода медицинские препараты и оборудование туземцы закупают для того, чтобы где-то там у себя, в дебрях джунглей проводить какие-тол опыты на захваченных колонистах и солдатах Легиона... Этими слухами мне лично продолбили всю голову. Так вот - все это чушь. Мне уже давно стало ясно, что основные применяемые в земной медицине средства имеют на организмы туземцев точно такое же влияние, как и на организм человека. Разница - ничтожна. Последняя серия анализов, которая стала возможна благодаря этой вот... любезности господина Федерального Следователя только подтверждает мой вывод. Сошлюсь еще на то, на что ссылаться считается не принятым... Про то, как лечить аборигенов давненько и хорошо знают всяческие подпольные лекари, которых в Периметре - пруд пруди... Да и полиция не колеблясь в случае надобности оказывает туземцам помощь в обычных лазаретах... Так что все эти мои умозаключения давно уже - секрет Полишинеля... Вопросы у вас есть ко мне, господа? - Простите, - вопрос задавал заместитель министра здравоохранения Колонии, - но хорошо известен факт полной биологической несовместимости фауны Гринзеи и земных форм жизни. В клетках гринзейской м-м... живности протекают совершенно иные биохимические процессы... Даже аминокислотный состав белков здесь иной - шесть аминокислот из двадцати восьми, входящих в состав белков местных животных не совпадают с аминокислотами белков человека и земных животных... Не совпадают также два азотистых основания, входящих в состав ДНК и почти полностью не совпадает генетический код... Кроме того, в компетентные органы Периметра, насколько мне известно неоднократно доставляли людей подвергавшихся в секретных убежищах, расположенных в глубине Леса бесчеловечным экспериментам... Это - достоверные факты... - Да, - подтвердил глава контрразведки Колонии. - Факты - налицо... - Что до всяческой биохимии, то тут много есть что сказать у доктора Мартинес. А вот насчет экспериментов на людях - простите, но, насколько я знаю, все доказанные случаи таких дел можно смело записать на счет Тайного Пророка. А его уж аборигеном никак не назовешь... - Послушаем саму руководительницу группы, - чуть помедлив, предложил Президент. - Мне придется изложить здесь перед вами несколько непривычную, даже радикальную концепцию... - с явным трудом заставляя себя говорить уверенно, начала профессор Мартинес. - Но факты не оставляют нам выбора... Дело в том, что в моем понимании, и в том понимании, которое постепенно сложилось у всех моих коллег, разумная жизнь Гринзеи представляет собой высшую форму мимикрии - мимикрию на молекулярном уровне. Еще в период Первой Высадки строение организма предков нынешних туземцев и его химический состав были, надо полагать, совершенно иными... Но опыт общения с представителями земной цивилизации не прошел для них даром. Трудно сказать, каким образом происходит у них процесс усвоения информации биохимической природы - возможно, это захват и перенос части генов какими-то подобиями плазмид или вирусов, может, это связано с неизученными еще толком культовыми обрядами, которые практикуются лесными племенами... Факт состоит в том, что туземцы, которые встретили Вторую Волну колонистов претерпели уже солидный сдвиг не только в своей культуре и языке, но и в своей молекулярной природе. Факт состоит в том, что все те показатели, о которых упомянул мой уважаемый коллега из министерства здравоохранения относятся к неразумным и неизменяющимся представителям фауны Гринзеи. Они хорошо изучены и, поверьте, я и мои сотрудники достаточно хорошо владеют информацией, по этому предмету. Но факт также состоит и в том, что эти же показатели представителей самых разных племен аборигенов и самых разных их биологических форм, гораздо ближе к показателям, характерным для представителей земной фауны. То же относится и к неназванным моим уважаемым коллегой показателям - иммунологическим характеристикам тканей, их изоферментным спектрам... - Таким образом, - прервал ее шеф контрразведки, - вы хотите сказать, что еще немного, и те, кого мы привыкли называть "зелеными уродами" заделаются настоящими людьми? Это весьма далеко идущее умозаключение... Признаюсь, мне по долгу службы пришлось ознакомиться с взглядами наших уважаемых биологов даже несколько раньше, чем они были сообщены господину Послу. Но, скажу прямо, я не ожидал, что они будут преподнесены уважаемой Комиссии в столь радикальной форме... - В отношении химического состава хромосом, они ими уже "заделались", если использовать вашу терминологию... - несколько агрессивно парировала профессор Мартинес. - Я попросил бы присутствующих спуститься из заоблачных высот науки и уточнить, какой свет факты, сообщенные нам могут пролить свет на расследуемое дело, - прервал начавшийся спор Президент. Кай воспользовался создавшейся паузой: - Я резюмировал бы информацию, полученную нами следующим образом: Посол Окама оказался ближе всех к разгадке проблемы туземцев... Я имею ввиду их биологическую природу, в которую упирается весь комплекс их взаимоотношений с Колонией и с земной цивилизацией, в частности. Уверен, что именно на этих его знаниях основывались основные рекомендации Доклада, подготовленного им перед гибелью. Отмечу, что в сам Доклад он обнаруженные им факты не включил... Видимо, у него были какие-то причины скрывать их. И, видимо, есть кто-то, кому показалось, что Посол знает слишком много... Я хотел бы обратить внимание на тот круг влиятельных лиц в Колонии, которые монополизировали всю сферу взаимоотношений с аборигенами и выстроили целую непроходимую стену перед исследователями, которые своей работой могли бы пролить свет на истинное положение вещей... - Если называть вещи своими именами, вы хотели бы вызвать для дачи показаний Следственной Комиссии одного из Советников Президента? - осведомился шеф контрразведки. - Ну что ж, я рад, что вы правильно меня поняли... - с осторожным облегчением в голосе признал Кай. - Раз уж мы здесь обсуждаем различные, в разной степени научные к_о_н_ц_е_п_ц_и_и_, - не без яда в голосе продолжил генерал в штатском, - то не находите ли вы, что та гипотеза, с которой нас вкратце ознакомила мадам профессор, указывает вам на совершенно другой круг, как вы выразились, лиц, среди которых и следует искать не каких-то абстрактных в_д_о_х_н_о_в_и_т_е_л_е_й_ убийства Посла, а непосредственно самого убийцу. - Рад буду ознакомиться с вашей версией событий, генерал, - Кай изобразил на лице живейшее внимание. - Вы довольно легко согласились с довольно экзотической теорией некоей молекулярной мимикрии. Только что нам сообщили, что еще немного, и аборигены смогут замаскироваться под самых настоящих землян. Жутко подумать, что нас ждет, если они при этом сохранят к тому же эту самую способность к перевоплощению. Как я уже сказал, по долгу службы мне приходится задуматься над таким предположением... И, знаете, что мне пришло в голову? Генерал выдержал недолгую паузу. - Почему бы вам не допустить, что такие фальшивые земляне уже существуют? - вкрадчиво спросил он. - Почему бы, раз уж мы предались такого рода фантазиям, не предположить, что они уже здесь, среди нас? Что именно они и являются теми, кто был заинтересован в том, чтобы "закрыть" открытие Посла Окамы? Почему бы не допустить, что кто-то из них даже сумел увязаться следом за Послом в его визите в Метрополию и там и прикончил бедного дипломата, а затем благополучно вернулся на Гринзею? Не лучше ли нам тогда начать компанию по тотальному выявлению таких оборотней? Как смотрит уважаемая Комиссия на такие предположения? - Простите, но подобная трансформация не могла произойти мгновенно, остаться незамеченной... - резко возразил с места молоденький фармаколог. - Однако, вами не предложено никаких конкретных механизмов таких превращений, - парировал генерал. - Так что рассуждать о том, что и как мы должны были заметить - довольно бесплодное занятие. - Я ожидал, - Кай повернулся к генералу, - что подобное предположение будет сделано. На мой взгляд, в нем есть только одно противоречие: Посол сознательно воздерживался от разглашения информации о обнаруженных им фактах того, что профессор Мартинес окрестила "молекулярной мимикрией". Взял слово с исследователей, к которым обращался. Только дневнику доверял свои наблюдения. Посол стремился восстановить мир между Колонией и Лесом. Посол был "своим" для всех вождей лесных племен. Там, на Земле он позволял себе лишь иносказательно говорить о том, что знал. "Пока там люди расстреливают аборигенов, - говорил он о событиях на Гринзее, - а скоро люди начнут расстреливать людей..." Когда мне передали эти его слова, я понял их несколько иначе... Впрочем, Посол на то и был дипломатом, чтобы придавать словам несколько разных смыслов одновременно... Единственным способом для предполагаемых "оборотней" надолго сохранять свой тайный статус было бы поддерживать такого дипломата, а вовсе не уничтожать его... - Так что же предполагаете _в_ы_? - осведомился генерал. - Я не строю гипотез. Надо узнать хотя бы несколько ответов на вопросы, которыми я не стану утомлять ваше внимание, господа. Единственное, что я предлагаю - это действовать в дальнейшем, учитывая то, что мы узнали о природе аборигенов, благодаря инициативе Посла Окамы. И о самой этой инициативе. Это всего лишь обстоятельства, открывшиеся в ходе расследования, которые Комиссия не сочла возможным сохранять в тайне, учитывая развитие событий на Планете... Та версия, что предположена вами, генерал, совсем не лишена логики, и поиск "оборотней", если вы действительно его предпримете, может и принести результаты. Но скорее усилит паранойю, которой, простите меня, Президент, охвачен Периметр. Комиссия же с вашего позволения, займется своим непосредственным делом. - То-есть, пока по-прежнему будете кого-то ловить и кого-то допрашивать... - скорее констатировал, чем спросил Президент. - Пока у нас есть и кого ловить, и кого допрашивать... - подтвердил Кай. - Вы ничего этим не добьетесь... Не будет ничего хорошего, если вы приведете меня к Колдуну этак-вот - связанным... - как всегда невыразительно, только на этот раз слегка придушенно заметил Хмырь. - Ты уж молчи, сука! - сурово оборвал его Шишел. Два раза в ловушки меня норовил завести, а теперь еще и в яму эту с Синей Гнилью... Ты у меня, гнида больше не побалуешь... А теперь пищи этим вашим условным писком. И без фокусов! - глушитель "кольта" уперся в основание черепа далеко не добровольного проводника. Хмырь, выдержав небольшую паузу, послушно запищал пещерным тараканом, после чего оба притаившихся в заросшей псевдопапоротником лощине путника замерли, прислушиваясь к звукам, заполнявшим окруживший их громадный объем погружающегося в вечерние сумерки Леса. Трудно сказать, какая именно последовательность звуков, отфильтрованная слухом проводника из этой тихой какофонии оказалась ответным сигналом Гохо, но спустя минут семь - восемь тот кивнул Шаленому: - Гохо появится сейчас. Не надо пугаться. Все-таки, развязали бы вы меня, Шишел... А то Колдун со стороны приглядится и с нами связываться не станет... - Ладно... - Шишел аккуратно освободил локти и колени спутника от крепких веревочных петель. - Но, смотри... Если спугнешь Колдуна... Еще минут двадцать они сидели в сгущавшемся зыбком полумраке - Хмырь, растирая затекшие после веревки руки, а Шаленый - незаметно придерживая наготове свою "пушку" и напряженно зыркая зло выкаченным глазом по сторонам. Гохо материализовался у них за спинами без малейшего, как обоим показалось, звука. Ему, даже, пришлось дать о себе знать кашлем, напоминавшем больше гнусное похихикивание. Шишелу пришлось признаться самому себе, что предупреждение проводника относительно того, что пугаться Гохо не следует, было весьма уместным... - Что вы, однако, вытаращились так бестактно, милейший? - поинтересовался Колдун, перебрасывая за спину колчан с зазубренными стальными дротиками, один из которых только что держал наготове в руках. - Годок-другой пообщаетесь с Хозяином, еще не таким красавцем станете... И почему спешите так. От Хозяина предупреждение было: к полуночи ждет он вас, не на закате... А пока - посидите в хижине. Нечего тут светиться. Тут по Лесу большая заварушка идет... Сказано это было довольно категорично, и Шишел, не решившийся с ходу круто взяться за местного лешего, послушно потопал за ним вслед, держа ненадежного Хмыря между ним и собой. Это, как выяснилось, было ошибкой. - Ты послушай, - загудел Шаленый, карабкаясь по крутой тропе вверх, в самую чащобу колючих зарослей, - я тебя, друг, не обижу. Заплачу сколько запросишь. Но к месту ты меня доведи сейчас, не к полуночи. В полночь поздно будет... - Это, смотря как попросишь... - глухо отозвался леший и с ходу нырнул в незаметную за пару шагов нору, оказавшуюся входом в неплохо замаскированную хижину. Хмырь не говоря дурного сова, последовал за ним. Шишел остался в одиночестве. Кай устало прикрыл глаза и довольно долго массировал веки пальцами. За все время пребывания на Гринзее ему и двух часов не удалось побыть вот так - спокойно сидя в тишине гостиничного номера. Более всего утомили его за последние сутки даже не хлопоты, связанные с лихорадочной подготовкой к слушанию в парламентском комитете и не само - довольно гладко, в сущности, прошедшее заседание, даже не импровизированный семинар по молекулярной мимикрии, а предшествовавшие всему этому ночные пререкания со старой каргой, присматривавшей за пустовавшим жильем, арендованным Посольством Метрополии. Проникнуть в квартиру, занимаемую когда-то миссис Вайоминг и извлечь из нехитрого сейфа, прикрытого пейзажем Столовой Горы дневник Посла оказалось самым подходящим занятием для людей с очень крепкими нервами. Кай подкинул на ладони тускло поблескивающий ключ и решил для себя, что среди прочих своих обязанностей, которые он непременно справит в следующее свое посещение Метрополии будет и отправление небольшой посылки для Ронни. С чем-нибудь, что поддержит малосимпатичную псину в минуту тяжких размышлений. Например, с пакетом "Педигри-Пал"... Пора, однако, было браться за дело. Федеральный Следователь придвинул к себе терминал настольного блока связи и вызвал Арчи Готвальда - главного оперативной группы. Около четырех минут ушло на выслушивание довольно убедительных оправданий, касавшихся так и не исправленного утреннего промаха: 1321 на связь не выходил. Оперативно-розыскная работа в его отношении ощутимых результатов не принесла. От бессистемно натыканных по территории Периметра камер здешней службы наружного наблюдения было мало проку, а туповатые филеры умудрились трижды - без особой, впрочем, уверенности - сесть в городе на хвост объекту, соответствующему приведенному в задании описанию и трижды его благополучно потерять. Кай пообещал лейтенанту Готвальду подать на него рапорт, и побрел в ванную - сполоснуть лицо ледяной водой и прикинуть, какие у него остались шансы повстречать в этом мире Микиса Палладини по кличке Скунс или, на худой конец, Ромуальдо Беррила - Барсука. Размышлениям его положили конец отчаянный писк вызова по кодовому каналу блока связи и мелодичный звон сигнала входной двери приключившиеся одновременно. Кай засунул в ухо горошину микродинамика, хлопнул по клавише приема и отворил дверь. Выслушивать лаконичный рассказ Гвидо о его предстоящем участии в планируемом захвате "лесного человека" - в рабочей терминологии Следственной Комиссии - Каю пришлось созерцая вежливо переступавшего порог его номера любезнейшего мистера Клода Фигли, вооруженного солидной папкой крокодиловой кожи. Федеральный Следователь попытался одним и тем же жестом и указать несколько неожиданному гостю на кресло у журнального столика, и извиниться перед ним за необходимость закончить разговор по блоку. Тот оказался достаточно понятлив. Переключив канал на текстовый режим, Кай отстучал на клавиатуре: "Все складывается нормально, капитан. Не стоит сожалеть о моем неучастии в акции. В городе дел хватит - положение сложное." - Не заставляйте меня казаться еще большей сволочью, чем это мне удается, Следователь, - зло резюмировал Гвидо и закончил разговор. - Чему обязан? - осведомился Кай, придвигая к расположившемуся на краешке кресла специалисту по фармсырью единственное что мог предложить в качестве угощения: пластиковый подносик с чипсами, изготовленными из какого-то здешнего продукта и смахивающими на чешую какой-то крупной и, должно быть, давно вымершей рыбы. - Прежде, всего, господин Следователь, я хотел бы представиться, - несколько церемонно начал гость. - Мне казалось, что мы уже имели честь... - недоуменно заметил Кай. - Разумеется, и честь и удовольствие быть представленным вам я уже имел еще на борту "Проциона", - посверкивая из под седых кустов бровей глубоко посаженными пронзительными глазками, заверил Следователя мистер Фигли. - Однако, к сожалению, обстоятельства нашей встречи были таковы, что я не имел м-м... возможности представиться вам в несколько ином, нежели странствующий коммерсант, качестве... "Интересно, - подумал Кай, изображая на лице живейший интерес к словам собеседника, какие еще службы и разведки остались вне игры в этой чертовой головоломке?" - Простите, но я и понятия не имел... - произнес он вслух и бросил в рот чипс наименее пугающего вида, приглашая и собеседника разделить с ним это сомнительное удовольствие. Тот, однако, решил так не рисковать, а в продолжение разговора извлек из внутреннего кармана вплавленную в пластик карточку с текстом, удостоверявшим, что господин Клод-Валентайн Фигли представляет в Секторе отдел розыска Фонда Гугенхайма. Чтобы припомнить, чем, собственно, занимаются и фонд и его отдел розыска, Федеральному Следователю потребовалось время. - Если не ошибаюсь, вы представляете негосударственную организацию, занимающуюся розыском особо дорогостоящих произведений искусства? - осведомился Кай, как-то невольно переходя на несвойственный ему высокопарный тон. Буду рад, если смогу быть чем-либо полезен вам в вашем э-э... благородном деле. - Мы с супругой уже сорок лет сотрудничаем с Фондом. Это очень помогает в смысле организации различных поездок, контактов... Мы не афишируем свою деятельность на этой э-э... ниве, но, поверьте, могли бы вам рассказать много интересного... Наслышаны и о тех успехах, которым дело сохранения культурных ценностей обязано вам... Кстати, ваша кандидатура обсуждалась при выдвижении кандидата на премию Фонда в связи с тем вкладом в поиски знаменитого изделия Фаберже... Вы сказали о возможной помощи Фонду... Боюсь, что такая помощь потребовалась... - внимательно глядя в глаза Федерального Следователя и явно ища в них следы понимания, убеждающим голосом сказал Клод-Валентайн. - Сейчас уже перестало быть секретом, зачем Следственная Комиссия направлена на Гринзею. И мне кажется, что вы знаете о каком произведении искусства идет речь в этом м-м... случае... - Действительно, - Кай сухо кашлянул, пресекая лишние слова, готовые уже сорваться с уст. - В деле о смерти Посла Окамы, действительно, фигурирует некое... произведение искусства, но, я, признаться, не понимаю, каким образом Фонд Гугенхайма... - Дело в том, что господину Окаме принадлежит честь обнаружения того произведения о котором идет речь. - Лицо Клода-Валентайна приобрело благостное выражение, напоминающее то, что появляется на лице гурмана, вспоминающего ужин "у Максима". - К счастью, Посол принадлежал к той э-э... возвышенной породе людей, душа которых не закрыта для Прекрасного... Мы находились с ним в тесном контакте, и господину Окаме мы обязаны тем, что Метрополия многое узнала об искусстве Галактической Периферии. А этот случай с полотном Балотти - просто увенчал его поиски. Им были сделаны снимки "Трапезы" и проделана необходимая экспертиза... На этом основании Фонд принял решения финансировать покупку полотна и заключена была, через господина Окаму предварительная договоренность с владельцем шедевра... Вы понимаете, что я имею ввиду господина Ромуальдо Беррила... Разумеется, господин Окама получал вполне достойные комиссионные... Вы можете, конечно, упрекнуть покойного в том, что подобного рода деятельность могла скомпрометировать его как дипломата, но поверьте, среди лиц, обретающихся при Дипломатическом Корпусе, он - далеко не белая ворона в этом отношении... - Простите, - несколько озадаченно прервал его Федеральный Следователь. - О каком произведении, какого Балотти вы мне толкуете? - Понимаю ваше недоверие. Мне, действительно, стоило бы выражаться яснее... - тут же исправился мистер Фигли. - Вот, - тут он извлек из крокодиловой папки прекрасно выполненную фотографию и протянул ее Каю, - перед вами "Трапеза во облаках" - образец фривольного периода творчества Витторио Балотти. А это - распечатка из каталога Службы Аукционов. Предполагаемая стоимость подлинника указана вот тут. Кай помассировал веки еще раз. Жить в одном мире с Ромуальдо Беррилом было занятием, порой, скорее утомительным, чем скучным. - Откуда у гринзейского содержателя гостиницы мог взяться шедевр, оцененный словно полотно Рубенса? - больше для порядка, чем в расчете на вразумительный ответ спросил он. - От самого Балотти. Известность и признание пришли к нему лишь в последние годы. К сожалению, как всегда в таких случаях - посмертно. Мало того, если бы не несколько скандальные обстоятельства самой его смерти... Впрочем, оставим это. А всего лишь пять лет назад великий Витторио расплачивался своими шедеврами за долги на этой самой планете, где он в нищете и безвестности дожил до сорока с лишним... К счастью, он своевременно сделал прекрасные фотокопии большинства своих произведений и поместил их в каталоги своих выставок... Правда, без указания точного местонахождения. Возможно, он имел ввиду выкупить их сам, но... Кай озадаченно рассматривал изображение возлежащих в немыслимой высоте, где-то среди перистых облаков существ - великого Витторио, безусловно вдохновлял Лес - зрелище, и впрямь, несколько непристойное, но и возвышенное. Слава явно недаром пришла к художнику. - Обратите внимание на того э-э... фавна в верхнем правом углу, - порекомендовал ему мистер Фигли. Это автопортрет маэстро. Он всегда... - Вам не приходило в голову, - несколько неприятным голосом прервал его Федеральный Следователь, - что вы с большим запозданием ставите Следствие в известность о некоем весьма существенном обстоятельстве дела? - Рынок предметов искусства настолько деликатная сфера, господин Санди... - Клод-Валентайн сцепил пальцы рук, не в силах пережить непроходимость извилин коры больших полушарий уважаемого собеседника. - Что розыскной отдел Фонда предпочитал до поры не придавать огласке планируемую сделку? Если не секрет, какую же сумму запросил с вас обладатель картины? - Вот предварительное соглашение, подписанное представителем Фонда и господином Послом... - перед Федеральным Следователем предстал еще один документ из роскошной папки. Предусмотренная сумма возмещения достаточно высока... - И достаточно далека от цифры выставленной аукционной службой. Похоже, что у мистера Беррила были какие-то основания сделать для господина Окамы пресолидную скидку. И Фонд не замедлил этим обстоятельством воспользоваться... - Речь идет сейчас не об этом, господин следователь... Совсем не об этом. Фонд готов заплатить куда большие деньги хотя бы за то, чтобы установить теперешнее местонахождение полотна... - Давайте рассмотрим сложившуюся ситуацию по-порядку... - Кай выпрямился в кресле и вперил в собеседника один из самых проверенных в деле строгих взглядов, что имел про запас. - Первое - что вам известно - или на, худой конец, о связи между загадочной гибелью Посла и историей с покупкой и - как я вижу - с пропажей полотна Балотти? Второе - что вам известно о теперешнем местонахождении мистера Беррила и полотна? Третье - в какой связи все это находится с посмертным появлением Посла Окамы на борту "Проциона", свидетелями чему были только вы и миссис Фигли? Клод-Валентайн еще плотнее сцепил кисти своих рук в невероятно сложном замке и, набравшись духу, начал: - Как вы понимаете, Следователь, Фонд командировал нас на эту благословенную планетку для того, чтобы довести до конца сделку, начатую господином Окамой. Это весьма удачно совпадало с нашими э-э... деловыми планами. Узнав, что господин Беррил уже передал полотно в руки неизвестного мне покупателя, я добился от него - от мистера Беррила, то-есть, обещания устроить нам э-э... контакт с этим лицом... Однако, вслед за этим, с утра этого дня никто не может толком объяснить мне местонахождение уже самого мистера Беррила. Мы с супругой предприняли расспросы и э-э... другого вида формы дознания и выяснили, что уже более суток тому, как полотно было вывезено лично господином Беррилом за пределы Периметра в район Леса, известный здесь как Ранчо Чудака. Наш первый с ним разговор состоялся, как я теперь понимаю, сразу после его возвращения из этой поездки... Что же касается загадочной гибели господина Посла, то... Простите, Следователь, но мы с супругой вынуждены были разыгрывать перед вами полных идиотов - там, на борту лайнера... Мы, разумеется, были информированы о гибели Посла Окамы. Еще бы - мы, как представители Фонда должны были встретиться с ним сразу после его возвращения. На другой день. Однако он не связался с нами... Когда же я увидел Окаму при посадке на лайнер, я сразу понял, что это - двойник... Причем - какой-то странный двойник... К тому же он, фактически, и не узнал нас. Первым нашим импульсом было сообщить службе безопасности лайнера о столь странном факте. Но это означало бы... - Это означало бы начало официального расследования... Вы решили выждать. - М-м... Пожалуй, вы правильно обрисовали сложившуюся ситуацию... - А затем, вы, разыграв наивную неосведомленность, воспользовались случаем для того, чтобы поставить в известность членов Следственной Комиссии, да и господина Мацумото, о присутствии на корабле живого покойника? Полностью открестившись от связей с ним. - Вы совершенно правильно поняли наши действия в тот момент, - сухо констатировал Клод-Валентайн. - Благодарю вас за то, что хотя бы сейчас вы кончили морочить нам голову. Должен вас, однако, огорчить. Главной задачей Следствия является выяснение причин и обнаружение виновников гибели Посла Окамы. Помощь в совершении сделок по приобретению предметов искусства в наши задачи не входит никак... - Дело в том, что у нас сложилось впечатление, что... нынешний обладатель полотна... Он принадлежит не к миру законопослушных граждан... И представляет прямой интерес для Следственной Комиссии... Если это так, то Фонд готов оказать любую финансовую помощь... - в руке мистера Фигли словно по волшебству возник изящный прямоугольник электронной кредитки "на предъявителя". - Я не принимаю частных заказов, - остановил его Кай. - Смею вас заверить только в том, что как только в отношении местонахождения полотна и его законного владельца будет достигнута ясность, Следственная Комиссия поставит заинтересованных лиц в известность об этом, если, конечно... - Благодарю вас. Вашего слова с меня вполне достаточно... - карточка благополучно растворилась в пространстве, словно ее и не было. - Разрешите, в таком случае, откланяться... - Один только вопрос, господин Фигли. Вы уверены, что речь у нас с вами шла о произведении Витторио Балотти "Трапеза во облаках", и не о каком другом? - Кай пристально вгляделся в лицо почтенного представителя Фонда. - Разумеется... Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду... - несколько растерянно выговорил Клод-Валентайн. - Не придавайте этому значения, - успокоил его Кай. - И немедленно поставьте меня или господ Дель Рэя и Клецки в известность, если вы узнаете о каких-либо новых обстоятельствах дела... Если вас не затруднит, оставьте мне это фото... Дверь номера затворилась за озадаченным господином Фигли, а не менее озадаченный Федеральный Следователь еще некоторое время стоял перед ней. Если уж Микис Палладини брался морочить людям голову, то делал это основательно: сходилось все - цена, время и место... Не совпадали только названия картин и мастеров. Причем не совпадали самым радикальным образом. Единственная догадка, пришедшая Каю в голову была слишком дика, чтобы принимать ее всерьез... Вообще говоря, Шишела спас выработанный во времена дружбы с Кладоискателями рефлекс - не спешить соваться в открытые двери. И еще, пожалуй, природная осторожность. Вместо того, чтобы сразу нырнуть следом за Хмырем в хижину Гохо, он шарахнулся в сторону и чуток выждал. Это позволило ему избежать основательной неприятности: из лаза, пронзив пространство, которое только что занимала туша Шишела, вылетел и впился в трухлявый пень дротик из колчана Гохо. Шишел рефлекторно пустил в лаз входа две пули и, вжавшись во влажный мох заорал в темноту: - Сдурели, сволочи?!! У меня два пиропатрона на взводе - один в мешке с товаром, другой вам сейчас пойдет!.. Никакого ответа не последовало. Из тьмы доносился только непонятный хрип и другие маловразумительные звуки. Перекрестившись, Шаленый, стараясь бить поверху, высадил в нутро хижины остаток обоймы, и, на ходу всаживая в гнездо вторую, кубарем влетел в хижину, отпасовал себя в плохо различимый угол, выставил вперед ствол и тщетно попытался рассмотреть в полутьме клятого хмыря. Того не было. Наличествовал лишь Гохо. Он-то и испускал зловещий хрип. Колдун, скособочившись, лежал на полу, тщетно пытаясь подняться. Мешал ему в этом занятии, главным образом, его же собственный дротик, глубоко всаженный под лопатку. Гохо явно не следовало подставлять свою сгорбленную, украшенную колчаном спину своему старому знакомому. - Эх, мать!.. - крякнул Шишел и попытался приподнять Гохо. На губах лешего вскипала розовая пена. Извлекать дротик из раны, памятуя о виденных зазубринах, Шаленый не решился. Но даже минимальные меры, принятые им, имели, однако, почти мгновенный результат. - Хрен тебя... принес... на мою голову, дубина!.. - выдавил из себя колдун и кончился. Опустив покойника на пол, Шаленый нашел взглядом второй, довольно хорошо замаскированный выход, которым, верно, и ушел чертов хмырь, и пальнув туда пару раз, ломанул наружу. Стал за ближайшее дерево потолще и стал озираться, шаря перед собой стволом. - Ну, гадюка, вылезай!.. - крикнул в сгустившийся мрак. - Далеко все равно не ускачешь! А догоню, так шею тебе в задницу заверну... - Ты напрасно тратишь силы, - сказал за его спиной тихий голос плюшевого мишки. - Приземляемся здесь, - приказал Разин. - Если мы залезем на территорию прайда, нас могут неправильно понять. С Богом, капитан. Гвидо спрыгнул со ступенек кабины зависшего в полуметре от заросшей густой травой геликоптера и, не оглядываясь, зашагал к еще освещенному последними лучами заходящей Звезды знакомому склону, изрытому входами в пещеры пумоидов. Рроу возник словно из-под земли. Он окликнул Дель Рэя, когда тот уже почти прошел мимо него. - Ты появился вовремя, - сказал пумоид, обходясь без многословных приветствий. - Мы выходим к Дому Врага как только звезды придут на небо. - Ну что же... - Гвидо, наклонив голову присмотрелся к недобрым блеском посверкивающим глазам пумоида. - Домом Врага вы называете теперь Храм Тайного Пророка? - Да. Он больше не пророк для нас. Он предал нас, но мы не пошли на него войной тогда... Теперь он поднял руку на Учителей... - Люди Периметра пойдут с нами, - сказал Гвидо. Ты видишь эти геликоптеры на поляне? Будет лучше, если Прайд оцепит Храм, а люди высадятся там с воздуха... - Да, так будет правильно, человек Гвидо, - несколько снисходительно согласился Рроу. - Но после того, как прайд замкнет кольцо, мы пройдем в Храм по туннелю. Один я знаю путь. Мы будем там раньше, чем прилетит десант. Нам обоим Враг нужен живым... - Остается мало времени, а нам многое надо решить, - Гвидо обернулся, и последний раз махнул рукой людям у геликоптеров. - Я о многом хочу спросить тебя, пумоид Рроу... Они уже были у подножия склона. Рроу испустил звук, резанувший уши Дель Рэя. В темных провалах нор вспыхнули зеленым огнем сотни настороженных глаз. - Вы твердо уверены, что он именно здесь, Стив? - осторожно поинтересовался Кай, окидывая взглядом громаду гостиницы. - Мы уже беспокоили хозяйку этого домика. Как вы помните, с утра пораньше наш клиент отправился к ней сюда - на деловые переговоры. Так, по крайней мере, утверждает его секретарь. Мадам же заверила нас, что господин Беррил покинул ее заведение еще утром... - В тот момент она была права. Но теперь надо напомнить ей, что она обещала вас уведомить, если милейший Ромуальдо снова даст ей о себе знать, - отозвался Клецки. - Вы ведь, разумеется, взяли с нее такое обещание? - Разумеется, - вздохнул Федеральный Следователь. - Я, знаете, решил, что вполне возможно, что и мой подопечный гуляет где-нибудь неподалеку и установил за зданием наблюдение, - пояснил Клецки. - Шишела так и не дождался, а вот любезный Ромуальдо примчался сюда сорок минут назад. Взмыленный как загнанный заяц. Рыжая Мэг, как это ни странно, не стала в этот раз играть на нервах у надоедливых визитеров. - Вас я уже видела сегодня, - констатировала она, окинув Кая пристальным взором. - Зеленый чай вы даже не пригубили, поэтому я его вам и не предлагаю... А второй джентльмен?.. - Мой коллега. Ему тоже не до чаю сейчас. Вы догадываетесь по какому делу мы решились снова потревожить вас? - Ради Бога, называйте вещи своими именами, Следователь. Меня со вчерашнего вечера одолевает мигрень... - Если называть вещи их именами, мы хотели бы уточнить местонахождение господина Ромуальдо Беррила, который менее часа назад второй раз за этот день почтил присутствием это здание, мадам, - стараясь не выказывать признаков раздражения, уточнил Кай. - Будьте любезны выпустить беднягу из того шкафа, где он, я думаю, томится. Ей Богу, мы не причиним ему зла. - Откуда вы, черт возьми, узнали про шкаф? - далась диву Красная Опасность, пожала плечами и на пару минут покинула гостей. Вернулась она уже в сопровождении Барсука, всеми своими фибрами источавшего сильнейшее желание немедленно оказать все мыслимые услуги органам дознания. - Господи, как я рад, наконец, видеть вас! Где, спрашиваю я целый день Господа Бога, черт носит вас и ваших людей?! - с чувством воскликнул он, бросаясь к слегка остолбеневшему Каю. - Бандиты целых три раза хотели меня укокошить в городе! Мне два раза пришлось бросать автомобиль! Вы представляете, сколько это стоит, каждый раз заказывать новый, и так, чтобы никто не видел? Они нагло ходили у меня по пятам, честное слово, - они даже не стеснялись! - Боюсь, что это и были те самые "мои люди"... - Кай с досадой откашлялся. - У меня сложилось такое впечатление, что вы что-то хотите мне рассказать, дорогой Ромуальдо. - Да! - воскликнул Барсук. - Да!!! У меня нет никаких секретов от вас, господин Санди! И еще - у нас, господин Санди, нет не только секретов - у нас с вами нет никакого времени! - Ты что, собрался заложить Шишела? - осведомилась Мэг, впившись глазами в истекающего сознанием своего гражданского долга Барсука. Но тот и не собирался слушать ее. - Шишелу - крышка! Если вы не успеете его взять - ему абсолютная крышка!!! - выдавил он из себя, вперившись в зрачки Федерального Следователя. - Какого же черта ты молчал, лысая сука?!! - спросила его Мэг. - С этого места опасно идти по земле, - Рроу повернулся, чтобы проверить, слышит ли его человек. - Пойдем туннелями. Здесь - целый лабиринт. Это - от Древних. Но... Будь осторожен - там змеи. И... Там - электрокабель. Много разных линий. В некоторых есть ток... "Подземный лабиринт, - бесстрастно констатировал про себя Гвидо. - От Древних. С электропроводкой под напряжением. Как просто..." - Всего пойдут шесть групп, по шести туннелям, - продолжал инструктаж пумоид. Его живой тотем тем временем молчаливо рвался с цепи, чуя что-то в глубине притаившегося под осевшими и заросшими мхом и травой железобетонными плитами входа в туннель. Что-то, что заставляло слюну вскипать на его оскаленных зубах, а хвост - бить плетью по земле. - Пять групп - всего сто сорок моих бойцов блокируют Дом Врага извне, - невозмутимо продолжил Рроу. - И отвлекают противника. Я, ты и еще пятнадцать бойцов, по Страшной Щели проникают внутрь. И уничтожаем Врага. Или гибнем. Гвидо сверился с часами. В эфир было условлено не выходить. Есть надежда, что все состоится по плану и синхронно с действиями вертолетного десанта. "Может быть, даже не перебьем друг-друга", - прикинул он и попытался рассмотреть сквозь смыкающиеся над головой кроны ночное небо Гринзеи. Или хотя бы вспомнить, когда он видел небо в последний раз. Почему-то это казалось ему важным сейчас. - Что ж, выбирать не приходится, - без особого выражения сказал он. Пошли. Очень скоро Гвидо стало понятно, что пробираются они не просто по каким-то заброшенным коммуникациям типа древнего метрополитена, далеко нет... Когда-то здесь - под поверхностью планеты жил целый город. Причем город этот был когда-то городом землян. Заброшенные и полузатопленные склады, лаборатории, даже цеха - все это было делом рук, наверное, еще поселенцев Имперского периода. Значит, это были не только легенды... Самая Первая Высадка... Первых шестерых они потеряли часа через полтора - наткнулись на паутину из мономолекулярной нити, натянутую в проходе. Сначала рванула хорошо замаскированная светошумовая петарда, а затем, заметавшиеся на пересечении туннелей люди и пумы стали без крика - трудно назвать звуки, которые они издавали при этом криками - разваливаться на куски трепещущей еще плоти. - Скверно, - констатировал Рроу. - Еще недавно здесь можно было пройти спокойно. Враг о чем-то догадался. Дальше может быть хуже... Балла может быть рядом. - Это опасная... особа - Балла? - осведомился Гвидо. - Враг забрал к себе в услужение ее дочь и сына. И обратил их жизнь во зло для всех нас. Она предала прайд ради служения ему... Осторожно, очень осторожно, периодически меняя местами передовых и арьергард, отряд продвигался под просевшими, сочащимися гнилой влагой сводами. Где-то на полпути они ощутили тяжелую, порывистую вибрацию грунта - не очень далеко отсюда бомбили "зеленку"... В округлом помещении - то ли зале, то ли коллекторе сделали привал. Последний, перед штурмом. Гвидо сверился с составленной со слов Рроу схемой подземного лабиринта, осмотрелся в полумраке и подавил в груди спазм какого-то истерического смеха: все окружающее напоминало какой-то сюжет из Босха. Не напоминало даже. Было им. - Рроу, - спросил он, - пумоиды выступили против Тайного Пророка только потому, что он выступил против Учителей, на стороне Большого Питона? Или у вас есть еще и свои причины? - Большой Питон - это выдумка Врага, - вглядываясь во тьму горловин впадающих в зал боковых туннелей, ответил пумоид. Сегодня Большим Питоном считается один человек, завтра Враг сделает Питоном другого - того, что больше понравится ему. А в бой с Врагом мы собирались давно, и причина тому - оброк... - Какой оброк? Пророк обкладывал вас податью? Вы платили... - Мы отдавали Врагу всех первенцев. Детей. Он... Некоторых он и его люди делали своими слугами. Что он делал с остальными не знает никто... - Пророк угрожал вам? Был в союзе с бандами? - Банды - это и есть люди Врага. Не говори больше Пророк, говори Враг... Но прайд не боится банд. И не боялся никогда. Они бессильны в лесу... - Значит вы верили ему, его учению?.. А теперь поняли, что... - Прайд никогда не следовал учению Врага. - Тогда мне трудно понять тебя, Рроу... - Враг снабжал нас некоторыми веществами... Соединениями... Которые необходимы для совершения истинной Инкарнации... Гвидо помолчал. Инкарнация оставалась для него вещью в себе. - Но если вы уничтожите Про... Врага, то кто же тогда будет обеспечивать ваш обряд? - Рано или поздно мы найдем среди людей таких, кто станет нам помогать с этими веществами. Просто за деньги, как это было в прошлые времена. - А раньше, до того, как пришли люди, как вы... - Когда пришли люди, Великая Мутация породила прайд таким, как он есть сейчас. Так учили нас и так мы учим своих детей. То же я скажу и тебе, Гвидо. Они помолчали еще немного. - Слушай, Рроу, - спросил Гвидо, проверяя, насколько позволял неверный свет фонарика состояние своей амуниции, - извини меня за бестактный, может быть, вопрос, но почему вы много месяцев бережете тотем прайда - Священную Пуму, а во время обряда Инкарнации жестоко убиваете ее? Прости, если это тайна... Просто, может, нам уже не удастся перебросится парой слов... - Обычно мы избегаем говорить на эти темы. Но мы идем в опасный бой, и ты заслуживаешь того, чтобы хоть что-то знать о тех, чью сторону ты взял. Глава прайда помолчал немного, а потом пояснил: - Мы поклоняемся Священной Пуме потому что мы во всем подобны ей. А убиваем за то, что нам суждено жить и умереть ее подобиями... - Мне трудно понять это... - подумав резюмировал Гвидо. Он приподнялся с относительно сухого камня, на котором устроился на отдых - среди пумоидов явно возникла какое-то беспокойство. Сначала ему показалось, что все они просто не сговариваясь, решили возобновить свой путь. Но нет - пумоиды прислушивались к чему то, чего во мраке боковых туннелей Гвидо различить не мог. - Р-роу, - вдруг раздалось оттуда из тьмы. - Р-р-роу... Получай подарочек, Р-р-роу... - Балла, - констатировал Рроу... И тут же один за другим в зал полетели очень хорошо знакомые капитану контрразведки предметы. Небольшие и увесистые. Похожие на причудливые, колючие елочные игрушки. Керамические ручные гранаты. Реакция пумоидов была молниеносной. Прежде чем Гвидо успел предпринять хоть что-либо, последний из них исчез в темноте основного туннеля. Только Рроу промедлил, дав человеку возможность стремительно сигануть вслед за своими соплеменниками. И только тогда последовал за ним. Некоторое время (доли секунды, минуты?) капитан лежал, вдавленный лицом в скользкий камень. Потом он сообразил, что это старейшина прайда прижимает его к полу, защитив от осколков трех или четырех пехотных гранат, рванувших в нескольких метрах позади. Пумоиду это стоило дорого. В первые секунды оглушенный и утративший координацию Гвидо решил, что тот безнадежно мертв. Впрочем, времени для долгого разбирательства просто не было. Капитан, а секундой спустя и уцелевшие пумоиды обрушили на невидимого врага град пуль. Но тот и не думал вступать в бой. Должно быть был в сильном численном меньшинстве. "Не понимаю, - мелькнула в голове Гвидо мысль. - Если Пророк вычислил нас, то почему вместо того, чтобы атаковать и уничтожить силами своих боевиков, послал мелкого пакостника со связкой гранат? Счел, что и этого достаточно? Какой-то бред." Он склонился над Рроу. Чисто профессиональными движениями, не глядя, расстегнул подсумок со средствами оказания помощи. Вколол стабилизатор. Затем еще два препарата. Присевший рядом пумоид помладше пытался остановить поток крови, но это было бессмысленно. Спасти Рроу могла только прямая инъекция "льда" в полость черепа. "Льда" в походном наборе не было и быть не могло. Никто и никогда, наверное, не испытывал "лед" на пумоидах. Да и Рроу, наверное, не устроил бы наиболее вероятный результат действия такого препарата - роль слабоумного калеки до конца жизни. Уцелевший глаз пумоида открылся. Некоторое время ему не удавалось издать ни звука. Потом он коротко сказал несколько слов на местном наречии. Видимо приказ. Пумоиды послушно отошли в глубину туннеля. - Я сказал им, что подчиняться они будут тебе, - с трудом выговорил Рроу на языке людей. - Т-ты справишься... Что-то происходит там... Несколько секунд он снова собирался с силами. Потом повернул лицо так, чтобы смотреть в глаза Гвидо и сказал свои последние слова: - Ты лучше поймешь прайд, если будешь знать это: пумоиды только живут и умирают в образе зверя, а рождаются они людьми... - Господи, пусть пилоты хоть как-то отвяжутся от этих дурней, что сели нам на хвост! - зло посетовал следователь Клецки. Он имел ввиду прекрасно заметную в ночном небе бело-синюю "стрекозу" легкого вертолета, не отстававшую от звена тяжелых десантных геликоптеров, несущих на малой высоте Следственную Комиссию к логову Колдуна Гохо. Зрелище было еще то - словно велосипедист в развеселых майке и кепочке прицепившийся к угрюмой колонне закопченных, от натуги ревущих танков, следующих к месту сражения. - Дурнем человеку быть не запретишь, - философски заметил командир звена - полковник Ленски. - Особенно, если имеешь приказ идти в режиме радиомолчания. Голову даю на отсечение, что это люди с Ти-Ви. Эй, парень, скажи-ка лучше - это то место? "Парень" - свидетель Ромуальдо Беррил, он же Скунс Палладини, придерживая великоватый ему защитный шлем, опасливо глянул сначала за борт, потом, сообразив, - на монитор ночного видения. - Да, оно, - констатировал он. - Там... Там костер какой-то... Если вас это интересует, Гохо никогда не разводил костров... Он, скажу вам, очень осторожный человек... - Заложите круг, - распорядился полковник пилоту. И через пару минут, убедившись, что огня с земли не ведется, добавил: - Звену зависнуть над открытым пространством. Роб, плавно снижайтесь до касания грунта и выбросьте трап для господ следователей. Хаджи, Лопес - конвоируйте свидетеля. Застывшего перед огромным - до неба - костром Учителя Ю, Кай узнал еще с воздуха. К нему и направился почти бегом. - Мы, оказывается, расстались не так уж и надолго, - философски заметил тот в ответ на торопливые приветствия... - Учитель, что происходит здесь? Где Гохо? Он срочно нужен нам. И не видел ли кто-нибудь из лесного народа других людей?.. Федеральный Следователь осекся, натолкнувшись на горестный прозрачный взгляд глаз плюшевого мишки, давно потерявшего путь в родную детскую. - Здесь происходит война. Люди периметра убивают плохих людей. И всех кто рядом... Колдун Гохо здесь, - игрушечной лапкой Учитель показал на крепко спеленатый паутинный кокон чуть поодаль. - Его убил плохой человек. А это - похоронный костер. Мы предадим огню тело Колдуна. Лес не возьмет его... - Плохой человек был один? - неприятно морщась спросил Кай. Ему стало как-то не по-себе от того, что на Шаленом впервые повисло мокрое дело. Всякое было до этого. Но не это. - Он ушел в лес? - дополнил он свой вопрос. - Плохой человек хотел уйти к своему хозяину, но не ушел. Здесь много ловушек... Вот он. - Подняв глаза в указанном направлении оба Следователя узрели еще один паутинный кокон, подвешенный относительно невысоко над землей в ветвях ближайшего дерева и полускрытый в ночном мраке. Клецки подошел к нему поближе и посветил фонариком. Кай и Барсук приблизились к ним сзади. - Это не Шишел, - констатировал Клецки. - Вы знаете этого типа? - осведомился Кай у Палладини. - Если вы про имя, так нет. А вообще-то это тот связной Свистуна, о котором... - Сволочь, - без выражения сказал человек в коконе. - Он жив... - поразился кто-то из конвойных. - Мы решили передать его в руки людей Периметра, - сообщил Учитель Ю. Потому что таков закон людей. Если бы он убил кого-то из нас, его судили бы мы сами... Но Гохо был человек Периметра. Хотя и жил в Лесу. - С ним - с этим типом был еще кто-то. - Да, плохой человек привел сюда моего друга. Большого. Того, что спас мне жизнь тогда... Они очень шумели, когда они шли по Лесу. И мы шли за ними, а они - не замечали... Долго. Потом - пришли сюда и плохой человек убил Гохо. Хотел убить моего большого друга. Тогда мы его поймали... - И где твой большой друг? - Он ушел разговаривать с хозяином плохого человека. Мы просили его не ходить туда, но он все-таки пошел... С ним пошли наши - пятеро. Они хорошо умеют воевать. Они защитят его от пчелок и... - Покажите нам путь туда, - торопливо прервал его Клецки. - Мы должны помочь твоему большому другу. - Никто не знает правильного пути. Только Гохо знал. И плохой человек знает. Он рассказал путь Большому Другу, но из нас никто не слышал что он говорил. - Почему, черт возьми? - с досадой спросил Стивен. - Они просили нас отойти и не слушать. И мы отошли и не слушали... - А плохой человек при этом, так и висел как сейчас - вниз головой? - поинтересовался Кай. - Да, он так и висел... - Ну что же, Плохой Человек, расскажите нам маршрут. А мы вас перевернем в нормальное положение... - обернулся Кай к кокону. Вам, я думаю, основательно надоело висеть этак-вот? - Я ничего не скажу вам. - Это не логично, - заметил Федеральный Следователь. - Секрет-то больше не существует, раз вы открыли местонахождение вашего Свистуна Шишелу-Мышелу... Кстати, зачем вам потребовался этот визит к Гохо, раз вы знали дорогу сами? - Если это так вас интересует, то ваш Чичел-Мичел вел меня с собой под угрозой оружия. Я не должен был сопровождать его. Гохо должен был. Но этот медведь сорвал весь план. Я не собирался открывать ему дорогу... Так же, как и вам. Но не осталось другого способа свести его со Свистуном. А Свистун хочет его видеть, в конечном счете. Пусть теперь разбираются сами. Свистун с ним справится. А вы - вне игры. - Снимите его с дерева, обыщите и наденьте наручники, - распорядился Кай. Стив, вызывайте сюда еще солдат... Он вновь обратился к спеленатому хмырю, которым уже интенсивно занялись конвойные. - Не в ваших интересах усугублять свою вину, когда на вас висит мокрое дело... Ответом ему было презрительное молчание. Хмырь интенсивно - насколько позволяли наручники и упертый в спину ствол - разминал затекшие во время висения в коконе члены и членики и даже не смотрел в сторону Следователя. - Бросьте, - подал голос, отошедший от греха подальше Барсук. - Люди Свистуна не раскалываются... - Очень жаль, - сказал Клецки, окончив отдавать распоряжения по блоку связи, - очень жаль, что с нами нет такого, скажем, контроллера внутренней речи, как у нашего коллеги Гвидо... - Контроллер внутренней речи... - Кай наклонил голову на бок. - Гвидо... Он кое-что рассказывал мне о своих встречах в Лесу... Послушайте, Учитель, - он повернулся к скептически замершему в стороне премудрому медвежонку. - Скажите, Зеленушки уже спят? Если спят, то нельзя ли разбудить парочку? До восхода было еще далеко, но небо над погруженным во мрак океаном Леса уже начало светлеть. В невообразимой высоте обозначились серебристые перья стратосферных облаков. Бело-синяя "стрекоза" уверенно проходила уже последние сотни метров к намеченной цели. Под самым днищем вертолета прошел один пояс оцепления, другой... Люди и пумоиды истерически сигналили снизу - огнями, выстрелами, истошными криками... Впереди, над развалинами Тайного Храма вставали дымные столбы пожарища... - Куда полетели, чертовы идиоты? - озадаченно спросил сам себя полковник Разин. - Кажется собираются опуститься прямо к Черту в зубы... - Как быть? - осведомился у начальника невысокий кряжистый десантник в капитанских погонах. - Наши это, или... - В любом случае, начинаем штурм в шесть-пятнадцать. Если они попробуют уйти на вертушке - сбить. Но ведь не сумасшедшие же ее сюда пригнали, черт возьми? - Новое сообщение, - доложил начальник роты связи. Из района Мостика сюда идут вертолеты. Десантные геликоптеры. Доставят членов Следственной Комиссии. Просят вас немедленно выйти на связь... Звук стрекочущего над самой головой винта заставил Шаленого высунуться из люка. - Опять бомбить будут, вороги, - зло сплюнул он в сторону. - Знали-б, что и бомбить-то тут некого, так уж давно-б здесь были... Почитай одни мы со зверюгой этой тут торчим, да еще ЭТО - там... И тут ход его мыслей прервался. - Дмитрий! - закаркал над его головой голос из мегафона. - Шишел-Мышел! Вы живы? Где вы? Врубите свой блок связи!.. Геликоптер завис над дымящейся еще полянкой с явным намерением приземлиться. - Да куда тебя несет, дурья башка! - теряя осторожность в полный голос заорал Шишел и короткими перебежками кинулся к машине, издали отмахивая рукой - мол пшел, пшел вон, дурень!!! Вертолет, тем не менее, плавно коснулся земли. В самом неподходящем месте - у обреза опушки. Пилот в снежно-белом "сафари" спрыгнул на землю. Подал руку, помогая спуститься по хлипкому трапу кому-то из пассажиров. - Гос-споди, да как сюда бабу угораздило? - успел подумать Шаленый, прежде чем все началось и кончилось. Из тьмы между стволами деревьев, через начавшее светлеть открытое пространство, к трем фигуркам у "стрекозы" длинными прыжками, стелясь над землей, метнулась серая тень. И навстречу ей прозвучал выстрел. - Штурм не имеет ни малейшего смысла, - констатировал полковник Ленски. - К шапошному разбору успели мы, господа... Там уже, похоже, наши телевизионщики берут интервью у какого-то громилы. Сопротивлением и не пахнет. - Опускайте машины и берите все под контроль. Мы займемся этой публикой, - мрачно распорядился Следователь Клецки. Под выкрики команд и топот "напра- нале-" разбегающихся солдат, Кай молча приблизился к довольно живописной группе. Клод-Валентайн Фигли задумчиво раскуривал сигару, устроившись на трапе "стрекозы". К борту вертолета был скромно прислонен некий прямоугольный, упакованный в брезент предмет. На предмет с грозным видом опиралась одной рукой Рафаэлла - верная супруга и компаньон Клода-Валентайна. Другая ее рука сжимала винчестер далеко не дамского образца. Еще одна женщина - рыжая и печальная, поигрывая "кольтом" притулилась у корпуса вертолета, спиной к окружающему миру и смотрела куда-то в сторону леса. Завершал групповой портрет лежащий чуть поодаль пумоид. Череп аборигена был почти напрочь снесен разрывной пулей. - Господин Следователь! - торжественно провозгласила миссис Фигли. Ни следа былой сюсюкающей экзальтации не было в ее голосе. В нем появилась даже какая-то хрипотца. - Господин Следователь, - продолжала миссис. - Прежде всего, прошу вас принять к сведению, что находящееся перед вами полотно является собственностью фонда Гугенхайма. Мы только что приобрели его на самых законных основаниях у господина Чалени, - последовал жест в том направлении, куда был направлен взгляд ее рыжей спутницы. Там, метрах в ста пятидесяти от них, на крыше вросшего в грунт бункера, с тяжеловатым портфелем на коленях угрюмо ссутулясь устроился Дмитрий Шаленый. Два пальца правой руки его были продеты в кольцо армейского пиропатрона. Кай сделал знак остановиться паре солдат, двинувшихся было к несостоявшемуся сержанту Легиона. - Вот купчая, - продолжала миссис Рафаэлла. - Разрешите взглянуть на картину, - только и сказал Кай. - Пожалуйста. Брезент еще не зашит... Убедившись, что перед ним находится именно шедевр непревзойденного Балотти, Кай распорядился по блоку связи, чтобы к "стрекозе" доставили свидетеля Ромуальдо Беррила. Если считают ситуацию достаточно безопасной. - Один только вопрос для начала, - повернулся он снова к миссис Фигли. - Как вам удалось опередить нас? - Нет ничего проще. Мы с Мэг давно и хорошо знаем друг-друга. - Рыжая женщина коротко обернулась, и Кай, наконец, узнал ее. - Нас с Клодом сильно волновала судьба полотна Балотти, а ее - судьба Дмитрия. Тут наши интересы совпали. Вчера, когда вы узнали от мистера Беррила о положении дел, она кинулась ко мне и рассказала о рискованной затее Дмитрия и о том, куда он направился дабы выкупить полотно. Мы с Клодом поняли, что надо действовать молниеносно, иначе полотно будет потеряно. Клод неплохо водит вертолет. Мы арендовали машину и... Никто из нас не нарушил закона. Как я понимаю, действия господина Чалени можно рассматривать как выкуп собственной похищенной собственности. Господин Беррил может подтвердить, что... - Но маршрут? Откуда вам стал известен конечный пункт нашего броска? - Как только ваше звено по радио связалось с э-э... В глубине души Кай дал оценку системе защиты радиосообщений в армии Гринзеи, но вслух ее высказывать не стал. - Вы осознавали степень риска, который взяли на себя миссис? - только и спросил он. Миссис только пожала плечами - "дело есть дело"... - Господин Беррил расскажет вам много интересного касательно вашего приобретения, миссис, - резюмировал Кай, кивнул Стивену и на пару с ним зашагал к не спускающему с них глаз Шишелу-Мышелу. - Эй, господа хорошие! - окликнул Шишел приближающихся к нему служителей закона. - Ближе, чем на десять метров не приближаться. Иначе погорят все бумаги ваши к едреням... - Ваши условия, Шаленый?.. - выкрикнул останавливаясь на указанном расстоянии Клецки. - Сколько вы просите за бумаги? И где Свистун? - Я по два раза один предмет не продаю... Уж не знаю с кого, но денежки я один раз уже поимел... Так что, считайте, даром отдаю. За так, но с условием... - Итак, давайте, - согласился Кай. - Перво-наперво, так это, чтобы никому в голову интересная такая мысль не пришла чек этот вот - от фонда Гугенхайма - аннулировать, иль там заморозить... - У вас купчая, извиняюсь, на полотно Балотти оформлена? - осведомился Кай. С неким особым выражением. - Точно так! - с какой-то хитрецой в голосе отозвался Шишел. - Ну, тогда вы в своем праве. Но поторопитесь перевести наличные на свой счет. - Кай откашлялся. - Второе?.. - Второе - это чтобы за дезертирство меня Легион по всей Галактике не разыскивал... - Считайте вопрос улаженным, - подал голос Клецки. - Вы уже не легионер. - Отчислены задним числом еще за дебош на "Проционе". А следовательно, не могли дезертировать двумя сутками позже. Мы об этом вашем условии подумали заранее. Третье? - Виза мне нужна и билет. Куда от этих мест подальше... - А именно? - А куда хошь. Лишь бы там людям платили кредитки и они их хранили в сейфах... - Это все? - Все, дорогуша. - Каких гарантий вы хотите? - А вон его вот слова. - Шаленый кивнул на Кая. - Даю вам его. Тяжелый портфель описал в воздухе крутую дугу и шлепнулся к ногам Клецки. Тот поднял его и проверил содержимое. Документ соответствовал своему описанию. - Ну а теперь, приближаться к вам можно? - спросил Кай. - Можно. Только осторожно. Вижу о Свистуне расспросить хотите? Покажу вам Свистуна вашего. И еще кое-что сверх программы. Шишел спрыгнул на землю и не без напряжения своротил дверь бункера. - Я ж не дурень, чтоб к Свистуну напрямую ломиться... Лесом крался. Но не тут-то было. Как в лабиринт этот забрался так под целую охоту попал... Прокололся я где-то. Оно и не удивительно. Я ж не знал, что целый гарнизон их тут... Думаю, не сдюжил бы я с оравою этой... Тут тебе и свист гипнотический и "пчелки" эти чертовы, и колючка с отравой-зельем, и все, что хошь. Проводников моих обоих порешили - и богомольца и чучелко это... Одно только и спасало, мыслю, что предупрежден Свистун-то был, что я под правило мертвой руки работаю... Как загнусь, так погорят все бумажки синим пламенем... А тут, слава те Господи, штурм начался... Тут-то веселье все и закружилось... Всю эту дрянь как повымело! Кого снайперы положили, а другие и сами поразбежались... И вот потеха-то: эти - нападающие-то в мегафоны бубнят - мол "выходи по-одному, задравши руки!", а здесь и задирать-то некому. Вдвоем мы друг вокруг друга кругами ходили... Я да упырь этот. Ну к концу-то я и припер его в колодце этом. Шаленый похлопал по каменному парапету, окружавшему то ли внутренний крытый двор, бункера, то ли какую-то выложенную камнем пустующую технологическую емкость. - Думал живым народу на руки сдать, - с искренней досадой добавил он. - Так нет - "Последнее превращение, кричит, совершу!"... И ампулу в рот - хрясть! И уж после этого я, ребята в ночь эту такого насмотрелся, что если седина в волос не ударила, так лысина, верно, прорежется... Это я сейчас, на людях повеселел. А то - ни жив ни мертв сидел вот тут у стены и смотрел что делается... Без малого не обмарался... Да вы и сами гляньте... Шаленый рванул какой-то рубильник, и мертвенный свет залил каменный колодец. Казалось ничего особенного не было в нем. Только странное растение прилепилось к стене, расползлось по ней... Корявое и массивное. У подножия его свалена была какая-то ветошь... Совсем недавно оно было вполне респектабельным костюмом, это тряпье. - Здесь никого нет, - констатировал Клецки. - Свистун ушел. Видимо - вон в ту дверь... - Верно, хотел уйти, да хрена тама, если говорить по-японски. Там - за дверью этой мужик вконец охреневший. С пумами и пумоидами. Да вы его знаете - вместе из плена возвращались... Я его только сюда выпускать боюсь. Зол шибко... - Гвидо? - Кай извлек на свет Божий блок связи и обменялся несколькими словами с капитаном контрразведки. Затем живо спустился по железной лесенке и принялся колдовать с замком. Шаленый и Стив последовали за ним. Капитан был черен лицом, одежда и руки его были в крови - своей и чужой. Конец пути до Храма дался ему с большими потерями. Видимо, состояние аффекта сменилось у Гвидо реакцией релаксации. Он без особых эмоций проводил взглядом устремившихся вверх на волю троих пумоидов и двух пум, вяло улыбнулся Каю и подойдя к странному дереву, стал пристально рассматривать его. Остальные присоединились к нему в этом занятии. И тут Клецки вскрикнул. Словно резец изощренного скульптора поработал над корявой массой вздувшейся древесины. Нет, это была не игра воображения. Странное дерево воплотило в себе чудовищно искаженные черты человеческого тела и лица. - Не ожидал такой встречи, Советник Лэшли... - тихо сказал Кай. - Да, - констатировал Шаленый. - Видать не был последним учеником Каррозерса тот дед, что дуба дал у Токанавы на "Черном жемчуге". Последний - вот он. - Покойный Окама оставил нам в своем дневнике вполне убедительные доказательства того, что этот человек глубочайшим образом изменил ход метаболических и, главное, гормональных и регуляторных процессов в своем организме... Возможно, еще в детстве он был одной из жертв экспериментов Каррозерса... Но затем обратил свои жутковатые качества во зло всему остальному миру, - Кай пожал плечами. - Окама отмечает, что на психику этого типа наложилось еще и обучение в школе Тайного Учения Эйч-Эрн... Оставлю это без комментариев. Но мы сами можем констатировать, что практически на наших глазах этот человек дважды изменил свой облик. Попытался под видом Посла завладеть текстом крайне невыгодного для его политических целей доклада, а затем в образе им же убитого Якопетти включился в охоту за "Докладом Каррозерса"... А теперь вот - последнее превращение... - Но в роли Посла он получил пулю... - Гвидо удивленно приподнял бровь. - Неужели ему удалось так точно имитировать остановку сердца и другие признаки смерти? А затем - удрать из холодильника морга? Хотя... Он снова оценивающе посмотрел на чудовищное изваяние и добавил: - ЗДЕСЬ в это легко поверить... Я, кажется, даже догадываюсь, зачем ему потребовался гистаминоподобный препарат... Надо было добрать до комплекции Посла, хотя бы за счет отека тканей... Впрочем, я не медик. - Хотел бы я знать, только, - вздохнул Кай, где находится сейчас бренная земная оболочка самого господина Окамы? - Как вы думаете... - Гвидо постепенно снова обретал интерес к жизни, - он сохранил... разум, сознание?.. Он слышит нас? Или это - настоящая древесина? - Спросите об этом биологов, - пожал плечами Кай. - И не сейчас, а лет через пять-шесть... А насчет древесины - не думаю... Животную клетку в растительную так запросто не превратишь... Не дерево - нечто древоподобное... Мимикрия... - Так или иначе, а плоды это деревце даст отменно ядовитые. Когда и если... - пробормотал Клецки. - А теперь скажите мне, - Гвидо потер окровавленными пальцами виски. - Что вы-то делаете в Храме Тайного Учения? - Отбиваем ваш хлеб, капитан. Участвуем в аресте и задержании главы контрабандной сети оружия, наркотиков и фармсырья по кличке Свистун. Еще он оказался Тайным Пророком, но это уже мелочи, по сравнению с тем, что этот тип подвязался еще и Советником Президента... Прошу любить и жаловать, - Кай сделал жест в сторону жуткого растения. - Думаю, что задержанный будет долго находиться в состоянии э-э домашнего ареста... Кстати, если вас интересует судьба документа Каррозерса - то он там, в том портфеле, что коллега Клецки бережно прижимает к э-э... сердцу. Скажем так. К сожалению, он уже наложил на него пломбу... - Вовремя я успел полистать бумажки... - сам себе сообщил Шаленый. Кай потом так и не смог решить для себя - было ли это высказывание проявлением наивной простоты славянской души, или ее изощренного коварства, посредством которого закоренелый авантюрист намекал на то, что превратился теперь в одного из держателей сверхсекретной информации со всеми отсюда вытекающими обстоятельствами... - И что же вы поняли в этой ученой галиматье? - поинтересовался Гвидо. - Он, может быть, содержит разгадку проблемы туземцев? - Галиматью писали для Академии, а для Сенатского подкомитета - резюме на сорока страницах. На дебилов в расчете, считай, - возразил ему Шаленый. - Так что и я с моим неполным высшим кой-чего скумекал... А разгадка проблемы вашей там есть. Да такая... - Хотите, я попробую сказать вам в общих чертах, в чем она состоит? - задумчиво спросил его Кай. - По-моему все мы тут уже кое о чем догадываемся... - Валяйте, Следователь, - с интересом отозвался Шишел-Мышел. - А не было никаких туземцев. Никаких аборигенов. Был огромный, от всего мира отрезанный полигон, на котором наемная ученая братия под руководством таких преступников как Каррозерс и еще десятка ему подобных генералов от науки создавали новые расы рода человеческого. Выполняли социальный заказ - коренным образом удешевить покорение Вселенной, завоевание планет, адаптировать к которым обычных людей невозможно. А достичь такого удешевления решили простейшей инверсией задачи. Не среду адаптировать к человеку, а человека к среде. Вот и появились кротовики и богомольцы... И зеленушки... А первыми, наверное, были пумоиды. Они рождаются почти людьми, и только в ходе взросления их "доводят" до кондиций, делающих их пригодными для жизни в прайде... - В точку попали, Следователь. Я в свое время как прочитал, так оторопь меня взяла... - Это что же - "остров доктора Моро" в размерах всей планеты? - поинтересовался Клецки. - За тем исключением, что Моро резал по живой плоти, а здесь в ход шла генетическая и клеточная инженерия... А потом наступил крах Империи, и экспериментаторы и плоды их экспериментов остались один на один. Судя по тому, что мы имеем на сегодняшний день, в условиях Гринзеи искусственные разумные виды оказались куда как более жизнеспособны, чем их создатели... Из последних, наверное, мало кто выжил, зато потомство уродилось сами видите какое, - Кай кивнул в сторону дерева-изваяния. Так что и загадка Первой и Самой Первой высадок получает такое вот странное разрешение... - Я одного не пойму, только, - глухо сказал Шаленый. - Неужели они... Мутанты эти... Неужели так напрочь и забыли, что их предки были людьми? Ведь если бы на Земле, в Колонии это знали, так ведь все могло по-иному повернуться... - А они и не забывали, я думаю... - после небольшой паузы сказал Кай. Учителя, я думаю, знали об этом всегда, да только вот... Когда-то они приняли решение... Что наша - земная цивилизация не для них. С ее бессмысленным кружением в хороводе войн и кризисов, с крысиными гонками конкуренции, со всеобщим одиночеством на миру... Это, наверное, случилось, когда вторая волна колонистов "не узнала" их. И они решили остаться неузнанными. Не становиться тридцать четвертым населенным миром Федерации. Надеть маску "чужих" - На всю планету? - почти с языческим восторгом спросил Гвидо. - На всю планету. Навсегда. - Это ставит нас перед выбором... - задумчиво сказал Стивен. - Гос-споди, да какой теперь выбор? - удивился Шаленый.7 - Доклад-то у вас в руках. И пойдет себе по инстанциям... И скоро каждая собака будет знать правду... - ЭТУ правду простое человечество может не узнать никогда, - пояснил ему Гвидо. - Вот я и говорю - нам предстоит нелегкий выбор... Принесет ли такая правда добро аборигенам? Или им все же на самом деле лучше остаться чужими? Это дает права, которые у своих легко отбирают... - Стивен зябко поежился. С минуту все молчали. - Так просто этого не решить, - вздохнул Кай. - Пойдемте к нашим собирателям картин. Нас ждет еще одна проблема... - Я вам еще кое-что должен показать, - прогудел Шаленый. - Сверх программы. Пойдемте. Это заняло немало времени - осторожное продвижение вдоль загроможденной аппаратурой лаборатории - музея. По обе стороны прохода, залитые в прозрачный пластик препараты демонстрировали разные типы и этапы трансформации органов человека и каких-то животных... Но Шаленого они не трогали... - Вот, - сказал он. Здесь этот черт собрал самое ценное. Может, к отправке готовил... Он, видно, ноги уносить собирался вместе с документиком этим... С народом с Дальних Баз снюхался... Барсука дважды угрохать пытался... - Это чувствовалось, - согласился Кай. - Судя по всему, Дальние Базы обещали ему убежище. Он сдал им Мацумото после того, как с вашей подачи, Гвидо, "раскрутил" его еще на "Проционе". Вчера, в Первом Национальном он был как никогда близок к тому, чтобы заполучить Доклад... Только сверхпредусмотрительность Шпента уберегла бумаги для вас, Дмитрий... - Скажите уж - для вас, господа из розыскного ведомства... - Видно решил дело провал с устранением доклада Окамы. Лэшли, или тот, кого мы знаем под этим именем решил свернуть свои дела на Гринзее. Убирал свидетелей... Эль-Аттари, к примеру... Развязал войну в джунглях... Учителя, видно, слишком много знали. Или о слишком многом догадывались... - Так вот, - продолжал гудеть Шаленый, - здесь, в этом бункере, я и картинку давешнюю выискал. Уж и надежду потерял... Тут же черт только не заблудится... Но нашлось полотнышко-то... Для приманки, видно, мне выставил, да Шаленого без хрена не съешь! А главное - вот! Сундуки для биостатиса. Тех четверых я не знаю, а вот это... Вас, кажется, интересовала судьба этой самой бренной земной оболочки, этого самого типа? Протрите смотровое окошко... - Господи, Посол Окама, - констатировал Клецки. Некоторое время царило молчание. - Теперь разве что он сам сможет объяснить, за каким чертом Лэшли коллекционировал в анабиозе свои жертвы? Зомби из них делал что ли? Так или иначе, надо вызвать сюда специалистов по биостатису... - заключил Гвидо. - А теперь - к нашим любителям живописи, - решительно сказал Кай. Они подошли к "стрекозе" как раз тогда, когда конвой, наконец, решился вывести из геликоптера и повести его к месту сосредоточения штатского люда. Подойдя к телу убитого пумоида он перекрестился. - Господи, Балла. - Проклятая тварь сиганула из зарослей, как раз когда народ полез из вертушки, - пояснил Шаленый. - И мадам ее и уделала из своей пушки, - он кивнул на "винчестер". - Почти в упор. Еле успела. А меня зверюга эта совсем заколебала. Если-б не она, так давно бы деру дал... А то - по лесу круги давала, куда не сунься... - За ней и другие грехи есть, - заметил помрачневший Гвидо. - А теперь, господин Беррил, - приняв официальный тон повернулся Кай к Барсуку, - ознакомьте нас с гм-м, историей полотна, находящегося перед нами. Миссис Фигли, мучительно морщась, откинула в сторону ставший влажным от росы брезент. Свет предутреннего неба делал детали картины ясно различимыми и слегка загадочными. - Господин... - Барсук смешался - Впрочем обойдусь без имени... В общем для вывоза с Гринзеи мне была предоставлено древнее полотно. Дорогое страшно... Я, однако не предпринимал ничего... - О какой древней картине идет речь? - напряглась миссис Рафаэлла. - О "Девочке на шаре"... - успокоил ее Беррил. - Вы знаете, в двадцатом, кажется, веке... - Я знаю... - миссис Фигли, от греха подальше протянула свой винчестер мужу. Тот принял его словно сложенный зонтик. - Я всего лишь пригласил одного специалиста... Он очень бедствовал тогда, и я дал ему подзаработать... Даже меня нарисовал... Вот тут вот... - Беррил показал на картине. - Конечно, в очень неприличном виде... В очень... Но... Вообще - людям нравилось... - Вы говорите о великом Балотти? - трагическим шепотом возопила миссис Рафаэлла. - Вы осмелились? - Да какой он был великий тогда? Это теперь, когда ему удалось так интересно загнуться... - Вы... Вы... использовали... - миссис не могла перевести дыхания. - Вы точно догадались, мадам. Балотти намалевал все эти штуки поверх того, что в свое время намалевал тот Пикассо... Наша таможня не слишком строга, обходится без рентгена и этих... - И вы знали об этом?!!! - Рафаэлла молнией повернулась к Шаленому. Тот с интересом изучал розовеющие небеса. - Немедленно верните мне чек!!! - заорала миссис. - Простите, разве я продал вам не "Трапезу во облаках", миссис? Она - перед вами. - Я должен подтвердить, - стараясь не придавать голосу никакого выражения, заметил Кай, - что картина великого Балотти по праву принадлежит Фонду Гугенхайма. А "Девочка на шаре", без сомнения - Федеральному Директорату. Обе имеют сравнимые цены на рынке искусств... - Супружеская чета Фигли онемела. Глаза Беррила вылезли на лоб и не собирались быстро оттуда вернуться... - Я уверен, что со временем вам удастся решить эту проблему, господа... - несколько неуверенно заметил Гвидо... Или сделать выбор... - Кстати, о выборе, - прогудел Шаленый. - Про тот, что надо сделать нам. Есть идея... Пару шагов в сторону, ребята... Четверо посвященных отошли ближе к лесу. Шишел-Мышел вытянул перед собой руку и раскрыл кулак. На нем тускло сверкал старинный серебряный рубль. - Решетка - так быть тридцать четвертому населенному миру, - сказал Шишел. - Орел - остается колония на чужой планете... Согласны? Мозги нам тут все равно не помогут. Коль орел - в глухую молчим, коль решка - на весь мир секрет этот раззвоним. А там - будь что будет... - Ну что ж. Это единственный способ получить ответ от Господа Бога, - сказал Гвидо, подумав. Я согласен. - Согласен, - сказал Стивен. - Лучше так, чем никак, - вздохнул Кай. - Бросайте монету, Дмитрий. Тот взмахнул рукой, и серебряный кружок, кувыркаясь, полетел вверх. Остановился на миг в высшей точке своей траектории. И встретил первый луч взошедшей над Лесом Звезды. Б. Иванов Ю. Щербатых ТРИНАДЦАТЫЙ ДОЖ ЭБИСС-АЙЛ Научно-фантастическая повесть ... Вот и ответ. Какие сны в том смертном сне приснятся, Когда покров земного чувства снят? Вот в чем разгадка. В. Шекспир "Гамлет, принц датский" (Перевод Б. Пастернака) - Вам не страшно, Следователь? - прозвучал в наушниках голос милейшего доктора Самнера. - Нисколько, док. Я, кажется, вас разочаровал? Должно было быть страшно? - несколько расстроенно спросил, разглядывая темноту погасшего видеополя, тестируемый. - Должно было бы - в том случае, если бы ваше путешествие вас травмировало, хотя-бы подсознательно. Все те сюжеты, что я прокрутил вам сейчас, связаны с образом замкнутого пространства... Некоей угрозы извне... После двух месяцев путешествия в железной бочке - пусть эта бочка и называется лайнером класса люкс - вполне может развиться определенный невроз... Вы совершенно правильно сделали, что с самого начала нашли время пройти обследование... Снимайте, кстати, этот колпак - мы закончили. Все ваши показатели в норме. Даже лучше, чем в прошлый раз. Док любезно улыбнулся вынырнувшему из недр аудио-визуального шлема пациенту. Тот слегка щурился от яркого света, царившего в кабинете. По потолку бегали зайчики, отраженные волнами за окном. Воздух пах йодом. - Прошлый раз был четыре года назад, док? - с тенью сентиментальной ностальгии по делам прошлого спросил признанный полностью психически нормальным гость Океании. - И признаться, - уже с легким скепсисом добавил он, - век бы не заходил я в ваш кабинет, док. Но инструкция Управления требует... С вами, док, гораздо приятнее беседовать в кафе, а не среди этой техники. Кстати, в "Заливе" по-прежнему подают все такой-же прекрасный кофе по-венски? Меня поселили как-раз напротив - в "Фиесте"... - К счастью, есть на свете нечто неизменное. Например, ваша верность Инструкции. И кофе по-венски в "Заливе". - Тогда, с вашего разрешения, я займу там столик вечером. И позвоню вам... Скажем, в восемь. Сегодня у меня не так много дел. Снять показания с одного сомнительного типа. Который, конечно, ни в чем не собирается сознаваться. Если, вообще, сочтет нужным явиться по повестке. - Это - Честного Энди ? - спросил доктор, отбивая на терминале последние строчки стандартного заключения. - Обо всем-то вы информированы, Генри. - Здесь, в Филиале, ни для кого не секрет, что вам навесили это тухлое дельце с чертовым китом. И все как один знают, что это - дело рук пройдохи Энди, в миру Эндрью Горелова, охотника без лицензии. Говоря честно, народ здесь думает, что вас либо с проверкой к нам закинули, либо затевается что-то серьезное, завязанное на высокую политику. Пропажа разумных китообразных - это не репертуар Федерального Управления. И, тем более, не повод командировать специалиста высокого класса в другой конец Обитаемого Космоса. - В таком случае вы, опять-таки, информированы лучше меня. Что до кита, то Управление неизбежно должно было войти в дело - случай межцивилизационного конфликта как-никак... - Формально - да. Хотя, думаю, с Финни разобралась бы местная полиция. Она и так землю роет, как можно было бы выразиться на другой планете. Но не у нас, на Океании. Как-никак - любимец города. А земли здесь нет. Ни дюйма. Разве что - на Призрачных Землях, но это - не то, о чем легко говорить так запросто... - Финни - это кличка кита? - Вы этого еще не знали? Разумеется. Кита зовут Финни, и весь Эбисс-Айл в нем души не чает. - Удивительно, что здешний народ еще не линчевал злосчастного Энди. - Потому, что он - тоже любимец города. В своем роде. Что касается вашего приглашения на чашечку кофе, то я принимаю его с удовольствием. В "Заливе", в восемь. Не забудьте, что час здесь на четыре минуты дольше, чем в Метрополии. Вы скоро привыкнете. - Не волнуйтесь, док. Я вполне в своей тарелке здесь. Хотя я и не заработал невроза на лайнере, но приятнее ходить по нормальной планете. Чувство уверенности в надежности окружающего мира многое значит. Как говорят - на берегу все-таки лучше... - Не обольщайтесь. Мы с вами, как-раз не на берегу. На Океании нет берегов. И это многим действует на нервы. Плавучий город - это, конечно, великое достижение цивилизации. Сотни тысяч тонн плавучего пенобетона. Девятнадцать управляемых островов в одном только Эбисс-Айл. И строится двадцатый. Искусственная почва. Термоядерные движки могут противостоять любым ураганам... Можно забыть про четыре километра воды под ногами. Но они о себе напоминают. Есть, знаете, в нашей жизни тут нечто зыбкое. Призрачное... - Это - ваше профессиональное наблюдение? - Да. И со временем я в этом убеждаюсь вновь и вновь... Черт-те что происходит с людьми временами. - Я вижу, у вас очередные проблемы с пациентами? - У меня проблемы с Ликвидационной Палатой. Нет, не волнуйтесь - это не я банкрот. Просто это почтенное учреждение за последний год не реже раза в две недели пригоняет ко мне на экспертизу очередного шарлатана. Эпидемия ложных банкротств, видите-ли... Да вот - доктор прихватил со своего стола брошюрку оттиска статьи. Мой последний опус - "Невротическая основа нарушений этики предпринимателя". - Они что - действительно помешанные, эти ваши псевдо-банкроты? - В клиническом смысле - нет. Но они и не шарлатаны в обычном смысле этого слова. Хотя временами и просматриваются весьма корыстные мотивы их поведения. Это люди, действительно убежденные в том, что они разорены. Внушили себе сначала саму эту мысль, ну а потом - создают в своем воображении некие сделки, которые привели их де к банкротству. Цитируют воображаемые контракты и выбиваются из сил, пытаясь расплатиться по несуществующим векселям... - Так сказать - воздушные замки наоборот... Но нет ничего легче, как предпринять элементарную проверку... - Что и делают господа из Ликвидационной Палаты. Это их прямая обязанность. Однако факты - это не всегда аргумент... Истинная психическая травма наступает как раз после столкновения моих подопечных с этими самыми фактами. Которые, казалось бы, должны были бы их утешить и даже обрадовать. Люди теряют веру в себя и в свои умственные способности. Вот на этой стадии дело пару раз доходило и до клиники... А виной всему - я в этом уверен - те самые километры воды под нами... Впрочем я, кажется, загружаю ваши полушария своими профессиональными проблемами... - Нисколько. В свой прошлый визит сюда я не сталкивался с таким явлением. Я возьму один оттиск с вашего позволения. И - до вечера. Может к тому времени мне удастся повстречаться с кем-то еще, кроме охотника без лицензии... Доктор Самнер с довольной улыбкой черкнул дарственную надпись на экземпляре своей статьи и вручил ее собеседнику. - Что-ж, встречайтесь хоть с Двенадцатью Дожами. Не повстречайте только тринадцатого. Это шутка такая здесь... Желаю удачи. Попрощавшись, док присел к терминалу и отправил на "вечный диск" файл с результатами обследования Федерального Следователя пятой категории Кая Санди. * * * Охотник без лицензии Энди Горелов паче всяких ожиданий не только явился по повестке, отправленной ему по весьма сомнительному адресу, но возник задолго до назначенного срока и с весьма независимым видом дожидался Кая в приемной Управления. Федеральный Следователь оценил этот способ оказания психологического давления. Кабинет Каю выделили тот же, что занимал он в прошлый свой "период пребывания" на Океании - такой же, впрочем, комфортабельный и безликий, как и все кабинеты, положенные по чину следователям пятой категории. Войдя, он выключил затемнение окон, и отраженный волнами свет залил помещение. Сегодня вид из окна был чудесен - над зеленой громадой Ботанического Сада сверкали купола Квиринале. Чайки парили над Гаванью. - Садитесь, - предложил Кай и сам занял положенное ему место в кресле за столом. Горелов сел с таким видом, словно его заставили простоять в ожидании года полтора. Был он высок, тонок в кости и сильно смугл от загара, что, в общем-то, было нетипично для людей, проводящих пол-жизни в разных типов скафандрах. Давать показания ему было не внове - свой идентификатор он протянул Каю, не дожидаясь протокольного приглашения. Также как и прижал ладонь к сенсорной плате, окончательно убедив центральный компьютер в том, что показания давать будет именно он - Честный Энди. - Я хочу сделать заявление, - сообщил он. - Слушаю вас. Что еще остовалось сказать Федеральному Следователю? - Я заявляю, - с хорошо поставленной дикцией произнес Горелов, - что вот уже третий месяц являюсь жертвой травли, развязанной криминальными типами из "Эбисс-Эксплорер". Я несу большие убытки. Финансовые и моральные. Я требую защитить меня. Или предъявить обоснованное обвинение. Вот мое заявление в письменном виде. Там все написано подробнее. - Что касается обвинения, то его должна предъявить вам прокуратура. Здесь вы находитесь в качестве свидетеля. Но мы с вами можем помочь прокурору. Есть версии, которые вы можете подтвердить... Или опровергнуть. Горелов закинул ногу за ногу. Очевидно в знак согласия оказывать следствию все возможное содействие. - Два года назад вы были осуждены на условный срок за попытку вывоза за пределы Океании двух особей морских псевдо-млекопитающих, обладающих речью и подозреваемых на наличие способности к разумному мышлению... С целью продажи "Барнум Галактик Энтертеймент". - Здесь их называют просто дельфинами-попугаями... Они сами просили меня об этом. Способности у них есть. И еще какие. В этом только господа из Академии сомневаются. Бестолочи они, конечно, еще те... Некоторое время Кай пытался уяснить, кого именно - дельфинов или академиков квалифицировал как бестолочей свидетель Горелов, потом оставил это занятие и констатировал: - Тем не менее, это не единственный случай нарушения вами законов, относящихся к эксплуатации и охране биосферы Океании. Как региональных, так и федеральных. С другой стороны известно, что вы были э-э... близки с исчезнувшим без следа и без видимых причин представителем разумных китообразных м-м-м... Будем называть его Финни... - Мы были, можно сказать, друзьями. И там, - Горелов указал за окно, в сторону Океана, - и здесь, в Эбисс-Айл. Вместе охотились, устраивали шоу в Гавани, морские прогулки для детишек... Вы знаете, я арендовал легкую баржу, оборудовал ее под прогулочную платформу, ну, установил на ней автоматы с мороженным и всем таким... А Финни впрягался в эту штуку с помощью такого хомута... - Да, здесь все описано очень подробно, - Кай похлопал ладонью по лежащей перед ним папке. - И все было очень весело и замечательно... - Но незадолго перед исчезновением, как о том говорят показания свидетелей, Финни прервал свои контакты с вами. - Да, временами он дулся на меня. Но это никогда не продолжалось долго... - А в чем, все-таки, было дело в этот раз? - Ну, знаете, это довольно сложно описать... Финни не одобряет моего увлечения э-э... крепкими напитками. А тут ему еще пришло на ум, что я и его спаиваю... А всего-то я привез ему на пробу пару бочек "Гиннеса"... Сначала ему понравилось, а потом что-то этакое наехало... - Господа Монтегю и Килгуд под присягой утверждают, что незадолго до исчезновения Финни вы предлагали им организовать вывоз и продажу неким представителям военных структур разумного кита. Они не уточняют, что речь идет именно о Финни... - Господа Монтегю и Килгуд и есть те самые типы из "Эбисс-Эксплорер", что подкатывались ко мне с предложением купить Финни. Они ко мне, а не я к ним! А теперь они решили меня утопить. Свалить вину на меня! И запустили этот вонючий слух... И как вы это себе представляете - вывезти Финни с Планеты? - Ну, пытались же вы вывезти тех дельфинов? - Так вы же сами знаете, что из этого вышло. А за последние три-четыре года с Планеты нельзя вывезти не то что говорящего кита, а даже бледную спирохету... - Вы категорически отвергаете свою причастность к исчезновению Финни? - Категорически. Мало того - если Финни жив, то я - единственный человек, который способен найти его и притащить сюда - в гавань Эбисс-Айл, чтобы заткнуть глотки этим свиньям! И я сделаю это, если только вы меня не засадите в каталажку, клянусь вам! Как Бог свят, я это сделаю!! - Ваши намерения похвальны, - вздохнул Кай. - И у меня нет достаточных оснований для того, чтобы вас задерживать или испрашивать у Прокурора Эбисс-Айл ордер на ваш арест. * * * Господ Монтегю и Килгуда Кай решил побеспокоить чуть позже - получше подготовившись к непростому, по всей видимости, разговору. Он потратил некоторое время на изучение составленной здешней Академией и Департаментом Экологии справки о разумных китообразных Океании и ничего особо нового для себя не узнал. Пик интереса к столь необычным собратьям по разуму давно прошел, и теперь занимались ими только специалисты в области межцивилизационных отношений, экзобиологи и немногие энтузиасты. Что до самих китов, то они людьми, похоже, не интересовались никогда. Разумность их была выяснена совершенно случайно - во время работы с несколькими особями, помещенными в здешний загон-океанариум. Зачем Господь наделил разумом существа, неспособные разводить огонь, создавать инструменты и вести войны, осталось тайной. Возможно, вся мощь мозговых извилин уходила у них на исключительно сложные взаимоотношения в гигантских - по нескольку десятков тысяч особей - стадах и со своими соседями по Океану. Возможно, не случайным было то, что естественных врагов у них не было. Возможно, они умели подчинять себе представителей других видов - здешних "осьминогов" о двенадцати щупальцах, например. Возможно... Все сколь-либо масштабные исследования этих существ упирались в их упорное нежелание входить в контакт с родом человеческим. Враждебности, впрочем, они тоже не проявляли. И только пять-шесть особей систематически приближались к плавучим столицам Океании и позволили обучить себя земным языкам. С этой точки зрения потеря Финни была весьма достойна сожаления. Размышления Следователя над выведенной на экран монитора справкой прервал появившийся, наконец, лейтенант Муни. Лейтенант был невысоким лысеющим весельчаком, не скрывающим своей полноты. В полиции Эбисс-Айл именно на нем висело дело о пропаже Финни. Прежде чем перейти к сути, он успел изложить Каю пару местных анекдотов, пожалеть о том, что Следователь не курит и высказать свое мнение еще о дюжине вещей, к делу не относящихся. - Вы, я слышал, сподобились поговорить с Честным Энди? - поинтересовался он, наконец. - Скорее, только познакомился с ним. Вы, я думаю, тоже тревожили его? - С тем же успехом, сьер. Правда, я обещал устроить ему веселую жизнь, если он не выложит всего, что знает о судьбе Финни, но на Энди такие вещи слабо действуют. У вас, может, возможностей будет побольше... А мы не можем даже завести уголовного дела. Только выполняем просьбу муниципалитета о розыске. Да и то - зыбкая штука: Финни ничьей собственностью не был. И никто ему не указ - захотел и уплыл к чертовой матери. Допустим, размножаться. Так что формальных оснований им заниматься у нас вообще - никаких. - Ну что-ж, - Кай развел руками. - Давайте, однако, посмотрим, чего вам все-таки удалось добиться... * * * Закончить просмотр протоколов и всяческого рода справок и рапортов им удалось только к началу восьмого. Напоследок Кай, вспонив про разговор с охотником без лицензии, ввел в информационную сеть пару запросов, относящихся к господам Монтегю и Килгуду - занятие на завтрашнее утро. Муни взялся "подкинуть" Федерального Следователя до гостиницы на служебном катере. У причала, к которому спускались ступени импозантного подъезда "Фиесты", он обернулся в ту сторону, где должна была светиться вывеска "Залива", и чертыхнулся: противоположная сторона улицы была представлена фасадом кафедрального собора. Очередная передвижка блоков. Вечный бзик муниципалитета. Оставив идею переодеться, Кай отчаянно окликнул лейтенанта, с которым уже успел распроститься, и тот со своего терминала навел справки о новом местонахождении злосчастного кафе. * * * Чтобы не ударить в грязь лицом перед доком Самнером, Каю пришлось поторопиться. Такси в Эбисс-Айл обходилось дороговато, но выбора не было. Федеральный Следователь постарался представить себе эту историю, да и весь сегодняшний, не богатый на улов день, в комическом, насколько это возможно, свете. Но слова милейшего дока Самнера не ушли из его памяти. Зыбким было все сущее в Эбисс-Айл. Зыбкими были и улики и алиби. Зыбкими были показания, данные под присягой... Зыбким был даже сам факт преступления, ради расследования которого Федеральный Следователь был здесь. Пожалуй, и в тех словах доктора - о том, что вовсе не дело об исчезновении разумного китообразного,смешное в своей сути, было причиной перемещения Кая в здешние океанские просторы. По крайней мере шеф сектора, обожающий личные контакты с подчиненными, Барни Литлвуд, в этот раз ограничился письменным распоряжением, не истребовав Федерального Следователя пятой категории Кая Санди пред свои ясные очи. Шеф явно хотел избежать лишних вопросов. Сам же доктор Самнер терпеливо дожидался Федерального Следователя за столиком, который - вместе со всем кафе - переместился за эти сутки на десяток километров относительно своего изначального положения теперишним утром. "Залив" не изменился с тех пор, как Кай был здесь последний раз - разве что принятый в здешних ресторанах, претендующих на респектабельность, прилавок гадальщика теперь по размеру уравнялся со стойкой бара, а сам маг, заседавший за ним, обзавелся мальчиком-помощником. Не изменился только сам старый шарлатан, восседавший в глубине обитой расшитым знаками карт Таро и какой-то астрологической символикой черным бархатом ниши, Славный Кармаделло. В былые времена отношения у них с Федеральным Следователем были приятельскими. И сейчас Кармаделло узнал Кая: отвесил ему полупоклон со своего кресла и сделал приветственный знак рукой, как бы приглашающий переброситься парой слов. Кай тоже жестом издалека попросил извинения у доктора Самнера и задержался на минуту у ниши гадальщика. - Вы, я вижу, пошли в гору, Кармаделло? - осведомился он, пожимая несколько небрежно протянутую сухую руку, утопавшего в дымке от воскуриваемых на бронзовом треножнике колдовских трав гадальщика. - Нашли хороших спонсоров? Впрочем, не вы один... Ваш э-э... коллега, что практиковал в вестибюле "Фиесты", теперь снимает там несколько номеров под свой э-э... оффис. Тот улыбнулся в ответ чисто профессиональной улыбкой - загадочной и преисполненной плохо скрываемого самодовольства. - Вы - про Горбатого Лионелли? Что касается его, то, может, и требуются спонсоры для его лживого ремесла... А к адептам Истинного Учения, таких как ваш покорный слуга, то признание наше всего лишь закономерно. Оно и не замедлило прийти к нам, лишь только полюс Галактики покинул Сектор Затмения... Вы можете не ходить далеко за примерами, друг мой: вот уже более чем неделя минула с тех пор, как я говорил тем, кто желал меня слушать, что через несколько дней мы снова будем рады увидеть нашего старого знакомца Санди вновь под этим солнцем... Врал Кармаделло всегда вдохновенно. А впрочем, мог и услышать от кого-либо о направлении на Океанию очередного Федерального Следователя. Секретом это не было. - Ну что же, рад взаимно. Уже тому, что вижу вас в добром здравии. Послушайте, меня всегда занимало - по каким созвездиям гадаете вы? По тем, что на Земле, или по здешним? Кай с живым интересом попытался заглянуть в скрытые в кустистых зарослях бровей пронзительные глазки колдуна. - Истинная магия не ограничивается учетом расположения звезд, - уклончиво ответил колдун. - Но, я вижу, ваш друг ждет вас... Большой он скептик - доктор Самнер. Не буду задерживать вас разговорами о знаках и судьбах. Но ради нашей встречи, могу предсказать вам что-нибудь... - Вряд ли Управление оплатит мне счет за ваши услуги, Кармаделло, - вздохнул Кай. - Насколько я помню, вы весьма дорого берете за свою работу... - О, для вас у меня всегда предусмотрена скидка... В пределах тарифов, утвержденных Гильдией и профсоюзом, разумеется. А нечто важное для вас я предскажу бесплатно, - неожиданно расщедрился провидец. - Я ощущаю, что сегодня на вас падает тень вашего будущего... Это не займет много времени. Я погадаю вам на дыме Египетской Травы - метод старый, но надежный... Старый шарлатан подкинул в огонь связку чего-то сухого и желтого, сложил над треножником руки в магическую фигуру, и тут же струйка пряно пахнущего дыма обволокла их, став чем-то вроде цепочки сменяющих друг друга знаков. Подурачившись так некоторое время, колдун повернул к Каю озабоченное лицо и сообщил, плавно перейдя на обязательное для профессионального общения "ты": - Ты разминешься со смертью на заре после ночи с четверга на пятницу... Но смерть вновь будет искать тебя в обличии незваного гостя... Ты не знаешь его, но он тебя знает. Будь осторожен... Он придет к тебе, когда ты вернешься из странствия по иной жизни... - Это все? - спросил Кай после некоторой паузы. Не имело никакого смысла задаваться вопросом о том, что имелось ввиду под словами "странствие по иной жизни". Клиническая смерть, кома, запой. Тщательное изучение биографии Энди Горелова. Все что угодно. - Да, я закончил, мой друг. Будь осторожен. И маг вновь вернулся к цивильному "вы": - Не смею вас задерживать дольше - ваш друг будет недоволен... * * * Особого недовольства доктор Самнер, однако, не проявлял, - скорее уж он несколько позабавился, наблюдая за попыткой старого пройдохи заполучить в свою клиентуру такого невероятного клиента, как Федеральный Следователь. - Не думал, что такой промысел расцветет на Океании буйным цветом, - заметил Кай, выслушав саркастическое замечание медика и пригубив чашечку кофе. - И это на планете, находящейся на экономическом подъеме и... - И в городе переполненным богатыми бездельниками, дорогой Санди. И туристами при толстых кошельках изо всех уголков Обитаемого Космоса... Учтите это... - Да, про здешних прорицателей даже в Метрополии излагают удивительные истории, - Кай пожал плечами. - Не знаю как вы, господин Следователь, а я вот так до сих пор не смог привыкнуть к тому, когда кто-то из ваших хороших знакомых - человек, заслуживающий доверия, начинает совершенно серьезно рассказывать вам байку про то, как бородатое чучело из такой вот лавки, как эта, - док кивнул на гнездо Славного Кармаделло, - предсказало ему, ну скажем, например, встречу с другом. При том с таким другом, который, как всем известно, уже десять лет как безвылазно пребывает где-нибудь на Синдерелле, и как эта встреча, и впрямь, происходит - самым невероятным образом - за пару-другую часов до того, как этот друг должен убыть обратно, на Синдереллу, откуда, оказывается, прилетал, допустим, чтобы участвовать в аукционе... Когда человек рассказывает вам этакое и сам верит в то, что говорит, у меня начинается что-то вроде морской болезни. - Я думал, что на Океании у всех против нее врожденный иммунитет... Бывают, однако, и совпадения... - Если бы этот случай был единственным... Но такие байки, как эта, расскажет вам любой клиент гадальщика. Про этот случай я рассказал вам только потому, что за соседним столиком только что расположился некто Марк Зиновьев, журналист, который мне поведал как раз именно эту историю... Он и вам ее изложит, если мы с вами пригласим его за наш столик и не поскупимся на бутылку здешнего "Мозельского"... Приглашение воспоследовало - к психологическим нюансам лжи и истины Кай питал не только чисто профессиональный интерес. И интеллигентнейший Марк полностью подтвердил то, что рассказал о его случае милейший док Самнер. - Есть, правда, небольшое дополнение, - с некоторым смущением добавил Марк. - Это был вовсе не друг. Скорее подруга... И еще одно - это было не совсем э-э... предсказание. Скорее м-м... выполнение просьбы. Мой маг сказал мне, что при определенных условиях он может исполнять желания. Воздействовать на будущее. О таких вещах сейчас много говорят... И я решил рискнуть небольшой суммой. Пришлось, конечно, не только заплатить деньги, но и выполнить м-м... некоторые условия магического толка. Некоторые смотрят на такие вещи косо, но... В конце концов, я рассматривал это как своего рода журналистское исследование... - И вы опубликовали свои э-э... результаты? - осведомился Кай. - С измененными именами. И опустив ряд деталей. В этой истории оказалось слишком много м-м... личного... - И как быстро был исполнен ваш э-э... заказ? - снова поинтересовался Кай. - О, это я запомнил точно - на тридцать третьи сутки... - Если принять во внимание время пути от Синдереллы до Океании, то ваш маг воздействовал скорее на прошлое, чем на будущее. Что гораздо более удивительно. Кстати, кто сей удивительный чудотворец? Это не секрет? - Нет, что вы. Я думаю, что никто из колдунов не будет против некоторой рекламы. Это Серафима - Говорящая со Смертью. Она практикует в "Центре Парапсихологических Изысканий". У дворца Дель Фиоре. Второй персонаж байки оказался также особой женского пола. Местного "Мозельского", действительно имеющего неплохую репутацию, Кай, однако, не дождался. В "Заливе" строго блюли древнее правило такого рода заведений - клиентов надо "выдержать". Прежде, чем из недр зала технических служб прикатила тележка обслуживающего автомата, блок связи Кая разразился маломелодичным поквакиванием экстренного вызова. - Мистер Санди? - осведомился с экранчика флегматичный диспетчер службы закрытой информации. А может, просто компьютерная имитация некоего усредненного диспетчера этой службы. Привычно маячивший в левом нижнем углу дисплея идентификационный номер вполне мог обозначать и программу-сервер и живого человека. Представляться в Управлении было для мелких сошек не принято. - Именно, - заверил его Кай, вставляя в щель блока свой идентификатор и набирая дополнительный код. Заодно, следуя профессиональной привычке, он забросил в ухо горошину наушника и переключил звук на него. - Вы сделали полтора часа назад несколько запросов третьей степени срочности... - Именно так. - Должен поставить вас в известность, что в силу содержания запрошенной информации, два ваших запроса переведены в категорию чрезвычайной срочности... Перекачать вам файлы по ним? Кай почти машинально подключил к блоку питания радиоканал своей "персоналки", оставленной в рабочем кабинете, и одновременно ответил дежурному: - Естественно. Включаю кодовый канал. Минуты полторы блок тихо попискивал, выдавая на экран всякую промежуточную чепуху. Затем флегматичная физиономия снова означилась на экране. - Проверьте полноту перегрузки, сэр... Полминуты тыканья в кнопки. - Все ОК, - заверил собеседника (а может, просто компьютерный фантом) Кай. Экран погас и тут же выдал меню переданных файлов. Было от чего призадуматься: ФАЙЛ 1: КИЛГУД Джон Фостер. Дело о самоубийстве с подозрением на факт шантажа. Не закрыто. ФАЙЛ 2: МОНТЕГЮ Эдвард Джонс. Дело по обвинению в убийстве ЛЕКЛЭ Антуана. Не закрыто. Кай, не отрывая глаз от экрана, "по диагонали" прочитал краткие аннотации по каждому из дел и впал в легкое оцепенение. Оба фигуранта по представлявшемуся совершенно пустым "китовому делу" в короткий срок - судя по датам открытия дел - уже после прибытия Федерального Следователя на Океанию, заработали крупные неприятности. Джон Фостер Килгуд расстался с жизнью уже тогда, когда повестка с вызовом на допрос была уже вручена охотнику без лицензии Энди Горелову... Следовало действовать энергично. Док Самнер нисколько не удивился тому, что его старый знакомый торопливо откланялся и покинул собесседников, так и не допив до дна вторую чашечку кофе. Это было ему не внове - как-никак, он и сам состоял в штате Управления. Журналиста тоже не удивило - больше огорчило - неожиданно прерванная беседа с новым знакомым. Он ясно представлял профессии собеседников. * * * - Нет, вы меня нисколько не обеспокоили, - лысеющий блондин с бесцветными глазами, глядевший на Кая с экрана, и впрямь не демонстрировал никакого недовольства тем, что в часы законного отдохновения ему досаждают звонками по, в общем-то, служебным делам. - Мне как раз надо убить с полчаса, пока филе дойдет в духовке... Судя по натянутому поверх домашней пижамы переднику и посверкивающей на втором плане утвари, разговор застал инспектора Бродски в кухонном интерьере. Его это нимало не смущало. Кая он выслушал, наклонив голову набок, явно прислушиваясь еще и к каким-то звукам, сопровождающим кулинарное действо, происходившее у него за спиной. - Вы совершенно правильно сделали, что обратились с этим делом прямо ко мне, - похвалил он Федерального Следователя. - От копания в официальных файлах проку мало. Типовая незавершенка с элементами психопатологии. Такие сейчас идут по дюжине в месяц. - Вы это не находите тревожным? - Кай постарался уловить хоть тень эмоций на отполированной годами беспорочной службы физиономии собеседника. Но не преуспел в этом. - Нахожу. Но почему ситуация складывается этак вот - это не тот вопрос, на который я могу вам ответить, господин Следователь. - И вправду - лучше просто расскажите мне о том, что приключилось с господином Килгудом... - С господином Килгудом случилось нечто весьма банальное - отравление несбалансированной дыхательной смесью на предельной глубине. Не самая ужасная смерть - сознание уходит и все. Обычно такое квалифицируется как несчастный случай. Но, обычно, когда речь идет о людях, часто пользующихся аквалангом. Для Джона Килгуда это было нехарактерно. Он подводным спортом почти не интересовался. Бывает, конечно, и такое - как раз по неопытности. И тогда следствие успокаивается обычно на той-же формулировке. Но только в том случае, когда дело не вызывает интереса у страховых компаний. В данном случае интерес был. Похоже, покойный намеревался крупно обогатить свою семью... - Вам, наверно, пришлось поупражняться в суисидальной психологии... - чуть польстил собеседнику Федеральный Следователь. - В бухгалтерском деле мне пришлось поупражняться... И никакой психологии. Вы сами знаете это. Покойный оставил семью без денег. Даже особняк был заложен и перезаложен. Про банковский счет я не говорю. Так что страховка была их последней соломинкой... Когда же миссис Килгуд поняла, что она им совсем не светит, она пошла на соглашение со следствием - этого вы в файлах не найдете... - Она вам - истинные причины, вы ей - ну, скажем, сохранение пенсии за мужа... Примерно так? Инспектор Бродски откашлялся. - В общем, миссис Килгуд не пришлось платить по счетам мужа, а дочери покойного - идти в приходскую школу. Господа съехали в квартал победнее, только и всего. Сын, правда, подался в Легион, но это - от нервов... Со страховой компанией дело замяли полюбовно. - В вашей полиции все такие благодетели, как вы, господин Бродски? - Благодетели получают зарплату от Армии Спасения, господин Следователь. И мстить за доведение несчастного Килгуда "до ручки" я не собирался. Мои мотивы проще, чем мыло: покойный не был ни психом, ни картежником, ни наркоманом. Бутылка хорошего вина по пятницам, в кругу семьи и пара сеансов ВР на уик-энд - вот и все его пороки. Дела фирмы - на подъеме. Вам ясно, как профессионалу, что ничего кроме шантажа здесь быть не могло. А расколоть дело о шантаже - это совсем неплохо с точки зрения продвижения по службе. Этого тоже не мне вам объяснять... - И каков был результат? Шантаж и взятки - вещи исключительно трудно расследуемые... - Тут нам очень помогло письмо, которое покойный оставил миссис Килгуд. Довольно подробное. Он-таки не хотел остаться неотмщенным, мне кажется... Мы легко вычислили типа... У него откуда-то оказалась масса материалов о деятельности Килгуда в "Эбисс-Эксплорер". Довольно незаконной. Фирма, похоже, балуется незаконным экспортом-импортом... - Контрабандой, то-есть, - уточнил Кай. - Только не той, что провозят в подкладке бюстгальтера, господин Следователь... А той, что проходит мимо таможни в контейнерах, опломбированных Военным Ведомством. Вы представляете, как за это ухватилась наша Госбезопасность? Дело ушло к ним... - И ..? - И - полный ноль. Господин Нимвроди - тот самый тип, что шантажировал Килгуда, не смог отпереться только от одного - от того, что получал от покойного большие деньги. Это зафиксировано документально. Электронные деньги - это электронные деньги. Оставляют след. К тому же, у меня создалось впечатление, что Килгуд наследил сознательно. Предвидя, так сказать, финал. Но ни денег, ни материалов у чертова грека не нашли. - И как он объяснил... все это? - уже предвидя ответ, уныло спросил Кай. - Он объяснил это так, что ничего не обязан нам объяснять, коль скоро сам факт шантажа не доказан. А его, мол, использовали только для того, чтобы он "обналичивал" поступавшие от Килгуда переводы. Для некоего Клаудио Гонти, которого в глаза не видел. Через систему тайников. - А господин Гонти? - Послал господ следователей к черту. Если быть совершенно точным, то к господам вышел его секретарь, господин Аквабланка, и выполнил эту функцию. С полным успехом. Это, собственно, все. - Скажите, среди случаев шантажа, о которых упоминается в деле, не было эпизодов, связанных с использованием разумных или говорящих китообразных Океании? - Да просто до черта. Судя по всему, "Эксплорер" переодически поставлял военным лабораториям материал для разработок по сонарам... Но ничего доказать не удалось. Не тот случай. - В деле не фигурировал некто Эндрью Горелов? - чуть нервно спросил Кай. - Слава Богу - нет, - решительно ответил Бродски. - Вы ему симпатизируете? - поинтересовался Кай. - Нет, я просто не люблю головной боли. - Вы не говорили больше с Нимвроди? - Ему не продлили визу. Он, видите-ли, не гражданин Океании. И никто не воспрепятствовал его убытию на родную Милетту... Можете побеседовать с ним там. Федеральный Следователь по достоинству оценил иронию собеседника - Милетта была одним из немногих Миров Федерации, не имевших перед Директорией обязанностей по выдаче преступников и по исполнению Трех Конституций во всей их полноте. Поэтому он просто спросил - после выразительной паузы: - А Гонти где мне поискать? - Еще один дохлый номер. Нимвроди сознательно свалил все на человека, к которому не подступиться. Уверен, что это - ложный след. Это, даже, надежнее, чем свалить грех на покойника... - Ну, а если все-таки попробовать, как вы выразились, подступиться? С чего посоветуете начать? - С фирмы "Коммон Энтертейнмент". Он ее хозяин. Ее, четырех туристических агенств, шести подводных замков и много чего еще... Там, в фирме, конечно, его сроду не видели. Он делает дела дома. Туда вас и отошлют. Там вас встретит Пьеро Аквабланка... - А уж он пошлет меня к черту. Это его обязанность... - догадался Кай. - Во всяком случае, не имеет ни малейшего смысла добиваться встречи с Гонти без ордера Прокурора. Прокурор ордера вам не даст. Да и согласитесь - основания просить бумагу у следствия хлипкие. Хотя, конечно, не в этом дело. - Гонти - влиятельная фигура? - Род Гонти - один из чертовой дюжины родов, предки которых основали Эбисс-Айл. А Клаудио - последний в роду. Мог бы быть Дожем. Если бы освободилась одна из двенадцати вакансий. Аристократия здесь очень сильна. Без поддержки Дворца - не суйтесь. Вас легко могут просто-напросто высечь. И учтите - таких дел как это - вагон и маленькая тележка. Извините, мне пора залить вином филе в печи... - Не смею вас задерживать, - закончил беседу Кай. * * * Эдвард Джонс Монтегю имел именно тот вид, который должен иметь раскаявшийся убийца. То-есть сидел, понурясь, и временами сжимал голову руками. На вопросы отвечал подробно, но каким-то тусклым, лишенным выражения голосом. - Итак, - инспектор Бах картинно взял подследственного за плечо, - то, что вы соглашаетесь повторить ваши показания в присутствии Федерального Следователя - ваше искреннее, бескорыстное решение? - Да, господин инспектор, - подвердил Монтегю. - И ваша явка с повинной была совершенно добровольной? - благостным тоном продолжил инспектор. - В известной мере, - подследственный задумался. - Но - скажу вам правду - если бы я знал про эти сети... - Господин Монтегю имеет ввиду сети, которые полиция установила на определенной глубине под городом, - пояснил Бах Каю. - Здесь, в отличие от Венеции, каналы не имеют дна, и избавиться от трупа и орудия убийства - слишком легкое дело. Мы этому препятствуем, насколько это возможно. Но свои действия не афишируем... Итак, Монтегю, расскажите, как было дело... - Мы познакомились с Антуаном Леклэ незадолго до того, как произошла эта... Одним словом, примерно за неделю до того, как мне пришлось его убить... - Вы сказали "пришлось"... - Вмешался, наконец, в разговор Кай. - Вы что - действовали в порядке самообороны? - Нет. Это была вспышка гнева. Я взялся подвезти Антуана до дому. Все и произошло в моем катере... Покойный много выпил, да и я, наверное, тоже... Я не знаю, откуда он взял, но ему взбрело в голову, что я - "голубой". А я, знаете-ли, пострадал от этого - в молодости оказался жертвой... сексуальной агрессии... - Будучи в заключении, насколько я помню, - уточнил Бах. - Теперь я понимаю, что покойный просто неудачно сострил по поводу моего пристрастия к блюдам из осьминогов-геев... Но ему так понравилась эта шуточка, что он чуточку переборщил... Осьминоги-геи, пожалуй, были стоь же необоснованными жертвами местного фольклора, как и подследственный Монтегю - острот своего собутыльника. Два раза в сезон промысловые акватории Океании начинали ломиться от миллионов тушек этих особей - причем всех исключительно мужского пола, естественно, не способных быть оплодотворенными и давать потомство. Ни один музей Обитаемого Космоса не мог похвастать экземпляром самки этих квази-моллюсков. Отсюда ползли слухи о гнусных половых наклонностях бедных тварей, лишенных природой счастья семейного очага и возможности нормально пестовать потомство в лоне семьи. Частично это подтверждалось их неразборчивостью в выборе обьектов совокупления, что, в общем-то, было неудивительно для созданий со столь детдомовским детством. Вряд ли это служило, однако, достаточным основанием, чтобы называть осьминогом-геем Божью тварь о двенадцати аж щупальцах. - И вы решили, значит, отправить своего обидчика к Большой Самке? - поинтересовался Кай. - Вам было обидно за осьминогов? Эвфемизм "отправиться к Большой Самке", особенно широко распространенный среди охотников и фермерства Продуктивных слоев, основывался на другой серии побасенок, связанных с образом жизни осьминогов-геев. Последних порождала после оплодотворения, согласно этим рассказам гигантская самка-кракен, обитающая где-то на немыслимых глубинах, в провалов сейсмических разломов и трещин многострадальной океанической коры Океании, извергавших в "верхние" слои и течения непредсказуемые часто потоки геотермальных вод, изобилующих всякой неизученной живностью, и, возможно, под влиянием всяких зловредных выбросов из недр, порождавших всяческие чудовищные и вконец непристойные формы жизни. Кто и как оплодотворял Большую Самку - ее собственные отродья, или же Дьявол Глубин - на этот счет версии любителей почесать языки за стойкой бара или с трибун научных конференций расходились. Сермяжная истина состояла в том, что множество попыток добраться до логова Большой Самки с целью засвидетельствовать ее бытие или небытие путем видеозаписи или добычи полного экземпляра или его частей, по-одиночке или основательными экспедиционными коллективами, закончились плачевно - полным и таинственным исчезновением добытчиков зоологической истины или, в лучшем случае, их частичным возвращением несолоно хлебавши - что для неудачных занятий подводным промыслом в разной степени соленых водах Океании, определение неверное. После каждого такого провала слухи и бредни как о Самке, так и о ее гнусном отродье, натурально, множились. Что, впрочем не лишало разные части тела осьминогов-геев их кулинарных достоинств. А самих беззащитных тварей - промыслового интереса. - Разумеется нет! - слабым голосом возразил подследственный. - Я, всего лишь хотел вышвырнуть бедного Антуана из катера, он воспротивился, и я вынужден был пустить в ход разрядник... Когда же я понял, что... Было слишком поздно. Он пошел ко дну как камень... - Хороший аргумент для вашего адвоката, - признал Кай. - Жаль, однако, что нет свидетелей... И вы всегда возите с собой разрядник со снятым ограничителем? Это, между прочим, запрещено законом и сильно осложняет ваше положение... - Я купил его по-случаю... Как раз накануне... Не знаю, что это меня дернуло снять пломбу... Многие так делают... А в хронике было несколько сообщений о нападениях на прохожих... - В хронике каждый день сообщают о нападениях на прохожих, - просветил подследственного Кай. - А вот почему вы решили приобрести нового э-э... знакомого? Вы ведь не были знакомы раньше... - Просто я надумал сменить ресторан, куда заходил в конце недели выпить кружку-другую пива... Ну - и в "Щупальце" - среди тамошней публики, в лице... бедного Антуана я, как мне казалось, нашел неплохого собеседника. - У вас были общие интересы? - осведомился Федеральный Следователь. - Скорее - общее хобби. Мы оба - большие любители охоты. Нет - не подводной. Я имею ввиду сухопутные сафари... Антуан для этого раз в два года выбирался в Метрополию... - Но вы-то - домосед, как можно понять из материалов вашего личного файла... - недоуменно заметил Кай. - Я предпочитаю ВР-сафари. Ими можно заниматься не раз в пару лет, пару раз в неделю... В "Мираже", например... Было интересно сравнивать наши впечатления... Бедный Антуан... - Скажите, а почему вы вдруг решили поменять место ваших еженедельных э-э... возлияний?... - продолжал гнуть какую-то свою линию Кай. - Видите-ли... Раньше я... Раньше мы и другой мой покойный друг... - Его вы что - тоже угрохали? - бестактно спросил инспектор Бах, ранее не интересовавшийся, видимо, другими упокоившимися знакомцами подследственного. - Упаси Боже! Джон... Он сам ушел из жизни... Это - совсем другая история, сьер... Мы с Джоном постоянно по пятницам заканчивали день в "Предельной Глубине"... И мне стало как-то неуютно там, когда Джона не стало... Я и решил сменить обстановку... - А заодно и перейти с "Хереса" на пиво. С Джоном Килгудом - ведь о нем речь? - вы говорили о делах и пили "Херес" - по рюмке, а с Антуаном Леклэ обсуждали сафари и глотали пиво. И - пинтами. Странная смена репертуара... - Вы э-э... в курсе того, что мы с Джоном?... - растерянно начал подследственный. - Я поработал с вашим досье - всего-навсего, - Кай пересел так, чтобы оказаться лицом к лицу с Монтегю. - А с вами - поработал еще кто-то... Скажите, не могло быть так, что место и способ вашего отдыха по пятницам вам пришлось изменить по чьей-то просьбе? - быстро, давя на психику подследственного, спросил он. - Ч-что вы имеете ввиду? - лицо Монтегю дернулось. - Я имею ввиду только, что сказку про то, как вы убили Леклэ в припадке праведного гнева, вам придется оставить для доверчивых читателей психологической прозы, - Кай откашлялся и, не снижая темпа, продолжил. - Налицо все признаки умышленного убийства: с определенного момента, вы - в полном противоречии со своими вкусами и привычками - начали посещать именно "Щупальце" - у черта на куличках расположенное, и относительно вашего дома, и относительно места работы... Впервые начинаете интересоваться в ВР-салонах сюжетами, относящимися к сафари... Я поинтересовался вашими заказами в вашем любимом "Мираже"... Лицо Монтегю снова дернулось. Импровизированное вранье попало в цель. - Наконец, - уже с полной внутренней уверенностью в правоте своих догадок, продолжал Федеральный Следователь, - накачав ничего не подозревающего Антуана пивом, сажаете его в свой катер и - выполняете приказ. Ну, и как дилетант, разумеется, попадаетесь. Сами спешите сдаться, когда "ти-ви" сообщает, что найдены и жертва и орудие убийства. Что известны время, место и приблизительные обстоятельства... - К-какой ПРИКАЗ? - ошалело спросил Монтегю. - ЧЕЙ? Как вы... - Послушайте, Эдвард, - убедительно продолжал Кай. - Единственная правда, которую вы нам тут рассказали - это то, что убить Леклэ вам ПРИШЛОСЬ. И единственный способ снизить ваш срок пребывания в местах не столь отдаленных - сколь углубленных, уместно заметить, - это убедить суд в том, что убийство вас заставили совершить шантажом. А вот теперь - подумайте. Даю вам две минуты. Монтегю выглядел неважно. Кай - напряженно-собранно. А вот тучного инспектора Баха, и вовсе, как мешком по голове огрели. На него все происшедшее произвело наибольший эффект. - Н-не надо двух минут... Вы все верно сказали... Но у меня не было выхода... - Чем шантажировали вас? - Кай уверенно закреплял случайный в общем-то успех. - Можете не особенно мучаться - я вам напомню: перевозки оружия, неконвенционной аппаратуры и сырья. Поставка биологического материала лабораториям Комплекса... Скажите - бедного Финни вы все-таки выкупили у Энди Горелова, или забрали, не заплатив? - Все так... Только вычеркните... Про Горелова и его рыбу... Нужно быть сумасшедшим, чтобы поступить так с Энди... Это - человек без тормозов... - Монтегю начал потихоньку приходить в себя... - Почему от вас потребовали убрать Антуана Леклэ? - вопрос Кай задал больше для того, чтобы не сбавлять темп. - Представления не имею... Эти люди не вдавались в объяснения... - Монтегю потряс головой, пытаясь, видимо, поставить мысли на место. - Прекрасно. Тогда давайте - про этих людей, - раскручивал маховик допроса Кай. - Кто они. Где и когда вы их встретили. Кого они представляют... - Лучше без этого, господин Следователь... - Если вы не сдадите следствию шантажистов, вы погубите себя на суде... - воззвал к подследственному, наконец, вышедший из комы, инспектор Бах. - Если я вам сдам людей Тринадцатого Дожа, то уж точно погублю себя... - чувство самосохранения уже вернулось к подследственному Монтегю. - Стоп! - Кай поднялся с места. - С вашего разрешения, инспектор Бах, я попрошу конвой сопроводить подследственного к охранямому терминалу, и пусть он посвятит часок изложению обстоятельств дела, открывшихся во время этой нашей э-э... беседы. У него будет время подумать над своим положением. Иначе его может заклинить. Инспектор коротко распорядился в селектор. - Как вы думаете, - спросил он инспектора, - кому и зачем надо было убрать Антуана Леклэ? - Мы не слишком глубоко разрабатывали эту версию... Жена покойного настаивала на том, что у ее супруга вымогали его долю акций в основанном им предприятии... Но ничего не подтверждало в тот момент... - инспектор Бах неопределенно пожал плечами. - Из досье по делу следует, что Леклэ был определенной шишкой в индустрии развлечений... - Он основал три или четыре предприятия. Туризм, ВР-салоны... Потом слил их в "Эй-Эл Корпорэйшн". Теперь акциями распоряжается его семья. - Вас не затруднит получить справку о состоянии "Эй-Эл" и перекинуть ее на мой терминал? - осведомился Кай - Не затруднит, разумеется. Теперь все это предстает в ином свете, и нам придется копать именно в этом направлении... - И просветите меня относительно Тринадцатого Дожа, пожалуйста, - попросил Федеральный Следователь. - Ведь раньше здесь так называли просто Черта... Года четыре назад. - Господи, не придавайте значения этой... лексике. Местная уголовная шушера теперь так называет короля здешней Мафии. Которого никто и никогда не видел, - досадливо поморщился Бах. - А что известно о нем вам? - Все. А это все состоит только в том, что он - фигура фольклорная. А Монтегю кто-то просто водил за нос, как это всегда бывает с дилетантами... - Бах ожесточенно высморкался в клетчатый носовой платок. - Масса преступников и пакостников мелкого масштаба взяли привычку, словно нашкодившие школяры, кивать на искушающего их домового - Тринадцатого Дожа. И на шантаж он их толкает, и бомбы в отели подкидывать - после чего в них туристов на аркане не затянешь... - Так или иначе - держите меня в курсе этого дела, - Кай поднялся, давая понять, что не собирается больше отнимать у инспектора его драгоценное время. - И позаботьтесь о том, чтобы с подследственным ничего не случилось. * * * Все утро следующего дня оказалось совершенно неожиданно заполнено бестолковейшими объяснениями с представителями экологических служб, молодежных, общественных и зверолюбивых движений, прознавших, наконец, о том, что весть о постигшем Эбисс-Айл злосчастье достигла чуть ли не самого Директората Федерации, ниспославшего городу своего чуть ли не комиссара, наделенного высшими полномочиями. Половина из жаждавших дать показания и, главное, помочь ценным советом граждан островной аристократической республики при этом были, однако, уверены в том, что истинная цель приезда посланника высших сфер не имеет никакого отношения к запропастившемуся китообразному, и всяческими намеками давали понять это и то, что компетентные органы могут рассчитывать на их поддержку. Совершенно бескорыстную. Для того, чтобы не остаться запечатленным шальной видеокамерой, Каю пришлось принять специальные меры. И еще уйма народу горела желанием разъяснить тупой ищейке, что грешить на Энди Горелова в деле об исчезновении Финни равносильно поискам угнанной кобылы в конюшне ее хозяина. Было, правда, и с четверть дюжины таких, что приходили или звонили просто с целью посоветовать Федеральному Следователю не совать нос в дела независимого Эбисс-Айл и уносить ноги подальше, покуда цел. Им Кай остался почти благодарен. К середине рабочего дня поток желающих связаться с ним, к счастью, иссяк, и появилось время разобраться с ответами на запросы и с другой оперативной информацией. Зашедший в кабинет Кая лейтенант Муни окинул беглым взглядом накопившиеся на столе распечатки и нанес ему последний удар, пробормотав с огромной силой убеждения: "Не за китом вас сюда прислали, ох, - не за китом..." С чем и убыл. Кай хотел остановить его, но подумал, что и Муни - не та инстанция, что объяснит ему - чем же он, в самом деле, занимается здесь в казенном кабинете на деньги налогоплательщиков. В руке в этот момент он держал справку инспектора Баха, гласившую, что: во-первых, Эдвард Джонс Монтегю продолжает водить следствие за нос, подставив в качестве лиц, толкнувших его на преступление, граждан, которые в указанное им время никак не могли находиться в указанном им месте, где, якобы предъявляли ему уличающие его документы, ксерокопии и видеозаписи. Точно также, как не мог находиться и он сам. Во-вторых, анализ финансового состояния "Эй-Эл Корпорейшн" возможным не представлялся, ввиду ликвидации предприятия его новыми владельцами. Основная часть имущества корпорации принадлежит в данный момент студии "Эбисс-Лайт", фирме "Коммон Энтертейнмент" и Муниципалитету. * * * - У меня есть небольшая просьба к вам, док, - Кай посмотрел в добродушные, но насторожившиеся глаза дока Самнера. - Даже две. Одна из них - щекотливая, с точки зрения э-э... ваших отношений с клятвой Гиппократа. - Начните с той, что э-э... не щекочет... - Найдите с полчасика свободного времени и подготовьте мне список тех случаев, которые напоминают вам историю, рассказанную нам вашим приятелем из журналистов - Зиновьевым. Этак коротко - сам субъект, его координаты, суть байки и - коротко - о маге или гадальщике, с которым связана история... Таким примерно форматом... - Дело нетрудное, но какое это имеет отношение к пропавшему Финни? - Может быть - никакого, док. Вполне возможно, что это след вполне самостоятельного дела. Весьма глубоко лежащего... А может - пустая игра моего воображения... Теперь - второе... - Надеюсь, вы не собираетесь просить меня отравить пациента или, хуже того, - выправить ложный диагноз? - шутливо, но настороженно осведомился доктор Самнер. - Для этого у нас в Управлении имеется совсем другой отдел... - Нет, - успокоил его Кай, - мне просто неплохо было бы ознакомиться с личными файлами ваших пациентов, проходивших по делам о ложных банкротствах, неподтвердившихся фактах шантажа и по другим, им подобным... Понятно, что эти люди не проходят по делу, которым я непосредственно занят... Но, как я вам уже сказал, у меня начинает складываться впечатление, что нечто небезопасное происходит со здешним народом. - Ну вот и вы подхватили эту хворь, - мягко улыбнувшись, доктор откинулся в кресле. - Бездна под ногами, это - бездна под ногами... Рано или поздно дает о себе знать... Ну, а что касается этой - второй - вашей просьбы, то... Собственно, поскольку речь идет о некоем роде статистического анализа... - доктор призадумался на пару секунд. - Не будет большого греха, если я оставлю вас на часок в кабинете, наедине с моим служебным компьютером... Я же ведь совершенно уверен в нерушимости моего кода доступа... - док еще раз улыбнулся Каю. Чуть криво. * * * Посещение Серафимы - Говорящей со Смертью, было, собственно говоря, внеплановой работой. Как и ряд сделанных им за день запросов. Просто тень тревоги, запавшая в душу Федерального Следователя, не давала ему покоя. Однако и время он отвел этой заботе неслужебное - под вечер. Оно и лучше. Не каждый же вечер пить кофе с доком Самнером - так недолго и надоесть друг другу. Созерцание программ местного "ти-ви" было занятием для Кая тоскливым. Никакие политические страсти не раздирали Океанию. Парламент вяло дебатировал - отгонять ли Эбисс-Айл на период осенних штормов в умеренные широты или выставлять над городом энергетический щит. Этому посвящалась одна десятая телевизионного времени на всех программах. На галактические новости тратилось в среднем по полминуты в час. Забавляла скандальная хроника, но не более. Местная знать, кажется, решила жить по принципу "ни дня без дуэли". В самом деле - почему бы и не развлечься подобным образом, принимая во внимание развитую систему "амбуланс" и успехи медицины вообще?... Все остальное время в эфир шло натужное, утомительное веселье. Отстающее, к тому же, от моды Метрополии года на два. Нет, лучше уж посетим Говорящую со Смертью. Марк Зиновьев был не совсем прав: "Центр Парапсихологических Изысканий" находился не рядом с дворцом Дель Фиоре - "Центр" арендовал один из павильонов дворца и, таким образом, располагался, можно сказать, в самом дворце. Кай возблагодарил собственную предусмотрительность - он догадался записаться на прием к великой ясновидице заранее, связавшись с ее электронным секретарем. В приемной, стилизованной под нечто средневековое, своей очереди дожидались уже с полдюжины посетителей. К их услугам был широкий набор рекламных буклетов, характеризующих хозяйку салона как выдающуюся в своей области личность; несколько оформленных под старинные фолианты подшивок мистической периодики и каталоги лавочек, торгующих амулетами, заговоренными медальонами, атрибутами гадания и снятия/наведения порчи и сглаза. Голографический проигрыватель в углу неназойливо крутил рекламный ролик - тоже разъясняющий клиентам правильность того выбора, который они сделали, явившись именно к Серафиме - Говорящей со Смертью. Стены украшали солидного вида дипломы в рамках. Еще валялись всяческие значки, эмблемки и наклейки - бесплатные сувениры на память о посещении провидицы. Каю почему-то приглянулась мини-копия Большого Золотого Знака второй степени, свидетельствующего о высоком месте, занятом Серафимой в ежегодном конкурсе Темных Магов. Сам Знак красовался за стеклом, на солидной витрине, вместе с кучей такого же рода реликвий. Его Серафиме вручила и конкурс спонсировала "Коммон Энтертейнмент". Кай оставил безделушку себе на память. Обслуживание клиентов происходило в довольно быстром темпе. Один за другим - по мелодичному сигналу киберсекретаря - ожидающие своей очереди познать судьбу респектабельные господа и дамы поднимались, оправляли перышки и исчезали за окованной декоративной чеканкой дверью. Назад они уже не появлялись - верно выходили другим путем. Может быть для того, чтобы избежать ненужных встреч. Когда подошла - с легким запозданием против назначенного ему времени - его очередь, Кай убедился, что рекламные брошюрки и видеореклама не слишком уклонялись от истины: Говорящая со Смертью была и впрямь не нечесанной ведьмой, а стройной, очень смуглой и очень скуластой женщиной, вызывающей воспоминания о фильмах про команчей и сиу. Эти ассоциации усиливало наброшенное на плечи пончо, которое дополнялось, однако, цветастой цыганской юбкой. Федеральный Следователь не сразу и заметил самого, пожалуй, впечатляющего элемента наряда великой прорицательницы - вокруг точеной смуглой шеи гадалки, в два оборота была наброшена нить тускло мерцающих бус, каждая - своей, неправильной, но какой-то завораживающей формы, и каждая - несущая свой, очень сочетающийся с соседними бусинами оттенок. Беспрерывно - у одних бусин реже, у других чаще - цвет этот менялся: соседние бусины как бы менялись цветами, словно ведя какой-то вечный, непонятный для непосвященных разговор. "Живой жемчуг"... Драгоценнейший продукт с глубинных плантаций - там, к северу от Эбисс-Айл. Нить, украшавшая плечи Серафимы, стоила целого состояния. Продав или заложив такую, можно было бы до конца жизни не беспокоиться о еде, питье и крыше над головой. Даже временная аренда такого украшения вряд-ли окупилась бы доходами гадалки. Если, конечно, это не была электронная подделка. Которая, впрочем, тоже стоила недешево. - Видите-ли, миссис, - в ответ на немой, но суровый вопрос, заключенный во взгляде Говорящей со Смертью, Кай решил наполовину выложить свои карты, - я пришел к вам не совсем за тем, чтобы узнать свою судьбу. Я, видите-ли, пишу книгу... О расцвете ремесла магов на Океании... - Это не честно, сьер. Маги не дают интервью. Надо было сразу сказать зачем придете. Секретарю. - Думаю, тогда в приеме мне было бы отказано. А сейчас - раз уж я внес аванс... В конце концов - разве вам помешает бесплатная реклама? - Бог вас ведает, сьер, что вы там напишите - в книге-то вашей... Стремно вы выражаетесь, как говорит один мой друг.... - Поверьте, я собираюсь предложить читателю только подлинные факты. Неподдельные. Как... Как, скажем, вот это ваше ожерелье... Как ни странно, гадалка как-то вдруг расслабилась, услышав эти слова. Облегченно вздохнула и опустилась в глубокое кресло в углу. Затянулась медового запаха дымом из своей тонкой, невероятно длинной трубки. - Ну вот вы, наконец, и перешли к делу, Следователь, - удовлетворенно констатировала она. Кай перестал понимать что-либо. Но сохранил на лице маску вежливого внимания к собеседнику. Разве что прибавил к нему еще оттенок коварной проницательности. Чисто профессионально. В целом же, положение получалось довольно глупое. - Простите, миссис... - Мисс. - Простите мисс, но если перед моим э-э... визитом к вам, вы удосужились навести справки о моей должности, то стоит ли упрекать только меня в нечестной игре? - Здесь все, кому уши не заложило, уже знают, что федералы на чем-то зацепили Энди и направили сюда, извините, ищейку. Якобы кита этого искать... А то, что у нас с Энди - старая дружба, этого, простите, в Эбисс-Айл только что последний дурень не знает... Вы - человек не здешний, но, думаю, вам уже в уши надули. Люди из "Эбисс Перл", например... Они-то Финни и затравили, если по-хорошему говорить... А может, пытают сейчас бедное животное - эти типы целью задались Энди дело пришить... Особенно этот Энгельманн... Когда после разговоров с Энди вы сразу намылились в мой салон, мне все стало ясно, сьер. И давайте не будем валять дурака... Да, мы - давние друзья с Энди, да, я нахожу ему покупателей на его товар - вы же не думаете, что ЭТО - действительно мое?... - гадалка мотнула ожерельем, и волшебные огоньки прокатились по нему. - Так зачем вы тогда?... - Кай кивнул на драгоценность. - А посмотреть - какой будет ваша реакция, сьер... Ведь шила, как говориться, в мешке не утаишь... Так вот: никаких показаний от меня вы не добьетесь, сьер. Да, несколько заезжих господ приобрели в моем салоне несколько нитей "живого жемчуга". На этот предмет есть купчие. По всей форме. Да, я получала жемчуг от Энди. Но не думаю, что у него могут быть ко мне претензии. Ничего незаконного. Другое дело - то, что мы работали без афиши. Но это - наше личное дело. Сколько вы меня ни долбите своими вопросами, я не скажу вам, откуда Энди с Финни доставали товар. Это просто не мое дело... Дело обрело настолько неожиданный оборот, что Кай впервые за время своего пребывания на Океании почувствовал непреодолимое желание ущепнуть себя за руку. "Господи, куда было бы податься бедным сотрудникам органов дознания, - подумал он, - если бы во Вселенной не было болтливых баб?" - Ну что-ж, мисс. Как говорят на Святой Анне: "На "нет" и суда нет"... И все-же, не сочтите за труд ответить мне на пару вопросов... Они не имеют никакого отношения к господину Горелову и его э-э... другу... В конце-концов, я заплатил за сеанс, - криво улыбнулся Федеральный Следователь. - Ну, если это действительно не имеющие отношения к Энди вопросы... - Скажите, - это всего лишь кажется мне, или на Океании действительно наступил э-э... ренессанс искусства магии? И вы лично, мисс Серафима, с чем связываете такое мое впечатление?.. Говорящая со Смертью склонила голову набок и озадаченно пожевала губами. - Сдается мне, сьер, вы не поверите мне, если я начну объяснять вам, что расположение созвездий... - Не поверю, мисс... - Тогда, пожалуй, не стоит продолжать наш разговор... Тем более, что вы сами признали, что к истории с Финни он никакого отношения не имеет... - Мне не кажется, мисс, что дело в моем неверии... Вы... Вы не хотите нарушать каких-то... договоренностей? - Я не хочу ссориться с Тринадцатым Дожем... - как-то в сторону бросила Серафима. - ? - Это шутят так здесь, - после чуть затянувшейся паузы объяснила гадалка. - "Никогда не ври и никогда не говори всей правды, если не хочешь поссориться с Тринадцатым Дожем." * * * Справки об "Эбисс Перл" и лично о господине Энгельманне Кай навел, не вылезая из нанятого катерка, по дороге в очередной раз сменившую дислокацию гостиницу. Уже из номера он заказал билет на субмарину до Средних Слоев - тех мест в глубине, где делали свой бизнес добытчики "живого жемчуга", Энди Горелов и, кажется, Финни... Подумав, Кай не стал заказывать ужин в номер, а вызвал на свой терминал сводку по траффику "живого жемчуга" и еще пару справок из базы данных Филиала и полиции, провозился с ними до темноты и посвятил четверть часа звонкам лейтенанту Муни и еще паре своих знакомых по четырехлетней давности операции, проведенной в здешних краях. Получив несколько хороших советов, он натянул наиболее легкомысленно расписанную из имевшихся в наличии рубашек и двинулся в поход по ресторанчикам и кафе из составленного им небольшого списка. В каждом из них обязательным элементом программы была беседа обо всем и ни о чем с барменом (официантом, кельнером, половым), неполная дюжина соленых орешков и пригубленная рюмка вина из здешних водорослей. В трех первых заведениях тем дело и ограничилось, а вот в "Упрямой каракатице" Федеральный Следователь решил взять быка за рога, хотя заведение и выглядело по-приличнее предыдущих, что вовсе не повышало шансы на быстрый успех. Но то-ли интуиция что-то подсказала Каю, то-ли просто есть хотелось ужасно. * * * В маленьком респектабельном ресторанчике, украшенном панно со сценами из жизни глубин океана, было тихо и уютно. Следователь выбрал столик в углу и сел в ожидании заказа. Долговязый рыжий официант в бутафорских ботфортах и пиратским платком на шее не заставил себя долго ждать. Кай констатировал про себя, что живого официанта видит в восьмой раз в жизни. Из них два были - в Метрополии, три - здесь, в Эбисс-Айл, два - в диких местах вроде Парагеи. А первый приключился и вовсе на лихой Милетте. Использовать живых людей для разноса тарелок могли лишь самые богатые или самые нищие из Тридцати Трех Миров. Физиономия рыжего парня была одним из украшений досье, которое Кай прокрутил через свой терминал чуть более часа назад. - Что будет кушать уважаемый сьер? - голос его источал патоку и обещание неземных блаженств. - Сорок сортов рыбы - здешней и земных пород... Морской конек под сладким соусом... Салат из морских лилий с гепто-крабами... Запеченные щупальца спрут-геев. Или... - официант сделал многозначительную паузу. - Сьер хочет чего-нибудь действительно экзотического? - Например? - Кай вопросительно взглянул на собеседника снизу вверх. - Как насчет филе из дельфопов? Парень соответствовал приведенной в досье характеристике. Игнорировал риск, полагаясь на свое "знание людей". Это Кая устраивало. - Позвольте, но промысел этих... тварей, вроде бы, запрещен? Они ведь говорящие... - сказал он задумчиво. Некоторая наивность украшает человека, которому вовсе не надо сойти в глазах собеседника за легавого. - Именно поэтому их мясо так ценится гурманами, сьер. Кай машинально констатировал, что шалости, на которых попался в свое время охотник без лицензии Энди Горелов просто не шли ни в какое сравнение с тем, на что можно нарваться в получасе ходьбы от Филиала. Конечно, парня можно было взять тепленьким, да и хозяина "Каракатицы" оставить без лицензии, заодно. Только вот, полиция Эбисс-Айл вряд-ли оценит такую работу. Не затем сюда присылают людей из Управления, чтобы они забивали местные каталажки всякой мелочью и, вообще, резали воду ножом. Другое дело, скажем, убийство. Или то, о чем предстояло поговорить сейчас. - Вот что, сотвори мне рыбное ассорти без затей и белое - из земного репертуара, чтобы не разило йодом. И найди время поболтать со мной минутку - мне тебя рекомендовали, парень... Парень обернулся в считанные секунды. - Я вижу, что ты смыслишь в местных делах. Может быть, поможешь мне в одном дельце? Разумеется , не бесплатно. Почтительно прогнувшаяся спина аборигена подтвердила, что предложение упало на благодатную почву. - Я хочу привести отсюда хорошую партию жемчуга - знаменитого "живого жемчуга" Эбисс-Айл, разумеется. У меня есть возможность вывезти около пятидесяти жемчужин. Но те ожерелья, что я вижу в ювелирных магазинах или безумно дороги из-за сумашедших акцизов, или не выдерживают никакой критики. А между тем, на плантациях нитка жемчуга стоит вчетверо дешевле, чем здесь, наверху. Если вы сведете меня с кем-нибудь из "нижних людей", то... процент коммисионных вам известен - неплохая сумма... Последовала недолгая пауза. - К сожалению, два дня назад в рейс ушел "Тамерлан", а значит приличного товара в городе не найти, - покачал головой рыжий. - Но на ваше счастье у меня есть друзья на плантациях. И они подберут вам бусинки что надо! Считайте, что шею вашей супруги уже украшает "живой жемчуг" Океании. Меньше, чем через неделю я доставлю вам товар. - Через неделю? Гм... Боюсь, что это меня не устроит. Послезавтра я улетаю. Мне здесь светиться незачем. Кай увидел, как вытянулось лицо официанта, мысленно уже потратившего свои комиссионые, и, сделав необходимую паузу, забросил свой крючок: - У меня есть встречное предложение. Завтра я еду на океанское сафари - охотиться на химер. Химеры мне, говоря честно, сроду не нужны, но вот по дороге мы посетим подводный ботанический сад и жемчужные плантации в Средних Слоях. Если вы до завтрешнего утра свяжетесь с поставщиками жемчуга и сообщите о нашей сделке, то я смогу получить товар прямо от них. - Ну да, сьер, вы принимаете меня за дурака. А мои комиссионнные? С кого я их потом получу? - Конечно же с меня. Половину - сегодня и столько же после возвращения. Каждый из нас двоих рискует только частью суммы. Если я не получу внизу ожерелье - вы вернете мне задаток, а если жемчуг будет у меня, неужели вы думаете, что у меня хватит дури нарываться на скандал из-за оставшихся пяти процентов? Официант на секунду задумался, а потом кивнул головой. - Вы очень разумны, сьер. Приятно иметь дело с такими клиентами. Скажите, кто рекомендовал меня вам? Я созвонюсь с человеком и уже когда я принесу вам счет, мы сможем обменяться - вы мне наличные, а я вам - координаты нашего человека... - Отлично, - уверенным тоном сказал Кай. - Вас мне рекомендовал вот этот человек, - он незаметным движением протянул официанту снимок, который выдал ему терминал информационной сети Филиала. Антонио Баскетт давно сидел на крючке у Управления и готов был подтвердить своим дружкам из кругов, связанных с контрабандными операциями, все что угодно - даже, что Кай является воскресшим Аль-Капоне, если такое потребуется. Он был последним, с кем Кай созвонился до выхода из гостиницы. Рыжий некоторое время не без подозрения во взоре изучал фото. Должно быть, он не так уж хорошо знал Антонио. Момент был скользкий. - Где у вас банкомат? - подтолкнул его Кай вопросом, наводящим на мысль о восхитительном хрусте банкнот. Она, видимо, и прервала колебания официанта. - Вы знаете его телефон? - осведомился он. - Тони говорил, что вы его знаете лично. - Прекрасно. Дайте свою карточку бармену - у него на кассе приставка. С вас - шестнадцать тысяч универсальных. Остальное - с поправкой на общую сумму сделки. Рыбное ассорти, может и было отлично приготовлено, но вкуса его Кай не запомнил, - то что "клюнуло" так быстро сильно смутило его. Сумму посредник содрал с него явно непосильную для полицейского провокатора. Впрочем, и относительно богатому Управлению Кай теперь обеспечил головную боль в конце квартала. Обычно бухгалтерия бывала просто в восторге от подобных экспромтов. Это тоже портило аппетит. О поданом ему вине Кай, правда, мог бы сказать пару слов. Но воздержался. Наконец, официант появился явно в повышенном настроении - надо полагать, Антонио прилично сыграл свою роль. Полученный конверт с кредитками еще более поднял его настроение. Немного поморочив Каю голову, он выдал и координаты "своего человека" на плантациях. Своего человека звали Карлом Энгельманном. Федеральный Следователь подумал, что в этом деле многовато, пожалуй, совпадений. * * * Субмарина, напоминающая окраской разбитое на сковородке гигантское яйцо какой-то доисторической птицы, лениво покачивалась на волнах у шестого терминала. Кай стоял за парапетом диспетчерской башни и наблюдал, как гомонящая разномастная толпа, облепленная пакетами, видеокамерами и путеводителями, тоненьким ручейком спускается по трапу к судну. Основную массу пассажиров подводной лодки, отправляющихся на экскурсию в подводный мир, составляли богатые бездельники из близлежащих звездных систем, да два-три залетных туриста из Метрополии. Однако было бы совсем ни к чему налететь на кого-нибудь из старых знакомых. Дождавшись, когда последний пассажир канул в разверстое жерло входного люка субмарины, Кай неспеша направился вниз к причалу. Ему досталось место на верхней палубе рядом с крупным, немного рыхловатым мужчиной в полувоенном комбинзоне. Сосед протянул для рукопожатия большую мягкую ладонь и первым представился на удивление высоким голосом: - Питер ван Гольбейн, Ариадна-II. "Три гнома" - производство мыла и стиральных порошков. Он взглянул на собеседника, ожидая, верно, соответствующей реакции, но, не увидев ее, уточнил: - Впрочем, здесь на Океании моя фамилия пока мало кому знакома, а вот на моей планете, согласно статистике, каждая вторая женщина и каждые двое мужчин из пяти моются только моими шампунями. Открываю здесь филиал. Опресняющие моющие средства для здешних соленых вод. Экологически - гениально. Следователь с легким интересом взглянул на мыльного короля. На Ариадне-II ему приходилось как-то бывать - в какие только дыры не заносит человека служебная надобность - и навязчивый мотив рекламной песенки, от которой он в свое время не мог отделаться неделю, тут же всплыл из глубин подсознания. "Моем быстро, моем чисто Мистер Питер тут как тут! Ваше время, ваши деньги Наши гномы сберегут!" - процитировал он. И представился: - Кай Санди, Служащий Федерального Ведомства, - не очень покривив душой, определил он свою профессию. - Здесь - по делам. Веснушчатое лицо собеседника приняло сочувствующее выражение. - Понимаю... здешние Дожи - тоже люди. И им тоже свойственно не платить денежки в Федеральную казну. ЭТО ПРОБЛЕМА всех Тридцати Трех Миров. А теперь много болтают еще про один - Тридцать Четвертый... Так что вашей конторе прибавится головной боли... Или в полку мытарей ожидается пополнение? Он коротко хохотнул: - Но не обижайтесь, просто налоги - это больная тема для всех. Кай не стал разуверять мыльного фабриканта. Если ему угодно принимать его за налогового инспектора - это его дело. Да и ненужных вопросов будет меньше. Он пристроил на полке свой саквояж и повернулся к соседу. - Боюсь, что Океания не бьет рекорда Федерации по потреблению мыла на душу населения... Это - мир богатых людей и одноразовых вещей... Мало кто дважды надевает одну и ту же рубашку. О носках уже не говорю. Сплошная биодеградабельная синтетика и Бездна под ногами. Она переваривает все - поверьте... - О, вы просто не представляете, сколько моей продукции проглотит здешняя технология... Одна отмывка нефтеналивных емкостей требует сотни тонн моющих смесей... По сравнению с этим шампуни и ароматные пены - просто баловство... "Мистер Питер" глянул на Кая свысока. Тот признал свое поражение в дискуссии по маркетингу и сменил тему. - А сюда вы - на экскурсию? - спросил он. - Нет, не угадали, - лицо собеседника приняло загадочное выражение. - На охоту. - Стрелять химер? - Кое-кого покрупнее... - Морских лисиц, например? Я имею ввиду тех акул, что... - Да, акул, но других. Я приехал сюда охотиться на Демонов Бездны. Лицензия обошлась мне в тысячу монет, но я не жалею. Развлечение стоит того. Кай в удивлении слегка заломил бровь. Такое рискованное заявление как-то не вязалось с образом Короля шампуней. Габитус его наводил, скорее, на мысли о некоем мирном китообразном, нежели о подтянутом ягуаре... Впрочем, первое впечатление бывает иногда обманчивым. Тем не менее, мужество человека, который заплатил хорошие деньги за сомнительное удовольствие быть съеденным одним из наиболее жутких и агрессивных созданий Океана, вызывало невольное уважение. - И часто вы вот так отдыхаете? Ван Гольбейн слегка замялся. - По правде, первый раз. Охота на акул - мечта всей моей сознательной жизни. И я рад, что наконец-то смог выполнить задуманное. Кай пожал плечами и стал смотреть в иллюминатор. Над их головами черными многоугольниками громоздились днища рукотворных островов Эбисс-Айл. Серебряные дорожки улиц-каналов тут и там пересекали поверхность Океана, создавая замысловатый световой узор, словно вытканный из солнечного света гигантским пауком. Вниз, в стекленеющее там иссиня-черное облако мрака, разрываемое нечастыми огоньками батискафов и прогулочных субмарин, уходили слегка изогнутые невидимыми течениями ленты хемоосмотических генераторов. За темными стеклами сновали стаи причудливых рыб-мусорщиков, похожих на буддийских монахов в развивающихся одеяниях, рыскающих под днищами понтонов в поисках отбросов. Одним из преимуществ водного положения Эбисс-Айл была всепожирающая способность Океана полностью перерабатывать любые отходы человеческого существования (за исключением радиактивных, да особо токсичных, конечно). Все остальное непременно усваивалось морем и его обитателями, образующими сложно переплетающиеся пищевые цепи. Так рыб-мусорщиков, питающихся людскими отбросами, ловили и ели спрут-геи, которых, в свою очередь, подманивали своими желтыми огоньками и глотали рыбы-удильщики. Тех пожирали химеры, а химер - акулы-лисицы. Печень "лисиц", вымоченную в мускатном вине, подавали в лучших ресторанах Эбисс-Айл, а отходы попадали в Океан. Круг замыкался. Человеку из него перепадали только вкусовые ощущения, да перестальтика кишок - из-за несовпадения аминокислотного состава белков человека и здешних морских хищников: их мясо было совершенно некалорийно. Кай отвлекся от экологических размышлений и решил прогуляться по субмарине. Предводитель "Трех гномов" тихо посапывал в своем кресле, готовясь к предстоящим героическим деяниям. В тон ему тихо гудели кондиционеры. С первой палубы, где располагался бар, слышалась негромкая музыка и глухой, невнятный голос, перебиваемый приглушенными расстоянием взрывами смеха. В конце коридора Кай с изумлением обнаружил конторку мага. Видимо спасения от них не было, стало быть, нигде. За последние четыре года они расплодились как лемминги, и можно было только удивляться, как им на всех хватало клиентов. Впрочем, здешний корабельный маг доказывал своим присутствием, что колдуны Океании уже начали спускаться вслед за своими жертвами на самое дно морское. Причем, судя по кучке народа, ошивающегося возле его разукрашенной замысловатыми каббалистическими знаками берлоги, заезжая праздная публика сама рвалась в объятия колдунов. Неподалеку от прилавка мага виднелись завешенные бордовым синтелаксом кабинки игровых компьютеров. Возле них тоже толпился скучающий народ. Да и вправду сказать, зрелище водной толщи в иллюминаторах было достаточно однообразным, а до первой остановки в Подводном Ботаническом саду оставалось еще несколько часов хода. Кай прошел к стойке буфета выпить чашечку кофе, а возвращаясь обратно, услышал знакомый голос, перебиваемый гудящим баском корабельного мага. - Вы же видите, сьер, как легли кости, - тощий кудесник, с костлявых плеч которого свешивались складки расшитого золотыми фигурами атласно-черного балахона, указывал длинным пальцем то на изумрудные кубики, то на слизистые останки какого-то местного животного. - И внутренности мраморной каракатицы показывают то же самое. Встреча с акулой в этой точке судьбы не сулит вам удачи. - Оставьте свои бредни! - Ван Гольбейн не мог скрыть своего раздражения. - Вы думаете, что из-за ваших глупых предсказаний я поменяю цель своей поездки на вашей дурацкой кастрюле? Чушь! - Взбешенный монарх стиральных порошков бросил на стол мятую купюру и пошел прочь. - Плохой прогноз, Питер? - поинтересовался Кай участливо у своего соседа. - Идиотский! Видите ли - планеты, звезды, местные морские божества и еще черт знает какая нечисть считают, что мне нечего соваться завтра утром в море. Мол там меня ждет несчастье... Кретин! Он не понимает, что я готовился к этой охоте десять лет. Я с двадцати метров попадаю гарпуном в десятицентовую монету. А плаваю так, что и молодым не угнаться. Я уже не говорю про хладнокровие и знание повадок этих тварей. Верите ли, мистер Санди, я прочитал практически все, что было напечатано про акул-демонов... Впрочем, я зря так разволновался из-за глупого предсказания. И что только хорошего эти аборигены находят в своих магах и колдунах? - Не знаю, не знаю... Но то, что этот бизнес процветает на Океании, так это - факт. А если по звездам гадают, значит это кому-то нужно, - как говаривал один мой знакомый славянин. Забудьте об этом эпизоде и займитесь чем-нибудь другим. Сыграйте в карты или рулетку . На нижней палубе, я слышал, работает казино - для туристов Дожи, кажется, сделали исключение. Или в ожидании настоящих приключений отправьтесь путешествовать в компьютерные миры. Здешние ВР-мейкеры и в самом деле весьма изобретательны, хотя и на свой, извращенный манер, как говорят. - О, тут я с Вами согласен! За ту неделю, что я провел в Эбисс-Айле, я испытал несколько незабываемых приключений в ВР-реальности, - и глазки охотника на акул плотоядно засверкали при воспоминаниях о полученном удовольствии. - Знаете, это идея. Я, пожалуй, пойду в Зал Развлечений. А казино хватает и на Ариадне. - Приятного вам времяпрепровождения. Кай помахал ван Гольбейну рукой и пошел на свое место работать с архивными файлами местной полиции. * * * Часа через полтора мягкий толчок сообщил о прибытии субмарины к первому пункту морской прогулки: подводному Ботаническому саду. Гигантская, метров шестьсот в диаметре, прозрачная чаша огромной подводной оранжереи почти неподвижно висела в толще воды на глубине ста метров. Еще достаточно сильный солнечный свет дополнялся мощным искусственным освещением, озарявшим буйное великолепие подводного растительного мира Океании. Пройдя узкий шлюзовой отсек, пассажиры рассыпались по весьма вместительному предбаннику Ботанического сада. Большую часть туристов сразу же утащили говорливые экскурсоводы, часть отправилась искать индивидуальных гидов, а Кай вместе с парой-тройкой лентяев пошел в бар выпить чашечку кофе. Бар был поистине антикварным - его убранство копировало настоящий бар "Экспрессо" середины двадцатого века. Имели место девятый и десятый в жизни Федерального Следователя случаи живой обслуги. За длинной никелированной стойкой работало двое: высокая рыжая девица, меланхолично сидящая за кассовым аппаратом, и как бы в противовес ей - живой и подвижный здоровенный негр лет сорока, ловко управляющийся с кофеваркой, чашками, рюмками и многочисленными разнокалиберными бутылками. При этом он успевал весело насвистывать какой-то разухабистый мотивчик, разговаривать с посетителями и донимать колкими шутками свою сонную напарницу. - Ну тебя, Боб, - вяло огрызалась девица. - Ты мешаешь мне считать. На прошлой неделе ты так задурил мне голову, что я передала десятку Честному Энди, а с него, как ты знаешь, обратно уже ничего не сдерешь. При этих словах профессиональное внимание Кая Санди мгновенно сделало стойку. Оказывается, его подопечный был частым гостем в здешних местах. Следователь не спеша допил кофе, и, возвращая чашку на место, окликнул мчащегося мимо бармена: - Эй, Боб, Эндрю Горелов передавал тебе привет. Негр весело осклабился на бегу: - Да ну? А денег для Молли он тебе не передавал? - Нет, Энди сказал, что вернет их сам при первой возможности. Похожая на черный биллиардный шар голова затряслась от смеха, разбрасывая кругом яркие блики. - Ну, парень, ты и пошутил: чтобы Честный Энди добровольно отдал то, что ему досталось на халяву? Такого еще не бывало! Кстати, что-то я тебя не припоминаю... Ты здесь впервой? - Здесь - да, а наверху давно. А с мистером Гореловым у нас есть общее дело, - тут Следователь не врал, разве только умолчал, что в деле этом они с Энди находятся "по разные концы ствола"... - Ну и как он поживает? - бармен наконец-то обслужил последнего посетителя и смог полностью переключиться на Кая. - Удалось ему отмазаться от фараона, что прислали из Метрополии? Представляешь, этот придурок всерьез полагает, что Энди украл и прячет где-то кита! Как будто, Финни - это перочинный ножик, что вы случайно одолжили у друга, а теперь не хотите возвращать... Готов биться об заклад, что Энди запросто навешает этому парню лапши на уши. Кай тихонько крякнул и решил немного вступиться за себя: - Не скажи, Боб... Я, наоборот, слышал, что тот следователь - тертая штучка, и копает он глубоко... По крайней мере, не только под историю с китом. Бармен озабоченно присвистнул и наклонился ближе. - Неужто пронюхал, подлец, про жемчуг? Сердце Следователя продолжало биться ровно. А могло бы и радостно екнуть, в конце концов. Профессия есть профессия. - Нет, про это он, кажется, еще не знает. Впрочем, это не мое дело. Пусть голова болит у таких как Энгельманн, - бросил он следующую наживку. - Вот Энгельманн - это как раз тот, кто и доконает Энди. Они с Финни уводят у Хитрого Карла всех покупателей... Как бы он не устроил чего с бедной рыбиной. "Здесь все все знают, - подумал Кай. - Кроме полиции и разведки. И никто не думает держать язык за зубами". - Да, - согласился он вслух. - Опасный тип. * * * Пассажиры дремали после сытного ланча, когда по бортовой сети зычный голос капитана сообщил леди и джентльменам, что "субмарина приближается к резервации Акул-Демонов - самых злобных и агрессивных обитателей нашего благословенного Океана. Как указано в путеводителях господ экскурсантов, они смогут воочию понаблюдать за жизнью этих кошмарных созданий, причинивших столько бед первооткрывателям нашей планеты. За отдельную плату желающие смогут увидеть уникальное зрелище - схватку с Демоном профессионального охотника на акул. Здесь же на борту нашей субмарины к вашим услугам тотализатор. Напоминаю, что прием ставок прекращается за пятнадцать минут до начала боя." Кай посмотрел на пустующее соседнее кресло. " Куда же подевался Мистер Питер? Впрочем, это-же конечная точка пути для него - на сафари он задержится не меньше, чем на неделю... Может, он проверяет снаряжение или примеряет гидрокостюм? Жаль, что не нашел времени, чтобы попрощаться... В любом случае, стоит пожелать ему удачи. С профессионалами все ясно - они рискуют за деньги, а вот какого черта в пасть к Демонам лезет Гольбейн? Казалось бы, у человека есть все: деньги, почет, уважение, а он мчится за тридевять земель, чтобы поставить на карту свою жизнь... Нет, человеческая душа, пожалуй, останется загадкой еще долго, после того, как люди освоят Вселенную." За иллюминатором из все больше темнеющей бездны поднимались навстречу ему похожие на кроны деревьев африканской саванны, распадающиеся горизонтальными, сплюснутыми слоями сооружения ферм "Эбисс Перл Инкорпорейтед". Субмарина вошла в Средние Слои. Они же - Продуктивные. Последнее относилось к "живому жемчугу". * * * Плантации Средних Слоев были следующим местом остановки субмарины и конечным пунктом пути уже для самого Кая. И Бог его ведает: была ли предстоящая ему встреча с Карлом Энгельманном приятнее, чем с Демоном Бездны. Толща Океана жила по своим правилам. Чем-то больше похожим на жизнь Космоса, чем на зыбкое, но все же цивильное, земное бытие Эбисс-Айл. Даже более опасным, чем в Космосе. Там - в небесном вакууме - булавочный прокол во внешней стенке кабины за долю секунды затягивает защитная прокладка. Здесь из нее бьет струя воды под давлением в сотни атмосфер, способная как автоматная очередь рассекать человеческую плоть. В Космосе не исчезает ничего. Здесь Бездна глотает все. Любые следы. Техник, у которого приотставший в музее "живого жемчуга" от стайки экскурсантов Кай осведомился, как ему найти господина Энгельманна, долго морочил ему голову и, наконец, проведя его через пять или шесть тамбуров, оставил у двери, на которой значилось: КАРЛ ЭНГЕЛЬМАНН - БОРЬБА С ХИЩЕНИЯМИ Внешнее сходство с акулой у господина Энгельманна ограничивалось, пожалуй, только выражением лица. Внутреннее простиралось глубже. После обмена условными фразами, господин в безупречной - сером с искрой - "тройке" и антикварных - не менее тысячи кредиток - очках в тонкой золотой оправе без обиняков сообщил Каю, что не собирается оплачивать из своего кармана его напрасную, в общем-то, прогулку до Плантаций. - Вам не повезло, мой друг, - без малейшего сочувствия в голосе продолжал он. - У нас трудности с транспортировкой. Вам отсюда без проверки не выйти. Вас ввели в заблуждение, когда убедили, что главное - это пройти планетарную таможню. Там осуществляется только выборочный контроль. Главный барьер для жемчуга - здесь. И вы должны понять - я здесь не тырю со стола лишнюю бусинку пока начальство зазевалось. Работает Система. А Система включает всех. И все должны быть в доле. До Самого Верха. А сейчас у Системы - плохие времена. Вам придется прокуковать в Эбисс-Айл пару недель - до тех пор, пока мы не откроем канал снова. Заодно у меня будет возможность толком проверить вас... В том, что пройти проверку господина Энгельманна он не имеет ни малейшего шанса, Кай уже не сомневался. Утешало его только то, что от Хитрого Карла ему меньше всего нужен был именно жемчуг. - Не пойму я вас, ребята, - который раз прикинулся он наивным авантюристом-любителем. - Получается так, что вы воруете у себя самих... - Никто ни у кого ничего не ворует, сьер. Мы просто не любим, когда больше половины дохода должны отдавать налоговому инспектору, - разъяснил собеседник Каю азбучную истину. - Как его у вас тут зовут? - спросил Кай. - Господина инспектора? - Никак. Его не зовут, а он все равно приходит... Я пошутил, - проинформировал его Энгельманн без тени улыбки. - А что с вами приключилось такого? Вроде прошлая партия товара прошла на небеса без зацепок... - Не все хотят вписываться в систему, сьер. Хотят объехать ее по кривой. В результате садятся в лужу сами и сажают других... Нам нужна неделя-другая, чтобы решить дела с некоторыми конкурентами... Это я говорю вам, чтобы сьеру не пришло в голову связаться с кем-то еще... Вместо того, чтобы ждать. - Это вы не про Энди Горелова, господин Энгельманн? Господин Энгельманн отчетливо скрипнул зубами. - В основном - про него. Вы, оказывается, весьма информированны, сьер... Скажите, про Энди уже знают в Метрополии? Или пока только в Управлении Расследований? Чтобы не показать, что намек понят, Каю пришлось выдать на физиономию самое тупое из имевшихся у него в запасе выражений лица. - Этот тип сам подкатился ко мне в прошлый приезд, - начал он выдавать заготовленную версию. - Само собой, мне потребовалось время, чтобы приготовить деньги. И вот прилетаю на Океанию второй раз, а вокруг Энди - целое китовое дело... Я сразу сделал пас в сторону... Он оказывается непростой человек... Как русская матрешка... - Скорее он напоминает другую игрушку... - продемонстрировал неожиданную эрудицию в не относящемся к сфере борьбы с хищениями области Хитрый Карл. - Такой болванчик: вы лупите его по носу, а он встает. Снова и снова... - "Ванька-Встанька", - подсказал Кай и прикусил язык - местная Мафия могла быть информирована о слабости прибывшего со звезд Следователя к игрушкам с фокусами. - Вот именно, - подвердил Энгельманн. - Правда, теперь, когда черти унесли проклятую рыбину... Именовать китообразное рыбиной было, видимо, свойственно всем здешним жителям, вне зависимости от образовательного ценза. - А что - это большой удар для него? - Неплохой. Этот тип в сговоре с кем-то из наших переправлял партии жемчуга на поверхность в брюхе этой твари... - А вы уверены, что это именно черти прибрали ее к рукам?... - Если бы мы сами могли выпустить кишки Энди или его подручной рыбине, то не было бы и никаких проблем. Но в обоих случаях нас линчуют. Кит - самый лучший аттракцион первого Эбисс-Айл, а Честный Энди - второго... - Второй Эбисс-Айл... Это - где? - не понял Кай. - Вы, я вижу, не много времени провели здесь... Давайте-ка вспомним, что время это, все-таки, деньги. Единственная услуга, которую я могу оказать вам - это отправить вас на поверхность по "стволу". За это не придется платить. Но контроль пройти придется. Какой-то недоумок в Директорате додумался состряпать и направить наверх заявление в Полицию и Управление. На Энди. Чтобы натравить на него ищеек. Проклятые идиоты... - Я не понял вас... - Тут и понимать нечего. Это развязывает им руки. Уверен, что Прокурор уже нацарапал ордер, по которому на Плантации будет установлен режим государственного контроля. В помощь службе борьбы с хищениями. А Федеральный Следователь так вообще должен этим слабоумным в ноги кланяться... Скорее всего мы уже "под колпаком"... Ладно, давайте вашу карточку. Через пятнадцать дней можете связаться с нами через "Каракатицу". А здесь - не появляйтесь. Это лишнее. Господин Энгельман присел к настольному терминалу и ввел в идентификатор Кая (липовый как дюжина вековых лип) шифр пропуска в "ствол". * * * Первым, кого Кай увидел в зале ожидания рейсовых дирижаблей "Платформа "Эбисс-Перл" - Эбисс Айл", был мрачный как грозовая туча Питер Ван-Гольбейн. Правая рука мыльного магната покоилась в кювете с репарирующим гелем. - Я вижу, вам не повезло, - начал Федеральный Следователь, стараясь не выдать радости, вызванной тем, что видит бывшего попутчика вообще живым. - Это не мне не повезло. Это повезло а Демону. Он отделался только двумя моими гарпунами в бок, - с достоинством возразил "Мистер Питер". - Однако мне пришлось пересмотреть свое мнение о своей спортивной форме и о способностях здешних магов. И о способностях врачей, что получают деньги за дежурство на этой жестянке... Он топнул ногой по покрытию платформы. - Из города пришлю колдуну ящик мыла - он ему не помешает - а здешнему врачу - горшок говна! - Вас плохо заштопали? - Заштопали-то меня неплохо - еще там, внизу. Вы бы видели, как разворотила мне руку эта тварь! Прошлась по ней своей шкурой со скоростью курьерского поезда. Я лишился сознания - болевой шок... А этот пучеглазый осел, когда я заглянул на местный медпункт, только и сказал что-то о нейрогенном ожоге... - Надеюсь, ваша страховка... - Какая, к Дьяволу, страховка! Они нарисовали мне такой счет, что... И за сафари и за работу спасателя и за медпомощь... Я, однако, заплатил, не сказав ни слова. Жизненный опыт стоит любых денег... Он левой рукой извлек из нагрудного кармана бумажник, а из бумажника - зубами - три голубых листка. Сумма, означенная на них впечатляла. Причиталась она спонсору глубинного сафари - компании "Коммон Энтертейнмент". * * * Мелодично зазвучал сигнал, приглашающий пассажиров на борт дирижабля, и цепочка пассажиров потянулась к трапам. Кай в число счастливцев, убывающих этим рейсом, попасть не успел. Вздохнув, он присел на довольно комфортабельную лавку посреди почти опустевшего зала. К нему подсел сбоку человек в белом кителе и фуражке с "крабом". Кай с удивлением узнал в нем помощника капитана субмарины, доставившей его на Плантации. Моряк тогда несколько раз появлялся в салоне верхней палубы. - Вас зовут, кажется, Морис? - осведомился Следователь. - Вы не ошиблись. Вы, верно, приплыли сюда на нашей посудине? - Да. Превосходно отдохнул... Позвольте спросить - почему вы... - Скользящий график. Профсоюз ограничивает число часов работы под водой. Вот и приходится то одного, то другого члена экипажа сменять в пути... К тому же требовалось сопровождение этому индюку, который умудрился покалечиться, сидя в ВР-салоне... - Господи, целых двое пассажиров умудрились "попасть под раздачу" за один рейс... - Обижаете, сьер. Пострадал только чертов индюк... - Ну да - я забыл, что Ван-Гольбейн уже не был вашим пассажиром... - С чего бы это? Он и есть - часов десять проторчал в салоне. Пропустил свой пункт назначения... Служащие салона поздно хватились - тип потерял сознание... Со страху, что-ли... А может - просто перебрал... И рука у него распухла... Но мы в эти их дела не лезем - я про ВР-компанию... У них там свой техник, свой врач... И главное - они неплохо платят за аренду... Так что мое дело маленькое - отвез типа к "стволу" и сдал с рук на руки в медпункт... Эта свинья даже "спасибо" не сказала... Все нес какую-то ахинею про Демонов Бездны... - Сьер, - к уху Кая нагнулся белобрысый парень в летном костюме. - Вас не подбросить до города? Следующий циппелин - через три часа... - Вы про что, молодой человек? - все еще пытаясь разобраться в преподнесенном ему ребусе с мыльным королем, спросил Кай. - Я про то, сьер, - с некоторым раздражением пояснил парень, - что я сейчас, на вертушке лечу в город и могу взять с собой одного пассажира. Пятьдесят кредиток - и через полтора часа вы дома... Кай прикинул в уме соотношение между временем, деньгами и степенью доверия, которого заслуживал белобрысый пилот, подхватил свой "кейс" и, попрощавшись с Морисом, направился вслед за авиаводилой. В трех шагах от геликоптера он ощутил во внутреннем кармане легкую вибрацию - сигналил предохранитель служебного регистратора. Конечно, это могла быть и оставленная по ошибке включеной бортовая рация, но скорее всего кошка была кошкой - на машине работала система подслушивания. "Это становится интересным", - подумал Кай и, "успокоив" регистратор, шагнул в кабину. Легкий "Шмель" взмыл в небо чуть ли не свечкой и стремительно помчался в высоте. Белобрысый пилот оказался довольно разговорчив. За короткое время Следователь получил от него исчерпывающую информацию о ценах на "живой жемчуг" в разных зонах Океании, о том, какие и кому будут вручать призы на очередном Карнавале, о том, в какую историю дельфопы втравили намедни местное телевидение и о том, куда Энди Горелов на самом деле дел Финни и почему. Когда Кай догадался обернуться, платформа с причалом для дирижаблей уже потерялась вдали. * * * Теперь под ними раскинулась только необозримая, темнеющая в глубине гладь океана. Невообразимо грозная и скучная. Только там и сям, словно разбросанные по ковру детские игрушки, виднелись замысловатые, поблескивающие островки платформ переработки планктона. - Вы довольны моими ответами, сьер? - несколько неожиданно напомнил о своем существовании пилот. - Вполне, - заверил его Кай. - А теперь, не будете ли вы так любезны ответить на пару вопросов мне, сьер? - С удовольствием, - несколько натянуто ответил Кай. - Видете ли, в Эбисс-Айл о вас сложилось дурное мнение, мистер. У весьма почтенных людей... Переход с Эбисс-Айльского "сьер", на жлобовское "мистер" в конце предложения резанул по ушам. Пилот скосил глаз на пассажира, проверяя его реакцию, и продолжил: - Им кажется, что вы занялись не своим делом, мистер Санди... Меня просили спросить вас - зачем вместо того, чтобы искать кита нашего, всеми любимого, вы копаетесь в делах банков и страховых компаний? И зачем вы беспокоите Гильдию магов, сьер? - Эти почтенные люди, которых я так побеспокоил, естественно, не просили вас передать мне, как их зовут? - Такие вещи сами собой подразумеваются, мистер. И еще они просили меня спросить вас - сколько зарабатывает в год Федеральный Следователь? - Пусть обратятся в Налоговое Управление. Кай уже понял, о чем идет речь. Регистратор он уже включил - достаточно незаметно - и теперь решал - за что хвататься раньше - за блок связи, или за пистолет. - А жаль. А то они там заключили пари - за сколько лет вы заработаете столько, сколько стоит эта карточка... - Пилот поднес к лицу Кая покрытую слоем платины кредитку. - Она на предъявителя, мистер Санди... Кай смотрел не столько на электронное средство платежа, сколько следил за правой рукой пилота. Пока что она лежала на одной из рукоятей управления, но могла освободиться в любой момент - вертолет шел на автопилоте. - Ничем не могу помочь участникам этого пари... - уже откровенно резко оборвал он своего собеседника. - А вот они вам - могут. Меня просили эту карточку вам отдать и про нее забыть. Понятное дело - вам придется потратиться пока вы будете искать Финни... Ну а остаток - оставьте себе. Найдете там рыбину эту или не найдете... Профессиональные навыки есть профессиональные навыки, и пистолет Кая оказался заведен под подбородок пилота раньше, чем тот успел вытащить из подмышечной кабуры свой пистолет. Плоский и здоровенный. Еще не встречавшаяся Каю система - что-то местного производства. - Давайте сюда вашу пушку, - распорядился Кай. - Осторожно. Вот так. Карточку поднимите с пола и положите в свой карман - тот, из которого вынули... Вы арестованы по обвинению в попытке вручить взятку должностному лицу. И если будете выкидывать фокусы, я сюда добавлю еще и вооруженный шантаж. Зачитать вам ваши права? - Мы не в кино, сьер. И стрелять я в вас не собирался. Я совсем другое должен был сделать. - А именно? - Отобрать у вас блок и регистратор. И попрощаться. - Это как? - Да примерно вот так, сьер... Пилот неожиданно рванул свою дверцу и шагнул в трехкилометровую бездну, открывшуюся за ней. Как в соседнюю комнату. Правой рукой Каю пришлось ухватиться за штурвал, чтобы не вылететь в пропасть вслед за ним - левой он крепко ухватил пилота за ворот куртки. Слава Богу, что был врублен автопилот, и непосредственно на команды со штурвала машина не отвечала. Когда он успел расстегнуть ремень безопасности, он так и не мог вспомнить потом. Пистолет пришлось бросить на пол. Пилот, повисший над бездной, отчаянно извивался и молотил Кая кулаками по пальцам. Удары, правда, получались несильные - трудно боксировать с чем-то, что расположено непосредственно за вашим затылком. Единственным способом освободиться для него было - расстегнуть куртку и выскользнуть из нее, оставив сей предмет туалета в руках Федерального Следователя. Вместе со смонтированным на ней устройством индивидуального мягкого приземления. И другими причиндалами. Некоторое время ситуация казалсь патовой. Но секунд через пять-шесть Каю удалось заклиниться ногами в каких-то сочленениях рычагов и педалей у пилотского сиденья и освободить правой рукой пушку, за несколько секунд до этого отнятую у противника и сунутую за пояс. Левая рука грозила не выдержать. Кай прижал дуло пистолета куда-то в шею пилота и скомандовал: - Руки сюда! Забирайтесь в кабину! Считаю до двух!!... Чтобы водрузить пилота на его место, не выпуская пистолет из рук, понадобилось немало времени и смекалки. Тот был бледен и явно перепуган донельзя. Последовал ряд довольно сложных манипуляций, имевших целью выбить из-под сиденья и вернуть на свое место его собственный - Кая - пистолет. Затем Федеральный Следователь извлек на свет Божий титановые наручники и пристегнул левое запястье бандита к штурвалу. После чего не без труда вернул себе способность говорить. - Выключите автопилот. Гоните машину в город. Пилот дернулся и, глядя в пространство перед собой стеклянными глазами, заработал клавишами бортового компьютера. Вертолет стал закладывать крутой вираж. Пилот пару раз судорожно сглотнул слюну и внезапно сообщил Каю: - Нас сейчас будут сбивать, сьер. Таранить. * * * Вообще-то это было логично: авария в воздухе. Глупость, но по-прежнему довольно часто случающаяся глупость. Простое исчезновение Федерального Следователя чревато неминуемым расследованием. Взрыв вертолета - не такая штука, которую легко выдать за аварию - не все концы уходят в воду. А достаточно экспертизе получить, допустим, кусок обивки салона, оставшийся на поверхности и содержащий продукты сгорания взрывчатки, и вся версия аварии рухнет. Нет - за аварию лучше всего выдать аварию. Простого смертного для этого было бы достаточно оставить одного в вертолете без средств связи, но профессионал из Управления, даже если оперативная работа - не его специфика, может справиться с управлением. Поэтому будут сбивать. Организовывать столкновение... Кай врубил канал экстренной связи. - Срочно высылайте группу спасения по моему пеленгу. И группу захвата. - Они н-не успеют... - сказал пилот. - К-как будем быть, мистер Санди? Нас двое, а п-парашют - один... - Оставьте эти глупости, - зло рявкнул Кай. Рука основательно болела. Растяжение - как пить дать... - От парашюта нам не больше проку, чем от носового платка, - пояснил он. - Тебя я не отпущу, а сам прыгать не стану - ты же меня винтом и порубишь. Или по радио наведешь своих. Надо быстрее сесть. - Эта хреновина не п-предназначена для п-посадки на воду, - объяснил пилот. - Откуда вы только достали ее - на Океании-то? Тогда снижайся к планктонной ферме. К платформе. И ищи куда сесть. Там, заодно, и люди будут... Вертолет круто пошел вниз - к сверкающему алюминием корявому островку. - Вот так. А теперь - быстро раскалывайся. Кто послал тебя? - Г-господи - вот они уже... Посмотрите на радар... На радар можно было и не смотреть. Сбоку с синего неба на них выходила защитного цвета точка. Вертолет ВВС - бывший списанный штурмовик. - Постарайся проскочить. И быстро говори: кто послал тебя?! Теперь уже не приходилось сомневаться: посадка - если она состоится - будет аварийной. Кай содрал со стенки пакет со спасательным комплектом, вскрыл и стал натягивать ярко-оранжевый жилет. Делать это было нелегко: мешали пистолет и мысль о том, что превращаешь себя в прекрасную мишень, болела рука, а вертолет принялся закладывать крутые виражи. Преследователь - теперь уже почти заслонивший окно заднего вида - повис на хвосте у "Шмеля" как приклеенный. - Кто послал тебя?!! - вбивал пилоту в голову Кай, пытаясь сообразить, где находится верх. Сверкающая громада плавучего завода надвигалась на них. Переплетение труб. Сплошные вертикальные плоскости. Мачты и провода. Куда садиться-то?! Одному Богу было известно, почему затравленный погоней и "кто послал тебя?!" пилот вздумал повторить подвиг русского авиатора врем„н Чарли Чаплина и направил машину под образованную трубами высокого давления и магистралями не менее высокого напряжения арку. Почему тот же номер решился повторить и его неуклюжий преследователь, не знает, верно, вообще никто. Увлекся, скорее всего. - Кто послал тебя?!! - выкрикнул Кай, с тоскливым ужасом глядя на надвигающиеся на них конструкции. Он просто не мог выговорить ничего другого. Вертолет стремительно вошел в арку. - Т-тринадцатый Дож! - выдавил из себя пилот. * * * Сразу после этого раздался дьявольский треск и оглушительный взрыв. То, что увидел Кай обернувшись, было морем огня. В буквальном смысле этого слова. Штурмовик-преследователь зацепил винтами трубопровод, заполненный чем-то очень легко воспламеняющимся. Бог его знает, что там они гнали из морской органики на этой платформе... Единственное, что можно было понять, так это то, что через долю секунды облако кипящего пламени догонит и проглотит "Шмель". Трудно поддается пониманию и то, почему вертолет именно в эту долю секунды "клюнул" носом гладь воды, зарылся в нее винтом и перевернулся. Разваливаясь в клочья. Может ударная волна, придясь в хвост, сделала это. Может пилот зазевался. А может - чисто рефлекторно сделал то единственное, что можно было сделать для своего спасения. Волна огня прошла над ушедшей под воду кабиной, не тронув тех, кто был в ней. Кай не сразу сообразил, что сработала система аварийного сброса колпака кабины и, что его просто вышвырнуло из кабины тонущей машины. Ремень безопасности он так и не удосужился застегнуть в суете последних минут полета. Тому, что он не захлебнулся где-то в трех-четырех метрах под поверхностью воды, он был обязан курсу психокондиционирования - обязательной части образования курсанта Управления. Не понимая ничего из того, что происходит вокруг, он все-таки, в отличие от простого смертного, не разинул рот, а чисто рефлекторно задержал дыхание... В себя он пришел только, когда не совсем понятная сила подперла его под подбородок и поволокла куда-то - кажется вверх. Следующее его ощущение было ощущением чудовищной ошибки - он еще не сообразил какой, но уже попытался, сохраняя в легких остатки воздуха, изменить направление своего движения и нырнуть вслед уходящей вглубь машине. Ему даже удалось увидеть кабину вертолета - метрах в четырех ниже себя - не так уж быстро он шел ко дну. И только сейчас он сформулировал мысль, которая заставила его пытаться догнать эту груду пластика и металла - вместе с ней, прикованный к штурвалу, уходил в бездну человек. Им - Каем Санди - собственноручно прикованный... Проклятая сила, давившая под подбородок, не дала ему добраться до медленно тающей во мраке кабины. Легкие разрывались. На поверхность он вынырнул, уже почти лишившись сознания. Под подбородок его давил и на поверхность увлек, оказывается, автоматически наполнившийся газом надувной воротник-жабо. Звуковой и радио-маячки, вшитые в спасательный жилет, исправно сигналили, капсула с красителем столь же исправно окрасила в ярко-оранжевый цвет сотню квадратных метров вокруг него. Небо, в общем-то яркое и чистое, лишь слегка морщилось перистыми облачками. Совсем рядом - в трех-четырех сотнях метров - коптила это самое небо угольно-черным дымом пылающая платформа. Чертыхаясь, Кай не без труда сорвал на совесть сработанный воротник, отстегнул от пояса и зажал в зубах ключ от наручников и еще два раза предпринял попытку добраться до уходящей все глубже и глубже кабины. Дело стало безнадежным. После последней попытки, выйдя на поверхность, почти лишившийся сознания Федеральный Следователь узрел прямо над собой борт спасательного ботика и свирепую рожу коренастого мужика, высившегося над ним и сжимавшего взятое наперевес весло. "Если это - человек с платформы, то можно заработать и лопастью по черепу", - подумал Кай. Но несколько преувеличил опасность. Весло было ему протянуто, а сам он - заброшен в лодку как куль с подмокшей мукой. Кроме жуткого мужика в ней было еще двое спасателей. - Чем это вы развлекались, ребята? - зло осведомился обладатель свирепой рожи. - Вы нам пол-завода своей вертушкой снесли... Мы этого так не оставим... * * * - Ну, допустим, не пол-завода, - утешил Кая лейтенант Муни в кабине вертолета, уносившего их к Эбисс-Айл. - Получил повреждения цех легких углеводородов и - частично - склад готовой продукции. На платформе жертв, на удивление, нет. Никого не было в надводной части. Правда дежурный диспетчер остался заикой, но это в наши дни хорошо лечат... Вы, конечно, рисково вели машину, но не ваша вина... - Вел вертолет не я. - Простите, разве с вами был э-э... пилот? - А вы этого не знали? - Господи, откуда? В файле прокатной фирмы означено, что машину арендовали вы... - Проверьте этот файл и эту фирму. Я не арендовал вертолет. Пилот предложил подбросить меня на условиях прямой оплаты... В полете у нас кое-что произошло кроме нападения... Ознакомьтесь с записью в моем регистраторе... Надо установить личность покойного. - Он... остался там? - Из записи вам все станет ясно. Там много интересного. С минуту они помолчали. - Люди - из вертолета преследования? - спросил Кай. - Неизвестно даже сколько их было. Ясно только, что покойники. Вертолет взрывом отбросило в океан. Не совсем ясно, удастся ли до них добраться... Так же, как и до "Шмеля". С утра этим займутся специалисты. У вас неважный вид... Как только доберемся до города, вас обработают в нашем лазарете... - Да не стоит. На платформе их медики сделали все необходимое... Мне стоит выспаться и утром повидаться с доком Самнером... * * * - Поздравляю вас. Док Самнер двинул Каю по столу чашечку кофе. На этот раз - собственного изготовления. С утра повидаться с доком Каю все-таки не удалось. С утра пришлось-таки немного починить себя в кабинете хирурга, а затем разбираться в навалившейся за время его отсутствия горой ответов на самые разнообразные запросы. К доку удалось зайти лишь к вечеру. - Ваше, как мне представлялось, довольно безнадежное дело, - продолжил док, - вывело вас на нечто довольно серьезное. Иначе никому бы не взбрело в голову устраивать на вас охоту. Видимо, эти слухи о контрабанде "живого жемчуга" были вовсе не преувеличены... - Боюсь, что "живой жемчуг" тут не при чем... Взятку мне предложили и укокошить пытались совсем за другое, док. - У вас неважный вид. Плохо спали? - У меня синяк во всю спину - это не очень способствует крепкому сну. Кроме того мне не дает покоя этот парень, которого я оставил там - на корм рыбам... - Я как-то не думал, что смерть бандита и шантажиста так опечалит вас... Ведь это он хотел уничтожить вас, и не ваша вина, что угробил он в результате только самого себя... И своих сообщников - о них-то вы слез не льете? - Я не слабонервная барышня, чтобы терять сон и покой от того, что отдал Богу душу еще один гангстер, хотя и радости мне такие вещи не приносят. Но в данном случае на мне большая доля вины. - Я еще не слышал вашей истории в деталях, но, как я понимаю, и речи быть не может о претензиях к вам - вы, ведь, даже, не применили оружия... Конечно - обидно, что вы чуть не попались в ловушку, но ведь вышли-то из положения вы с честью... Конечно - обидно, что потерян ценный свидетель, но... - Я бы не сказал, что мне обидно. Просто камнем на душе лежит сознание того, что в результате моих ошибок погиб человек. - Опять вы про свои ошибки, Следователь... Кто может вести себя разумно при авиакатастрофе? Благодарите Бога, что отделались мелкими травмами и, главное, что уцелели сами... - При авиакатострофе вести себя разумно и впрямь, затруднительно. Но до нее можно было сообразить, что не надо было совать голову в петлю. Уже когда я понял, что нас прослушивают в полете, я мог бы повести себя иначе. А уж о том, что в сложившейся ситуации не следовало приковывать пилота к машине, додумался бы даже ребенок... Я должен был пристегнуть наручники к своему поясу или надеть второй браслет самому. Это обычная практика. Док, чисто профессионально наклонив голову, заглянул в лицо Следователю: - Вы, безусловно, получили психическую травму. Давайте-ка еще раз пройдем небольшую серию тестов... Кай, со вздохом опустился в посверкивающее металлом кресло. * * * - Нет, разумеется, вы в общем-то в форме, дорогой мой, - доктор улыбнулся, рассматривая проплывающие по экрану дисплея картинки. - Но я настоятельно рекомендую вам посвятить несколько вечеров полноценному отдыху. Только не подводной охоте, Бога ради. - Да, это слишком напоминает ситуацию... - В которой вы заработали легкую депрессию, мой дорогой. Будь мы в Метрополии - я порекомендовал бы прогулки в горах. Но здесь, на Океании, мы имеем только жалкую пародию на Альпы - искусственные высокогорные курорты на плавучих платформах. Туда забираются только снобы. Да и дорогая это затея. Зато виртуальная реальнось - это, пожалуй, именно то, что вам надо. И деньги не большие, и время не много потеряете - все приключения вы испытаете не покидая салона. Или, даже, собственного номера в гостинице. - Вы это серьезно, док? - Кай впервые со вчерашнего дня улыбнулся. Правда, весьма скептически. - А почему бы и нет? - доктор Самнер вскинул вверх косматые брови и слегка развел руками, словно сам удивляясь вдруг пришедшей ему на ум идее. - Это развлечение не хуже других, но, полагаю, побезопаснее карнавальных разгулов у монастыря Сан-Джорджо, которые так любит золотая молодежь нашего города. Здесь доктор сильно ошибался, но об этом Кай узнал несколько позже. - Игровые автоматы? - Следователь смущенно пожал плечами и вопросительно взглянул на доктора. - Не поздно ли? Я, знаете ли, уже давно вышел из того благословенного возраста, когда пятнадцатиминутная морока со звездными войнами могла всерьез отвлечь меня от забот реальных. Сейчас надеваю дейта-сьют только на ежеквартальном тренаже. А в игровые салоны заходить - как-то все не находил времени... Да и смешно я там буду смотреться, среди подростков... - А вот это Вы, милейший, зря, насчет подростков. Уверяю вас, что ВР-салоны посещает вполне приличная публика, доложу я Вам, и даже более того. - В каком смысле "более того"? - Кай удивленно воззрился на психиатра. - А в том, что не только уважаемые бизнесмены Эбисс-Айла, юристы или там рядовые представители Масс-Медиа, но и иные почтенные сенаторы, а может быть и кое-кто из Двенадцати охотно погружаются в пучину Виртуальной Реальности, чтобы смыть там пыль опостылевшей действительности, приставшую к душе во время нудных повседневных хлопот о дне насущном. Да и компьютерная техника, я полагаю, далеко ушла со времен Вашего детства. К тому же побывать в Эбисс-Айл и не прогуляться в Зазеркалье... Вас просто не поймут коллеги в Управлении - ведь это же наше фирменное развлечение, наряду с охотой на голубых кракенов и Карнавалами. Сам я довольно редко пользуюсь ВР, но некоторые из моих знакомых могут проводить там чуть ли не сутки. И остаются весьма довольны таким времяпрепровождением. Кай недоверчиво хмыкнул. Это было максимальной степенью выражения чувств Федерального Следователя. Во всей Федерации, включая лихие места типа Мелетты или Санта-Лакримозы, увлечение ВР почиталось чем-то вроде тайного порока. - Честно говоря, док, я впервые вижу психиатра, всерьез рекомендующего пациенту так запросто сходить в салон ВР. По всему Обитаемому Космосу законы давят ВР чуть ли не наравне с наркотиками. Во всяком случае, гораздо строже к ней, чем к азартным играм... - Естественная реакция на те злоупотребления ВР, которые имели место во времена Империи... Поверьте, за те сорок лет, которые прошли после отмены такого законодательства на Океании, ничего ужасного не произошло - говорю вам, как специалист, хорошо знающий медицинскую статистику по этому вопросу... Пуританские законы остальной Федерации только на руку Дожам, да и всей Океании - вспомните, пока вся древняя Европа играла в карты при закрытых дверях, Монте-Карло и Монако гребли золото лопатами... Сейчас доходы от ВР стоят на шестом месте в статье доходов нашего бюджета, сразу после подводного спорта и туризма. И уже скоро выйдут на пятое или, даже, на четвертое... Кстати, раз уж мы оба помянули азартные игры... На Океании относительно них существуют довольно строгие запреты. И это - единственный из населенных людьми миров, где такие запреты почти не нарушаются. Исключения - для нашего дорогого дворянства - туристы обожают смотреть на мужей в камзолах и беретах, играющих в древнейшую благородную игру в кости на каменных скамьях в галерее Дворца Сеньории или у фонтана Семи Ангелов... Но аттракцион - это аттракцион... Так вот, как вы думаете, почему в бесящемся с жиру Эбисс-Айл вы не найдете и полудюжины казино, а шулеров - хоть шаром покати? - Судя по той оде, которую вы пропели в честь виртуальной реальности, картежники отводят душу именно там - в "зазеркалье"... - Угадали - "четверка" вам. Прикиньте - там, в мире, никакого отношения не имеющем к нашему, вы полностью избавлены от необходимости пускать себе пулю в лоб, промотав чужие денежки... Тоже виртуальные, разумеется. А выиграв - можете потешить себя виртуальными яствами. Колорий они вам не прибавят, но комплекс вкусовых ощущений гарантируется... Можете за отпущенное вам время сеанса купить на выигрыш лучший кар в мире и разбить его вдребезги, можете провести время с королевой красоты... И она ни разу не скажет вам, что у вас дурно пахнет изо рта. А "Мисс Секс" последнего конкурса - никогда не упрекнет вас в том, что вы неуклюжи... Короче, выигрыш куда более существенен и ощутим, чем проигрыш. Ну разве после этого вас потянет в реальное казино? Слушая вас, так и тянет предложить экспортировать все грехи нашего мира - туда, в "зазеркалье"... - Вот теперь - вам "пятерка". Именно такого рода соображения и послужили последней каплей, что перевесила чашу весов при голосовании Двенадцати. Экономические доводы слабо действуют на Дожей - с экономикой в Эбисс-Айл все в порядке и без индустрии развлечений. С их точки зрения ее могло бы и не быть. Но вот доводы морально-этического плана, философские... К этому двенадцать господ из Дворца чувствительны весьма и весьма... Конечно, возможны разного рода злоупотребления, но человечество способно злоупотреблять даже обычным телефоном... Главное в том, что мы обретаем в ВР прекрасный путь ухода от темной стороны своей натуры... - Кто-то из древних писателей, если не ошибаюсь, задавался вопросом - а существует ли свет без тьмы? - рассеянно заметил Кай. Какая то мысль проскользнула в его сознании, и ухватить он ее не успел. Но принять решение она его заставила. - Ладно, доктор, считайте, что вы меня уговорили. А какую программу Вы бы мне посоветовали? - Любую, они у нас все хороши. Не буду хвастать, но лучшие ВР-мейкеры Федерации облюбовали Океанию. По вполне понятным причинам. А лучшие ВР-мейкеры Океании облюбовали Эбисс-Айл. Кстати, ближайший ВР-салон находится в полумиле отсюда - рядом с церковью Санта-Мария де Мираколи. Кай про себя недобрым словом помянул непостоянство здешнего бытия - лишь позавчера Мираколи соседствовала с Дворцом Дожей... Док уловил движение его лица и усмехнулся. - Пора бы уже привыкнуть... Вот вчерашняя карта города, - доктор протянул Каю свежую распечатку. - Да и потом, не вам же вести катер. Скажете гондольеру, куда Вам надо, а об остальном пусть болит голова у него. * * * Кай, было, заколебался в своем решении посетить ВР-салон, ступив на тошнотворно-зыбкую палубу гондолы. Гондольер, здоровый детина не менее шести футов роста, вполне понимая свою сугубо декоративную роль, кемарил на корме. Огромный бархатный берет с клиньями флюоресцирующего разноцветного яркого шелка - последний писк моды Эбисс-Айла, несколько комично смотрелся на широкой, несомненно славянской физиономии гондольера. Внизу, под килем, сумеречно мерцала голубая бездна, и ощущение полета так и не оставляло Кая, как и во время всех его путешествий по городу-острову. Ему все время казалось, что настоящая поверхность планеты находится там, внизу, под многокилометровым слоем воды, а они, подобно древним воздухоплавателям Земли, лишь парят над лежащим у них под ногами миром. Впрочем, с точки зрения экономики возможно это и было истиной, ибо три четверти богатства Планеты добывалось именно со дна Океана, а пленка беззаботной разумной плесени, редкими пятнами, такими, как Эбисс-Айл, например, покрывавшая поверхность, служила лишь паразитическим посредником между "людьми бездны" и остальными населенными мирами Федерации. Но колебаниям его положило конец то обстоятельство, что в Эбисс-Айл бушевал очередной Карнавал. В начавшее темнеть небо уже полетели первые шутихи. Уже первые разукрашенные фонариками кораблики вышли в Гавань. Уже доносились из самых неожиданных закоулков музыка и веселый гомон. Мысль о созерцании экрана "ти-ви" в пустом номере гостиницы вызвала у него еще один приступ тошноты и он распорядился: - К Санта-Мария ди Мираколи. - За зеркало решили заглянуть, значит, мистер, - прокомментировал полученные указания гондольер. Потом небрежно ковырнулся в стареньком бортовом компьютере. Движок на корме натужно заскворчал и мимо Федерального Следователя стремительно поплыли уже переставшие раздражать его своей нарочитой стилизацией дома, статуи и фонтаны Эбисс-Айл. * * * Дейта-сьют, то-бишь костюм, предназначенный для погружения в виртуальную реальность, Каю предложило примерить очаровательное создание, обладавшее в равной степени глубокими познаниями в сфере технического оснащения ВР и вырезом под старину сработанного фирменного платья. Костюм порядком отличался от тех моделей, с которыми Федеральному Следователю приходилось иметь дело на табельных тренировках и сеансах психокондиционирования. Следовало признать, что раздел компьютерной техники, занимающийся имитацией реальной действительности, на Океании может спокойно дать сто очков вперед даже своему аналогу в Метрополии. - Разумеется, вы можете арендовать полный комплект и использовать его в ваших домашних условиях. К комплекту прилагается дискета с обучающей программой. Однако, если вам в первый раз приходится иметь дело именно с этой моделью... Вы ведь впервые на Океании, мистер? Личико создания покривилось в чуть презрительной улыбке, но тут же исправилось в полном согласии с инструкцией для обслуживающего персонала ВР-салона. - Мне приходилось бывать здесь. Года четыре назад. Но тогда у меня не было времени для посещения ВР-салонов. - Их и было тогда в Эбисс-Айл - неполная дюжина. С тех пор многое изменилось в лучшую сторону, мистер... - Одним словом - считайте меня за новичка. - Тогда я рекомендую вам воспользоваться услугами профессионального инструктора и провести этот сеанс в нашем салоне... Это входит в стоимость сеанса... Кай вздохнул. - Ну что-же. Позовите вашего инструктора... - Профессиональный инструктор - это я, мистер. - Ну что-же: я в полном вашем распоряжении... - Вот эту сетку вложите в рот - это для имитации вкусовых ощущений. Закрепите вот так. Эти трубки вводите в нос. Тогда в вашем распоряжении весь спектр запахов и состава воздуха - от чистого - горных вершин, вплоть до... Я вижу, что эти элементы снаряжения, требующие определенной интимности, вы сможете укрепить на своем теле самостоятельно... То-ли вид Федерального Следователя был достаточно суров, то-ли слижком уж интимные услуги не входили в данный тариф, но на несколько минут, в течение которых Кай справился с размещением сенсоров и эффекторов, создание оставило его в покое. - Теперь - ключевые элементы вашего поведения... - сообщило оно, возникая на месте действия снова точно в нужный момент. - Запомните, что все поступающие на ваши органы чувств сигналы не могут превысить установленный Законом об Услугах Населению предел - он значительно ниже предельного болевого. Кроме того, все будет корректироваться в соответствии с показателями вашего физиологического состояния... Датчики и сенсоры корректированы так, что вам до пробуждения будет почти невозможно избавиться от них. Сперва это будет вызывать ощущение некоторого э-э... дискомфорта... Вы уверены, что не хотите прибегнуть к предварительной гипнообработке? - А что она дает? - Виртуальную память. Вы "вспомните", например, откуда приехали в те места, где будет происходить... действие. И как - самолетом, поездом, колесницей... "Вспомните" своих друзей, врагов, и родных... И многое другое... - А в противном случае? - Без этого не будет достигнута полнота иллюзии... - Благодарю вас. На первый раз обойдусь без этого. - Возможно вы правы, мистер. Это - сугубо индивидуально. Теперь, прошу вас запомнить: если вас вызовут... Ну, например, срочно по делам - мы свяжемся с вами ТАМ и прервем сеанс только с вашего согласия... Если, паче чаяния, до окончания сеанса вас постигнет смерть... Смерть ТАМ. То вы проснетесь здесь в добром здравии. На случай психологического стресса, мы располагаем командой превосходного медперсонала... За неиспользованное время вам будет выплачена компенсация. Или оно будет за вами сохранено. Или эта сумма будет обращена в билеты нашей лотереи... По вашему желанию. Однако, если для вас возникнет необходимость срочно вернуться в Истинную Реальность, вы должны будете выполнить одно очень простое действие, в котором вам вряд-ли что может помешать ТАМ. Вы внимательно слушаете меня? - Разумеется, мисс... - Мисс Райски. - Разумеется, мисс Райски. - Вы должны будете просто не моргать в течение десяти секунд. Как вы понимаете, случайно с человеком этого случиться не может. И этого у вас никто не отнимет. ТАМ. В этом случае вам компенсируется лишь половина неиспользованного времени. На тех же условиях... Вы хорошо поняли все, мистер? - Думаю, что да. - Нам осталось лишь выбрать ваш мир, мистер. - На ваш вкус, инструктор. - Тогда - попрошу вашу кредитную карточку... Спасибо. Надевайте маску и - счастливого пути, мистер. - До встречи, мисс. Стало темно. * * * Потом кто-то наклонился к его уху и доверительно сообщил: "Лондон Конан-Дойла, сьер..." И на последней вывеске перед въездом на вокзал было написано это. После того, как вагон тряхнуло в последний раз, не оставалось ничего другого, как подхватить саквояж и последовать за другими пассажирами к выходу - в предзакатный туман большого города, пропитанный ароматами вокзала - смесью запахов угольного дыма, смазки, разогретого металла... - Тебе приснился дурацкий сон, - сказало что-то внутри него, - будто ты жил через сотни лет после этого дня. И был Следователем какого-то Федерального Управления. В совсем другом мире. После войн... После многих бед... Господи, как может прийти в голову такая глупость?... Как, кстати, тебя зовут? "К черту! - тут же прервал он сам себя. - Это просто идиотское ощущение реальности происходящего выбило тебя из колеи. Ты - Кай Санди. Федеральный Следователь пятой категории. И ты находишься в ВР-салоне, что у Санта-Мария ди Мираколи... В городе Эбисс-Айл, что плывет над бездной. На Океании... А ЧТО-ЖЕ ТОГДА ВСЕ ЭТО ВОКРУГ ТЕБЯ?" Ощущение реальности происходящего было, пожалуй, чрезмерным. По чисто профессиональной привычке Кай, стараясь не привлекать ничьего внимания, задержался у одного из окон. Осмотрел свое отражение. Худощавый джентльмен средних лет в слегка помятом дорожном костюме... Это был безусловно он - тот Кай Санди, которого он привык видеть в зеркале. Но и древнего покроя одежда не смотрелась на нем шутовским нарядом. Не было ощущения ее непривычности, искусственности. Чего-то, правда, не хватало в его облике, только вот - чего? Он провел ревизию своих карманов и остался удовлетворен результатами - бумажник содержал неполную сотню фунтов стерлингов и документ, удостоверяющий личность капитана полиции города Филадельфия (что в Североамериканских Соединенных Штатах), Кая Санди, прибывающего в Соединенное Королевство по приватной надобности. Наличествовала дюжина визитных карточек, пригоршня антикварной медной и серебряной мелочи, надежный складной нож с отполированной частым употреблением деревянной ручкой-черенком, членская карточка Филадельфийского клуба ветеранов и письмо в слегка потертом конверте. По штемпелю он сориентировался во времени. Самый конец восемнадцатого столетия. Все также стараясь не привлекать внимания, он вернул письмо во внутренний карман и вышел на привокзальную площадь. Мимо спешили деловитые прохожие в смешных шляпах-котелках, а по мостовой катили в различных направлениях самые разнообразные экипажи. Все - влекомые лошадями. Никогда еще в своей жизни Кай Санди не видел столько живых лошадей одновременно. Иллюзия реальности была невероятной. Ему с большим трудом удавалось убедить себя, что это всего лишь компьютерные образы. Кай присмотрелся к тому, как выходящие из вокзала джентльмены останавливают кэбы и проделал то-же самое упражнение. Кэб послушался. Кэбмэн, украшенный рыжими бакенбардами, дохнул на него чесноком, подождал, пока пассажир устроится на сидении и осведомился, куда отвезти господина. Кай назвал обратный адрес письма, лежащего у него в кармане. Он уже почувствовал заметную разницу между английским выговором Лондона далекого столетия и галактическим пиджином, и старался до поры не говорить лишнего. Однако все-равно сподобился от кучера замечания, брошенного в воздух. - Мистер, видно, из колоний будет. Говор у вас не здешний... Ваш багаж вы, видно, на хранение сдали? А то я мог бы и... - Не стоит беспокоиться. Я здесь проездом. Кэбмен хмыкнул себе под нос - "мистер точно не отсюда" - и тронул с места. Теперь Кай понял, что его облику прибывшего издалека путника явно недостает чего-то более солидного из багажа - чего-то сверх небольшого саквояжа в руке. Вполне возможно, он где-то и существовал в этом мире - этот багаж... Он извлек из кармана письмо и прочел его, ловя неверный свет проплывавших мимо газовых фонарей. В письме мистер Шерлок Холмс, проживающий в Лондоне в доме 221b, что по Бейкер-Стрит, извещал его, что дело, изложенное мистером Санди в предыдущих письмах, заинтересовало его и, что он - Шерлок Холмс, охотно удовлетворит его - мистера Санди - просьбу и примет его в любое для него - мистера Санди - удобное время и рассмотрит те свидетельства, о которых тот пишет, однако, только в том случае, если капитан Санди соблаговолит уведомить его - мистера Шерлока Холмса - о времени своего прибытия письмом или каблограммой. В заключение сухо выражалась надежда на то, что длительное и полное хлопот путешествие, которое намерен предпринять капитан Филадельфийской полиции, не будет напрасным. "Большая зараза, однако, эта мисс Райски, - подумал Кай с раздражением. - Раз клиент отказался от гипнообработки - так пусть с а м и поговорит с Великим Сыщиком о своем деле. О котором не имеет ни малейшего представления. Подождем, однако, требовать плату за сеанс назад. На то Кай Санди и Федеральный Следователь, чтобы уверенно действовать в условиях неопределенности." "Кстати, - сообразил он вдруг. - Меня преобразили в капитана полиции - нечто максимально родственное реальному статусу. Насколько позволяют условия. Но ведь регистрировался я в ВР-салоне по простой страховочной кредитке. Там есть данные о доходах и состоянии здоровья, но не отражена профессия. Конечно - ее можно вычислить через информационную сеть, но в данном случае требуется довольно высокий уровень доступа. Совпадение?" Саквояж содержал уйму прекрасно выглаженных сорочек, не меньше - носовых платков, набор щеток на все случаи жизни - даже, пожалуй, много сверх того - множество предметов мужского туалета, о назначении которых приходилось только догадываться, а также пару шерстяных вязаных кальсон. И ничего более. Расплатившись - не без недоразумений - с кэбменом и чудом увернувшись от несущегося во весь опор ломовика, Кай перешел улицу. Дом под номером 221b ничем не отличался от своих соседей - такое же кирпичное трехэтажное здание с узкими окнами. Правда, его никогда не существовало - ТАМ. Он постучал, и был впущен в несколько тесную прихожую. Встретившая его сухонькая старушенция подозрительно просверлила его колючим взглядом: - Да, сэр? Вам кто-то нужен? Доктор Ватсон принимает по утрам. Но вы можете... - Видите ли, мэм... - Кай вдруг понял, что его английский в сочетании с полным провалом в той части памяти, что относилась к цели его приезда, может вызвать вполне оправданные подозрения в умственной неполноценности говорящего, и стал тщательно выбирать слова. - Мне нужен другой ваш э-э... постоялец - мистер Холмс. Шерлок Холмс... Он ведь здесь живет? Я полагаю, что мне назначено... Вот моя визитка. Санди. Капитан Кай Санди... - Милостивый Боже! - хозяйка явно была поражена до глубины души. - Милостивый Боже! Почему вы не встретились с мистером Холмсом прямо на железнодорожном вокзале? Он отправился туда встретить вас... Он сказал при мне доктору, что ваши дела не терпят отлагательств... А где ваши вещи, мистер Санди? Неужели вы пересекли океан только с этим вот маленьким э-э... - Видите-ли, случилось так, что... Милостивый Боже был снова помянут всуе. - Мистер Холмс не даром беспокоился о вашем багаже... Он знал, что ОНИ попытаются отнять его у вас... Он собирался встретить вас прямо у вагона и немедленно вместе с вами ехать в это проклятое место... В кафе "Лизард", я имею ввиду. Мерзкое название, мерзкое место... Не подумайте, что я имею привычку подслушивать, но мистер Холмс и его друг с таким интересом восприняли ваше дело, что я невольно... - Ну что-ж. Тогда мне лучше ждать мистера Холмса прямо в кафе. "Лизард" вы говорите? Не набросаете ли вы мне на этом клочке бумаги адрес, мэм?. Я ведь не знаю Лондона... И позвольте оставить у вас мой саквояж. На пару часов. Решение Кая не укладывалось в нормальную тактику ведения следствия, но он сделал скидку на призрачную природу окружавшего его мира, ограниченное время ВР-сеанса и решил пойти ва-банк. Глаза миссис Хадсон округлились. Она послушно нацарапала несколько строчек на обороте визитной карточки Кая и протянула ее ему нетвердой рукой. - Вы - отважный человек, сэр... Каю вдруг стало смешно. - Да уж мэм, - произнес он тоном полицейского служаки, знающего себе цену. - В трусости американского полицейского еще не обвинял никто! Не далее, как вчера, меня пытались сбросить в море. С высоты двух миль. НА САМОМ ДЕЛЕ, МЭМ... - Господи, вы были в горах? Или летели на аэростате? - Скорее на геликоптере, мэм. Системы Сикорского. - Господи, до чего только не додумаются эти поляки... И все-таки - не ходите туда... - Извините, но я принял решение, мэм. * * * Кай сел за крайний столик у окна, заказал чай и от нечего делать стал рассматривать посетителей и само кафе. Ничего рокового вокруг не наблюдалось. В небольшой, довольно грязноватой гостиной, разделенной невысокой перегородкой на два довольно уютных помещения, было немноголюдно. Две пышнотелые дамы в широких шляпах, с избытком украшенных страусовыми перьями, коротали время за чашечками чая у столика напротив. Сидевший в глубине зала сухонький джентльмен с седыми усами, сосредоточенно просматривающий номер "Обзервера", да еще один посетитель в углу, лица которого Кай не мог рассмотреть, составляли всю наличную публику. Пятый посетитель появился так внезапно, что следователь даже не успел заметить, когда тот вошел. Это был сверх меры упитанный коротышка в изрядно помятом сюртуке. Кай прикинул, что на типичного лондонца тот не похож. Скорее уж - урожденный янки. Если судить по киноштампам фильмов о том времени... В одной руке он сжимал широкополую шляпу, а другой крепко прижимал к себе потертый кожаный саквояж. Баул точнее. Он быстро обежал глазами кафе и, видимо, успокоенный, с размаху плюхнулся в жалобно застонавший от такого грубого обращения витой венский стул. Затем он возложил на стол шляпу, осторожно, можно даже сказать бережно, пристроил баул между ног и уставился в окно. Он явно кого-то ждал, и через пару минут он, очевидно заметив искомое лицо, бросил пронзительный взгляд на Кая, резко вскочил со стула и устремился к выходу. По дороге он успел прихватить со стола котелок. Саквояж остался под столом. Движимый, скорее, инстинктивным желанием помочь человеку, чем желанием продолжать участие в игре, Кай поднял с пола саквояж незнакомца и направился вслед за ним. Тот уже успел убежать ярдов на пятьдесят и, смешно подпрыгивая, продолжал двигаться в сторону Риджент-Парка. Кай остановился. Самым разумным было бы вернуться в кафе и дождаться возвращения странного посетителя, который несомненно вернется туда за своей пропажей. Но с другой стороны, можно было попытаться догнать толстяка, раз уж он решил ему помочь. Кай прикинул в руке тяжесть увесистого баула и, осознав, что с такой ношей ему не догнать владельца, повернул обратно, посмеиваясь про себя над столь нелепым приключением. На плечо ему легла чья-то жесткая ладонь. - Может быть вы не знаете этого, мистер, но в моем заведении принято платить, когда уходишь... Это был хозяин заведения, четверть часа назад принявший у него заказ на чашку чая. Надо было признать, что и чай Кай выпил и вышел из заведения, действительно, не заплатив. - Прошу прощения, но один из ваших посетителей забыл свой саквояж, а я пытался его догнать... Его прервали раздавшиеся за спиной топот и пыхтение. Сзади к Каю запыхавшись подбежали двое. Констебль и смахивающий на крысу тип в клетчатом спортивном костюме. - Проклятие, он чуть не ушел от нас, - воскликнул он. - Спасибо Дэвис, что попридержали мистера. - Всегда рад помочь служителям закона, - заверил его хозяин заведения. Кай обратил внимание на то, что из кафе вышли и собрались вокруг почти все посетители, что были там. Это смахивало на засаду. - А теперь, - крысообразный "служитель закона" обратил свою хищную мордочку к Каю, - не расскажете ли вы нам, что находится в этом чемодане, который Вы так настойчиво пытались всучить неизвестному, как Вы говорите, Вам джентльмену? - Я не могу этого знать, - под пристальным взглядом сыщика Каю стало немножко не по себе. - Мы можем взглянуть вместе, господа, - с медоточивой иронией в голосе сказал детектив. - Разумеется, на тот случай, если хозяин вернется не скоро и предъявит какие-нибудь претензии. В таком деле всегда неплохо запастись свидетелями... Будьте любезны, господин э-э... Кай молча протянул ему визитку. Тот прочитал ее и удивленно заломил бровь. - Господин Санди... Кстати - вот мое удостоверение: инспектор криминальной полиции Лестрейд к вашим услугам... Тон его изменился. Но не слишком. Просто прибавилось растерянности. Коллегу он встретить явно не ожидал. Пусть даже из Североамериканских Соединенных друг с другом Штатов. Кай же несколько успокоился - ему снова напомнили, что он - всего лишь участник игры. - Будьте, однако, любезны, господин Санди, открыть баул сами, чтобы никто не сказал потом, что ваш покорный слуга что-то - х-хе - подкинул в него... Кай нагнулся над баулом, и в этот момент почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Продолжая расстегивать кожаные застежки, он поднял голову и столкнулся взглядом с давешним посетителем, пристально и с каким-то зловещим выражением смотревшим на него сквозь стеклянную витрину. Кай повернулся к Лестрейду, чтобы указать ему на незнакомца, и тут прямо над его ухом раздался пронзительный визг, от которого у него заныли барабанные перепонки. Кто из присудствующих баб издал этот звук узнавать ему стало недосуг: Из разверзнутого баула на него безумным взором смотрела отрезанная голова человека. Это была голова мужчины - лохматая - волосы кучерявые, иссине-черные, с сединой. Сильно небритая. В зубах покойника был зажат скомканный листок бумаги. Кай скорее машинально, чем с какой-либо целью, извлек записку оттуда, развернул и прочел коряво нацарапанные кровью слова: "НЕ СУЙ НОС НЕ В СВОЕ ДЕЛО !!!" * * * - Итак, мистер Санди, - со вкусом раскуривая довольно дешевую, но зато отменно вонючую сигару, произнес клетчатый детектив, располагаясь в видавшем виды кресле за столь же заслуженного вида столом полицейского околотка. - Вчера вечером в своем доме был убит известный лондонский банкир Клайв Мэдоу. Убийство было совершено с неслыханной жестокостью. - Он протянул Каю помятую газету. - Тут есть подробности, они не для слабонервных. Как вы, наверное, уже догадываетесь, ему отрезали голову. Прямо в его рабочем кабинете. Обезглавленное тело было привязано к креслу... Именно в таком виде труп был обнаружен горничной... Бедная женщина до сих пор не может выйти из нервного потрясения. Как Вы понимаете, мы имели все доводы задержать Вас. Хотелось бы выслушать ваши доводы в свое оправдание. Если они у вас имеются, конечно... Если они у вас - х-хе - имеются... - Вряд ли я мог как-либо участвовать в убийстве несчастного. Я прибыл в Лондон всего несколько часов назад... - Неужели? Мне же известно нечто совершенно противоположное... Вы прибыли на борту корабля? Поездом? Ах, да - вы, наверное, прискакали сюда на лихом мустанге... - Я не сохранил проездных документов... ("Где же они, в самом деле, черт побери?"). Но, возможно, меня припомнит кто-то из проводников поезда... - Назовите ваш поезд и номер вагона... Место... Больше всего Каю хотелось свернуть шею нахальному фантому. Но он продолжал вести себя пристойным для служащего органов правопорядка образом. - Все наши недоразумения прекратятся, как только вы дадите мне возможнось сделать звонок одному-единственному человеку в Лондоне, который знает меня. В конце-концов, на один телефонный звонок я имею право... Глаза Лестрейда округлились, а губы сложились куриною гузкой. - Я не ослышался, констебль? - он повернулся к дежурному "Бобби". - Арестованный требует воспользоваться не более и не менее, как телефоническим аппаратом Белла... Не пожелаете ли вы еще, чтобы вам сюда подали проигрыватель Патэ и устройство братьев Люмьер, впридачу? - Задержанному вами господину не потребуется телефонный аппарат, - слова эти принадлежали сухопарому, с орлиным носом человеку в плаще-накидке и спортивного вида кепи, стремительно вошедшему в кабинет. За ним следовал несколько более плотно сбитый, со следами полноты джентльмен в темном дорожном пальто. Лицо его сохраняло в себе что-то неизбывно детское, хотя в светлых волосах была заметна седина. - Как я понимаю, вы собирались заказать телефонистке разговор с Бейкер-Стрит, мистер Санди? Если так, то надобности в этом нет. Ваш покорный слуга Шерлок Холмс к вашим услугам. - Зачем же дилетантам столь грубо вмешиваться в дела криминальной полиции? - возмущенно восстал из-за стола Лестрейд. - Мистер Холмс, - неожиданно вступил в разговор второй из вошедших, - никоим образом не вмешивается в прерогативы криминальной полиции. Наоборот, его целью является ликвидировать недоразумение, которое может сильно затруднить ход расследования... - Вашего Летописца, мистер Холмс, невозможно переспорить, - отмахнулся от говорившего, как от назойливой мухи, Лейстред. - Выкладывайте зачем пришли, и я займусь, наконец, делом... - Как я понимаю, вы обвиняете этого человека в убийстве, совершенном не ранее, как прошлым вечером... - Можно подумать, что вы сидели здесь под столом, мистер Холмс, - ядовито парировал Лестрейд. - Согласитесь, достаточно трудно осуществить убийство в Лондоне, находясь одновременно в Манчестере? - осведомился Холмс. - Как только вы докажете, что господин Санди именно там и находился, я собственными руками сниму с него наручники... - Не только находился, но и давал интервью корреспонденту "Манчестер Гардиан". Не каждый же день Соединенное Королевство посещают чины Североамериканской полиции... Вот - ознакомьтесь с сегодняшним вечерним выпуском... - Почему же сейчас, передо мною, ваш подопечный молчит как рыба? И почему бы ему не сохранить на память, хотя бы проездной билет от Манчестера? - Его билет и массу других доказательств его алиби вы найдете в кофре, оставленным господином Санди в покинутом им вагоне. У него были причины поступить так. Холмс повернулся к Каю: - Всему виной минутное опоздание, вызванное туманом. Вам следовало ждать меня на вокзале. Я понимаю, что вы, заметив, что в гостинице ваш саквояж обыскали, и, почувствовав за собой слежку, решили не рисковать кофром, содержавшим материалы по нашему делу. Вполне возможно, что через несколько минут вы могли оказаться на дне Темзы, а дневники полковника Дэвиса - в руках бандитов. Тогда вы решили "забыть" кофр в вагоне, ограничившись одним саквояжем, с содержимым которого банда уже была знакома... - Удивляюсь вашей проницательности, мистер Холмс, - стараясь выглядеть совершенно серьезно, произнес Санди. "Интересно, где он находился этот чертов кофр, - подумал он. - Верно, просто под сиденьем..." - Но в "Лизард" вы не должны были идти один, - продолжил Холмс. - Чуть позже вы поймете, какую примечательную роль сыграл брошенный вами в вагоне багаж - сейчас скажу одно: я вынужден был заняться им, полагая, что даже у капитана американской полиции не хватит смелости направиться сразу в "Лизард" на встречу с Дженкинсом. А тот примчался в кафе со своим роковым грузом и, увидев вас одного, принял вас... ВЫ САМИ ЗНАЕТЕ ЗА КОГО... Естественно, он постарался избавиться от своего страшного груза и тем самым передал вас в руки моего уважаемого коллеги, Лейстреда, - последовал жест в сторону детектива, - который осведомлен, к сожалению, лишь об одной стороне этой мрачной истории... Последним замечанием он окончательно допек и без того гневно топорщившего усы Лейстреда. Тот снова вскочил из-за своего стола: - Послушайте, мистер Холмс, - с большой долей яда в голосе осведомился он, - раз уж вы так осведомлены в этом паршивом деле, что считаете, что криминальной полиции нечего делать в нем, то, может быть, вы, наконец, намекнете нам - кто же все-таки отрезал голову несчастному банкиру? - Ну, это не было таким легким делом, но наш друг неожиданно облегчил его, - Холмс кивнул в сторону Кая. - Дело в том, что ваш легонький саквояж мог сойти за имитацию багажа только в глазах тупоголовых сподручных главного преступника. Сам же он разгадал ваш ход почти моментально. И так же моментально попытался овладеть оставленным вами кофром. Помешали ему два обстоятельства - служебное рвение персонала железной дороги и неожиданное для него появление вашего покорного слуги. Короче говоря, Лейстред, если вы соблаговолите послать вашего человека с тем, чтобы он привел сюда того типа в наручниках, что сидит под охраной в моем кэбе, вы сможете лицезреть автора той мерзкой проделки, что стоила головы несчастному Клайву Мэдоу. Лейстред выразительно посмотрел на дежурного констебля, и тот вышел. Воцарилась тишина, наполненная напряженным ожиданием. Лейстред нервически барабанил пальцами по столу, всем своим видом вопрошая "кто, в конце концов, распоряжается в этом кабинете"; Холмс как ни в чем ни бывало раскуривал трубку, Ватсон с трепетом созерцал это священнодействие, а Кай пытался доказать самому себе, что истинной реальностью является не пропахший дешевым табаком околоток, не грубая деревянная скамья, на которой он сидит, не угольный угар и железный лязг вокзала, который он так недавно покинул, не туман и не мусор под ногами, а волшебный город, плывущий в океане, охватившем далекую планету под чужим солнцем. Он уже почти не верил в то, что был когда-то там. И тут же, совсем рядом, шевелилась мысль: "Если сейчас появится еще и профессор Мориарти, я расхохочусь и испорчу всю обедню..." Но обошлось без профессора. Двое полицейских ввели в комнату сухощавого, чуть сутулого человека. Так же как и Кай он был одет в неприметный дорожный костюм. Так же, как и у Кая его руки были сведены цепочкой наручников. Констебль подтолкнул арестанта и тот, сделав пару шагов, остановился перед Каем. Поднял глаза. Он и был Каем. Несколько секунд они молча глядели друг на друга. Потом тот, что вошел, тяжело вздохнул. - ТРИНАДЦАТЫЙ ДОЖ УЖЕ ПРЕДУПРЕЖДАЛ ТЕБЯ, - сказал он негромко. - НЕ СУЙ НОС НЕ В СВОЕ ДЕЛО! * * * - Ваше время истекло, сьер, - мисс Райски жизнерадостно улыбалась Каю, который с некоторым недоверием продолжал сжимать в руках только что снятую с лица ВР-маску. - Вы довольны сеансом? - Пожалуй, что да, - Кай внимательно присмотрелся к своей собеседнице. - Это вы выбирали программу моего "погружения"? - Ее выбрала Сеть. Компьютерная сеть ВР, к которой подключен салон. Я только включила поиск оптимального варианта. Вы, надеюсь, посетите нас еще раз, сьер? Теперь он был уже не "мистер". "Сьер" - почти что свой. - Вполне возможно, - Кай поднялся с кресла-стенда. Еще долго предстояло Федеральному Следователю ловить себя на том, что он всерьез прокручивает в уме очередной - дьявольски остроумный - вариант объяснения взаимосвязи между дневниками полковника Дэвиса, отрезанной головой банкира Клайва Мэдоу и таинственной встречей, назначенной неизвестно кому, неизвестно кем в кафе "Лизард". Но одно просматривалось четко: Кто-то с той стороны зеркала предупреждал его - МЫ ЗНАЕМ КТО ТЫ. НЕ СУЙ НОС НЕ В СВОЕ ДЕЛО! * * * Ночь еще не кончилась. Скорее, даже не перевалила за половину. И не кончился Карнавал. Вода в каналах, подсвеченная снизу разноцветными огнями, представлялась некоей волшебной субстанцией, огромные декоративные рыбины лениво подплывали к поверхности, равнодушно разглядывая пестро разряженный народ, шатающийся по набережным. Фонтаны до небес вздымали свои светящиеся струи. Из ветвей высаженных вдоль улиц деревьев выглядывали праздничные птицы Фого и веселые зверьки, название которых Кай позабыл. Он только сейчас сообразил, что придает праздничному городу оттенок нереальности - на время Карнавала в Эбисс-Айл была запрещена коммерческая реклама. И еще раз ему пришлось испытать странное чувство - когда он отощел от гущи развеселого народа и зашагал вдоль уходящих вглубь острова, опустевших переулков, - он увидел, что по параллельной улице, точно следуя темпу его шагов, трусит, прихрамывая, огромный серый зверь. Волк. "До сих пор в Эбисс-Айл только водяные крысы случались на ночных улицах", - подумал Кай. Он опустился к воде. Нашел колонку с кнопкой вызова такси и уже почти надавил ее, когда его окликнули. - Я подвезу вас, сьер, - нам есть о чем поговорить. За рулем видавшего виды открытого катерка сидела не слишком молодая женщина с арабскими чертами лица. Она тоже повидала виды. Платье на ней было вовсе не карнавальное - слегка заношенное. Редкость для Эбисс-Айл. Каю не хотелось приключений. Совсем. Его и так достаточно хорошо "подвез" тот парень с жемчужных плантаций. Автоматическим, малозаметным движением он включил регистратор. - Боюсь, мадам, что вы не знаете моего адреса. - Это неважно. Прежде всего, нам надо поговорить. - Тогда давайте пройдемся по набережной. Женщина презрительно усмехнулась и, приняв протянутую ей Федеральным Следователем руку, сошла на берег. - Будете продолжать делать вид, что не узнаете меня? - спросила она после трех или четырех минут молчаливой прогулки по залитой волшебными отсветами набережной. - Я действительно не узнаю вас, - честно признался Кай. - Значит вы запоминаете только подследственных, а не тех, перед кем вы выступали на суде. Хотя бы родственников подсудимых могли бы припомнить. Я сидела в первом ряду. И вас запомнила очень хорошо. На суде Каю выступать приходилось отнюдь не часто. Сотрудники Управления избегали "светиться" на публике. На Океании такое с ним случилось лишь однажды. Дело, правда, было неслыханно скандальное - впервые за многие десятилетия угону подвергся патрульный крейсер Федерации. - Вы... по всей видимости - кто-то из родных Хасана Аль-Бактри? Других арабов по тому делу не проходило. - Его сестра. Старшая. Зухра. Вы хорошо спите по ночам, сьер? - Может быть вы прямо перейдете к делу? - "Антарес-200" вернулся из Дальнего Космоса. Это что-нибудь говорит вам? Потребовалось полторы минуты, чтобы припомнить детали дела. - И с ним вернулся, стало быть, Абдулла? Брат-близнец Хасана? Так что же из того? Кай уже догадывался "что из того". Неприятно заныли вчерашние ушибы и ссадины. - Абдулла хочет сделать вам заявление. Вы ведь никак не хотите признать, что послали на подводные шахты невинного человека... Интересно, что вы скажете, когда настоящий виновный сам заявит о своей вине. Так и есть - проклятый "казус близнецов", который попортил немало крови Управлению, опять всплыл на поверхность. В свое время немало сил было потрачено на то, чтобы доказать, что не убывший накануне ареста в Дальний Космос на борту "Антареса" Абдулла, а его брат Хасан был наводчиком, внедренным в экипаж угнанного впоследствии крейсера. Оба близнеца были неплохими космонавигаторами, оба работали помощниками штурманов. До сего дня судьба и истинный маршрут "Антареса-200" были покрыты мраком. Этот транспортный "дальнобойщик" был довольно темной лошадкой в конюшне преславного Вольного Космического Транспорта. - Если Абдулла решил заменить своего брата на каторжных работах, то это - весьма благородное намерение. Но ложное. Я-то по-прежнему уверен, что суд не ошибался. Кстати, с вашего позволения, я сделаю запрос... Присядем здесь. Кай извлек блок связи и с клавишной панели сделал запрос об "Антаресе" в информационную сеть. Ожидая ответа, он огляделся по сторонам. За какие-то пять минут они забрели в довольно глухое место. Звуки Карнавала доносились издалека. На глухой улочке, кроме них, не было ни души. Только подвыпивший тип в белой маске Пьеро развалился на лавочке неподалеку. Он равнодушно смотрел сквозь Кая. Блок связи дружелюбно квакнул, и по экранчику поплыли строки ответа. Да, "Антарес-200" снова болтается на буферной орбите вокруг Океании. Проходит профилактику. Экипаж спустился на поверхность. Да, помштурмана Абдулла Аль-Бактри в том числе. Кай выключил блок. - Давай его сюда, - произнес голос у него за спиной. - То, что вам упирается в затылок, это - "Кольт", сьер, - пояснила Зухра. И держит его Абдулла. - Теперь - вашу пушку, сьер, - продолжил Абдулла. - И регистратор. И не делайте глупостей. Вы не на том конце ствола. Свое добро вы скоро получите назад. Если поможете доброму делу. Проклятый Пьеро на лавочке напротив тупо пялился на происходившее ограбление. Но и мизинцем не пошевелил, мерзавец. Абдулла обошел лавочку и предстал перед Каем лицом к лицу. Держась, однако, на достаточном расстоянии. - А теперь, посмотрите на это. Он поднес поближе к лицу Федерального Следователя экран его же собсвенного блока связи и вставил в прорезь магнитную карточку, превратив тем самым машинку в видеопроигрыватель. На экране возникло изображение. Это можно было принять за любительский космобоевик. Но нет. Это была запись того, что происходило на борту злосчастного крейсера четыре года назад. Вы понимаете, что я вам показываю, сьер? - Как я понимаю - копию одной из записей регистрирующих бортовых видеокамер космокрейсера "Скайболт"? Считались потерянными... - Как, по-вашему, они попали ко мне? - Надо думать, вы забрали их из какого-то тайника. Предположение не отличалось остроумием. Никто из участников угона на Океанию не вернулся иначе как в наручниках. - Какие тайники, сьер? Всех, кроме меня, повязали прямо на борту. А я на одиночном боте добрался до "Антареса" за час до старта. На Планету эта запись попасть просто не могла. Я с собой это добро возил через пол-Галактики... - Это - пожалуй, аргумент, - сказал - больше самому себе - Федеральный Следователь. - И еще будут. Хасан, мне рассказали, на следствии молчал как рыба - так он и сказать ничего не мог. Он - хоть убейте, - ни одной детали дела вам не расскажет. Потому что он в это время вместо меня ишачил на том же "Антаресе", пока тот на космокаботаже подвязался. А я вам изложу такие детали, о которых вы до сих пор ничего не знаете. А когда узнаете - легко проверите и убедитесь в том, что Хасана зря засадили... Кай был здорово озадачен. Аргумент Абдулла выдал железный. - Излагать детали вы будете следователю полиции. - сказал он. - Я могу всего лишь... - Я сюда не затем вернулся, чтобы в тюрягу садиться , сьер. Я Хасана выручать прилетел. И вы мне должны с этим помочь... - Понимаю вас. Если вы хотите, чтобы я выступил посредником... - Мне Хасан не через год нужен. Когда еще дело пересмотрят... От вас, сьер одно требуется - завтра, поутру оформить на Хасана вызов в вашу контору. Для дачи показаний или - для чего там хотите. Остальное - не ваша головная боль. Главное - нам его на Поверхность вытащить... А там... - Так дело не пойдет, - сухо ответил Кай. - За репутацию дрожите, сьер? Так я вас за человека все-же имею. Подумайте - честный человек, хороший навигатор ни за грош карячится в рудниках. Там риск громадный. Может покуда мы тут друг другу мозги вправляем, его уже струей посекло? Дети без него растут... - Простите, но это - ваша "заслуга", Абдулла. - Ты про это мне не грузи. Сам знаю. Сам его и на свободу определю. И от своей доли половину отстегну. Ему и семье. Я-то свой гонорар с дела сберег... От тебя одно требуется... - Вы не добьетесь от меня этого. Даже дураку ясно, что если вы попытаетесь отбить Хасана, то будут трупы. У тех, в кого вам придется стрелять, - тоже есть жены и дети, Абдулла. И даже престарелые родители, иногда. - Да поймите вы... У нас тут все схвачено. Здесь, конечно, не Мелетта какая-нибудь. Здесь не всех купишь. Народ богатенький. Но ради брата я по миру без штанов пойду, а людишкам заплачу как надо. Не будет никаких трупов. Вам не предлагаю - знаю: не тот человек... Вы, сьер не вибрируйте - отмажетесь запросто... На вас и грешить никто не станет. Тринадцатый дож за нас. Кай попробовал прикинуть в уме - сколько же заплатили люди Мафии своему наводчику, если он намерен подкупить высоких чинов охранной службы, да еще и одарить невинно пострадавшего брата. Кстати, пострадал-то Хасан, кажется, действительно невинно - деньги были у Абдуллы. Не у Хасана. - Нет, - покачал он головой. Этот вариант... - Тогда умри, сука! - с исключительным чувством произнес Абдулла, бросил блок оземь и нацелил свой "Кольт" в лоб Федеральному Следователю, держа револьвер обеими руками - в лучших традициях древних вестернов. Скорее всего, он брал Кая "на пушку". Но тот рисковать не стал. Он кувыркнулся под ноги бандита, влепил ногой по револьверу обрушившегося на него противника - чертова железяка полетела по брусчатке, что твоя шайба - и в два прыжка достиг ближайшего подъезда. Дверь оказалась хлипкой. С криком "Пожар!!!", Федеральный Следователь загрохотал вверх по леснице, молотя во все попадавшиеся на пути двери. Ему не повезло. Или это был вообще не жилой дом, а скопище закрытых на ночь оффисов, или жильцы все как один подались на Карнавал. Внизу, на площади, послышался топот двух пар ног - Абдулла не стал тратить время на поиски своего оружия - правильно, у него и без того был пистолет Кая. Федеральный Следователь с утроенной энергией рванулся вверх, проклиная полную приключений жизнь. Выход на чердак был перекрыт стальной дверью на замке. Перед дверью, слегка расставив ноги, стоял человек в черном плаще. Шляпа у него тоже была черной, кожаной. А сам он был коренаст, бледен и слегка одутловат. - Только не бросайтесь на меня, Следователь, - спокойно предупредил он. - Я не из этой компании. Я помогу вам уйти. Кай остолбенело смотрел на незнакомца. - Меня зовут Уолтер, - сказал тот, поднимая на уровень глаз собеседника светящуюся визитную карточку. - Уолтер Вольф. Запомните мои координаты и свяжитесь со мною как можно скорее. Я слишком долго ждал вас... - Давайте карточку сюда, - протянул руку Кай. - Это бессмысленно. Надо запомнить. Запомнили? - Запомнил, - сказал Федеральный Следователь, не понимая ровным счетом ничего. Внизу, в коридоре, раздался топот. - Если вы хотите помочь мне уйти отсюда, то сейчас - самое время, - выпалил из себя Кай. - Запомните еще то, что у нас с вами почти не будет времени. Свяжитесь со мной этой же ночью... А уйти отсюда легко. Просто не моргайте десять секунд. * * * - Вы немного недобрали по времени, сьер, - лучезарно улыбнулась Каю мисс Райски. - Надеюсь, вы не пережили слишком неприятные ощущения? - Ощущения? - спросил Кай. - Не знаю, что ответить вам, мисс. Так кто, все-таки, программировал мое "погружение"? - О, на самом деле его программирует сеть. Компьютерная сеть, к которой подключен наш салон... Она замеряет ваши параметры и... - Разумеется, - как можно мягче прервал ее Кай. - А вы только включили поиск оптимального варианта. - Именно так, сьер, - чуть удивленно согласилась очаровательная мисс Райски. - Приходите. Еще и еще... Карнавал и не думал кончаться. И гигантские вуалехвосты таращились на развеселый народ из подсвеченных, кристально-чистых вод. И праздничные птицы Фого хитро выглядывали из листвы. И праздничные зверьки были на месте. Кай не поленился забрести в переулок, в котором его чуть не лишил жизни Абдулла - там, за Зеркалом... Дверь подъезда была цела и надежно заперта. Но это была ИМЕНННО ТА дверь. Кай поморщился, когда в пролетах пустых переулков - справа от него - снова мелькнула пару раз тень хромого волка. А вот Пьеро в белой маске нигде не было. Чему тут, впрочем, было удивляться? Кай вернулся на набережную и вызвал такси. Гондольер - обязательная принадлежность здешнего водного извоза - был на этот раз турком. Слава Богу - молчаливым. По дороге Кай сделал запрос в сеть Управления об "Антаресе". Звездолет продолжал числиться в списках пропавших. И тут удивляться тоже было нечему. Абонент, код которого Кай прочитал на светящейся визитке, не отвечал на вызов. А в вестибюле "Фиесты", дожидаясь его, кемарил охотник без лицензии Энди Горелов. * * * - Вы - до крайности во-время, - сказал ему Кай. - Но лучше бы явились завтра с утра ко мне в кабинет. - В кабинетах трудно по-человечески поговорить, гражданин начальник, - неопределенно парировал Энди. - А мне уже давно именно по-человечески-то с вами потолковать хотелось. Муни этому ни шута не втолкуешь ни в какую. А тут еще эти психи из "Защиты животных" прицепились как... - Пройдемте-ка в бар, - подумав, предложил Федеральный Следователь. - Я не тороплюсь надевать на вас наручники... - Собственно, дело все в том и состоит, - перешел Энди к делу, осушив банку "Хайникена", - что эти типы из "Эбисс Перл" стали задавать Финни свои идиотские вопросы... Вопросики... Бедной твари не оставалось ничего другого, как податься в бега... - Почему, собственно? Ведь у людей из "Эбисс Перл Инкорпорейтед" нет и не было никаких объективных фактов... - Это верно - фактов нет... Мало того, даже если бы они нашли жемчуг в животе у Финни, это ровным счетом ничего не значит юридически... Никакие законы и установления на китообразных не распространяются - ни Планетарные, ни Федеральные... Если Финни надумал проглотить дюжину-другую раковин, проплывая через Продуктивные Слои, - так это пусть у "Эбисс Перл" голова болит о том, как обезопасить свои плантации... Другое дело - так это если бы кто кого схватил за руку, когда этот кто-то при изъятии, так сказать, товара из такого вот очень своеобразного тайника... - Должно быть, это - не самое приятное занятие, - посочувствовал Кай охотнику без лицензии... - Все обстоит не совсем так, как вы это себе представили, господин Следователь. Точнее - совсем не так. Финни идет на дело натощак. А пакет - просто отрыгивает. Прямо вам в руки. То-есть не вам, конечно, господин Следователь... - Вам довольно трудно будет объяснить, каким образом не имеющее рук океанское псевдомлекопитающее может изготовить такую сложную штуку, как пакет... - улыбнулся Кай банке "Тверского". В глаза Энди он старался не заглядывать. Чтобы не сбиться с верного тона. Что-то не так было с этими глазами... - Вот уж и вовсе нет. Пакет-то не полиэтиленовый, отнюдь... Из листьев Ламинарии Юнгера. Местная подводная росянка. Сжимает листья вокруг любого инородного тела и не расжимает, пока не переварит. Только на "живой жемчуг" ее фермент не влияет. Очень удобно... - И как вам только удалось совратить бедное животное с пути истинного?... - Дружба, гражданин начальник... Чего не сделаешь ради дружбы..? Финни видел, как нелегко мне приходится и, когда я как-то обрисовал ему имеющиееся возможности... Тем более, что я объяснил ему, что он не принесет никому ровным счетом никакого вреда... - Вы так считаете? Так что же тогда не дает покоя бедному Финни? - Вопросы, гражданин начальник. Вопросики. С которыми господин Энгельманн пристал к Финни как банный лист к ... - Так что, собственно, мешало Финни дать господину Энгельманну объяснения, которые бы вполне удовлетворили бы и его и любопытного господина? - Господи! - глаза Энди округлились от удивления. - Стремно вы как-то выражаетесь... Разве вы не знаете, что... Что эти создания не способны врать? Сознательно говорить нечто, не соответствующее действительности? В лучшем случае способны промолчать - да и то недолго... Федеральный Следователь прикинул в уме, что, пожалуй, именно так и следовало бы понимать некоторые из в спешке им прочитанных фраз в давешней сводке по разумным китообразным Океании. - Пожалуй, я понимаю теперь, - вздохнул он, - почему эти создания так и не создали ни государств, ни империй... - Так что, - только и осталось бедной рыбине, - резюмировал Энди, - что или под монастырь подвести лучшего друга, либо в бега податься... А меня теперь совесть гложет... И зверек страдает и детишки... - Ну что-же... - Кай сунул кредитную карточку в щель платежного терминала и поднялся с высокого табурета у стойки. - Так ждать вас завтра с утра? Выражение лица охотника без лицензии было странным. Каким-то сочувствующим даже... - Воля ваша, - вздохнул он. - Хотите ждать - ждите. А мне - пора. Дорого стали за сеанс драть... - Это вы про что? - осведомился Кай. - Да так... Всего вам наилучшего, гражданин начальник... И прямая спина Энди исчезла за под дуб сработанной дверью бара. * * * В номере гостиницы, постояв под душем, Кай, наконец, окончательно взял себя в руки. На сегодня - все. Кто-то играет с ним из-за той стороны Зеркала. Тринадцатый Дож. Ну что-ж, провокация была на уровне - ведь шевельнулось же в нем что-то, когда он дал убедить себя в том, что там - под милями соленой воды - заточен в глубине шахты невиновный человек. Убедили-то его по ту сторону Зеркала. А вызывал бы он Хасана на Поверхность - по эту... Некоторое время он остолбенело осознавал это. И многое другое. Все несообразности происходящего в Эбисс-Айл стали предельно ясны. И ясно стало, что времени у него практически нет. Он знал слишком много. Впрочем, враг не всесилен. Иначе он не дошел бы до дома. Даже не вышел бы из ВР-салона. Хотя бы пару часов сна он может позволить себе. И не явится к нему во сне невинно осужденный Хасан со своими лихими родственниками. И собственный двойник не передаст привет от Тринадцатого Дожа. И не постучит в дверь белобрысый пилот. Мокрый насквозь, с прикованным к руке обломком штурвала... Немного джина со льдом и пара часов сна. Он отворил панель бара-холодильника. С блюда с колотым льдом на него безумным взором смотрела голова банкира Клайва Мэдоу. * * * - Вам не было страшно, сьер? - очаровательная мисс Райски заглядывала в расширенные зрачки Федерального Следователя. - Вы не испытали э-э... неприятных ощущений? - Нет, только приятные. Когда все кончилось, - Кай посмотрел на часы. - Кажется, я здорово перебрал против времени сеанса?... - Это - приз от фирмы вам, как неофиту... Лицо очаровательной служащей было чуть более напряжено, чем можно было ожидать в данной ситуации. - Надеемся, что вы станете нашим постоянным клиентом... - сказала она вслед Федеральному Следователю. * * * На улице Кай первым делом купил в автомате пачку сигарет и упаковку репарирующего биогеля - зеленого, от "Фрича". Несколько неумело раскурив сигарету, он погасил ее о тыльную сторону руки, чуть повыше запястья. Дикая боль убедила его, что уж в этот-то раз он находится по"эту сторону Зеркала". Федеральный Следователь залепил ожег аккуратной кляксой биогеля и в третий раз побрел мимо подсвеченных вод и гигантских вуалехвостов, мимо сияющих фонтанов и праздничных птиц и зверьков. И боль и оглушающее ощущение нереальности очередного пробуждения притупились. Осталось лишь подсознательное ощущение острого цейтнота. Федеральный Следователь подумал, что когда и если он, наконец, получит свою пулю в затылок, то первым, что он увидит на том свете, будет очаровательная мисс Райски, озабоченная тем, не испытал ли он неприятных ощущений. Сигарету он бросил в случившийся по пути утилизатор, а оставшуюся пачку отдал случившемуся и в этой праздничной толпе бледному Пьеро. Уже успевшему порядком набраться. - Мерси, сьер, - умиленно сказал Пьеро. - Премного благодарен. Мерси. Помоги вам Бог, сьер. НИКОГДА НЕ СУЙТЕ НОС НЕ В СВОЕ ДЕЛО... Никогда, сьер. И сгинул в толпе. Только хромой волк не попался ему на глаза в этот раз. * * * Теперь Кай не тратил времени даром. Ловить водное такси ему не пришлось: до места, означенного в той - из второго сна - карточке, легко было добраться по-суху, слава Богу, в ночь Карнавала не разводили мосты между девятью Главными Блоками Эбисс-Айл. Разрисованного в цвета Карнавала киберрикшу он отпустил за пару кварталов до нужного ему дома, а дойдя до того квартала, который искал, - свернул в арку, ведущую во внутренние дворы: он с прошлого своего пребывания на Океании помнил, что незаметно добраться куда-либо в Эбисс-Айл проще всего - дворами. В проходе арки его окликнули. * * * Вольф по эту сторону Зеркала был тот же, что и по ту. Разве что покрой плаща немного отличался от того, что запомнился Каю во втором сне. - Я решил перехватить вас на подходе к тому месту, что назначил ТОГДА, - не тратя время на формальности, начал он. - Адрес на карточке к делу отношения не имеет. На самом деле. Наденьте это идиотство, - он протянул Каю маску-клюв и сам накинул на физиономию бороду мага, оснащенную фиолетовым, в крапинку, носом. - А то мы с вами смотримся как пара ишаков в стаде павлинов... И давайте выберем место для разговора понадежнее. - Самое надежное место ЗДЕСЬ - это мой кабинет в Филиале Управления, - констатировал очевидный факт Федеральный Следователь. - Впрочем, существуют и конспиративные явки. В таком случае мне придется отдать пару распоряжений. Он вытянул из пристегнутого к поясу планшета блок связи. Набрал несколько сочетаний клавиш и считал ответ. - Спустимся к набережной, - сказал он, подумав. - А пока, давайте представимся. Прихрамывая, Вольф стал спускаться по ступеням к воде. - С вашей стороны это было бы просто лишней формальностью, господин Следователь, - обернулся он с пол-пути. - А статью обо мне вы можете найти в любом из трех последних выпусков ВР-энциклопедии... - К сожалению, ее нет у нас под рукой. - Там написано, что Уолтер Вольф - это тот самый ВР-мастер, что создал "Второй Эбисс-Айл"... * * * Конспиративная явка Филиала Управления не блистала оригинальностью интерьера. Более всего она напоминала типовой номер в гостинице где-нибудь на периферии Федерации - только двери были тут понадежнее, да стекла на окнах - похитрее. В "джентльменский набор" здешней утвари входила, слава Богу, и неплохая кофеварка. - Не верьте тем дурачкам, которые рассказывают вам басенку о том, что "Второй Эбисс-Айл" - это гигантская компьютерная модель города, - рассказывал Вольф, с осторожностью отхлебывая из своей чашки заваренный по личному рецепту Федерального Следователя напиток. - Город неплохо оборудован всеми видами датчиков - от видеокамер на перекрестках, до тензометров в полотне шоссе и газоанализаторов в системах вентиляции. Так что в программах ВР-реальности город "играет" сам себя. Компьютеры "пририсовывают " лишь немногое... Тринадцатого Дожа, например. - Я, видите-ли, вообще не подозревал, что существует некий "Второй Эбисс-Айл", - огорчил ВР-мастера Кай. - По крайней мере, до тех пор, пока сам в нем не оказался. - Что-ж, охотно вам верю... Хотя я надеялся, что вы лучше подготовились, прежде чем лезть прямо к черту в зубы... Вообще, я удивляюсь тем методам, которыми вы повели это расследование...- Вольф с досадой поставил чашку на стол. - Я, практически, только сегодня убедился в том, что в городе действительно происходят события, связанные со злоупотреблениями виртуальной реальностью, - Кай пожал плечами. - Практически я был занят совсем другим делом. - Сказки про пропавшего кита оставьте для детишек, - досады в голосе Вольфа прибавилось. - Как только вы сделали первые запросы по делам, связанным с Тринадцатым Дожем... Такая осведомленность постороннего, в общем-то, лица о сугубо внутренней циркуляции информации в спецслужбах города несколько покоробила Кая. - Вы только что сказали, что Тринадцатый Дож - это компьютерный фантом... Кроме этого, я о нем, вообще, ничего не знаю. Федеральный Следователь чувствовал себя мучительно глупо. - Половина богачей Эбисс-Айла платит дань Тринадцатому, а ваше Управление делает вид, что ничего об этом не ведает... - теперь плечами пожал уже Вольф. - Ладно, продолжайте морочить людям голову, коли есть на то какие-то причины. Но только не мне. - Вы создали "Второй Эбисс-Айл", - вернул разговор к его началу Федеральный Следователь. - И какова оказалась дальнейшая судьба этой разработки..? - Разработки - х-хе... - ВР-мастера явно позабавила такая формулировка. - Эта, как вы изволили выразиться, разработка была одним из грандиозных проектов здешних отцов туристического бизнеса. Несколько лет назад, когда после отмены ограничительного законодательства здесь начался ВР-бум, мне удалось протолкнуть этот проект на конкурсе... Не мне одному, конечно. Одно время существовала такая группа "Вольф и Дрисколл"... Но к концу работ все материалы прибрал к рукам Гонти... Просто выкупил у города. Проект финансировала магистратура, а эта контора имеет привычку постоянно влезать в долги. После этого все разговоры о "Втором городе" прекратились. А я - остался с носом. - Начинаю понимать ваши мотивы... - Кай с сожалением отставил в сторону опустевшую чашку. - Гонти... Это, если я не ошибаюсь, "Коммон энтертеймент"? - От понимания моих мотивов вы еще далеки... А Гонти - это и есть Тринадцатый Дож. - Вот как? Ларчик открывался настолько просто, что Кай ощутил некоторое разочарование. - Именно так. Видите ли, мои первоначальные намерения были достаточно скромны - я просто хотел начать, наконец, получать полагающийся мне процент от коммерческого использования собственной разработки. Я, видите ли, никак не мог взять в толк, зачем некоей фирме сдалось гноить без дела пакет программ, за который пришлось выложить немалые деньги. Слава Господу - в отличие от простых смертных у меня есть возможность беспрепятственно шарить по планетарной информационной сети. Можете представить себе мое изумление, когда я убедился, что "Второй Эбисс-Айл" благополучно функционирует в ВР-сети, не принося ни цента дохода кому-либо. Впрочем, я не был настолько наивен, чтобы ограничиться одним лишь изумлением. - Вы, надо полагать, предприняли что-то в виде э-э... конспиративного расследования? - предположил Федеральный Следователь. - Это вы точно выразились - относительно конспиративности. Я постарался как можно дольше не вспугнуть птичку... Я имею ввиду Гонти и его э-э... окружение. Это мне почти удалось... По крайней мере технику "двойного пробуждения" я понял без особых усилий... - "Двойного пробуждения" - сказали вы... Мне так целых три раза пришлось просыпаться в салоне у Санта Марии ди Мираколи... - Кай несколько криво улыбнулся. - Надеюсь, что обойдется без четвертого... - Все эти ваши пробуждения, вложенные одно в другое, как э-э... - Как русские матрешки, - подсказал Кай ВР-мастеру снова пригодившуюся аналогию. - Да, как эти забавные игрушки... Все это я все-равно объединяю под термином "двойное пробуждение". Видите-ли, суть фокуса, придуманного Гонти, состояла в том, чтобы, породив у клиента иллюзию пробуждения в реальном мире, в течении очень короткого времени, подвергнуть его шантажу или навязать ему якобы выгодную сделку, а затем спровоцировать на второй сеанс ВР. После которого он уже совершенно нормальным образом пробуждался в настоящем Эбисс-Айле и спешил выполнить условия, навязанные ему во сне мошенниками. Вы сами убедились, что в этой имитации реальности вам могут быть предъявлены любые, самые достоверные свидетельства того, в чем вас пытаются убедить жулики... И еще - я не знаю точно, какой "фильм" вам крутили в вашем сеансе ВР до мнимого пробуждения, но уверен, что он оставил у вас жгучее желание досмотреть его до конца, и, сложись обстоятельства чуть иначе после разговора с семейкой Аль Бактри, вы потратили бы еще несколько кредиток на то, чтобы досмотреть не к стати оборвавшийся сюжет... Кай утвердительно кашлянул. Не без некоторой досады. - Как я понял, кроме навязывания разорительных сделок и вымогательства, компания Гонти имела еще относительно невинный заработок, организовывая "чудеса" по заказам Гильдии Магов? - осведомился он. - Да, вы правы. Но на эту мелочь сам Гонти смотрел свысока, до тех пор пока в результате этого баловства в городе не начался настоящий бум всяческой чертовщины... Тогда он круто поднял цены... Это, впрочем, - уже другая история... - И, обнаружив, каким образом используется ваше гм... изделие вы... - Не буду строить из себя ангела. Я просто решил пошантажировать Гонти. И был взят в долю. Вольф откинулся в кресле и принял независимый вид. Кай снова откашлялся. На этот раз - недоуменно. - И что же заставило вас?... - Кровь. Первая кровь. Я ужаснулся, когда понял, что Гонти принимает заказы на провокацию убийств. Ну а вскоре после этого устранить попытались уже самого меня... Рука Вольфа коснулась еле заметного шрама на виске. - И что помешало вам явиться с обычным заявлением в полицию? - задавая этот вопрос, Кай, конечно, просто соблюдал некую формальность. Наивность не входила в круг профессиональных добродетелей сотрудников Федерального Управления Расследований. - Да, то, что я не имею в своем распоряжении ни малейших доказательств, - пожал плечами Вольф. - И элементарное нежелание самому отправляться на плантации в Нижних Слоях... Мне, знаете-ли, потребовалось время, чтобы э-э... дозреть. И требовалось выйти на кого-нибудь вроде вас. Я не верю полиции Эбисс-Айл. - Как я понимаю, не без основания... - Кай вздохнул. - И как я понимаю, возникли еще некие обстоятельства, которые заставили вас так торопиться... - Еще бы, - Вольф поставил пустую чашечку на блюдце дном вверх. - Оцените ситуацию: мне устраивают аварию. В меня стреляют парализующей капсулой с удесятеренным зарядом. В обоих случаях я остаюсь жив чудом. Но догадываюсь чья это работа. И сьер Гонти догадывается, что я догадываюсь... У него возникают естественные подозрения в отношении моей к нему м-м... лояльности в дальнейшем. И он устраивает мне небольшой допрос с пристрастием... С использованием паяльной лампы, бормашины и бензопилы. И всякого еще. А еще - на ваших глазах пытают вашего сына... - У вас есть сын? - Кая почему-то немного удивило это обстоятельство. Даже чуть больше, чем то, что несмотря на упоминания о паяльной лампе и бензопиле, руки и ноги собеседника не несли следов увечий. Хотя нет - он же прихрамывал... - Есть. Мы давно в разводе с женой, и Генрих живет у нее. На этом, собственно, они и прокололись... - Вольф криво усмехнулся. - Знаете, как говорит один мой здешний знакомый, вы выражаетесь немного стремно... - Кай присмотрелся к несколько затуманившемуся взгляду собеседника. - Можно заставить человека поверить в то, что ему отпиливают палец за пальцем, но невозможно заставить меня поверить, что Марта разрешила сыну навестить меня. Скорее слоны будут летать... - Простите, вы хотите сказать, что все эти ужасы над вами проделывали в виртуальной действительности? - недоуменно спросил Кай. - Вы удивительно догадливы, Следователь. - с ядом в голосе признал Вольф. - Простите, - Федеральный Следователь поскреб в затылке, - но все, что я знаю о таких вещах, как дейта-сьют и прочая ВР-техника... В них конструктивно заложен предел интенсивности болевых ощущений... - В изготовленных по лицензии и прошедших контроль, разумеется. Но чего только не изготовят вам за большие деньги? Тут и запрещенные гипноиндуторы и микроэффекторы с запредельным действием... Я как дурачок попался на крючок - приобрел по сходной цене высокого класса комплект, который фирма Гонти успела напичкать такой вот нелегальной дрянью. Мне и в голову не пришло, что у них в запасе полно таких трюков... Ну, а затем - ложное пробуждение и несколько часов такого ужаса... Я бы врагу не пожелал этого... Кай с сомнением посмотрел на кляксу репарирующего геля на тыльной стороне ладони... - Черт побери... Теперь у меня снова нет уверенности... - А-а... - Вольф сочувственно глянул на заживающий ожег. Традиционный метод проверки... Правда у впечатлительных клиентов, бывает, появляются нейрогенные травмы, особенно, когда они сглашаются на гипносеанс. Кстати - причинение нвиртуальных травм и их чудесное изличение - еще один источник доходов Дожа и компании. Каю вспомнилась кювета с биогелем на руке Мистера Питера... - Но вы - явно не тот случай... - заверил его Вольф. - Можете не волноваться. Вам ни за что не подсунут нелегальный "сьют" в салоне. Это же - улика. Тем более, принимая во внимание вашу профессию. - А содержимое сеанса - это, по-вашему, не улика? - Галлюцинации не могут быть уликами. Ну, знаете-ли... - пожал плечами Кай. - Сами галлюцинации - нет, а вот их записи - пожалуй... - Тринадцатый Дож не записывает свои шалости... А если и записывает, то не поделится записью с вами. - Все, что разыгрывается в ВР-сети может быть зарегестрировано не только хозяевами этой сети, - напомнил Кай. - Кем? - вот в чем вопрос, - усмехнулся Вольф. - Частные лица такими возможностями не обладают. Запись какого-нибудь эпизода ваших похождений в "зазеркалье" для вас может сделать тот или иной салон. Но вы сами понимаете, что обращаясь к администратору салона, вы обращаетесь непосредственно в епархию Тринадцатого Дожа... Остаются полиция и госбезопасность. Они, а также ваша контора, сьер, могут санкционировать такого рода вторжение в дела ВР-сети Эбисс-Айл. - Ну что-ж, это уже похоже на отправной момент для серьезного разговора... - Кай поднялся и начал методично расхаживать из угла в угол обставленной случайно подобранной мебелью комнаты. - У меня, - Вольф тоже поднялся с места, - подготовлен неплохой план. Я, как человек, собаку съевший на устройстве "Второго Эбисс-Айл", смогу привести вас прямо в логово Тринадцатого Дожа. Прямо на заседание генерального штаба господина Гонти... - Беда только в том, - с досадой остановил его Кай, - что и вам и мне путь во "Второй Эбисс-Айл" заказан. Мы с вами "засветились"... - "Засветились" наши образы. Никто не запрещает вам войти в "зазеркалье" в образе, скажем, хромого негра. Или бродячей собаки - только придется тренировать походку... - И Тринадцатый Дож не распознает обмана? - При надежном уровне маскировки - никогда, - уверенно сказал Вольф. - По крайней мере, за время сеанса. Так принимаете мое предложение? - При хорошей его проработке, - снова чуть притормозил его Кай. - Основное, чего вы хотите от Управления, это - зачет вашей инициативы в разоблачении этой э-э... аферы? - Это имеется ввиду само-собой. Конкретно я жду от вас хорошо организованной регистрации моих дальнейших похождений за зеркалом. И всего остального - здесь. - Вы говорили о том, что сможете привести нас прямо на "военный совет" Тринадцатого Дожа. - Они ТАМ называют это Круг... - Ну что-ж. Значит на собрание Круга... Так вот что странно: он что - не может посоветоваться со своими присными в любом из ресторанов настоящего Эбисс-Айл"? - По "эту сторону зеркала" его не видел никто, - с некоторой досадой на бестолкового собеседника сообщил Вольф. - И никто не знает его в лицо. Вообще, никто не знает - один это человек, или несколько. Подпись Гонти - юридически заверенная - это все, что дано нам видеть в настоящей реальности. "Час от часу не легче", - подумал Кай. А вслух спросил: - Послушайте, что произойдет, когда, погрузившись в ВР, я ТАМ - во "Втором Эбисс-Айл", я зайду, например, в гости к доку Самнеру, который в это время в ВР нырять и не собирался? - Скорее всего у вас с ним состоится преглупый разговор. Точнее с его образом. Коллекция таких образов - основное Человек из Дворца был, как уж водится, разряжен как попугай, но по природе своей явно не вписывался в каноны раннего Возрождения. Несмотря на яркие одежды, он был сух, невыразителен и больше склонен слушать, чем говорить. Короче говоря, был психологическим близнецом Федерального Следователя. Это обусловило предельную краткость их разговора. - Как видите, Двенадцать вовсе не глухи к голосам со стороны, - наставительно сообщил он Каю. - В тех случаях, когда голоса эти не вдохновлены корыстью, властолюбием и невежеством, они хорошо слышны Дожам. Ваш меморандум был прочитан со вниманием, и, поверьте, в соответствии с содержащимися в нем предупреждениями будут приняты самые серьезные меры. Самые серьезные... Но не раньше, чем вы сможете представить Совету Двенадцати доказательства в пользу обоснованности ваших умозаключений. И доказательства должны быть весомы. Весьма весомы. - Совет устроит, если будет назван сам Тринадцатый Дож и члены его Круга? - осведомился Кай. - Вы считаете эту задачу разрешимой? - Если мы застанем всех этих лиц, или большинство из них вместе, будет ли это достаточным основанием для того, чтобы считать их связь доказанной? - Разумеется. Но именно это и не удастся вам никогда. Они никогда не встречаются в Эбисс-Айл. И, вообще, нигде. ЗДЕСЬ. - Мы и не собираемся захватить их врасплох здесь, - ответил Кай. Мы сделаем это ТАМ. * * * Двенадцать человек (по числу дожей, что-ли?) полулежали, откинувшись в креслах, оплетенных проводами и волоконными световодами, словно готовясь к старту испытательного корабля. Но все время, отведенное на проведение операции, им предстояло оставаться здесь - в наспех оборудованном ВР-техникой бункере отдела научной экспертизы. - Надеюсь, не надо проводить инструктаж в четвертый раз? - осведомился офицер, стоявший у пульта. - Все проверили правильность присоединения сенсоров? Правильность присоединения сенсоров проверили все. И эффекторов - тоже. - Принимайте команду, Следователь, - сказал офицер. - Время. Кай окинул взглядом свою команду и кивком приказал надевать маски. Резким движением надел сам и скомандовал: - Включение! Легкая, почти воображаемая вспышка. Можно открыть глаза. Они по-прежнему были в тех же креслах и в той же комнате. Только никакой электронной амуниции не было ни на ком из них. Обычный городской комплект взвода "коммандос". Никого больше не было в бункере. Двери были отворены. - За мной, - сухо скомандовал Федеральный Следователь. Отряд затопал к выходу. Никто не оглядывал и не ощупывал себя - новичков на операцию не брали. * * * - И охота же вам дурачиться... - укоризненно бросил Кай огромному хромому волку, в последний момент скакнувшего из тени на сидение рядом с ним. - Нехорошо было бы оказаться тринадцатым человеком в вашем отряде, - ответил оборотень, прекрасно воспроизведя не только голос, но и мимику господина Вольфа. - А первым псом - сойдет для Бога... Не пяльтесь на меня, а то впилите катер в стенку... Последнее относилось к слегка ошалело уставившемуся на него водителю. Водитель дернул головой и вперился в лобовое стекло. Тот, кто предпочитал в этом мире выглядеть хромым оборотнем, так же бесшумно выскочил из катера, когда отряд, наконец, достиг своей цели, как и вскочил в него у корпуса филиала Управления. Бесшумно перескочил через невысокую каменную ограду и скрылся в лабиринте садов Белого Квартала. Почти так же бесшумно, только чуть менее быстро, дюжина бойцов рассыпалась вдоль стены и преодолела ее. Стремительно двигаясь сквозь ночной сад, Федеральный Следователь не мог, все-таки, не заметить, как тот был прекрасен. Искусно расположенные светильники придавали небольшому по площади клочку земли вид дремучего и таинственного леса - где-то в земных тропиках. Оформленные под дикие водопады исксственные каскады и фонтаны струили кристалльно чистую воду - тоже затейливо и почти незаметно подсвеченную. В нишах, образованных зеленью таились причудливые изваяния божков Пестрой Веры... Должно быть и аромат был разлит в ночном воздухе этого призрачного сада какой-то редкостный. Но дейта-сьюты нападавших были лишены такой роскоши, как осязательные эффекторы. Оно и к лучщему - ведь их могли встретить и слезоточивым газом. Пусть, даже, виртуальным. Приходилось дышать насыщенным запахами разогретого металла и пластика бункера отдела научной экспертизы. В небольшой, упрятанный в тени лоз дикого винограда павильон они ворвались в доли секунды. Впервые, прозвучавшие за спиной и где-то в стороне глухие хлопки стволов с глушителями, не заставили что-то внутри Кая болезненно сжаться - в этот раз это было уже не всерьез. Это ТАМ - в реальной жизни - каждый такой хлопок означал многое... Он успел даже врубить на полную мощность свой осветитель - слепящий, чуть трепещущий свет негаснущей молнии залил роскошно обставленную комнату. Мозаику на стенах. Стол совещаний и шестеро стоящих вокруг. Успевших вскочить в ответ на неожиданное вторжение. И тут же исчезнувших. Одновременно и почти бесшумно - как лопаются мыльные пузыри. Седьмой - так и не потрудившийся встать и так и не выключивший - ТАМ, по ту сторону зеркала свой дейта-сьют довольно спокойно рассматривал вломившуюся в его владения компанию. Он был вовсе не роковым типом - отнюдь нет. Скорее, довольно жизнерадостный бонвиван лет сорока пяти. Глаза слегка навыкате и неплохой загар на румяной физиономии. Обозначившаяся склонность к полноте. Только вот выражение лица - неприязненно-надменное, словно взятое напрокат из дурного кинофильма. Хозяин оценил взглядом дюжину вооруженных типов, рассеившихся по комнате. Косо усмехнулся хромому псу, не торопясь вышедшему из темного проема и легшему на пороге... - Будем знакомы, - сказал он. * * * - Собственно, наше знакомство следует продолжить по ту сторону зеркала, - сухо заметил Кай. - Вас, я думаю в этом убедила наша э-э... демонстрация... Кстати, господа, члены Круга, как вы изволите называть ваш штаб, напрасно столь поторопились ретироваться с места действия. Все, что связано с их деятельностью, уже неделю, как регистрируется м-м... компетентными службами... - Ну что-ж... - Тринадцатый Дож поморщился и потянулся к столу. Кто-то из "коммандос" машинально повел стволом, но вмешательства не потребовалось: Хозяин всего лишь подкинул на ладони какой-то диковинный плод с блюда, украшавшего стол. - Ребята поплатятся, - задумчиво продолжил он, - за то, что так затянули с переводом "Второго Города" на полное консервирование... Не ожидали от вас такой быстроты... Он ядовито посмотрел на оборотня в дверях. Тот обнажил резцы и тихо - еле слышно, но злобно зарычал... - Вы напрасно рассчитывали на то, что вашу затею удастся незаметно прикрыть, - сказал Федеральный Следаватель... - После того, как так далеко зашли... - Тем не менее, вам потребовалась эта глупая демонстрация... - Хозяин выпрямился в кресле. - Вы, ведь, так и не знаете, где искать меня в вашем мире... Который считаете таким реальным... Сейчас ваши специалисты, я думаю, тщетно пытаются нащупать мои каналы входа-выхода. За этим только вы и явились сюда сейчас и ЗДЕСЬ, в этом мире... А вам не приходило в голову, что Тринадцатый Дож может и не иметь таких каналов. Быть на все сто процентов компьютерным фантомом, разбросанным по миллионам ячеек памяти ВР-сети? - Такую мысль мне пришлось слышать... - Кай наклонился к Дожу, переводя разговор в чуть более конфеденциальный режим, - От дока Самнера. Он, похоже, здорово расстроился, когда понял, что практически вывел меня на проблему "Второго Эбисс-Айла"... Он -то совсем не за этим морочил мне голову историей о массовом неврозе... И попытался загладить свою вину перед вами... Думаю, он один из немногих, кто знает Клаудио Гонти - НАСТОЯЩЕГО. Мне, правда, не ясны еще его мотивы... - Они не так корыстны, как вам кажется, Следователь, - лицо Хозяина стало чуть менее надменным. - Но в одном вы правы - теория "компьютерного фантома", так же как и теория "невроза Бездны", которую док неосмотрительно рано подсунул вам - не более, чем отвлекающие маневры. И док приведет вас ко мне - ТАМ. Тогда вы поймете... - Думаю, что, может и не станем лишний раз беспокоить дока. Он, фактически, под домашним арестом сейчас... Но, думаю, проблема вашего адреса ТАМ - в какой-то мере - секрет Полишинеля... - Вы правы, Следователь, - глядя в глаза Каю, сказал Дож. - Ну что же, я жду вас. В Белом Квартале - точно там же, что и ЗДЕСЬ. * * * Он оказался на своем месте и по "эту сторону зеркала" - белый, старого мрамора павильон, в глубине заброшенного сада. Только не струили в этом саду свою воду фонтаны и искусственные каскады, и не было нигде чудесных статуй и бронзовых - под канделябры - осветителей, что так запомнились Каю за несколько минут того - "зазеркального" штурма. В саду неуловимо пахло хлоркой. И еще чем-то таким - специфически больничным. Он и был больничной палатой, этот белый павильон в саду. И бледный Пьеро встречал Кая у его дверей. Он, впрочем, был без грима в этот раз. Минуты три-четыре Кай созерцал то, что открылось перед ним в комнате, которая ЗДЕСЬ напоминала скорее операционную, нежели тот, заставленный резной древесиной кабинет. Колонки диагностической аппаратуры. Кривые, ползущие по экранам мониторов. Тихое попискивание приборов. И кресло. Точнее - стенд. Еще точнее - тот, кто был укреплен в этом стенде. Или то, что было в нем укреплено. Это вполне годилось для средней руки фильма ужасов. Федеральный Следователь не сразу понял, что перед ним всего лишь дорогая модель медицинского экзоскелета - того, что используют лишенные возможности самостоятельно передвигаться больные - и не менее дорогой - ясно, что на заказ сработанный дейта-сьют. Человек, облаченный в эти чудеса техники, был невелик - с четырнадцатилетнего подростка, пожалуй. Лицо его закрывал ВР-шлем. Бледный Пьеро откашлялся. - Клаудио Гонти, - представил он своего хозяина. - Безнадежный случай паралича Гаусмана-Эстергази. Это к нам завезли с Шарады. Господин Гонти - один из первых, кого хоть как-то удалось спасти. Почти тридцать лет назад... Он был еще ребенком тогда... - И все это время он... - Господа Гонти были весьма состоятельны... Сначала ВР применяли как средство лечения. А потом... Вот уже пятнадцать лет господин не желает покидать ТОТ мир. Теперь его называют "Второй Эбисс-Айл"... Сначала он ничем кроме ВР не интересовался. Стал одним из лучших разработчиков. Но потом ему пришлось уйти в коммерцию - после того, как сюда хлынули такие специалисты со всего Обитаемого Космоса... Слава Богу, что сегодня человек может быть коммерсантом, не покидая четырех стен... Господин желает поговорить с вами. Пьеро аккуратно надавил клавишу, и один из экранов преобразился в окно в зазеркалье. - Здравствуйте, Следователь, - сказал оттуда ТОТ Гонти. Гонти, бывший не прикованным к стенду полутрупом, а жизнерадостным царьком преступного мира Эбисс-Айл. Темным Тринадцатым Дожем. - Мы расставались не надолго, - с некоторым трудом произнес Федеральный Следователь. - Спасибо, что не захватили с собой ваших архангелов, Следователь. - Я просто выставил надежную охрану... - уведомил хозяина Кай. - Да... - иронически улыбнулся с экрана Дож. - Домашний арест - это именно то, что обезопасит общество от таких как я... - Собственно, - пояснил Кай, - имеется ввиду обезопасить вас от общества. Не все ваши сообщники еще задержаны. Некоторые из них такие шишки, что без согласия Дворца у Прокурора не получается подпись под ордером... - Благодарю вас за заботу. - улыбка Дожа стала вконец ядовитой. - Я думаю, суд превратит эту временную меру в постоянную. ВР-тюрьмы законом не предусмотрены, а большего наказания за виртуальные преступления, чем вечное пребывание в виртуальном мире вряд-ли можно придумать... - Не все ваши преступления были виртуальными, господин Гонти... - тщательно подбирая слова, сказал Кай. - Вымогательства и провокация убийств и ограблений - вещи вполне реальные... Не буду подавать на вас в суд лично, но напомню, что попытка меня утопить на вертолете - она повлекла жертвы, между прочим - тоже не во сне приключилась. Да и пытки в виртуальном мире дают вполне реальный эффект. Я бы не сказал, что психика господина Вольфа не пострадала от э-э... общения с вами. У бедняги сильнейший психо-соматический невроз... Вряд ли полностью нормальному человеку взбрело бы в голову шататься по "Второму Эбисс-Айл" в образе волка, да еще хромого... - Только, когда он появился на пару с вами, я догадался, чьи это штучки, - Дож кисло улыбнулся с экрана. - Слухи про оборотня уже давно ходили по городу, но я грешил на магов... Я думаю, что когда мое имущество конфискуют, Уолтеру перепадет на небольшую пенсию... Хотя сдвиги у него были всегда - как и у всех нас, заболевших ВР. - Но, в целом, вы правы... - задумчиво констатировал Кай. - Принимая во внимание ваше состояние, суд мало сможет ухудшить его... Тем более, что закон о конфискации не заденет целого ряда ваших вкладов... Тем не менее, скажу вам откровенно, что единственный способ выжить у вас - быть полностью откровенным со мной. И со всеми другими, кто будет задавать вопросы. - Потише, Следователь. У меня будут очень хорошие адвокаты. И они привлекут лучших специалистов... - Доктора Самнера, например... - Вы здорово ошибаетесь в старике. Он, старый друг нашей семьи, и продать меня просто не мог. Не стоило бы его вышибать со службы... Он не был корыстным человеком. Иногда - подбрасывал нам клиентов... С вами он просто перестарался. Боялся что вы сами выйдете на след "Второго города" и попытался перехватить инициативу. Но вместо этого только ускорил нашу встречу. Но он никогда не желал вам зла... Кстати именно он заставил меня отказаться от попыток убрать вас. Уговорил затащить во "Второй город"... Зачтите ему это... - Доктор Самнер находится под домашним арестом. Официально - болен, - Кай вздохнул. - Теперь мне не скоро удастся выпить с ним чашечку кофе... Но не усилия ваших адвокатов спасут вас. Только полная откровенность... - Что вы имеете ввиду? - Дож, кажется, действительно не понимал Федерального Следователя. - Не ожидал от вас такой наивности, - Федеральный Следователь сцепил пальцы рук в замок. - В дела, завязанные на "Коммон Энтертеймент", впутана половина влиятельных людей города. Им будет очень хотеться, чтобы вы замолчали навеки. Но они легко поймут, что не стоит тратить силы на того, кто уже сказал все. "Надеюсь", - хотел добавить он, но в очередной раз не смог заставить себя быть жестоким. * * * - Подумать только, к чему привело расследование, связанное со вздорной, в общем-то, просьбой отыскать уплывшего неведомо куда болтливого левиафана... - задумчиво сказал человек Дворца. - Страшно подумать, что бы было, если бы это творение природы продолжало довольствоваться водами Гавани... Он и Федеральный Следователь разглядывали чаек над Гаванью. Лейтенант Муни трудился над составлением отчета своему непосредственному начальству. - Я думаю, результат был бы тот же, - заметил Кай. - В целом. Как только в любое, сколь-либо пустячное дело был бы замешан сколь-либо компетентный человек со стороны, он бы неприменно обратил внимание на то, что в Эбисс-Айл существует обширная категория лиц, уверенных, что были участниками событий, которых на самом деле не было. Он бы заметил, что среди людей этих нет сумасшедших. Представлены люди бизнеса, клиенты Гильдии Магов и преступники, совершившие объективно немотивированные эксцессы... А затем, логика расследования неприменно привела бы его к тому, что все жертвы подобной э-э... аберрации памяти имеют в семье аппаратуру ВР, или являются завсегдатаями ВР-салонов. Правда, потом дело могло бы обернуться по-разному. Думаю, не я - первый, кто заподозрил, что ВР-сеть Эбисс-Айл используется в преступных целях. Я - всего лишь первый, кому удалось докричаться до Дожей... - Ну, я полагаю, что слух у Дожей обострился, когда они поняли, что Управление может заняться здесь чем-то более серьезным, чем поиски нашаливших китообразных, - несколько нелояльно по отношению к Дворцу, заметил Муни. - Счастливой случайностью можно считать нечто иное... - вздохнул Кай. - Не случись мне за время моего единственного погружения в виртуальную реальность встретить того единственного человека, который мог проложить дорожку из того мира в этот... Впрочем, это тоже не назовешь случаем - он долго ждал... - Теперь, - сказал человек Дворца, - "второй Эбисс-Айл" будет закрыт для простых смертных. Разве что в исследовательских целях в эту модель будут погружаться отдельные посвященные... - Если мое мнение будет принято во внимание, то я просил бы сохранить двери во "Второй Город" для одного только человека - вы знаете, кого я имею ввиду... Ему слишком тяжело будет остаться по эту сторону зеркала... Человек Дворца пожал плечами. Отвернулся от чаек. - Прижмут не только "Второй Город"... - сказал он. - Дожи ничего не делают наполовину. Видимо, Эбисс-Айл примет такие же жесткие законы о ВР, что и вся остальная Федерация. Если не жестче. Многие будут жалеть о нынешнем времени. Когда так легко можно было уйти от этого суетного мира в иную действительность. Излечить душу странствиями в Зазеркалье... - Странствия... - негромко сказал Кай чайкам. - Странствия не излечат никого. Потому что в любую дорогу мы берем самих себя. И то, что в нас. * * * Вернувшись к себе, Федеральный Следователь некоторое время медлил, прежде чем вывести на дисплей поступившие за ночь сообщения. Предчувствия не обманули его. Сообщений было два. Первое из них гласило, что "Эбисс Перл Инкорпорейтед" снимает свой иск к Андрею Николаевичу Горелову, охотнику без лицензии, и считает понесенные в связи с его деятельностью расходы своим взносом в фонд содержания левиафана Финни. Кай косо усмехнулся. Ни всепрощением, ни альтруизмом решение столпов жемчужного промысла и не пахло. Визит Федерального Следователя на жемчужные плантации уже привел к нежелательной утечке информации. С Каем не хотели связываться. Рыжий официант из "Упрямой Каракатицы" сейчас был явно не тем человеком, которому можно было позавидовать... Да и господина Энгельманна ждали серьезные осложнения. Кай сделал распечатку документа и вывел на экран содержимое второго файла. Это была шифровка Управления. Довольно бестолкового содержания. Только несколько условных словосочетаний несли вполне конкретный тайный смысл. Доктор Самнер был прав, да и лейтенант Муни - тоже. Его послали на Океанию вовсе не для того, чтобы разыскивать шальных китообразных. Начиналось настоящее дело. Несколько минут Кай просто сидел и прикидывал в уме предстоящие действия. Затем из приемной Филиала сообщили, что находящийся в розыске Энди Горелов только что явился в оффис и требует немедленного разговора с Федеральным Следователем. * * * Энди загорел еще больше. И как новый пятиалтынный сиял сознанием предстоящего подвига. Той жертвы, которую ему предстояло возложить на алтарь своей дружбы с Финни. - Мы пришли сдаваться, - заявил он с порога. Сказано это было так веско, что Кай чуть было не встал из-за стола, чтобы удостовериться не ожидает ли за дверью особого приглашения давешний кит. Но ограничился тем, что спросил: - "Мы" - это кто именно? - Я и Финни. Видите-ли, я пришел к убеждению, что нельзя его так мучить. По моей вине Финни превратился в изгнанника. В стадо свое он вернуться не может - просто не знает, где оно сейчас, а к людям показаться не может - к нему тут же пристанут с дознанием о жемчуге... Вот он и торчал на приколе в Белой Бухте... Это платформа такая, в трехстах милях отсюда... Резервный аэропорт и все такое. Там людей нет - одна автоматика... Он, бедный, сильно страдает от одиночества, да и детишки тут привыкли к нему... Ну я последний раз пришел к нему и говорю: так мол и так, иду сдаваться, так что плыви в город и на все вопросы, какие зададут тебе, шпарь правду-матку в глаза. Мне уже хуже не будет. Жаль, конечно, что расстаемся надолго, но, глядишь, и условный срок впаяют. Хотя - это вряд-ли... Так вот: он меня даже отговаривать стал... - Где он сейчас? - сухо осведомился Кай. - В Гавани. Это сегодня близко. Там уже основательно зевак собралось... Кай молча вручил охотнику без лицензии распечатку и направился к выходу. У двери повременил, пока остолбеневший браконьер придет в себя и последует за ним. - Значит я напрасно сушил сухари? - осведомился тот у Кая. - По крайней мере, для Управления ваши проблемы исчерпаны. Если вам хочется, можете излить душу мне или лейтенанту Муни, но, думаю, вам этого уже не хочется делать... - Вы правы, гражданин начальник, подумав, сказал Горелов - уже не хочется. * * * Толпа зевак в Гавани была уже основательной. В основном, это были набежавшие стаи ребятишек. Вне всякого сомнения, занятия в близлежащих школах и гимназиях были сорваны. Кита пытались разговорить - в воде плавали недолетевшие до цели пончики, яблоки и все в этом роде - но он был молчалив, мрачен и громаден как древняя атомная субмарина. Перед Федеральным Следователем толпа расступилась. А может - перед Энди, сопровождавшим его. - Обращайтесь к нему на "ты", - посоветовал Энди Следователю. Они спустились к самой воде. Кит был громаден - даже та его часть, что выступала над водой, сильно возвышалась над ними. - Здравствуй, Финни, - сказал Кай. - Твой друг остается с тобой. Его решили не трогать. Он слишком много знает. - Блин!... - сказал кит. Вид у него был виноватый. ________________________________ Борис Иванов Юрий Щербатых Души Рыжих Кай Санди 6. "Души Рыжих": ЭКСМО-Пресс; М.; 1998 ISBN 5-04-000497-4 Аннотация В этой повести Каю Санди приходиться решить нелегкие задачи: как спасти пассажиров космического корабля экстренной доставки, потерявшего в схватке с пиратами экипаж, как несмотря на это доставить в охваченную эпидемией колонию землян спасительный препарат, где спрятан пиратский "клад рыжих", что за изыскания велись во времена Империи на Тайной Планете и где кончаются знания человека и начинается его душа. Борис Иванов, Юрий Щербатых Души Рыжих Способ, каким соединяются души с телами, весьма поразителен и решительно непонятен для человека, а между тем это и есть сам человек. Блаженный Августин Пролог Легенды - приемные дочери истории. Э. Понсела Не верьте сказкам. Они были правдой. Станислав Ежи Лец - Упаси Господи, мистер! Бармен огорченно опустил на стойку перед собой чисто протертую кружку. - Нет, что вы, конечно, на лице у вас ничего нет, не написано. Вы, мистер, наверное, с "Дункана"? С пересадкой на "Гром"? Нет, нет - я вовсе не ясновидящий. Просто в это время, в мертвый сезон, только пассажир с отмененного рейса может сюда забрести. А последним из рейсовых лайнеров здесь был именно "Дункан". Летите по казенной надобности, мистер? Нет, и это тоже у вас на лице не написано... Просто пассажирских рейсов на ближайшую неделю не предвидится... Вас, наверное, должен подобрать какой-нибудь из служебных рейсов? "Гром-14" скорее всего. Ребята с "Грома" как раз сейчас могли бы уже вот за этой самой стойкой пропускать по второй кружечке - кстати, что закажете для себя, сэр? Ну вот видите: только мы вдвоем коротаем здесь этот вечер. Да, это вы верно заметили, мистер, - два старых чудака... Два чудака, одному из которых некуда податься из-за стойки своего бара, и другой, за которым не прилетел корабль... Одобряю ваш выбор - это лучшее темное, что у меня есть. Светлого я и сам не уважаю: всегда вызывает у меня воспоминания о верблюдах. Точнее, об их моче. Я ведь четыре года был погонщиком верблюдов на Харуре. Там это единственный вид наземного транспорта на дальних перевозках. Эко-диктатура - чего вы хотите... Местные умельцы из инженеров-генетиков, извините за выражение, вывели там породу этих тварей, устойчивую к тамошним морозам. Отменно нерадивые и злобные создания - поверьте мне... Старина Хенки задумался. Видно, ему было о чем вспомнить. - Думаю, - продолжил он, тщетно выискивая изъян в проделанной над общеупотребимым сосудом работе, - там у них опять что-то серьезное. Нет, не у харурских верблюдов, конечно, - у ребят с "Грома"... Вы ведь, наверное, в курсе: "Гром" - спасательная посудина. Чуть где ЧП, и весь их график - коту под хвост. Хотя ЧП иногда имеет и свои положительные стороны. Вот взять, хотя бы, Ржавого Русти... Уж на что не повезло человеку: в историю с "Констеллейшн" влип... Как мальчишка влип - а и то ведь с замечательными людьми знакомство свел... Да, вы не ошиблись - с "Констеллейшн". Там, в этой истории, такие, извините, лбы сошлись - взять, например, господина Санди... Да-да, того самого. Про которого те два чудака книжки написали... Да, известный человечек. И - Русти говорит - интереснейшего характера... Что? Да нет, конечно, с первого взгляда этого незаметно было, говорит. Такие вещи, как вы выражаетесь, на лбу ни у кого не написаны. Все, мистер, познается в деле... Глава 1 КОШКИ И ПИРАТЫ Кошка - это существо, которое играет с мышью и при этом думает, что она играет с человеком. Леонард Левинсон Оно и верно - тут Хенки был прав на все сто - на лбу Федерального Следователя Пятой категории Кая Санди не было написано ровным счетом ничего. Даже возраст этого сухопарого, чуть тронутого грустной сединой человека плохо читался в его стандартизированном до предела за годы службы Системе облике. * * * "Вот и Управление свою шестерку пригнало, Груз сопровождать", - подумал Рекс Раусхорн, боцман Федерального Космического Судна "Констеллейшн", в миру известный как Ржавый Русти. О "дополнительном пассажире" он был поставлен в известность, как это всегда бывает с такими вот специальными агентами, в самый последний момент перед стартом. Нельзя, однако, сказать, что и для Федерального Следователя знакомство это не имело никакого значения. Всю жизнь он был любопытен к людям. Должно быть, это качество и привело его когда-то - теперь уже давно - в Академию Спецслужб. К каждому из членов экипажа он старался присмотреться как можно внимательнее. Капитан Даниэльс, например, явно тяготился этим, так не вовремя - перед самым долгожданным шестимесячным отпуском - пришедшимся внеплановым рейсом. Вряд ли его досада была наигранной. А вот Русти все было нипочем. Именно рейс и был для него - человека, ответственного за вопросы чисто хозяйственные, - временем "дольче фар ниенте", временем самопознания и отдохновения. Если не считать пары-другой идиотств, что случаются всякий раз - без того и рейс не рейс, - ну, например, потерянных ключей от капитанского сортира, никаких забот ему в полете не предвиделось. "Хочешь - спи весь день, хочешь - пьесы пиши, - рассказывал он старине Хенки. - Только у кэпа с секондом под ногами не крутись..." Конечно, в реальности дело обстояло сложнее. В далеком рейсе неприкрытое ничегонеделание доброй половины экипажа не проходит незамеченным для вечно задерганного своими сугубо специфическими проблемами - в каждом полете разными - высшего командного состава и влечет за собой уйму мелочных придирок и изобретение массы головоломных заданий. Бессмысленных и пустых по сути своей. Именно поэтому каждый уважающий себя боцман или другая "шестерка", его замещающая, имеет в подобном полете четко разработанный план ИКД - Имитации Кипучей Деятельности, - долженствующей отвратить внимание руководства от той нирваны, в которой надлежит пребывать их - работников хозяйственной сферы - душам перед тем, как ввергнуться в ад предстартовых и послепосадочных забот по погрузке, разгрузке, регистрации, списанию и текущему ремонту всего того, что подлежало погрузке, разгрузке, регистрации, списанию и текущему ремонту на всякой порядочной космической посудине, преодолевшей положенные ей миллионы миль в скучнейшей пустоте межзвездного вакуума. * * * Теперь, стоя перед панорамным экраном грузовой диспетчерской, Русти потягивал через пластиковую соломинку солоноватый "Минеракс" - безалкогольный и отвратительный, но бесплатный и полезный - и прикидывал в уме "план полетных мероприятий", который надлежало отправить на капитанский дисплей не позднее двух часов пополудни. Было уже два тридцать. "Маразм, какой маразм..." - думал он, глядя, как громадный контейнеровоз втягивает на приемную аппарель последнее, что должно было быть погружено на борт "Констеллейшн" и ради чего и должен был состояться этот чрезвычайный рейс: огромный, с дачку средних размеров, без какой-либо маркировки стальной сундук. Груз. * * * - Могли что-нибудь и написать на чертовом сундуке, - рассказывал потом Русти. - Например: "Все - тут, ребята!" А еще лучше - попросту "Операция "ПЕПЕЛ""... Все равно каждая дрянь на "Транзите-200" знала, что именно отсюда и именно на "Констеллейшн" отправляют к Нимейе Миссию Спасения... - Дрянь, может, и знала, - всякий раз соглашался с Русти в этом месте его рассказа старина Хенки, - но для кэпа Даниэльса этот полет был сюрпризом. И неприятным сюрпризом, доложу вам... Он, бедняга, помнится, так и сказал: "укатают меня эти "чрезвычайники"... И как в лужу глядел... * * * В лужу капитан Даниэльс, вообще говоря, не глядел. Просто, заскочив в последний свой свободный вечер в заведение Хенки (старая дружба связывала знаменитого капитана с не менее знаменитым в Секторе специалистом по недоливу спиртного), кэп обмолвился, что чувствует себя последним дурнем, когда приходится тащить на другой конец Галактики свору уполномоченных, каждый из которых считает себя главным на судне, а капитана использует как простого наемного водилу... Ну и добавил, конечно, что-то о том, что этак вот и до беды недалеко. * * * До беды действительно было недалеко. Правда, дело заключалось не в тех двух пассажирах, что числились в стартовой ведомости сверх программы. Один из них - та самая "шестерка", на которую Русти не счел нужным обращать особого внимания, - сидел в кабинете у кэпа и методично капал ему на мозги обещаниями новых и новых передряг. * * * - Того, что я должен сообщить вам сейчас и здесь, вовсе не надо знать больше никому из команды "Констеллейшн" и никому из команды сопровождения Груза, - говорил Федеральный Следователь капитану, устало изображавшему максимум внимания. - Вообще никому из лиц, находящихся на борту. Дело не только в том, что "Констеллейшн" может подвергнуться нападению с целью захвата Груза. Дело в том, что мы имеем данные оперативного характера, которые позволяют думать, что операция по такому захвату уже спланирована и проводится всерьез. И серьезными людьми, поверьте. - Так почему же вы не запихнули этих серьезных людей в каталажку? - поинтересовался кэп. - Почему мне надлежит заниматься в полете еще и играми в "своих и чужих"? - Не думайте, что я предлагаю вам бороться с пиратами в одиночку, - успокоил его Кай. - Скорее всего вам не придется с ними бороться вообще. - Управление свою работу знает и постарается свести эту игру с приличным счетом и без всякого шума. Но нам с вами предстоит обеспечить свой участок фронта... - На борту размещена дюжина дармоедов из охраны, с полковником Кортни во главе, - вздохнул кэп. - Команда прошла инструктаж и проверку. Если надо, я раздам оружие и своим людям... В полете с экипажем проведут беседу полковник и док Сандерс - тот, что командует Миссией... - Имеется в виду не это... Я не сомневаюсь, что табельные режимные мероприятия вы обеспечили, капитан, - Кай сделал успокаивающий жест. - Однако м-м... оперативные данные и опыт расследования такого рода преступлений - я говорю о захвате космических судов, - Кай кашлянул несколько смущенно, - дают основания предполагать, что по крайней мере один из находящихся на борту людей будет работать на противника. На Мафию, если быть точным. - В своих людях я уверен на все сто! - Кэп решительно выпрямился в кресле. - Я не сомневаюсь, что экипаж "Констеллейшн" состоит из порядочных людей, не раз проверенных в деле, - глядя в сторону, стал терпеливо объяснять Кай. - Но для того чтобы оказаться соучастником преступления, к сожалению, не надо обязательно быть вором или наркоманом. Или вообще носителем какого-нибудь м-м... порока. Вовсе нет. Можно быть прекрасным семьянином - некурящим и отцом шестерых детей - и тем не менее верой и правдой отрабатывать задание Мафии, если Мафия даст вам понять, что жизнь и здоровье этих самых ваших деток напрямую зависят от того, как вы с ее заданием справитесь. Это, как вы понимаете, - пример из хрестоматии. Возможны гораздо более сложные варианты... - Вы подозреваете кого-то персонально? - нервно осведомился кэп. Разговор становился все более и более неприятен ему. - Если бы я заподозрил кого-либо, то не ходил бы вокруг да около... На это просто не остается времени... - Спасибо, вы здорово меня утешили, Следователь, - капитан откинулся в кресле. - Теперь я только и буду ждать того, что мой секонд впилит мне в затылок из своего красивого "кольта" или кок добавит крысиного яда в кофе всему экипажу... - Я думаю, что агент Мафии будет действовать умнее, - понимающе улыбнулся Кай. - Если план захвата корабля будет сорван, а люди Управления не просиживают штаны зря, то ему просто не удастся как-либо проявить себя... Все, что требуется от нас с вами, это проанализировать и постоянно держать под контролем действия людей, которые имеют доступ к жизненно важным системам корабля, к принятию решений, существенных для... - В команде не бывает лишних людей... - кэп нервно начал перебирать карандаши в магнитном держателе. - Вы хотите, чтобы я перебрал на ваших глазах грязное белье всей команды? Всех шестнадцати человек? Доступ к жизненно важным системам корабля - хорошо сказано, черт побери! Любой кретин может угробить самую надежную космическую посудину, если постарается как следует. За примерами ходить не приходится: Марек Дудоров - на что уж безвредный член экипажа - ну что, подумайте, худого может сделать людям корабельный юрист? - Юрист? Не скажите... - задумчиво возразил Кай. - Да нет, как юрист Марек - на своем месте! - Речь капитана становилась все более запальчивой. - Горько, конечно, сознавать, что приходится таскать по Галактике человека, который не отличит дюзу от клизмы даже после повторного инструктажа, но вы попробуйте ни разу не влипнуть в какую-нибудь историю, осуществляя навигацию между шестнадцатью населенными мирами, каждый из которых имеет свою собственную конституцию, налоговый и таможенный кодексы, а в дополнение к ним - религиозные и уголовные традиции, порядки и уймищу служителей закона, бестолковых, как джинн из бутылки! Вот сейчас мы с вами сидим и ничего худого не делаем, а с точки зрения какого-нибудь их дурнями понапридуманных законов наверняка совершаем какое-нибудь преступление - не уголовное, так еще какое... А с Мареком мы проходим все барьеры и рогатки без сучка и задоринки... Нет такой запятой во всем этом ворохе бумаг, о которой он не знал бы всю подноготную... И вот из-за этого-то законника экипаж неделю страдал поносом и галлюцинациями! Еще немного и... Да что и говорить, кто мог ожидать, что старина Марек подведет нас всех под этакую колокольню своим увлечением светописью? - Светописью? - удивился Кай. - Фотографией. Той, для которой нужны не цифровые сканнеры и программы обработки изображений, а всякая чертова химия, которая, попав в систему вентиляции, может наделать всяких бед! Я лично выкинул все запасы нашего милого юриста в гальюн! По-моему, он так и не простил мне этого. По крайней мере, в шахматы со мной больше не играет... Но, видит Бог - я спас его от линчевания! - Понятно... - заметил Кай, лихорадочно пытаясь сообразить, каким образом их разговор заехал в столь отдаленную от заявленной темы область. Но волны красноречия раздосадованного капитана вновь подхватили его, увлекая, как щепку, в совершенно непредсказуемом направлении. - Поубивал бы людей, у которых бывают такие вот, извините за выражение, хобби! - продолжал капитан, расценив реплику собеседника, как стимул к продолжению своих излияний. - Каждый раз, когда Русти - наш боцман - притаскивает из увольнительной новый ворох электронных игрищ - это я про хобби, - нам приходится чистить память бортового компьютера от полусотни - не меньше - новых вирусов, которые безмозглые бараны сочиняют от нефига делать в день по сорок штук! Вы знаете, когда у меня вылезла на макушке седина? Нет, не тогда, когда я сажал посудину системы "Кактус" на Галилею. А "Кактусы" не предназначены для посадок вообще, это орбитеры. Вовсе нет. И не тогда, когда по кораблю разбежались эти твари с Гринзеи... И не тогда, когда мы попали под мятеж на Харуре, - нет! Я поседел, когда мы торчали в самом центре "угольного мешка", в миллионах миль от обитаемых планет, и я набрал на бортовом компьютере команду на подпространственный бросок, а чертова машина написала мне в ответ кириллицей: "ПРИВЕТ ИЗ ВОРОНЕЖА"! Это - не на Шараде, это город такой в Метрополии. На Земле - где-то между Данией и Китаем... Там у них народный промысел такой процветает с двадцатого аж века, оказывается, - рожать такие вот гадости... Наш программист - деликатнейший был мужчина - и то просто необыкновенными словами ругался. А вы говорите - Мафия... Вспомнив об исходной цели визита, который нанес ему Федеральный Следователь, капитан смолк, сосредоточив внимание на сложенных домиком пальцах. - Я, собственно, закончил, - откашлявшись еще раз, уведомил его Кай. - Попрошу вас только внимательно продумать поведение и занятия всех членов экипажа. Если что-нибудь покажется вам странным - не стесняйтесь побеспокоить меня. У вас есть еще что-то, что следует сказать мне? - Есть, - коротко проронил капитан и, поднявшись, подошел к своему сейфу. - Вы, господин Следователь, включены в список лиц, которых я должен ознакомить с устройством системы уничтожения Груза. Сами понимаете, триста тонн "Пепла" - это триста тонн "Пепла"... В чужие руки его никогда не отдадим... Он достал из сейфа черный пакет и протянул его Каю. Федеральный Следователь не первый раз встречался с инструкциями такого типа, и чтение не заняло у него много времени. Расписавшись, он вернул листок капитану. Тот пожал ему на прощание руку и, оставшись один, нахохлившись, впал в задумчивое оцепенение. * * * "Плачевное зрелище представлял наш кораблик, - рассказывал потом Русти. - Я сразу понял, что добра от этого не жди. В пассажирскую посудину мы превратились с этим "Пеплом", в туристический комплекс с массовиком-затейником в виде меня! На третьем уровне - при полном комфорте - рассовали шестерых спецов по эпидемии. Собственно, Миссию Спасения как таковую. Шесть отдельных боксов. Такое на "Констеллейшн" еще было предусмотрено. Хотя, конечно, и не "люкс", но получше, чем типовые каюты экипажа. Господа врачи - все профессора, никак не меньше - ужасный на судне свинарник развели, не отходя от кассы, как говорится..." * * * Свинарник был еще тот в общем салоне висел портрет Флоренс Найтингейл, дополнявший импровизированную доску объявлений, на которой сообщение о вечере знакомства с экипажем - еще относительно приличной формы и содержания - соседствовало с написанным, судя по всему, губной помадой извещением о том, что доктор Ульцер очень устала с дороги и просит не приставать к ней с глупостями до восемнадцати ноль-ноль послезавтра, а также с пришпиленной скотчем упаковкой слабительного с надписью: "Кто посеял?"... Под электронную имитацию аквариума, украшавшую табельный "уголок отдыха", был вызывающе небрежно запихнут идиотского вида рюкзак, а самих электронных рыбешек кто-то всерьез пытался накормить мотылем - далеко не электронным. Кроме того, на стилизованной под каминную полку панели демонстрационного экрана пристроилась сиамская кошка совершенно нехарактерной для этой породы рыжей масти. Это был последний штрих, повергший Русти в полное уныние. Кошка - да еще и р-ы-ж-а-я - на борту перед самым стартом - визитная карточка Князя Тьмы, это и дураку известно... * * * Сверившись с записью в полетной ведомости, Русти определил, что не приставать с глупостями следует к пассажиру бокса номер четыре. Дверь упомянутого бокса была не загерметизирована, и из-за нее доносились отчетливые чертыхания. Откашлявшись, Русти все-таки постучал в полуприкрытую дверь и, дождавшись неопределенно-агрессивного возгласа в ответ на такое посягательство на покой доктора Ульцер, просунул голову в бокс. Доктор Ульцер оказалась плотной, крепко сбитой брюнеткой с явно разрушительными наклонностями, преобладавшими в ее настроении. Она с остервенением пыталась вкрутить здоровенный шуруп в вакуумированную переборку, отделявшую пассажирские боксы от слоя противометеоритного "вскипающего" пластика, закачанного в систему защиты под давлением в шесть атмосфер. - Извините, мисс... сис, - молвил Русти, сдерживая первый порыв - схватить дуру за руку и оттащить ее подальше от переборки. - Вас... Вас не устраивает этот, как его... дизайн вашего бокса? - Это не дизайн бокса, - деловито ответила доктор Ульцер, не прерывая своих попыток продырявить переборку. - Это - дизайн каталажки. И вообще - дерьмо. Занавеску повесить не на что. - Если вы прокрутите в этой стенке дырку, мисс, вы выведете из строя весь уровень, - осторожно пояснил Русти, пытаясь сообразить, на кой ляд в индивидуальном пассажирском боксе сдалась занавеска. - А старт через час с небольшим... "Констеллейшн" - маленький кораблик, мисс, и его легко поломать. Если вам нужно, то я принесу крючок на присоске, а стенку ковырять не стоит. Она из сплава, мисс, и выдерживает, пожалуй, выстрел из винтовки, в упор. - То-то я и смотрю! - Мисс с досадой отшвырнула отвертку и шуруп. - Где тут у вас моют руки? - Между каждыми двумя боксами - душевая. Это написано на табличке справа от вас. Там же и другие, гм... удобства. Но на предстартовый период вода из системы откачана... Мы - не лайнер, мисс. Судно экстренной доставки... Кстати, это не ваша кошечка спит в салоне? И потом - вещи... Было бы неплохо, если бы хозяин затащил тот вон рюкзак к себе и закрепил как следует... Старт - это всегда много "ж", мисс. - Все тут не как у людей, - заявила сердитая докторша, выглядывая в салон. - Вещи оставили на проходе двое очкариков из вон тех боксов, а кошек я не переношу - уберите эту тварь и марш за крючками, немедленно! А где, собственно, кошка? Кошки не было нигде. - Как только закончу обход судна, мисс... - попытался вернуть себе мгновенно потерянный авторитет Русти и поспешил надавить сенсор соседней двери. Сенсор ему пришлось давить минуты три - дверь так никто и не открыл. Русти плюнул и перешел к следующему боксу. Однако позвонить он не успел - откуда-то со второй палубы раздался яростный вопль, в котором озадаченный боцман узнал голос старшего помощника капитана Марчелло Борджиа, правда, исполненный в такой необычной тональности, которой в его вокальных характеристиках пока не числилось. Поспешив на этот крик, Русти без труда обнаружил эпицентр скандала, находившийся, судя по шуму, грохоту и изысканному букету ругательств, прямо в каюте секонда. Недоумевая, Русти деликатным постукиванием означил свое присутствие. Мало ли с кем там мог сражаться сеньор Борджиа... - Осмелюсь доложить, господин Марчелло, это я, боцман. Вы там как, в порядке? Помощь не нужна? - Нужна, еще как нужна! - заорали за дверью, после чего Русти счел возможным осторожно приоткрыть дверь и бочком протиснуться в каюту помощника капитана. Ошеломленный взгляд Рекса Раусхорна еще не успел оценить всю глубину открывшегося перед ним разгрома, посреди которого с ботинком в руках возвышался Марчелло, напоминавший цветом лица, позой и общим габитусом ошпаренного краба, как что-то стремительное и рыжее бросилось под ноги боцману и с яростным визгом исчезло за поворотом корабельного коридора. - А-а-а... зачем это вы-вы... зверька сюда подманили? - только и смог потрясение вымолвить Русти. Русти всегда умел задавать вопросы вовремя и к месту. Секонда чуть не хватил паралич. - Это я вас хочу спросить, боцман, откуда на корабле взялась эта тварь?!! - заорал сеньор Борджиа нечеловеческим голосом. - Кто разрешил пронести ее на борт судна?!! * * * - В общем, - старина Хенки добродушно подмигнул своему собеседнику, - сиамская кошечка этого французика здорово достала как секонда, так и нашего Русти. Подготовила их, так сказать, психологически к предстоявшим стрессам. Потом выяснилось, что, вернувшись в свой кубрик после приемки Груза и оформления всех этих калькуляций-накладных, помощник капитана, приняв стаканчик "Чинзано", с размаху плюхнулся в кресло, где уже мирно дремала невесть как пробравшаяся в его каюту тварь. Последствия - сами представляете, мистер... А протащил зверька на борт тот лягушатник... Это уж потом Жан Лемье возненавидел кошек, когда стал большим начальником в этом... ЮНЕСКО, что ли? Что было с кошкой дальше, говорите? С какой кошкой? А-а-а... с кошкой француза? Если по большому счету - это совсем уж другая история. Погодите - и до нее дойдет очередь... А тогда выкинуть ее хотели напрочь с корабля - да так бы и взяли такой грех на душу: ведь поэтому кошек в космосе и не терпят, что худая очень примета - на корабле во время полета кошку убить... А не убить эту тварь порой трудно бывает - в полете в них сам черт, судя по всему, вселяется... Но Бог миловал: тут и Русти заступился за животину - он по части примет бо-о-оль-шой дока, скажу я вам, да и пока секонд нашел капитана, пока настучал на столь разозлившую его тварь, да пока нашли самого Лемье, включилась процедура предстартовой подготовки... А это, сами знаете, какая штука - хоть бы тигр живой был на борту, - во время старта никто разгерметизировать шлюзы не будет... Хотя однажды кэп Хувайло, с "Незалежности", правда, не во время старта, а при стыковке, выкинул-таки за борт весьма редкую животину из этой же породы. Плохое, говорю вам, дело, ну да "Незалежность" - она "Незалежность" и есть. Точнее была... Как, вы про это ничего не слышали? Старый Хенки от удовольствия даже зажмурился, ибо эту историю он обычно рассказывал по три раза каждому свежему посетителю, пока те не начинали прерывать и поправлять его уже на полуслове. - Так вот, собирается кэп Хувайло провести стандартный причальный маневр к геостационарному орбитеру, чтобы откантовать им кое-какой груз и подзапастись топливом, как вдруг в рубке вырубается освещение. Такое, естественно, могло случиться только с "Незалежностью". Еще той постройки суденышко было - времен постимперского кризиса, когда народ на бревне верхом в Космос отправляли... Петро - по селектору - главного электрика, а тот, как у нас уж принято, вместо того, чтобы дело свое делать, давай виноватого искать. Как вы понимаете - чрезвычайно важная информация: это - за считанные минуты до того, как в борт орбитера въехать на маневровом ускорении... Чтоб потом, значит, разбираться - кого за чей счет хоронить придется... И нашел-таки, но не в том дело... Ну, капитан, само собой, матюгается, однако хладнокровности не теряет - пан Хувайло, скажу я вам, и не в такие ситуации попадал со своим замечательным судном и порядком попривык, что кругом, кроме ахинеи, ничего толком не происходит, - он дует прямо в аварийную рубку, чтобы успеть причальную скорость сбросить и на всем ходу в орбитер этот чертов не вписаться. А в аварийной рубке - темень, что у негра под мышкой, только сенсор зеленый на пульте светится. Ну, кэп с размаху в этот огонек и въехал, бедолага... Не повезло ему, короче, а еще больше - тому здоровенному сибирскому коту, который на этом пульте дремал, приоткрыв один глаз. Потому что когда Хувайло пальцем-то котяре в глаз засветил, тот в ответ, недолго думая, ему к этому пальцу так зубами приложился, что капитан наш пять минут тварюгу бешеную с руки стряхнуть не мог - так и мотал его вокруг себя, пока электрик не подоспел и капитана своего не спас. Затормозить-то тогда они успели, только вот коту не повезло - пустил его Петро без скафандра в автономное плавание. Хозяйку, правда, пожалел - ограничился краткой характеристикой ее предков по материнской линии и своим к ним интимным - в потенции, как вы сами понимаете, - отношением. Про случай этот потом весь сектор трепался год как минимум. Хувайло даже к Альтаиру подался - замучили его ребята смехуночками на эту тему. А я так считаю, что лучше бы он того электрика к Богу в рай спровадил, чем на кошачью душу руку поднял, - не было с тех пор счастья ни ему, ни "Незалежности" его: суденышко года через два Малая Колония для своих нужд приобрела и так с "Трансгэлакси" за нее и не расплатилась, а только исками и рекламациями замучила: и то там не по стандарту, и это не фурычит, и вообще - название не выговаривается... Впрочем, переименовали посудину в "Индепенденс" - и дело вроде пошло... А Хувайло потом в секондах долго ходил, пить начал... Так и катился он все ниже и ниже, пока не стал директором банка на Океании. А там его покусал бешеный лосось... Мрачная история... Мрачная... Не стоит, одним словом, на кошачью душу руку поднимать - нет, не стоит... Это я все - про любовь к животным... А кошку француза - ее, как выяснилось, Марго звать - доктор поймал. Нет, не тот, что Миссию возглавлял, а другой - длинный, здоровый такой, в очках роговых и всегда в черном костюме - ну вылитый черт, который является к слабым людям, чтобы заполучить их души. Правда, лысый, что для чертей не очень характерно, ибо - сами понимаете - им же антенны свои скрывать нужно, как, впрочем, и копыта. Что? Нет, сам я его не видел, но у друга моего, Ржавого, этот доктор всю жизнь теперь в печенках будет сидеть, так что он его в мельчайших подробностях описал - не в пятницу будь сказано, если встречу - сразу узнаю. Да и Марго он тогда тоже, видно, колдовством приманил, не иначе... * * * Ловили они Марго и вправду долго. К делу был привлечен дополнительный контингент - те из пассажиров, что собрались на невероятный гвалт, и свободная от несения вахты часть экипажа. Обезумевшая и явно не привыкшая к такому обращению кошка ошалело металась по тесному объему кают-компании, не даваясь в руки экстренно вызванного из своего бокса Жана Лемье. До старта оставалось чуть более десяти минут, и все возможные последствия перемещения по кораблю незакрепленного живого груза, как обычно, тяжкой ношей должны были лечь на беззащитные плечи боцмана. В отчаянии Русти отбросил в сторону трубу пылесоса, которой только что пытался выгнать из-под намертво привинченного к полу дивана до смерти напуганную зверюгу, и оглянулся на остальных участников сафари. Что и говорить, толку от них было маловато. Хозяин Марго беспомощно хлопотал у дивана, пытаясь выманить свою любимицу, используя самые нежные и порой, как показалось Русти, не лишенные оттенка интимности выражения, на которые кошка никак не реагировала. Только Следователь подал было здравую мысль о колбасе, с ходу отвергнутую господином Лемье, заверившим, что его киска предпочитает исключительно диетического лосося, которого, как назло, поблизости не обнаружилось. Вот в этот момент Русти и познакомился с Колдуном, как позже прозвали между собой в команде доктора Маддера. Сначала никто не обратил внимания на долговязую фигуру в черном, возникшую в дверном проеме и молча наблюдавшую за хлопотами боцмана и его помощников. Лишь когда странный незнакомец так же беззвучно прошел в середину салона и как ни в чем не бывало уселся в кресло, взоры присутствующих обратились к необычному гостю. В одной руке - левой - он сжимал ручку небольшого металлического кейса, прикрепленного к наручнику на запястье стальной цепочкой, а другую держал в кармане длинного пиджака, покроем напоминавшего пасторский сюртук. Не говоря ни слова, пришелец тяжело прикрыл веки, медленно опустил к полу правую руку, затянутую, равно как и парная ей конечность, в черную кожаную перчатку, - мало кто потом мог похвастаться тем, что видел, как снимал Колдун эти перчатки, - и стал то ли гладить, то ли легонько почесывать ворс ковра, устилавшего пол салона. И через несколько десятков секунд в наступившей тишине тоже бесшумно, как привидение, из-за дивана показалась треклятая кошка. Она боязливо приблизилась к доктору и стала тереться о его запястье. Русти еще успел заметить удивленное выражение во взгляде, которым одарил доктора дотоле невозмутимый человек Управления, за миг до того, как сигнал предстартовой готовности разогнал честной народ по своим каютам. - Вот так и пошло в том рейсе все наперекосяк - с самого что ни на есть начала, - мрачно продолжал рассказывать леденящую кровь историю Хенки, задумчиво разглядывая интерьер своего заведения сквозь толщу безукоризненной чистоты сосуда для возлияний. - Не дело это, когда не дают боцману до старта обойти корабль и с каждым, кто на борту, хоть парой слов переброситься... Так что пришлось Русти продолжить свое с чудаками этими знакомство уже на орбите подкачки, перед самым броском к Фомальгауту... * * * "Охрану, как водится у нас, рассовали в грузовых отсеках - на четвертой палубе - к Грузу поближе. И к реакторам тоже, - в этой части своего рассказа Русти вздыхал - чуть притворно, конечно, - чтобы означить свое понимание того, что спецназ - тоже люди. - Ну, там дополнительную защиту поставили, а полковнику обеспечили аж бокс из капитанского резерва - а в резерве-то их всего два. Так что Джозеф Кортни был не в обиде..." Полковник Кортни был не в обиде. Он был в бешенстве. - Вот эти лычки, - он намеренно небрежно провел пальцами по серебряному шитью витых полковничьих погон, - я заработал отнюдь не на штабной должности. И когда я берусь выполнить какое-то задание, я вправе полагать, что мне при этом полностью доверяют... Что ни говорите, капитан, а я чувствую себя униженным. На одной чаше весов дюжина прекрасно подготовленных коммандос, которыми руководит заслуженный боевой офицер, а на другой - какая-то штатская ищейка, сующая нос в личные дела моих лихих ребят, за каждого из которых я хоть сейчас могу поручиться головой! - Успокойтесь, полковник: никто и не думает сравнивать или, тем более, противопоставлять вашу команду и человека Управления... Он действует строго в рамках имеющихся у него полномочий. А они, скажу вам по секрету, таковы, что значительно превышают наши с вами скромные возможности. Кэп достал из сейфа бутылку бренди и плеснул понемногу - себе и гостю. - Вот все, что я могу вам предложить для успокоения нервов. За знакомство... Он аккуратно водрузил принадлежности для возлияния на место. - Это из моего личного запаса. Как-нибудь зайду к вам на полчасика после всей этой послестартовой суматохи. Промочим горло и поболтаем... С этими словами кэп деликатно и вполне по-дружески, но твердо обхватил полковника за плечи и направил его и свои стопы к выходу. Дверь за гостем он закрыл с видимым облегчением. * * * Что до Русти, то никакого облегчения он в этот момент не испытывал. В этот момент боцман распекал младшего механика, Джека Янга. Тот вяло и неуверенно оправдывался, и по лицу его было видно, что он малость не в себе. Из его достаточно бессвязного рассказа выяснилось, что, возвращаясь из кают-компании в свою мастерскую, он повстречал кого-то из Миссии - "ну, белесый такой очкарик в клетчатой рубашке - что в облаве на сволочную Марго участия, кажется, не принимал". (Джек при этом попытался трясением членов и выпучиванием глаз описать внешность упомянутого субъекта.) Машинально ответив на какой-то его пустяковый вопрос (что-то насчет расписания ленчей), младший механик спустя минуту завернул за угол и... СНОВА встретил того же типа, который СНОВА спросил его, Джека, о чем-то вроде того... - А я, Русти, между прочим, шел по главному периметру второго яруса, и обогнать меня хмырь этот белый никак не мог! Русти всерьез воспринял постановку задачи. - А если он на грузовом лифте на четвертый ярус быстренько спустился, а потом бегом по аварийной галерее, а там по лестнице вверх? Тогда он снова аккурат тебе навстречу мог выйти. - Так я ж тебя и ищу поэтому! - не сдержавшись, заорал Джек. - Ключи-то от грузового лифта только у кэпа и у тебя. Так это твоя работа? Ты что, хочешь таким образом доказать мне, что старине Янгу пить пора завязывать? Что ты мне следующий раз подкинешь? Чертики зеленые из пластика уже были... С писком и щекотанием. Фальшивый кран на присоске мне в гальюн приделывал. И я прекрасно помню, что из него полилось, когда я крутанул эту клятую хреновину! А сегодня шуточки у тебя прямо-таки размах приобрели, боцман! Ассистентов из пассажиров привлекать начал... За деньги или за какие другие услуги? Возмущенный столь нелепым обвинением, Русти послал механика отсыпаться - скажем так: "отсыпаться", - а сам с планшетом регистратора в руках пошел продолжать знакомство с пассажирами. Народ на "Констеллейшн", конечно, любил подшутить друг над другом, чего тут скрывать: полет - дело скучное и тягомотное. И нельзя сказать, что Джеки Янг натерпелся от приятелей больше других, хотя и представлял благодатный материал для разного рода "примочек" и розыгрышей. Самого Русти Бог тоже не миловал в этом отношении - ему до сих пор памятно было, как его чуть не посетил Кондратий, когда лист распечатки очередного приказа дирекции "Трансгалактик" по интендантским службам под его руками неожиданно свернулся трубочкой и весьма неприлично присвистнул, оказавшись на деле листом-хамелеоном "дерева слепых" с Шарады. Да всего и не упомнишь - репертуар корабельных шуток был обширен, - но, видит Бог, доводить Джеки до умоисступления Русти вовсе не собирался. "Плох малый, плох..." - думал он, по второму заходу пытаясь познакомиться с пассажиром пятого бокса. Опять безрезультатно. Индикатор на двери показывал, что температура, пульс и дыхание обитателя бокса не нарушены, а ремни безопасности активированы и застегнуты. Дверь же бокса и не думала открываться, сколько Русти ни давил на чертов сенсор и ни отбивал костяшки пальцев об отделанный под дерево дюралюминий. Оставалось предположить, что пассажир, доктор Эльза Шарбогард - Русти уже с третьего захода осилил чтение этой фамилии и немало этим гордился, - плевать хотел (хотела, уж если на то пошло) на предстартовые формальности и, приняв снотворное, дрыхнет с отключенным дверным сигнализатором. В этом было что-то подозрительное, но поднимать тревогу оснований не хватало. Русти перешел к шестому боксу. Здесь он застал ни более ни менее как самого дока Сандерса - главу Миссии Спасения. Док вполне соответствовал критериям человека, способного удержать в узде ту компанию подозрительных пентюхов обоего пола, которую, по первому впечатлению Русти, представлял личный состав упомянутой Миссии. Массивный, серьезного вида тип, увенчанный жестким ежиком седых волос, мрачно взирал на боцмана из-под таких же, как его шевелюра, - седых и колючих - бровей. Казалось, док заполнял собою весь скромный объем пассажирского бокса. На откидном столике перед ним, на пластиковом подносике, располагался сандвич с основательным ломтем ветчины, который док сурово мельчил в нуль походным ножом - из тех, что вызывают уважение у бывалых людей. Этим делом он и продолжал заниматься, пока Русти представлялся ему и осведомлялся, не будет ли у Миссии каких-либо пожеланий и просьб к экипажу "Констеллейшн". Подождав, пока боцман закончит, док мрачно кивнул тому на место напротив себя и, когда тот принял необходимое для продолжения беседы положение, направил на Русти взгляд, от которого тот сразу почувствовал себя обладателем повестки в уголовный суд Сектора. - В команде, что выполняет рейс, есть новые люди? - спросил док напрямую. - Такие, которых вы, боцман, плохо знаете? - Н-нет, - чуть поперхнувшись словами, ответил Русти. - Что вы имеете в виду? - Я имею в виду то, что капитан, беседуя со мной, так настоятельно просил быть внимательным к поведению людей на борту, что даже младенцу ясно, что он кого-то подозревает. За своих людей я спокоен. А вот в охране и в команде может вполне оказаться кто-то, кому платят те, что спят и видят триста тонн "Пепла" в своих закромах. Чужой среди своих. Миссия Спасения везет очень опасный груз, боцман... - Будьте спокойны, сэр, - заверил Русти мрачного типа. - Команда "Констеллейшн" - народ проверенный... Или вы, может, и меня уже на заметку взяли? - Вас - в последнюю очередь, боцман. Вижу, что напрасно вас потревожил... * * * "Не то чтобы док Сандерс прямым текстом окрестил меня непроходимым бараном, - вспоминал Русти в узком кругу особо доверенных слушателей, - но дал, блин, понять, что горько во мне обманулся и собирается в дальнейшем держать исключительно за олуха Царя Небесного... Ну а я из этого нашего короткого разговора тоже извлек кое-какие умозаключения: как, например, я спрашиваю, можно полагаться на подбор людей в чертову Миссию, если подбор этот осуществлял надутый фрукт, который может этак вот ошибаться в людях? Как, черт побери?!" * * * Выйдя из бокса дока Сандерса, Русти твердо решил к народу, набившемуся в пассажирский отсек "Констеллейшн", присмотреться повнимательнее. Если уж сам кэп считает, что дело нечисто... Под номером три в стартовой ведомости у него числился некий Питер Финнеган - врач-вирусолог. Войдя в третью каюту, боцман понял, почему Янг назвал встретившегося ему незнакомца "белесым", - вирусолог был чистым альбиносом, и даже ресницы, обрамлявшие его красные глаза, казались усыпанными сахарной пудрой. - Это ваш, прошу прощения, рюкзак в салоне перед стартом валялся, господин э-э... Финнеган? Вы уж на будущее постарайтесь свои вещички перед стартом и посадкой как-то ну, фиксировать, что ли, в одном месте. - Вы в шахматы играете? - невпопад перебил его собеседник. - А то мне иногда хочется сменить партнера. - Больше с компьютером, когда "Блэк-джек" надоедает, - несколько растерянно ответил боцман. - Я про вещи вообще-то говорю, чтоб вы их крепили... - Да-да, я понял: перед взлетом и посадкой. У вас еще что-нибудь ко мне? - В общем-то нет. - Русти счел за благо ретироваться. "Странный все-таки народ они загрузили, - сказал он себе. - Ну да ладно - рейс не должен быть долгим - до Нимейи и обратно. Потерпим". С этой утешительной мыслью боцман нажал сенсор двери соседнего бокса, отодвинул ее и вошел. И тут же, попятившись, вышел назад, в кольцевой коридор, и воззрился на номер двери, решив, что, видно, задумавшись, второй раз вошел в одну и ту же каюту. Но нет - на двери была четко обозначена двойка, а минуту назад он входил в дверь, на которой была укреплена так и не надраенная бездельником дневальным - Русти это запомнилось - латунная тройка. "Значит, я увидел привидение, - заключил он. - Бывает..." Подавив желание перекреститься, Русти повторил маневр входа в каюту. Привидение не исчезло. Оно по-прежнему сидело в противоперегрузочном кресле за столом и пялило на него свои нахальные красные зенки, обрамленные белыми ресницами. "Ну вот, и у меня началось! - подумал боцман обреченно. - А ведь на этой стоянке я вроде пил только пиво. А если и усугублял его шнапсом, так пару раз - не более". - Вы, если не ошибаюсь, будете Ник Флаэрти? - спросил он как можно увереннее. - Да, офицер, к вашим услугам. В шахматишки, случаем, не играете? Русти ответил - чисто машинально: - Больше с компьютером, когда "Блэк-джек" надое... - И тут до него дошло. - Это в третьей каюте не братец ли ваш - тот, что по фамилии Финнеган? А вы, почему-то - э-э... Флаэрти... Тип, носящий фамилию Флаэрти, воззрился на Русти как на человека, место которому в богадельне для сирых и убогих. Но ответом его не удостоил. - Вот что, - решительно изменил тему разговора не желавший окончательно спятить Русти. - Меньше чем через час - бросок, так что будьте, так сказать, готовы. А то, - он сурово нахмурился, - многим после перехода плохеет, так что не пугайтесь... Это быстро проходит. Примите... - Я, наверное, не меньше вашего, боцман, напрыгался от звездочки до звездочки... - альбинос, вздохнув, снова уткнулся в свой ноутбук с выведенным на экран шахматным тренажером. - Шесть лет стажа судового врача... А потом - постоянно в таких вот командировочках... Так что не беспокойтесь за меня... Русти и не стал беспокоиться и двинулся дальше. Дверь бокса номер один отодвинул сам его обитатель - слава Богу, уже знакомый Русти кошковладелец Жан Лемье. Он был в компании. Кроме Марго, ее составлял Федеральный Следователь. Что до Марго, то она, видно, более благосклонно отнеслась к новому знакомому и, положив голову гостю на колени, как должное воспринимала его скупую, но вполне искреннюю ласку, выражавшуюся в почесывании за ухом и в скармливании умеренных количеств какой-то дряни, вроде соленых крекеров. "У плохих людей кошки не едят из рук", - вспомнил Русти очередное старое поверье. Так или иначе, разговор в боксе номер один происходил вполне мирный. - Кошечка-то ваша, месье Лемье, - как можно более миролюбиво начал беседу Русти, - вроде не так уж и туго сходится с новыми знакомыми, как нам показалось тогда - в кают-компании... - промолвил он и протянул руку, чтобы погладить рыжую тварь. Та моментально окрысилась. В отличие от Марго Лемье прямо-таки расцвел от не ему, собственно говоря, сделанного комплимента. - Кошечка эта, как вы изволили выразиться, - поведал он, приглашая Русти присаживаться и сам усаживаясь на довольно скромном пространстве, оставшемся свободным, - знает много такого, что, как говорится, и не снилось нашим мудрецам... Это не простая кошечка - это кошка с легендой... Тот шаромыжник, у которого я ее, гм-м... выкупил незадолго до нашего отправления, рассказывал, что Марго была ни более ни менее как корабельной кошкой людей Оранжевого Сэма... Ну то есть - Банды Рыжих, от которых когда-то стонал весь здешний Сектор... Это сказывалось, помнится, даже на страховках... - Так ведь у Рыжих своего корабля никогда не было... - заметил Кай. - А уж коли нет корабля, то откуда тогда - корабельная кошка? - Тот тип... Мистер Шапиро, по поводу Оранжевого Сэма, конечно, врал, набивал Марго цену, - благодушно махнул рукой Лемье. - Но животное повидало виды... Это было заметно по его поведению... Кошечка очень исхудала... В голосе сердобольного вирусолога прозвучала такая горечь, что слушатели, без малого, принялись точить слезу. * * * "Этот тип вообще был слаб до всякой живности, - уже много недель спустя характеризовал Русти Жана Лемье своим собутыльникам и выразительно вздыхал при этом. - Он и в науку подался из-за того, что канарейка его - птичка такая в Метрополии водится... - уточнял он самому внимательному из своих почитателей - Золли, что вырос на Чуре и птиц видел лишь на картинках, притом всегда очень пугался их, - поменьше павлина... так вот, пернатое это сдохло, как Лемье тогда - в детстве - решил, от вирусов... Через то бедным зверькам этим и досталось, когда Жан вырос и выучился... Не то чтобы уму-разуму, а как раз молекулярной биологии..." Видно было, что Русти до боли сочувствовал этим вирусам. Несправедливо, быть может, пострадавшим. А Лемье он до сих пор недолюбливал. "Кто же, ребята, знает, от чего на самом деле дохнут канарейки?" - сурово спрашивал он, ставя недопитую кружку на стойку и задумчиво обводя собравшихся взглядом. Те всякий раз крепко задумывались. Вопрос - хорошо и вовремя поставленный - половина дела в искусстве повествования. Это вам любой подтвердит. * * * В тот раз, правда, за беззащитных тварей Русти не вступался, а от в бозе почивших канареек, на которых неведомо как вынесло дружеский разговор, завязавшийся перед самым подпространственным броском в пассажирском боксе номер один корабля экстренной доставки "Констеллейшн", попытался вернуться хотя бы к небезразличным ему кошкам. - Вот тут вы не правы, господа! - решительно и невпопад заметил он. - Про кошку точно такую вот - рыжую и сиамскую одновременно - извиняюсь, весь Сектор наслышан... Это у них вроде как талисман такой был, и таскали они его - ее то есть - с одной захваченной посудины на другую... Талисман и знак: любили они, знаете, подсунуть своего рыжего дьявола на корабль, на который глаз положили. Обычно кому-нибудь из пассажиров, мол, довезите дотуда-то за умеренное вознаграждение... Чаще всего студенточки соглашались подработать таким образом - и сумма какая-никакая обламывается, и спутница, по их разумению, ласковая - в дороге хорошее подспорье. Психологическое... Народ знающий - так те, как завидят тетку с рыжим зверем на руках, что прет по трапу на борт, так с этого борта - прямиком к портовому лекарю мчались - чтоб только за-ради Бога с рейса их списал. До членовредительства дело доходило... Потому что каждый, кто не совсем салага, знал, что где-то поближе к концу рейса за кошечкой и ее хозяева явятся. И хорошо, если измордуют и оставят на каком-нибудь перевалочном орбитере на автоматике. А то бывало - и в "свободный полет" лишний народ отправляли. А перед тем клятая зверюга еще команде всей кровь поперепортит как сможет. - Да, - задумчиво заметил Лемье, - животное, наверное, ужасно страдало от постоянной перемены среды обитания и окружавших ее людей... - А куда смотрели господа офицеры? - поинтересовался Кай. - Господа офицеры - спрашиваете? Не буду про них худого говорить - бывает, что и среди начальства то один, то другой не совсем дурак попадется, - но гордые они слишком, чтобы тварей четвероногих бояться и к мнению подчиненного им состава прислушиваться. И человеческого языка не понимают, когда с ними про такие вещи говорят, а только бесятся невероятно... Тем более что шутников развелось в Большом Космосе - не в меру. И у каждого - ума палата: то живьем кота рыжего на борт пронесут, а потом гогочут, когда такой вот, как я, боцманюга, под хвост твари заглянуть наконец догадается, а то шерсть рыжую повсюду на корабле понацепляют-понавешают... Эти шуточки Русти знал не по рассказам. - Так господа офицеры от шуток этих прямо звереют, - продолжил он с тяжелым вздохом. - Уж и Рыжих к себе прибрал Старый Джентльмен, что там - за Неподвижными Звездами - проживает, а попробуй только, подкатись с таким вот разговором - про кошку рыжую - к секонду или, не приведи Господи, к самому кэпу, и они вам тут же покажут, где, как говорят русские, живет мать Кузьмы... Так что вы не удивляйтесь, месье Лемье, что зверь ваш весь народ на "Констеллейшн" на уши поставил... Да и то - взять хотя бы Роже Лапорта - вашего, месье Лемье, извините, соотечественника, с Террамото. Ему четыре раза подряд Рыжие физиономию чистили. Последний раз - чуть не убили. Решили, что он спецагент какой-то - особо тупой и идиотский - и по следу за ними привязался... Ну сами подумайте: только Роже из очередного полугодичного отпуска в рейс на "Колумбе" вторым штурманом заступил, как после первого же броска в рубку забредает такая вот четырехногая шалава, рыжая, как тысяча чертей, и начинает дико орать и рвать когтями обивку. Он ее - под брюхо: вынести по-человечески хотел из командного отсека, а эта тварь ему всю морду располосовала - и ходу. Неведомо куда. По кораблю куролесить. Тоже дура-аспиранточка с собой на борт затащила - не усмотрели... Так вот, не успела у Роже физиономия в норму прийти, как ее ему лично Лейшмановски в порядок привел - Польский Лис... При захвате судна на промежуточной орбите системы Стелла. Когда я говорю "в порядок", господа, то я имею в виду сотрясение мозга второй степени. Ну просидели они с экипажем и теми из пассажиров, кого Рыжие в заложники брать не стали, на платформе, что над Стеллой-12 крутится - не помню ее названия, - а дальше он - как пострадавший - уже пассажиром, за казенный счет, на "Марко Поло" - ему на мореплавателей великих везло как утопленнику - шпарит на этом "Марко" в порт приписки, пьет дармовое пиво с сухариками, молодых стюардесс разглядывает, как вдруг у него сухарик-то торцом поперек горла поворачивается и становится там на манер ка-пе-пе и всю его потенцию тем самым в абсолютный нуль сводит, потому что заходит в бар следующая идиотка с рыжей стервой на руках и подсаживается мило поболтать с бывалым - по виду судя - космическим волком. С Роже то бишь. Медсестра по сезонному найму. Ноги - ну прямо от зубов, и масса свободного времени... А у космического волка язык не поворачивается от ужаса и от сухаря того чертова. И не только язык, сами понимаете. И вот он, объятый ужасом этим и полной импотенцией, - к капитану так, мол, и так... Ну а высший командный состав - я тут уже на этот счет выразился, - так они все - нет, не думайте - я не про нашего кэпа - упаси Господь, - а только все они мозгами кастрированные и в приметы если и верят, так никому в том не признаются. Кэп его - в санчасть. Там - рады стараться, особенно медсестричка та, что обиженной осталась. Оно и понятно, если у человека в истории болезни черным по белому записано, что с мозгами у него были проблемы... Вкатили нашему Роже транквилизатор, а когда оклемался он - на корабле этом оказалось пусто, как Мамай прошел. Пока он под кайфом был, подвалил к "Марко" курсом сближения - дело на маневровой орбите у звездочки с хреновым таким номером по каталогу Мессье - не кто-нибудь, а его старый знакомый - "Колумб". Но уже с гамма-лазером на борту: пока Роже медики от сотрясения пользовали, друзья его - те, что оранжевого окраса, - времени не теряли и ломанули склады на Новой Колыме - а там, сами знаете, черта живого найти можно, не то что боевой аппарат. Ну вот, подваливает, значит, "Колумб" к "Марко" и, говорит ему, как великий мореплаватель великому мореплавателю: "Сгружайте к едрене фене на транспортный монитор валютные запасы Кассы Ветеранов, что у вас на борту - мы это точно знаем, - и двенадцать заложников с ними вместе, потом стравливайте на хрен маневровый запас химгорючего и ждите далее прибытия тех, кто прибудет вас из сложившейся параши вытаскивать. Времени на размышление не даем". Роже все это, естественно, ушами прохлопал, будучи в счастливом забытьи и пытаясь понять, что же за хреновина вокруг него творится, принялся шататься по судну и выбрел в стыковочный отсек, как раз к тому времени, когда вся команда с пассажирами, там собравшаяся, и теми из Рыжих, что на мониторе подвалили, как раз решали, кому быть двенадцатым заложничком. Ну, люди Оранжевого, понятно, приятно удивились старому знакомому, наскоро его отдупелили, и следующие четыре недели соотечественник ваш, месье Лемье, провел снова на родном "Колумбе" в обществе такой вот приятной четвероногой спутницы... И двуногой - той, что четвероногую на борт "Марко" затащила, - она тоже в заложницы загремела... Марго завороженно слушала Русти, не сводя глаз с его украшенных усиками уст. - Ну, - продолжил тот, вознаградив благодарную слушательницу осторожным почесыванием между ушей, которое не вызвало на этот раз столь драматической реакции, - за это время Космофлот наконец раскачался, взял "Колумба" в кольцо где-то у черта на куличках и благополучно выторговал заложников в обмен на возможность для Рыжих валить на все четыре стороны вместе с награбленным. Роже снова подлечили и после проверки - там у них мысли возникли, что, может, наводчик он, - полетел он на казенном коште снова в порт приписки... На лайнере нашей "Трансгалактик" - "Васко да Гамма". Когда ему в палату билет принесли и глянул он на него, то скривился, говорят, словно от уксуса и спрашивает: нельзя ли, мол, кораблик-то поменять. Ну на рейдер, что ли, списанный - на каких зеков до мест назначения довозят, хотя бы, а то у него - Роже Дапорта - на великих мореплавателей аллергия проклюнулась. Ну, пошутил он этак вот, а полететь-то Роже - полетел, хоть и нехотя, а как миленький... Назло глупым суевериям... Только вот Старый Дед - там, наверху - здорово любит троицу, а раз так, то уже на четвертый - от силы - на шестой день полета, на "Васко" этом, отсек целый без малого угорел или удушился - слава архангелам, не насмерть. Причину аварийщики прежде чем нашли, так крышей слегка поехали: по всему судну визг откуда-то разносится, ор нечеловеческий, скрежет и все такое. Ну, точно Серые Карлики разгулялись - дело аккурат после броска было. В воздухопроводах у "Тристаров" - а "Васко" как раз из той серии - еще та акустика... И все потому только, что в туннель воздухоочистителя кошка запала. Вы уже понимаете - какая. Без малого по всей посудине куролесила, а как ускорением ударило - в кишку-то эту и въехала. И там в узости какой-то и заклинилась... О чем молчать не стала. Нет, не знаю, как твари эти типовые решетки минуют, - и не спрашивайте... Забыл кто-то что-то на место задвинуть - и весь сказ. А уж шалава эта рыжая тут как тут окажется - можете не сомневаться... Шмыг - вот она уже там, где ей и в страшном сне быть не положено... Вот и Роже - тоже ни минуты не сомневался, с каким делом его снова свела судьба-индейка, - когда его кэп "Васко" Богом, извините, попросил в туннель этот за зверем слазить - больше, получается, для такого дела никто на судне по комплекции не вышел... Пробовал, правда, мальчишка какой-то, китаец, за зверюгой в трубу эту влезть, да только чуть без глаз не остался... Ну и хозяйка очередная твари этой - тут же под ногами путается и то большие бабки обещает тому, кто зверушку бедную из кишки железной вызволит, то капитана засудить к хренам за жестокое обращение с одушевленными существами клятвенно обещает... Делать, однако, нечего: нацепил Роже шлем от гермокостюма - чтобы, значит, не сразу зрения лишиться, а сперва высказать Марго все, что он о ней думает, напялили на него куртку из чертовой кожи - одолжил кто-то из крутых со своего плеча, - перчатки надел, от гермокостюма высшей защиты тоже - и полез в шпигат этот подлый... Но сперва, честь по чести, всех и каждого предупредил так, мол, и так, летать "Васко" по его маршруту осталось не больше чем неделю. И не ошибся - как в лужу глядел... - А кошка? - осведомился Лемье, подозрительно глядя на Марго. - Кошка? Да вытащил ее Роже, разумеется. К тому времени они с Марго уже не разлей вода друзьями заделались... Ко всеобщему, скажу вам, удивлению, а то - и ужасу... Но - за кошкой вскоре явился ее хозяин... - И снова командный состав корабля не внял предостережениям месье Лапорта? - с сочувствием в голосе предположил Лемье. - Да нет, вроде как внял... Только вот толку от того было - всего-то чуть малая с добавкой... Нет, самого Роже нормально по новому заходу в госпиталь уложили, под транквилизаторы... Но и сами - ушки на макушке. Перешли в режим радиомолчания - никому ни гугу, вооружили народ на борту - всем чем попало, чуть не дрекольем каким, и ждать стали... День ждут, другой, и дождались: из их собственного грузового отсека вылезают, погруженные туда с самого начала - угадайте кто? Правильно - наши рыжие друзья. Экипаж несчастного "Васко" сильно расстроился, потому что такого варианта никто не предусмотрел... А люди Оранжевого Сэма как в госпитальном боксе старину Роже вместе с кошечкой обнаружили, так просто прослезились. А хозяин тезки вашей, месье, Марго - тот, который известен был как Рыжий Гиммлер, даже допрос с пристрастием учинил - нет, конечно, не животине, а Роже, - никак не мог поверить, что третий раз подряд такая вот петрушка получилась сама собою... Как вы, конечно, знаете, с "Васко" у Рыжих номер не прошел, чуть было не сцапали всех. Однако ушли, все-таки, не без стрельбы, но ушли. После чего за Роже уже вплотную взялась контрразведка... Тоже в его везенье никак поверить не могла... В общем, света Божьего человек невзвидел. Однако после всяческих проверок и перепроверок снова чин чином получает он казенный билет до места работы и жительства и уже в Космотерминале перед самой посадкой - на эскалаторе - спрашивает, кем, мол, был тот немец, в честь которого назван лайнер, на котором ему лететь предстоит? Ну эрудит какой-то ему и объясняет, кто такой был Крузенштерн и чем он знаменит... Тут Роже зеленеет и руками и ногами начинает сопротивляться движению эскалатора. И кричит, что больше с ним этот номер не пройдет... Ну, дальнейшее - ясно. Медпункт, успокоительный укол и встреча с Марго на гостеприимном борту "Крузенштерна", а затем - и с ее хозяевами. На геостационаре Парагеи. В общем, я считаю, что это был уже перебор... Так что Роже никуда больше летать не стал. Перевелся на работу куда-то в службу Проекта Заселения. И с Парагеи - ни ногой. Потому что членом экипажа его ни один нормальный капитан на борт не возьмет, а за деньги оттуда можно только лайнером убраться, а Парагею всего два лайнера и обслуживают - "Фернандо Магеллан" и "Витус Беринг". Сами понимаете, так рисковать семейный человек не может... - Хотя Господь и прибрал Рыжих, - вставил Федеральный Следователь. - А это точно - что Господь таки их прибрал? - поинтересовался Лемье. - Темная была с ними история и стремно закончилась, - вздохнул Русти. - Многие рассказывают, что видели их потом живыми, только внешность, мол, поменяли... Правда, не наяву чаще всего видели... - Господин Шапиро изложил мне очень убедительный вариант гибели их банды - в качестве бесплатного приложения к этому созданию, - Лемье осторожно погладил Марго по шерстке. - Кстати, - чуть замявшись, заметил Кай, - если вы имеете в виду старого антиквара с "Транзита", то рассказанное им вполне может быть в большей степени правдой, чем вам показалось. Мне приходилось разбираться в делах этого джентльмена. Могу сказать, что он весьма и весьма близок был с Оранжевым Сэмом. Так что и Марго ваша вполне может оказаться той самой Марго... * * * - Здорово это вы пошутили... - заметил Русти Федеральному Следователю, прикрывая за собой дверь бокса, приютившего светило вирусологии. - Лягушатник теперь ночами спать не будет - животины своей бояться начнет... Его аж так и передернуло... - Самое смешное, боцман, что я вовсе не шутил... - Кай грустно улыбнулся. - Другое дело, что мне не следовало болтать на тему, опасную для репутации почтенного антиквара. Прошли годы, и о его былых связях с криминальными типами не стоило бы вспоминать без веских на то причин. - Ну вы, ей-Богу, чересчур щепетильны... Они дошли до тамбура перехода на второй уровень, где, кроме холодильных камер, в диаметрально противоположных секторах были с чуть меньшим комфортом, чем состав Миссии Спасения, но зато гораздо более укромно размещены два "внештатных" пассажира. Собственно, формальный визит, касательно благоустройства, Русти задолжал только доктору Лоуренсу Дж. Маддеру. Второй "внештатник" - Кай Санди - был перед ним и претензий и пожеланий к экипажу "Констеллейшн" явно не имел. Тем не менее он как-то не спешил закончить разговор с благодарным слушателем. Кай тоже хотел дать собеседнику возможность немного потрепать языком. Из чисто профессиональных соображений. - Скажите, - как раз вовремя спросил он, тоже затягивая момент расставания, - я краем уха слыхал, что ваше хобби - электронные игры? Нет, это не служебный интерес. Я сам неравнодушен к подобным вещам, и, может, мы могли бы как-нибудь... - Уж не скромничайте, - нахмурился Русти, - видно, все личные дела экипажа перерыли и даже мой любимый сорт пива знаете?.. Боцман огляделся с наигранной осторожностью. - Признаюсь, признаюсь... - шепотом сообщил он следователю. - Электронные игры - это только крыша... Да, да... - А на самом деле, - тоже переходя на заговорщический шепот, осведомился Кай, - ваш конек - это наркотики? - Хуже, гораздо хуже... - Русти виновато пожал плечами. - Я коллекционирую вирусы. Это очень забавные штуки... В Секторе у меня самое большое собрание компьютерных вирусов... Не смейтесь - за некоторые из них коллекционеры готовы отдать большие деньги... Самые ценные, - Русти коснулся нагрудного кармана, - я постоянно ношу с собой. Космос, знаете, такое место, где, выходя из своей каюты, не знаешь, когда в нее вернешься... Он продемонстрировал Каю отделанную под платину магнитную мнемокарту и сделал приглашающий жест в сторону двери тамбура. - Только не говорите кэпу, - добавил Русти, спускаясь по узкой лестнице. - Его хватит кондрашка, если он узнает, какие звери тут ошиваются в двух сантиметрах от его драгоценных компьютеров... Дверь переходного тамбура с мягким шипением отъехала в сторону, и они вышли на второй уровень. Огибая по периметру огромную главную холодильную камеру, они нос к носу столкнулись с доком Маддером, поворачивающим ключ в двери своей каюты. Увидев Кая, он выпрямился и вроде вознамерился что-то сказать ему. Да и Федеральному Следователю тоже было о чем спросить Колдуна. Оба они на несколько секунд замерли, разглядывая друг друга. Мелодично зазвучал первый предупредительный сигнал стартовой готовности, и Русти так и недосмотрел конец этой любопытной сцены. Торопливо пробегая по коридорам третьего уровня, он чуть не налетел на зазевавшихся Лемье и Сандерса - ученые мужи скармливали Марго давешний бутерброд, что так заботливо крошил своим тесаком глава Миссии. Это крайне несвоевременное действо чуть улучшило мнение Русти о доке Сандерсе. * * * Джентльмены, собравшиеся сегодня за одним из столов отдельного кабинета портового комплекса досуга "Эйнштейн и корона", на первый взгляд вовсе не выглядели отъявленными бандитами. И верно - с чего бы? Бандиты - это те, кто мешает людям делать бизнес. А эти - делали свой. Они и на убийство-то шли с крайней неохотой - только тогда, когда к этому их толкали крайние обстоятельства, идиотизм партнеров или нужда в деньгах. В тот неурочный час мирная игра была прервана приходом невысокого рыхлого типа, внешний вид которого вполне оправдывал его кличку. - Привет, Боров, - сделал ему ручкой, не поднимаясь с места, человек, единственной особой приметой которого был нервный тик, обусловивший и его nomdeprofession: Дерганый Клаус. Он здесь был за главного. - Мы тебя заждались. Что с кораблем? - Все о'кей, ребята! Топливо загружено, к вечеру на борту будет все снаряжение и продовольствие. "Леди Игрек", как истинная дама, готова принять у себя джентльменов... Джентльменов удачи - это я про нас, парни! Шутка в староанглийском стиле успеха не имела. Здесь не читали Стивенсона, а себя держали за людей при специальности. Все собравшиеся знали толк в астронавигации, и работу на Папу считали лишь вовремя подвернувшейся халтуркой. Случайным заработком в плохие времена. Хотя уже и привыкли к своим кличкам. На лестнице в преисподнюю - много ступенек... Только Боров считал себя тем, кем он и был на самом деле. - Твой дружок ничего не подозревает? - поинтересовался Клаус. - С чего бы это? Он полагает, что водит нас за нос. Продолжает с загадочным видом талдычить про сейфы Брошенной, набитые иридием и платиной. - Он же в прошлый раз говорил просто про кредитки, - заметил придирчивый Зануда Клайв. - Ему показалось этого мало... Мне же как-никак все-таки пришлось разыграть сомнение... Присутствующие покатились со смеху. Зануда Клайв решительно определил: - Дурень решил, что мы ему поверили и только поэтому ссудили его топливом Полный кретин... - Ну что ты, Клайв. Вспомни, как любит говорить Папа: "О покойниках или ничего, или только хорошее". А Чики одной ногой уже на небесах, - вздохнул Боров. - В прямом и в переносном, так сказать, смысле... Жаль мне его - не всякому попадается такой друг, на которого можно положиться в подобном деле... И который сам на тебя полагается... Не скоро найду второго такого... - Ну и юмор у тебя, Эрни... - нервно поморщился Дерганый Клаус. - С тобой - только в разведку ходить... Борову - в миру Эрни Бишопу - подобное замечание вовсе не резало слух. - Только вот что, - он поднял руку, призывая к тишине, - до поры парня не трогать. Да постарайтесь не лыбиться, когда он снова заведет свою бодягу про кредитки и иридий - не совсем дурной, может и просечь что-нибудь. Так что держитесь поаккуратнее. Пусть сначала доставит нас на место и выдаст коды к корабельному компьютеру. Такие вещи он не выложит даже под химией. Так что мне с ним придется повозиться - мне как старому другу уж шепнет на ушко. Но не сразу. Тут форсировать опасно. А то зависнем на полдороге, и Папа нам яйца поотрывает, если останется, что отрывать. А они нам еще пригодятся по возвращении. В отличие от бедняги Чики. А сейчас пора промочить глотку. - Точно, Эрни, выпьем за предстоящую операцию! - радостно поддержал предложение Салага Черник. - Лишь бы Громила не подкачал, а уж мы-то постараемся! - За него не беспокойся. За те бабки, что нам светят, он и собственную бабушку заживо нашинкует. Мелко и со знанием дела. - Да, приятно идти на дело, когда по ту сторону двери есть свой парень, - заметил Клаус. - Только не хочется оказаться на месте его бабушки... - Кто на чьем месте окажется - решает только Старый Джентльмен - там, наверху... - рассудительно заметил Боров. - Человек предполагает, а он располагает... Боров не был фамильярен и никогда не называл ни Бога, ни черта просто так - по имени. Точно как Русти - боцман с "Констеллейшн". Глава 2 ДОГАДКИ И РОССКАЗНИ Человек не так уж одинок - кто-нибудь всегда следит за ним. Станислав Ежи Лец - Одним словом, сэр, вы понимаете, что в смысле попутчиков боцману Русти в том рейсе повезло немногим больше, чем утопленнику... - Хенки поставил кружку на стол, но, подумав, подвинул ее собеседнику и осведомился: - Сдается мне, что вы не откажетесь пропустить еще немного нашего фирменного. Все равно сегодня вам кемарить тут всю ночь. "Гром" болтается где-то за карантинной орбитой и заберет вас не раньше, чем пройдет профилактику и перезаправится... Так что, если вам не скучно, послушайте еще немного старика Хенки. Так вот, Русти сразу, как говорится, просек, что этот мистер Санди по долгу службы стал присматриваться к народу на корабле. Ну и взял кое-кого на заметку... * * * Федеральный Следователь действительно не собирался прохлаждаться. План его действий предусматривал своим первым пунктом чесание в затылке над перечнем присутствующих на борту корабля, включавшим, согласно стартовой ведомости, ровным счетом тридцать человек. На каждого в базе данных его ноутбука имелся приличный файл, и компьютер по стандартной программе стал разбивать подозреваемых на категории - по степени вероятности их участия в предстоящей акции. Капитана Кай сразу вычеркнул из списка - не потому, что он был чист, словно ангел, а из соображений целесообразности - если уж сам кэп решит сдать корабль бандитам, то считайте - он это уже сделал. Спустя час работы "фильтров отсеивания" Кай обнаружил, что большая часть членов Миссии Спасения и экипажа "Констеллейшн" означилась как одна большая "фигура неопределенности". Взять хотя бы доктора Шарбогард, которую пока никто на корабле еще не видел. Почему она не выходит из своей каюты? Она ли там находится вообще? Не будешь же с криком "Стоять! Лицом к стене, руки за голову!" врываться в каюту мирно отдыхающей и, возможно, совершенно непричастной к готовящемуся криминалу женщины только потому, что в его усталую после двухчасовых размышлений голову лезут глупые подозрения. "Ладно, - решил Следователь, - дадим доктору Шарбогард еще немного времени на сон, а потом - если она все-таки не порадует нас своим появлением - перейдем к более активным действиям". Кто там дальше? Господин Жан Лемье - восходящее светило вирусологии. По мнению коллег и руководства, достаточно эксцентричный и, по их же оценке, весьма талантливый тип. Правда, его счастливая звезда почему-то все время запаздывает с восходом: дважды Лемье был на пороге открытия, и оба раза его слава доставалась другим, более удачливым и настырным. В последнее время у него отмечались экстравагантные выходки и ссоры с руководством Института. Гм, у любого может испортиться характер, когда из рук с завидным постоянством ускользает ни более ни менее как Нобелевская премия. Так, из-за чего там у него вышел спор с начальством? Отказ в приобретении оборудования, сокращение вспомогательного персонала, вето на эксперименты с "Пеплом"... Стоп! Интересно, мальчику не дали поиграть с любимой игрушкой, а теперь триста тонн этого самого "Пепла" находятся за стальной переборкой в тридцати ярдах от его каюты... И эта сентиментальная любовь к рыжей стерве из семейства кошачьих - не слишком ли она наиграна, не слишком ли акцентирована приплетенной к ней историей Рыжего Братства? Для серьезных подозрений этого мало, но поставим в этом месте списка жирную галочку... Спустя еще минут сорок-пятьдесят подобных размышлений Кай откинулся в кресле и строго сказал себе - мысленно, но голосом сэра Барни Литтлвуда, своего непосредственного шефа: "Вы слишком большую ставку делаете на анализ, Санди... Анализ мертв там, где не хватает фактов! Больше психологизма! Ваше слабое место - неумение войти в образ противника!" Что ж - с этим Кай был согласен: в образ такого малопредсказуемого противника, как Папа - в миру Франческо ди Ровере, для конкурентов - Ядовитый Франческо, войти ему было и впрямь трудно. Размышления Федерального Следователя прервал мелодичный звук интеркома Экипаж, свободный от несения вахты, и желающие принять участие в "вечере знакомства" пассажиры приглашались в кают-компанию. * * * Кэп мог быть доволен долгожданный "вечер знакомства" наконец благополучно начался - отсутствовала только штурманская вахта и назначенные на боевое дежурство люди колонеля Кортни. Нет - не было еще кого-то из членов Миссии. Дам должно было быть две. Наличествовала же лишь одна. Ну что же - дама с дилижанса - пони, как говорится, легче. Провозгласив тост за столь счастливую встречу всех присутствующих на борту гостеприимного "Констеллеишн" - для членов экипажа бокалы безалкогольного "Кьянти" и местное красное для всех прочих, - кэп круто повел официальную часть вечера по стальным рельсам намеченной программы. - Думаю, - поставил он собравшихся в известность о плодах своей мыслительной деятельности, - что уважаемые члены Миссии Спасения не сочтут за труд скрасить наш э-э скромный ужин рассказом о своей нелегкой и полной опасностей службе и о той задаче, которую предстоит выполнить этим отважным и э-э достойным людям в Федеральной Колонии Нимейя. Думаю, что этот э-э рассказ не будет лишним и еще раз заставит всех нас - небольшую, но - дьявол побери - дружную команду "Констеллейшн" вспомнить о важности выполняемого нами рейса и о той ответственности, которая лежит на э-э каждом из нас. Поэтому прошу приветствовать руководителя Миссии Спасения, уважаемого профессора Сандерса, в честь которого, перед тем как передать ему слово, попрошу присутствующих поднять тост. Русти не без удовольствия (только слегка поперхнувшись) осушил бокал кисловатого пойла, которое минуту назад верный своим привычкам и своему боцману старшина технарей Роб Мак-Интайр щедро разбавил ему под столом из объемистой фляжки, и, крякнув, приготовился выслушать осточертевшую ему историю Нимейской эпидемии. Чтобы не терять времени зря он стал из-под прикрытия своей подперевшей голову длани рассматривать собравшийся вокруг стола народ - давешние слова Сандерса о "чужом среди своих" запали Русти в память и заставляли теперь с подозрительным вниманием всматриваться в лица окружающих. Вскоре он заметил, что Федеральный Следователь и колонель Кортни заняты тем же. Виновник его тоскливой тревоги - профессор и вечный странник Дан Сандерс, тем временем добросовестно выполнял вверенную ему кэпом функцию. Он изложил старательно внимавшей ему аудитории краткую историю трагедии Нимейи. Тамошняя колония - один из старейших Населенных Миров Федерации за пределами Солнечной системы - с первых лет своего существования слыла центром биологических исследований по интродукции земной фауны и флоры на землеподобных планетах. Планет таких в те времена - как, впрочем, и сейчас - было раз-два и обчелся, однако проблем с их освоением тоже, как сейчас, по горло. Причиной разразившейся эпидемии был довольно коварный вирус, сконструированный лет сорок назад, по другим сведениям, вирус затащили в Миры Федерации с Шарады. Самый экзотический вариант легенды утверждал, что вирус был похищен то ли из какого-то мавзолея, то ли еще какого-то захоронения кого-то из великих адептов террористической политики двадцатого века - вместе с мощами. Коварство проклятой заразы заключалось в том, что пораженные ею люди, после некоторого инкубационного периода, вовсе не стремились излечиться от своего недуга. Вирус с жутковатым названием "Каббала" не убивал. Вовсе нет. Он стимулировал расположенные в мозгу центры выработки "внутренних опиатов". Без всяких уколов, не рискуя "отовариться" СПИДом, не расходуя ни цента на покупку дорогого зелья, человек, подхвативший "Каббалу", начинал регулярно получать свою порцию "жидкого неба". Получать, однако, не совсем даром "внутренние опиаты" вырабатывались в нервной системе пораженного вирусом не "просто так", а в ответ на определенный тип поведения. У разных групп людей этот тип поведения мог быть различным - но всегда значительно отличался от нормы. К сожалению, инициатива контроля за событиями администрацией Колонии напрочь утрачена. В результате правительственные силы контролируют в настоящее время лишь разрозненные островки территории Нимейи. Выведены из строя основные системы жизнеобеспечения. Разграблены склады продуктов питания и оружия... Ежедневно на планете прибавляется несколько десятков тысяч инфицированных "Каббалой" и почти столько же гибнет в кровавых стычках. Единственная реальная перспектива спасения Нимейской Колонии - массированное применение средства молекулярной инактивации психотропных вирусов, известное под кодовым названием "Пепел"... Тут док Сандерс не без облегчения передал слово Жану Лемье, которого лестно характеризовал как лучшего из известных специалистов по защите от этой заразы вообще и по препарату "Пепел", в частности. Док сел было, но спохватился и предложил присутствующим выпить за здоровье светила вирусологии. Робби под столом толкнул Русти, чтобы тот не зевал, а подставлял емкость. Тот не замедлил исправить свое упущение. Лемье в несколько отрешенной манере пять или шесть минут объяснял собравшимся принцип действия "генных вакцин" и заодно обрисовал перспективы применения гаммы препаратов типа "Пепел". Потом он со вздохом сожаления оставил любимую тему и, пояснив, что хотя для излечения всех пораженных "Каббалой" на Нимейе было бы достаточно нескольких десятков килограммов "Пепла" - при его целевом "кинжальном" использовании, в реальных условиях охваченной смутой Колонии, при применении в составе боеголовок ракет и распыляющихся зарядов гранат, для надежного связывания всего вирусного материала, придется пустить в дело гигантское количество препарата - практически треть его годового производства. Конечно - такое топорное применение препарата чревато целым спектром побочных эффектов, с которыми придется смириться ввиду полной неуправляемости событий в Колонии. Воздев глаза горе и разведя руками, в одной из которых не очень к месту трепетала белоснежная салфетка, а в другой - серебряная вилка, Лемье закончил свое выступление, забыв объявить следующего оратора и означить этот акт соответствующим тостом. Ни в том, ни в другом, впрочем, уже не было необходимости: освоившиеся с обстановкой гости и хозяева вовсю обсуждали друг с другом вопросы, весьма далеко отстоящие от темы произносимого спича, перейдя в свободный режим потребления еды и питья. Следующий оратор - колонель Кортни, - не дожидаясь, пока наконец спохватится бестолковый вирусолог, взял слово сам и, заглушив посторонние разговоры, громовым голосом разъяснил собравшимся, что те просто не ведают, на какой пороховой бочке все они тут, черт их раздери, выпивают и закусывают. После чего, чтобы и без того подпорченная идиллия и вовсе не казалась уважаемой аудитории медом, он напомнил ей, сколько стоит на черном рынке унция пресловутого "Пепла" (целое состояние) и почему (а потому что, хотя он и блокирует те самые психотропные вирусы, сам "Пепел" служит идеальным сырьем для синтеза широкого спектра наркотических и боевых отравляющих веществ). А еще - за "Пепел", как за таковой, готовы заплатить немалые денежки пара-другая сомнительных политических режимов, которые имеют все основания ожидать, что против них будет тайно применена "Каббала" или подобное ему средство. А еще - Мафия и сама не прочь запастись большим количеством "Пепла", чтобы в зародыше давить распространение "бесплатной" наркомании, которую гарантирует "Каббала". Убедившись, что аппетит собравшихся надежно испорчен, колонель поспешил заверить их в том, что только полный недоумок может полагать, что Мафия и ей подобные структуры находятся в неведении относительно планов проведения операции по перевозке рекордного объема такого вот товара в пределах далеко не благополучного Сектора. Последовали леденящие кровь примеры. Убедившись еще и в том, что спокойно спать никто из аудитории уже не будет, колонель удовлетворенно перешел к основной части своей речи, ради которой, собственно, и было обрушено на уши и головы все вышесказанное. Кортни велел подняться всем четырем, не занятым в несении караульной службы бойцам своего подразделения - до этого момента те смущенно жались в углу - и в коротких - скупых, но выразительных - словах поведал своим попутчикам, каких замечательных парней послал им Бог для того, дабы все они - беззащитные непрофессионалы - могли чувствовать себя на этом суденышке как за каменной стеной. Последовали примеры героического исполнения людьми колонеля их профессиональных обязанностей в обстоятельствах, вовсе к тому не располагавших. Бедные спецназовцы совсем стушевались в лучах всеобщего внимания. Закруглив свой спич чем-то напоминающим табельный инструктаж по поведению в условиях нападения вооруженного противника, колонель провозгласил тост за находящихся на боевом посту. Вконец затравленная публика стала послушно давиться выпивкой. Кэп Даниэльс мог быть доволен вечер удался на славу. * * * Пожалуй, именно такое вот пробуждение Чикидара и мог назвать кошмарным. Настолько кошмарным, что верить в реальность происходящего не хотелось. Это было просто продолжением дурного сна, бунтом его подсознания, измученного страхом того, что рано или поздно, а все равно будет так ты продираешь никак не желающие раскрываться гляделки, голова твоя раскалывается, во рту нагадили кошки, под задницей у тебя вместо мало-мальски приличной простыни - залитый машинным маслом цемент, одна рука твоя завернута за спину и крепко там принайтована к чему-то удивительно прочному, а другая - без малого напрочь вывернутая из сустава - продета в сталь наручника, наручник вторым своим браслетом защелкнут на титановой опоре крыши мастерских, а на ящике из-под ЗИПа сидит перед тобой твой лучший друг, Эрни Бишоп, и целит тебе в лоб из своей "дуры". Чикидара попробовал даже рассмеяться, но вырвался у него из горла только довольно жалкий всхлип. На черное очко пистолета Эрни он уставился, как кролик на удава. - Очень хорошо, Чики - похвалил его друг детства. - Здорово у тебя получается - глазенки-то со страху таращить. Он щелкнул предохранителем. - Эрни - в ужасе выдавил из себя Чикидара. - Неужели из-за моей паршивой доли в этом дурном деле ты?.. - Я, Чики, самодеятельностью не занимаюсь - веско сообщил Эрни своему поверженному в дерьмо другу. - Я слышал, Боров, - с глубокой обидой в голосе произнес Чикидара, - что ты ни за грош угробил Марвина и его ребят, но, знаешь, до сих пор никогда не верил в это. - И правильно что не верил, - заверил его Эрни. - Боров за грош не убивает. Только за большие деньги. Или по приказу - как вышло с ребятишками Марвина. Или вот с тобой. Напрасно ты себя считаешь умнее Папы. Никто в твою брехню про сейфы и не думал верить. От тебя одного хотели - чтобы ты нашу команду на своем летающем сундуке до Брошенной в целости и сохранности доставил. С работой ты справился. Мавр, как говорится, сделал свое дело. Дальше ты по плану в игре не участвуешь. - В какой ЕЩЕ игре? - остолбенело осведомился Чикидара. - Не твоего ума дело, - Боров задумчиво заглянул в ствол своей пушки. - Папа считает, что тут твоя ария закончена. Велено несчастный случай храброму Чики организовать. В том смысле, чтоб долго не мучился. Но вот тут у меня с Папой мнение и разошлось. - Стремно говоришь, Боров, - грустно заметил Чикидара, пытаясь уяснить себе весьма двусмысленную сентенцию друга. - По секрету скажу тебе, Чики, - продолжил тот, - что дурень наш Папа... Сказкам не верит... И себя умней тебя считает. Тоже неверно, так же, как обратное, замечу сразу: вы оба - те еще козлы... Но грешен - тут я ему помог. Чтоб не слишком старик голову ломал - зачем это Чикидара на самом деле снова на Брошенную рвется. В его возрасте много думать вредно. "Дурень, - говорю, - потому и рвется. Карту ему жулик Аганесов продал - с кладами да шифрами, он в нее и верит, на голубом глазу." А по-моему, так вы друг друга и одурачили, умники хреновы. А вот сказки иногда слушать полезно. Я, например, сказочку про клад Рыжих очень даже уважаю. И знаешь от кого я ее в последний раз слыхал? От старика Шапиро. И что же я в той сказочке нашел? А друга своего Чикидару. Чуть не в главных героях. Ты прикинь: из живых-то кто-нибудь остался - из тех, что клад хоронили и перепрятывали? Кроме твоей дурной башки с глазами? - Гос-с-споди, ну и язык же у старого Марка! - Чикидара попробовал сесть хоть чуть поудобнее. - Какую гадость ты мне в джин насыпал? Боров сочувственно наблюдал за его потугами. - На тебя, Чики, яд тратить - только себя не уважать, - сообщил он другу детства свое мнение. - Пить не надо до охренения - вот и все. Тогда и не попадешь в дурную историю - тебя этому мама не учила? - Моя мама учила меня верить друзьям... - зло и печально проронил Чикидара, утратив напрочь чувство юмора и жизнерадостность, столь свойственные ему в лучшие времена. - А вот твоя, верно, тебя учила совсем другому чему-то... - Не обижай мою маму, - строго остановил его Боров. - Ты вот что лучше сообрази: я из-за тебя, идиота, против Папы иду, приказ нарушаю - и что имею в благодарность? - Т-ты все равно не сможешь пройти к к-кладу, - нервно заикаясь, сообщил Чики. - Даже если заставишь меня рассказать все. Там биозащита. Только я и только живой могу... - Будь спокоен. За кладом сходишь в одиночку - я башку под твои фокусы подставлять не собираюсь... И ровно половину от, как говорится, суммы реализации будешь иметь. А вот другая половина, ты уж прости, но это то, что старине Эрнесту причитается - и за жизнь храброго Чики, им спасенную, и за то, что хорошего покупателя на товар уже сыскал. Не много беру, ей-Богу: как-никак двадцать лет в дружбанах ходим... А про биозащиту и тому подобное я уж понаслышался - это твоя епархия... По рукам? - Послушай... - совершенно неожиданно для себя Чикидара вдруг озаботился судьбой коварного друга. - Тебя же Папа на том свете сыщет. За такое ослушание... Да и меня - грешного, - добавил он, чуть помедлив. - Если уж Папа кого приговорил, так мимо него не проскочишь... - А для Папы ты уже, можно считать, покойник. И я постараюсь, чтобы думал он так подольше. Видишь эту камерку? Так вот, она наведена на тебя и перед тем, как "Мастерские" взлетят на воздух, мы с борта "Леди Игрек" отследим, чтобы ты из поля зрения никуда не делся. Так что, кроме меня, еще без малого два десятка ребят клятвенно заверят Папу, что оставили твой труп под обломками "Мастерских Кносса". Точнее - среди этих обломков. И не труп, скажем, а прах. Потому что, прости меня, когда разносит типовую энергоустановочку - такую вот "Полынь-четыреста", что тут в подвале фурычит, трупов как таковых уже и не остается. Оно и для дела лучше, и чище как-то... Чикидара недоуменно икнул. Да и что он мог еще предпринять при сложившемся раскладе? - Установочку я уже на форсированный режим вывел, на разгон, - успокоил его Боров. Затем взял с верстака десантный штык и развернул свою жертву спиной к себе. Чикидара взвыл. - Ничего с твоей рукой не станется, - продолжал ласково гудеть старый друг, - а если что и случится, так ничего страшного - левая она у тебя. А вот правую я тебе сейчас, - тут Боров стал рассекать штыком стягивающие упомянутую конечность витки кабеля, - освобожу. Только ты, братец, давай без фокусов... Проверив возможность шевелить хотя бы одной из рук, благодарный Чики проворно ухватил оставленную кем-то рядом тяжелую ножовку и засветил ею в лоб другу детства. - Напрасно это ты инструмент мечешь, - сурово заметил Боров, утирая кровь из рассеченной брови. - Ты не делай больше так, Чики, - продолжил он, второй раз прикладывая неразумного Чики под дых, - а лучше - слушай меня внимательно... Нагрузка с энергоблока скинута... А сам он - второй раз говорю тебе - в разгонный режим выведен. Через минут сорок, через час от силы реактор пойдет вразнос. Ты - того, за пультом следи... Он поднялся и вернул ножовку в исходное положение. Воспользоваться ею вновь скорчившийся в три погибели Чикидара пока решительно не мог. - Напрасно, говорю тебе, инструментом швыряешься, - повторил Боров. - Он тут со смыслом положен. Ты сейчас, как я уйду, хватай предмет и живенько пили цепочку-то. Вот здесь - на соединении. Железо хреновое, в срок уложишься - только за пультом следи. Если увидишь, что не укладываешься, - руку пили. Как Миллер тогда... А как отцепишься - с пультом не колдуй - управление заблокировано, - а дуй туда вон, через склады, на хоздвор. Там флаер заведенный тебе оставлен. С ключом. Ворота открыты. Так что ты и шпарь прямо по осевой на газах, чтоб за сопки успеть уйти до того, как рванет... До флаера так добежишь, здесь воздух нормальный, а уж в машине маска кислородная тебя ждать будет и пара баллонов - дня три ты с этим продержишься... А больше тебе и без надобности - я вообще-то послезавтра сюда вернуться собираюсь. И в целину не уклоняйся - чтоб с корабля машину не засекли. Корпуса на всю дорогу вид заслоняют - я проверял. Ну, дошло? До Чикидары дошло. - Забираешь, одним словом, захоронку своих рыжих друзей, - продолжал Боров импровизированный инструктаж, - и ждешь меня в Больших Корпусах, в цехе сборки боевых роботов: там тебя ни одна сука не найдет, кроме меня, конечно. А там уж я за тобой заявлюсь - больше некому, это ты учти - и как миленького в края обетованные доставлю - живым и здоровым... За мной не заржавеет. Да - радио я все тут поломал. На починку время не теряй... На встречу выйдешь по сигналу - три ракеты... Две красные и одна зеленая. С интервалом в тридцать секунд... А у меня к тебе на прощание еще вот только один вопрос и будет... - Да ваша братия "Леди" угробит! - заорал капитан-пилот Чикидара. - Вы же в навигации - ни бум-бум, ни один человек. - Вот тут я тебя огорчу, - вздохнув, Боров поднялся. - Дурили мы тебя, Чики. Народ на дело взяли тертый - у каждого, считай, по сотне часов активной вахты налетано. Каждый любого заменит и подменит. Папа специалистов уважает... - Я так и догадывался... - застонал Чики. - Уж больно толково вели себя Папины люди. Ушами не хлопали... - Ну вот, - подвел итог сказанному Боров. - Видишь - и без тебя, извини, с корабликом управимся. Я и так уж тебя всю дорогу заслонял, чтоб раньше времени за борт не отправили. За ненадобностью. "Кремень, - говорю им, - мужик. Ключевой код, - говорю, - ни под какими пытками, ни под каким скипидаром не выдаст..." - Боров вздохнул. - Врал, конечно... Но чего ради друга не сделаешь... Так или иначе, а не стали тебя ребята раньше времени кончать... Ну а мне-то - по старой дружбе - ты цифирьки-то или словечки для ключа врубания на ушко шепнешь... Боров стал задумчиво перебирать железочки на верстаке... - Номер телефона Лин-Лин... - уныло удовлетворил его любопытство Чикидара. - Небось тоже наизусть знаешь. Только надо вводить цифры в обратном порядке, в том смысле, что задом наперед. А как же камера? Она ж включена. - Видик включен. И еще час показывать будет, как ты на цепочке тут с перепою рыгаешь да с перепугу глаза таращишь. Так что - пока, друг! Будь здоров, не пукай. Ножовочкой пошуровать не забудь. Не ленись. Шаги Борова стихли в полутьме. Лязгнули, отворяясь и вновь захлопываясь, главные шлюзовые ворота мастерских. Чикидара лихорадочно заработал ножовкой. * * * - Да, - Хенки вздохнул и начал энергично переставлять с места на место нехитрые предметы своего ремесла - У Русти душа с самого начала полета была не на месте, и делал он все, что мог, чтобы предотвратить предстоящую беду. Он мне потом не раз прямо так и говорил: "Было бы у нас с господином Санди времени побольше - хотя бы дня три, мы бы тогда точно предателя раскололи". Да-а не успел боцман дело до конца довести. Но пару умных мыслишек полицейскому все-таки подкинул. * * * Первой гениальной мыслью, которой поделился с Федеральным Следователем Русти, было прозрение насчет миссис Ульцер из четвертого бокса. Он и сделал это, найдя время сразу после "вечера знакомства", незаметно добравшись до его каюты и надавив на сенсор входной двери за несколько секунд до того, как Федеральный Следователь окончательно погрузился в объятия сна. - Вот вы ее, Следователь, не видели, а я самолично наблюдал, как она, вернее - он, в металлопластиковую переборку чуть шуруп не ввинтил, - сообщил боцман, заняв предложенное ему место в кресле. - От которой, между прочим, алмазное сверло отскакивает. Разве такое дамочке под силу? - Не понял, - Следователь хмуро уставился на боцмана. - Вы это о ком? - О нем же, о шпионе, который тут на корабле диверсию замышляет. Он уже противометеоритную переборку сломать пытался, но я помешал. Да вы не беспокойтесь, - добавил боцман, правильно расшифровав мученическое выражение на лице Следователя. - Кроме нас с капитаном, об этом никто не знает. Так вот, эта доктор Ульцер никакая не Ульцер, а человек Мафии, переодетый в женщину. Вы б его видели - плечи квадратные, морда суровая, все замашки - чисто мужские. И сигареты курит соответствующие - не какой-нибудь "Кент" с ментолом, а самое что ни на есть мужское "Мальборо" - я пачку на столике разглядел. Санди обреченно вздохнул и попытался рассеять подозрения своего непрошеного помощника. Правда, он знал, что это практически бесполезно. Единственной возможностью сделать так, чтобы очередной добровольный советчик не путался под ногами, было дать боцману какое-то задание, которое заняло бы его мысли на достаточно долгий срок. Кроме того, Каю порядком мешало сосредоточиться то, что файл его компьютера и Русти явно имели в виду двух каких-то разных мисс Ульцер. - Ну хорошо, мистер Раусхорн, я поручаю вам присматривать за этой подозрительной личностью из четвертой каюты. Только - Кай сделал многозначительную паузу и демонстративно оглянулся вокруг, - полная тайна и НИКАКОЙ самодеятельности. Обо всех подозрительных вещах будете докладывать мне при тачной встрече. Помните, что интерком может прослушиваться. - Господин Следователь, а может, обыскать четвертый бокс пока этот мнимый доктор Ульцер будет, скажем, обедать? - Ни в коем случае, - быстро перебил его Кай - Это могло бы насторожить наших противников. Только осторожное наблюдение, боцман! Главное - не спугнуть их раньше времени и не дать заметить, что мы что-то знаем. Полная тайна! Приложив для пущей важности палец к губам, Санди расстался с боцманом и высказал Богу все, что он думал о режиме секретности на вверенном его заботам корабле. После чего наконец накинул на себя плед. Надо было выспаться перед Броском. "Надеюсь, на сегодня - это все", - с облегчением подумал Кай. Людям свойственно принимать желаемое за действительное. * * * Сразу после Броска, чтобы стряхнуть с себя характерное оцепенение, связанное с подпространственным переходом, Кай вышел в кольцевой коридор своего уровня. Первое, что он там увидел, был Ржавый Русти. Полный свежих идей. - Согласен, Следователь, - начал он с места в карьер, - может, с этой Ульцер я и дал маху... Но, как говорит наш кэп, "падает только тот, кто бежит. Тот, кто ползет, - не падает". Я ж старался вам помочь и не виноват, что все так вышло... - Ладно, - чуть более вяло, чем следовало бы, попытался остановить его Кай, - не берите в голову, и забудем об этом. У вас полно своих дел, у меня - своих. - Нет, постойте, у меня тут возникла одна мысль, - Русти вежливо, но неотвратимо зацепил Кая за локоть и увлек в свою каюту. - Я вот все думал про того человека на борту, что норовит захватить наш Груз. А почему вы решили, что он один? Кай раскрыл было рот, чтобы вежливо послать боцмана куда подальше, но вдруг задумался... - У вас что, есть конкретные факты, что на борту скрываются несколько тайных агентов? И вы кого-то подозреваете конкретно? - Да! - Русти важно надул щеки и многозначительно кивнул головой. - Это белобрысые ребята, что поселились во втором и третьем боксах. Вы их видели? Я как увидел, так сразу догадался. - Догадались о чем? Русти сделал многозначительную паузу и сел поудобней в кресло, показывая собеседнику, что разговор предстоит долгий. - Скажите, Следователь, что вы слышали про операцию "Стручок"? Вы обратили внимание, как похожи эти двое - Финнеган и Флаэрти? А фамилии-то разные! И я вам скажу, что, будь вы хоть близнецами, хоть раздвойняшками, такого сходства во внешности, поступках и, обратите внимание - особенно в мыслях, в реальной жизни НЕ БЫВАЕТ! Это вовсе не близнецы! И в двести двадцать пятый раз в своей жизни Федеральный Следователь выслушал достойную, конечно, лучшего литературного воплощения, чем корявый пересказ Русти, историю про "клонированных магов" или, иными словами, про "роковое двадцать одно" История сия восходила, как, впрочем, и большинство подобных баек, корнями своими ко временам великого Краха Империи и последующей конспиративной деятельности ее адептов. Где-то у черта на куличках - то ли на Джее, то ли в каком-то из анклавов Мира Шарады, был якобы осуществлен ужасно засекреченный проект, лежавший где-то на стыке генетической инженерии и прикладной эзотерики: путем длившегося несколько поколений сканирования геномов лиц, проявлявших паранормальные способности, и отбора перспективных в этом отношении комбинаций генов какие-то весьма авторитетные в кругах, близких к верхушке законспирированной науки, маньяки намеревались получить гибридную человеческую особь, наделенную необыкновенно ярко выраженными сверхчеловеческими способностями - начиная от простой телепатии, телекинеза и ясновидения, вплоть до совсем уж редко встречающейся способности изменять прошлое. Слухи утверждают, что началу этих работ предшествовало некое пророчество, известное как "проклятие Лоу", которое инициаторы всей этой колдовской затеи тщательно скрывали до тех самых пор, пока оно не сбылось с ужасающей точностью. Предания гласили, что было осуществлено два различавшихся по каким-то принципиальным подходам синтеза магического генома. Первый закончился ужасной катастрофой одни утверждают, что на свет явилось существо, наделенное разумом и эмоциями ребенка и - в то же время - почти божественной властью над материей, другие - что "это" просто обладало чудовищной мощности телепатическими способностями, благодаря чему "оно" сразу овладело всеми богатствами памяти и сознания всех находившихся в той тайной лаборатории людей, превратило их в свои послушные марионетки и учинило - с их же помощью - над ними такое, такое... - тут версии знатоков вопроса расходились в зависимости от их способности к фантазии. Согласно наиболее трезвой версии этой истории, те - чисто сверхъестественные - события, которые происходили в секретном центре, наполовину, если не более того, были всего лишь глюками, индуцированными в сознании несчастных, воля и разум которых были подчинены ими же самими вызванному на свет "злому гению". Так или иначе, секретный центр этот был взорван или еще каким-то ужасным способом искоренен с лица Вселенной. Говорят - с большими жертвами и потерями. А со вторым вариантом проекта вышло так, что вместо одного организма, наделенного сверхъестественными способностями, стал развиваться сразу двадцать один - из-за чего срочно сконструированная для такого случая биомеханическая плацента и получила название "заколдованного стручка". Все двадцать один близнец - кстати, действительно все - мальчики-альбиносы - были сразу после рождения разлучены друг с другом и развезены в различные части Обитаемого Космоса, так как по мнению авторитетов эзотерической генетики и согласно каноническому тексту "проклятия Лоу" каждый из близнецов является вполне обыкновенным человеческим существом, но встретившись и взаимодействуя друг с другом, они дополняют один другого в части своих - до поры до времени скрытых возможностей и приобретают нечеловеческое могущество, в частности, начинают изменять вероятности исхода случайных процессов. Стоит встретиться двоим "из стручка" - и жди беды. Когда такие встречи все-таки приключались - в результате бардака, наступившего после краха Империи, - всякий раз это знаменовалось какой-нибудь - с виду беспричинной и потому особенно жуткой - катастрофой или катаклизмом. Люди, глубоко проникшиеся сутью этой проблемы, в конфиденциальных беседах, содержание которых народ попроще с содроганием пересказывал друг другу и непосвященным за кружкой пива или чего покрепче, утверждали, что встреча в одной точке пространства и времени всех "братьев из стручка" будет знаменовать если и не полный и окончательный конец света, то уж наверняка - вселенскую битву сил Добра и Зла, всеобщее умопомрачение Рода Человеческого и другие подобные неприятности. То там, то здесь (как правило, в период парламентских каникул и в сезоны отпусков в соответствующих частях Федерации) подозрительные пары, а то и тройки двойников-альбиносов имели в результате распространения в средствах массовой информации подобной ерунды неприятности далеко не виртуального характера. Среди летного состава кораблей, обслуживающих "дальнобойные" рейсы, и среди профессиональных странников по Мирам Федерации эта байка по популярности уступала разве что комплексу легенд и россказней о Серых Карликах - обитателях (вполне мифических) Подпространства, проникающих на совершающие Бросок космические корабли. Утверждали даже, что порой Карлики умудрялись "зацепиться" за возвращающийся в "нормальное" пространство корабль, были и такие, кто клялся, что, будучи в трезвом уме и добром здравии, встречал и самих Карликов и (или) их пыльные следы - изображение в различных потайных уголках вышедших из Подпространства кораблей, или, на худой конец, видел сам - или видел тех, кто видел сам - пылью начертанные пророчества неуловимых, но весьма злокозненных существ. Чувствуя, что скоро Русти доберется и до Серых Карликов, Кай аккуратно вклинился в его сбивчивый монолог. - Я должен огорчить вас, боцман, - сочувственно вздохнул он. - По секрету поделюсь с вами конфиденциальной информацией: Ник Флаэрти и Питер Финнеган на самом деле - вполне нормальные однояйцевые близнецы. Их разлучили сразу после рождения. Весьма трагическая история: отец и мать их, кстати, по фамилии Шеннон, попали в автомобильную аварию, когда малыши только собирались появиться на свет. Детей удалось спасти... Но никаких близких родственников у них не было. Их усыновили разные семьи - отсюда и разные фамилии. И развезли их в разные концы Федерации. А уж дальше - это была просто хрестоматийная история из учебника по генетике человека. В разных концах Вселенной оба брата в одно и то же время болели одними и теми же болезнями, получали одни и те же отметки в школе, оба - увлеклись биологией, оба с отличием окончили университеты: Питер - в Стокгольме, Ник - на Сендерелле. Оба получили второе - медицинское - образование. Оба вместо того, чтобы открыть практику или занять место в ординатуре, завербовались в Службу Спасения. И встретились во время акции на Террамото - восемь лет назад. В документах отмечено, что встреча их была весьма э-э... драматична и трогательна. В свое время история эта даже попала в прессу... Но для них обоих довольно тяжело было... узнать подлинную историю своего детства. Случилось так, что, пока они не выросли, ни у одного из них не возникло ни малейшего сомнения в том, что воспитавшие их люди - не их подлинные родители. Так что легко понять, почему они не любят расспросов на эту тему... - Господи, мозги свихнуть можно... - признал во здравом размышлении Русти. - Вы меня прямо от желтого дома уберегли, мистер... - В таком случае... - Кай откашлялся, искоса посматривая на Русти. - Не откажитесь, мистер Раусхорн, оказать и мне м-м... аналогичную услугу... Если вы чувствуете, что вам не стоит отвечать на мой вопрос, - начал он, - я не обижусь - честное слово... Некоторое время Русти вникал в суть сказанного Следователем. - Это как же получается, мистер? - поразился он. - Ну понятно, что у меня, простого интенданта, крыша едет от такой вот истории. Но у вас-то все козыри на руках, сэр... Ума не приложу - чем тут могу оказаться вам полезен... - Просто я попрошу вас просветить меня, - объяснил ему Федеральный Следователь, - относительно маленькой особенности нашего рейса... Впрочем, если вы имеете на этот счет распоряжение капитана или гм... иных инстанций, то я - повторяю - не обижусь, если вы откажетесь отвечать на мои... несколько досужие вопросы... Русти почесал в затылке. - Я, мистер, никогда не нарушаю одиннадцатой заповеди Господней и поэтому прямо скажу вам, что ни от кого не получал распоряжения что-либо скрывать от вас или вообще водить за нос порядочных людей... - Вот и отлично, - вздохнул Кай. - Если вы еще напомните мне, что там Господь имел в виду в той одиннадцатой заповеди, считайте, что мы с вами нашли общий язык... - Одиннадцатая заповедь, - пояснил Русти Федеральному Следователю, - это то, что Господь напоследок сказал Моисею на горе Синай: "Иди, Мойша, - выдал он ему на прощание, - иди и не морочь больше голову ни мне, ни людям." Моисей, правда, это, похоже, прослушал - если судить по последовавшим событиям... Но, видно, у разговора были свидетели, они и рассказали... - Неплохой м-м... императив, - заметил Кай. - Главное - до сих пор актуальный. Так вот, мне показалось, что маршрут нашей Миссии организован чуть-чуть э-э... непривычным образом... Я имею в виду нашу задержку здесь - на траверсе Фомальгаута. Мне почему-то думается, что это связано с присутствием на борту "Констеллейшн" э-э еще одного пассажира - как мне кажется, не связанного с Миссией Спасения. - Это вы точно, - признал Русти, - насчет Колдуна. - Какого колдуна? - удивился Каи - Ну так мы тут за глаза зовем вашего, можно сказать, соседа, - пояснил Русти - Того, что поместили во второй каюте на одной с вами палубе. Лысый такой, в очках. - И зовут его Лоуренс Маддер? - осведомился Кай. - Вот-вот, - Русти понимающе ухмыльнулся. - Кэп сам чуть не облысел, когда этот тип прибыл к нам с предписанием. - Предписанием от какой э-э инстанции? - ненавязчиво поинтересовался Кай. - Не стану врать, - почесал в затылке Русти, - на этот счет в команде разное говорят. Факт один после того, как этот тип с полчаса этак пробыл тет-а-тет с кэпом Даниэльсом, тот битый час ругался как чумной, а потом отправил обоих наших штурманов на всю ночь сушить яйца над бортовым компьютером - пересчитывать параметры Броска с учетом пересадки у Фомальгаута. - Пересадки? - переспросил Кай - Ну да, - Русти недоуменно воззрился на него. - Разве вы не в курсе? На траверсе Фомальгаута нас должен встретить арендный орбитер "Тюльпан-8". И взять на борт господина профессора Мадера. Для доставки в какой-то следующий пункт его маршрута. Каи потер лоб. - В следующий пункт. Подскажите мне Русти... Извините, что я так вас называю. Русти ответил одобрительным жестом - Подскажите мне, - продолжал Кай, - планета Боумена - так называется Брошенная, - это ведь единственная планета в этом субсекторе? - Верно, мистер, - снова задумчиво прикрякнул Русти. - Но тут... Стремно все тут. Глухой, как говорится, угол. Бог его ведает, может, орбитер Колдуна вовсе и не на планету его доставить должен. Может, его там где-нибудь целый крейсер дожидается. Кай пожал плечами. - Тогда уж логично было бы принять пассажира на шаттл того самого крейсера. Однако и вам, и мне пора возвращаться к своим непосредственным обязанностям. Маневр - меньше чем через два часа, а я хотел бы отправить в информационную сеть еще пару запросов. Русти задумчиво кивнул Следователю и побрел к своему терминалу, скребя в затылке и прикидывая - с какого же торца все-таки ждать беды. Федеральный Следователь испустил сдержанный вздох облегчения и поспешил в свой бокс. Помассировав виски и плеснув себе из термоса в пластиковый стаканчик глоток крепкою кофе, он бросил на стол перед собой блокнот со сделанными за утро пометками и, вооружившись электрокарандашом, стал один за другим вычеркивать пункты по которым собирался направить запросы в информационную сеть Федерального Управления Расследовании. Сложившаяся картина не слишком радовала его за истекшее время у него практически не возникло вопросов, для решения которых требовалась бы некая дополнительная информация. Другими словами, ничего существенного на борту "Констелтейшн" за период, предшествующий отправке корабля экстренной доставки, Федеральному Следователю выявить не удалось. Сам он это рассматривал как неважное начало предстоящей партии. Набив на панели терминала запросы на пару не слишком значительных справок и поколебавшись немного, Кай ввел в компьютер свой последний запрос. "Прошу передать на мой терминал текст показаний генерала Лоуренса Маддера Парламентской Комиссии по расходованию работ, проводившихся в секретном Учебно-Тренировочном Центре Специальных Исследовании на объекте планета Боумена, за январь сего года". Отправив запрос, Кай, морщась налил себе еще кофе и стал пить его маленькими глотками, словно отраву. Он всегда мерзко чувствовал себя, когда в противоречие приходили его интуиция и профессиональный долг, строго-настрого запрещавший совать нос не в свое дело... Впрочем, Судьба вовсе не собиралась давать Федеральному Следователю слишком много времени для размышлений на морально-этические темы: он еще не покончил со своим кофе, когда на померкшем было экране его терминала светлым прямоугольником зажегся сигнал "капитанского вызова" - кэп Даниэльс просил Федерального Следователя немедленно явиться к нему в кабинет. * * * В кабинете кэп был не один. Встревоженное и сосредоточенное состояние, в котором застал его Кай, разделяли полковник Кортни и док Сандерс. Предложив Следователю коротким, но энергичным жестом занять место за столом заседаний, кэп протянул ему листок распечатки только что полученного экстренного сообщения. Космическое судно типа "суперклипер" - "Леди Игрек" терпело бедствие в субсекторе "Фомальгаут-14". - Это то, чего и следовало ожидать! - Кортни бросил свой экземпляр распечатки на стол: - Самая простая ловушка из всех возможных. Кэп тяжелым, словно налитым свинцом, взглядом смотрел куда-то сквозь полковника. - Самая простая... - признал он. - И самая - замечу вам - надежная. Может быть, это будет для вас новостью, полковник, но любой командир посудины, не отозвавшейся на SOS в Большом Космосе, может по возвращении из рейса искать себе работку поспокойнее. И - поверьте мне - ни на что получше, чем должность кладбищенского сторожа, рассчитывать всерьез не сможет. Алан Пембертон, к примеру, кончил именно так. И старику никто не зачел того, что на нем полный десяток лет держались все конвои до Желтых Лун и обратно, - никто, ни одна живая душа. Да и из экипажа такой вот посудины, что бросит товарищей в беде, ни у кого уже совести не хватит сесть за один стол с другими летунами - пропустить кружечку светлого... - Оставьте в покое эти сантименты! - жестко оборвал его полковник. - Это же очевидно! Это почти арифметика, капитан: ни для кого не секрет, что в отношении нашего рейса потенциальный противник, Мафия - будем называть вещи своими именами, - информирован достаточно хорошо. И вот, стоит нам только выйти из Подпространства в изолированном от систем оказания экстренной помощи участке Космоса - в стороне от баз Космофлота и вообще от обитаемых поселений, как сразу, без малейших промедлений, - нате вам! Извольте спешить на помощь "Леди Игрек"! Именно сейчас у леди приключились если не понос, то золотуха! Этому не поверит и сосунок, даже из тех, которых при родах уронили аккурат темечком! Но капитан судна экстренной доставки, видите ли, колеблется! Бог мой! Знаете, что ждет "Констеллейшн" в случае сближения с милой госпожой? Думаю, мне не стоит этого говорить - сами знаете лучше меня, кэп! Удар гамма-лазером или, на худой конец, - угроза такового! То-то и будет вам ваша "кружечка светлого"! Кай не спешил войти в разговор. Уж кому-кому, а ему было лучше любого другого известно, что большая часть из тридцати с лишним случаев удавшихся за последние десять лет нападений на космические суда были выполнены именно по той схеме, которую столь выразительно описал собравшимся полковник Кортни. И все-таки. Что-то не устраивало его в том, что говорил колонель. - Даже меня, - заметил он, чтобы заполнить наступившую паузу и мучительно ощущая, что говорит все-таки совсем не то, что следовало бы, - даже меня - лицо, ответственное за доставку Груза, - не сочли нужным информировать о деталях нашего промежуточного маневра в субсекторе Фомальгаута. Не слишком ли полную информированность наших противников подразумеваете вы, полковник? - По крайней мере, - колонель с тревогой выкатил налитый кровью глаз на Федерального Следователя, заподозрив, очевидно, в нем знание чего-то ему, Джозефу Кортни, неизвестного, - по крайней мере я не склонен держать наших противников за идиотов, как это кажется некоторым здесь находящимся! - Послушайте, капитан, - налег на стол в явном намерении примирить участников столь несвоевременной дискуссии док Сандерс. - В конце концов, корабль экстренной доставки, выполняющий особой важности задание Федерального Директората, пользуется и особым э-э... статусом. Вы имеете полное право - тьфу, Господи, да что я говорю, вы как раз НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА ни при каких обстоятельствах отклоняться от предписанного вам курса доставки Груза федерального значения!!! О чем мы здесь с вами рассуждаем, черт возьми! В голосе дока отчетливо ощущалось облегчение как-никак, а Федеральная Инструкция снимала с него самую тяжелую из задач, выпадающих человеку в сей юдоли: от задачи в-ы-б-о-р-а... - О, я очень хорошо знаю, как работает этот ваш особый статус! - в сердцах махнул на него рукой кэп. - Если выясняется, что действительно имела место инсценировка, то ты - на коне, и все хвалят и превозносят твою - гром ее разрази - предусмотрительность и осторожность. Ну а вдруг получится, что ты просвистел мимо терпящего бедствие судна и - не приведи Господь - некому, кроме тебя, было бедолагам помочь, - пиши пропало! Для офицерского состава - Суд Чести и аннулирование лицензии, а это равносильно тому, что в петлю лезть, а рядовой состав потом - если кто дознается, из какого они экипажа, - век приличной работы себе не сыщет... И кто за тебя заступится? Уж конечно - не те господа, что сочиняли всякие умные инструкции... Кэп откашлялся, прочищая горло. - Вот что! Как высшее должностное лицо на судне, я - властью, данной мне Законом, приказываю осуществить маневры сближения и стыковки с терпящим бедствие космическим судном. Вам, господа, приказываю привести в полную готовность вверенные вам контингенты личного состава и обеспечить безопасность проведения операции по оказанию помощи терпящему бедствие судну. Действовать приказываю немедленно. Капитан поправил галстук, словно ставя точку на дискуссии. Все собравшиеся поднялись из-за стола. Похоже, что все - с видимым облегчением. - Мне надо обсудить с вами пару чисто технических моментов, капитан, - глядя в сторону, уведомил капитана колонель Кортни. - В таком случае - задержитесь на минуту, - милостиво согласился кэп. - Вы же свободны, господа... Слушаю вас, - добавил он, когда за вышедшими Каем и Сандерсом закрылась гермодверь. - В конце концов, - Кортни старался говорить сухо и без эмоций, - я не вправе обсуждать ваш приказ после того, как он уже отдан. Хотя и не согласен с ним. Кэп не ответил, набирая на пульте команды вызова штурманской рубки и узла связи. - Однако я бы попросил вас, - Кортни кашлянул, привлекая внимание капитана, - оказать мне содействие в выполнении моей задачи. - Вот это - уже деловой разговор, - признал кэп. - Вот тут я весь к вашим услугам. - Я попрошу вас только распорядиться о принятии необходимых мер предосторожности - не более, - полковник сцепил пальцы рук и рассматривал их так, словно видел впервые. - Первое, чего мы можем ожидать после сближения с э-э... судном - в том случае, если мы имеем дело с провокацией, - это удара лучом гамма-лазера. Если удар будет боевой - говорить не о чем. Погибнут все. Но нападающие хорошо представляют себе, что в таком случае лишатся и самого э-э... приза... - Это уж точно, - подтвердил кэп. - Через тридцать минут после того, как система уничтожения Груза перестанет получать сигналы моего пульса с браслета, - он тронул металлическое кольцо, охватывающее его запястье, - сработает панель уничтожения - направленный удар антиплазмой. А сначала контейнер будет отстрелен в Космос. Так что от "Пепла" - простите за каламбур - даже пепла не останется... - Поэтому нападающие, видимо, на первом этапе столкновения ограничатся угрозой и предупредительными ударами, от которых надежно защищает антирадиационный блок. Учитывая это, при первых признаках тревоги весь экипаж должен сосредоточиться именно там... Все, кроме дежурного по рубке. "Прием" бандитам окажут мои люди - можете на них положиться... - Разумно, - согласился кэп, - но люди дока Сандерса... - В первую очередь должна быть гарантирована безопасность экипажа - без этого Груз просто не сможет быть доставлен на Нимейю... - Полковник расцепил пальцы и провел ладонью по короткой щетке волос. - Повторяю: нет оснований полагать, что нас попытаются сразу же уничтожить. Поэтому острой необходимости загонять всех людей на корабле в один отсек - нет. Если говорить по-хорошему, лучшее, что сможет сделать в этой ситуации весь этот детский сад под командой своего академика, - это оставаться пристегнутыми к противоперегрузочным лежанкам и не мешать вашим и моим людям... В каютах, в конце концов, есть средства индивидуальной защиты... Поверьте, это не первая операция такого рода, в которой мне приходится участвовать. - Что ж - вам виднее, - согласился поостывший уже кэп Даниэльс. - Я отдам соответствующее распоряжение. Теперь займемся делом - я своим, вы - своим... * * * - Ч-черт - жутко мне, - признался Робби. - Словно не на помощь идем, а на абордаж... Что нам делать-то теперь - после маневра сближения? Кэп распорядился всем, не занятым в процессе управления судном, сосредоточиться в антирадиационном отсеке... На нас это распространяется? Русти тоже было не по себе на вмиг опустевшем "Констеллейшн", каким он вдруг застал родной корабль, поднявшись из противоперегрузочного кресла. Коридоры были безлюдны и наполнены шорохом расширяющихся после удара шестью "ж" уплотнительных соединений. Полупригашенное освещение только добавляло жути. На всех мониторах коммутаторов, развешанных по коридорам, была выставлена одна и та же картинка с бортового телескопа - на ней медленно вращалась надвигающаяся из пустоты безмолвная, ажурная, но и зловещая в то же время конструкция "Леди Игрек" - судна типа "суперклипер" сомнительной принадлежности. Выполнить капитанское распоряжение относительно укрытия в противорадиационном отсеке Русти не торопился - он нутром чуял, что нужен здесь, а не в герметически запертом получулане защитного блока. Нет, не то чтобы Русти не боялся гамма-удара - боялся, и еще как, но чувствовал он в ситуации этой какой-то подвох. А чутье редко обманывало его. Чутье... Ощущение тревоги... А налетевший на него из-за угла Роб Мак-Интайр еще более уверил его в правильности этого ощущения. - Понимаешь... - растерянно зашептал тот. - Как дали сигнал тревоги, я сразу растерялся: какой там противорадиационный бокс, когда по Уставу техдежурный при объявлении тревоги должен следовать в рубку управления и получить задание... Ну я - поколебался, поколебался и ломанул в рубку... А там - понимаешь - ни-ко-го! Ни-ко-го! Там же ведь дежурные по штурманской вахте должны находиться... Христо и Беннигсен... А там - ни-ко-го! Пустые кресла... И - и - кровь... Русти понял, что жареным уже не пахнет. Жареным несло вовсю. Он поправил на поясе табельный шпалер. - Кажется, влипли мы... - он снял оружие с предохранителя. - Дуй на второй уровень - поднимай Следователя из амортизаторов и излагай ему все. Дальше - поступаешь в его полное распоряжение. Я обхожу коридор по периметру, и встречаемся у стыковочного. Понял? Робби понял. Он тоже снял свой "узи" с предохранителя и припустил к переходному тамбуру. - Кэп? - осведомился в микрофон коммутатора Русти. - Кэп? Вы слышите меня? Коммутатор молчал как мертвый. Выставив перед собой ствол, Русти двинулся по коридору. Дойдя до дверей осевой холодильной камеры, он вдруг остановился как громом пораженный. Господи - да ведь там идеальное место для засады диверсанта, о котором они толковали с Федеральным Следователем! Как он забыл про эти сотни кубометров бесконтрольного пространства на борту "Констеллейшн"? Догадка показалась ему столь блестящей, что про осторожность он и вовсе забыл. Прокрутив маховик запорного устройства, боцман рванул в сторону как можно более резко - настолько, насколько возможно резко рвануть выполненную из нескольких слоев теплонепроницаемого композита плиту, и влетел в пронизанную жутким холодом тьму. Которую тут же рассеяли огни автоматически врубившегося освещения. Мир вокруг Русти засверкал миллионами отраженных в кристалликах изморози огней, и на минуту он полностью утратил ориентацию, беспомощно выставив перед собой оружие и бестолково вертя головой в разные стороны. * * * "И в этот самый момент, мистер, - грустно усмехаясь, продолжал свою историю Хенки, - в этот самый момент дверь номера пятого - того самого, обитательница которого не соизволила даже явиться на "вечер знакомств", наконец-то отворилась, и из нее в коридор выпорхнуло удивительной, знаете ли, хрупкости белокурое создание в пушистом белоснежном халате, с перекинутым за шею полотенцем, с тюбиком зубной пасты в одной руке, косметичкой - в другой и с зубной щеткой - естественно - в зубах. Создание было заспанное и до крайности возмущенное. И было чему возмущаться - продираешь ты глаза после почти полутора суток крепкого сна, и на тебе! Хочешь, как человек, умыться и почистить зубы, набиваешь себе полон рот зубной пасты, а в кране - ни капли воды. Вода, как вы сами понимаете, благополучно из системы спущена на время Броска и последующего маневра. Ты спросонья всего этого не знаешь и выходишь в коридор. В коридоре - ни души и все двери напрочь заперты. Ну, лезешь ты этажом ниже - посмотреть куда подевался весь честной народ. При этом - напоминаю - у тебя полон рот лучшей в мире зубной пасты со фтором и ментолом, что настроения заметно не улучшает". * * * На втором уровне белокурая сомнамбула прежде всего крепко навернулась об оставленную каким-то дурнем открытой дверь холодильной камеры. Окончательно потеряв самообладание, белокурая дамочка неожиданно крепким для ее сложения пинком вернула дверь в надлежащее положение, и сервомотор услужливо закончил учиненное ею непотребство, наглухо подтянув гермозапор и вдвинув титановые щеколды в пазы. Свет в камере тут же погас, и в полной темноте Русти ночным мотыльком заколотился в шершавую дверную плиту. Замка она изнутри не имела. Крики, которые испускал он при этом, были хотя и отменно многоэтажны, но абсолютно бесполезны холодильная камера "Констеллейшн" имела не только прекрасную термо-, но и такую же звукоизоляцию. Сделав свое дело, белокурая сомнамбула двинулась дальше, и не думая оглядываться. С чего бы, в самом деле? * * * Полковник Кортни еще раз отрепетировал сигнал оповещения экипажа и, убедившись, что команда, четко выполнив распоряжение капитана, сбилась в отсеке радиационной защиты, бегом кинулся в стыковочный отсек. Там он закончил загодя начатую работу - с помощью небольшого плазменного резака срезал основные крепления, удерживающие панель с капсулами антиплазмы на корпусе суперконтейнера. Теперь только хлипкие сочленения точечной сварки соединяли снабженный - словно самостоятельный космический объект - собственным мини-тамбуром гигантский сундук-контейнер и панель, предназначенную для его уничтожения. Последнее, что оставалось выполнить Кортни, - это укрепить заранее заготовленные растяжки-держатели на стенах отсека и соединить их с наиболее прочными элементами системы уничтожения. Теперь не оставалось сомнений, что, как только сработают пороховые ускорители, предназначенные для выброса подлежащего уничтожению Груза, Груз этот будет напрочь оторван от системы направленного взрыва и уйдет в Пространство, где и пребудет цел и невредим, оставив взрывчатый гостинец на память "Констеллейшн". Справившись с этой - не требовавшей присутствия лишних глаз - работой, Кортни по своему блоку связи окликнул подчиненных - все были на положенных местах и только слегка удивились, получив от командира приказ сосредоточиться в блоке радиационной защиты. Отдав эту команду, он напоследок осмотрелся и неприятно вздрогнул с порога отсека на него немигающим скептическим взглядом смотрела рыжая кошка по кличке Марго. Он прикрыл глаза, перекрестился и снова открыл их - разумеется, никакой кошки в отсеке не было. Глава 3 УБИЙЦЫ И КАРТЕЖНИКИ Дьявол коварен - он может явиться к нам просто в образе дьявола. Станислав Ежи Лец - Да, вы верно угадали, мистер, - Хенки тяжело вздохнул и сосредоточил взгляд на своих ладонях, уютно пристроенных на облаченном в кипенно-белый фартук чреве. Пальцы, несмотря на внешнюю их неуклюжесть, он переплел довольно замысловатым образом взяв в замок, и только два из них - оба больших - совершали взаимовращательное движение, как бы наматывая на себя или, наоборот, вытягивая из недр его существа нить рассказа. Сейчас, подойдя к довольно сложному моменту изложения, повергающему самого рассказчика в тяжкие раздумья, он замедлил вращение этих своих членов, что свидетельствовало о крайнем напряжении его душевных сил. - Верно вы догадались, мистер, не ангелом-хранителем, вообще не ангелом оказался полковник Джозеф Кортни, а - прямо вам скажу - сукою, - Хенки со значением посмотрел на собеседника. Тот задумчиво рассматривал сырный крекер, выражая всем своим видом согласие со словами хозяина заведения. - Потом в прессе было, - продолжил Хенки, - кое-что насчет того, что полковник имел на своем счету делишки, за которые его далеко не погладили бы по головке даже те - прости мне, Господи, такие слова - проститутки и прохиндеи, что обычно покрывают таких типов и делают из каждой попытки разобраться в их подноготной настоящий цирк. Коли вас, мистер, мотает по таким закоулкам, как наш "Транзит", у вас, наверное, нет иллюзий относительно этих героев из "Альф", "Омег" и Десанта? - Хенки слегка наклонился к собеседнику и понизил тон. - Не так уж далеко они ушли от наемников из Легиона. Тут и наркотики, что в гробах - вместо покойников, а то и в покойниках - вместо потрохов, и заказные убийства - под шумок, знаете. И ничего удивительного нет в том, что полковник уже давно и прочно висел на крючке у Папы. Так вот всегда и бывает, мистер, начинает человек с простого, как мыло, убийства, а там - приходится связываться с контрабандой оружия, дело осложняется растлением малолетних, потом ему уже надо врать на судах, еще шаг, другой - и начинает он в приличной компании за покерным столом карты передергивать. И тут уж дальше идти, как говорится, - некуда... Так портятся порой неплохие люди. Вот и получилось так, что с самой первой минуты этого проклятого рейса "Констеллейшн" оказался фактически полностью в руках человека Мафии. И, конечно, на таком посту ему были все карты в руки, какие бы хитрые системы защиты ни понавыдумывали господа там - в своих кабинетах... А чертов предатель, конечно, рассудил по-своему: Миссия - люди хорошо известные и безоружные - прямо-таки идеальные заложники. А его собственные подчиненные да команда "Констеллейшн" - совсем другой коленкор... Тут и на сопротивление нарваться недолго. А как заложники - прямо скажем - для дела материал третьесортный... Так что их Джозеф Кортни и определил сразу - в расход... И первое, что сделал, так это обеспечил, чтобы согнать их всех, словно баранов, в заранее подготовленный отсек радиационной защиты. Все там и собрались, кроме дежурного по кораблю, которому по уставу положено быть на своем посту, да Русти, которого Господь уберег - тот, в своем рефрижераторе запертый, ничего и не знал о том, что вокруг творится... * * * - Вы уверены, что здесь все? - уточнил полковник. - Весь экипаж? Кэп нервно огляделся. - Нет дневального. И, как всегда, где-то ошивается боцман... Так зачем вы нас всех?.. - Момент, - прервал его Кортни, протискиваясь в проход. - Сейчас вам все станет ясно, - добавил он уже из коридора. И сталь гермодвери гильотиной отсекла его от сгрудившегося в отсеке народа. Последовавший взрыв петарды, прикрепленной к заглушке системы герметизации отсека, был почти не слышен в основном корпусе корабля, так же как дьявольский свист и шипение воздуха, покидавшего отсек радиационной защиты. Может быть, кто-то из запертых в стремительно лишающемся атмосферы стальном ящике и успел вдавить в стену кнопку аварийной сигнализации, но та, заботливо отключенная колонелем еще час назад, исправно промолчала. Кортни промокнул платком чуть вспотевший лоб и, уже не заботясь о том, как он выглядит со стороны, бросился вниз - в стыковочный отсек, четко и по-спортивному преодолевая нагромождения искусственных препятствий, которыми были, с точки зрения профессионала-десантника, тесные проходы, коридоры и тамбуры корабля экстренной доставки "Констеллейшн". * * * - Старый Джентльмен - там наверху - привередлив, и трагедию в нашей земной юдоли любит основательно замешать на чем-то уморительно смешном. И наоборот... И вот так получилось, мистер, - Хенки облокотился на прилавок, перенеся на него весь свой вес, - и вот так получилось, что, пока у его товарищей в разгерметизированном противорадиационном отсеке вскипала кровь в сосудах, рвались легкие и лопались глазные яблоки, Русти в темноте рефрижераторной камеры занимался тем, что поднимал и опускал на вытянутых руках попавшийся ему под руку подходящего размера и веса бочонок. Выломал его из противоперегрузочных фиксаторов и "качал" что есть мочи. Чтобы не замерзнуть к хренам... Бочонок Русти действительно "качал" усердно. Немного согревшись, он вновь обрел способность связно мыслить и задался естественным вопросом: а в бочонке-то что? Вообще дубовый, на полсотни фунтов, в чеканных с рельефом обручах бочонок - не самый типичный груз из тех, что можно обнаружить в рефрижераторной камере космического корабля экстренной доставки... Он нашарил в кармане зажигалку, затеплил малый огонек и попытался прочесть, что же понаписано в маркировке столь необычного груза. Результат превзошел все ожидания. В бочонке оказался особой выдержки коньяк, адресованный Дж. У. Финчли, Портсбург, Нимейя. Кому что вез "Констеллейшн" на охваченную эпидемией планету. Кому - "Пепел", а вот Дж. У. Финчли заплатил за экстренную доставку ему еще и пяти галлонов отменного коньяка в именном бочонке. - Бывают такие чудаки, - комментировал этот факт Хенки, - бывают. То им коньяки подавай прямо из Метрополии, из Еревана или, на худой конец, с Прерии, то устриц с Океании, то фиг его знает чего еще с другого конца света. Так что деликатесные товары занимают, мистер, не последнее место в космических перевозках. Самое смешное - так это то, что, доберись "Костеллейшн" до Нимейи без всяких приключений, из-за того бочонка крупные неприятности у старины Русти непременно бы вышли. Потому что - сами, наверное, знаете - хранение и перевозка этой выпивки при низких температурах напрочь лишают ее букета или чего-то там еще такого. Знатоки в этом разбираются. Видывал я таких - готовы весь вечер в веселой компании просидеть трезвыми, как сволочи, только потому, что коньяк на стол им подали из холодильника. А Русти при погрузке не обратил внимания на спецификацию и определил все продовольственные грузы - в бочках они там или в контейнерах - в холодильную камеру. Как пить дать, пришлось бы неустойку платить, да Бог, как говорится, миловал. Всего этого Русти, понятно, не знал. Да если бы и знал, то плевать ему было на это. Дело шло о том, чтобы выжить в камере этой подлой. И действительно, речь шла о спасении жизни. Поэтому Русти, не задумываясь, решительным движением вышиб дубовую заглушку и приложился к содержимому бочонка. Алкоголь несколько прочистил его замутненные отчаянием мозги, и боцмана наконец осенило. Ощупью проложив себе путь к узкой лестничке, ведущей в нижний ярус камеры, он добрался до выхода в стыковочный отсек. Как и двери камеры, соединяющие ее с коридором второго уровня, этот выход тоже отпирался лишь извне, однако, в отличие от них, был представлен дверью гильотинного типа, механизм запора которой располагался не в промежутке между титановыми стенками корпуса, а почти открыто - внутри камеры, будучи изолирован от влаги и других воздействий только легким пластиковым коробом. Короб этот Русти снял довольно легко, слава Богу, предмет его мужской гордости - нож-универсал, на пари выигранный у стервоидного десантника, с которым боцман познакомился в довольно ужасненьком рейсе к Гринзее, был при нем (первый раз в жизни пригодившись по-настоящему), а вот, чтобы разобраться в электрической схеме сервопривода - в трепещущем свете время от времени пускаемой в дело зажигалки - ему потребовался чуть ли не час и несколько походов к заветному бочонку, содержимое которого он урывками закусывал подвернувшейся кстати палкой салями. Так что на место действия, развернувшегося за треклятой дверью, Русти явился в полной форме - выпив и закусив. * * * - Как это вам легко представить, мистер, "Леди Игрек" состыковалась с осиротевшим "Констеллейшн" без малейших затруднений, - подойдя к этому месту своего рассказа, Хенки привычно и горестно заломил бровь. - План Папы разворачивался без сучка и без задоринки. Вся неполная дюжина головорезов ждала своего выхода в переходнике ее стыковочного узла. Выход объявил Громила. Вы уже поняли, мистер, кто фигурировал под этим милым именем. - Готово! - провозгласил колонель Кортни. - В вашем распоряжении, ребята, двадцать одна минута на все про все. Очко Систему инактивировать невозможно. Можно только отсоединить, так что - торопитесь! Как говорится - кто не успел, тот опоздал. - Вы, двое, - распорядился Клаус, - помогайте полковнику с контейнером, а вы - на корпус. Подстрахуйте Борова. Вы... И тут стальная дверь за его спиной с дьявольским шипением стала отъезжать в сторону. Эффект был непредусмотрен сценарием. Клаус резко обернулся, вскинув перед собой ствол. Если бы глаза вырвавшегося из рефрижератора Русти не были застланы чудовищным - и справедливым, надо сказать, - гневом, то, прежде чем приступить к активным военным действиям, кроме этого дула "беретты", он успел бы заметить еще, по меньшей мере, четыре направленных на него ствола и тогда бы уж никаких действий вообще предпринимать он не стал. Но, на беду, он был настолько пьян, обморожен и разгневан, что действовал строго по инструкции. * * * "И можете, ребята, представить, как я обалдел, - рассказывал он завороженно вперившимся в него завсегдатаям заведения старины Хенки, - когда вместо дуралея Роба я вижу перед собой колонеля Кортни и чуть не дюжину гнуснейших харь, каких только природа понаделала, пока Бог был в отлучке. Ну так и смотрим, как бараны, - я на них, они - на меня. Ну, у меня с мороза, однако, реакция была что у твоего хоккеиста - да и то, если рассудить здраво я хоть на вид и не Рэмбо, а десятерых таких вот дегенератов все-таки стою". * * * Если рассудить здраво, то уже через пару секунд после своего драматического появления на сцене Русти полагалось быть изрешеченным почище, чем дуршлаг его любимой бабушки, с помощью которого он в далеком детстве изображал на потолке и стенах детской звездное небо. Однако неведомо откуда - из того же далекого детства, по всей видимости - взявшаяся отличная сноровка бросила его, сгруппировавшегося в довольно увесистый комок, под ноги нетвердо державшемуся на скользком стальном полу Клаусу. На ногах Клаус правда, устоял, но вот оружия своего лишился. Чертова "беретта", вышибленная из его рук, закрутилась по полу, а сам он, влекомый за правое предплечье и левое ухо твердыми ручищами Русти, превратился в живой щит, на миг продливший так нужное этому последнему мгновение растерянности бандитов. Кроме того, Русти подошвой тяжелого походного ботинка въехал в предохранительное стекло "общей тревоги", и весь корабль наполнился истошным воем сирен и квакающим улюлюканьем разнообразных сигнализаторов, предназначенных для того, чтобы довести до самого тупого члена экипажа тот факт, что с "Констеллейшн" приключилась очередная беда. И тут началось. Как в кинопостановке, одновременно отдернулись в разные стороны двери запасных ходов первой и четвертой аварийных систем, и в них ошалевшим взглядам нападавших предстали два работающих вовсю ствола один - парализатора повышенной мощности, которым довольно умело орудовал Федеральный Следователь, и второй - табельного "узи" дневального Роба. Пятеро бандитов выбыли из игры сразу - двое без малейших надежд в нее вернуться заново, "узи" есть "узи". Остальные, подняв руки, начали бьло нестройно тесниться к стене. Игра была проиграна. И тут... * * * "Да, Русти, - всегда вставлял в этот драматический момент рассказа своего приятеля о звездном часе его похождений старина Хенки, - десятка этих уродов ты безусловно, стоишь, но, дьявол побери, что тебе, Русти, было делать, когда пришел одиннадцатый?" В этом месте Русти, по сценарию, всегда с досадой ставил недопитую кружку на стойку. "Да никакой не одиннадцатый бандюга все под откос пустит! Снова ты путаешь, Хенки! - воскликнул он в сердцах. - Все дело порушила чертова сонливая падла!" "Чертова сонливая падла", наконец пронзавшая зенки после почти двух суток здорового сна, никому решительно на борту "Констетлейшн" незнакомая яркая блондинка лет двадцати с небольшим, с зубной щеткой в зубах, появилась из-за спины Федерального Следователя, была мгновенно ухвачена за шею колонелем Кортни и обращена в заложницу посредством вставления в ее ушную раковину дула пистолета. Русти, словно играя с противником в какую-то идиотскую карточную игру, демонстративно выставил перед собой зло огрызавшегося Клауса похоже, он пытался этой картой побить внезапно вылезшею на свет Божий "козырную даму" полковника. Но тот твердо знал ставки игры и спокойно кивнул парню слева от себя, а бандит, не моргнув глазом, разрядил "дуру" в спину своего - теперь уже бывшего шефа. - Падла, - проронил Клаус и отдал Богу душу. Русти спас бронежилет бандита, позволивший себя пробить только по одному разу. Блондинка укусила полковника и заорала благим матом - в помощь аварийной сирене. Колонель сдал ее на руки ближайшему из своей команды - тому, что помог ему решить проблему с Клаусом, - и переложил пистолет в другую руку. - Сэр?! - обратился он к Федеральному Следователю. Все решали доли секунды, тысячные, может, даже миллионные: многого ли стоила в получившемся раскладе бестолковая крашеная блондинка? Это - по сравнению с таким количеством "Пепла", которым можно было спасти или уничтожить население Федеральной Колонии? И все-таки реакция Кая была приторможена как раз на эту злосчастную долю секунды: он так и не вспомнил никогда потом - никто не может вспомнить таких вещей уже через секунду после того, как они произошли, - как кто-то из бандитов успел вскинуть свой ствол. Дальнейшее определила следующая идиотская случайность: выстрел пробил панель противометеоритной защиты - сразу за спиной Роба (пуля, верно, прошила его плечо). Русти, оказывается, немного преувеличивал прочность проклятой железки: несколько кубометров ярко-красной, мгновенно застывающей пены выхлестнуло в отсек, прежде чем кто-либо из "игроков" успел сдвинуться с места. - Ребята, как у вас там? - спросил по рации Боров. * * * "Так, из-за проклятой шлюхи они нас всех и скрутили, - пояснял Русти в этом месте и подкреплялся любимым "Будвайзером". - Всегда, честно говоря, знал, что нет на земле иных бед, чем от баб, но так, как нас доктор Ульцер задницей в лужу посадила, так старину Русти в жизни никто не сажал". Что и говорить, удовольствия в этом не было никакого: у банды еще оставалось в запасе с десяток минут, а пассажиры "Констеллейшн" были согнаны в стыковочный отсек, где присоединились к Каю и Русти, которым удалось-таки вовремя уклониться от струй идиотской замазки, и к Робу, застрявшему в ней, словно муха в кексе. Все - кроме утратившего подвижность Роба - были энергично повернуты носом к стенке и небрежно обысканы. С Русти тут приключилась запинка. - Руку, руку с пупка убери! - распорядился взявший на себя командование колонель Кортни и сам походя рванул ворот боцману, затем завернул ему руку за спину, и на пол - ко всеобщему вниманию собравшихся - грянулась обычная магнитная карточка - из тех, что постоянно болтаются по карманам у делового народа. - Нет!.. Нельзя!!. - попытался воспротивиться Русти изъятию у него этого сокровища и даже цапнул за палец бандита, завладевшего-таки "Магниткой", не хуже, чем давешняя блондинка - полковника. Схлопотал поддых и в зубы, и продолжил клясть татей уже с франко-португальским прононсом: в нос и отчаянно шепелявя. Чем только дьявольски заинтересовал полковника. Тот взял услужливо протянутую ему находку и секунду задумчиво рассматривал ее, досадливо морщась: возможно, агрессивная баба до того, как получить укорот, впрыснула-таки ему в укус какой-то сугубо специфический, исключительно бестолковыми стервами выделяемый яд. - Вали на корпус, - распорядился он одной из уцелевших "шестерок". - Поддержишь Борова. И пусть он разберется с этим - до того, как мы отвалим от этой посудины, - колонель небрежно бросил подручному столь дорогой для Русти красивый кусочек пластика. - Может, на борту есть еще что-то стоящее... Вот пусть Боров и разберется, покуда ему делать нефига. Бандит схватил карточку и поспешно рванул в тамбур. На секунду в переходном отсеке только и были слышны завывания сигнала тревоги да ругательства раненого Роба, пытавшегося высвободиться из герметизирующей пены. Да еще Боров по рации осведомлялся - который уж раз - "как там у вас, ребята?" Колонель подошел к влипшему в пену Робу, который не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, и с видимым удовольствием избавился от источника досаждавшего ему шума, разрядив в него осиротевший пистолет покойного Клауса - благо "пушка" валялась под ногами. Белокурая дура ужасно завизжала второй раз. - Все в порядке, - успокоил Борова колонель. - Принимай человека - но только одного - у нас здесь убыль в личном составе. Так что считай - твоя доля возросла. Вдвоем справитесь? А ты и ты, - это относилось уже к тем из присутствующих, что нервно поигрывали своими стволами, - марш в пассажирский отсек - одного черта тут не хватает все-таки. Объявите по интеркому, что мы стравим давление во всем корабле. Вылезет как миленький, - колонель снова поморщился, глянул на укушенную ладонь и, зло зыркнув на отчаянно отбивавшуюся от изо всех сил удерживающего ее бандита пленницу добавил. - Угомони ее наконец, парень! А вы, - он повернулся к основной массе пленников, - пожалуйте сюда господа. С иронической услужливостью он отворил перед ними гермодверь мини-тамбура отделяемого отсека. - По крайней мере, господин Федеральный Следователь, вы не покидаете вверенный вам Груз, - добавил он вслед Каю. Тот согнулся в три погибели и вслед за Русти полез в стальной ящик, не обернувшись на язвительное замечание. Драматических эффектов люди Управления не ценили, и Кай Санди не был среди них исключением. Не прошло и трех минут, как последний из боевиков втолкнул в отсек последнего из пассажиров сжимая в затянутом в черную кожу кулаке ручку своего так и оставшегося его неизменной принадлежностью титанового кейса, перед набившимся в полузатопленном дурацким пенопластиком отсеке народом предстал полковник медслужбы Маддер - смертельно бледный, но по-прежнему абсолютно невозмутимый. - В гальюн забился, сука! - доложил боевик, вытаскивая из пристегнутых к поясу гермокостюма ножен десантный виброштык и намереваясь отсадить кисть Колдуна, затруднявшую отнятие черного чемоданчика. - И табличку вывесил "Неисправно. Ремонт"! Хитер, зар-р-раза! А кейс не отдает. Ключ проглотил, кажется. Или в сортир спустил - не признается. - Вам это не пригодится, - не повышая тона, но необыкновенно доходчивым, сверлящим голосом сообщил колонелю Колдун. - Без этого, - он деликатно постучал пальцем свободной руки по своему впалому виску. - Интересный подвернулся кораблик, - отметил колонель, жестом показывая боевику, что не стоит "портить товар". Тот понятливо, энергичным толчком отправил пленника вслед за Каем. Чертов чемоданчик больно пришелся по коленке коренастой брюнетке. Та непарламентски прошлась насчет манер новейшего времени и последней дала втолкнуть себя в тамбур контейнера. С дьявольским мявом, вымахнув неведомо откуда, вскочив по дороге на плечо одного из татей и располосовав на ходу когтями физиономию другому, через отсек пронеслась верная Марго и отважно кинулась в темный проем - разделить судьбу своего хозяина. И гермодверь захлопнулась за девятью заложниками. За десятью. * * * - Готовы, ребята? - спросил с корпуса Бишоп. - Петер закрепил лебедку на корпусе. Начинаю отводить затвор. - Готово, - спокойно отозвался колонель, задраивая гермозапор разгрузочного тамбура суперконтейнера. - Действуй по счету "три" - и побыстрее - в контейнере девять рыл и кошка, а кислород им не подведен. Еще задохнутся. - А-а-а экипаж? - чуть растерянно осведомился Боров. - Ведь договорились брать их. - Не управимся. Нас слишком мало, - сухо оборвал его полковник. Боров заткнулся. Можно было подумать, что масштаб предстоящей мокрухи потряс его. Но это было не совсем так. Колонель энергично скомандовал своим. - Задвинуть шлемы! В укрытие! Налетчики, выполняя приказ, торопливо полезли в пассажирский отсек. Никто и не подумал оттаскивать за собой обездвиженных зарядами парализатора подельников. На той войне, на которую они нанялись, не было раненых - только живые и покойники. Доля выигрыша, что приходилась на покойников, доставалась живым. До срабатывания панели самоуничтожения Груза оставались считанные минуты. Послушно и надрывно - по счету "три" - взвыли сервомоторы силовой лебедки, и титановая "лапа", не без натуги срывая замки, отодвинула подвижную плиту корпуса в сторону. С мгновенно затихшим звонким шипением воздух покинул отсек. Тускло мерцающая звездами бездна разверзлась в расширяющейся щели покореженного корпуса. И в эту щель пороховые ускорители, укрепленные Кортни, вытолкнули гигантский сундук без надписей на боках. На миг движение стальной туши контейнера замедлилось: последние - на точечной сварке - крепления прочно удерживали панель с зарядами самоуничтожения на его задней стенке. Принайтованная к стенам дока панель сопротивлялась напору ускорителей как могла. В отсеке творился ад кромешный. Пламя упиралось в стены. Горел пластик горели скафандры погибших, горела их плоть. А потом - одно за другим, со звонким, бьющим по ушам звуком, пронзившим весь корпус корабля, крепления лопнули, и громадный закопченный стальной параллелепипед, словно снаряд из пушки, вырвался из искалеченного тела "Констеллейшн" в пустоту и мрак. * * * - Я чувствую себя лягушкой в мяче, - хмуро констатировал Жан Лемье свое понимание ситуации, сложившейся в тесной железной коробке, освещенной изнутри только фонариком, который до поры бесполезно болтался на поясе Федерального Следователя. Впрочем, лучше бы он погасил его - в зеленоватом свете галогеновой лампочки и без того далеко не радостные физиономии пленников выглядели совсем уж жутко. Исключение составлял, пожалуй, только сам Лемье - его лицо выражало стремление всеми силами утешить и успокоить свою четвероногую спутницу. Это не давало ему впасть в отчаяние. Впрочем, еще физиономия доктора Маддера не выражала никаких эмоций. Но тем она и была особенно жутка. Колдун хранил напряженное молчание. Толчки и неожиданные подвижки на какое-то время стихли. - Становится душно, - проронила в наступившей тишине удачно заклинившаяся между опорными скобами по-боевому настроенная брюнетка. - Я готова была отдать Богу душу на Нимейе при исполнении своего долга, но вот так - на манер сардины в банке - нет. Господь несправедлив! И все из-за того, что на корабле оказалась кошка! - Ушпокойтешь, мишшь Ульцер, - попытался утешить ее Русти. - Ешшли бы они хотели умершвищщь нас, то они бы наш прошшто рашштреляли. - Мисс Ульцер не нуждается в успокоении, - ледяным тоном сообщила давешняя блондинка, пытаясь даже в сложившейся обстановке поправить что-то в своей прическе. - Я совершенно спокойна. И оставьте в покое бедное животное - это же глупое существо. В металлический бок контейнера что-то с силой. Ударило, и он загудел - низко и угрожающе. Все замолкли. - Эшто как? - недоуменно уставился Русти на брюнетку. - Ражве вы не Генриетта Ульцер. - При крещении меня нарекли Эльзою Шарбогард, - просветила его собеседница. - А фрейлейн Ульцер находится визави профессора Лемье. В стену контейнера опять что-то бабахнуло раза четыре подряд, что помешало фрейлейн с надлежащим достоинством представиться честному народу, набившемуся в тамбур. - Так какого ше дьявола вы шебя за нее выдавали? И еще пошелилищщь в ее бокше? - возмутился Русти, словно именно в этом крылся источник обрушившихся на "Констеллеишн" бед. - И вообще, - теперь он уставился на прихорашивающуюся фройлен, - кой шерт принеш ваш в штыковочную в шамыи неподходящий момент? - Фрейлейн, видите ли, терпеть не может розового цвета, - взяла на себя инициативу Эльза с невыговариваемой фамилией. - А мне на это ровным счетом наплевать. Вот я и заняла четвертый бокс, а фрейлейн Ульцер - пятый. Там все - хаки. Я и не думала называться чужим именем, вы просто... - А в самом деле - начал Кай, прервался на секунду из-за очередного "бум-м-м-м!!!" в стенку и продолжил, - зачем вам понадобилось врываться в стыковочную, когда там шла стрельба? - Со страху, - пояснила белокурая Генриетта. - Я только что смыла ночную витаминную маску и начала чистить зубы. Когда заорала эта ваша тревога и все начало пищать, квакать, мигать светом, я и кинулась по направлению этих как там они у вас называются - ну, такие стрелы по всем переходам, которые загораются и гаснут. - Нишего умнее вы шделать не могли! - раздосадованно зашепелявил Русти. - Проблешковые укажатели покажывают направление на отшек, из которого подан шигнал оповещ-щ-щения. Это - не для паш-шажиров! Это для охраны! А вам по инштрукции полагалось жакрепиться в противоперегружочном уштройштве - на лежанке на вашей то ешть, и ждать дальнейших рашпоряжений! - Все равно я оказалась бы здесь, - расстроенно возразила доктор Ульцер. - Это еще как шкажать! - зло встрепенулся Русти. - Боже, что они с нами делают! - охнула Эльза. И было от чего - пол камеры (он же пототок, или любая из стен, в условиях невесомости) дернулся, поехал куда-то в сторону, и чертову каталажку стало к тому же закручивать вокруг ее оси. - Это были магнитные присоски, - прикинул док Сандерс. - Эти удары по корпусу. Бандиты нас заарканили и теперь буксируют к своей посудине. - Дышать уже почти нечем. Скорее бы пришвартовали и выпустили, - наивно прощебетала скисающая на глазах белокурая Генриетта. - Вы думаете, в заложниках у этих бандюг нам будет значительно лучше? - подал наконец голос кто-то из близнецов-альбиносов. - Бедного боцмана отделали по первое число. Боюсь, что и всем нам, грешным, достанется прикладом в зубы. - Кстати, - "Меня зациклило на "кстати", - подумал Кай, - кстати, Русти, за что это вы вздумали бороться, как лев? Что там было - на вашей магнитке? Копия бортовою журнала? Ведомости зарплаты за десять лет? Страховой полис? Задавал он эти вопросы больше для того, чтобы отвлечь себя от мысли об устройстве самоуничтожения. Которое должно было вот-вот сработать. И сделать свое дело. Или нет. Русти рассеянно приоткрыл расквашенный рот и вдруг, выпучив глаза, захихикал. Довольно по-идиотски. Принимая во внимание обстоятельства, можно было подумать, что нервы у бедняги не выдержали. - "Ш-шпиллер" - выдавил он сквозь мученическое прихихикивание - "Шпиллер" * * * "Понимаете, - говорил Русти много позже своим внимательным слушателям в заведении Хенка, - как стали меня обыскивать эти, - тут эпитеты, характеризующие людей Папы, варьировали - так меня и осенило". Осенило его, честно говоря, немного позже. Именно сейчас - в предбаннике суперконтейнера. - "Шпиллер" - бессмысленно повторял Русти - "Щпиллер". * * * - Хорошая работа, Черник! - похвалил Петера Боров. - Пролезай в причальный узел и подсоедини воздухопровод к патрубкам. Не хотелось бы потерять заложников. Я приму ребят с корабля. Он, неудобно задрав голову, убедился, что ярко-оранжевая фигурка напарника скрылась в башенке стыковочного устройства "Леди Игрек", и осведомился по рации. - Ну как там у вас, ребята? - Выходим в стыковочную, - чуть сдавленным голосом - время поджимало - отозвался Кортни. - У тебя все готово? Без сюрпризов? - У меня-то - готово. А вот вы-то, ребята, свое дело помните? - строго парировал столь нелепое подозрение Боров. - Программа на возвращение в бортовой компьютер загружена? Или за двадцать суток полета там у вас еще, как говорится, конь не валялся? Тон папаши-покровителя очень шел ему, скрадывая даже полную неуместность заданного вопроса. Этим приемом Боров часто пользовался и всегда - с гарантированным успехом. - Не беспокойся, - заверил его колонель, - покатим домой как на рельсах - Ну что ж, - вздохнул Боров и отключил прием - не стоило слушать то, что пойдет в эфир теперь. - Мне очень жаль, ребята, что ваша гнедая сломала ногу. Он отжал кнопку выносного пульта, и лапа лебедки обратным ходом задвинула подвижной плитой корпуса проем, пропустивший через себя трехсоттонный контейнер с "Пеплом". Взглянул на часы до срабатывания зарядов оставалось меньше двух минут. Он не стал смотреть, как на поверхности металла начали появляться вмятины от выпущенных изнутри пуль. Игра была сыграна. Оставалось зачистить мелочи. Боров запустил ранцевый двигатель, и к тому моменту, когда он преодолел небольшую бездну, отделявшую его от шлюзов "Леди", "Констеллейшн" тряхнуло изнутри. Часть выхлопа взрыва, сорвав какие-то заглушки, ударила в пустоту, закрутив угловатую тушу корабля вокруг оси - выжженную скорлупу обитаемых и грузовых отсеков и не шибко пострадавший блок силовой установки и двигателей. Ничего живого уже не было в этой, покрывшейся цветами побежалости руине. * * * - Ну как там? - спросил Петер, довертывая вентиль патрубка воздухопровода и кивнув на стенку разгрузочного тамбура суперконтейнера. - Зашевелились. А то я уж думал, что приморили мы заложничков. Как там ребята? - Посмотри сам, - Боров кивнул на проем люка и, подождав, пока Черник, подтянувшись за фал, направит себя туда, выстрелил ему под стык шлема с воротником скафандра. Черник дрыгнул ножками и продолжил свое движение в открытый Космос уже обмякшей куклой, мертвой, как дверная ручка. Боров, констатировав, что работа и тут сделана чисто - вся кровь осталась в скафандре и не придется тратить время на отмывание тамбура и гермокостюма, задраил шлюз, включил сервопривод и проследил за тем, чтобы переходник суперконтейнера был герметично поджат к шлюзу "Леди". Потом окончательно подровнял давление в системе воздухопроводов и, не торопясь впускать пленников в корабль, поднялся в рубку - пора было заняться предполетной подготовкой. Он даже не стал выглядывать в иллюминатор, чтобы бросить последний взгляд на ставший братской могилой разбойников и их жертв остов "Констеллейшн" и болтающегося в стороне от него - отправленного в "автономное плавание" Петера. Все это было уже в прошлом. Останки и обломки могли теперь годы и годы продолжать свое бесконечное падение в фиолетовое зарево огненных океанов Фомальгаута - Эрику Бишопу предстояла другая дорога. * * * Мечтательно вздохнув, Эрни снял шлем. Торопиться больше не имело смысла. Настало время продумывать каждый шаг если он не оступится сейчас, то впереди - только приятные заботы о том, как распорядиться той горой баксов, что теперь безраздельно принадлежит только ему - Эрику Бишопу по кличке Боров. Кому-то может не нравиться такая кличка, а вот по нему - в самый раз... Ведь унижает она вовсе не его - человека, шестой год работающего на Папу, - а тех, кому придется теперь лизать его в пояс и ниже: "Боров приказал", "Боров заказал", "Боров - то, Боров - это"... "Извольте приготовить для господина Борова чистую салфетку - только льняную, никакой синтетики! - и не забудьте подтереть ему задницу..." Вот так будет теперь! Бишоп вздохнул еще раз - чуть менее мечтательно. Конечно, если Папа и не приказал открытым текстом "зачистить" "Леди" после выполнения операции, то подразумевал это. Во всяком случае - останется ему, Борову, за это благодарен и не забудет пропорционально увеличить его долю. Неплохо было бы "пробросить" на этом деле и самого Ядовитого Франческо, но эти пустые мечтания слишком опасны. - Боров мгновенно откинул их в сторону, - мимо Папы не проскочишь. Впрочем, в рукаве у него неплохой козырь, о котором Папа и не догадывается: дурень Чикидара и клад Рыжих! Только бы не проколоться на какой-нибудь идиотской мелочи. Будет обидно. Поэтому - осторожность и еще раз осторожность! Особенно при работе с заложниками - их без малого десяток, а он - бедный, маленький Боров - один на всю "Леди". Так что в отсек к ним - ни ногой. Уж он-то знает, каким хитрым и находчивым может оказаться человеческое отродье... А пока - пусть помаринуются при "Пепле". Это полезно. Он снова вздохнул, на этот раз тяжело, и стал стягивать с себя гермокостюм. Какая-то дребедень шлепнулась на пол из остававшегося расстегнутым наколенного кармана, когда он начал закреплять скафандр в держателях. Та самая мелочь, на которой ему предстояло проколоться: магнитная карточка. Та, что через покойника Петера передал ему покойник Кортни. Надо глянуть, что их заинтересовало там... Проходя через "бытовку", Боров сполоснул лицо холодной водой и протер лосьоном - отменную дрянь держал у себя на борту Чики. Прихватил из холодильника банку "Карлсберга" и, поднявшись в рубку, поудобнее устроился в командирском кресле. Отхлебнув пива, сунул карточку в щель вспомогательного терминала. Дисплей сообщил ему, что на карточке "сидит" единственный, средних размеров файл: "Шпиллер" - игровая программа. Пожав плечами, Боров на пробу запустил игрушку. На экран вылез колоритный, прекрасно сработанный мультипликаторами старый дед и затрещал симпатичной потертой колодой карт. - Сыгранем, братишка? - предложил он низким басом. - В другой раз, папаша, - с ироничной брезгливостью ответил Боров, отключил терминал, вытащил из него карточку и, не глядя, бросил ее в мусороприемничек по правую руку от командирского кресла. После чего перевел взгляд на главный экран. С экрана ему ухмылялся старый картежник. - Нехорошо бросать, коли уж начал, - попенял он Борову. - Партию-другую - и порядок! Как только твоя возьмет, так и быть, отопру тебе твой компутер... Начали? Боров был достаточно грамотен, чтобы понять, на что он нарвался. Когда главный терминал начинает вот так шутить, это означает, что бортовому компьютеру - крышка. Вирус. Очередной! Подлыми безмозглыми скотами сочиненный вирус, который не "взяла" старенькая защита ворованного софтверва, что установил на "мозгах" своей "Леди" экономный сукин сын Чикидара. Ставшими враз непослушными пальцами он начал набивать на кейборде команду на загрузку маршрутной программы - экран главного терминала "икнул", но и не подумал очиститься. - Напрасно ты это... - с укоризной посетовал чертов фантом с колодой. - Пара сетов - и готово! Не обижай старика Шпилли. А то - расстроюсь и снесу вам весь "винт" к едрене кочерыжке. "Винт" на "бортовике" "Леди" был, конечно, чисто виртуальный - подвижных частей корабельная электроника избегала, но вот угроза стереть все хранящиеся на нем программы представлялась Борову вполне реальной. Подумав, он ткнул пальцем в Y - йес, мол, согласен... - Это ты зря, - успокоил его старый картежник. - Старина Шпилли и с голоса команды принимает... Сдаю, значит, сдвинь... Курсорчиком, курсорчиком... Через четыре часа Боров поднялся из кресла и стал долго и ожесточенно бить ногами ни в чем не повинный мусороприемник, в недрах которого бултыхалась коварная магнитка и пара еще Чики оставленных окурков. Потом сел на ручку кресла штурмана и обхватил голову руками. В карты ему сегодня не везло. И, получается, не только в карты, черт побери!!! Мобилизовав все свои не слишком обширные знания в области программирования и вычислительной техники, Бишоп угробил еще половину рабочего дня на попытки сладить со злокозненным Шпили. Тот меланхолично перетасовывал на экране свою колоду, периодически нахально предлагая перекинуться еще парочку сетов то в "Покер", то в "Канасту". И намекал, что готов "отпереть машинку", но только после того, как его партнер одержит над ним, Шпилли, честную победу... Борьба была бессмысленна. Собственные навигационные знания Борова позволяли ему более или менее толково оперировать полетными программами, но именно к ним и закрывал доступ чертов вирус. Что до навигации вручную - тут познания Эрни равнялись нулю. Оставалось одно - думать. Чтобы не видеть больше гнусную рожу Шпилли - экран главного терминала не мог быть выключен ни при каких обстоятельствах, - Боров спустился в бытовой отсек, вынул из кладовки бутылку текилы и одним глотком ополовинил ее. Это основательно помогло его мыслительному процессу. "На борту у меня почти полный десяток людей с "Констеллейшн", - прикинул он. - Не может быть, чтобы никто из них не фурычил в астронавигации. Даже новичок из провинциального училища должен уметь вручную дотянуть такую классную посудину, как "Леди", до Брошенной. А там уже пойдет другая игра. Конечно, если дать им свободу, то непременно кто-то попытается подать SOS, но для того, чтобы врубить чертову подпространственную связь, надо привести в действие главный энергетический ресурс корабля. А он - точно так же, как навигационная система, - поставлен под управление с "бортовика". Другое дело, если среди этой компании найдется кто-то, кто сможет сладить со Шпилли. Например, та скотина, что подсунула дураку колонелю проклятую магнитку. Ба! Действительно, он должен быть в тамбуре контейнера - вместе с остальными заложниками, этот дегенерат, что таскает по карманам такие вот подарочки. Тогда соотношение сил может радикально измениться. Но все равно мимо Брошенной они не проскочат - там как-никак главный запас топлива и все такое. Да и полетная программа составлена именно в расчете на транзит через Брошенную... Нет - шансы выкрутиться есть. Есть шансы. Военная хитрость - вот что требуется тебе сейчас, Эрни.." Боров допил текилу, потратил с час на то, чтобы рассовать по надежным тайникам оружие, поколдовал с радиопередатчиком, сунул в наплечную кобуру "томпсон" попаршивее и пошел в стыковочный отсек - сдаваться. * * * - Вот так, не имея на руках даже перочинного ножичка, Русти положил на обе лопатки целую уймищу самых серьезных мужиков из всех, которые только брались чистить кораблики в нашем секторе, - не без гордости за своего постоянного клиента завершил Хенки эту драматическую часть своего рассказа. - Ну, конечно, дело не обошлось и без мистера Санди. Русти так и говорит, что без него у них все могло сорваться в любой момент, если бы не геройское его поведение - не Русти, в смысле, а Следователя. Напрасно вы усмехаетесь, мистер Русти этими, как их, эпитетами, просто так не бросается. Ежели он сказал мне, что Следователь проявил себя геройски, значит, так оно и было. Хотя я понимаю - храбрецом не каждому дано быть - мы люди грешные, иногда и в штаны наложим - взять хотя бы того парня с "Леди Игрек", с фамилией такой мудреной. Ведь как потом он Ржавому рассказывал, чудом тогда гибели избежал - когда ядерный энергоблок рванул. Только и спасло парня, что ножовка острая рядом случайно оказалась да флаер заправленный. * * * Флаер, как Боров и обещал, был и вправду заправлен. Честя на всех ему известных диалектах и тупую пилу, которой за шесть - как потом ему казалось - минут до взрыва, обдирая в кровь пальцы, Чикидара еле-еле успел перепилить перемычку цепи дьявольски прочных наручников, и флаер, с кем-то переделанной панелью управления, в которой ключ зажигания почему-то оказался по другую сторону штурвала, и, само собой, лучшего друга детства - проклятого Борова, - Чики за минуту до взрыва поднял машину над землей и с трудом успел набрать хоть какое-то подобие крейсерской скорости. А потом позади оглушающе шандарахнуло, и ударная волна догнала и легко, словно сухой лист, взметнула вверх хрупкий летательный аппарат Флаер перевернуло и подбросило так, что Чики чудом удалось выровнять и удержать в воздухе машину, которая на короткое время почувствовала себя стратосферным истребителем и попыталась вести себя соответственно. И только потом, захлебываясь от сухого, раздирающего грудь кашля, Чикидара понял, что дышит разреженным воздухом планеты, которым, в общем-то, дышать не следовало бы - присутствие в атмосфере паров аммиака в сочетании с почти полным отсутствием влаги не очень благоприятно действовало на легкие. Да и кислорода в здешней атмосфере было маловато - процентов пятнадцать от силы, если не меньше. Вспомнив, что вот-вот с угрюмых, залитых фиолетовым, трепещущим сиянием небес посыплется выброшенная в них дьявольским взрывом начинка ядерного энергоблока, Чикидара судорожно задвинул фонарь кабины и как мог затянул рычаги герметизации. Потом потянул за ручку "бардачка", извлек оттуда кислородную маску - разумеется, на размер меньше, чем надо бы, как же иначе - и судорожно сделал глубокий вдох, просто прижимая загубник ко рту. Жизнь вместе с воздухом постепенно возвращалась в его истерзанное тело, а мозг вроде бы возобновил нормальную мыслительную деятельность. Итак, если верить Эрни - хотя верить этой сволочи теперь, получается, нельзя, - Боров вернется сюда через день-два. За это время Чики должен выковырять клад Рыжих ОТТУДА, и тогда... Тогда надо будет думать, как выбраться живым из ситуации, когда, будучи держателем клада, он станет желанной мишенью как для людей Папы, так и для своего комрада. А если Чики клад не выковыряет? Тогда Боров его уж точно пристрелит, зараза. С досады. Впрочем, скорее всего тогда пристреливать будет просто некого. Боров воображает, видно, что клад просто прикопан в укромном распадке между заброшенными могилами первопроходцев, - как бы не так. Более жуткого места, чем то, где Рыжих угораздило запрятать свой клад, и выдумать было трудно. УР он и есть УР. Чики с ожесточением сплюнул густую, с кровью пополам, слюну и принялся мучительно соображать, как ему выпутаться из того дерьма, в которое его в очередной раз ввергла придурковатая фортуна. Чикидара отвлекся от трансцендентных размышлений и посмотрел вниз. Там, за стеклом фонаря кабины, торопливо бежали назад невысокие холмы, покрытые где - тонким слоем снега, где - чахлыми побегами чего-то вроде пустынного багульника или иссиня-зелеными пластами ядовитого ленточного лишайника. Короче - картина здешней природы глаз особо не радовала. Угрюмая, прямо скажем, была картина. Брошенная она и есть. Брошенная - чудовищно удаленная от родного Фомальгаута планета - умудрялась отапливать свою атмосферу, отсасывая энергию магнитного поля быстро вращающейся звезды и сжигая ее в негаснущем, ионосферном разряде, заливавшем поверхность Брошенной мертвенным, вечно дрожащим светом. Феномен, до крайности интересовавший физиков и наблюдавшийся, правда, в совсем иных формах - еще только в проклятом Богом, загадочном Мире Молний. Сам же Фомальгаут, пронзительно-ледяной иглой вогнанный в здешний небосвод, только каким-то недобрым блеском отличался от еще нескольких, почти равных ему по яркости звезд, пробивавших своими лучами трепещущее в небе марево фиолетового плазменного пламени. Как ни странно, светом этого скудного, неровного огня умудрялись перебиваться несколько десятков видов организмов, которые экзобиологи числили по графе "флора" Фауна же Брошенной была представлена только мифическими Пушистыми Призраками, завезенными якобы сюда с Шарады. Сам Чикидара ни одного из них никогда сроду не видел, за что только благодарил Бога - такая встреча считалась отменно дурным предзнаменованием. Всего здесь было в обрез. Край вечной магнитной бури и удушающе низкого содержания кислорода в атмосфере - достаточного, чтобы не отдать Богу душу сразу, но и не позволяющего протянуть долго. Чтобы такая жизнь и вовсе не казалась медом, букет газов, составлявших местную атмосферу, удачно дополняла солидная доза аммиака. Того из лишенных по какой-либо причине кислородной маски гостей Брошенной, кого слишком долго не могла вогнать в гроб хроническая гипоксия, добивала прогрессирующая эмфизема. Что и говорить, райское это было местечко. Тем не менее, Империя воздвигла в этих неуютных краях несколько мощных, роботизированных производственных комплексов, содержать которые Директории оказалось не по силам, и теперь гигантские громады мертвых корпусов этих технологических монстров украшали самые неожиданные уголки здешнего ландшафта. Легенды о сохранившихся в их подземельях запасах дорогостоящего сырья, оружия или просто валюты, пережившей все пертурбации истории истекшего века - баксов Метрополии и строжайше запрещенных к обращению и потому особенно ценных самоумножающихся "листьев золотого дерева" из Мира Ку, - привлекали к ним авантюристов со всего Обитаемого Космоса. Ландшафт местами украшали остовы посадочных модулей кораблей кладоискателей и изыскателей, искавших здесь в былые времена упомянутые выше несметные сокровища, но нашедших только собственную гибель, - военное производство, даже поставленное на консервацию, умело защитить себя и свои секреты. Плохая планета с дурной славой. И вдобавок ко всему на ней Чикидару вот уже второй раз подряд пытались убить. * * * Все - и собственный здравый смысл, в первую очередь - предупреждали его, что связываться с компанией Оранжевого Сэма - просто изощренно-глупая разновидность самоубийства, но очередной взнос "Гартману и Уиндему" за аренду "Леди" было необходимо платить сейчас. Или уж не платить никогда больше. Конечно черта с два "Гартман и Уиндем" когда-нибудь еще увидят эту посудину в своем стойле. Да и не хотят они ее там видеть - вряд ли их явно липовая контора наскребет в своих закромах достаточно баксов, чтобы оплатить хотя бы месяц простоя судна такого класса (как и откуда оно попало в их распоряжение - вопрос темный) Чикидара знал, что с "Леди" он не расстанется. Однако переходить из категории систематических должников в таковую профессиональных угонщиков со всеми вытекающими из этого осложнениями ему вовсе не хотелось. Да и сделка, предложенная ему почтенным Самюэлом Кови, выглядела сперва вполне невинным космокаботажем. Если не считать что каботаж на орбите Брошенной преследовался на равне с прямой уголовщиной. Впервые он почуял недоброе, когда поймал нацеленный на него, Чикидару, сумеречный взгляд Чорри - Рыжего Гиммлера - взгляд палача, оценивающего, какой длины веревку подобрать для клиента данного роста и веса, чтобы вышеупомянутый клиент ее не оборвал, но и не трепыхался в петле без дела битых полчаса. А когда тот как-то раз, не спуская с Чики этого, вызывающего озноб взгляда, еще и сотворил знакомый всем, кто более или менее хорошо знал Чорри Лумиса, жест словно снял невидимую паутину со своего узкого, на ацтекскую маску похожего лица. На долю секунды пальцы Чорри всегда задерживались на длинном - через веко и угол рта пересекающем все его лицо - шраме. Скверный был это жест. Ничего хорошего не предвещавший. Это было еще в самом начале полета. Холодок пробрал тогда спину Чикидары он совершенно неожиданно задумался над тем обстоятельством, что каждый из Рыжих оттрубил в свое время не один год за пультом управления космических судов самого разного пошиба и, случись чего, не моргнув глазом заменит его - Чики - в командирском кресле "Леди". И то, что коды запуска основных групп полетных программ этого суденышка знал только он сам - арендатор и командир-пилот, - могло обернуться только излишним пристрастием людей Оранжевого Сэма при допросе несчастного хранителя всех этих беспомощных секретов, если уж они решат взять его в оборот. Еще хуже была только одна привычка Рыжего Гиммлера - поигрывать стальными шариками-подшипниками, что в изобилии водились у нею по карманам. С виду - безопасное чудачество. Но только не для тех, кому посчастливилось словить такой шарик в висок лоб или затылок. Эту манеру Чорри Лумиса расправляться со своими жертвами хорошо знали в Секторе, и привычка его пассажира постоянно перекатывать между пальцами три-четыре увесистые поблескивающие сферы - черт его знает, как ему удавалось удерживать их в одной, пусть даже очень широкой ладони, - радости Чикидаре отнюдь не доставляла. Говаривали, что у Чорри неплохой талант гипнотизера, и у того, кто засматривался на перекатывание сверкающих шариков, потихоньку ум заходил за разум, что только облегчало Чорри дальнейшее. Разное говорили. Во всяком случае, в метании шариков Чорри тренировался систематически, переколотил на борту "Леди" массу предметов, к тому не предназначенных, и держал в состоянии постоянного ожидания удара своим снарядом несчастную Марго - числившуюся за ним невероятно рыжую и невероятно озлобленную кошку, доставлявшую Чикидаре все неприятности, которые только можно ожидать от такого рода зверя, помещенного на борт космического судна, и еще множество - совершенно неожиданных. Косвенно опасения Чикидары подтверждало и то, что сразу после старта наглая рыжая свора стала вести себя на "Леди" по-хозяйски, не обращая на Чики больше внимания, чем он того заслуживал. Никто и не думал убирать со стола в кубрике остатки когда попало устраиваемых попоек и сеансов жратвы. Из не слишком обильных запасов Чики рыжие падлы брали все, что хотели и когда захотели. Притом всегда и все бросали на столе недоеденным и недопитым. Ни о каком дежурстве по кораблю или хотя бы по камбузу и речи не заходило. Оранжевый Сэм почти всю дорогу сидел запершись с хитромудрым Чорри в самом комфортабельном - "для ОВП" - боксе "Леди", производил там немыслимое количество вонючих, в крошево разжеванных сигарных окурков и обмозговывал со своим верным пособником какие-то стратегические планы. Выходил он оттуда лишь раза два в день, когда то Стив Гогиа, то буйный Пот Стек начинали чистить морду невозмутимому Ингеборгу. К подобной неприятности флегматичного Йенса приводили его подобный компьютеру, вечно трезвый холодный аналитический ум да еще пристрастие к карточной игре. Йенс Ингеборг не был шулером - он просто очень хорошо умел играть. Почти так же, как палить из "дуры". Йенс никогда не мазал и почти никогда не проигрывал. В результате уже к середине полета почти по половине еще только в проекте означенной доли трех из шести Рыжих обратилось в долговые расписки, на него, Йенса, выписанные. Стив и Пол этого вынести не могли и лезли в драку, а Лейшмановски - Польский Лис только ругался по-славянски и наливался черной злобой. Все больше и больше, что само по себе не предвещало ничего хорошего Сэм, обыкновенно, бил морды обеим сражающимся сторонам - так что в сумме Йенсу перепадала тройная доза этого воспитательного воздействия, - затем выпивал баночку "Гиннеса" и вновь уединялся с Рыжим Гиммлером. Созданию дружеской, раскованной атмосферы на борту "Леди" все это, само собой, способствовало мало. В свободное от проигрывания Йенсу все новых и новых - виртуальных пока что - запасов валюты Пол неустанно тренировался в боевых искусствах Империи Зу, используя в качестве тренировочных снарядов все и всех, кто имел неосторожность попасться ему под руку и прилагал все усилия к тому, чтобы свести на нет запасы провианта и вина на борту. Вацлав осваивал шотландскую волынку, а Стив разъяснял всем кого мог за ставить себя слушать, что жизнь на этом свете была бы просто раем, если бы какой-то древний государь по имени Иосиф прожил хотя бы до тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года. Другой страстью Стива было прихватывать по пути своих малопредсказуемых перемещений по судну все что плохо лежит. В нем сочеталась чисто патологическая клептомания и незаурядный талант карманника. На претензии, которые Чики, набравшись духу высказал по этому поводу самому Оранжевому Сэму, ему было велено не приставать к людям с придирками по поводу их маленьких слабостей. Что и пришлось принять к исполнению. Чтобы "Леди" окончательно не превратилась в летучий свинарник, Чики пришлось взять на себя сверх навигаторских функций еще и обязанности дневального-подметалы. Когда он хотел толком без нервов, проглотить кусок пищи и запить его глотком кофе, ему приходилось запираться на камбузе. Невзгоды эти с ним делил похожий на бухгалтера из старых кинофильмов - плюгавый и очкастый - профессор Самуэлли - единственный не рыжий пассажир "Леди" в этом очаровательном рейсе. Впрочем, трудно было сказать что-то определенное о цвете волос ученого мужа, которого неведомо для какой цели волокли с собой на дело люди Оранжевого Сэма, - настолько седыми были его уныло обвисшие серо-пегие усы. В разговоре с ним Чики не только такой сугубо интимной подробности, но и ничего путного вообще установить не удалось - настолько тот был запуган и молчалив. Так и провел он почти весь рейс на камбузе на пару с лысой молчаливой загадкой. Со временем их молчаливые трапезы стала в качестве непременного участника разделять Марго. Здесь, на камбузе, она, как и Чики с профессором, могла хоть несколько минут чувствовать себя в безопасности, и это породило если не дружбу, то какой-то своего рода молчаливый союз между тремя изгоями. И за себя, и за кошку, и за профессора Чики было обидно "Ну ладно, - говорил он себе. - Мы с Самуэлли цветом не вышли, а животина за что страдает? А и то - если с другой стороны подойти - можно подумать, я виноват, что не уродился морковного или апельсинового окраса, - все чаще думал он, судорожно глотая наскоро подогретую в микроволновке жратву. - Это прямо расовая сегрегация какая-то. По цвету ворса. Так и до геноцида недалеко". До геноцида в отношении нерыжего населения "Леди" дело, однако, не доходило. И это было еще одной загадкой этого рейса. * * * Обе загадки получили свое разрешение здесь - на Брошенной. Вон там - впереди, в сорока милях отсюда далеко за Большими Корпусами, где он должен встретиться с Боровом, начинались предгорья невысоких Северных гор. Сказали тоже какие-то чудаки - гор. Уж скорее - холмов. Или - сопок. Казалось бы, ничего страшного не было в очертаниях этих пологих холмов, простиравшихся там - у здешнего зыбкого горизонта, куда, свернув наконец с полузанесенного песком шоссе, погнал свой флайер Чики. Но для него принять такое решение было актом героизма. Потому что путь его вел к небольшому распадку, приютившемуся за лощинкой, пролегающей между двух заросших "каменным мхом" склонов. Тогда - о, как давно это было - когда пара вездеходов, на которых люди Оранжевого Сэма доставили его и вконец скисшего профессора Самуэлли к этому - не самому угрюмому на Брошенной - месту, он еще подобострастно хохотнул в ответ на замечание Пола, что здешняя местность смахивает на женскую грудь. - Не на женский груд, а на коровий зад! - безжалостно оборвал наметившееся было взаимопонимание между конвоируемыми и конвоирующими мрачный Стив. - И вытряхивайтесь на грунт, суки. Приехали! - Вы уж простите нашего друга, - с издевательской вежливостью добавил Чорри, - Стив у нас по отцу грузин и человек темпераментный. Как говаривал один древнеиудейский автор, "даже среди портовых грузчиков слывет большим грубияном". Он снова "снял паутину" с изуродованной шрамом рожи и стал натягивать кислородную маску, которая превратила его и без того противный голос в карканье робота из мультфильмов. - Так или иначе, - добавил он этим голосом, - ваша дорога, несчастные жлобы, к жизни и свободе ведет через этот самый задний проход. Войцех, проинструктируй клиентов. В тот день Чорри был в особо мерзком настроении сразу после посадки - не успели, кажется, отпереться затворы тамбуров - с "Леди" удрала Марго - предпочтя, видимо, верную гибель в заснеженной пустыне мучениям в руках такой паскуды, как ее хозяин. Рыжие восприняли это как исключительно опасный, даже жуткий признак. * * * Долинку, вновь раскинувшуюся перед ним, Чикидара знал как свои пять пальцев Укрепленный Район - УР. Охранная Зона. Хотя и побывал в ней один только раз. Этого раза было вполне достаточно. И для того, чтобы навек невзлюбить Брошенную, и для того, чтобы так же навек приобрести аллергию к увлечению своей молодости. Когда-то никто не мог переиграть Чикидару на электронном поле брани. Польский Лис знал об этом. - Ты, говорят, знаешь толк в электронных играх? - осведомился Лейшмановски, присаживаясь на явно искусственного происхождения каменный гриб у подножия выступающих из песка скал - а может, тоже остатков какого-то взорванного железобетонного заграждения. За этими непонятными скалами простиралась узковатая лощинка, словно поросшая какой-то смесью здешнего сверхсухого кустарника и железной арматуры, торчащей из почвы. То тут, то там на корявом грунте виднелись гнусной окраски пятна - словно разводы ядовитой плесени. В наступавших сумерках стало заметно, что кое-где все это подсвечено откуда-то, словно из-под земли, каким-то зловещим сиянием. У Чикидары этот мрачный пейзаж не вызывал ни малейшего энтузиазма. - Ну как? - спросил Войцех. - Похоже? - На что? - сдавленно спросил Чики. - На то, что ты привык видеть, нацепив шлем "дейта-сьюта". Профессор постарался, когда проектировал этот небольшой аттракцион. Вы ведь вдохновлялись чем-то в этом роде, Самуэлли? Самуэлли только нервно дернул головой. Он горбился, будто ежась от ветерка, гонящего по сопкам зябкую поземку. Пальцы его нервно перебирали отвороты утепленной куртки, словно ища там что-то. - И не думай что профессору не хватало воображения, - пояснит Лис. - Ему хватало - ты в этом убедишься. До какого уровня ты проходишь типовую "виртуалку"? Здесь надо будет идти до конца. Если свернете с полпути... - он подкинул на руке хорошо подогнанный ручной бластер дальнего боя. - И зачем вам все это нужно?! - растерянно спросил Чики. - Что это за место такое? - Место это называется Третий Лабораторный Комплекс. Здесь на Брошенной одна компания с таким неприметным названием - "Дженерал Трендс" проводила по государственному заказу разные интересные исследования... Между прочим - на людях. Это - еще в те времена... А потом дело это прикрыли, лаборатории - законсервировали. Ты зря смотришь на пустырь этот свысока - там под землей с десяток этажей. На миллиарды оборудования. Уникальная информационно-поисковая система... Многое там подустарело, конечно... А кое-что - и нет. За это кое-что мы можем получить хорошие бабки... Беда одна - Комплекс не только законсервирован, но и хорошо заминирован. Вот от этой стены, рухнувшей, начинается Смерть. УР... Ты мог не заметить - то, что валяется вдоль того вон э-э... ограждения, это не два мешка. Полтора года тому назад один из этих мешков назывался Алекс О'Тул. А второй... Эй, Чорри, не помнишь, как звали второго?.. Короче - смелые были ребята. Но вот пришли сюда - и лежат... И долго пролежат. Земная органика здесь не разлагается, шакалы - не водятся... Это ваша, профессор, заслуга. Профессор Самуэлли, как ты мог заметить, - очень умный. Он не только доктор и профессор - он у нас и полковник еще... Самую совершенную охранную систему в мире сгондобил. Пропустит только того, чьи показатели биополя введены в компьютер... Правда, закавыка в том, что ни один из тех, под кого всю эту машинерию сооружали, до наших дней живым не добрался... Но мы еще умнее, чем господин профессор... Мы его на краю света сыскали и сюда привезли. Вот он тебя, дорогой, в Комплекс и поведет. Впереди себя. Погонит - скажем так... Ты уж поосторожнее будь. Потому что если не пройдешь, то вытаскивать тебя никто не станет - где застрянешь, там и будешь подыхать... - И что же я должен буду оттуда вам вытащить? - поинтересовался Чикидара, которому, как и профессору становилось все более и более зябко и так же все меньше и меньше хотелось говорить... - Вот когда дойдешь и когда выключишь всю эту музыку... тогда по радио получишь распоряжения... Раньше времени ничего тебе знать не полагается... Теперь вы, профессор, инструктируйте парня... * * * Заколдованная земля ни на йоту не изменилась с тех пор, как после прощального тычка стволом бластера, которым угостил его Польский Лис, Чикидара ступил на эту зыбкую твердь. Если уж быть совершенно точным, то не столько ступил, сколько шлепнулся, прижавшись как можно крепче к мерзлому грунту. Самуэлли, который принял то же положение несколькими секундами раньше, энергично ткнул его под ребра и зашипел: - Вперед - ползите под прикрытием вон той трубы, к воронке... И не останавливайтесь ни на секунду... И не вздумайте поворачивать назад! Туда - видите те железные бочки? Быстрее, иначе вы сейчас и сами погибнете, и меня угробите! Чикидаре достался очень беспокойный спутник и очень решительный проводник... С профессором Самуэлли они забрались довольно далеко в глубь Охранной Зоны. Профессор оказался вовсе не таким уж вконец забитым интеллигентом, как это казалось Чикидаре после двух с лишним месяцев совместного полета на борту "Леди Игрек". Самуэлли оставался таким же молчаливым, но стал проявлять качества, продемонстрировать которые до того не позволяли обстоятельства: он был довольно ловок, по-своему смел и как-то по-крестьянски смекалист. Он прекрасно понимал, что чем раньше он лишится своего невольного спутника, тем более долгий - и уже в одиночку - путь предстоит ему проделать по страшной земле Охранной Зоны, полагаясь только на себя самого. Поэтому он то и дело удерживал охваченного смелостью отчаяния Чики от очередного - "была не была!" - рывка, то и дело устраивал под прикрытием оплавленных обломков чего-то взорванного и полуразрушенного короткие привалы-рекогносцировки и на клочках кальки, разрисованных почти неразличимыми линиями и значками, по очереди извлекаемых из разных карманов комбинезона, прикидывал маршрут дальнейшего движения к цели. В эти минуты он становился даже близок Чикидаре. Во всяком случае, за несколько этих страшных часов Джон-Ахмед лучше узнал своего спутника, чем за многие и долгие сутки, в которые лениво укладывались их молчаливые трапезы и редкие шахматные партии на камбузе "Леди" под строгим, пылающим неусыпным рыжим пламенем взором Марго. Хреновое это было место - хреновое место, заколдованная земля УР. То сторожевые лазеры постреливали в них, то невзрачными с виду облачками взрывались химические ловушки, то голографические призраки донимали как могли, то инфразвуковые "уколы" повергали в тоску и депрессию. Но профессор-полковник неплохо знал свое дело. Вовремя помешав Чикидаре наложить на себя руки, он продолжал настойчиво, сложным "противолодочным" зигзагом, гнать его вперед. Они петляли, время от времени даже отступали вспять, но неуклонно приближались к приземистому пересеченному узкой горизонтальной щелью сооружению, которое на схеме профессора было обозначено как "горловина". Когда в эту щель, казалось бы, уже можно было безнаказанно заглянуть, Чикидара приподнял кислородную маску и, собрав в пересохшем рту остатки загустевшей слюны, смешанной с набившейся в респиратор пылью, сплюнул через левое плечо. Мучительно перекосившись, что должно было в сложившихся обстоятельствах изображать ироническую улыбку, он повернутся к Самуэлли. - Тьфу! И еще раз - тьфу! Чтобы не сглазить. Кажется, мы уже почти на месте, док. Вместо радости на лице профессора - насколько позволяла об этом судить великоватая для него маска - изобразилось нечто похожее на ужас. - Чтоб вас черт побрал, капитан! - картонным голосом прокаркал он через съехавший набок раструб. - Черт бы вас побрал, Джон-Ахмед! Нельзя говорить такого на этой земле. Вы подманиваете Смерть! И как в воду глядел. Костлявая сцапала профессора в двух шагах от горловины - в зарослях того, что издали казалось нагромождением разнокалиберной колючей проволоки. Впрочем, тоже весьма причудливой. Гибели профессора предшествовал недобрый знак - он задумался. До этого он был уверен в себе - порой выжидал чего-то, замирая, что-то бормотал про себя, сверяясь с показаниями целой сбруи приборов, украшавшей его комбинезон, закидывал то вперед, то в разные стороны бусинки капсул-датчиков, а то и просто гайки или пуговицы. Иногда он цепенел, вжавшись в мерзлый грунт. Но никогда не терял уверенности в себе. Теперь же та часть его лица, которую Чикидара мог видеть из-под раструба маски, побледнела, зрачки за стеклами очков скосились куда-то вбок, пальцы стали - словно четки - перебирать шнуровку комбинезона. - Память, - удалось разобрать Чикидаре, прижавшемуся к земле чуть поодаль. - Господи, как подводит память. Самуэлли жестом приказал спутнику подобраться поближе. Тому пришлось подзадержаться - снова над казавшимся безопасным клочком земли между ними поползла призрачная "сеть". Когда наваждение исчезло, Джон-Ахмед коротким рывком преодолел открытое пространство - только дважды невидимый лазерный луч "ужалил" землю рядом с его следом. Плюхнувшись в раздирающие своими колючками его одежду "заросли", рядом с Самуэлли, он понял, что профессор совсем плох - видно, подхватил-таки по дороге порцию какой-то, по его же собственной задумке бродящей здесь гадости. А может, нервы сдали под конец рокового маршрута. - Слушайте меня внимательно капитан, - горячечно зашептал Самуэлли, словно кто-то мог их подслушать, - слушайте и не перебивайте... Память подводит меня... Здесь нельзя идти напрямую... Только по обходным траншеям - справа или слева... И - только один раз. Проход открывается на тридцать секунд - вот по этой комбинации... Он содрал маску с посеревшей физиономии и глотал бедный кислородом воздух планеты, словно выброшенная на берег рыба. - Мы... Мы не можем задерживаться, капитан... Система защиты уже активирована. Если... Если... О Господи - остается меньше четверти часа... Если за это время не будет набран код на... - профессор судорожно дернулся, пытаясь поглубже вздохнуть, - на внешней двери Горловины... врубится система защиты второй степени... И нас... нас с вами просто поджарит Джон-Ахмед... Высокочастотное поле... Здесь... Здесь нет защиты. Слушайте меня внимательно... У меня у меня нет уверенности... Идите левой траншеей... Тяните за собой фал... Если что-то... - Нет! - зло ответил Чикидара и тоже содрал маску. - Это вы, док, идите по левой траншее. И тяните фал! И если что-то с вами стрясется - клянусь, я из кожи вон вылезу, чтобы вас выручить! Но гнать меня вперед - как скотину на убой - я не позволю! Видит Бог - не позволю! В конце концов, вы сами придумали всю эту петрушку. Я на это не подписывался. Ни у одного из них не было оружия - не так глупы были люди Оранжевого Сэма, чтобы дать своим пленникам - заложникам Судьбы - хоть малейший шанс на спасение. Но соотношение сил и без того было ясным Чикидара был вдвое моложе профессора и почти вдвое тяжелее Самуэлли еще пару раз глотнул воздух и криво усмехнулся. - В конце концов, вы правы... - хрипло прокаркал он и, подчиняясь Судьбе, полез в окопчик. Развязка наступила почти молниеносно - едва Чики успел досчитать до двадцати, как фал судорожно задергался, а потом подозрительно ослаб. Джон-Ахмед перекрестился и, стиснув зубы, по-пластунски пополз выполнять данное профессору обещание. Как ни странно, страшно ему почти не было. Должно быть, потому, что подсознательно он уже записал себя в покойники. Он не сомневался в том, что, выберись он из проклятой ложбинки живым, наградой ему будет пуля в лоб от Польского Лиса или увесистый стальной шарик в затылок - наповал - от Чорри. Доползти до окопчика ему удалось без затруднений. Там он заклинился в ржавых зарослях и принялся вытягивать фал. То, что ему удалось вытащить, совсем недавно было рукой профессора Самуэлли. Точнее - частью его руки. Рот Чикидары заполнила горькая слюна, горло сжал спазм. Он, стараясь вжаться в мерзлый грунт, рывками, ругаясь худшими словами, подтянулся к тому месту, где окопчик заворачивал и открывал возможность увидеть - что же стало с профессором. Живым или мертвым. Чикидара перешел в положение сидя и, осторожно наклонив корпус, выглянул в просвет траншеи. Профессор был на месте - скомканным кулем стыл в луже крови в дальнем торце окопа. А над ним на изготовку стоял "боевой паук" - робот типа "Свободный охотник-310". Такие стерегут обычно ядерные объекты на милых планетках вроде Харура. Память не подвела профессора - левая траншея действительно была свободна от всяческих ловушек. Ему просто не повезло. "Свободный охотник" на то свободный охотник и есть, что куда хочет, туда и идет. В пределах охраняемой зоны, разумеется. Вот он и забрел в оставленный без ловушек проход. Там и встретил старого хитреца. И поступил в точности согласно заложенной в нем коварной программе: кинжальным уколом плазмы обездвижил первого из двух объявившихся противников и стал ждать, пока на помощь тому придет второй. Как это водится у людей. С этим он не ошибся - Чикидара приполз как миленький. Приполз и высунулся под удар. Промашка вышла с другим - робот, как предусматривала его программа, выстрелил и прыгнул. Но выстрелил и прыгнул туда, где Чикидара должен был находиться по логике вещей. Но не туда, где тот оказался на самом деле. Это был известный конструктивный недостаток "охотников" - они были задуманы чуть умнее их "дичи". По всем правилам, управляющим поведением людей в таких вот диких ситуациях, Чикидара в долю секунды должен был шарахнуться назад, пытаясь укрыться за осыпающейся стенкой окопа, и уж никак не оставаться стоять столбом на месте, отвесив челюсть и выкатив глаза. По каковой причине "паук" вместо того, чтобы отправить Джона-Ахмеда прямой дорогой к праотцам, пребольно уделал его корпусом в плечо и на пару с ним обрушился на дно окопа. Далее произошло нечто и вовсе уж дикое: Чикидара ухватил "паука" за заднюю пару конечностей, которой тот не мог причинить ему существенного вреда, - и с размаху хватил металлической тушкой о вколоченный в стену траншеи крепежный стальной рельс. Еще и еще раз!!! Затем он отшвырнул металлическую погань как можно дальше от себя и сам рухнул навзничь, содрав с лица кислородную маску и тут же - после первого судорожного вздоха в "пустом" воздухе Безымянной - зашелся разрывающим легкие кашлем. Не без труда взяв себя в руки, он вновь натянул раструб маски на физиономию и завертел головой, пытаясь разобраться в обстановке. Непривыкший к такому обращению "паук" валялся поодаль, хищно и сумбурно перебирая в воздухе членистыми лапами, и в корпусе его что-то искрило. А Самуэлли?! Чикидара повернулся в его сторону, и ему сделалось дурно: профессор был еще жив... Чики встал на четвереньки и подобрался к своему неудачливому партнеру. Неумело стал накладывать жгут... Профессор-полковник застонал, слабыми жестами уцелевшей правой руки давая понять, чтобы Чикидара снял с его окровавленного лица респиратор. Поколебавшись долю секунды, тот просьбу эту выполнил. Задыхаясь и дико пуча единственный уцелевший глаз, Самуэлли выдавил из себя еле слышное: - С-слушайте... - Момент, - прервал его Чикидара, - я вколю вам стабилизатор... Д-держитесь... - Г-глупости, - коснеющим языком вымолвил профессор. - Г-глупости... Это - конец... П-повторите шифр д-двери... - "Арес", - машинально повторил Чикидара затверженный еще в начале их пути код. - "Арес", сто четырнадцать - пятьсот двадцать". Клад - в сейфе "Z" - на двенадцатом, подземном... - В-все верно... - прошелестел профессор - Спуститесь в П-подземелье... Сейф вскроете плазменной горелкой. Там есть - в мастерских - на четвертом... Не бойтесь, не... не заминировано... И не вздумайте... Не вздумайте выбираться оттуда... Мы все равно обречены... Они... они нас не отпустят живыми... Просто не выходите оттуда... Там - узел связи... Вызывайте помощь... Ч-чтобы настроить Зону на свое биополе... Чтобы настроить... Надо... надо пройти на четыре уровня вниз... Там найдете "блок кодирования"... Там кресла такие, как... Похоже на кабинет дантиста. Вы... вы сможете сами настроить... Там... Инструкции в компьютере... Код - тот же... "Арес" и цифры... Только... Профессор смолк. Чикидара растерянно тряхнул его за то плечо, что пострадало поменьше, потом, сообразив, постарался поплотнее прижать к залитому кровью, сожженному лицу раструб кислородной маски. Самуэлли спазматически глотнул живительный кислород, слабым движением снова освободил губы и с трудом выговорил: - В-вызывайте помощь... Все время... Это для вас - единственный способ спастись... - Шифр... - стараясь говорить как можно доходчивей, спросил его Чикидара. - Вы говорили, что инструкции по настройке пропуска через Зону. По настройке на индивидуальное биополе. Вы сказали - точно такой же код, как на главной двери, только... Только что? Профессор снова пару раз с хрипом глотнул воздух и выдавил из себя: - Дату... Надо ввести еще и дату текущего дня по Галактическому календарю. Прибавив к цифрам постоянного кода... И - обязательно... Обязательно вызывайте помощь... Вам ничего не грозит... Ну - лицензию отнимут... Зато останетесь жить... - Сделаю, - заверил его Чикидара, неумело впрыскивая явно загибающемуся профессору наугад выбранную дозу фиксатора. Самуэлли облегченно вздохнул: - Все-таки я их... И с непристойным словцом на устах испустил дух... Убедившись, что профессору уже не нужна помощь, Чикидара прикрыл покойнику единственный уцелевший глаз, перекрестил его дрожащей рукой и, скрючившись в три погибели, помолился Богу - не католическому, не православному, не тому, которому служил Магомет, а просто так - Богу. Своими словами. Потом поднялся и, не боясь уже ничего, на плохо слушающихся ногах направился к двери в Подземелье. Глава 4 ТУПИК И ИНСТАЛЛЯЦИЯ Привычка - вторая природа, которая разрушает первую. Блез Паскаль - Одним словом, мистер, волей-неволей, а пришлось Борову, задрав лапы, идти на мировую с заложниками... - Хенки призадумался и стал переставлять бутылки на иконостасе своего бара. - Понятно, - он всю компанию объегорить собирался - ума-то до хренища... Но обманулся в первую очередь сам: ни один, извините, дурак из тех, что оказались сведены нос к носу на борту "Леди", не имел ни малейшего представления о том, как дотащить кораблик до ближайшего космодрома, не то что куда дальше. Надо сказать, досталось ему основательно, хотя, конечно, Русти и Следователь - да и док Сандерс тоже, как могли, силились не допустить самосуда. Заслугу Русти в этом деле, надо сказать, все оценили... - Так это из-за тебя, придурок, я поимел в компьютере эту сволочь? - осведомился прикованный наручниками к креслу, что попрочнее, Боров, дергая подбитым рукой миссис Шарбогард глазом и кивая себе за спину, где на экране меланхолично тасовал свою колоду мерзавец Шпилли. - Я т-тебе покашшу пш-придурка!!! - гневно зашепелявил удерживаемый за локти доком Сандерсом Русти, ожесточенно растирая в кровь стесанные о скулу Борова костяшки пальцев. - В самом деле, - с некоторым недоумением осведомилась мисс Ульцер, - зачем вы таскали с собой эту ужасную штуку? - А не ташкал бы я ш шобой эту штуку - так хрен бы этот тип к нам на поклон пошел! - резонно парировал Русти. - Так бы и шидели мы в шортовом шундуке до морковкина жаговения!!! - Да, - признал профессор Сандерс, счищая с плеч кошачью шерсть. - Шуточка у вас отменная вышла. И - главное - к месту... Однако, - тут док с досадой опустился в кресло и принялся основательно наводить порядок в своем, порядком пострадавшем за время пребывания в мини-тамбуре наряде, - однако шутка затянулась: отключайте вашего "Шпиллера", и пора брать курс на Нимейю... - Тут ешть пара трудноштей... - Русти поскреб в затылке и чуть виновато глянул - почему-то не на обращавшегося непосредственно к нему дока Сандерса, а на сосредоточенно молчавшего Кая. - Во-первых, выключить Шпилли невозможно... Только путем полной очистки диска... Док поперхнулся неведомо чем - во рту у него вроде ничего не было... - Во-вторых... - Русти пожал плечами, снимая с себя ответственность уж за этот-то недосмотр, - во-вторых, ни для какого брошка энергорешурша на борту "Леди" прошто нет... Да и тот, что ешть, - жаблокирован! Он управляетшя только череж главный бортовой компьютер... Работает только автоматишешкая подпитка шиштем жизнеобешпечения... Так ведь никто не прошил болвана этого пихать картощку ш ходу прямо в терминал? - Запасы антиплазмы для Броска складированы на Брошенной... - вставил Боров. - В смысле - на Планете Боумена... Наступила общая пауза. Потом доктор Сандерс откашлялся и, тяжело глядя на Русти, осведомился: - Ну а SOS-то вы, в таком случае, почему не торопитесь давать? Надо немедленно выходить в эфир... - На подпроштранштвенную мы подклюшиться шразу не можем... - пояснил Русти. - А штобы дооратьшя до ближайшего радиобуя, надо врубить обышное радио. А оно - не фурычит... На этот раз пауза была более долгой. Прервал ее Федеральный Следователь. - Теперь - пару вопросов господину Бишопу... - он откашлялся. - По документам, капитаном и арендатором этого судна является Джон-Ахмед Чикидара, гражданин э-э... Республики Джей. Это лицо тоже находилось среди тех, кого вы м-м... обезвредили на "Констеллейшн"? Или... - Джон-Ахмед не имеет к нападению на "Констеллейшн" никакого отношения... - подумав, начал выдавливать из себя Эрни. - Капитан Чикидара только доставил нас на Брошенную... Якобы с целью проведения там изысканий... - Так они еще и мародеры!.. - с чувством заклеймила ненавистных бандюг миссис Шарбогард. - И все-таки - какова же судьба этого джентльмена? - постарался вернуть разговор в колею Кай. - Нам бы очень пригодился сейчас его э-э... опыт космонавигации. - Чики вместе со своим опытом загорает сейчас на Брошенной, - объяснил Боров. И добавил, чуть покривив душой: - Он не согласился принять участие в полете, когда узнал о его м-м... целях. - А вы - согласились? - зло спросил док Сандерс. - Только для того, чтобы пресечь действия бандитов, - с достоинством ответил Боров. - И, как видите, отчасти мне это удалось... Лишь с этой целью я делал вид, что вошел с ними в долю... - Если ты, скотина, хотел пресечь преступление, то почему попросту не заложил их еще на "Транзите"? - ядовито поинтересовалась миссис Шарбогард. - Попробовали бы вы сами так сделать, мадемуазель... - многозначительно парировал столь необоснованное обвинение Боров. - На "Транзите" все мы ходили у Папы под колпаком. - Капитан остался на Брошенной живым или в виде э-э... трупа? - осведомился молчавший все это время Лемье. У него был самый озабоченный вид из всех присутствующих: состояние и поведение Марго стали предметом его почти панического состояния. Кошка, видимо, перенесла жестокий шок - она забилась под стол и, крупно дрожа, сопротивлялась всем увещеваниям и призывам - лишь изредка испуская премерзкие звуки, выражавшие крайнюю степень отчаяния. - Живым, - заверил его Боров. - Но он скрывается. Там есть много мест, где можно укрыться надолго... Он будет контактировать только со мной. - Мы можем связаться с капитаном по радио, чтобы получить от него... гм... консультацию по управлению кораблем? - стараясь не обращать внимания на то и дело возникающую перепалку между допрашиваемым и третьими лицами, спросил Кай - больше для проформы. - Вы же слышали, что сказал этот ваш... - Эрни опасливо глянул на Русти - Радио выведено из строя... Клаус... Короче, бандиты сняли частотные генераторы. И то ли унесли с собой на дело, то ли спрятали здесь - на "Леди"... - За каким же дьяволом? - почти не шепелявя, но с огромной досадой в голосе осведомился Русти - А за таким, что не доверяли они мне... - пожал плечами Боров. И тут же покривился от боли. По части нынешнего состояния его боков постарались неразлучные ныне, некогда разлученные близнецы - Ник и Питер. - Кстати, - произнес он мстительно, - не надейтесь, что ваше сообщение о том, что вы изменяете курс и идете по вызову на помощь "Леди", поймано на буе. Так же, как и наш SOS. "Леди" сигналила не в белый свет как в копеечку, а узконаправленным лучом - в вашу сторону - и только. И при этом - вы, должно быть, не придали этому значения - "Леди" находилась между вами и буем. Так что ваш рапорт мы... они - бандиты - перекрыли другим своим направленным лучом - шумовым. А без радио нас будут искать неопределенно долго. И еще раз все стихли. - Ну не так уж неопределенно, а, скажем, недели две, - с неуверенным оптимизмом предположил Русти. - Вон "Королеву Звезд" как раз примерно за такой срок и сыскали. Произнося это, он вспомнил, правда, что сыскали "Королеву" столь быстро в основном потому, что радиоактивное облако из ее взорвавшегося реактора, кометным хвостом тянувшееся за мертвым кораблем, само по себе служило неплохим сигналом. И вообще - лучше бы ему было не поминать к ночи "Королеву Звезд". Та история все еще была памятна многим. - Итак? - Мрачный, словно тысяча висельников, доктор Сандерс движением головы делегировал полномочия резюмировать столь содержательную беседу и распоряжаться в сложившейся ситуации Федеральному Следователю. Тот глянул на него, на хранящего внимательное и тоже угрюмое молчание Мадера, окинул взглядом собравшихся и определил. - Я попрошу вас, господа Сандерс и Маддер, расквартировать Миссию в свободных помещениях судна. И вообще - определиться с точки зрения наших запасов пиши и ресурсов жизнеобеспечения. Вам с этим поможет мистер Раусхорн - как только мы пристроим нашего гостеприимного э-э хозяина в помещение с запорами покрепче. Чуть попозже мы с ним побеседуем не столь э-э конспективно. Затем собираемся здесь - в кают-компании - и распределяем обязанности. Необходимо будет прочесать корабль на предмет спрятанных деталей от передатчика или как-то отремонтировать его, установить дежурство в рубке и на кухне. И пусть еще кто-нибудь непрерывно сражается с этим - со Шпили. Рано или поздно - он сдастся. Русти вздохнул. С сомнением и надеждой. * * * Собрались все часа через два. Лемье был до крайности озабочен - Марго наотрез отказывалась принимать корабельную пищу и с трудом пережила вселение в выделенный для Жана бокс. Когда же он в процессе уборки вытянул какими-то идиотами оставленный под доставшейся ему противоперегрузочной лежанкой ящик с разнокалиберными шарикоподшипниками - таскают же разные чудаки в Космос такую вот ерунду, - с Марго началась настоящая кошачья истерика, унять которую не смогло и невиданное количество валерьянки из корабельного медбокса. Обеим женщинам хлопоты по уборке и возня с кошкой пошли на пользу - мирские заботы вытеснили из их сознания трансцедентальный ужас перед одиночеством в бездне Космоса. Оба профессора - и Сандерс, и Маддер - были невозмутимо спокойны. За карты - в наказание за грехи - был посажен Русти. Впрочем, удача не шла ему сегодня. Если честно говорить, то он почти не смотрел на выпадавший ему при сдаче расклад и только морщился в ответ на плоские шутки и прибауточки, на которые был горазд Шпили. У боцмана голова болела о своем. Мигрень эта началась, когда он снял с умолкшего теперь на неопределенное время принтера последнюю осмысленную распечатку, сделанную уже где-то перед самым абордажем "Констеллейшн", - текущий отчет по состоянию бортовых систем "Леди". "Как только Русти прочел ту цидульку и вник в ее смысл - рассказывал Хенки, - так он аж позеленел весь и даже как бы пупырышками пошел - что твой корнишон. Потом сорвал проклятую бумагу с каретки и в карман поскорей засунул - озираясь, чтоб не увидел кто... И из-за того, что прочитал он в бумажке этой у него карты, что называется, из рук валились. Благо что они были на экране..." - Да... - заключил подошедший к "рабочему месту" боцмана сзади док Сандерс. - Я вижу, ваше же, так сказать, порождение на вас действует крайне деморализующе... Вы напрасно пытаетесь крыть бубновый валет шестеркой крестей... - Это еще посмотрим - кто тут "порождение", - скептически заметил Шпилли с экрана. - И вообще - сгинь и не подсказывай тут, старый козел... - С бубей ходить надо, - тут же посоветовала заинтересовавшаяся партией миссис Шарбогард. - Господи, с каких бубей! - возмутился случившийся тут как тут Лемье. - У него же - одна мелочь. Тем более что козыри у вас - червы... - А еще раз подсказки будут - колодой по носу, - угрюмо предупредил Шпилли. - И "винт" - на хрен!.. - Мне кажется, вас надо подменить, - вздохнул док Сандерс. - По-моему, Ник с трудом подавляет зуд в кончиках пальцев... Эта его реплика вызвала в рядах Миссии легкое оживление. Дело было связано, видимо, с каким-то неизвестным Русти комическим обстоятельством. А Ник Финнеган действительно - не отрываясь, даже несколько побледнев, наблюдал за неумело разыгрываемой Русти партией и характерным жестом потирал упомянутые доком кончики пальцев. - Вы же знаете... - вспыхнул он. Русти впервые увидел, как краснеют альбиносы. - Я лучше буду меняться с кем-нибудь вахтой по кухне... - Ну-ну - я шучу, - поспешил успокоить его Сандерс. - Для вас, Ник, - конечно же - исключение... - Дайте-ка сяду я... Вы тут совсем скисли, - миссис Шарбогард, с нетерпением потирая руки, заменила охотно передавшего ей карты Русти. Ник - впервые Русти видел его проявляющим нервозность - рывком встал и, буркнув нечто вроде того, что желает всем присутствующим приятных сновидений, ему же завтра рано вставать на дежурство, быстрыми шагами удалился из отсека. - Господи! Как вы не понимаете? - неожиданно подала голос занятая до той поры попытками скормить вконец загнанной и офонаревшей от валерьянки Марго крошки бисквита мисс Ульцер. - Это же просто садизм! Изощренный садизм! Никто и никогда не переиграет этого вашего Шпилли, и мы будем висеть над дурацким Фомальгаутом до тех пор, пока на Нимейе все не свихнутся окончательно и не перебьют друг друга! А у меня там работает племянница. По контракту. Только что закончила колледж! Боже мой! Наше положение - безвыходно! Нас не отыщут во веки веков! Решат, что мы просто не вышли из Подпространства... - Уймитесь, мисс... - неприятным, скрипучим голосом остановил поток ее излияний Колдун. - Наш друг, - он коротким жестом указал на Русти, - заверяет нас, что Шпилли никогда не передергивает... Ну а если положение и впрямь станет безнадежным... - тут Маддер опустил взгляд на по-прежнему прикованный к его руке кейс, - то я попробую... Я попробую сделать его менее безнадежным. И Бога ради, прекратите крошить на ковер... На минуту все - и даже, кажется, Шпилли - воззрились на Колдуна. Но тот, ничем не означив какого-либо желания продолжать разговор, поднялся с места и, пожелав всем приятных сновидений, удалился. Окончательно обалдевший от событий этих не самых спокойных в его жизни суток и твердо решивший, что утро вечера мудренее, Русти последовал примеру дока Маддера. * * * Дойдя до крохотного - словно на детей рассчитанного - камбуза, он застал там Ника, задумчиво сидящего перед рюмкой сливовицы: "Леди" была основательно загружена спиртным - прямо-таки летучий винный погребок какой-то, что, однако, было и неудивительно, учитывая перевозимый ею контингент пассажиров последнего рейса. Русти молча уместился на второе свободное место за откинутым разделочным столиком, взял свободную - хрустальную вроде емкость и нацедил и себе немного "огненной воды". На строение у него было из рук вон. - Так вы в карты не играете, гошподин Флаэрти? - спросил он у молчаливого альбиноса, произведенного им "де-факто" в собутыльники - У меня был один жнакомый - на "Георгии Победоношце" - навигатор по имени Михаил... Он вот тоже - карты в руки - ни-ни. То ли из баптистов был, то ли из этих... штароверов... Обштоятельный мужик - хотя и по фамилии Шебутной. "Шебутной" - это по-рушшки ожначает што-то вроде "рашторопный", в шмышле - наоборот. Шложное, одним шловом, понятие... Один раж только, говорят, в карты глянул - и то: кэпу Тоцкому шерез плечо - когда он в плену на Харуре с Кривым Шайтаном на жизнь и швободу твоего экипажа в "покер" режалшя. Туг уж у каждого в рашкладе интереш был, шоглашитешь, миштер. "Дурень, - говорит, - вот ровно, как миссис Шарбогард давеча. - Ш бубей ходи! И што же - кэп его пошлушал и отыграл-таки кораблик швой назад, да и Шайтана шамого еще чуть без шганов не оштавил... А Майкл так год потом грех жамаливал - вше поштом да молениями. Ребята от него вше дожнавались: как это он про бубны допер, ешли шроду карт в руки не брал? Одного джину на него бочку извели - на разговение - так нет! Кремень мужик: так и не призналшя. "Божье, - говорит, - Шлово мне было". Вот так, жначит. А вы тоже из этих? Тут Русти скосился на налитую стопку и кашлянул. В образ истово верующего страстотерпца сей предмет как-то не вписывался... Разве что - на разговение... Ник, проследив его взгляд, молча подхватил емкость со стола и, буркнув "Прозит!" - отсалютовал ею боцману и опрокинул в себя. Русти последовал его примеру. Принятая толика живительной влаги сообщила угрюмому молчуну чуток разговорчивости. - Нет, я не баптист, - сообщил он, раз уж все равно пришлось раскрыть рот, чтобы поместить в него закуску. - Протестант - по крещению. А вообще-то - безразличен к таким материям... Пусть доказательством бытия Божия занимаются те, кому за это деньги платят... А что до карт - извините, офицер, - у меня с ними связаны неприятные воспоминания. Чисто личного характера... - Ну - ижвините, миштер, ешли я жадел ваши щувштва... - придав своему голосу должную глубину, процедил боцман. Такой прием обычно сразу заставлял собеседника ощутить себя бесчувственным злодеем, причинившим старшему интенданту Раусхорну своими психологическими вывертами море страданий. Сработало и сейчас. Николас Флаэрти зарделся - второй раз за этот вечер - и снова налил сливовицы - себе и Русти. - Видите ли, мистер Раусхорн, - подумав, начал он, - азарт карточных игроков - это, пожалуй, самый большой недостаток мой и моего брата - Питера... Вы, наверное, уже слышали от кого-нибудь нашу с ним историю? Русти кивком подтвердил это предположение и с достоинством отпил сливовицы. - Только вот, в отличие от меня, Пит и до сих пор не прочь перекинуться в картишки, а для меня это развлечение - теперь навек под запретом. Видите ли, когда я еще только стажировался в Службе, мне пришлось как-то быть ночным дежурным в полевом госпитале на Седых Лунах. Служба любит именно там "обкатывать" новичков. И действительно - там уж действительно с человеком случается все, что только может случиться... Именно там я и проспал атаку москомортов. Знаете - такие твари - не больше обычного комара. Только укус у них смертелен. Мы всю ночь дулись в "преф" - затягивает, знаете ли. Нет, я вовремя вставал из-за стола, делал обход, проверял состояние больных и аппаратуры. Но к утру меня сморило - и перед сдачей дежурства я не проверил. Не проконтролировал систему "электрозанавеса", одним словом. Она постоянно включалась на ночь и в предрассветные часы - когда моски особенно активны... По всей видимости, кто-то из ходячих больных - из новичков, которые еще, как говорится, пороху не нюхали на Лунах, наверное, вырубил "занавеску". Когда она работает - духота и, знаете, запах... Горит мелкая мошка... Ну, там, разумеется, имелись предупреждающие надписи, предохранители... Но этот несчастный со всем этим благополучно справился. Ну а моски, как им и положено, налетели на рассвете. Шестеро погибших - как на зло, все - из палаты выздоравливающих... Меня признали невиновным - ограничились тем, что аннулировали стаж, загнали на Ведьмины равнины, - но я-то знаю, кто виноват. И что виновато... Оба помолчали. - Вы, пожалуй, шлишком штроги к шебе, миштер Флаэрти... - утешающе заметил Русти, наливая по третьей. Но на этот раз не достиг того психологического эффекта, на который рассчитывал: Ник прикрыл свою стопку ладонью и, еще раз сославшись на необходимость раннего подъема завтра, оставил Русти наедине со сливовицей. Та иссякла довольно быстро, проявив затем свои - весьма дурные - качества: всю ночь собравшийся было по-человечески выспаться перед принятием важных решений Русти то кемарил судорожным полусном, то просыпался в холодном поту, стряхивая с физиономии пригрезившихся ему в изобилии москомортов... * * * - Так что и спать Русти в ту ночь не спал, и бодрствовать не бодрствовал... За ночь - даже лицом осунулся и всю шепелявость от распухших губ у него как рукой сняло. - Хенки примерился и аккуратно наполнил кружку собеседника, не забыв и о себе. - Ну вот - едва продрав глаза, Русти долго пытался понять, на каком свете он находится или, по крайней мере, на каком корабле. Вспомнив, на каком, черт бы его - этот корабль - побрал, он вскочил и, отмывшись от остатков ледяного пота, которым обливался всю ночь, отправился проверять на "Леди" все, что имело отношение к той бумажке, которую вчера торопливо, чтобы никто не заметил, он сунул в карман. Проведенная проверка довела его до ручки. Дела обстояли плачевно - плачевнее некуда... Приготовление завтрака для всей честной компании, которое ему выпало по наспех составленному графику, заняло у боцмана минимальное время, тем более что после вчерашних треволнений к завтраку в кают-компанию все тянулись поодиночке и в основном молчали, приветствуя друг друга лишь полусонными кивками. А вот за обедом его кулинарные достижения подверглись жестоким поношениям со стороны пребывавшей не в духе мисс Генриетты. * * * - Я не могу есть ЭТО! - Доктор Ульцер с таким отвращением отодвинула от себя стандартный эскалоп, полчаса назад извлеченный Русти из корабельного морозильника и в меру прожаренный в гриле микроволновки, словно это был, по меньшей мере, фаллос пожилого павиана в соусе из змеиного яда. - Но почему, Генриетта? - Доктор Сандерс воззрился на свою подчиненную словно отец семейства на непослушную дочь, истомившую его бесконечными капризами. - Если ваши э-э... религиозные традиции не позволяют вам есть свинину, то вы могли бы заранее попросить боцмана приготовить вам, ну, скажем, хороший говяжий ростбиф. - При чем тут религия, доктор?! Я ведь, кажется, предупреждала вас еще на "Транзите", что я вегетарианка и не употребляю мяса. Вы только посмотрите на это! - Она ткнула вилкой в свою тарелку. - Здесь же сплошной холестерин с канцерогенами в придачу. А уж про содержание жирных кислот я вообще молчу! - Боже мой, с того времени, когда мы с вами на "Транзите" беседовали на кулинарные темы, произошли некоторые события, которые немного заслонили в моей памяти наш разговор... - с грустью произнес в признание своей вины и в свое же оправдание руководитель Миссии. - Что касается холестерина, то... - "Кто умножает познание, тот умножает и скорбь", дорогая, - уплетая вторую порцию свиной отбивной, бодро процитировала Большую Книгу госпожа Шарбогард. - Бросьте вы свои причуды к такой-то матери и ешьте что вам дают. У меня лично после всей этой заварухи с абордажем в Открытом Космосе прорезался зверский аппетит. - Лучше буду голодать, чем изменю своим принципам, - демонстративно выходя из-за стола, заявила капризная Генриетта. - Человек есть то, что он ест! - Как знаете, милочка, - флегматично проигнорировала оскорбительный намек ее коллега, перекладывая нетронутый эскалоп в свою тарелку. - В "Савое", согласна, готовят получше, но мы с вами не в том положении, когда можно привередничать. В каком они действительно находятся положении, знал или считал, что знает, только Русти. Знал и молча рассматривал свою порцию мяса, которая не вызывала у него ни малейшего аппетита, несмотря на румяную корочку и богатые жизнерадостным холестерином нежные жировые прослойки. На холестерин ему было наплевать. Ничего не лезло Русти в желудок, потому что Русти знал, что желудок этот скоро станет желудком покойника. Слишком - по его мнению - скоро. Усевшийся напротив него явно оптимистически настроенный Лемье сообщил боцману, что честно отработал свои четыре часа у терминала, пытаясь обдуть Шпилли, проиграл шесть партий и был этим очень доволен, так как по всем правилам статистики так не бывает, и, следовательно, следующую партию он непременно выиграет. Еще он был доволен тем, что у кошечки наконец восстановилось нормальное пищеварение. - Это корабль на нее так подействовал, - радостно чирикал лягушатник, уписывая гарнир. - Особенно ей невзлюбилась та кабина, что по жребию досталась мне. Пришлось ее хорошенько вымыть и опрыснуть дезодорантом - кошечка сразу перестала грустить. При мысли о кошечке у Русти начались колики. Он встал и, поставив свою тарелку в холодильник нетронутой, проследовал к выходу из кают-компании. За его спиной док Сандерс строго выговаривал Лемье, что вымыть кошечку и обрызгать ее дезодорантом следовало бы еще намедни, так как корабль уже провонял этой животиной насквозь, а рассудительный Флаэрти уточнял, что мыл и опрыскивал Жак скорее всего не кошку, а помещение. Лемье же сделал Русти ручкой и радостно крикнул вдогонку. - Не забудьте, что через часок ваша очередь забавляться со Шпили. Не продуйте ему своего "краба" с фуражки. Русти не ответил ничего. * * * В приборном отсеке все так же, как до обеда, маячил белый затылок Финнегана и подмигивал с экрана осточертевший всем Шпилли. - Послушайте, боцман, - крикнул Питер не оборачиваясь, - Русти он уже узнавал по шагам. - Вы, говорят, обожаете "Блэк-джек". Не подмените ли меня? У меня эта игра разжигает нездоровый азарт, - он вздохнул. - Еще мать ругала за это пристрастие. Раньше - мать, теперь - брат. - Потерпите немного, - сочувственно посоветовал ему Русти, - мне надо покормить и выгулять нашего пленника. И побеседовать кое с кем. Боров встретил его, не поднимаясь с лежанки, - кислой улыбкой и неточно посланной в глаз косточкой от маслины. Русти утерся и запустил в Борова пакетом с причитающимся тому харчем, метя по лбу. - Вставай, бандюга! - скомандовал он. - Пора на горшок! На горшке Боров провел немало времени в кают-компании успел закончиться обед, и мимо боцмана проследовала принципиально вегетарианская Генриетта, которой услужливый Лемье скармливал в награду за принятые страдания неведомо откуда взявшееся яблоко, а затем док Сандерс, что-то оживленно обсуждавший с Федеральным Следователем. В каюту этого последнего и направился Русти, сдав Борова под наблюдение занявшего свой пост в радиорубке Флаэрти - для отбывания принудительных работ по установлению связи с внешним миром. * * * - Я ждал вас, боцман, - Кай кивнул на кресло у стола, а сам присел на противоперегрузочную лежанку. - Вы и куска в рот не взяли за обедом. Да и за завтраком кисло выглядели. Не обнаружили ли вы на кухне пустой пузырек из-под крысиного яда? - Кое-что похуже, господин Следователь... Русти обескураженно опустился на предложенное ему место и протянул Каю вчерашнюю распечатку - порядком помявшуюся в его кармане. - Я не знаток технических терминов... - Кай почесал левую половину своего носа, потом правую. - Но, насколько я понимаю, последнее донесение бортового компьютера, перед тем как милейший Шпилли лишил народ удовольствия общаться с этим прибором, содержит сводку данных о состоянии систем и механизмов "Леди Игрек". На первый взгляд - ничего угрожающего. Нет - вот, выделено шрифтом. В связи с выработкой ресурса некоего э-э элемента бортового м-м конвертера антиплазмы... Это то, что в просторечии называют реактором подпитки - да? Так вот, вскоре этот конвертер будет отключен. Насколько я понимаю, - попробовал пошутить он, - компьютер нам сообщает что за неуплату отключает электричество... Это серьезно? - Это очень серьезно. Я не пилот. К сожалению. Но судовое хозяйство знать обязан. В реакторе выгорает сегмент отражающей оболочки. Их ставят новые в каждый рейс, но капитан Джон-Ахмед Чикидара просто придурок какой-то. Отправился в дорогу с изношенным отражателем силовой установки. Естественно, автомат его отключит. И нам - крышка. Аккумуляторы протянут еще несколько десятков часов, и мы останемся без единого ампера во всех главных сетях... И заранее предупреждаю ваш вопрос, сэр: в комплекте ЗИПа сектора отражателей с собой никто не возит... А регенератор кислорода на "Леди" - электролизный. Есть аварийный комплект химпатронов, но это - еще на сутки, не больше. - А снять блокировку с реактора невозможно? - осведомился Каи, понимая, что предлагает полную глупость - Это точно то же самое яйцо, сэр. Только в профиль. Я в своей жизни видел отражатели, которые выгорали раньше срока гарантии. Но чтобы позже - такого еще не бывало. - И в таком случае... - Самое лучшее тогда будет, если реактор рванет. Отмучаемся, считайте, мгновенно. Но он, зараза, скорее всего просто сдохнет. А следом и мы - вы уже поняли от чего. Может, еще облучимся для разнообразия. - Таким образом... - Кай почесал правую ноздрю. - Таким образом, я с вашего, господин Следователь, разрешения иду в слесарную кладовку, беру оттуда зубило и начинаю вышибать господину Бишопу зубы по одному. До тех пор, пока радио не заработает на передачу. Поверьте, этому свиному рылу скоро надоест дурачиться. А вы бы тем временем взялись хорошенько за вашего старого знакомого - что обожает щеголять в черных перчатках. Если вчера, когда он сказал, что знает выход, но боится, что выход этот чересчур радикальный, он имел в виду предложить нам всем выпить по чашечке кофе с мышьяком и закусить все это цианидом, то - милости просим, пусть начинает первым. Но мне кажется, он не настолько идиот, чтобы шутить этак вот... - Думаю, что Бишопу будет достаточно просто уяснить себе ситуацию. Только сделать это следует конфиденциально. Паника нам ни к чему. А относительно господина Маддера - вы правы. Длительная разработка тут неуместна. Я беру его на себя. Кай встал. - Как только я закончу с Маддером, ведите Бишопа ко мне. Мы с ним мило побеседуем втроем. Они вышли в коридор и, коротко кивнув друг другу, разошлись в разные стороны. Перед каютой Маддера Кай остановился и нащупал в кармане брелок - серебряную пулю здоровенного калибра - память об одном смешном деле. Плюнул через левое плечо и костяшками пальцев постучал в дверь. * * * - Нам давно уже стоило обсудить между собой кое-что. Колдун выразил свое согласие, коротким жестом указав Федеральному Следователю на сиденье напротив. Сложил кончики пальцев прямо перед собой и через них вперился взглядом в переносицу Кая. - Вы ведь следуете отнюдь не на Нимейю... - не столько спросил, сколько констатировал Кай. - Ради вас даже программа Броска была модифицирована. И расстаться мы с вами должны были где-то примерно там - на траверсе Брошенной. - Если бы "Констеллейшн" не погнался за сигналом бедствия, мы расстались бы с вами через несколько часов после того, как закончился первый Бросок, - согласился Маддер. - Вас должен был забрать "Тюльпан-8". Это рядовой орбитер. Если не считать Брошенной, то больше ему лететь было некуда. - Вы правы. Я должен был руководить операцией по... м-м... По эвакуации с планеты некоего оборудования... Затем нас должен был забрать... с условленного места встречи нас должен был забрать рейсовый "дальнобойный" корабль... Маддер нервно поправил какую-то из разложенных на столе бумаг. - Простите, что я затрагиваю сферу высшей секретности... - Кай старался поточнее подбирать слова, - но... но у меня сложилось впечатление, что... что заданию, которое предстояло выполнить вам, в определенных кругах придавалось не меньшее значение, чем собственно Миссии Спасения, курировать которую по линии Федерального Управления приходится вашему покорному слуге. Маддер молчал. Но молчанием означил согласие со сказанным. - Нас ищут? - спросил Кай. - Вы понимаете, что я имею в виду не обычный набор экстренных мероприятий Службы Спасения... - Безусловно... - Маддер наконец перевел взгляд с переносицы собеседника на его глаза. - И нас непременно найдут. Но нет никаких оснований полагать, что до нас доберутся раньше тех сроков, которые и в вашем задании и в моем означены как критические... Если вы рассчитывали, что я располагаю какими-то дополнительными возможностями в этом отношении, то вы ошиблись. В моем кейсе - вовсе не подпространственный транслокатор или аппарат сверхдальней связи. Еще не придумали таких аппаратов, способных уместиться в багаже простого смертного... Рассчитывать мы можем только на себя... - Я не строил иллюзий в этом отношении, доктор... - словно боясь спугнуть большую черную птицу, усевшуюся перед ним, Кай осторожно изменил позу, чуть подобрался и выпрямился. - Я не сомневаюсь, что все, чем мы располагаем в данный момент, - это, только мы сами. Но... но - зная определенную специфику ваших предыдущих работ, доктор, я хотел бы надеяться, что вы сможете предложить нам нечто... Нечто, что способно было бы изменить нас самих. Точнее - что-то в нас... Доктор решительно выпрямился в кресле и с уважением посмотрел на Федерального Следователя - Вам... Вам известна какая-то дополнительная информация по программе "Тени"? Вы... Наша встреча на борту "Констеллейшн" - неслучайна? - Увы, док. Все-таки - случайна... Управление Расследований не уполномочивало меня заниматься еще и вопросами военно-медицинских исследований. Безопасность трехсот тонн "Пепла" - вполне достаточная работа для нормального специалиста в моей м-м... области. Треть мировой продукции за год как-никак. - Значит, вы просто догадливы... Это хуже. - Доктор позволил себе чуть улыбнуться. - Все беды мира - от чересчур догадливых людей... - Постараюсь не раздражать вас больше этим своим качеством, - Кай тоже чуть улыбнулся. - В том смысле, доктор, что я рассчитываю на то, что мы перестанем ходить вокруг да около, а ясно изложим друг другу свои э-э... предложения... Маддер встал и за неимением в боксе избытка свободного пространства сделал полтора шага в одну сторону, ровно столько же - обратно и задумчиво уставился в имитацию иллюминатора, терпеливо демонстрирующую всем желающим бесконечность звездного неба - что же еще? За бортом корабля ангелы небесные могли летать хоть стаями, или Серые Карлики играть в хоккей, но фальшокно выходило только на звездное небо и никуда больше. - И ситуация и вы, Следователь, все это заставляет меня нарушить обязательства, взятые на себя перед другими людьми... Весьма влиятельными - поверьте.. Я вынужден буду открыть вам... И не только вам, Следователь, информацию сугубо закрытого характера... И я боюсь... Боюсь двух вещей, господин Санди... - Ну, во-первых, того, что поставите всех нас под удар со стороны лиц, не желающих, чтобы информация, которой вы хотите поделиться, получила бы дальнейшую огласку... Я вас понимаю. Как раз мне-то хорошо известно, как далеко могут зайти эти люди... - Вы обещали не проявлять догадливость, Следователь... - Маддер снова черной птицей сгорбился над столом. - Но ваша догадка совершенно справедлива. Заметьте, что я не говорю уже о собственной ответственности перед... Не будем об этом. Второе - я абсолютно не уверен, что та м-м... мера, которую я предложу принять, принесет успех. Нескольким людям будет причинен существенный вред, а "Пепел" так и не будет доставлен на Нимейю в срок, и я не попаду на Брошенную раньше, чем... Тут Колдун снова вороном вспорхнул со своего насеста и молча воззрился в иллюминатор - Таким образом, док, вы хотите предложить нам использовать нечто... Нечто еще не опробованное... Проделать своего рода эксперимент? - Вы угадали слово... Эксперимент. Все дело в этом... Если разобраться - именно в этом... Мне не так страшны все эти бойскаутские клятвы, которые мне придется нарушить... Нет! Мне просто тошно подумать о том, что мне предстоит снова участвовать в этом... - Жаль, что вас не слышат члены Парламентской Комиссии... - вздохнул Кай. - У них бы исправилось мнение о вас... А так - половина этих господ считает вас хладнокровным вивисектором... - Вот как? - Маддер снова повернулся к Каю. - Вы все-таки знаете о моих делах больше, чем я - о ваших. Мне вы, кстати, уже тогда запомнились... Правда, я не знал точно, что вы - человек Управления... - Управление контролировало тогдашние слушания по своей линии... - пояснил Кай. - Мы обеспечивали отсутствие давления на членов Комиссии. И их безопасность. И только... Но - в ходе работы - пришлось переварить немало информации, как говорится, и не по существу дела... В том смысле, что как раз по его существу... Если хотите, я чуть облегчу вашу задачу, док. Постараюсь сформулировать то, что вы с таким трудом собираетесь нам предложить... - Не уверен, что нам обоим не стоит еще раз подумать над этим, Следователь. Маддером опять овладели тяжкие раздумья. Должно быть - при воспоминании о его показаниях Комиссии по расследованию злоупотреблений в области научных исследований и технологических разработок. - Не уверен в этом и я... - Кай потер лоб. - Но дело в том, доктор, что времени на колебания ситуация нам не оставила... Во-первых, я уже обращал внимание нашего... экипажа на то, что ищет нас не только Служба Спасения. И я бы не стал заключать пари, что именно она доберется до нас первой... Но даже это - не решающий фактор... Энергоустановка "Леди Игрек" автоматически отключится через тридцать часов - выгорел один из секторов экранировки разряда. Почти до предела. Запасного на борту нет. Да и будь он у нас - мы все равно не смогли бы ничего сделать. А если мы снимем блокировку с реактора - что тоже почти невозможно, - он выйдет из строя через пару часов, когда защитный сегмент догорит до конца. При этом вполне вероятна масса неприятных последствий. Так что менее чем через двое суток мы останемся только с тем, что запасено в резервных аккумуляторах. Среди всего прочего это означает отключение системы жизнеобеспечения. Регенерации воздуха, в частности. Если до нас доберутся через неделю, это будет уже слишком поздно. Резервные запасы кислорода невелики... Пока обо всем этом знаем только боцман и я... Маддер помолчал с минуту. Потом криво улыбнулся. - Вы обещали почитать мои мысли... Пожалуй, пора это сделать... Кай вздохнул еще раз. - Судя по тому, что я знаю о ваших исследованиях, проводившихся на Брошенной, вашей задачей была разработка способов быстрого и эффективного обучения и переобучения людей - военных, прежде всего - определенным специальностям, подготовка специалистов по которым в обычной жизни дорога, трудна и требует много времени. Были якобы достигнуты обнадеживающие результаты... Но "Дженерал Трендс" инкриминировали то, что для проведения экспериментов она вербовала лиц, осужденных на длительные сроки заключения. В качестве добровольных подопытных кроликов, так сказать. С той только разницей, что кролики после таких экспериментов не исчезают бесследно, а где-нибудь обнаруживаются. Например - на кухонном столе... Впрочем, покопавшись немного в деле, компетентные службы нашли, что кое-кто из ваших добровольцев благополучно пережил опыты и под чужим именем и с прекрасно оформленными документами зарабатывает огромные деньги, сделавшись вдруг классным специалистом в таких, например, редких областях, как добывание экзотической дичи для гурманов и зверья для зоопарков - где-нибудь на Северном полушарии Квесты, например. Или налаживает боевые киберсистемы в Империи Харур... И каждый такой "заново родившийся" спец отстегивает от своих доходов кабальный процент - на основании договора - вполне законного и вполне бессмысленного - в пользу некоей страховой компании, связь которой с работами, проводящимися на Брошенной, доказать не удалось... Я это к тому, доктор, что способ сверхбыстрого обучения, надо полагать, существует, но, возможно, не отработан до конца. Рискован... Это все - во-первых. А во-вторых: нас десять вполне дееспособных лиц на вполне способном перемещаться в космосе судне. В пределах досягаемости находится пригодная для жизни планета. На ней - резерв топлива и материалы для текущего ремонта. Для смены того же злополучного сектора защитного отражателя. Там же обретается и капитан нашей "Леди". Там же и цель вашей м-м... командировки, доктор. К сожалению, никто из нас не имеет ни малейшего представления о том, как вручную управлять такой вот космической посудиной. Всех наших знаний в этой области - вместе взятых - хватит только на то, чтобы посоветовать Русти повернуть ракету носом куда следует и, по возможности, запалить ее сзади. Этого явно мало. Следовательно, наша проблема - проблема знаний. Обучения. То есть - классический случай предмета ваших разработок... Нам нужны знания и навык космонавигаторов. Вы можете дать их нам? - Ну что же, прекрасный случай дедукции, мистер Холмс. Поздравляю. Что касается навигационных знаний, то и тут вы правы. Как говорил мой лучший программист - Мойша Дольштейн, "их есть у меня". * * * - Нет, тренажеры, гипноаппаратура и мнемотехника тут ни при чем, - доктор поставил свой загадочный кейс перед собой, чуть заметным движением открыл потайной шифрозамок - оказывается, никаких ключей чемоданчику и не требовалось - и стал, прикрыв глаза, набирать код. - Вся эта машинерия не дает человеку знания. Она помогает ему - помогает, не более - создавать их. Ибо знание, навык - это не картинки и не буковки. Это способ работы мозга. Даже не структура его, способ ее работы. Сама работа... Чемоданчик открылся. В нем не было волшебной палочки. Не было и других чудес. Только стандартная клавиатура переносного компьютера и уложенные в пазы детали довольно причудливых очертаний. И в отдельном гнезде - шкатулка. Черный Ларец. Колдун коснулся матово-черной, массивной крышки ларца и с легким усилием поднял ее. Потом один за другим стал вынимать и расставлять перед Федеральным Следователем плоские лотки с покоящимися на них тускло окрашенными кристаллами неправильной формы. Протянув руку, Маддер нащупал выключатель и погасил в каюте свет. Кристаллы светились. Каждый - чуть заметно, но все вместе - вполне ощутимо, делая видимыми очертания окружающих предметов, отбрасывая волшебный отблеск на низкий потолок... - Хотите стать врачом? Или химиком? Монтажником-водолазом, на худой конец? Но я рекомендую эти - янтарные. Это обучающие программы по космонавигации. Их у меня ровно шесть. - Можно потрогать? - спросил Кай. - Так это что - спрессованные, так сказать, знания и навык? Записанные на кристаллах? - Я только что объяснил вам, что знания - это работающие нейронные сети. Функциональная голограмма части нервной системы человека. Мы просто переводим пространственное распределение возбужденных участков мозга - не только его коры - в возбужденное состояние различных точек поля Ланга. Затем поле сворачивается в минимальный объем и "встраивается" в синтетический кристалл. И так хранится. Продолжая функционировать. Вот обратная операция - наложение этой сети возбуждений на адекватные структуры мозга-реципиента - сложная и деликатная процедура. Но и с ней мы справляемся... Вот этот блок... - Поле Ланга... - задумчиво пробормотал Кай. - Это то, что называют "электронной пеной"? - Да, разумеется. Система ячеек пространства, в которых циркулируют самоподдерживающиеся вихревые токи... В обычных условиях макроаналог такой ячейки - шаровая молния. Страшно нестабильная штука. И потребляет массу энергии на свое самоподдержание. Но зато прекрасно "запоминает" внесенные возмущения. Принцип голограммы... И продолжает их помнить в наиболее энергетически выгодном - "свернутом" состоянии. В таком виде поле можно "привязать" к кристаллической решетке определенного типа и сохранять довольно долго... - А-а... обучаемый? Его мозг не страдает, когда в нем генерируют такое поле? - Вообще-то "развернутое" поле Ланга слабо взаимодействует с материей... А те возбуждения, которые оно вызывает в мозгу реципиента, можно уподобить микроожогам... Опасность тут как раз минимальна - при инсталляции голограммы знаний мы используем гораздо меньшую мощность поля, чем при ее первичной записи у донора... - А как же мозг этого донора? - слегка ошеломленно спросил Кай. - Он-то? - Мозг донора, разумеется, сильно страдает. Поэтому мы вынуждены работать только с умершими... Пока они еще находятся в состоянии клинической смерти... - Но ведь клинически умерших в наше время благополучно оживляют? - Кай осторожно положил на место похожий на кусочек янтаря кристалл - так, словно это было что-то ядовитое. - Именно поэтому нам приходится работать с теми, кого уже нельзя вытащить с того света... Наши агенты бессменно дежурят в травматологических пунктах, плетутся в обозах воюющих армий... И все такое... Мало того, что надо успеть перехватить перспективного покойничка. Надо еще и твердо знать, является ли он ценным специалистом, чтобы избирательно активировать соответствующие структуры его мозга. Целиком его содержимое мы "списать" не можем, но это тот рубеж, к которому... - Да, ваш метод еще заметно недоработан, - ошалело пробормотал Кай. - А что же чувствует тот, у кого вы "избирательно активируете соответствующие структуры"? - живо поинтересовался он тут же. - Боль? Надежду? Горе? Или просто необычайно ярко вспоминает азы своего дела? На сон грядущий... - Не знаю, - пожал плечами Маддер. - Но надеюсь узнать... - Вы имеете в виду... - Кай поднял на него взгляд. - Я имею в виду то, что я - на случай - гм... соответствующей кончины - составил и заверил по всем законам завещание, в котором прошу использовать мои бренные останки именно для такого рода целей... - А это... - Кай кивнул на разложенную перед ним коллекцию минералов, помнящую и умеющую столь многое, - на ярмарку, что ли, возили? - На тестирование. Самая лучшая аппаратура для этого находится на Земле, в Рокфеллеровском центре. Что до ярмарок, то в них мы не нуждаемся... Товар весь продан. Продан и сам центр на Брошенной. - И кому же, если не секрет? - Кай постарался уловить в лице Колдуна хоть малейшее изменение. - Пожалуй, я не смогу ответить на этот вопрос... Это уже секрет "Дженерал Трейдс". Сама фирма продолжать эти разработки не собирается... Подействовал тот публичный скандал и... Кай выдержал паузу, сделанную собеседником, не задавая ожидавшегося от него вопроса. - И, - нехотя закончил Колдун, - так или иначе, но за долгие годы работа не достигла цели... Мы имеем не столько способ обучения, сколько способ сохранения знаний... Поле Ланга не поддается копированию. Проблема считается принципиально неразрешимой. Исходя из высоких соображений теории информации... и устройства Мироздания вообще. - Так что же, - прикинул Кай, - эти ваши функциональные голограммы могут существовать только в одном экземпляре на одного носителя? Как бессмертная душа? И вы научились всего-навсего такой вот кусочек души... - Только не называйте это пересадкой душ! Эти слова Маддер почти выкрикнул. * * * - Уберите отсюда, Бога ради, эту тварь, - в голосе Борова звучало искреннее отвращение, - она перегрызет какой-нибудь провод, и мы останемся - вдобавок ко всему - еще и без электроэнергии, - он вопрошающе поднял взгляд на вошедшего в бокс связи Русти. - Мне Марго не мешает, - в пику Борову, не пользующемуся доверием ни у кого из собравшегося на борту "Леди" народа, тут же довел до общего сведения Питер. - Смотрите, чтобы она не проглотила ту дрянь, с которой играет... Она ее вот уже битый час катает по рубке... Откуда только вытащила... - Тогда почему вы не даете мне отобрать у нее эту гадость? - раздраженно спросил Эрни. - Потому что она к вам все равно не подойдет, а отстегивать вас от кресла я не собираюсь... - резонно объяснил Питер. - Вы это... - задумчиво оборвал разгоревшуюся было дискуссию Русти. - На минуточку оставьте нас вдвоем с мистером Бишопом. Пит понял его буквально, с несколько обиженным видом подхватил под брюшко зазевавшуюся Марго и вышел. Марго только и успела, злобно глянув на Борова, ухватить зубами предмет своих развлечений и, извернувшись самым дьявольским образом, задеть Борова по уху когтями левой задней. Когда дверь за Питером закрылась, а Боров, чертыхаясь, закончил оказывать себе первую помощь, Русти, сидевший на рукояти кресла напротив, сурово глянул на пленного и протянул ему изжеванную распечатку. - Восьмая строка снизу, - хмуро прокомментировал он. - Прочти и вникни. Вник Боров довольно быстро. Минуты три он выражал свое мнение о капитане Чикидаре и о тех идиотах, что выдали ему лицензию, потом перешел к делу. - И много времени у нас в запасе? - осведомился он. - Меньше суток, - утешил его Русти. - Так что переходим в режим строгой экономии кислорода. И начнем с тебя. Сейчас я запру тебя в твоем блоке и перекрою крантик. Есть предложения? - Есть, - быстро ответил Боров. - Я... прилагаю все усилия для того, чтобы радио заработало... Для этого вы запираете меня здесь. Один на один с аппаратурой. Когда радио зафурычит... - А оно точно зафурычит? - строго прервал его Русти. Боров тяжело вздохнул и подтвердил: - Зафурычит... А вот когда оно зафурычит, я требую после посадки на Брошенную предоставить мне респиратор, запас кислорода на шесть часов, выпустить меня на все четыре стороны и не устраивать погони... - А кофию в постель вам не желательно? - зло осведомился Русти. - Больше разговоров не будет, - сухо обрубил Боров и замкнулся в гордом молчании. - Ну тогда - считай, не договорились, - мрачно проронил Русти. - Я пошел, значит, у начальства санкцию просить на то, чтобы тебе, сука, яйца резать, - уведомил Русти высокую договаривающуюся сторону, встал и покинул радиорубку. * * * В коридоре он задержался, чтобы пресечь насилие, которое озабоченный поведением Марго Питер пытался учинить над ожесточенно сопротивлявшейся кошкой, и отобрал у обоих предмет раздора - уже порядком пожеванную упаковку из-под какого-то желудочного средства. - Глупая ты животина, - сказал он кошке. - Заглотаешь, дура, и кто тебя лечить станет? Он заглянул в упаковку - там вместо таблеток лежала пара микроэлектронных "чипсов". Пожав плечами, перед тем как отправить эту дрянь в утилизатор, он осведомился у Питера: - Вы, мистер, кажется, в этих делах разбираетесь Что это за штуку такую выудила наша подруга на свет Божий? - Я - официально ответственный Миссии за связь, - пояснил Питер, крутя чипе перед веснушчатым носом. - Вторая специальность... Эти штуки называются FG-A516680 - типовые частотные генераторы для бортовых радиостанций... * * * - Так что - сами понимаете, мистер, Боров и тут обмишурился. Правда, не до конца, - Хенки, за неимением другого приложения своих забот, принялся благоустраивать временно пустующую клетку над стойкой. В клетке планировалось разместить гринзейского хамелеона - тварь довольно привередливую. - Не до конца, - продолжил Хенки. - Кэп Чикидара - там, на Брошенной - по разумению Борова, слышать их не мог - его радио взлетело на воздух вместе с "Мастерскими Кносса", а ждать, пока радиоволны доползут до радиобуя, подвешенного по другую сторону от Фомальгаута, а буй - в порядке строгой очередности поступающих сообщений упакует их SOS в пакет сообщений для подпространственной связи и соизволит этот пакет закинуть в Систему... Короче - до Брошенной надо было добираться своим ходом - благо забрезжила надежда, что такое все-таки возможно. А там Боров решил сыграть на своей монополии на Чикидару и его секреты относительно того, где запрятаны контейнеры с антиплазмой и программное обеспечение к Броску от Фомальгаута до мест более обитаемых... Так или иначе, мистер, но Колдуну пришлось взяться за дело. Федеральный Следователь, натурально, провел разъяснительную беседу с личным составом Миссии - отдельно с доком Сандерсом и Русти - с каждым на его, разумеется, уровне, - и приняли они решение. Сами понимаете - какое... Тут, конечно, возникла масса проблем - ну, например, кого сажать под это вот мгновенное обучение, а кого - в резерве попридержать. Порешили пустить в дело все шесть "обучающих программ" - так их для конспирации окрестил док Маддер. Гадать долго - кого оставить вне игры, по правде говоря, конечно, не пришлось: сам Колдун подставляться под действие собственного устройства, естественно, не мог - если у него крыша поедет, то уже никто не сможет справиться с возможными накладками, буде такие возникнут. Федеральный Следователь тоже не должен был идти на подобный риск - его дело было обеспечивать безопасность Миссии и Груза, а свихнув себе мозги, он для такой задачи уж никак не сгодился бы. То же, практически, можно было сказать и о доке Сандерсе. Но тот пожелал разделить судьбу своих подчиненных. "Иначе, - заявил он, - в трудную минуту я их могу не понять. А они - меня". Что до Русти, то Колдун забраковал его, как психологически травмированного - оно и легко понять - если члены Миссии всего-то и виделись с экипажем "Констеллейшн" считанные часы, а кто и того меньше, то для Русти осознать, что за несколько минут он навек лишился своих товарищей, с которыми не один год провел бок о бок в тесной скорлупке "судна экстренной доставки" - и хороших, и плохих, и верного Робби, и грозного кэпа Даниэльса, и бестолкового Джеки, и вечно надутого Марека Дудорова... Всех сразу. Это, мистер, не такая потеря, о которой можно забыть, пропустив пару рюмочек чего покрепче, - бывает, после такого с людьми случается и что пострашнее... Русти, конечно, кивнул на мадам Ульцер - мол, если уж у кого и нервы, то у меня все-таки покрепче будут... Но мадам предварительный тест прошла, не чихнув даже, а Русти в этом раскладе только и выпало, что Колдуну ассистировать в его представлении. Как все это выглядело - наверно, спросите. Лучше бы, конечно, было, если бы не я, а Русти вам про то излагал... * * * Излагал сцену инсталляции Русти и впрямь с истинным пафосом и вдохновением, необычно литературным для него языком - убедившись перед этим, что все кружки - слушателей и его - наполнены по новой. "А походило все это на сеанс то ли у медиума, то ли мастера-иллюзиониста... - начинал он обычно свой рассказ. - Мое дело было маленькое, но от-вет-ствен-ное: надо было каждому из полудюжины "интенсивно обучаемых" пробрить на башке по десятку проплешин - хоть бы один лысый попался! - для крепежа датчиков и инжекторов этого самого поля Ланга. А потом, пока док возился с каждым, сидеть в темноте - дело делали у дока в каюте, - напялив электронные очки-дисплеи, которые нарисовали в пространстве перед ним чертову уймищу экранчиков, стрелок и индикаторов и всяких виртуальных приборов, которые, конечно, в материальной своей ипостаси сроду не влезли бы в тот самый черный чемоданчик дока, и отслеживать, чтобы процесс не вышел из-под контроля. Натурально, док сперва прогонял со мной всю эту забаву на модельной своей системе - до тех пор, пока у меня, с одной стороны, не стало все более или менее выходить, а с другой - дым из ушей не повалил... Образно, конечно, выражаясь..." Тут Русти охлебывал из своей кружки и, расслабив воротничок, крутил головой. "Ну а док, - продолжал он, - тот нацепил специальные - знаете, как от дейта-сьюта - перчатки и, что называется, "вызывал духов"... В самом деле - жутковато это было: когда в темноте кабины, над раскрытым кейсом дока, установленным на столе, в воздухе начинало из ничего лепиться изображение мозга погруженного в электросон "обучаемого". То есть - это мне док объяснил - для удобства манипуляций запускался голографический дисплей, который изображал показания прилепленных к пролысинкам на головах обучаемых датчиков в виде такой вот схемы. А потом начинались вещи жутковатые..." По сценарию тут снова Русти отхлебывал пива. "В это призрачное облачко такие же призрачные руки, повторявшие все движения рук Колдуна, сидевшего чуть поодаль, вносили такую... Ну янтарную сеть, что ли. Искрящуюся медным и бронзовым отливом тень другого - чужого мозга. И начиналось темное колдовство: руки-призраки - что твое тесто - мяли и лепили схему мозга "обучаемого" - то сжимали в нуль одни ее части, то растягивали, раздували - другие, и к ним, к этим искаженным, перекрученным - так, как Колдуну надо было, - словно "пристегивали" тонкую золотисто-медную тень чужой души, впечатывали ее в новый материал... Это теперь я так говорю - спокойно и вроде даже красиво, - а тогда... Поверьте, ребята, - жутко было это смотреть... Аж настоящий мороз по коже продирал... Недаром док тогда не велел мне господам из Миссии - ну, "обучаемым" нашим - особо распространяться о том, как все это... Ну как это все выглядело, в общем. Ну а потом, когда док заканчивал с очередным "клиентом", то и призраки эти сворачивались - юрко так, как снятая рапидом улитка прячется в свой домик - и наступала темнота кромешная. Я врубал ночничок, и мы с господином Санди - он там же кемарил, за плечом у Колдуна, на подхвате - уносили клиента этого в его каюту - баиньки... Всего на каждого по часу уходило, а то и по два... Ну, само собой, не все без сучка без задоринки прошло - миссис Шарбогард мы чуть заикой не оставили, а Ник Флаэрти - док потом говорил - мог и зрения напрочь лишиться... Но - обошлось... А потом? А потом дали мы всем нашим "скорообученным" миссионерам выспаться по три часа - не больше - и стали их пробуждать к жизни. Новыми людьми, ядрен поползень!" Глава 5 МЕТАМОРФОЗЫ И КОНСПИРАЦИЯ Воскреснуть могут только мертвые. Живым - труднее. Станислав Ежи Лец - В общем, мистер, тут бы нашим скитальцам и перекреститься, а сделав это - всегда полезное, скажу вам - дело и ломануть что есть тяги к Брошенной, да тут, понимаете, перед тем как поднимать из сна "скорообученных", Федеральный Следователь собрал маленький военный совет. И разъяснил им - то бишь Русти и Колдуну, - что креститься, может, и надо, но не о том: потому что по его - человека в организации преступлений смыслящего - прикидке не будет им ни сна ни покоя от Ядовитого Франческо до тех пор, пока они "Пепел" с рук на руки под расписку не передадут получателю. В связи с чем и попросил их держать ушки на макушке. * * * Франческо ди Ровере действительно слишком много вложил в операцию "Сендера", чтобы забыть о ней хоть на секунду, и поэтому, когда секретарь положил на его стол перехваченное сообщение, выразил отнюдь не удивление, а лишь сдержанное нетерпение. Это выразилось у него в сердитом взгляде и клубе табачного дыма, направленных в физиономию верного секретаря-вышибалы Поджо, словно именно тот был повинен в задержке новостей. Предусмотрительность была второй натурой Папы, которая его, собственно говоря, Папой и сделала. Имея дело с фруктами, подобными Эрни Бишопу и колонелю Кортни, грех было не подстраховаться трижды - одну из страховочных акций успел, с благословения Папы и без ведома двух ранее упомянутых субъектов, выполнить покойный Черник. Кроме всяческого металлолома, оставленного там "Леди" перед промежуточной посадкой, на орбите вокруг Брошенной крутился и компактный ретранслятор-перехватчик, который - через свой кодированный канал - надежно держал мозговой трест "Сендеры" в курсе всех радиопереговоров в зоне проведения операции. Сейчас, прочитав расшифровку радиоперехвата, Папа удовлетворенно скривился - он не обманулся в своем мнении о людях: Ровере всегда подозревал, что люди - это скоты, норовящие при первом удобном случае вцепиться в глотку своему ближнему, а уж те, кто окружает его лично, полагал он не без основания, особенное дерьмо и мразь. Так оно и оказалось. Но "не удивляться" и "сохранять спокойствие" - это все-таки разные вещи. Одно дело - подозревать подчиненных в заговоре и совсем другое - убедиться в его наличии. Франческо держал под подозрением всех своих людей без исключения, но мало кто из них действительно осмеливался пойти Папе поперек. Поэтому когда он прочитал перехваченное послание Борова, то был вне себя от ярости и гнева. При виде выражения лица своего патрона и дальнего родственника, Поджо невольно сжался в комок и даже слегка пожалел, что не уродился четырех футов ростом, как Малыш Мако - их главный специалист по адским машинкам. Тогда бы он мог спрятаться от безумного взгляда Папы за спинкой кресла, а не торчать одиноко, как дерево висельников с планеты Шарада, перед взбешенным шефом. Папа есть Папа - мог и замочить в порыве гнева гонца, принесшего дурную весть. Правда, по слухам, потом он быстро отходил и не скупился на шикарные похороны и компенсацию семье покойного, но Поджо, несмотря на католическое образование, как на грех, в душе был самым бесстыдным атеистом и думал только о сохранности своей шкуры. Ему было как-то наплевать, какого сорта будет у него гроб. Без колебаний он предпочел бы стандартный пластиковый мешок мраморному саркофагу, лишь бы выбор этот пришлось делать как можно позже. Поэтому он поспешил перевести ярость босса в другом направлении. - Шеф, - проронил он горестно, - я вижу, Боров подвел вас... А ведь Поджо (в данной ситуации стоило упоминать о себе уничижительно - в третьем лице) предупреждал вас о Борове, еще тогда - после истории с ребятами Марвина, которых он угробил на Красной Станции. Говорил, что нельзя ему доверять... - Заткнись, кретин! Марвина и его умников он положил по моему приказу... - Папа еще раз перечитал расшифровку и крепко задумался. "Почему "Леди" лишилась управления? Они что - разнесли этой посудине электронные мозги в клочья? Это уж явный перебор. Перебор и непотребство... И как получилось, что из всех моих людей в живых остался только Бишоп, - ума не приложу... Как он мог вывести из строя Громилу? Впрочем, - прикинул Папа, - это я как раз ему еще мог бы простить - он только ускорил и без него спланированные события... Но вот то, что Эрни тащит с собой на Брошенную десяток чужаков, да еще с Федеральным Следователем в придачу, - это уже смахивает на предательство. Предательство и провокацию! Хотя какого черта ему могут предложить федералы, кроме замены четырех пожизненных сроков на два, - не знаю, а Боров из тех, что даром даже воздух не испортят... И потом, выходит, что или Боров общается при помощи радио напрямую с раем Господним, где и положено пребывать блаженному дурню Чикидаре, или летун этот жив... Несмотря на мой приказ убрать его вчистую... Что-то тут неладно, как сказала моя бабушка, когда дедушка повесился... Ясно как Божий день, что наш поросеночек ведет свою игру, хотя непонятно какую. Ладно, подобьем баланс: в активе у нас контейнер с "Пеплом", в пассиве - чертова уймища людей на корабле, из которых положиться явно не на кого; сальдо в итоге не в мою пользу. Хотя... пилот-то пока жив, и если удастся привлечь его на свою сторону, то есть шанс переломить ситуацию. - Ну, что ты там спрятался у меня за спиной, мой дорогой троюродный племянничек? Неужели не знаешь, что я этого терпеть не могу, - Франческо круто развернулся в кресле и вперил озверелый глаз в окаменевшего Поджо. - Не трясись так, твое время еще не настало. Раскрывай-ка свой ноутбук и стучи. Срочно отправишь сообщение этому недобитому астронавту на Брошенную тем же шифром, что и перехваченное письмо. Я думаю, он сообразит, на чьей стороне ему следует находиться, если он хочет сохранить свою вонючую шкуру. - Папа поднял глаза к потолку, как будто бы там вспыхнули видимые только ему одному письмена. - Так, значит... "Дорогой, - как его?.. Чикидара. Я узнал, что мерзавец Боров предал тебя и своих товарищей, подло их уничтожив. Зная его лживый характер, предполагаю, что он бесстыдно обманул и тебя, приписав мне приказ насчет твоей ликвидации. Уверяю тебя, что это - гнусная выдумка, не имеющая ничего общего с правдой. Я срочно высылаю тебе на подмогу моих лучших ребят. Постарайся задержать на Планете до их прибытия Борова и его спутников. Не сомневайся в моей награде за верность. Искренне твой..." Надеюсь, ты все понял? Тогда дуй к Рикардо и скажи ему, чтобы тот срочно завернул на Брошенную бот с теми ребятами, что я обещал Редки. Редки потерпит. Сделав это, пусть идет ко мне. Надо потолковать... А сейчас оставьте меня в покое на полчаса - мне надо все обдумать. * * * Смерть профессора Самуэлли Чикидара вспомнил, разглядывая наполненное зыбкой смертью и страхом пространство, простиравшееся перед ним так, словно все это происходило только вчера. Потом он тяжело вздохнул, сплюнул через левое плечо и, выпрямившись в полный рост, пошел вперед. Сейчас - пересекая проклятую землю Охранной Зоны уже без малейших предосторожностей, Чикидара ощущал себя раздетым донага и выставленным на всеобщее обозрение дурнем, которому вот в этаком виде предстоит преодолеть, допустим, Трафальгар-сквер. На Трафальгар-сквер Чики не бывал никогда, но почему-то именно это сравнение лезло ему в голову. Все время - так же, как тогда, когда он решился наконец покинуть "подземелье демонов" и вернуться на осиротевшую "Леди", - ему упорно хотелось пригнуться и начать передвигаться от укрытия к укрытию короткими перебежками, втянув голову в плечи и крепко зажмурясь... И только суеверный страх перед тем, что вся эта жуткая машинерия, которой была по-прежнему напичкана Зона, вдруг учует этот страх, поймет, что это ее потенциальная жертва, трепеща и обливаясь холодным потом, пробирается по зыбкому покою заколдованной земли. И тогда... И тогда - в глубине души Чикидара был в этом твердо убежден - кибернеческие демоны Зоны перестанут играть с ним в ту игру, которую ведет обыкновенно пресыщенный лукавый кот с трепещущим в смертном страхе мышонком, сменят милость на свой непередаваемо ужасный гнев и весь этот гнев обрушат на него - Джона-Ахмеда Чикидару... Этот страх настолько помутил его зрение, что он даже чуть не свернул себе шею, споткнувшись о раскорячившегося под ногами и ни малейшего внимания на прохожих не обращающего "боевого паука" - точь-в-точь такого же, как тот, с которым он разделался в то - теперь уже давнее время. "Паук" возмущенно дрыгнул жвалами-инжекторами и нехотя подался в сторонку. Джон-Ахмед перекрестился и продолжил свой путь, держась неестественно прямо и даже натянуто улыбаясь незримому режиссеру - вы же видите, что мне не страшно... совсем не страшно, мистер... Он подавил в себе зашевелившееся было темное, жутковатое любопытство и не стал сворачивать с прямого пути и заглядывать в уже почти совсем заметенный песком окопчик, где время продолжало медленно стирать в ничто, в нуль то, что когда-то было бренными останками полковника-профессора Конрада Самуэлли, и прошел прямо к низкой щели Горловины. Постоял немного перед стальной плитой двери, сглотнул горькую слюну и, снова зажмурившись, набрал заколдованный номер. Дверь послушно и бесшумно съехала в сторону - как и в тот раз. И как в тот раз, начав вновь прихрамывать на левую, Чикидара стал шаг за шагом опускаться в недра проклятого Подземелья. Которое словно только и ждало его, чтобы показать, что ничего не изменили прошедшие годы. Даже просыпанный кем-то давным-давно попкорн все так же продолжал украшать ковровую дорожку перед застекленным боксом-столовой второго уровня. Даже им - Чикидарой - скомканная распечатка валялась у кресла в узле связи - так, как он ее оставил тогда... И все же что-то изменилось. Что-то все время не так было в этих пасмурных пределах, обители странных демонов военной науки. Кто-то заботливо погасил лампадки иконостаса Богов Пестрой Веры - или это Чики сам задул их, уходя? И кто-то заботливо прикрыл двери в ту комнатенку, в которой он провел столько жутковатых ночей, - тогда. Или сам он прикрыл их? Здесь, как никогда, ему верилось в сказки о Серых Карликах. Нет, конечно, это Подземелье не ныряло в подпространство и до Космоса отсюда - из утопленных в толщу скалы бункеров - было далеко, но уж если где и хозяйничать этим зыбким творениям Небытия, так это - здесь, в этих проклятых - вне пространства и вне времени - казематах, чуждых всему земному, человеческому. Чики казалось, что вот-вот - стоит только чуть больше обычного напрячь слух - и услышит он серое шушуканье где-то не за первым, так за вторым поворотом коридора, царапнет ему уши серый шелестящий смех. Стоит чуть быстрее скосить глаз, и не успеет шмыгнуть за угол серый, призрачный комок пыли... В одной из лабораторий, в которую вломился Чики, странствуя по этому ночному, подземному миру, он нарвался на опасность куда более реальную - чуть было не влез в стеклянный бункер, в котором по стенам медленно-медленно ползли безобидные с виду существа, оставлявшие за собой еле заметный след "Слюны Шайтана" - паутины, вырабатываемой личинками какой-то гринзейской твари и успешно используемой тамошними партизанами в их бесконечной войне с карательными экспедициями землян. Несколько личинок Чики отловил найденным по случаю невероятной длины пинцетом и таскал с собой в портсигаре с опилками, накрепко замотанным изолентой. Могло пригодиться, а за оружие не считалось. Кто и зачем разводил эту дрянь в подземном сумраке, было всего лишь одной из многих загадок УРа. Чтобы взять себя в руки, он подошел к давешнему алтарю и, пощелкав зажигалкой, затеплил огрызочек свечи перед оловянной фигуркой с разбитым зеркальцем - отдал дань уважения Ник-кан-Наку - Шустрому Богу Неудачников. Потом он вздохнул и отправился проверять свой клад. Чего-чего, а захоронок в Подземелье было полно. По всей видимости, перед эвакуацией здесь прятали многие и многое. Организованно и вразброд - каждый что-то свое. Так что Чики не был оригинален. Он запрятал два стальных кейса-контейнера из сейфа "Z" на втором подземном уровне в безымянный сейф на шестом, а ключи сунул в банку с сухими дрожжами в холодильнике того самого блока-столовой. Серые Карлики их не тронули. Не тронули они и самого клада. Облегченно вздохнув, Чикидара вновь запер сейф, вернул ключи в банку и отправился на узел связи. Это было единственное место в клятом Подземелье, где он чувствовал себя в своей тарелке. Аппаратура здесь и расположена была почти так, как располагается она обычно на борту космической посудины. И даже кресло оператора чем-то напоминало пилотское... Откинувшись в нем и включив камеры перископов внешнего обзора, он ощутил себя так, словно и не было этих лет унылого каботажа и осторожных расспросов, что минули с тех пор, как он последний раз сидел вот так и смотрел - теперь уже с этой стороны на щель меж сопками - на одураченных таки им Рыжих. Одураченных от себя лично и от имени покойного Конрада Самуэлли. Все было точно так. И даже оба глайдера стояли там же, где стоят они теперь - только уже мертвые, - простреленными и выгоревшими остовами... А тогда они были просто машины, проделавшие в тесном грузовом отсеке "Леди" некороткий путь сюда и доставившие Рыжих, Самуэлли и его - Чикидару - к этому недоброму месту. И фигурки Рыжих можно было разглядеть отсюда. Кто-то - Лейшмановски, что ли, сидел на камне-грибе, умудряясь смолить в здешнем дохлом воздухе вонючий "Галуаз" и с этой целью временами задирая респиратор, кто-то от нечего делать пошвыривал камушки в Зону, забавляясь тем, как рассыпались они пачками искр под ударами невидимого луча боевого лазера охранения. Они еще не начали тревожиться, эти субчики. И Чикидара - тоже еще не успел встревожиться, когда бесшумно и непререкаемо, пыльными ангелами встали над сопками боевые геликоптеры. "Г-господи, да откуда же это?.." - только и успел спросить Бога Чики - а все уже началось и кончилось. Микрофоны донесли сверху далекий хрип очередей, а экран показал, как, скошенные, падали, не успев добежать до глайдеров, фигурки в походных комбинезонах. Облако пыли на мгновение скрыло происходящее, а потом Чики увидел, как выпрыгнувшие из приземлившихся машин люди в пятнистой униформе забрасывали уже неподвижные, изрешеченные тела Оранжевого Сэма и его людей в люки геликоптеров, поджигали выстрелами в упор из разрядников глайдеры - и те горели неярким, коптяшим пламенем... Потом десантники и сами запрыгнули в "вертушки", те еле слышно взвыли движками, зависли над опустевшим полем боя и в мгновение ока исчезли, как и появились, оставив Чики только сопки, копоть горящих глайдеров и зыбкую жуть Зоны. Должно быть, ему повезло. Должно быть, ТЕ - кто, собственно говоря, ТЕ? - и не подумали, что, кроме попавших в их ловушку шестерых, был еще кто-то. Кто-то, прошедший Зону и теперь ошалело смотрящий на них оттуда - с той стороны... Капитан Джон-Ахмед Чикидара. Все, что было после - до того, как он снова оказался на борту "Леди", плохо запомнилось ему. Точнее, запомнилось-то хорошо, но каким-то непрерывным, абсолютно лишенным логики кошмаром. Страх гнал его все глубже под землю. Ему мерещилось, что за ним уже пришли ТЕ - с вертолетов, что они уже ищут его по ярусам и уровням Подземелья, что - вот уже топчутся над ним у стола, под который он забился, смеются над ним... Вот-вот прошьют беспощадными автоматными очередями. Со страху Чики глушил бутылку за бутылкой спиртное, которого в Подземелье хватало, и почти не закусывал. Да и почти не пьянел. Он просто бредил наяву. И в этот бред - вывести его из безумия - пришла за ним Марго. "Конечно, это был бред - чем же еще это могло, быть?" - так и сказал себе Чикидара, когда рыжее отродье Сатаны неторопливо перешагнуло заблеванный порог отсека, в котором он тихо балдел среди полчища опустошенных емкостей из-под виски, джина, русской и финской водки и всего такого. Он сам потом удивлялся, как это он умудрился за относительно короткое время принять в себя такое количество жидкости? Но факт остается фактом: стеклотара - вот она - как валялась по всему Подземелью, так там и лежит, где была опустошена и брошена им - Чикидарой. Видно, не пригодилась Серым Карликам. Впрочем, не о стеклотаре речь. Тогда - после появления Марго - чувство реальности окончательно покинуло его. Он натянуто улыбнулся исчадию своего подсознания и даже вымолвил что-то вроде "кис-кис-кис...", на что Марго ни малейшего внимания не обратила, а злобно-игривой походкой приблизилась к Джону-Ахмеду и, оставляя следы рыжей шерсти, потерлась о его штанину. Затем, всем своим видом показывая, что капитану следует идти за ней, мистическая животина двинулась к выходу. Чикидара не посмел ослушаться. Объясняя самому себе тогдашнее свое состояние и поведение, Джон-Ахмед почему-то грешил в основном на обряд программирования системы управления Охраняемой Зоны его - Джона-Ахмеда - биополем. Порчу какую-то навела на него проклятая машинерия.. Иначе трудно объяснить все то, что было потом: и то, как плелся он вслед за рыжим дьяволом, воплощенным в гибком, коварном зверьке, по заколдованной лощине, уже невидимый, неслышимый, невоспринимаемый злыми духами этой земли. А вот Марго Зона норовила обидеть: стегала электрическими разрядами, пыталась укусить злой вспышкой лазерного луча, пугала мерзкими наваждениями... Но в хитрости Марго не уступала покойному Самуэлли - все ей в Зоне было нипочем. Только когда совсем уж припирало, она бросалась в ноги капитану и, прижавшись к его башмакам, пережидала очередную напасть - Чикидару демоны Зоны зацепить опасались. Еще страшнее, еще несуразнее был их путь потом - после того, как миновали они дотла выгоревшие остовы глайдеров банды Рыжих, - по занесенной редким снежком корявой пустыне - туда, где далеко за горизонтом ждала их "Леди". Похоже было, что нехватка кислорода была Марго совершенно нипочем - да и что ей могло сделаться от этого - галлюцинации, что ли? А вот Чикидаре приходилось туго. Кислород он экономил как мог. Делал привалы через каждые двести метров, когда позволял себе несколько глотков живительной обогащенной смеси из раструба респиратора. Потом он стал останавливаться каждые сто метров... каждые пятьдесят... И все это время, сворачивая шею, Чикидара озирался на пылающее трепещущим, призрачным пламенем небо Брошенной, ожидая, что вот-вот из-за обступивших его путь низких сопок немым знаком смерти поднимутся геликоптеры - те, что, придя ниоткуда и отняв жизнь у людей Оранжевого Сэма, в никуда и сгинули вместе с шестеркой изрешеченных трупов... Но тех все не было. Да и были ли они на самом деле? Откуда им взяться на Брошенной? В конце концов ему стало казаться, что все это было сном. Бредом. И этот кошмарный рейс, и Рыжие, и Подземелье, и Марго. И он сам. Окончательно сознание вернулось к нему только тогда, когда он, почти не сознавая, что делает, четкими автоматическими движениями начал готовить "Леди" к аварийному старту... В стенах уже ставшего ему родным корабля к Чикидаре вернулось самообладание и способность здраво воспринимать окружающее. И только островком рыжего бреда шаталась по переходам и тамбурам опустевшей "Леди" чувствующая себя здесь как дома Марго... Они окончательно сдружились за те долгие недели, что корабль окольными путями, минуя крупные перевалочные базы с их ордами любопытствующих таможенников и федеральных агентов, добирался до ничем не примечательного космопорта "Мобил-11", что приютился на слабонаселенной Террамото - порта приписки "Леди". Но проклятая тень Подземелья, тень мистической чертовщины, была уже навек неразлучна с рыжим зверьком - по крайней мере, в глазах Джона-Ахмеда. Ночь за ночью просыпался он от одного и того же кошмарного видения, приходившего к нему в прерывистом, нервном мире сна: страшного желтого огня, пылающего в глазах изменившейся вдруг до неузнаваемости рыжей бестии, взгромоздившейся ему на грудь. И как тогда - во время жуткого пути по мерзлой пустыне - он, словно выброшенная на песок рыба, глотал и глотал ставший вдруг снова "пустым" воздух. И просыпался в холодном поту с пересохшей глоткой и вылезающими из орбит глазами. Шатаясь, брел на камбуз - глотать холодную воду из бачка рефрижератора. И снова цепенел, встретившись в темноте глазами с застывшим в глубине погруженного в темноту отсека рыжим сфинксом. И... просыпался вновь. Снова и снова - каждый раз в предчувствии чего-то ужасного... Чикидара вздохнул с облегчением, хотя и почувствовал себя предателем, когда, добравшись наконец до "Транзита-200", сбагрил-таки проклятую животину Марку Шапиро - в придачу к износившемуся в рейсе сменному оборудованию "Леди", вместе с кое-какими, строго дозированными сведениями о том, что было (а может, только приснилось ему) там - на Брошенной... Все это ясно - до тошноты ясно - вспомнилось Чикидаре теперь, когда он вновь положил руки на панель управления упрятанного в глубь Подземелья узла связи. Пора было делать то, на что он не решился тогда - насмерть испуганный нападением неведомо откуда взявшегося вертолетного десанта. Впрочем, не только страх удержал его в тот раз от выхода в эфир - мысль о том, что осиротевший теперь клад Рыжих остался неожиданно в его личном распоряжении, удерживала тогда, пожалуй, не хуже, чем страх накликать на свою голову таинственных соседей по Брошенной. Теперь ему было не до этого - сам Господь глаголет ему, что пора заканчивать опасные игры с Брошенной. Это Господь спас Чикидару от верной смерти, когда он доверился людям Оранжевого Сэма. И уберег второй раз - когда он имел глупость снова довериться бандитам. Хватит! Достаточно того, что он уже практически потерял "Леди". Оказаться еще зачисленным, скорее всего посмертно, в соучастники какой-то черной авантюры ему не улыбалось. Хорошо еще, что Боров был достаточно туп, чтобы не сообразить, что клад Рыжих - это не идиотская захоронка - сундук, присыпанный мерзлой землей, а упрятанное в глубь смертоносной, заколдованной Охранной Зоны Подземелье, в котором Чикидара годами может отсиживаться от Эрни и целого взвода вооруженных придурков. Да еще и позвать на помощь кого надо... Он осторожно - один за другим - ввел в действие контуры приема - следовало прослушать эфир перед тем, как выдавать себя подачей сигнала. Почти сразу эфир "зазвучал". Чикидара обомлел - говорила его "Леди"! И "Леди" звала на помощь!!! Но время удивляться еще не закончилось для Чики. Система поиска приняла второй "пакет". И "пакет", адресованный лично ему - Джону-Ахмеду Чикидаре. * * * "Ну, вы сами понимаете, мистер, - тут Хенки задумчиво вперил взгляд в недопитую и вроде как - давно уже - выпавшую из поля зрения его собеседника кружку и тяжело вздохнул. - Сами понимаете: долго дрыхнуть новому экипажу "Леди" не дали: Колдун начал по одному - не дожидаясь, пока проспятся последние из "скорообученных", - поднимать тех, кого обработали первыми..." * * * - Итак, - сурово спросил Колдун, вперив взгляд в почти утонувшую в кресле пилота мисс Ульпер, - вам что-нибудь говорит это? - Доктор Маддер сделал широкий жест, очерчивающий пульт управления "Леди". Мисс пожала плечами. - Мне... - начала она. Все окружающие напряглись. - Мне кажется, - задумчиво, ни на кого не обращая внимания, продолжала чем-то завороженная мисс, - будто все это... Мое место там, - она ткнула расслабенной рукой в сторону размонтированного кресла штурмана, кэп Чикидара, видимо, обходился без этого высокооплачиваемого члена команды. - А пилотом сидеть должен... - мисс Ульцер подняла руку к лицу и тыльной стороной потерла лоб и глаза - не свойственным ей и вообще каким-то неженским жестом. Доктор Маддер прервал ее: - Не напрягайтесь, вы все равно этого не вспомните... Мистер Раусхорн! - энергично распорядился Колдуд. - Позаботьтесь о том, чтобы рабочее место для мисс было приведено в порядок... И Русти отправился добывать из грузового трюмчика, в котором, надо думать, не один черт ногу сломал, снятые и уложенные туда Бог весть когда части штурманского кресла и так и не узнал, по каким причинам от чести править "Леди" были отстранены Питер и Николас. Его поразили только слова Ника, сказанные им с порога доку Сандерсу: - В конце концов, я использую это время для того, чтобы еще раз попробовать обштопать нашего дорогого Шпилли... На него все тут махнули рукой, а напрасно... Я ведь зарекался садиться за карты с людьми - фантомы не в счет! Шагнув в дверь, он налетел на Русти. - Вот и боцман подтвердит, - весело подмигнул он, - что даже старообрядцы и баптисты, бывает, да и заглянут в картишки, когда дело идет о жизни и свободе... - Давай-давай, - хмуро посоветовала ему нетерпеливо занимающая место пилота миссис Шарбогард. - А вы, боцман, не стойте дурнем с этими причиндалами в руках! Монтируйте кресло штурмана и быстренько займите народ крепежными работами - пойдем на трех "ж", с большими перепадами, а по всему судну хлама - навалом... - Вы уверены, миссис?.. - с опаской глядя на нее, осведомился Колдун. - Полную уверенность, док, дает только своевременная эксгумация. С последующим вскрытием и опознанием... Но посудина нам досталась роскошная. Панель управления, правда, упрощенная, спортивная модель, ну да нам не исследовательский полет предстоит, а просто скоростной драп в один конец... Вы, док, - она круто развернулась к Сандерсу - тот, прошедший все процедуры "скоростного обучения", был придержан Колдуном в резерве летного состава как лицо более руководящее, нежели пилотирующее, - вы, раз уж нами командуете, так распорядитесь отстрелить сундук с чертовой отравой. А то идти на трех "ж", да еще с вариациями, имея на борту триста тонн груза, - это, знаете, не очень грамотно. А на обратном пути сундук заберем - в Космосе ничего не пропадает... Несмотря на кажущуюся дикость такого предложения, оно было вполне логично: в Космосе действительно ничего не пропадает. Надо только точно знать координаты и скорость пущенного "по течению" предмета, и хоть через сто лет вы, прибыв в нужную вам точку, примете ваш груз в распростертые в нужное время и в нужном месте объятия... Если, разумеется, траектория вашего клада не проходит через хромосферу случившейся окрест звезды или не упирается в поверхность не вовремя подвернувшейся планеты. Так что предложенное было достаточно логично и безопасно. Более того - как раз тащить "Пепел" до базы пиратов на Брошенной было значительно опаснее. - Извольте управиться за час, - уведомила миссис Шарбогард руководство. - Чтоб в пять пятнадцать все лежали по амортизаторам... У Брошенной выходим на низкую орбиту, отсоединяем большой движок и садимся на планетарных. Пусть та сволочь, что у вас заперта в цугундере, толком на карте покажет, куда сажать птичку... * * * Чикидара млел: мониторы рубки наблюдения УРа показывали ему картинку с орбитального телескопа - его родную "Леди" совершенно по-хамски, даже "без никаких" сигналов оповещения, выходящую на бреющую орбиту прямо на тормозных движках, игнорируя обязательный маневр промежуточного разгона... Зрелище было захватывающее - в жизни бы Джону-Ахмеду не пришло в голову, что его посудина - как бы хороши ни были ее номинальные показатели - способна на такое. На посадку "Леди" стала заходить, не закончив и четверти витка вокруг Брошенной. Без малейшего толчка, серебристым призраком отделился от основного корпуса спускаемый модуль - он казался сверкающим дротиком, отцепившимся от нависшего над ним воздушного змея. Только размером этот дротик был со средний межконтинентальный реактивный лайнер - в нем умещалась почти вся жилая часть "Леди" - и рубка управления, и боксы экипажа, и кают-компания с камбузом, и даже цугундер с запертым в нем Боровом. Все это крылатой стрелой ушло из поля видимости "орбитальника" через считанные секунды после разделения модулей. Переключиться на следующий Чикидара так и не смог - то ли за долгие годы вращения в пустоте без всякой профилактики система наблюдения стала сбоить, то ли Чики не разобрался в хитростях ее управления. Впрочем, надобности в этом и не оказалось: спускаемый модуль "Леди" яркой звездочкой вынырнул из-за мглистого горизонта и стремительно понесся над промерзшими песками - все ниже и ниже... Чики увидел его сразу, как только догадался глянуть в оптический перископ. "Дьявол побери, они садятся где-то совсем рядом... Да на той полосе, что у Больших Корпусов, разумеется", - сообразил он, невольно вжав голову в плечи: на УР рушился с неба гром планетарных движков корабля и дикий, дьявольский посвист атмосферы, раздираемой его мчащимся на сверхзвуковой скорости телом. Гром и свист смолкли в считанные секунды, сменившись глухим, но мощным - где-то в инфразвук забравшимся ударом-толчком и вибрацией стен. Из-за горизонта стали карабкаться в небо облака рыжей пыли... "Сели, - определил Чикидара. - Точно - в десятке километров от Корпусов... Но - только вот - как сели?" * * * - Оно, мистер, и к лучшему было, что самой посадки Чики не видел. - Хенки мрачно приспустил уголок рта. - А то ведь могло бы и сердце не выдержать при виде того, как лихо миссис Шарбогард загнула последний маневр... * * * Корабль госпожа Шарбогард посадила, помяв-таки слегка левый стабилизатор о причальную мачту космопорта, раскинувшегося рядом с сиротливым параллелепипедом единственного на всю округу здания - администрации, силовой установки и всех служб заброшенного космотерминала, обслуживавшего некогда комплекс Больших Корпусов. Когда, после выключения основных двигателей, Эльза чуть замешкалась, переходя на маневровые, и корабль "повело", Питер, посаженный вторым пилотом, хотел было взять управление на себя, но мадам Шарбогард уже справилась с ситуацией, хотя и снесла при этом какую-то космодромную железяку. Самое странное, что авария не произвела на нее никакого впечатления. Как ни в чем не бывало, она расстегнула ремни и направилась к выходу. - Хватит ворчать, - на ходу бросила она возмущенному альбиносу. - Подумаешь - слегка помяла колымагу. Вот, помню, на Проционе... - Она замолчала на полуслове, пытаясь извлечь что-то из глубин памяти, но, так и не вспомнив, ретировалась, не тратя времени на принятие поздравлений. - Надеюсь, к работе штурмана нет претензий? - скорее констатировала, чем спросила страшно помрачневшая неведомо от чего мисс Ульцер, также спеша освободиться от предохранительных ремней - С посадкой! Правда, не совсем мягкой, - в рубку заглянул Русти, потирая ушибленное плечо. - Мистер Сандерс просит собраться всех в кают-компании, будем обсуждать дальнейший план действий. Ой, что это? Из рубки связи донесся восторженный вопль Ника. - Ие-е!!! - орал Ник, пытаясь исполнить перед резервным терминалом победный танец какого-то африканского племени, чему порядком мешали не до конца отстегнутые ремни безопасности. С экрана на него скептически взирал Шпилли. Русти с трудом осознал, что пока весь остальной "контингент", прижатый ускорением к сиденьям и лежанкам, гадал, чем закончится их полет, Ник отводил душу, продолжая - партия за партией - свой турнир со Шпилли - Ладно, твоя взяла, парень, - добродушно пробурчал треклятый фантом. - Ну, мастера, обштопали вы таки старого Шпили. Получайте теперь ваш компутер в полное пользование... Последовал ряд цветомузыкальных эффектов, и на экране вместо гнусной рожи Шпилли возникло самодовольное сообщение: СИСТЕМА ПОЛНОСТЬЮ ГОТОВА К РАБОТЕ В МАРШЕВОМ РЕЖИМЕ. - Ничего не скажешь, вовремя ваш братец мою игрушку одолел - ровно через минуту после посадки, - укоризненно заметил боцман расслабленно вытянувшемуся в кресле второго пилота Питеру. - Чтоб ему этого раньше не сделать? - И это ТЫ мне пеняешь, пся крев? - неожиданно взвился столь тихий прежде Питер, цепко хватая Русти за отвороты кителя. - Ты ж сам, паскуда, этот вирус гаду Борову подкинул, из-за чего мы у Колдуна вместо кроликов лабораторных под эксперимент пошли. - Он успокоился также внезапно, как вспыхнул, и, извиняясь, отпустил лацканы ошеломленного таким бурным натиском боцмана. - Прошу прощения, мистер Раусхорн, на меня накатило что-то такое. Это, наверное, от нервного напряжения во время посадки. Я так переживал, что мы не сможем посадить "Леди Игрек", извините... - Он бочком протиснулся мимо удивленного боцмана и направился в кают-компанию, где уже собрались остальные члены экипажа. * * * В кают-компании было шумно и, несмотря на строжайшее запрещение доктора Сандерса, изрядно накурено. Кай докладывал информацию, полученную в результате допроса Борова. - Итак, господа, преодолев всевозможные препятствия, мы сели. Как утверждает мистер Бишоп, здесь мы можем пополнить запасы топлива, необходимые для продолжения полета к Нимейе. Угрюмо сидевший в углу с наручниками на запястьях Боров кивком подтвердил свое согласие с данным заявлением. - Кроме того, мистер Бишоп утверждает, что на планете находится пилот этого корабля, охраняющий запасы этого самого топлива. Стало быть, нам необходимо его найти и осуществить заправку. На все уйдет сутки-двое. - Только если он не зарылся куда со страху, когда посадку нашу засек. Он-то ведь полагает, что это бандиты сюда нагрянули полный карачун ему делать. Поэтому я и прошу вас одного меня отпустить на встречу с ним, чтобы не сорвать все дело. А то увидит он вас и рванет в Подземелья - их тут хватает, а потом ищи-свищи его тут полгода. - А может, тебе еще и бот десантный с полной заправкой и вооружением предоставить? - ехидно поинтересовался у зарвавшегося бандита Питер. - Вот-вот, и бутылку "Цинандали" в придачу, - неожиданно для себя добавила Генриетта. - Обойдется, наглец. - Я тоже полагаю, что предложение господина Эрнеста Бишопа лишено достаточных оснований, - спокойно и веско произнес доктор Сандерс. - Мы постараемся заранее сообщить пилоту о том, что представляем Федеральное Правительство. И потом, вы, кажется, говорили, - обратился он к пленнику, - что этот Чикидара знает всех бандитов в лицо. Мы же не входим в их число? Боров уже открыл рот, пытаясь выдать новый аргумент в пользу предоставления ему свободы действий, но попытка его была пресечена в зародыше. - Ну, хватит болтать! - Кай взял руководство дискуссией на себя. - На встречу с пилотом, кроме меня и нашего пленника, пойдет еще один человек. Волонтеры имеются? Поигрывая отнятым у Борова "томпсоном", неожиданно поднялся Жан Лемье. - Я, пожалуй, прогуляюсь с вами, Следователь. - Я тоже, если не возражаете, - черная фигура Колдуна нависла над другим краем стола. Кай на секунду задумался. Оба претендента были из тех кого бы он, была б его воля, взял с собой в последнюю очередь. Экстравагантный и инфантильный француз и загадочный, мрачный доктор. Он предпочел бы напарников понадежнее - доктора Сандерса или боцмана на худой конец. Но Сандерс является главой Миссии и не имеет права рисковать собой, а Русти в этот раз не выявил стремления к героическим поступкам. Кай встретился глазами с неожиданно твердым, почти стальным взглядом Лемье и сделал свой выбор. - Хорошо, вы идете со мной. А вам, - он повернулся к Маддеру, - лучше находиться рядом с вашими пациентами. Вдруг не дай Бог возникнут какие-то осложнения, связанные с инсталляцией... Боцман займется наведением порядка на корабле, остальные подготовят корабль к дозаправке. Он повернулся к Бишопу. - Каким сигналом вы должны вызвать капитана Чикидару на встречу? - Три ракеты... - тяжело вздохнув, сообщил Боров. - Две красные и одна зеленая. С интервалом в тридцать секунд... * * * Вообще-то у Русти давно чесались руки навести хотя бы подобие порядка на "Леди Игрек", но качать права на чужом корабле не принято в Обитаемом Космосе, и он до поры до времени сдерживал свои позывы к хозяйственной деятельности. Теперь же, после официального, так сказать, посвящения в Администраторы, боцман рьяно принялся за дело. Правда, очень скоро он понял, что вся тяжесть хозяйственных забот ляжет исключительно на него самого - члены Миссии Спасения, и раньше не выказывавшие хотя бы толику организованности, последнее время совершенно отбились от рук. Деморализованные вынужденным бездельем интеллигенты без толку болтались по узким корабельным коридорам, активно поглощая оставшиеся после бандитов запасы пива. У холодильника боцман застукал с баночкой "Гиннеса" в руках даже утонченную задавалу мисс Ульцер, чем поверг ее в сильное смущение. Следующим номером программы оказалось явление Питера Финнегана с жалобой на пропажу любимого перочинного ножика, без которого он, видите ли, чувствует себя не в своей тарелке. Еще через час каюту боцмана почтил визитом братец-близнец с заявлением о пропаже галстука. Разъяренный Русти посоветовал им произвести обмен позаимствованными вещами и впредь в подобных ситуациях ставить в известность лишь друг друга. Белобрысые братцы-кролики, не сговариваясь, обругали боцмана и пообещали подключить к расследованию пропаж Федерального Следователя. Оскорбленный до глубины души Русти все-таки решил отправиться на поиски исчезнувшего имущества, но, кроме двух пистолетов, автомата, набора метательных ножей и полудюжины шумовых гранат, заботливо рассованных чьей-то рукой по разным корабельным закоулкам, ничего не обнаружил. Он предложил было один из метательных ножей Питеру взамен утерянного, но тот обиженно заявил, что в его инкрустированном малахитовыми пластинками ножичке было семь лезвий, не считая маникюрных ножниц, а ему взамен предлагают всего лишь грубо обработанную полоску металла. Неплохо разбирающийся в метательных ножах, Русти хотел было объяснить непонятливому очкарику, что один метательный нож ручной выделки с Парагеи стоит дюжины перочинных безделушек, но лишь обиженно махнул рукой и отправился восвояси. Найденный арсенал он под роспись сдал Каю (впрочем, оставив себе один из пистолетов), после чего по памяти занялся классификацией сгинувшей на "Констеллейшен" любимой коллекции вирусов, кои теперь ему предстояло собирать вновь практически с нуля. * * * Ветер жутко завывал в металлических стропилах Больших Корпусов, взметая блестки ледяной пыли, медленно оседавшей на землю. Фиолетовые сполохи атмосферных разрядов призрачным светом скупо освещали цех сборки боевых роботов, где Боров назначил встречу Чикидаре. Поеживаясь от холода, легко проникающего сквозь тонкую прокладку его далеко не новой куртки, пилот ждал гостей. Три ракеты - две красные и одна зеленая, с интервалом в тридцать секунд взлетевшие над местом посадки "Леди" спустя два часа после приземления, - добавили Чики головной боли, мучившей его с того самого момента, когда он принял сообщение Папы. Вот уж была новость так новость - типа "мы по ошибке ампутировали вам не ту ногу, так не беспокойтесь, нужную мы отрежем бесплатно". Плохо быть покойником в глазах Франческо ди Ровере, но гораздо хуже числиться в его списке "пока еще живых". Конечно, Чикидаре было очень страшно тогда - на цементном полу мастерских - под дулом пистолета Борова, но, когда он представлял, что произойдет, если сюда нагрянут головорезы Папы, у него просто мурашки бегали по коже. То ли от холода, то ли от кислородного голодания, а всего вернее - надо быть честным с собой - от страха, мысли в голове путались, едва лишь Чикидара пытался связать в голове все известные ему факты. Он отвинтил крышку термоса и одним глотком влил в себя смесь спиртного и отменно горячего кофе. От резкой боли на обожженных губах в голове немного прояснилось. Итак, что мы имеем. Факт номер раз: Боров ведет свою игру против Папы и хочет завладеть кладом Рыжих. Факт номер два: что-то произошло в Открытом Космосе, раз вместо людей Франческо на Брошенную спускаются федералы, причем на его, Чики, корабле. Промежуточный вывод неоднозначен: или федералы грохнули людей Папы, что маловероятно - зеленых юнцов на подобные дела Мафия не посылает, или, что еще более маловероятно, Боров играет на людей Управления. Учитывая его подлый характер и то, что он единственный остался в живых, можно предположить, что Эрни столкнул лбами людей Папы и федералов, надеясь погреть руки на их войне... Ну что ж, Боров, по крайней мере, понимает, что и Чики знает о его игре, а, стало быть, появляется способ давления на лучшего друга детства. И второй вопрос: насколько сильны люди, прилетевшие на "Леди Игрек"? Сколько у них боевиков, какое оружие? Смогут ли они противостоять коммандос Мафии, когда те нагрянут на Брошенную? Вопросы, вопросы, вопросы... И ни одного четкого ответа. Пока у него есть единственный страховой полис - маленький титановый контейнер, за который положили свои грязные жизни люди Оранжевого Сэма. Пока этот полис находится в надежном месте, Чики будет жить. Может быть, хреново, но все-таки жить... Три яркие вспышки галогенового фонарика, прорезавшие сумрак из дальнего угла цеха, дали понять, что он уже здесь не один. Чики от греха подальше спрятался за бетонную колонну и просигналил в ответ. Потом тяжело вздохнул, сунул фонарик в карман и, широко расставив руки, чтобы было видно, что он "чист", вышел на открытое пространство. Навстречу, из-за громад исполинских станков, так же медленно и осторожно двинулись три фигурки, в одной из которых Чики признал Борова. Вид стянутых наручниками конечностей приятеля пролил чуточку бальзама на истерзанную мрачными мыслями душу Джона-Ахмеда. "Это тебе за издевательство в "Мастерских Кносса"", - ехидно подумал он, вглядываясь в приближавшихся спутников плененного гангстера. Один из них, высокий и чуть сутулый, с невыразительным лицом, был, очевидно, за старшего. Второй, вооруженный ручным пулеметом, прикрывал всю троицу, и по злой морде его было видно, что стрелять он станет без предупреждения. Что-то до боли знакомое и явно нехорошее промелькнуло в его повадке, в том, как он держал себя, но, когда он подошел поближе, Чикидара понял, что никогда прежде не видел этого человека. - Вы капитан-пилот "Леди Игрек"? - Долговязый вперил в лицо Чикидары пронзительный взгляд. Чики сглотнул вдруг застрявшую в горле слюну и коротко кивнул. - Будем знакомы, - перед носом Джона-Ахмеда возник жетон-идентификатор, удостоверяющий личность и права Федерального Следователя. - Должен принести вам извинения за то, что мы вынуждены были без вашего на то согласия воспользоваться вашим э-э... судном... - без всякого выражения в голосе произнес Кай. Чики так и не понял, шутит тот или вполне серьезен. - Уверяю вас, что я не имею отношения к тому, что этот господин, - Чики кивнул на отчаянно подмигивающего ему Эрни, - и его друзья устроили после того, как угнали "Леди"... - В настоящий момент, - Кай сухо откашлялся, - я, как представитель органов следствия, рассматриваю вас в качестве свидетеля по делу о разбойном нападении на корабль экстренной доставки "Констеллейшн". Все что вам может быть вменено в вину - это нарушение запрета на полеты в зоне планеты Боумена. Но это - вопрос, находящийся в компетенции Навигационного Комитета. Надеюсь, что своим поведением вы э-э... не заставите меня пересмотреть мое отношение к вам... Будьте знакомы... - он кивнул на своего вооруженного спутника, - доктор Лемье. Жан Лемье... Лемье не сводил пристального взгляда с лица Чики и как-то нехорошо поглаживал указательным пальцем спусковой крючок своей "пушки". - Перейдем к делу, - продолжил Федеральный Следователь, - топливо у вас? - В трех километрах отсюда... - Чики облизнул пересохшие губы. - Четыре стандартные капсулы... - В обрез для Броска к Нимейе, - сухо сообщил Лемье, подтвердив тем, что и для него "скоростное обучение" не прошло даром. - Понадобится грузовой транспорт... - Они там, на передвижной платформе... - пояснил Чики. - Вы на флайере? Можем отправиться сразу... - Что ж - не будем терять времени, - согласился Кай и с облегчением натянул на лицо маску дыхательного аппарата. Чикидара сделал то же самое, предварительно скорчив рожу Борову. Тот, похоже, окончательно скис. * * * В том, что никто и не собирался делать из места хранения контейнеров с антиплазмой большого секрета, Кай убедился, как только они подъехали к полузанесенным песком воротам ангара, в который была загнана груженная этой небезопасной поклажей платформа. Индикатор СВЧ поля тут же взвыл - защитное поле какого-то из контейнеров "сифонило". Найти такой, практически даже не замаскированный запас топлива прибывшие на "Леди" смогли бы и без посторонней помощи. В принципе, особой возни с готовой к транспортировке платформой не предвиделось бы, если б не аккумуляторы ее движков, которые за время отстоя основательно сели. Чикидара отправился в глубь ангара, где должен был располагаться вполне исправный генератор дозарядки. - Вы посторожите этого типа, - вполголоса посоветовал Лемье Каю, а я пойду с тем, - он кивнул на Чики. - Я не слишком доверяю ему. Одна шайка... Джон-Ахмед по-своему воспринял проявленное к нему внимание и тут же нагрузил француза тяжеленной "чушкой" подлежащей дозаправке батареи. Уже на обратном пути от генератора, присматриваясь со спины к никогда ему раньше в жизни не встречавшемуся месье, он мучительно пытался понять, отчего этот, в сущности, совершенно безобидный мужичок вызвал у него при первом взгляде на него судорожный спазм страха и неприязни. Загрузив-таки аккумуляторы в надлежащие гнезда, они на пару минут присели на край готовой теперь к отправлению глатформы, утирая пот с физиономий Чикидара снова покосился на Лемье. Лемье - на Чикидару. Чисто машинально он провел пальцами по лицу, словно снимая с него невидимую паутину. На щеке пальцы эти задержались, и легкое недоумение появилось во взгляде француза, словно он не нащупал на своем лице чего-то привычного, ставшего почти родным. Шрама... - Вам дурно, капитан? - Кай заглянул в лицо Чикидаре. - Хлебните - это ваш кофе... * * * Вид одиноко стоявшего на космодроме родного корабля с чуть погнутым стабилизатором выдавил у Чикидары неожиданную слезу, впрочем, незамеченную его спутниками. Проклятый ветер Брошенной начисто вылизывал не защищенные кислородной маской участки лиц, иссушая глаза и яростно шлифуя кожу мелкой, как нулевой наждак, пылью. Чики на миг остановился, охватывая жадным взглядом свою "Леди Игрек". Если говорить честно, в душе он уже попрощался с кораблем, как, впрочем, и со своей бестолковой жизнью. И вот теперь судьба дарит ему призрачную надежду. Всего-то дел - навешать лапши на уши федералам, охмурить Борова и увернуться от пуль людей Франческо, когда они заявятся сюда за грузом. А потом - когда он выгодно загонит клад Рыжих, ему останется только думать, как поинтереснее потратить денежки. Чикидара иронически усмехнулся своим наивным мечтам и шагнул вслед за Следователем и его молчаливым спутником, вызывающим теперь уже вполне ясные, но явно недобрые ассоциации - Спускайте грузовую аппарель! - крикнул Кай видневшемуся в просвете люка Русти. - Прошу познакомиться - наш гостеприимный хозяин - капитан Джон-Ахмед Чикидара. - Очень приятно, капитан, - несколько сварливым тоном отозвался Русти. - Объясните мне ради Бога, кэп, почему вас угораздило тронуться в рейс, имея в конверторе погоревшие сегменты отражателя? - Погоревшие сегменты? - недоуменно переспросил Джон-Ахмед. - Откуда вы это взяли? Отражатель в конверторе - новенький. - Мы это взяли с распечатки контрольного отчета вашего "бортовика", кэп... - столь же недоуменно объяснил Русти. - Вы больше читайте такие глупости! - возмутился Чикидара. - У меня в компьютере выставлены данные по износу специально для налоговой инспекции... Знаете - чем выше процент амортизации, тем меньше отчисления за простой... Русти открыл рот, потом - закрыл. Из-за его спины, из тамбура выглянула и бесшумно спрыгнула на причалившую встык к борту "Леди" платформу пламенно-рыжая Марго. Прошлась вдоль ограждения и стала тереться о брюки Джона-Ахмеда. Мир поплыл перед глазами у Чикидары. * * * Федеральный Следователь энергично потер освободившийся наконец от кислородной маски нос. Поведение кэпа Чикидары вызывало у него определенное недоумение. Кэп был не просто перепуган - это как раз было бы только естественно при сложившемся раскладе, - нет, Джон-Ахмед Чикидара выглядел в точности, как один старый знакомый Кая, в тот момент, когда тому въехали поленом по темени, вслед за чем без промежутка поднесли чарочку за здоровье государя императора. Шок Чикидара испытал явно во время их встречи. И этот шок не был простым страхом перед законом. Не успел Кай окончательно сформулировать для себя суть озадачившей его странности в поведении Джона-Ахмеда, как его подхватил под локоть Русти и, захлебываясь сбивчивым шепотом, поволок к себе в каюту. - Кэп, что-то делается с людьми... - начал он с места в карьер, едва успев прикрыть за собой дверь. - Очень скоро может дойти до смертоубийства... Похоже, эта самая инсталляция скверно повлияла кое-кому на мозги... - Без эмоций, Русти... - чуть раздраженно, но твердо распорядился Федеральный Следователь. - И по порядку, пожалуйста. С эмоциями Русти совладать не мог. И порядка в его рассказе в тот раз было не больше, чем в дамской сумочке. Лишь много позже эта часть истории отлилась у него в те канонические формы, в которых он преподносил ее своим слушателям в заведении Хенки. "За те десять-двенадцать часов, - рассказывал он почтенной публике, - что Следователь с лягушатником потратили на то, чтобы разыскать кэпа нашей "Леди" и склад с горючим, а потом, чтобы довезти контейнеры до нашего кораблика, народ, что остался под присмотром старины Русти, - тут боцман предпочитал упоминать самого себя в третьем лице, - успел таких дров наломать, ребята, что, как говорится у русских, ни в сказке сказать, ни пером описать... Что дело не к добру идет, я еще до того, как вещички пропадать стали, понял - когда Ник Флаэрти вдруг на зарок свой плюнул и запросто начал со Шпилли партию за партией дуть. Да добро бы только со Шпилли! Он после - когда Шпилли уже и помину не было - с Лемье пульку расписывать стал... Ну, я - понятное дело - подивился: мол, несерьезно это как-то - после того нашего с ним, на ночь глядя, разговора про ту историю на Седых Лунах... А потом - за шахматы сели они... Сразу, как обед порубали... С едой, надо сказать, тоже петрушка какая-то вышла... В обед дежурство было самого дока Сандерса. Не скажу, чтоб он Бог знает каким кулинаром был, но принял-таки во внимание печальный опыт старины Русти и специально для капризной своей мадам Ульцер умудрился вместо гуляша, которым всю остальную компанию отоварил, запеканку какую-то особенную сгондобить из риса с авокадо, что ли... Чтобы, значит, без холестерина и без канцерогенов... Так вот: мадам Ульцер на запеканку эту - ноль внимания, а наваливает себе тушеного мяса с соусом, так, замечу вам, наперченным, что глаза на лоб у многих вылезли, рубает все это за милую душу и еще намекает, что по такому случаю, как спасение от лихой смерти, неплохо было бы еще и бутылочку красного раздавить - из тех, что у кэпа Чикидары в огромном почему-то количестве запасены были... С нечеловеческими названиями все - вроде "Мукузани"... И миссис Шарбогард ее в этом активно поддерживает... Ну я, естественно, диву даюсь, но молчу. Вслед за чем - уже после того, как я - совершенно напрасно, как выяснилось, - всю честную компанию отмобилизовал, чтобы от здешнего стационарного генератора силовую подводку к "Леди" организовать, братья Флаэрти - Финнеган за шахматы сели и чуть друг друга на том не порешили... Короче, как я понял, тот из них, который Ник, то ли пешку спер, то ли не на свое место слона двинул, а Питер, уже почуяв, что его братец шельмует, а может - просто по природной вредности, все ходы систематически записывал и на том братца и ущучил. Короче: только я нацелился часок покемарить в своей норе - слышу фрейлейн Ульцер верещит, что, мол, убивают кого-то. Я, натурально, думая, что ее-то, собственно, и убивают, в кают-компанию тороплюсь, но не то чтобы очень. И на входе чуть сам жизни не лишаюсь. Потому что аккурат в этот момент взбешенный Питер пускает в череп своего братца ту самую декоративную - литого стекла - бутыль, из тех, что там торчат для украшения этого как бы бара, словно ничего более полезного и не стоит таскать по Галактике. Так вот бутыль эта летит в башку Нику, а миссис Шарбогард выделывает номер, чтоб я помер, - за долю секунды разворачивается через всю каюту и движением руки бутыль эту - к ней, ей-Богу, не прикасаясь, - заворачивает в ее стремительном полете прямо старине Русти в лоб. Не со зла, конечно, а просто, не расчитав ситуации. Я лично такие номера только через видак - в фильмах о боевых искусствах Империи Зу - наблюдал. Что? Шрам этот? Нет, это я заработал гораздо раньше, когда - гм, принимал роды у дракоидного козла. Его с альфы Цефея экзозоологическая экспедиция в Метрополию транспортировала. Человек шесть чудаков на одного козла. Точнее - козлиху. Хотя и наделенную, как говорится, драконьим норовом, приметами и повадкой. И все эти ученые мужи - чтоб их, дурней, отродясь не видеть - его самцом считали, только вот очень упитанным... А в тот раз реакция старину Русти не подвела - вовремя пригнулся... Ну потом док Сандерс себя на высоте проявил - обоих братцев за загривки оттрепал и определил на хозработы - мне в помощь... Но только - далеко не случайность все это..." * * * Русти осторожно постучал в дверь. - Не заперто! - раздалось в ответ. - Можно войти, миссис Шарбогард? - Надо же! Вы научились правильно выговаривать мою фамилию, это впечатляет. Заходите, заходите, не стесняйтесь, а то я от скуки скоро с ума сойду. - Ну, соскучиться у нас тут трудно... - возразил Русти, - временами приходится и бутылки в полете перехватывать - здорово вам это удалось, миссис. Прямо как у заправского волейболиста. Он с опаской посмотрел на собеседницу. В этот раз хозяйка каюты была настроена более миролюбиво. - Присаживайтесь, боцман, и угощайтесь пивком. К сожалению, наш новый капитан сообщил мне сегодня, что его запасы заканчиваются. - Не мудрено... - неодобрительно буркнул Русти, искоса оглядывая горку пустых банок, торчавшую из-за кресла. Не то чтобы он был таким уж пуританином, но вот вид дамы, лихо поглощавшей пиво, слегка нарушал цельную картину его мировоззрения. - Я вот по какому поводу, надо бы дежурство на камбузе организовать. Все-таки без женской руки на кухне как-то неуютно, - сделал неуклюжую попытку подольститься к суровой венгерке Русти. - Вы бы хоть изредка могли помочь мне с готовкой, миссис. - Ну что ж, - Эльза мечтательно закатила глаза. - Пожалуй, вам пора попробовать настоящую мадьярскую кухню. Что вы скажете, например, насчет "телятины по-геллертски"? Для этого надо, предварительно хорошенько отбив мясо, обвалять его в муке и поставить жарить с малым количеством жира. Потом отдельно в сливочном масле поджарим мелко-мелко нарезанные грибы и ветчину, польем их молоком и сметаной, добавим соль и молотый черный перец, а потом, когда снимем с огня, - зеленый горошек. И нужно не забыть посыпать все это тертым сыром, прежде чем ставить блюдо в духовку для подрумянивания... У бедного Русти, который за последние четыре часа в хлопотах не успел перехватить даже корочки хлеба, начала выделяться обильная слюна, и он с тихой ненавистью посмотрел на чертову докторшу. - Миссис, не надо издеваться над бедным боцманом. Если вы поджарите мне парочку оладьев с вареньем, я вас расцелую. Но на худой конец я не стану возражать, если завтра в качестве дежурного по кухне вы хотя бы разогреете стандартный завтрак для всей команды. - Какие проблемы, мой дорогой Русти, - низким контральто проворковала Шарбогард, - не забудьте только разбудить меня пораньше. - И она ненавязчиво подтолкнула к двери несколько смущенного такой удивительной уступчивостью боцмана. Обрадованный, что он нашел хоть одного дневального на столь ответственный участок работы, Русти бодро заспешил к Федеральному Следователю узнать у него новости об их предполагаемом отбытии с планеты. Господин Санди днем говорил, что освободится к шести вечера, и уже на пороге его каюты Русти мельком глянул на свои часы, проверяя, не рано ли он пришел. Однако, к его огромному изумлению, левое запястье было пусто. Он на всякий случай взглянул на правую руку и быстро проверил карманы. Часы исчезли бесследно! * * * "А я, понимаете, - излагал обычно этот эпизод Русти, - развесив уши, миссис Шабро... Шарбо... Шарбогард, одним словом, комплимент отвешиваю, что мол, этак вот при ее-то комплекции не всякий и простую баскетбольную подачу примет... Миссис на слова мои о комплекции вовсе не обижается, разрешает ее до своего бокса сопроводить, угощает пивком и рецепт "телятины по-геллертски" рассказывает, а потом вдруг стремительно этак старину Русти выставляет в коридор - мол, пора бы после такого вот дня и передохнуть... Старина Русти хвать - а часиков-то и нет! На левом, на запястье... Хорошие, между прочим, часики были - настоящая швейцарская работа, сорок функций ну и так далее... Ну уж тут Русти не знает, что и подумать. Слава Богу, как раз к тому времени из своего похода господин Следователь с лягушатником возвращаются и с собою тянут четыре контейнера с антиплазмой, Борова-Бишопа живого и невредимого, только кислого очень, и чудака этого - кэпа Чикидару, Джона-Ахмеда..." * * * Сбивчивый рассказ боцмана добавил примесь легкой мигрени в сложный коктейль, что к тому моменту уже наметился в черепной коробке Кая. - Я постараюсь поработать с людьми... - наметил он диспозицию на ближайшие часы. - А вас попрошу запереть Бишопа покрепче и не спускать глаз с нашего теперешнего капитана. Юридически у меня нет оснований сажать его под замок, да и заправку горючего и ремонтные работы мы без него не осилим в нужные сроки... Но с ним что-то не в порядке... Кстати, надо освободить его каюту - в нее свалили все что ни попадя... Нехорошо. Капитан не должен чувствовать себя нашим пленником. Но, повторяю, не спускайте с него глаз! Действуйте! * * * Осмотр поврежденного стабилизатора не прибавил Чикидаре оптимизма. Безусловно, в Больших Корпусах или в каком-либо из разбросанных окрест законсервированных цехов можно было найти все необходимое для ремонта чертовой железки - не так уж она и пострадала. Но надежды на то, чтобы смыться с гостеприимной Брошенной до того, как сюда нагрянут мальчики Папы, становились иллюзорными. Правда, нет худа без добра - под обеспечение поисков потребного для ремонта материала можно было выцыганить у федералов свободу передвижения по окрестностям. Да его, впрочем, никто и не арестовывал, чтобы так уж сидеть взаперти на собственном судне... Загружать контейнеры с антиплазмой в грузовой отсек пришлось ему вдвоем с боцманом: мрачный, словно император Харура, Лемье счел свой долг выполненным и удалился к себе в каюту, и не подумав предложить им свою помощь в этом деле. * * * Пребывать в мрачном состоянии духа для Жана Лемье было, вообще говоря, делом не новым - всякий раз, когда какой-нибудь энергичный тип - из молодых да в ранние - успевал опубликовать результаты - так похожие на те, что года три назад получил и только еще намечал со вкусом перепроверить он - Жан Лемье, - мрачная депрессия накатывалась на вирусолога, и единственным выходом из ее объятий было - резко изменить направление поиска и двинуться к новым сияющим вершинам... Чтобы в конце пути снова увидеть на них чье-то чужое седалище, водруженное туда благодаря наспех сварганенным, а то и из пальца высосанным и быстренько доложенным на очередном престижном форуме плодам научного онанизма. После чего цикл начинался заново. Но сейчас чувства, охватившие Лемье, не шли ни в какое сравнение с той хандрой, что овладевала им после очередного щелчка по носу, нанесенного рукой судьбы. Тоска и углубленный мазохистский самоанализ уступили место неожиданно подкатившим ему под самое горло злобе и жажде справедливого возмездия. Жан вскочил с лежанки, на которой расслабился было, как любил это делать всегда во время очередного приступа самобичевания, и выскочил в коридор, который хотя бы можно было мерить шагами - взад-вперед. Под ноги ему тут же попался давешний идиотский ящик, вытащенный им из своего бокса. Он остервенело пнул деревянную емкость, и по коридору россыпью полетели разнокалиберные стальные шарики. "Правильно! Вот то, к чему ты пришел! - сказал себе Жан, или это кто-то внутри сказал ему. - Сидишь на поломанной посудине у черта на куличках и развлекаешься катанием шариков-подшипников... Тебя все обошли - и те молодчики, что еще у тебя же на экзамене получали свои "ниже среднего", когда ты уже публиковался в "Нейчер", и подлые сучки, на которых ты тратил время и сокровища своей души - они-то быстро сообразили, что с таким пентюхом, как ты, им светит только прозябание в роли супруги провинциального доцентишки, и деловитые мальчики, которым ты втолковывал перспективы внедрения в производство все того же "Пепла"... Они сейчас делают на "Пепле" миллионы, а ты таскаешь на горбу аккумуляторы для поломанной космической галоши, и чертов легавый норовит помыкать тобой! Нет! Больше такого не будет! Кто, как не ты - Жан Лемье, может заглянуть вперед и предсказать следующий шаг в своей науке? А раз так, то почему бы тебе и не объявить об этом шаге раньше тех старательных засранцев, что строят свои графики по одной экспериментальной точке и с одной-единственной не слишком достоверной цифрой в зубах торопятся разослать свои статьи в пяток журналов, а тезисы - на дюжину конференций? Почему бы тебе и не подбросить себе пригоршню циферок - не с лабораторного стола, а из собственного воображения? Интуиция тебя никогда не обманывала, Жан..." "Господи... - попытался он взять себя в руки. - Куда это меня понесло?.. Это же... Это даже не плагиат, это... Уж не пьян ли я?.." "Ну-ну... - ехидно сказало ему его новое "я". - Продолжай в том же духе... И лет через пять-шесть с тобой перестанет считаться даже твоя любимая Марго! А насчет того чтобы выпить - неплохая идея: в кладовке "Леди" полно отличного пойла..." Не ко времени помянутая Марго тут же вывернула в коридор из камбуза. Вид у рыжей твари был наинесчастнейший. Рассыпанные по полу шарики она обходила так, словно они были под напряжением. Под напряжением была и сама Марго - вот только искры с шерсти не сыпались. Для Жана в этот момент клятая кошатина предстала воплощением всех его жизненных неудач вместе взятых. Чисто рефлекторно он подхватил с пола шарик по-увесистей и с неожиданным для себя самого умением пустит его через весь коридор прямо в рыжий кошачий лоб. Марго, упредив его на долю секунды, с диким мявом отскочила за угол. Новое занятие понравилось Жану, он подобрал второй шарик и стал прикидывать его в руке, дожидаясь, пока из-за поворота снова выглянет его жертва. И чуть не учинил "мокруху". Вместо Марго из камбуза вышел слегка ошалелый кэп Чикидара. Увидев перед собой поигрывающего стальным шариком Жана, он превратился в соляной столб. - Добрый вечер, - произнес Лемье, вспомнив правила хорошего тона. Глава 6 КЛАДЫ И КЛАДОИСКАТЕЛИ Во всяком деле, чтобы добиться успеха, нужна некоторая доля безумия. В. Шекспир - Должен вас порадовать, мистер покуда вы э-э... освобождали место для следующей кружечки нашего темного, пришло сообщение, что "Гром" уже в ангаре. И часа не пройдет, как ребята из экипажа посыплются в бар к старине Хенки, словно горох из мешка. А пока сие не началось, закончука я вам историю знакомства боцмана Русти Ржавого и Федерального Следователя Кая Санди - благо один из них вот-вот ввалится сюда со всей оравой. Нет, конечно, не господин Санди - его, говорят, после той истории то ли в отставку угнали, то ли чином повысили. Нет - я про Русти. Он, знаете, так в боцманах и ходит - но уже на "Громе". Кораблик как-никак классом повыше, чем "Констеллейшн" кэпа Даниэльса - чтоб ему ТАМ было получше, чем нам ЗДЕСЬ. Да ладно вам, уберите кредитку - это за счет заведения. При чем тут мое жалованье? Общий баланс, уважаемый, как пить дать сойдется, и на моем кармане эти полпинты никак не отразятся. Я ведь не автомат какой-нибудь паршивый с микрометром внутри. Где-то каплю недолил, где-то перелил - ежели человек хороший. Вот вы мне понравились чем-то, мистер, слушать умеете здорово, душевно так. А есть такие стервецы - только им рассказывать начнешь, а они уж все наперед знают и рассказчика перебить норовят, аж противно. А с вами беседовать приятно, потому как вы профессионально все воспринимаете. Вы, часом, не из попов будете или, извините за выражение из этих - психоаналитиков? Нет? Ну да ладно, был бы человек хороший. Я так думаю, вы уже поняли, что, кроме новой профессии, генерал-академик Маддер одарил Миссию и еще кое-чем. В уплату, так сказать, за обучение, ибо бесплатно, мистер, в нашем мире можно получить только в зубы. Пиво от старины Хенки - не в счет. * * * Что верно - то верно, после пересадки профессиональных знаний неведомых космонавигаторов в головах членов Миссии Спасения начался полный сумбур. У кого это происходило полегче, у кого - потяжелее. Питеру Финнегану, например, было совсем невмоготу. В его голове, раскалывающейся от тяжелой давящей боли, бились, накатывая и вновь отступая, две волны сознания. Одна часть его мозга по-прежнему осознавала себя вирусологом Питером Р. Финнеганом, бакалавром медицины, 32 лет от роду, женатым и несудимым. И эта половина глубоко страдала от воспоминаний о дикой и непотребной сцене в кают-компании. Другая же - скрытая пока в темных глубинах подсознания, горячо шептала, что все это лишь глупое недоразумение, не имеющее никакого отношения к его истинной личности, до поры вынужденной скрываться. Он вдруг понял, что больше не может доверять Нику. Да... с братом тоже явно что-то происходило. Он изменялся, причем не в лучшую сторону. Впервые за последние годы Питер с раздражением и злобой подумал о своем близнеце. Он стал каким-то чужим. Раньше они с полуслова понимали друг друга, а теперь Ник долго думает, прежде чем ответить, да и смотрит как-то подозрительно странным, оценивающим взглядом. Что происходит с ними, он не понимал и не знал, что делать. С одной стороны, на корабле было полно врачей, да и он сам - врач, но тут явно был нужен хороший психиатр, а не специалист-эпидемиолог. Единственный же человек, который хоть немного разбирался в этих проблемах, внушал ему мистический ужас. Нет, к доктору Маддеру он не обратится ни в коем случае. Каким идиотом он был, что доверил ему свой мозг! Питер запустил руку в маленький бар-холодильник, что стоял справа от его стола, и вытащил оттуда объемистую баночку пива. Продолжая думать о своих проблемах, он машинально вскрыл ее и присосался к приятно холодящей емкости. И только когда он опустошил ее, до него дошло, что желание выпить пива исходило не от него, Питера Финнегана, а от чужака, поселившегося в его душе. Он застонал от отчаяния и отбросил опустевшую банку. - Брось ломаться, словно кисейная барышня, - урезонил его внутренний голос. - Подумаешь - пивка принял... Плоть-то у нас едина, так что кайф поймаем вместе. - Кто ты такой? - дрожащим от ужаса голосом спросил он свое неожиданно проявившее норов alterego. Почему-то вслух. - Какая тебе разница? Не бойся - нормальный мужик. Привыкнешь, еще понравится. Ты о другом голову ломай... Здесь где-то пилот этой колымаги болтается. С ним связано одно важное дело, к которому мы с тобой имеем прямое отношение. Только вот я не помню какое. Надо выяснить. И не стоит с ним церемониться - если будет увиливать, нужно дать ему в морду, и он расколется как миленький... Вспомнить бы еще, что нам от него надо... На негнущихся ногах Питер добрел до аптечки, вытряс из банки сразу шесть таблеток успокоительного и одним движением руки забросил их себе в рот. Потом так же машинально подобрал с пола жестянку с остатками пива и запил застрявшие в горле проклятые пилюли. "Спать, спать, спать, - подумал он устало. - Мне просто надо хорошо отдохнуть. Когда я проснусь, этот кошмар исчезнет". - И не надейся, курва матка, - сурово приструнило его второе "я". Проваливаясь в тяжелый, полный кошмаров сон, Финнеган слышал, как кто-то долго и тщетно звонил, стучал и долбил в запертую дверь его бокса, но сил встать и открыть уже не было. * * * Не достучавшись до Питера, Русти повернул "налево кругом" и отправился в кают-компанию, где уже вовсю шло вечернее совещание. Кроме Питера, отсутствовал еще Боров, но тот - по понятным причинам. - Господа, - подытожил свой краткий доклад о сложившейся ситуации Кай. - Мы с вами успешно осилили одну из угрожавших нам бед. Но нет ни малейшего смысла закрывать глаза на другую. Лица, организовавшие нападение на "Констеллейшн", не таковы, чтобы бросить дело на полдороге. Нам с вами не следует сидеть без действия и ждать, кто первым явится к нам в гости - пираты или крейсер Космофлота. Это тем более нежелательно, что каждые сутки промедления обходятся Нимейе в тысячи человеческих жизней. К счастью, мы располагаем всем необходимым для совершения Броска. Я думаю, капитан Чикидара не будет против того, чтобы предоставить свои услуги и свое э-э... судно в распоряжение Миссии Спасения? Тем более что Службой Спасения в подобных случаях предусмотрена выплата соответствующей компенсации владельцам транспортных и иных средств, задействованных в операциях Службы по форсмажорным обстоятельствам... Чики хотел заметить с места, что с него будет достаточно одной джентльменской договоренности о невозбуждении против него уголовного дела, но промолчал. Компенсация от Службы - не Бог весть какой куш, но тоже - деньги. Если до того вообще дойдет... Поэтому он лишь утвердительно кивнул в ответ на обращенные на него взоры. - Единственное препятствие, которое, как уверяют специалисты, может быть легко устранено, - это повреждение аэродинамической части корабля... Я лично склонен был бы настаивать на проведении работ в ночное время - чтобы снизить риск быть застигнутыми Мафией, - но состояние э-э... психики нашего экипажа оставляет желать лучшего. Об этом свидетельствует достойный сожаления эпизод, имевший место в мое отсутствие, и еще ряд менее значительных происшествий. Поэтому я прошу всех вас, кроме двух ночных дежурных, я имею в виду мисс Ульцер и себя самого, приложить все усилия к э-э... тому, чтобы ночной отдых пошел вам на пользу. Кроме нас, на вахте изъявил желание остаться капитан Чикидара, который хочет воспользоваться несколькими часами ночного времени для того, чтобы произвести необходимые для совершения Броска к Нимейе вычисления... Все остальные должны быть готовы к весьма раннему - в шесть ноль-ноль по корабельному времени - пробуждению и не позже половины седьмого приступить к работам по составленному нами с доктором Сандерсом при участии капитана судна плану. Ваши вопросы? * * * Нельзя сказать, что Чикидара сильно наврал Федеральному Следователю относительно своих намерений. За ночь - точнее еще с вечера - он и впрямь подготовил расчеты Броска. Даже - впервые после окончания Академии - в нескольких вариантах. Но основную часть ночного бдения он рассчитывал посвятить тщательному обмозговыванию своего поведения в сложившейся дикой ситуации. Не то чтобы для этого требовался бортовой компьютер, но размышлять в одиночку ему было довольно жутко. А "бортовик" он привык считать почти что одушевленным другом и в присутствии его мягко светящихся терминалов уже не ощущал в душе пустоты и страха. Все возможные в данной тупиковой ситуации решения сводились к двум вариантам: всячески оттягивая время, дождаться людей Папы и сдать им федералов вместе с "Пеплом" - и тогда на его совесть тяжким грузом ляжет гибель тысяч людей на Нимейе. К тому же, вероятнее всего, его самого прикончат заодно со всем экипажем "Леди". Глупо будет предстать перед Господом, взяв на душу столь тяжкие грехи и при том еще по-дурацки обмишурившись... Можно все-таки попытаться удрать с Брошенной до прибытия ребят Франческо. Но тогда рано или поздно его настигнут киллеры Папы. Что и говорить - выбор небогатый. С другой стороны, если он поможет федералам выполнить Миссию Спасения, можно будет рассчитывать на содействие со стороны Управления и Космоинтерпола. Они могут включить его в программу защиты свидетелей, изменить внешность, дать деньжат на первое время - Чики слышал про такие случаи, и бывало, что перекроенный в новую ипостась человек мирно доживал свои годы, так и не узнанный наемными убийцами. Впрочем, Чикидаре доводилось слушать подобные истории и с куда более печальным концом... Но больше всего ему досаждала мысль о втором пришествии Рыжих на "Леди". Ледяной взгляд этого - совсем вроде непохожего на Рыжего Гиммлера - француза. Стальные шарики... Оброненное кем-то в каютах "пся крев"... И - Марго! Несмотря на то, что все люди Дальнего Космоса считаются суеверными, Чикидара был более склонен поверить в расстройство собственных мозгов, нежели в то, что души расстрелянных неведомыми десантниками людей Оранжевого Сэма надумали обживать "Леди". "Может быть, на самом деле я просто сижу в чертовом Подземелье УРа и тихо так размазываю сопли по полу? - подумал он. - А "Леди", Рыжие, Марго и все это вообще мне только мнится-кажется? Интересно, будут ли меня доставать люди Папы в желтом доме? Место по сравнению с Брошенной - неплохое. Главное - туда добраться..." - Вы позволите? - странно знакомый отрешенно-вкрадчивый голос за спиной заставил Чикидару вздрогнуть и сжаться от ужаса. "Только дьявола помянули, а он уже на пороге, - суеверно подумал пилот. - С психиатрами, видимо, - та же история..." За этот день он уже узнал и кличку доктора Маддера, и его земную ипостась. - Я посижу у вас немного, - скорее в утвердительной, чем в вопросительной форме бросил Колдун опешившему от такой бесцеремонности пилоту. - Здесь так хорошо и уютно. Эти лампочки на пульте, - он указал на главную панель управления, - светятся так расслабляюще и успокаивающе... А цифры во-о-он на том приборе - посмотрите, с каким завидным постоянством они появляются и гаснут на табло... "О чем это он? - сквозь накатывающую на мозг дрему подумал ошеломленный Чикидара. - Какие цифры? Что за чушь он несет?" Колдун удобно расположился напротив Чики. Что-то сверкнуло в его уютно сложенных на животе руках. Чики вздрогнул - шарики? Да нет - четки... Из дьявольски дорогого "живого жемчуга" с Океании. К тому же - из жемчуга черного. Магического... - Как приятно видеть хорошо налаженный механизм, - продолжал между тем странный посетитель, казалось, не замечая реакции пилота. - В отличие от нашей суетной, беспокойной жизни он работает почти без усилий, позволяя нам отдохнуть и расслабиться. Ведь согласитесь, что, когда вы глядите на эти огоньки на пульте, все ваше тело расслабляется, каждая мышца, каждый нерв успокаиваются... Сумеречно поблескивающие, неправильной формы бусины ритмично перетекали из одной ладони Колдуна в другую... Чики показалось, что они уже много часов сидят вот так - в уютном объеме рубки, в котором остановилось время... Он из вежливости попытался сосредоточиться на вкрадчивом голосе Колдуна. - Вам хорошо-о-о... ваше дыха-а-ание становится глубо-о-оким и равноме-е-ерным... - кажется, уже не в первый раз повторял тот нараспев. - Теперь для вас больше ничего не существу-у-у-ет, кроме этих разноцветных огоньков и моего голоса... Сознание Чикидары еще сделало пару вялых попыток освободиться от липкого морока колдовского голоса, а потом стало медленно тонуть в трясине глубокого расслабления, затопившего комнату. Он сидел в кресле пилота, свесив голову чуть вбок, и осоловевшими глазами следил за бессмысленно вспыхивающими на пульте огоньками. - Вы хорошо слышите меня? - спросил доктор Маддер. Чикидара чуть заметно кивнул головой. - Я знаю, что вы спрятали клад Оранжевого Сэма. Это замечательно... Я даже благодарен вам за это - никто, кроме меня, не должен его получить... Вам хорошо, вы отдыхаете и расслабляетесь... Где спрятан клад? - Шестой уровень Секретной лаборатории, третий бокс... сейф в углу за масс-спектрографом, - равнодушно произнес Чики, чуть двигая губами. - К-клю-чи - в банке... - В какой банке? - продолжал расспросы Колдун. - Ты ведь помнишь - в какой? - Д-да, - признал Чики. - В банке с сухими дрожжами... В холодильнике... В столовой - на втором уровне... - Очень хорошо... - констатировал док Маддер. - А теперь вы немного поспите... И когда проснетесь, то забудете о нашем... - Доктор Маддер?! Я вас везде ищу. - Голос Сандерса прервал инструкцию гипнотизера. - Куда вы делись из своего бокса? Досадливо скривившись, Колдун быстро встал и направился к выходу, стараясь загородить собой бессильно поникшего в своем кресле пилота от взора возникшего на пороге рубки шефа спасателей. - В чем дело? - строго спросил Маддер, оказавшись в коридоре визави с профессором Сандерсом. - Похоже, что ваши процедуры вредно повлияли, по крайней мере, на одного из моих людей, доктор... - раздраженно и желчно сообщил ему глава Миссии. - Как вы помните, Питер Финнеган учинил безобразную выходку... Вовсе непохожую на него... - Я снабдил его транквилизатором... - парировал Маддер. - В том-то и дело... Сколько таблеток вы дали ему на руки? - Полную упаковку - двенадцать... - Маддер пожал плечами. - Я инструктировал его, что принимать их следует по одной в сутки... Максимум - по две... - Меня, - прервал его Сандерс, - обеспокоило то, что Питер не появился на вечернем м-м... инструктаже. Это не похоже на него. Боцман подтвердил, что тот не отпирает своей каюты... Я позволил себе воспользоваться резервным ключом господина Следователя... - Отмычкой?.. - презрительно осведомился Колдун. - Отмычкой, - Сандерс нервно пожал плечами. - Питер находится без сознания... И в упаковке осталось только шесть таблеток... - Препарат не токсичен, - успокоительным тоном заверил его Маддер. - Неужели у парня - кома? - добавил он обеспокоенно. - Я бы не назвал это комой. Он... не может проснуться... Точнее - может, когда к этому прилагает усилия господин Санди, но находится в чем-то вроде делириума и порет всякую чушь про переселение душ и раздвоение личности... - Секунду... Мне надо прихватить кое-что из моего багажа... - Маддер энергично направился к своей каюте и через секунду появился оттуда с достославным чемоданчиком в руках. Усталый и злой как черт, Федеральный Следователь с нетерпением ждал их в каюте пострадавшего. Питер, привалясь к его плечу, буровил что-то вконец нечленораздельное, временами переходя на какой-то из славянских диалектов. Маддер пару раз ткнул в одному ему известные точки организма жертвы передозировки хитро устроенным зондом, оттянул Питеру веко и проверил состояние роговицы и хрусталика - чему тот живейшим образом, но крайне неэффективно воспротивился - и пневмошприцом вколол пострадавшему нечто бесцветное. - К утру будет в порядке, - сухо сообщил док. - Можете не беспокоиться. Он повернулся к Сандерсу. - Лекарство заберите и выдавайте ему теперь сами. Утром я займусь парнем... Не дожидаясь ответа, он повернулся и почти бегом кинулся в рубку. Надо было закончить работу с Джоном-Ахмедом. Но Чикидары в рубке уже не было. * * * Утро бывает разным. Когда-то давным-давно на родной планете оно начиналось для Даниэля Сандерса пением птиц и яркими лучами солнца, бьющего сквозь белые жалюзи их загородного дома. С тех пор ему пришлось сменить много мест, скитаясь по Галактике, но то радостное ощущение чудес нового дня, которое он вынес из детства, уже не повторялось. Были в его жизненном багаже мутные, наполненные снегом сумерки зимнего утра на Новой Колыме и багровое зарево рождающегося дня на Шараде; ему доводилось просыпаться под скрежет жабо-ящериц на безымянной планетке у альфы Цефеи и под грохот каменных осыпей на Террамото - и много других рассветов - чужих, словно взятых напрокат. Но самым тоскливым для доктора было просыпаться в тесных каютах корабельных лабиринтов, всюду и всегда до тошноты одинаковых. На любой планете утро, каким бы мерзким оно ни было, все же несло в себе неповторимую частицу своего мира, здесь же - в царстве металла и пластика - пробуждение, как правило, было стандартным и бесцветным. Но Седой Джентльмен там, наверху, что, по слухам, несет ответственность за устройство сего забавного мира, поставил дело так, что не бывает правил без исключения. В этом доктор Сандерс убедился, услышав истошный вопль, судя по тембру, принадлежавший мисс Генриетте Ульцер. Рывком оторвав от подушки тяжелую от недосыпа голову, доктор наскоро накинул одежду и поспешил в центр управления кораблем. Новость, которую он там услышал, была не из приятных. За эту - недолгую и чересчур богатую событиями - ночь был вскрыт грузовой отсек "Леди". Напрочь отсутствовали два топливных контейнера из четырех. Этим дело не ограничивалось: не оставив следа, пропали транспортная платформа и корабельный флайер. А еще отсутствовали на корабле и в его окрестностях капитан Джон-Ахмед Чикидара, генерал-академик Лоуренс Маддер, боцман Рекс Раусхорн по кличке Ржавый Русти и рыжая кошка Марго. * * * - А было все дело так, мистер, что из двух дежуривших по кораблю - а дежурили Следователь и славная своим капризным норовом Генриетта - оба благополучно проспали сие событие, как говорится, без задних ног, - пояснил Хенки, покидая место за стойкой и придирчиво осматривая состояние столиков и сидений своего заведения, в преддверии наплыва посетителей. - Как позже выяснилось, мистер, оба они имели неосторожность при сдаче поста Каем - Генриетте, где-то в первом часу ночи, угоститься кофе из термоса, что был заботливо оставлен в радиорубке, выбранной местом диспозиции дежурного. Они тогда решили, что о дежурных позаботился их предшественник на этом посту. Но таковой - Русти - не мог ни подтвердить, ни опровергнуть это предположение по той причине, что его нигде не было. Но факт, что в кофе не пожалели насыпать - или, там, накапать - снотворного, в количестве вполне достаточном, чтобы спалось с него крепко... Первой, кстати говоря, оклемалась Генриетта - она, собственно, и подняла тревогу. Сейчас она, индифферентная ко всему, сидела, забившись в угол кают-компании, и, обхватив голову руками, лишь время от времени отхлебывала из громадной чашки крепчайший "Мокко" (надо полагать, уже без снотворного), которым ее пытался напоить сердобольный Ник. А вот Федерального Следователя пришлось еще долго трясти, хлопать по щекам и даже основательно сбрызнуть холодной водой, прежде чем он начал, как говорится, лыко вязать... Ситуация, как вы и сами, наверное, поняли, складывалась преотвратительная. Даже не смыслящим в космонавигации дурням - а члены Миссии после того, как доктор с ними основательно поработал, уже за таковых сойти не могли - было ясно, что Бросок к Нимейе поставлен под срыв... * * * Доктор Сандерс обвел присутствующих тяжелым взглядом, в котором медленно, но неотвратимо закипала глухая злоба. - Леди и джентльмены. - Он поднял над столом чуть скомканную распечатку. - Надеюсь, все здесь присутствующие уже знают смысл сообщения, которое похититель или похитители оставили на терминале центра управления кораблем. На всякий случай зачитываю его вам еще раз. "Энергоресурс, на который вы рассчитываете, принадлежит не вам. Будет только справедливо, если Служба Спасения оплатит его по десятикратному тарифу. Как только соответствующая сумма будет переведена на счет АСТРОН-515270 в центральном филиале "Трансгэлэкси кредит" (Хайтаун, Республика Мелетта), вы будете поставлены в известность о местонахождении необходимых вам контейнеров". - Без подписи, естественно, - пояснил доктор Сандерс. - Что скажете? - обратился он к притихшим присутствующим и, не дождавшись ответа, продолжил: - Мы, безусловно, поставим руководство Службы Спасения в известность о выставленных нам требованиях, но, сами понимаете, реалистическими их не назовешь. Скорее Директорат пойдет на посылку второго экспедиционного судна. Однако не будем впадать в отчаяние. Мы далеко не безоружны перед преступниками. Работы по ремонту корабля будут продолжены, несмотря на сложившиеся затруднения. Не надо создавать помех следствию. Прошу всех разойтись по своим каютам с тем, чтобы дать ответ на вопросы, которые мистер Санди, как я полагаю, задаст вам относительно ночного происшествия. После этого без промедления приступаем к выполнению намеченных по графику работ. Федеральный Следователь согласно кивнул головой. - Да, господа, дело складывается серьезно, - подтвердил он слова главы Миссии, чувствуя себя свадебным генералом, притом генералом, порядком обмишурившимся прямо на поле брани. - Мне не надо объяснять вам, во сколько жизней жителей Нимейи могут обойтись каждые сутки нашего опоздания. Поэтому попрошу вас оказать следствию максимальное содействие. - Пока мы будем устраивать допросы и очные ставки, - с неожиданным металлом в голосе прерван его Лемье, - эти суки будут уже далеко. А между тем над планетой подвешена стереотипная "люстра" - система орбитальных сателлитов наблюдения. Как над всеми планетами, на которых осуществлялись интенсивные промышленные разработки. Ничего со спутниками этими за сорок-пятьдесят лет не сделалось. "Люстры" рассчитаны на века. Надо только подключиться к системе их активации, и мы сможем прозондировать всю окрестность. Говорю это вам, - тут он косо усмехнулся, - как навигатор со стажем больше суток. Нужно вычислить паскуду с контейнерами и организовать погоню. - Ну что ж, вы говорите дело, - признал Сандерс, продолжая злобно сверлить вирусолога взглядом. - Инициатива, как известно, наказуема ее исполнением ступайте в рубку связи и прихватите с собой миссис Шарбогард или кого сочтете нужным и беритесь за дело. О результатах, если таковые будут получены, доложите без промедления! - Уи, мон женераль, - несколько развязно означил свое согласие подчиниться поступившему распоряжению Жан и направился туда, куда его послали. * * * Кай ругал себя последними словами. Позволить кому-то травануть его элементарными допотопными барбитуратами (судя по последействию, что-то именно из этой оперы) - надо уметь! И ведь видел же, что нечистое вокруг творится. Правда, смену он сдал мисс Ульцер, и все претензии вроде бы к ней, но, ей-Богу же - проспать такие отнюдь не бесшумные события, как погрузка и отбытие грузовой платформы на воздушной подушке, Кай бы не смог, не находись он под действием проклятой химии. Кстати, почему не проснулись Сандерс, Лемье, Шарбогард и, по крайней мере, один из близнецов-альбиносов? Кай скрепя сердце начал реализовывать вариант криминалистического экспресс-анализа под многозначительным названием "Робинзон". Никто не мог вернуть ему спаленный адским пламенем в недрах "Констеллейшн" багаж - комплект мини-тестов и портативный универсальный прибор для криминалистического лабораторного анализа. Приходилось действовать подручными средствами, распотрошив запасной комлект корабельной экспресс-лаборатории, для подобных целей меньше всего предназначенной. Этот номер, в общем, удался ему - третий раз в жизни. Первый был на выпускных экзаменах Академии. О втором он не любил вспоминать... В ассистенты себе он, по здравом размышлении, определил дока Сандерса - если и доверять кому, то только руководителю Миссии. Если же тот "играет черными", то и в этом случае лучше иметь его под рукой для постоянного наблюдения.. Терпеливо возясь с наспех расставленными на откидном кухонном столике приборами, Кай благословлял воцарившийся на "Леди" за последние двое суток свинарник: уцелели в своей девственной неприкосновенности объедки не только прошлого ужина, но и обеда. И еще Федеральный Следователь пытался хоть как-то смоделировать в уме происшедшие события в ночь накануне и заодно - разговорить командира спасателей. - Я еще допускаю, - в меру недоуменно начал он, приглядываясь к строчкам листинга, ползущим по экрану монитора, - что Чикидара, Маддер или они оба, сговорившись, угнали платформу с нашим энергоресурсом. Можно представить - зачем. Нас хотят любой ценой удержать на планете для встречи с людьми милейшего Папы Франческо, которые, вне всяких сомнений, уже где-то рядом... Но каким боком к такому делу причастен наш боцман?.. - Меньше всего это похоже на Маддера... - мрачно заметил Сандерс. - Этот господин - явно из другой э-э... группы риска. Разве что он стал случайным свидетелем, и наш любезный кэп его прикончил по ходу дела... Он пододвинул Федеральному Следователю кювету с обработанным материалом. - А заодно - и бедного Русти... - Кай ожесточенно почесал нос и начал аккуратно вводить подготовленные образцы в приемник анализирующей системы. - А мы - проспали этакое побоище и даже гильзы стреляной нигде не нашли... - Может быть, дело не в Мафии... - задумчиво прикинул Сандерс. - Насколько я понял, именно Брошенная - конечный пункт путешествия профессора Мадера. И наша антиплазма понадобилась ему для выполнения какого-то задания именно здесь... Допустим - для уничтожения какого-нибудь объекта... - Тогда мы скоро увидим фейерверк, - угрюмо заметил Кай. На мониторе стали бесшумно появляться первые результаты анализа проб. - Однако, - продолжал Федеральный Следователь, - это нетипично для такого рода операций. Что-что, а взрывчатка и тому подобное бывают заготовлены для таких дел загодя и в избытке... Другое дело, что наш Колдун, должно быть, на этой планете не один. Вы, верно, не знаете, что его должен был забрать с "Констеллейшн" орбитер класса "Тюльпан"? Это - к вашему сведению... - Со вчерашнего дня я неплохо разбираюсь в таких материях, - махнул увесистой дланью док Сандерс. - "Тюльпан" - космический паром средней дальности, тонн на двести полезной нагрузки... Обычно используется для перевозки человек по сорок-пятьдесят с боевой техникой и приданым в виде оборудования и снаряжения. Это - на войне. Если этих "коммандос" не завернули с их орбиты после того, как "Констеллейшн" разминулся с ними, то очень может быть... - Очень может быть, что мы с ними скоро встретимся, доктор. И не уверен, что встреча будет приятной. Мы с вами - в логове Комплекса. А Комплексу - очень мало дела до того, как скоро попадут на Нимейю какие-то триста тонн "Пепла"... Но все это не объясняет того, почему Русти не поднял тревоги, и того, почему для похищения всего двух контейнеров с антиплазмой, кроме грузовой калоши, понадобился еще и корабельный глайдер. Та-а-к... а вот и результаты анализа остатков пищи... Нет... Снотворного она не содержит. - А зачем ей их содержать? - мрачно спросил давно уже подпиравший стальной косяк входной двери камбуза Ник Флаэрти. - Вы бы лучше поинтересовались обычным отчетом контроллера систем жизнеобеспечения. Он - на самописце. Начиная с часу ночи в вентиляционную систему "Леди" поступала закись азота... Из того баллона, что в киберкулинарном синтезаторе. Это я уже установил. Автоподача сигнала о нарушении режима и автоблокировка на газосмесителе отключены. Просто оборваны проводки и завязаны кукишем... Радуйтесь, что у преступника под рукой не было угарного газа или цианистого водорода... - Проводите-ка меня к этому баллону... - решительно сказал Кай, подхватывая со стола свой табельный регистратор. - И к этому газосмесителю. Надеюсь, вы стерли не все отпечатки, что могли на них быть... За осмотром дурацкого баллона его и застал Лемье, успешно наладивший обмен информацией со спутниками наблюдения. Он помахивал в воздухе парой распечаток. - К вашему сведению, господин сыщик... Радиомаяк флайера прослушивается в тринадцати километрах от нас - на норд-вест. Это... Это какое-то нехорошее место, доложу вам... Вот на схеме - прямо у края "слепого пятна"... Зона подавления сигналов... Что до платформы, то не могу поклясться, но что-то очень на нее похожее ходит кругами вот здесь. Это ложбина в восьми километрах к югу... Инфракрасная съемка... Кстати - место тоже не из лучших. Вот видите: как и предупреждал нас кэп Чикидара - на месте обозначенных на карте "Мастерских Кносса" имеем свеженький кратер... Воронку. И отсюда по направлению господствующих ветров тянется язык радиоактивного загрязнения. Как раз на этом языке и крутится эта штука... - Доктор... - Кай воззрился на подтянувшегося к месту действия Сандерса. - Если я не ошибаюсь, в блокгаузе обслуживания взлетной полосы на консервации стоит кое-какая техника... Мобилизуйте народ, чтобы как можно быстрее запустить хоть что-то ездящее или летающее... - А вот это, - Лемье помахал листком с парой строчек на нем, - пришло на имя нашего Джона-Ахмеда... Или в наше время джентльмены не читают чужой корреспонденции? Кай, который (по причине оставшейся после действия снотворного тяжести в голове) не склонен был к юмористическому восприятию действительности, хмуро взял листок, прочитал и молча вернул Жану. - Единственное, что можно об этом сказать, - заметил тот, не дождавшись от "господина сыщика" никаких комментариев, - так это то, что письмо состоит из кодовых фраз. Только полный остолоп станет тратить энергию, чтобы за миллион километров передавать нашему кэпу привет от какой-то Лин-Лин и спрашивать о том, как идет подготовка к пикнику. К какому пикнику, собственно говоря? - Можно догадаться, - хмуро пожал плечами Кай. - Я бы это не назвал кодом... Вам не удалось засечь передатчик? - Нет, - тон Лемье стал чуть ближе к его обычному меланхоличному воркованию. - Но, судя по характеристикам сигнала, это достаточно далеко, хотя и в зоне уверенного приема... Если вас интересует, когда нам ждать э-э... гостей - ведь я вас правильно понял насчет "пикника"? - то, думаю, на сутки мы еще можем рассчитывать. Кроме того, они еще не получили от капитана Чикидары ответа на этот свой запрос... - В этом я не уверен... - Кай потряс все еще достаточно тяжелой головой. - Вот что... Надевайте респиратор, берите пушку и ждите меня у блокгауза... Приготовьте на всякий случай еще пару комплектов радиационной защиты и бронежилеты... - Я пошел организовывать транспорт, - мрачно известил Кая док Сандерс. - Мы зря теряем время... - Минуту... - Кай попридержал его за локоть. - Я как-никак собираюсь отлучиться на поиски пропавших и свои заботы намерен, вы уж извините, свалить на вас, доктор. Прежде чем мы все возьмемся за дела, примите к сведению следующее: в любой момент "Леди" может подвергнуться нападению. Если это будет Мафия - план действий вам ясен. Если люди Комплекса... Их, я думаю, не будут интересовать секреты Миссии. Сделаете поправку на это... Важно как можно скорее уйти с этой милой планеты... Если что-нибудь приключится со мной или с кем-либо из... отсутствующих - не дожидайтесь. Вариант с Броском к Нимейе отпадает, но постарайтесь дотянуть хотя бы куда-нибудь до мест дислокации Космофлота. Контейнер с "Пеплом" тогда заберет другой корабль. Думаю, сюда направят эсминец. А бандиты могут искать этот сундук до второго пришествия - не зная его координат... Правда... Он запнулся, но Сандерс понимающе кивнул, продолжая болезненно кривиться от слов Федерального Следователя. Тут слов не требовалось - запоздание с доставкой "Пепла" и Миссии на Нимейю становилось предельным, выходило за черту, до которой катастрофу еще можно было удержать в каких-то спасительных рамках. - Теперь - второстепенное. - Кай поморщился, преодолевая остатки головной боли. - Согласно тем анализам, что выдала наша импровизированная лаборатория, кофе, к которому было подмешано снотворное, был натуральным. Все то, что я нашел в кладовках и на камбузе "Леди", - растворимая дрянь. Логично думать, что натуральный "Арабика" происходит из каких-то тайных запасов кэпа Чикидары: ведь никто из нас при захвате в плен не позаботился прихватить с собой пакетик кофе... Так что автор преступления просматривается однозначно. Но на всякий случай, пока я буду мотаться по окрестностям в поисках без вести пропавших или их следов, - сравните все же данные газ-хроматографии остатков этого милого напитка из термоса и того, что есть лишнего в моей пробе крови. Тут нужна твердая уверенность. - Ну и, наверное, - в пробе крови мисс Ульцер, - дополнил Федерального Следователя обстоятельный Сандерс. Кай глянул на него с легким удивлением. Но и с пониманием. - Вас, Следователь, траванули барбитуратом, нас - закисью азота. Вдруг для Генриетты нашли что-нибудь изысканное - в ее вкусе, - криво усмехнулся Сандерс. - Меня просто слегка удивило, что чувство долга подняло Генриетту ото сна на пике действия препарата. Вас-то, извините, пришлось будить из пушек. - Если отыщете для этого время... - согласился Кай. - Но помните, главное - как можно раньше уйти с планеты... И еще - найдите возможность отправить подпространственной связью мое сообщение на адрес Управления. Это не потребует слишком большого расхода энергии. Кай извлек из пристегнутого к поясу планшета свой служебный ноутбук и, пристроившись на камингсе межсекционного тамбура, принялся быстро, лишь на секунды задумываясь, набивать текст. - Господа! - в проеме двери появилась энергично настроенная миссис Шарбогард. - Вы окончательно решили переделать камбуз в филиал химического факультета? Я лично - не против, но подскажите тогда, где мне готовить еду на всю ораву? Вы, надеюсь, не забыли, что человеку надо подкрепляться двадцать один раз в неделю? * * * Мысль о необходимости регулярного приема пищи посетила не только миссис Эльзу. Для Русти эта идея была в данный момент актуальна как никогда. Согнувшись в три погибели на донце неглубокого окопчика у разрушенной железобетонной стенки, до которой ему удалось проследить путь Джона-Ахмеда Чикидары, Русти клял на чем свет стоит свою непредусмотрительность. Поглядывая на датчик баллона кислородной подпитки, он прикидывал, долго ли еще сможет прокуковать в таком вот положении, и пытался проанализировать путь, приведший его от ставшего уже родным камбуза "Леди" сюда - на эту помесь строительной свалки и полосы препятствий. Нет, бдительности ему хватило в самый раз - он ни секунды не сомневался в том, что кэп Чикидара отнюдь не заслуживает того доверия, с которым Миссия и даже Федеральный Следователь отнеслись к версии о его непричастности к захвату "Констеллейшн". Как бы не так! Если капитан "Леди" отсиживался на Брошенной, покуда доставленные им к Фомальгауту головорезы рисковали шкурой во время абордажа, так скорее всего это указывает как раз на то, что он-то и стоял во главе всей шайки. А как на пару с Боровом они провернули дельце, избавившись под занавес от своих подельников! А когда Джон-Ахмед, на ночь глядя, заперся с Колдуном в своей рубке - что должен был подумать об этом Русти? Поэтому вечером он заварил себе растворимого "Мокко" покруче, проглотил без малого пол-литра этой дряни, чтобы не так слипались глаза, и затаился в диспетчерской блокгауза, что высился в сорока метрах от кормы "Леди". Там было достаточно тепло, был подведен кислород и, главное, оттуда хорошо просматривалось в бинокль все, что происходило в рубке корабля. Жаль только, услышать нельзя было решительно ничего. При появлении на сцене доктора Маддера - незадолго до полуночи - Русти замер в ожидании дальнейшего. Дальнейшее, однако, развивалось слишком стремительно. Заседавших в рубке Чикидару и Колдуна накрыл - тоже, видимо, не утративший бдительности - док Сандерс, который поволок коварного Маддера куда-то за собой - должно быть, раскалывать. Но при этом, хоть вроде и не дурень, начисто упустил из виду главного злодея. Капитан же "Леди", не став дожидаться, пока и за ним придут, прямо через резервный люк рубки выбрался на корпус, с него сиганул на грунт и скрылся в оставленном без присмотра корабельном флайере. Русти стремительно метнулся в гараж блокгауза и отчаянными усилиями стал приводить в действие присмотренный им загодя - в совсем других, правда, целях - одноместный "Бархан". Тут-то он предусмотрительность проявил - еще днем снял с профилактики эту - на его взгляд, самую подходящую для передвижений по Брошенной машину. Напрасно только он не дал сразу знать о происходящем Федеральному Следователю. На то, впрочем, была серьезная причина - любой вызов через носимый коммутатор - вроде того, что болтался на поясе у Русти, - принимался всеми остальными такими же приборчиками. В том числе - и тем, что был у Чикидары. Тот сидел во флайере, пожалуй, больше часа, видимо, не решаясь ничего предпринять. А затем - неожиданно рванул с места и блохой понесся к смурному горизонту на северо-запад. Тут уж пришлось плюнуть на конспирацию. Запуская много лет простоявший без дела движок, Русти как сумасшедший лупил по кнопке вызова своего коммутатора, пытаясь дозваться Федерального Следователя или вообще хоть кого-то на борту клятой "Леди". Но все словно уснули! Преследовать мерзавца-капитана Русти отправился один. Уже где-то посреди дороги ужасная мысль заставила его похолодеть: а не оставил ли Джон-Ахмед в той же рубке управления или где-нибудь под брюхом "Леди" адскую машинку, которая вот-вот отправит к праотцам всех без просыпу дрыхнущих на борту? А мог ведь и без всяких машинок - вывести на блок управления двигателем "отсроченную" команду, скажем, на экстренный старт, снять блокировку безопасности - и дело с концом: маршевый движок просто размажет корабль по пейзажу вместе с его пассажирами... Точно - чертов бандюга решил пожертвовать своей посудиной, а сам отсидится в какой-нибудь норе, которых на Брошенной - видимо-невидимо.. Дождется своих сообщников и сдаст им "Пепел" в полной целости и сохранности... Эх вы, мистер Санди, а еще туда же - Федеральный Следователь!.. А Колдун, видно, продал Чикидаре координаты и параметры выгрузки контейнера... И как-то парализовал действия экипажа - а сам смылся, он на такие штучки мастер... Недаром же с "Леди" никто не ответил на его - Русти - отчаянные сигналы. Все сходится, ядрен поползень! Надо было выработать какой-то план действий: возвращаться к кораблю и поднимать тревогу или продолжать преследование - благо радар "Бархана", хоть и дерьмовенький, а сечет-таки норовящий ускользнуть и невидимый в зыбкой мгле горизонта флайер. Русти выбрал последнее - если "Леди" заминирована, то рванет она где-то через считанные минуты - иначе такие дела не делаются. И Русти с его благородным порывом спасти друзей, в лучшем случае, останется в буквальном смысле этого слова у разбитого корыта, с полусуточным запасом кислорода, один на всей планете... Нет, не один - как минимум, на пару с озверелым бандитом, имеющим чистое позиционное преимущество. А то и вообще - костей не соберет, вернувшись к "Леди" как раз к моменту срабатывания "сюрприза" Джона-Ахмеда. А вот если он немедленно задержит и "прокачает" подлого шкипера, то можно будет, по крайней мере, спасти одно из двух - или "Пепел", или собственную жизнь. А если не телиться слишком долго и ущучить мерзавца немедленно - может, и "Леди" уберечь удастся. Открытого боя Русти не слишком опасался - на сиденье рядом с ним был свален весь арсенал найденного по сусекам "Леди" оружия. Кроме того, на его стороне был фактор неожиданности. Ущучить мерзавца немедленно не удалось. Едва разогнавшись до крейсерской скорости, "Бархан" чуть не проскочил мимо брошенного на обочине пустого флайера с эмблемой "Леди Игрек". Русти, чертыхаясь, сдал назад и довольно неумело замаскировал свой "корабль пустыни" в первых же попавшихся развалинах. Потом прихватил удобно ложащийся в ладонь парализатор, автомат, с примотанным изолентой запасным рожком, сунул в карманы куртки пару свето-шумовых гранат и, пригибаясь как можно ниже, короткими перебежками побежал к флайеру. Тот стоял "под парами" - с ключом в замке, тихо вибрируя движком. То ли подлец Чики собирался вскорости снова быть здесь, то ли, наоборот, - в спешке наплевать ему было на то, в каком виде бросил он свое транспортное средство. Следы Джона-Ахмеда, четко оттиснутые в мерзлом песке, вели от флайера в сторону узкой ложбинки между двумя угрюмого вида сопками. Русти поначалу не придал внимания второй - еле заметной - ниточке следов, частых и мелких, перевившейся с цепочкой следов капитана "Леди". Потому-то Русти чуть и не расстался с перепугу с жизнью, когда путь ему заступила, вывернувшись из-за обломков рухнувшей стены, рыжая, тощая до облезлости и предельно наглая Марго. Бока клятой твари заходились обморочно глубокими вздохами, словно она задалась целью прорвать-таки ребрами собственную шкуру. Конечно, взятый сам по себе расклад сил - увешанный оружием мужик против облезлой кошки - делал ситуацию скорее забавной, нежели серьезной. Однако, когда при попытке Русти пересечь некую невидимую линию, вдоль которой уверенно барражировала Марго, рыжая тварь испустила невообразимый ("Прямо нечеловеческий", - пояснял впоследствии Русти своим слушателям) вопль, боцман злодеями погубленного "Констеллейшн" призадумался. При попытке приложиться по ней из относительно бесшумного парализатора Марго с невероятной быстротой скрылась за той же руиной, из-за которой появилась, и, как только Русти опустил ствол, возмущенно заорала оттуда с удесятеренной силой. Пускать в ход автомат, лишенный, как назло, глушителя, или хвататься за гранаты для того только, чтобы заткнуть глотку одуревшей животине, означало бы выдать себя и тут же из охотника самому превратиться в дичь. "Леди" не торопилась ни взлетать на воздух, ни выходить на связь. Так что смысл происходящего не становился яснее. Проклиная все на белом свете, Русти залег в ложбинку под обвившими остатки стальной арматуры зарослями здешнего кустарника и принялся углублять свое ложе, превращая его в разновидность окопа. Осмелевшая Марго выползла из своего убежища, скосилась на Русти сверху и снова - укоризненно на сей раз - заорала. Уже чисто машинально, словно по карманам своей домашней куртки, он похлопал по многочисленным закоулкам - с клапанами и без - рабочего комбинезона и не без удивления обнаружил припасенный еще с обеда сандвич, содержащий неплохой кус филе какого-то несчастного плода успехов генетической инженерии и такой же шматок сыра. Все это - с небольшими примесями хлеба и кетчупа. При виде содержимого порядком раздавленного пластикового пакета Русти во всей ее полноте испытал упомянутую выше необходимость в регулярном питании. Но дело было превыше всего: он начал отламывать от сандвича кусочек за кусочком и посвистыванием и поскребыванием подманивать Марго к себе. Когда рыжая тварь соизволила-таки отведать сырно-мясного крошева, Русти с облегчением подумал, что надобность в том, чтобы свернуть шею ставшей ему уже как-то родной твари, пожалуй, отпала. Еще он подумал, что Марго, неожиданно прекратив принимать пищу из рук Лемье и Сандерса, судя по всему, не жрала уже вторые сутки. С момента посадки на Брошенную. Нет, раньше... С момента проведения инсталляции... К сожалению, Марго избрала на редкость стервозную линию поведения в отношении Русти. С охотой, а лучше сказать - с оголтелой жадностью проглотив очередную дозу жратвы, она принималась тяжело дышать, пытаясь, наверное, как можно скорее спалить принятые внутрь жиры, белки и углеводы в бедном живительным кислородом воздухе. Приведя свою дыхалку в порядок и набравшись сил, рыжая бестия отступала на всякий случай за кусты и оттуда принималась в полный голос критиковать очередную попытку Русти выдвинуться вперед. Долго продолжаться так не могло. Так что Русти возблагодарил Господа, когда как "Бог из машины" из-за нависшего над спасительным окопчиком обломка стены появился подлый Джон-Ахмед. * * * Чертов клад Рыжих чуть не оборвал руки Чикидаре - проклятые контейнеры, казавшиеся сначала вполне подходящей поклажей, превратились к тому моменту, когда перед ним замаячила призрачная граница УРа, в стопудовые сундуки, норовящие вывернуть ему суставы наизнанку. Но куда больше его истомил страх - вполне обоснованный страх перед появлением на месте действия жуткого Колдуна. Чики не сомневался, что тот пустится за ним в погоню, только вот хрена он его возьмет в Охранной-то Зоне. Но стоило отступить этому страху, как на его место заступал другой - иррациональный, до костей пробирающий - страх перед тем, что, дождавшись его - Чики - появления, из-за мглистого горизонта ангелами смерти восстанут пыльные силуэты ТЕХ боевых машин, что перемолотили людей Оранжевого Сэма и сейчас только затаились, ожидая, когда Чики забудет про них и почтет себя спасенным... "Хитер, хитер ты, конечно, со своим гипнозом и прочими штучками... - вел Джон-Ахмед свой мысленный спор с Колдуном. - Тут и спорить нечего: кабы не принесло типа этого мрачного, что в начальниках у людей Миссии ходит, так не видать Чикидаре с кровью добытого клада как своих собственных ушей... А раз уж подсобил Бог, а может, и черт - кто его знает, по чьему ведомству Брошенная проходит, - то последним дурнем будет он - Джон-Ахмед, если клад по-умному не перепрячет... И тогда уж - фигу вам, господа яйцеголовые. Придется вам с Чики поторговаться. И крепко поторговаться... А вот как уберется он подальше от УРа этого кошмарного - приходите, ваша милость, генерал-академик. В том сейфе, о котором вам удалось ловко так допытаться у наивного Джона-Ахмеда, вас ждет небольшой сюрприз. Вы долго его не забудете, профессор..." Тут славно наладившийся ход его размышлений был грубо прерван над смертоносной пустошью УРа разнесся полный неизбывного страдания и острого, всему мирозданию адресованного скепсиса, вопль заждавшейся его Марго. Проклятый зверь словно ждал его тогда - во флайере, который Чики дрожащими от пережитого испуга руками, плохо еще понимая, что творит, запустил, чтобы бежать как можно дальше от попавшей в полон призракам людей Оранжевого Сэма его "Леди". Ни сил, ни отваги избавиться от с Того, надо думать, Света явившейся твари у Чики уже не было. Так они и прибыли к УРу и занялись: Чики - своими делами, Марго - своими... Сейчас вопли рыжего фантома - а они повторялись с настойчивостью, достойной лучшего применения, - насторожили Чики. Он сначала пригнулся, а потом перешел к движению по-пластунски, подволакивая проклятые титановые чемоданы за собой по очереди. Причины беспокойства заколдованной кошки оставались, однако, совершенно непонятными для него. Похоже, Марго поругалась с каким-то незаметным издалека представителем местной фауны. Может, с Пушистым Призраком. Достигнув наконец долгожданной границы УРа, Чикидара тихим посвистыванием попытался успокоить своего странного партнера, а затем, со словами: "Ну будет, тебе, Сатана бестолковая...", подхватил нечеловечески тяжелые сундуки и поднялся в полный рост. Дальнейшие события развивались молниеносно. Чертом из коробки, с обиженным воплем "Я тебе покажу бестолкового!.." перед Чикидарой предстал изгвоздавшийся в мусоре и пыли балбес - тот, которого на "Леди" величали боцманом. Чертов дурак пер прямо через границу зоны, выставив перед собой общевойсковой "успокоитель". Чики среагировал быстро, но не слишком адекватно. Едва не порвав себе мышцы, он метнул оба контейнера в кусты слева от себя, а сам с криком: "Куда ты, болван!!!" - ласточкой сиганул в переплетенные кустарником заросли колючей проволоки - справа. Видя, что дичь уходит, Русти выпалил ему вслед и ломанул вперед. Жертвуя собой, с душераздирающим мявом под ноги боцману метнулась Марго. Заряд парализатора настиг Джона-Ахмеда в прыжке. Успев лишь невнятно чирикнуть, он, как был в полете, так в нем и пребывая, лишился сознания и уже нечувственно для себя заклинился в отменно колючем, но хорошо скрывшем его бездвижное тело от посторонних глаз заграждении. Поминая - далеко не в лучшем контексте - родных своего четвероногого друга по материнской в основном линии, Русти пролетел метра два вперед и приземлился на четвереньки, став также малозаметен для предполагаемого противника. Однако в этой позе ему пришлось находиться гораздо дольше, чем он предполагал. * * * - Тут-то, понимаете, мистер, не то чтобы нашего Русти скрутило, а скорее как бы параличом разбило, - пояснял Хенки своему слушателю смысл происшедшего далее. - Да нет, "успокоитель" его тут был ни при чем... Он его еще, так сказать, на старте выпустил из рук. Дело было в том - вы об этом, наверное, помните, - Зона эта, Охранная, по периметру своему была огорожена ловушками, которые еще и не такое могли учинить над любым, кого угораздит на них наткнуться. Так что Русти еще дешево отделался, скажу я вам. Очень дешево! * * * Сам Русти так не считал. По крайней мере к тому времени, когда вдали послышался шум второго "Бархана", он был уже не против того, чтобы из этой машины вылезли все бандиты, о каких ему только приходилось слышать, и поскорее покончили с его мучениями. Вот уже который час он стоял в неудобной позе, неестественно раскорячившись, не в силах пошевелиться. Как будто он вновь перенесся в давно забытое детство, где играют в "замри-отомри", только вот некому было сказать волшебное слово и расколдовать вдруг разом оцепеневшие мышцы. Его охватило чудовищное ощущение, что его, боцмана Русти, уважаемого в здешнем Секторе человека, какой-то гад просто опустил в прозрачную эпоксидную смолу, превратив из живого человека в жуткий экспонат музея Мадам Тюссо. Заметив-таки скрытно припаркованный "Бархан" - точно такой же, как тот, на котором прикатили они сами, Кай и Лемье последовали примеру еще не вычисленного ими угонщика и, замаскировав по мере сил свою машину, принялись осторожно двигаться по следам, в изобилии оставленным Русти. Первой они увидели Марго. Не подавая особых признаков жизни, она обессиленно лежала на капоте флайера "Леди". Русти обнаружился вторым. - Чего он там ждет, черт побери? - с живым интересом спросил Лемье, указывая на несколько комическую фигуру, замершую перед ржавой путаницей проволоки и здешней растительности. Со стороны могло показаться, что единственный уцелевший член экипажа "Констеллейшн", окончательно чокнувшись, силится взять низкий старт для забега по более чем пересеченной местности или собрался попугать притаившихся в кустах детишек, прикидываясь злою собачкой. Лемье подал пару звуковых сигналов и озабоченно замер. Снова потянулся к управлению, но Федеральный Следователь остановил его жестом руки. - Погодите, - приглушенным голосом приказал он и сверился с распечаткой данных спутникового зондирования местности. - Здесь не все чисто. Надевайте-ка лучше защиту и тащите из багажника трос... Накинуть - с довольно большого расстояния - лассо на Русти и вытянуть оного из его подозрительного места пребывания, притом так, чтобы не удавить при этом боцмана совсем уж насмерть, было делом не столько сложным, сколько колготным и требующим многократного терпеливого повторения в разной степени удачных попыток. Все это время тот с жуткой невозмутимостью манекена сохранял исходную - подобающую скорее речному ракообразному в определенной жизненной ситуации - позу, чем, с одной стороны, облегчал своим избавителям труд по набрасыванию петли лассо на его отдельно торчащие конечности, а с другой - доставлял им массу неудобств, норовя по дороге зацепиться этими конечностями за все что ни попадя. К определенному изумлению Федерального Следователя, после того, как туша боцмана пересекла некую невидимую черту, подвижность членов вернулась к нему и воскресший к жизни Русти, чертыхаясь и с трудом управляясь с отвыкшими повиноваться конечностями, бросился к спасителям с благодарным: "Где ж вас хрен носил?!!" на устах. Вслед за этим силы оставили Русти Раусхорна, и, только влив в его судорожно хватающие воздух губы толику коньяка из фляги, Кай подвиг боцмана на членораздельную речь. О чем тут же пожалел. - Ох!.. Что это было?.. Где вас носило?! Там... Еще один... В кустах... - начал выдавать Русти текст, слабо поддающийся логическому анализу. - И - эти!.. - возбужденно продолжал он. - На вертолете!.. Пр-р-рок-лятая Мар-р-рго!!! Лихая на помине рыжая бестия была уже тут как тут - с несколько виноватым видом она притулилась у колес "Бархана". Долгие часы вдыхания скудного воздуха Брошенной все еще не доконали ее. - Давайте по порядку, Русти, - постарался внести хоть какую-то ясность в этот поток звуков и эмоций Федеральный Следователь. - Во-первых: попробую объяснить, что приключилось с вами. Как я понимаю, вы попали под луч мезогенератора, настроенного на резонансную частоту мезоэнцефального отдела мозга, регулирующего тонус мышц. И у вас наступила полная каталепсия, как при сеансе гипноза. "Человек-дерево" - был в свое время, знаете ли, весьма популярный трюк. Вы бы в этой роли имели определенный успех у провинциальной публики. Хуже было бы, если бы вы нарвались на обычную противопехотную мину... А теперь - ответьте мне: там, в кустах, вы говорите - есть еще кто-то... Он - этот кто-то - еще живой? - Да друг ваш закадычный - Джон-Ахмед, вот кто! Живой - с чего б ему загнуться? Пора бы уж ему и оклематься - я всего-то что стандартный заряд из парализатора ему, извините, в ягодицу определил... Больше всего боялся, что вылезет он сейчас и шею мне набок свернет - он-то по этому месту заколдованному как ни в чем не бывало шлепает, а я на него - на Чики этого - только и могу, что глаза таращить, от чего вреда людям обычно не случается... - Так вы говорите, что капитан Чикидара беспрепятственно передвигался по этой территории? - озадаченно спросил Кай. - Вы, как я понимаю, последовали за ним, когда капитан, не предупредив никого из нас, покинул корабль... - Контейнеры он куда дел? - резко спросил Лемье. - Капсулы с антиплазмой? - С к-какой антиплазмой? - ошалело спросил Русти. - Да с той, что мерзавец увел с "Леди"!!! - в сердцах заорал француз в совершенно ему не свойственном бешенстве. - Н-никаких к-контейнеров он не уводил... - растерянно парировал Русти. - Это точно... Глаз не спускал с него. Так у вас еще и энергоресурс стибрили?! Весь?! - Нет, только половину... - мрачно успокоил его Кай. - Кстати, я мог бы сообразить, что на флайере это сделать невозможно. И на одном "Бархане" - тоже... Тем временем ставший неожиданно невероятно инициативным Лемье подхватил с сиденья вездехода скорострельный автомат, развернул его ствол в сторону упомянутых в разговоре кустов и, сдвинув кислородную маску на лоб, грозно заорал: - Эй, ты!!! Шкипер Чикидара - выходи!! Считаю до... Чики не стал дожидаться уточнений. Он вывалился из кустов, тоже не слишком хорошо справляясь с сохранением равновесия и курса. - Н-не стреляй, Чорри! - с трудом поворачивая язык и норовя обрушиться в подвернувшуюся неровность под ногами, заорал Чики. Вслед за ним из ржавого кустарника выпрыгнул "боевой паук" и стал задумчиво наблюдать за дальнейшими эволюциями капитана-арендатора "Леди", сопровождая свои размышления шевелением ствола инжектора плазмы. Наконец, решив, что кэп все-таки свой, дал ему уйти. Чики с облегчением пересек границу УРа и сверзился в давешний окопчик, вырытый Русти. От кинувшегося ему на помощь Лемье он шарахнулся как черт от ладана и чуть было не вернулся в Зону. Но силы вовремя вновь покинули его, и Кай при помощи Русти благополучно оттащили Джона-Ахмеда в кабину "Бархана". Кай впустил вслед за собой невозмутимую Марго, врубил систему герметизации кабины и снабжения кислородом - на всю катушку - и накапал коньяку себе и Чикидаре. Жан остался на стреме. Чики наконец порозовел, с натугой принял позу, более или менее располагающую к светской, непринужденной беседе и уставился на Федерального Следователя как кролик на удава. Но первым в атаку пошел Русти. - Ты скажи мне, какого дьявола ты раньше не вылезал, когда я у тебя перед носом корячился, как лобстер от запора? - возмущенно потребовал он. - Ждал, что ли, пока я окончательно там загнусь?! - Т-так откуда я знал, что т-тебя п-парализовало?! - резонно, хотя и срываясь на что-то вроде овечьего блеяния, возразил Чики. - Я-я п-прихожу в себя, а ты на м-меня у-уставился, к-как... Я и п-прикинулся, что все еще в о-отключке т-торчу... Аж н-ноги-руки з-затекли... Т-только глаз открою, а ты снова на меня з-зенки п-пялишь... - Чтоб у тебя так затекло, как у меня, от резонанса этого подлого! - с чувством пожелал ему Русти. - Что вы, собственно, здесь делали, капитан? - наконец вернул разговор к сути дела Федеральный Следователь. Некоторое время Чикидара боролся с одолевавшими его - весьма противоречивыми, должно быть, позывами и, наконец, придя к чему-то среднеарифметическому между имитацией паралича речи и полным и чистосердечным признанием, неожиданно разразился потоком горячечно путающихся между собой слов. За считанные минуты Кай услышал о том, что такое УР, и о том, как отдали Богу души люди Оранжевого Сэма. А еще - о том, как Чики обрел свободу передвижения в страшной Зоне, как подлый Боров втянул его в историю с мокрухой на "Констеллейшн", и об ужасной опасности, которая угрожает его подруге Лин-Лин, и много чего еще. Только о двух титановых кейсах-контейнерах, что неприметно валялись в кустах, всего-то в сотне метров от "Бархана", в котором происходила трогательная сцена признания, Федеральный Следователь не услышал ни слова. Дождавшись минутной паузы в происходящем словоизвержении, он наконец вкрадчиво осведомился: - Так все-таки почему мы встретили вас здесь, капитан? Чикидара молча сглотнул слюну. - "Р-рыжие"... - выдавил он из себя и спазматически дернул головой в сторону лобового стекла, за которым, нахохлившись, маячил Лемье. - З-зомби... Призраки... Слушая дальнейший текст, выдаваемый капитаном-арендатором "Леди Игрек", Кай мучительно решал для себя вопрос о состоянии мозгов натерпевшегося всевозможных стрессов капитана. Получить немедленное медицинское заключение о психическом состоянии Чикидары не представлялось возможным. Принимая во внимание это обстоятельство и некоторые накопившиеся у него самого наблюдения, Кай склонен был воспринимать показания Джона-Ахмеда с известной степенью серьезности. - Вы никакую не Миссию сопровождаете, господин сыщик. Это все - зомби! Ожившие мертвецы... Их оживили где-то здесь. В тайной л-лабларатор... лабро-ларот... Заколдовали, в общем. И они по всему Космосу искали м-меня и "Леди"!.. И кошку с-свою... Чики сделал попытку подобрать ноги под себя - подальше от жуткой Марго... - Ч-чтобы... Тут Чики чуть было не брякнул: "Чтобы забрать свой клад!", но вовремя прикусил язык. - Лемье этот, - чуть задыхаясь и косясь на фигуру за стеклом, торопливо продолжал Джон-Ахмед, - это на самом деле Чорри! Чорри Лумис!! Рыжий Гиммлер!!! Вы что - о таком не слышали?! А один из этих... красноглазых - это же Польский Лис! Войцех Лейшмановски! Тоже, скажете, не слыхали? А баба эта - черненькая, квадратная вся из себя, - я с ней и парой слов не обмолвился, как она у меня колечко стибрила! Перстень, в смысле. - А зачем же ты, дурень, его снимал? - живо поинтересовался Русти. - А ты, боцман, часики свои - которые вчера весь день искал - снимал?.. То-то и оно: что миссис ваша на ходу подметки рвет! И не миссис она вовсе, а Стек, Пол - по имени! Его привычка - тибрить все, что ни попадя!.. Их у вас на борту - полный комплект - Рыжих-то!!! - Я ж говорил, помнится, - снова не ко времени встрял в разговор Русти, - что не баба она вовсе... Кай одарил его выразительным взглядом, заставившим ненадолго смолкнуть проницательного боцмана. - Еще раз обращаю ваше внимание, капитан, что все вами сказанное никак не объясняет вашего ночного м-м... демарша... - Еще как объясняет! - взметнулся Чики. - Скрыться я решил! Спрятаться от вас всех! Ведь это ж не "Леди" теперь, это Летучий Голландец какой-то... Я, честно говоря, уже на всех вас грешить начал... Один Колдун этот ваш чего стоит... Оно, может, и вам, господин Следователь, неясно еще, с какого света принесло сюда с мертвяками ожившими в полном составе... - Ты, это... Не позволяй себе!.. - остановил Джона-Ахмеда Русти. - А назад - сюда - вы подались, видно, потому, что соскучились по Марго... - предположил Федеральный Следователь. - Просто п-передумал я... - лихорадочно соображая, как придать своим действиям хотя бы видимость логики, стал объяснять Чикидара. - Ну, решил, что нет смысла снова в Подземелье лезть... - Да он вам голову морочит!!! - неожиданно прозрев, заорал Русти. - За нос водит!! Про Летучих Голландцев тут заливает... Вы его еще часок послушайте, так он вам и сказочку расскажет про Деда Щекотунчика! Бомбу он отсюда пер, чтоб нас всех на воздух поднять! - К-какую бомбу? - вконец ошалев, спросил Чикидара. Кай почувствовал, что до рассказов о Щекотунчике и впрямь недолго осталось. - А такую, которую ты в те вон заросли зашвырнул, перед тем как задницу свою мне под ствол подставить! Два ящика с ручками! - Сам ты задница с ручками! - панически заорал Чики, чувствуя, что вся так дорого ему обошедшаяся затея с кладом трещит по швам. - Бомбы тебе мерещиться начали! На чем же я выбрался бы потом из мышеловки этой? - Да за тобой уже приятели твои небось на всех парах шпарят. Говоришь, там - в Подземелье этом, и радиопередатчик имеется? Вот ты им сигнал подавать туда и лазил, бродяга! - К-какие такие друзья? - чуть неуверенно завозражал Джон-Ахмед. - Я думаю, те, - пошел с козырей Федеральный Следователь, - что передают вам привет от Лин-Лин... Расскажите нам о них. Чики скис - неожиданно и окончательно. Русти, не совсем понявший намек на какую-то Лин-Лин, ухватил, однако, суть резкого изменения в настроении Чики и поспешил закрепить успех: - И не темни, темнила!.. И про разговоры свои с Колдуном выкладывай, и про вертолет... Чики совсем поплохело. - Вертолет? - с трудом выговорил он, уставившись на Русти как на привидение. - Были в-вертолеты? - Один - как минимум. Чуть ли не над нами прошел. Туда и обратно, пока я перед кустиками этими лобстером стоял... По звуку сужу - головой крутить не получалось... - Эт-то те! - в панике затараторил Чики. - Которые Рыжих покрошили... Точно - они!!! - Ближе к делу! - попридержал Кай развитие приступа истерики. - Вы хотели рассказать нам о своих друзьях и их намерениях... - А чего и рассказывать! Они здесь будут. Точнее - на месте посадки "Леди"... Человек тридцать - не меньше... Не позже двадцати ноль-ноль по общегалактическому... Только сигнала от меня ждут... Я вот что вам скажу... Папе вы все - на фиг сдались... Вы вместе с "Леди" уматывайте... Прячьтесь где-нибудь... Да и я с вами... А Папе "Пепел" сдайте - и дело с концом. Они времени терять не станут - вас здесь днем с огнем разыскивать... Так хоть людей спасете... - Слушайте меня внимательно... - Кай утратил остатки добродушия и выглядел сейчас так, как должен был выглядеть человек Управления в представлении простых смертных: решительным и беспощадным служителем Закона. - Первое: вы сейчас же и немедленно отправляетесь в Зону и выносите сюда тот груз, за которым пришли. Не вздумайте попытаться бежать. Зона в вас стрелять, судя по всему, не будет, но мы откроем огонь не задумываясь! Вы поняли меня? Вы доставите оба контейнера, о которых шла речь, сюда. И никуда больше. Русти выразительно пошевелил стволом автомата. - П-понял, - подтвердил Чики. - Я доставлю сюда два контейнера... Это нетрудно. - С ручками, - уточнил Русти. - Второе, - Кай внимательно присмотрелся к дергающемуся и омраченному испугом лицу Чикидары, пытаясь понять, доходит ли все им сказанное до капитана. - После того, как вы выполните первую нашу м-м... просьбу, вы снова пойдете в Зону. Чики передернуло. - Спуститесь в подземное убежище, о котором нам рассказали, - невозмутимо продолжал Федеральный Следователь, - и попробуете добиться одного из двух: отключить хотя бы часть охранных систем УРа, обеспечить возможность прохода в убежище нескольких человек одновременно.... - Вы что - хотите укрыть здесь всю ораву с "Леди"? - с некоторым даже восторгом от столь безумной затеи спросил Чикидара. - Это - программа-максимум... - тяжело вздохнул Кай. - А как минимум, вы должны выйти в эфир и морочить голову Папе и его людям до тех пор, пока это будет возможно. Сообщите им, что мы никак не можем установить координаты Груза, что "Леди" заминирована, что на Брошенной действуют неизвестные вооруженные коммандос... Что угодно, лишь бы оттянуть высадку банды... - А вы представляете, что будет, если Папа или кто-то из его окружения сообразит, что я пытаюсь водить их за нос? - обреченно осведомился Чики. - Вы рассчитываете, что за верность Папе дождетесь чего-нибудь, кроме пули в затылок? - поинтересовался Кай. - А вы знаете, что означает, когда Папа передает вам привет от кого-нибудь из ваших близких? - вопросом на вопрос ответил Чикидара. - Догадываюсь, - сознался Кай. - Вы, я вижу, серьезно озабочены судьбой вашей знакомой с "Транзита"? Вы... довольно близки с мисс Лин-Лин? - Это не ваше дело, господин сыщик... Во всяком случае, мне очень не хочется, чтобы ей свернули шею по моей вине... - Лучше уж пускай вся Нимейская Колония загибается - так, что ли? - возмущенно перебил его Русти. - Надеюсь, на "Транзите" не так уж много различных Лин-Лин? - озабоченно осведомился Кай. - Во всяком случае, всеми ими и их безопасностью сейчас занят тамошний филиал Управления. Господин ди Ровере очень своевременно упомянул вашу э-э... подругу в своей радиограмме... Некоторое время Чикидара, судорожно глотая воздух, безмолвствовал, потом машинальным движением поправил крепления своего кислородного прибора. - Ну что ж, господа, вы не оставляете мне выбора... Я, с вашего позволения, пошел. Только... поверьте - все то, что я говорил вам о ваших... подопечных, правда. Не миссионеры они... - Бога ради - пусть суп будет сам по себе, а мухи тоже - сами по себе... - определил Кай. - Давайте за контейнерами. Кстати - что там в них? Поделитесь уж перед тем, как на дело идти - на тот случай, если... - Типун вам на язык! - Чики передернуло. Он помолчал секунд семь-восемь и все-таки решил, что собеседник по-своему прав: - До конца я не знаю, что за начинка в этих контейнерах, но я - там, в Секторе и рядом - вычислил тех, кто заказал Оранжевому Сэму этот товар... Кай наклонил голову к плечу - в знак внимания. - Вы встречались с этими людьми? - теперь он старался не упустить даже малейшего оттенка чувств, сменяющих друг друга на лице Джона-Ахмеда. Тот снова судорожно глотнул воздух. - Нет... Раньше времени я к черту в зубы соваться не стал... Но, судя по всему, за эти "ящики с ручками" очень хорошие деньги дают люди Комплекса... * * * Один из таких "людей Комплекса" как раз в это время именно по вине капитана "Леди" переживал далеко не лучшие моменты своей жизни. Звали его Лоуренс Дж. Маддер. Чикидару генерал-академик ругал словами, от которых заколдобился бы и типовой вертухай с Седых Лун. И было от чего. Колдуну уже который час приходилось стоять, согнувшись в три погибели, глубоко запустив правую руку в недра низко расположенного сейфа, что находился за масс-спектрографом в третьем блоке шестого уровня треклятого подземелья. Рука его, которой он имел неосторожность ухватиться за рукоятку металлического контейнера - в точности такого же, как тот, что должен был содержать клад Рыжих, - была намертво стянута нитями "Слюны Шайтана". Сам же контейнер был неведомо как, но довольно прочно закреплен глубоко в недрах сейфа, рядом со своим двойником - также, надо полагать, обильно окропленным чертовой "Слюной". Все попытки Колдуна избавиться от мертвой хватки клейких нитей - хотя бы ценой потери своей неизменной перчатки, привычно охватывающей его кисть, - пошли насмарку. Теперь ему оставалось лишь ждать своей участи. Которая могла оказаться и вовсе безрадостной: на вторые сутки после активации "Слюна" начинала высыхать и все глубже врезаться в плоть жертвы, рассекая ее на весьма, надо полагать, аппетитные для будущей личинки ломтики. Лоуренса Дж. Маддера такая перспектива мало устраивала. Поэтому даже предвещавшие мало хорошего шаги и шмыганье носом, раздавшиеся наконец в коридоре за его спиной, вызвали у него определенный прилив энтузиазма. - Эй, кто там?! - заорал он властным голосом. - Давайте сюда - есть о чем поговорить! Осторожно выдвинувшись в проем двери, Чикидара скомандовал: - Бросайте оружие, док! И постарайтесь не делать глупостей!.. - Глупости делаете пока что вы, капитан! - скрипучим голосом начал пререкаться док, но "парабеллум" свой - не без труда вытянув его левой рукой из наплечной, на левом же плече укрепленной кобуры - все-таки кинул к ногам Джона-Ахмеда. - Куда вы дели товар? Вам не справиться с этим одному... Чикидара, не удостоив пленника ответом, недоверчиво похлопал его по карманам и, придерживая стволом благоприобретенного трофея подальше от себя, соизволил наконец вручить ему пузырек с "отклеивающим" ферментом. - Здорово! - констатировал Чики, отойдя от Колдуна подальше и наблюдая за его усилиями по освобождению из плена. - Все-таки получилось у меня с паутиной этой! Бог, видно, и впрямь Троицу любит: похоже, всю ночь эту мы втроем с вами да с боцманом на рогах стояли - кто в отрубе, кто в параличе, а вы, док, извините, - в соплях этих... Как вы сюда забрались, кстати? - с интересом спросил он. - На вас что - тоже защита настроена? - Вы осел, господин Чикидара! - сварливо прервал его вовсе не утративший гонора пленник. - Вы даже не представляете себе, у каких сил вы путаетесь под ногами! На планете проводится спецоперация Комитета Оборонных Исследований, и вся эта мышиная возня с "Пеплом" и с игрой в казаки-разбойники не доведет вас до добра! Немедленно верните товар и сматывайтесь к чертовой матери прочь с планеты! В двух часах полета отсюда расквартирован отряд вооруженной поддержки. Вас просто перестреляют к чертовой матери... - Если бы вы со мной тогда по-человечески поторговались, док, так и не сидели бы в дерьме по уши. Чемоданчики ваши теперь вы у Управления торгуйте. А если что, так господин Санди рванет их к шутам - боевой гранатке ваши сундуки не помеха... - Идиот! Вы сдали товар человеку Управления? - Вот теперь в голосе Колдуна зазвучал ужас. - Лучше вам со мной сейчас не ссориться, - Чикидара уперся стволом куда-то под ухо Колдуна. - Лучше скажите, как добрались сюда?.. - Меня доставил вертолет нашей группы... - нехотя объяснил Маддер. - Я вызвал его, как только освободился от этих... от господ Сандерса и Санди с их проблемами. И как только понял, что вы м-м... покинули корабль... К сожалению, пришлось потратить время на то, чтобы м-м... конспиративно последовать за вами... - Вертолет - это понятно... - раздраженно прервал его Джон-Ахмед. - Но почему тебя Зона не сшибла? Заколдованный твой вертолет, что ли? И где он сейчас? - Геликоптер вернулся на базу - ожидать моего вызова... - Колдун нервно дернул щекой. - Мне здесь предстоит еще выполнить кое-какие... задачи. Что до свободного доступа в Зону, то я - как один из директоров исследовательского Комплекса - располагаю кодом, инактивирующим систему защиты Зоны... - Отлично, - остановил его Чикидара. - Вам придется повторить этот номер на "бис", профессор... Глава 7 СЛУЧАЙНОСТИ И ЗАКОНОМЕРНОСТИ Кто не умеет лгать, тот не знает, что есть истина. Ф. Ницше Вот так они и мучились, мистер: все время за шаг до спасения и за полшага до полной гибели. А когда и осталось-то всего-навсего, что спасательного корабля дождаться или фюзеляж в порядок привести, то, как вы можете заметить, мистер, зажало всю компанию (вместе с боцманом) между молотом и наковальней. Одно только и было о чем гадать: то ли банда Ядовитого Франческо до них первой доберется, то ли люди Комплекса, где-то в бункерах укрытые, вылезут на свет Божий и всех замочат на предмет сохранения своих секретов... Ждать оставалось. Ждать и молиться. И, видно, молитвы их до Бога дошли. Потому что спасло их чудо... Истинное чудо - иначе такую счастливую случайность, такое совпадение не назовешь... Выслушав реплику собеседника, Хенки пожал плечами: - Вы говорите, что случайность - это непознанная закономерность?.. Ну, мистер, вот послушайте... Мистер слушал, прихлебывая пивко. Но мнения своего о случайностях не изменил. Потому что только ему были известны некоторые закономерности того, о чем с таким увлечением рассказывал ему старина Хенки. * * * - Внимание! - разнесся по переходам и кабинам "Леди Игрек" охрипший голос командира спасателей. - Внимание! - повторил док Сандерс в микрофон селектора. - Всем немедленно прекратить ремонтные работы и собраться в кают-компании. Повторяю... Многократно повторять это распоряжение, собственно говоря, не требовалось. Эльза Шарбогард уже пребывала на месте сбора - с листком радиограммы в руках, оба близнеца Финнеган - Флаэрти тоже ждать себя не заставили. Игнорировали распоряжение дока только пребывавшая в глубокой депрессии Генриетта и накрепко запертый в цугундере Боров. Мнение последнего явно никого не интересовало, а мисс Ульцер, ввиду ее состояния и срочности дела, дожидаться не стали. Суть же этого дела док Сандерс довел до сведения собравшихся коротко и энергично: - Только что Федеральный Следователь и отправившийся с ним Жан сообщили, что на место посадки "Леди" предстоит нападение. К Брошенной приближаются десантные боты наших старых знакомых. Нам всем, естественно, немедленно следует это место покинуть и присоединиться к господам Санди и Лемье. Они настигли нашего капитана... - С горючим? - поинтересовался Ник. - Без, - коротко и огорченно уведомил его Сандерс. - Найдены и локализованы также господин Маддер и наше э-э... корабельное животное... Никто из них к исчезновению контейнеров с антиплазмой отношения не имеет... Зато обнаружили некое убежище, недоступное, по их мнению, для незваных гостей... - Спутниковое сканирование местности на СВЧ-излучение ничего не дало... - уточнила миссис Шарбогард, брошенная с утра на поддержку связи и информационного обеспечения жизнедеятельности остатков Миссии. - То есть, - уточнила она, - конечно, сама "Леди" сигналит как полагается, но ни по курсу движения угнанной платформы, ни где-либо еще окрест - ни малейших признаков... Впрочем, здесь такие помехи, что... - И сколько же времени предстоит нам отсиживаться в том убежище? - уныло спросил Пит. Мисс Шарбогард помахала в воздухе листком распечатки. - Получен ответ на наш первый SOS и на послание господина Санди, отправленное ночью. Эсминец "Мюрид" достигнет Брошенной в течение двух суток... Вопрос только в том, как до их убежища добраться... Это - к вам, Питер... - Всех нас - впятером и нашего пленного в придачу - можно погрузить на два оставшихся в блокгаузе гусеничных транспортера. Не самый быстроходный транспорт, но... - Короче - немедленно забирайте с собой все необходимое и направляйтесь в блокгауз, господа. Вам, Питер, я поручаю охрану и транспортировку бандита, хотя - видит Бог - с радостью оставил бы того Борова на память его друзьям. Вы, миссис Шарбогард, дайте радиограмму Санди и обеспечьте загрузку продовольствия и воды - сколько позволит вместимость транспортеров. Мы с Ником поможем вам в погрузке. И приведите в чувство мисс Ульцер. Не время раскисать... * * * Ходовая часть обоих транспортеров оставляла, как говорится, желать лучшего. Это, впрочем, было не самой неприятной неожиданностью, обнаружившейся в ходе скоропостижной подготовки к эвакуации. Первым к занятым ожесточенной борьбой с техникой позапрошлого поколения Нику и Сандерсу подбежал бледный и порядком перепуганный Питер. - Бишоп смылся, - без особых предисловий сообщил он. - Замок вскрыт изнутри... Ч-черт! Еще в обед был на месте... - Правильно... - провел ладонью по лицу Сандерс. - Они не от воров сделаны - эти замки на спортивной посудине... Если он добрался до оружия... Плюнув на продолжение собственного монолога, он схватил коммутатор и заорал: - Эльза! Генриетта! Быстрее в блокгауз! Бишоп вырвался из-под замка. Он где-то на корабле! Быстро - сюда! - Чертова Генриетта и не думает отпирать свой бокс!!! - По голосу миссис Шарбогард было видно, что ее паровой котел находится на грани взрыва. - Боюсь: все ли с ней в порядке?!! Как хотите - я ломаю дверь!.. - Обождите! - Сандерс ожесточенно потер виски. - Мы сейчас подойдем к вам. Ничего не предпринимайте в одиночку... Он повернулся к Нику. - Вы слышали? Возьмите инструмент, Ник. * * * До оружия Боров не добрался - хозяйственный Русти начисто опустошил все его тайники. Можно было попытаться подкараулить кого-либо из пентюхов, беспривязно бродящих по "Леди", но те с самого утра были чем-то невероятно переполошены и в одиночку не появлялись. Притаившись в опустевшей нише из-под резервных регенераторов кислорода, Боров напряженно прислушивался к наполнявшим корабль звукам. Впечатление было такое, что проклятая посудина опустела, и только попискивание контроллеров и мягкая вибрация вентиляционной системы и рефрижератора наполняли ее корпус. Потом внизу протопал кто-то из двух братцев-альбиносов и разразился заковыристой руганью - обнаружил, что замок цугундера сломан и птичка улетела. Чуть позже на весь корабль принялась надрывать горло квадратная брюнетка, требуя, чтобы Генриетта - "белая моль", как окрестил ее про себя Боров, - кончала валять дурака и вышла из бокса. Потом некоторое время продолжались невнятные переговоры по коммутатору, и вскорости по трапу загрохотали подошвы, похоже, сразу трех или четырех мужиков. Последовали звуки, издаваемые то ли дрелью, то ли электроотверткой, тишина, а затем - жуткий женский крик, от которого Боров чуть не вывалился из своего убежища. "Господи, что у них там еще?" - Он попытался проникнуть в смысл происходящего в пассажирском отсеке. Но понять что-либо было решительно невозможно. Все собравшиеся там говорили одновременно, подняв невероятный гвалт. Потом все говорившие так же одновременно смолкли и с грохотом и треском устремились по трапу. Взвыли сервомоторы, и снова наступила деловитая, наполненная лишь тихими проявлениями жизнедеятельности корабельной машинерии тишина. Еле слышно - за бортом корабля - заревели движки транспортеров и тут же стихли вдали. "А ведь, пожалуй, я один на борту остался, - с некоторым даже испугом подумал Боров. - Куда же это все они?" Он осторожно покинул свое убежище. Прошел по превратившемуся после посадки в низкий коридор аварийному колодцу, тянущемуся вдоль хребта "Леди", опасливо спустился в основной - сдвоенный - проход. Да - корабль был пуст. "Неужели ожидают нападения? - Боров поежился. - Нападения "Леди" может ждать только с одной стороны - выходит, проклятые пентюхи засекли приближение десанта Папы Франческо. И куда же они подались? Уж не чертов ли хитрец Чикидара указал им местечко, где можно отсидеться? Тем более что на Брошенную следом за людьми Папы - с разрывом в сутки-другие непременно пожалуют десантники. А до этого спасатели и мафиози будут играть здесь в кошки-мышки... Так что на планете станет весело". А веселее всех - ему, Эрни Бишопу. И Груз он упустил, и своих угробил, и к заложникам сам в плен загремел, и куда они - заложники эти - в конце концов делись, понятия не имеет. Похоже на то, что за жизнь Эрни никто и ломаного гроша не даст - по положению дел на сегодня... "Что ж - не впервой... Главное - сориентироваться в ситуации, и он еще всех их - дурней самоуверенных - продаст и купит..." Одного взгляда на панорамный экран рубки управления было достаточно, чтобы понять, почему "Леди" сразу после загрузки на борт энергоресурса не рванула с Брошенной: аэродинамические характеристики хвостового оперения спускаемого модуля были явно не в порядке. Ничего смертельного - но без смены пары стандартных фрагментов не обойтись... Значит, и ему - Эрни - этот выход из положения отрезан... Дожидаться на лишившемся способности стартовать корабле визита людей Папы было, конечно, не слишком приятной перспективой, но и в промерзших песках, залитых призрачным фиолетовым светом негаснущего трепетного пламени небес, долго скрываться - сначала от своих, потом от десанта и все время от озверевших спасателей, усиленных приставленным к ним легавым, - было делом безнадежным... Особенно когда у тебя нет на руках ствола. Оружие надо было заполучить любой ценой. А оно появится на борту "Леди", как только новоприбывшие - безразлично, свои или чужие - захотят осмотреть корабль. Если удастся убедить их, что посудина покинута, то, пожалуй, бдительность у кого-нибудь из них и поубудет, а там - посмотрим... Круто повернувшись, Бишоп покинул рубку. Надо осмотреть внутренние помещения "Леди" и прикинуть складывающиеся возможности. Движимый не слишком осознанным любопытством, он направился к уже примеченному чуть раньше боксу с явными следами торопливого взлома на двери. По дороге прихватил на всякий случай универсальный нож, оставленный каким-то разгильдяем на столе в импровизированной мастерской, оборудованной наскоро в резервном стыковочном отсеке. Осторожно подкравшись к двери со сломанным замком, он рывком открыл ее, заранее отведя руку с ножом для возможного удара. Осторожность оказалась излишней. Заглянув в бокс, Эрни сначала ничего не мог разглядеть в темноте. Затем щелкнул выключателем и витиевато выругался. - Теперь эти дураки повесят это на меня! - с досадой заключил он. * * * - Уверен, что это - дело рук Борова! - Чикидара зло ударил кулаком в ладонь. - Его почерк - тут и думать нечего!.. Почти в полном составе экипаж злосчастной "Леди" держал боевой совет в относительно просторном зале на втором уровне Подземелья УРа. Лишь белокурая Генриетта не украшала своим присутствием собравшееся вокруг тяжелого металлического стола общество. Для этого у нее, наконец-то, имелась весьма серьезная причина. - Еще раз опишите, - попросил Кай дока Сандерса, - в каком состоянии вы обнаружили э-э... покойную мисс Ульцер? - В самом ужасном - ей на голову был натянут пластиковый пакет. Упаковка - не помню из-под чего... - начальник спасателей передернул плечами. - Лицо - черное, как... Ни пульса, никаких рефлексов, естественно... Полное окоченение... Она была мертва уже несколько часов... При этом дверь - заперта изнутри... - Ну - с замками Боров фокусничать горазд!.. - заверил аудиторию Чики. - Не сомневайтесь... - Что-то уж очень ты в этом уверен... - проворчал Русти. - Тут у меня алиби - лучше некуда! - взметнулся Чикидара. - Сам с меня глаз не спускал... Разве что отлучился мадам придушить... - Ты думай, что говоришь!.. - подскочил на сиденье уязвленный боцман. - Как я понимаю, - Колдун не без удовольствия откинулся в кресле, - фактически никто, кроме нашего капитана, не имеет твердого алиби... Если, конечно, считать, что любой из нас может запросто проходить через запертые гермодвери... - Если не все, то некоторые... - мрачно заметила миссис Шарбогард. - Я имею в виду разных фокусников... И еще - лиц, имеющих запасные ключи от помещений судна. - Господа, - Федеральный Следователь резко откашлялся, - наш разговор непродуктивен. Разрешите мне действовать так, как это принято в подобных случаях у гм... специалистов... Даже в этой ситуации у Кая слишком сильно было сдерживающее начало, не устававшее напоминать ему, что профессионалом своего дела является разве что Всемогущий, а все прочие - какую бы категорию им ни присвоила Квалификационная Комиссия - больше чем на "любителей со стажем" не тянут. Тем не менее его реплика произвела надлежащее действие, и в помещении воцарилось всеобщее напряженное внимание, острием своим устремленное к его - Федерального Следователя - устам, из которых должна была незамедлительно исторгнуться истина в своей конечной инстанции. Истину в конечной инстанции Кай провозглашать не стал. Это было вообще не в его правилах - покушаться на прерогативы Господа Бога. Он просто попросил на четверть часа - не более - оставить его наедине с профессором Сандерсом. * * * Убедившись, что они остались одни, Кай молча двинул по столу к своему собеседнику неопрятную пачку сколотых листков распечатки, самим этим собеседником и принесенную, собственно говоря, из его довольно поспешного странствия. - Мне не очень хочется ставить под сомнение репутацию э-э... покойной... - начал Федеральный Следователь после короткой паузы. - Тем более над, так сказать, открытой могилой... Но нам не дано времени на... - На глупые сантименты. Со мной вам не стоит миндальничать! - Док Сандерс решительно выпрямился в кресле. - Если вы хотите сказать, что в отношении мисс Ульцер у вас есть определенные подозрения, то я не стану закатывать по этому поводу истерику... - Ну что ж - без сантиментов так без сантиментов... - Кай с некоторым облегчением перешел на чуть более живой тон. - Первое... - он снова тронул сколотые листки. - Вас весьма удивили результаты анализа крови вашего покорного слуги и м-м.. ныне покойной мисс Ульцер - те, что вы взяли у нас сразу после э-э... - После того, как вы очухались от кофейка, который, как выяснилось, заваривал вовсе не кэп Чикидара и не мистер Раусхорн... Кстати, покуда вы отлавливали наших беглых друзей, я позволил себе потратить немного времени на то, чтобы разобраться с происхождением отравы, - уведомил Федерального Следователя Сандерс. - Как вы правильно заметили, кроме личных запасов капитана, другого источника натурального кофе на борту "Леди" не было. Его апартаменты мы в первые сутки пребывания на корабле использовали попросту как чулан. Потом придется принести извинения господину Чикидаре... В том числе и за пропажу пары пакетов его любимой "Арабики"... Хотя ситуация глупейшая: приносить извинения соучастнику пиратского нападения по случаю несанкционированной траты его питья... Тем не менее в ближайшее время нам с вами придется провести воспитательную работу в нашем, так сказать, коллективе. Для вас, я думаю, не секрет то, что в нем разгулялась м-м... клептомания... - Так, значит, дурацкий кофе присвоила миссис Эльза... - судя по тону, каким это было сказано, для Кая услышанное не было такой уж неожиданностью. - Но из этого не следует, что она и контейнеры с антиплазмой решила приобщить к мелким сувенирам, до которых вдруг стала такой охотницей... Клептомания у нее не сопровождается обострением скупости, так что своим трофеем она щедро поделилась с единственным ценителем натуральных продуктов в нашем экипаже - с мисс Ульцер... Другие следы, мистер Санди, также замыкаются на покойную... В той пробе, что я взял у мисс сразу после столь неожиданного э-э... пробуждения, конечно, содержались производные барбитуровой кислоты - из набора, которым укомплектован медблок "Леди", - точно так же, как в тех пробах, что были взяты у вас. Но вот продуктов разрушения этой гадости... У вас они представлены в полном наборе, а у мисс их почти не было. Она глотнула препарат много позже, чем вы... Под самое утро, скорее всего - перед тем, как поднять тревогу... Я не присутствовал при том, как вы разливали кофе по чашкам, но... - Во всяком случае, я не держал действия мисс под наблюдением... - Кай пожал плечами. - Вы хотите добавить что-то к тому, что уже сказали? - По-моему, теперь - ваша очередь, Следователь... - Ну что ж, начну с того, что более актуально... Но закончить мне придется весьма сложным м-м... умозаключением. Уж простите - ситуация, в которой мы находимся, не из простых... - Ну - начнем с того, что вам кажется попроще... - Тогда ответьте мне - вы верите, что Генриетта Ульцер была агентом Мафии? - Если бы могли отыскаться иные объяснения - я, не глядя, принял бы любое из них... Я охотнее поверю, что мисс попросту спятила от всего происшедшего... Но это требование выкупа... Все это просто не укладывается в какую-нибудь разумную картину... - Второй вопрос - могла ли мисс Ульцер в одиночку управиться с погрузкой, разгрузкой, трудами по укрыванию или маскировке довольно тяжелых и громоздких контейнеров с антиплазмой? И еще - потом пешком добраться до "Леди", за каким-то чертом оставив транспортную платформу "гулять" по местности? - Погрузку контейнеров при наличии автомата-манипулятора мог бы выполнить и ребенок... Но автомат намертво смонтирован на корабле. На платформе его нет... Максимум, на что способна была мисс в одиночку - это сбросить контейнеры на грунт в каком-нибудь укромном месте. И - потратив много часов и в кровь сбив руки - засыпать их песком, что ли... Тут что-то не так... Не верится, что мисс всю ночь вкалывала землекопом... М-м... Вы уверены, что доктор Маддер?.. - Боюсь, что у доктора - надежное алиби на большую часть ночи... Сандерс потер лоб. - Да, контейнеры было бы легко засечь по СВЧ-излучению... - По крайней мере, если покойной не было известно какое-нибудь место, где такой "сигналящий" груз можно было бы надежно укрыть... Предполагать у нее такие знания о Брошенной - трудно... - Кай внимательно посмотрел на собеседника. - Мне кажется, что контейнеры находятся там, где излучение все-таки фиксируется. - Черт! Вы думаете, что их и не увозили далеко от "Леди"? - остолбенело уставился на него Сандерс. - По логике вещей - не дальше, чем на расстояние, равное радиусу действия автомата-манипулятора... - пожал плечами Кай. - Скорее всего - просто закопали в песке. Конечно, это только гипотеза... - Будем надеяться, что у нас еще будут возможности ее проверить... - с некоторым недоверием пробормотал док. - Теперь - еще один вопрос... - Кай сосредоточил внимание на сложенных "домиком" кончиках своих пальцев. - Я думаю, что для вас уже не секрет, что в психике ваших подопечных, прошедших "ускоренное обучение" по методу доктора Маддера, появились ярко выраженные м-м... изменения. По крайней мере, это можно утверждать в отношении... - Полностью с вами согласен. И спешу предвидеть ваш следующий вопрос: не ощущаю ли я сам нечто... Док осуществил массивными, неуклюжими с виду пальцами некое сложное вращательное движение возле своего левого виска. Кай осторожным кивком подтвердил это предвидение. - Ну что ж, - Сандерс тяжело вздохнул. - Не знаю, очень ли это заметно со стороны... - Именно в отношении вас, доктор, я и не могу отметить каких-либо м-м... ярко выраженных изменений... Не могу сказать, что слишком хорошо знал вас в период э-э... предшествующий инсталляции. - Я уже предупреждал вас, что со мной не стоит миндальничать... - док снова потер лоб. - Понимаете, я был готов к тому, что этот процесс... "скоростное обучение"... что его будут сопровождать некие м-м... побочные явления. У меня были и свои сведения относительно тех секретных слушаний в парламенте, после которых, как я понимаю, и был отправлен в свою миссию наш э-э... попутчик... Я говорю о Лоуренсе Маддере... Кай вздохнул. Секреты парламентской говорильни никогда не составляли сколько-либо серьезной тайны для заинтересованных и просто достаточно компетентных лиц. - Так что, когда начали проявляться некие ложные воспоминания, странные, неожиданные ассоциации, я был психологически готов к этому. И думал, что достаточно хорошо поддерживал в этом отношении своих людей... Настолько, насколько это было возможно в данной ситуации... Но я совершенно не ожидал, что изменится нечто в том, что я всегда считал... В самой основе моего отношения к жизни... Хотя проявилось это в мелочах... - Лучше приведите какой-нибудь пример... Я не силен в метафизике, - попросил Кай. - Ну, пожалуйста, - Сандерс поджал губы. - Меня вовсе не удивило, что во время того инцидента между нашими близнецами мною овладело желание до полусмерти отделать обоих... Я поборол в себе этот импульс. Хуже то, что в глубине души я жалею об этом... О том, что не сделал из физиономии Ника котлету... Есть и другое... Не далее как сегодняшним утром я присел к столу, чтобы наскоро перелистать свои заметки, которые сделал за эти дни в своем блокноте... И поразился - это были записи, сделанные кем-то, совершенно чуждым мне... Я никогда не употреблял таких странных словооборотов... Даже почерк... - это почерк совершенно другого человека... А уж то, что произошло с Генриеттой... Эта трансформация Эльзы... Некоторое время док, казалось, прислушивался к чему-то внутри себя... - Меня преследуют - особенно в минуты утомления - некие... некие попытки вспомнить нечто чрезвычайно важное... Нечто, связанное с Брошенной... Это нечто должно было обогатить меня... Того меня, который поселился теперь в моей душе... И еще я беспрерывно и мучительно пытаюсь припомнить некие номера каналов связи, какие-то несуществующие счета, имена, адреса... - Вам незнаком тот номер счета, на который похититель нашего энергоресурса потребовал перевести выкуп? - переменил тему разговора Кай. - В той радиограмме, что вы приняли по подпространственной связи перед тем, как покинули корабль, содержится ответ филиала Управления на мой запрос... - Вот как? Меня поразило, что преступник вот так, в открытую выдает вам свой след... - Не забывайте, что это - банк Мелетты. Планетка эта пользуется правом полной юридической автономии. То, чем мы располагаем относительно списков вкладчиков тамошних э-э... финансовых структур - это, мягко выражаясь, неофициальная информация. - Кай поморщился, словно от горького лекарства. - Так вот, счет АСТРОН-515270 в центральном филиале "Трансгэлэкси кредит", что в Хайтауне, на Мелетте, перестал быть секретом только в той связи, что числится он за покойником... За Стивом Гогиа - по кличке Красный Горец - одним из людей Оранжевого Сэма... Сандерс выпрямился, словно от удара. - Мы немедленно должны... - начал он, с каким-то трудом выговаривая слова, запинаясь. - Маддер... Мы должны внести полную ясность в отношении того, что, собственно, он вложил в... в головы людей, которые ему доверились... - Пожалуй, вы правы, - времени на размышления у нас не остается, - Федеральный Следователь поднялся, машинально проверяя свое табельное оружие. "Надеюсь, что в нашем разговоре применять придется только регистратор, - подумал он. - А возможно - и того не потребуется. Разговор может получиться из тех, что идут не под запись..." Но добраться до пребывавшего под полудобровольным арестом (впредь до выяснения обстоятельств ночной эпопеи) дока Маддера было не так просто. Сперва Каю пришлось выдержать атаку взвинченного до состояния почти полной невменяемости Чикидары. Того с трудом удерживал от вторжения в разговор шефа спасателей и Федерального Следователя только Петер - порядком помрачневший и обозленный. Каю не оставалось ничего другого, как попросить еще более мрачного и злого Сандерса задержаться на две минуты, а самому вновь уединиться теперь уже с основательно сбледнувшим с лица шкипером "Леди". * * * - Нам крышка, - уведомил Джон-Ахмед Кая, судорожно задвигая за собой дверь. - Я вышел на связь - как вы и говорили... Только все получилось наоборот: они идут на форсаже... И будут на месте в двадцать-двадцать по универсальному... Они думают, что я здесь крышей поехал - это когда я про то, что... что не одни мы здесь... Думают - я труса праздную... Это - точно! - Мы более или менее надежно укрыты от обнаружения, капитан, - пресек зарождающийся приступ истерики Федеральный Следователь. - И достать нас здесь довольно трудно... Вы сами говорили мне, что Укрепленный Район - это вам не... - У них заряд с собой!.. Они нас и рвануть могут! - Чикидара сглотнул воздух, словно его уже ухватили за горло костлявые руки Безносой, спущенной на него с цепи Ядовитым Франческо. - Вы, как я понимаю, более всего волнуетесь о судьбе вашего судна... - постарался определить позицию собеседника Кай. - Не без этого, только... - Чикидара покрутил головой, словно ему мешала дышать невидимая удавка, и зашептал, кося по сторонам испуганным глазом: - Не выбраться нам отсюда! Не одни мы здесь! Не одни!.. - Чики, похоже, уже пришел к твердой уверенности, что те из окружающих его на проклятой Брошенной типов, что не являются выходцами с того света, представляют собой просто сборище зомбированных придурков, которым следует простейшие вещи объяснять с предельной натугой в голосе, по возможности закрепляя сказанное вращением зрачков и судорожными попытками ухватить собеседника за грудки и потрясти его как грушу. - Проклятое место! Нас не выпустят отсюда с этим чертовым кладом, да еще и с дурацким "Пеплом" в придачу!!! Все это было на моих глазах! Вы же сами видели - я вам их показывал - глайдеры, на которых мы сюда прикатили, в самый первый раз! Может, мне и привиделись вертолеты, да только повсюду отметины от пуль, - отметины и дыры в корпусах... И сами пули - немаленького, кстати, калибра... Они кому приснились? Нам с вами вдвоем? - Возьмите себя в руки, кэп, - негромко, но твердо приказал Кай, и, как ни странно, именно такое - банальное и почти невыразительное заклинание возымело гораздо большее воздействие, чем громогласная выволочка, которой кэп вполне заслуживал. - Первое, что я хочу услышать от вас, - действительно ли люди Папы высаживаются в двадцать часов двадцать минут в месте нынешней дислокации "Леди"? Именно тогда и именно там? Подумайте хорошенько - вы лучше знаете этих людей... Вы уверены, что это - не ловушка? Вы сами сказали, что они не поверили некоторым вашим предупреждениям... Чики думал минуты три. Потом потряс головой и убежденно подтвердил: - В этих вещах Папа точен. Будут на месте как часы. А нас они попросту не боятся. В расчет не берут - как военную силу... И правильно делают. - Ну что ж. Продолжайте ваши сеансы связи. Теперь уж постарайтесь не вспугнуть их... Кстати, о Лин-Лин. Трех девиц, что отзываются на это э-э... имя, агенты Управления на "Транзите" временно изолировали... Они это умеют делать без лишнего шума. Надеюсь, что одна из трех - ваша подруга. В таком случае - она сейчас в относительной безопасности... Чикидара не стал выражаться в том смысле, что хрен редьки не многим слаще, а только испустил звук, который Кай решил засчитать за вздох облегчения. Он кивнул Чики, словно отпуская его грешную душу на покаяние, и устремился вон из бункера. Время не ждало. * * * - Присаживайтесь, присаживайтесь, - Маддер жестом хозяина даже не предложил, а как бы повелел обоим своим гостям расположиться на угловом диванчике у низкого стола, на котором были разбросаны бумаги, придавленные массивными антикварными очками генерал-академика - безусловно, предметом его гордости. - Очень любезно, что вы позволили мне занять этот блок - в течение многих лет он был моим э-э. кабинетом здесь... было бы неплохо, если бы еще этот ваш оболтус - боцман - перестал воображать себя моей классной дамой и перестал ходить по моим следам и торчать в холле... Впрочем, это, видно, - наименьшее из зол, которые возможны в моем положении... - Профессор, - взял быка за рога Сандерс. - Давайте говорить начистоту: будьте добры объяснить, что за э-э... трансформацию вызвало в сознания моих людей ваше "скоростное обучение"... - Вы говорите это так, словно я заманил вас в палатку фокусника и заставил спустить ваши денежки за удовольствие заглянуть в немытый хрустальный шар, а теперь вы сообразили, что старина Маддер вас облапошил, и пришли требовать денежки обратно, - профессор откинулся на спинку дивана и сложил руки на груди. - Мы меньше всего склонны сваливать на вас ответственность за принятое решение, - успокаивающе вошел в разговор Кай. - Действовать так нас вынудили обстоятельства. Но это не относится к вашему молчанию относительно всего дальнейшего. Разве вы не заметили, что с каждым из членов Миссии, кроме, пожалуй, уважаемого доктора Сандерса, произошли страннейшие превращения, с которыми связаны опасные для всех нас события. Есть весьма веские основания полагать, что вся нервотрепка с исчезновением половины нашего энергоресурса тоже результат изменений в сознании мисс Ульцер. Ныне, кстати, - покойной. Лицо Маддера болезненно дернулось. Словно для того, чтобы замаскировать нечто человеческое, что, казалось бы, вот-вот должно было мелькнуть на нем, оно привычно, словно окно дома - жалюзи, задернулось непроницаемой маской презрительного высокомерия. - Я заранее признаю все обвинения, которые вы готовы выдвинуть против меня, - морщась, глухо выдавил из себя он. - Но, увы, не имею права сказать вам что-либо о происшедшем. Все мы - люди Системы, и вы должны хорошо понимать меня. - В том-то и дело, профессор, - резко оборвал его Сандерс, - не знаю, как уважаемый Следователь, но я, грешный, теперь благодаря вашему подарочку вовсе не чувствую себя чем-то обязанным Системе. И не собираюсь принимать безропотно ни смерть, ни безумие ради того, чтобы вы смогли гордиться тем, что остались верны подписи, что поставили под какой-то цедулькой с грифами секретности... Маддер был потрясен таким открытым небрежением к основам основ, которое явил не кто иной, как глава Миссии Спасения. Он остекленело смотрел на собеседника, словно узрел гостя с того света. Так оно и было: вместо почтенного доктора Сандерса перед ним стоял им же самим выпущенный в этот мир злой дух. Призрак кого-то совсем иного... Кай поспешил добить генерал-академика: - Моя задача, док, состоит всего лишь в том, чтобы обеспечить доставку на Нимейю Миссии Спасения и Груза. Обеспечивать выполнение задач, которые ваше ведомство поставило перед вами, я вовсе не обязан. И поэтому, - тут Федеральный Следователь зафиксировал взглядом ставшие без привычной брони очков странно беспомощными зрачки Маддера, - я без тени смущения сброшу в коммуникационный колодец оба сундука, что утащил из-под вашего носа кэп Чикидара, и добавлю вслед им пару плазменных гранат. К этому, кстати сказать, меня вынуждают обстоятельства. Мы находимся в преддверии вторжения бандитов... Вы ведь не хотите, чтобы ваши секреты достались им? Маддер резко встал, стиснув кулаки так, что его знаменитые черные перчатки без малого разошлись по швам. Теперь самоконтроль окончательно изменил ему. - Вы даже не понимаете, какую глупость и чушь городите!!! - даже не выкрикнул, а почти взвизгнул он. - Бандитам этот товар ни к чему! Они и не знают о нем. Они свихнулись на вашем "Пепле"! А если ЭТО попадет к ним в руки... Они... Они... Они просто продадут его нам же! Это не самое страшное, что может случиться! А если вы, идиот, исполните свою угрозу, то... то просто лишите себя возможности исправить то, что произошло... - Ну, мне кажется, что у клада Рыжих могут найтись и другие покупатели... - задумчиво, вроде сам себе, заметил Кай. - А вот ваши слова относительно возможности исправить то, что произошло... Послушайте, давайте все-таки договоримся о каком-то, ну, взаимопонимании, что ли... Допустим так: вы получаете на руки ваши сундуки и в конечном счете доводите свою миссию до конца. Но при этом исправляете то, что еще можно исправить в отношении людей Миссии. И мы благополучно расходимся... До следующих парламентских слушаний... Я думаю, что моего слова и слова профессора Сандерса вам достаточно, чтобы вы спали спокойно и в снах не видели господ телевизионщиков... Последовавшую паузу Федеральный Следователь оценил как самую важную часть состоявшегося разговора. Заняла она секунд семьдесят. Потом Маддер вздохнул и занял свое место на диване. - Я готов ответить на ваши вопросы, господа... Только выключите свой регистратор, господин Следователь. И включите глушение. Спасибо... Рассчитывая, что вы все-таки сохраните чувство меры, удовлетворяю ваш м-м... интерес... - Который я бы не назвал досужим... - откашлялся Сандерс. - Разрешите предположить, что лица, послужившие донорами тех знаний, что вы соблаговолили вложить в наши черепа, были отнюдь не ангелами... и что знания эти были порядком засорены... посторонним материалом. Маддер фыркнул: - Засорены! Вы уж должны были бы знать, а господину Следователю я объяснил - как мне кажется, весьма доходчиво, - что знания - это работающие нейронные сети. Функциональная голограмма части нервной системы человека. А голограмма обладает тем свойством, что каждая ее точка несет в себе информацию о всей картине, что на ней записана. Образно выражаясь, один и тот же синапс вашей нервной системы участвует в запоминании и формул из учебника астронавигации, и первого поцелуя матери, и Бог знает чего там еще, чем набито наше бедное сознание... И хотя мы переносили в головы обучаемых лишь часть этой информации, отфильтрованной по весьма сложным алгоритмам, принципиально невозможно было избавиться от этой ее полноты! Чем больше мы ограничиваем спектр ассоциаций... чем больше мы пытаемся очистить информационный массив, который подлежит записи и переносу, тем большие искажения мы вносим в него. Так что приходится идти на разумный компромисс. Который, разумеется, связан с определенными издержками... - Вот-вот: об издержках, пожалуйста... - подтолкнул увязшую было в трясине академического красноречия телегу разговора Сандерс. - Видите ли... - Маддер нервно встал и, подойдя к столу, начал сосредоточенно рыться в одном из ящиков. Кай напрягся. Но док всего лишь извлек на свет черт-те какую древность - глиняную трубку и кисет. И принялся раскуривать порядком пересохший табак. - Видите ли, - продолжил он, слегка поперхнувшись первой затяжкой, - особенности материала, с которым мы работали, не позволяли в полной мере выявить, насколько ускоренное обучение изменяет характер психики реципиента... И как это зависит от личности донора... Так что наш с вами эксперимент по-своему уникален... - Спасибо, вы здорово меня утешили! - зло крякнул Сандерс, развеивая энергичными взмахами ладони облако ароматного дыма, пахнувшее ему в лицо. - Дело в том, что экспериментальному воздействию подвергались обычно лица, рекрутированные из э-э... исправительных заведений, или добровольцы, которым, как говорится, терять было нечего... А донорами выступали люди Легиона или других подобных м-м... структур. Тоже в основном - опустившийся сброд... И понять, ухудшилось ли то, что изначально было плохо, - нелегкая задача... Впрочем, эффект, который мы наблюдаем в вашем случае, удалось в какой-то мере изучить и описать даже на таком материале... Он получил название "прогрессирующей оккупации личности"... - Прогрессирующей? - с дьявольским шипением в голосе переспросил док Сандерс, приподнимаясь на полусогнутых. - К сожалению, да, доктор, - Маддер сосредоточил все свое внимание на забарахлившей трубке. - Мне бы очень хотелось избежать этого момента в нашем разговоре, но вы сами проявляете настойчивость... Так вот: в тех случаях, когда м-м... инсталляция знаний... - Пересадка душ, - жестко поправил его Сандерс. - Знаю, вы не любите этого термина: его вовсю использовали ваши оппоненты. Но он гораздо более верен, чем ваше словоблудие... Маддер закашлялся табачным дымом, прервав издаваемыми звуками весь разговор. - Так вот, - продолжил он, не слушая собеседника, словно пытаясь быстрее покончить с чем-то очень неприятным для него, - голограммы... или, если хотите, души не уживаются на одном э-э... субстрате... В одном мозгу то есть. Происходит самоисправление - автокоррекция этих структур... Та из них, что самовосстанавливается быстрее, вытесняет другую... Ну, и в тех случаях, когда инсталляцию приходилось проводить в жестких условиях, - а когда такое выполняется переносным прибором и без длительного предварительного обследования, как было в нашем случае, - то внесенная в ваш мозг искаженная голограмма нейронной активности проявляет большую способность к автокоррекции, чем э-э... ваша собственная... Ну, понимаете: установленная вот таким жестким методом голограмма как бы вбивается в клеточные структуры вашего мозга зубилом, гвоздями приколачивается... А ваш собственный мозг себя жалеет - свою информацию наносит как бы акварелью, мягкими кисточками... Весь процесс полного переключения на программу "гостя" занимает от полутора месяцев до трех лет... Иногда, впрочем, он протекает ураганно... - Так что же... В кого предстоит мне по вашей милости превратиться?! - Теперь Сандерс встал в полный рост и готов был, видимо, получить ответ на свой вопрос самыми неджентльменскими методами. - Вы должны понять, - несколько отрешенно взглянул на него Маддер, - что восстановленная в вашем э-э... сознании голограмма донора, конечно, сильно искажена и неполна... Но она доминирует... Те неспециальные знания, которые так и не восстановятся, будут заменены вашими... Это может сопровождаться и сохранением некоторых черт вашей исходной личности... - Какого же черта вы молчали об этом?! - Сандерс сделал шаг к Маддеру. Кай приготовился остановить предстоящий сеанс рукоприкладства. Но, слава Богу, обошлось без этого... - Если бы я поставил вас в известность о всех возможных осложнениях, - Маддер пожал плечами, - это далеко не способствовало бы стабилизации вашей психики... - Подумать только, какая забота! - ядовито заметил Сандерс. - Я имею в виду - психики всех членов Миссии... - тут генерал как-то торопливо отвел глаза в сторону. - А по прибытии сюда - на Брошенную - я рассчитывал э-э... привести все в норму... Кай готов был поклясться, что последний аргумент посетил черепную коробку Колдуна только что... - Так эту - как вы выразились? - "прогрессирующую оккупацию" можно остановить? - Сандерс рефлекторно сделал еще один шаг вперед. - Мы в силах полностью устранить последствия инсталляции у всех вас... кроме, конечно, мисс Ульцер... - снова вернув голосу некоторую профессиональную надменность, ответствовал генерал от науки, отступая, в свою очередь, на шаг - от греха подальше. - Все будет достаточно просто. И было бы сделано раньше - если бы у вас хватило ума сразу вернуть мне полный инсталляционный комплект... - Так это он находится в тех двух контейнерах? - уточнил Кай. - Прибор, способный осуществить как инсталляцию, так и э-э... деинсталляцию чужого сознания в мозг человека? - Частичную инсталляцию, - с раздражением уточнил Маддер, - я уже говорил вам, что полная пересадка сознания еще невозможна... Пока... - Но деинсталляцию - стирание чужой личности из моего мозга - ваша техника осуществляет полностью? - живо поинтересовался Сандерс. - Да, - вздохнул Маддер. - Это я вам обещаю. - Тогда приступим к этому сразу после того, как закончим наш разговор, - глава спасателей сел на место. - И постараемся сделать это побыстрее... - Меня, как лицо, вынужденное вести чисто импровизированное следствие, - сменил тему Кай, - интересует ваше мнение о том, как могла повлиять инсталляция на гм... криминальные наклонности тех, кто ей подвергся... В этой связи - повторю вопрос уважаемого доктора: кем были лица, чьи стереотипы навыков космонавигации использовались вами в процессе "скоростного обучения"? Если вам трудно начать, могу высказать предположение - вам останется только подтвердить его... Или - опровергнуть... - Ну что же... Пожалуй, так действительно будет легче... - Маддер тоже сел и пристроил свою трубку среди всякой всячины, наваленной на столе. - Более полутора лет назад на Брошенной при м-м... невыясненных обстоятельствах бесследно пропали шестеро довольно известных преступников - так называемый Экипаж Рыжих, или просто Рыжие... - напомнил генералу Кай. - Называли их еще людьми Оранжевого Сэма... Последовало весьма краткое, но категоричное сообщение по этому поводу, не слишком понятное даже для компетентных служб... И вот мы сталкиваемся с целым рядом весьма странных совпадений... Капитан Чикидара утверждает, что именно он доставил этих людей на Брошенную и что именно на его глазах, на подступах к той самой Охранной Зоне, где расположено наше с вами убежище, Рыжие были расстреляны неведомо откуда взявшимся вертолетным десантом. Он же клятвенно утверждает, что в поведении членов Миссии ему э-э... видятся черты его погибших э-э... пассажиров. При других обстоятельствах я без колебаний отнес бы эти заявления за счет какого-то сдвига в психике капитана. Но все, о чем мы с вами поговорили и чему стали свидетелями, заставляет принять его утверждения более серьезно... Маддер откинулся на спинку дивана. - Вы совершенно правы. Банда Рыжих была ликвидирована отрядом защиты нашего исследовательского Комплекса... Убитые были доставлены в одну из наших лабораторий - уже вне Брошенной... И подвергнуты стандартной процедуре частичной реанимации и сканирования ассоциативных полей... Их показатели в отношении навыков космонавигации были найдены весьма близкими к оптимальным... Именно такого рода поведенческих программ и не было в нашей коллекции. Как вы понимаете, когда погибает космонавигатор, его останки редко могут быть вовремя получены нами. Если о них вообще может идти речь... Так что голограммы Рыжих стали жемчужинами нашей коллекции. Я с удовольствием верну их туда... В нее. К сожалению, уже не в полном составе... - Если принять во внимание, что прибыли они на Брошенную, чтобы забрать из якобы покинутого исследовательского Комплекса именно ту аппаратуру, с помощью которой... - Кай чуть дернул щекой. - Судьба иногда зло шутит... Вы, я вижу, принимали участие в этих э-э... событиях? Маддера передернуло. Он не ответил на вопрос Федерального Следователя. - А от чьего имени действовали Рыжие? Кто навел их на Брошенную? - поинтересовался Сандерс. - И как получилось, что кэп Чикидара остался в живых? - Я думаю, что люди Оранжевого Сэма работали на наших конкурентов с Дальних Баз. К сожалению, охрана исследовательского Комплекса поторопилась... Им просто не пришло в голову искать кого-то внутри Зоны... Лишь позже, когда полуреанимированных бандитов подвергли неоднократному ментоскопированию... Но, как я уже сказал, происходило это вне планеты, когда поздно было возвращаться... Собственно, мы находились в состоянии эвакуации. Рыжие тоже поторопились... Или были введены в заблуждение... Типичный случай в подобного рода ситуациях... Еще несколько часов - и мы разминулись бы с этой бандой... Никто не знал, что Шварц... Маддер запнулся. - Вы не про того ли доцента Эрвина Шварца, который скоропостижно скончался, получив вызов на слушания в Комитете? - осведомился Кай. - Про какого же еще! Никто не знал, что он оставил действующий образец инсталлятора здесь, в Зоне... Видимо, он был агентом Дальних Баз... Не исключено, что двойным агентом... Что до кэпа Чикидары, то он просто оказался вне игры... Мне и в голову не приходило, что вся эта история э-э... воскреснет в виде такого вот ужаса... - Чьей же душой вы отоварили меня, док? - раздраженно вмешался в разговор Сандерс. - И что за тип достался на долю несчастной Генриетты? Маддер чуть расслабился. - Вам это может показаться дурной шуткой, господа, но я как раз занимался, - тут док кивнул на бумаги, разбросанные по столу, - анализом проблем, возникших в нашем коллективе, в связи с происшедшей инсталляцией... Вот тут уж у меня нет от вас секретов: вам, доктор Сандерс, досталась голограмма сознания самого Оранжевого Сэма... - Это логично, - только и ответил на это док. - А вот мисс Ульцер предельно не повезло... Видите ли... Нами было замечено этакое - пока необъяснимое, эмпирическое - правило... Чем больше разница между личностями донора и акцептора, чем сильнее конфликт между их психологическими характеристиками, тем быстрее развивается процесс вытеснения старой личности. Мисс Ульцер достался как раз максимально несхожий с ней партнер - Стивен Гогиа, Красный Горец... Этакий импульсивный бонвиван, пройдоха, любитель шашлыков и красных вин и в дополнение к тому - поклонник одного из древних диктаторов - родом с гор... Вполне допускаю, что психика избалованной и капризной мадемуазель - воспитанницы одного из старейших пансионатов Метрополии - была сломлена в несколько часов. Странно, что человек с такими психологическими характеристиками оказался в вашей команде, док Сандерс... Док Сандерс пожал плечами. - Я всего три года знал Генриетту. Из них два с половиной она была лишь стажером Миссии... Но... В деле она отличалась невероятной самоотверженностью и необычным чувством сопереживания к пострадавшим. На Кипперсе она... Впрочем - не будем об этом... Мисс Ульцер была способна на подвиг - если обстоятельства бросали ей вызов... Обстоятельства, но не собственная натура. В душе она всегда оставалась капризным, аристократическим ребенком, которому так не хватало в детстве родительского тепла... Такие души плохо гнутся, но легко ломаются... Мы - Спасатели... У нас не бывает внутренних коллизий. Только внешние - ты и Судьба. Остальное - чудачество... - Могла ли эта, как вы выразились, автокоррекция голограммы сознания Красного Горца быть настолько совершенной, чтобы в голове мисс Генриетты возникло нечто конкретное из жизни этого человека? - стараясь подбирать слова поточнее, стал расставлять точки над "и" Кай. - Ну, например, номер телефона, марку вина... - Что до марок вина, то здесь - поле для разного рода догадок... - Маддер пожал плечами. - А что касается цифровой информации... Это один из критериев полного перерождения психики. Если субъект инсталляции начал вспоминать столь конкретные данные из памяти донора, то... то процесс его превращения... перехода уже практически завершен. Именно тогда к пострадавшим приходит максимальный суицидальный импульс... - То есть этому... превратившемуся наиболее сильно хочется повеситься? - конкретизировал научный термин док Сандерс. - Если действия, на которые его толкнуло это второе "я", идут вразрез с его представлениями о жизни и о самом себе, то - именно так! - подтвердил Маддер. - Впрочем - не обязательно именно повеситься... - Да куда уж больше вразрез! - всплеснув огромными ручищами, заголосил док Сандерс. - Девица, воспитанная в идеалах Возрождения, привыкшая считать человека и его стремление к совершенству высшими целями бытия, вдруг оказывается неким внутренним демоном спровоцирована на кражу идиотских ящиков с ядерной горючкой, из-за чего обреченными на смерть и кровопролитие оказываются тысячи и тысячи людей на планете, охваченной катастрофой, на планете, где обитают, между прочим, ее родные... Для меня теперь ясно, почему мисс Ульцер решила оставить этот мир столь диким и ужасным способом... - Вот тут я не согласен с вами... - Маддер высоко поднял плечи. - Тут, по-моему, прав наш шкипер... Скорее всего мисс, претерпев э-э... изменение своего существа, решила заполучить сообщника в лице истомившегося взаперти господина Бишопа... Видимо, она и освободила его с этой целью. И пала его жертвой... Все помолчали еще немного. - Может быть, мы никогда не узнаем правды... - Кай пожал плечами. - Но я склонен разделить версию мистера Сандерса. Это не только психологически вернее... Это вернее и статистически. Оба профессора недоуменно воззрились на него. - Видите ли... - Кай пожал плечами. - Самоубийства бывают двух принципиально разных типов... Демонстративные и истинные. В первом случае человек жаждет не смерти, а сострадания. Подобная попытка - это что-то вроде обмороков или сердечных приступов, до которых так охочи невротики. Тогда смерть, если она случается, это - скорее всего - несчастный случай. Повторяю: человек не хочет умереть. Он оставляет своим ближним возможность спасти его... Выходит на карниз небоскреба и ждет, пока его уговорят и снимут с верхотуры пожарники... Или глотает таблетки за пять минут до того, как должны вернуться из гостей его родственники, и обязательно оставляет записку... И, как правило, никогда не повторяет свою попытку... Если, конечно, это не становится его хобби. Во втором - человек ищет не сострадания, а действительно смерти. Небытия. Тогда он работает всерьез. Глотает снотворное и перед тем, как наступит отключка, - гарантируется: натягивает на голову как раз такой вот пластиковый мешок, что привезли с собой вы, док... Чтобы не дышать больше одним воздухом с живыми... Или вырубает сигнализацию и пускает газ... Это не такой уж редкий случай... Похоже, что мы именно с ним имеем дело. Хрупкая мисс Ульцер скорее сломалась, чем согнулась... Впрочем, это только моя, личная точка зрения... Что до нашего друга Бишопа... Доктор Сандерс, вы не могли бы на пару минут оставить нас наедине с э-э?.. Доктор Сандерс не стал противиться. С него было достаточно чужих секретов. * * * - А теперь - главное, - сухо определил Федеральный Следователь. - Какую судьбу вы уготовили нам, док? - Хм... Я не очень понял, что вы имеете в виду? - чуть картинно заломил бровь генерал-академик Маддер. - Бросьте! - Голос Кая стал напоминать рвущееся по шву сварное железо. - В одном вы правы: все мы - люди Системы и другими уже не станем. Так неужели вы думаете, что я хоть на секунду поверю в то, что вы собрались нас вот так просто отпустить - на все четыре стороны, да еще провести курс лечения для нейтрализации последствий ваших занимательных экспериментов?.. И это - после вашей несколько странной ночной эпопеи? - Чего вы хотите от меня? - устало спросил Маддер. - Да немногого, док... Убраться живыми с Брошенной. И довезти до места назначения Груз... Это - всего-навсего мой долг. Его следует исполнить. Вы ведь не возражаете против такой естественной потребности? Генерал не возражал. Хотя и не ценил ерничества в подобных вопросах. Что и продемонстрировал всем своим видом. Кай, впрочем, и не думал ерничать. Он был абсолютно серьезен. - Вы, насколько я полагаю, не с самого начала имели в своих планах провести гм... ночь в том капкане, что на вас расставил мстительный капитан Чикидара? - холодно спросил он. - Я полагаю также, что, выполнив свою, так сказать, миссию по обнаружению и возвращению в свои руки Клада Рыжих, вы не собирались вернуться на "Леди"... - Я должен был присоединиться к э-э... группе ликвидации и принять командование операцией по окончательному свертыванию нашего здешнего филиала... - И давно эта "группа ликвидации" кукует здесь, дожидаясь своего руководителя? - поинтересовался Кай. - И какова ее численность? - Тридцать два человека. Они были доставлены сюда в прошлом месяце... - Наемники? Маддер неприятно поморщился. - Нет - группа "Гамма-14". Вы, наверное, слыхали. Теперь поморщился Кай. - Публика та еще... Клейма ставить негде... Они же в розыске - после Новой Колымы... - Это - в Метрополии. А здесь - Дальний Космос. - Работают пока под невидимок? - Вся их аппаратура работает только на прослушивание... Им запрещено выходить в эфир или вообще чем-то выдавать себя. Прошлой ночью я вызвал кодовым сигналом вертолет, и он доставил меня сюда. Предполагалось, что я проведу здесь несколько часов - предусмотрены были некоторые э-э... операции, которые я должен был провести здесь. Я думаю, группа встревожена тем, что я не вышел на связь... - И что же вы предполагали предпринять в отношении "Леди" и ее экипажа? - Видите ли... По чисто объективным причинам вам... я имею в виду всех людей, прибывших на корабле, стало известно слишком многое о работах, проводившихся нашим... нашим Комплексом здесь. В таких случаях принято э-э... изолировать непредусмотренных носителей информации. - И что можно сказать об их дальнейшей судьбе? - Только то, что в данном случае ее решал бы не я... - И у нас были бы гарантии, что не повторилась бы странная история с исчезновением группы Лоррифельда? - Теперь Кай взглядом держал собеседника, не давая тому отвести глаза в сторону. - Помните - очень похожая ситуация: законсервированный объект Комплекса в джунглях, аварийная посадка исследовательского корабля в том же районе... Серия не слишком ясных радиограмм и потом - полное исчезновение двадцати человек и частичная потеря памяти у троих уцелевших... Как я понимаю, такая вот "частичная потеря" - это минимальное, что нам угрожает. Я лично против этого - хотя бы как профессионал. С потерей памяти у нас отправляют на пенсию... Когда вы намерены были осуществить захват "Леди"? Наступило тягостное молчание. Доктор Маддер решал - кто у кого в руках находится в сложившейся ситуации. - Я намеревался отправить команду своих людей к кораблю сразу по прибытии в группу. Они примерно в курсе дела и ждут только приказа. - Эти "ваши люди" все еще считают, что мы находимся на борту "Леди"? - с сомнением в голосе предположил Кай. - Вряд ли... - Маддер пожал плечами. - Они прослушивают радиопереговоры... Он снова занялся неполадками в функционировании своей трубки и, казалось, с головой ушел в это занятие. - В таком случае, у меня будет к вам убедительная просьба, - Кай встал. - Свяжитесь со своей группой и передайте им, что вся наша компания перебазируется к кораблю. И что в двадцать-двадцать по общегалактическому вы ждете их там в гости. - Вы навязываете мне... - рука Маддера так стиснула трубку, что глиняная вещица треснула и по бумагам на столе разлетелся дымящийся пепел. - Я не знаю, что за игру вы затеяли, но не позволю... - Я всего лишь делаю свое дело, - сухо отрезал Кай. - Обеспечиваю своевременную доставку на Нимейю Миссии Спасения. И Груза. Наши с вами планы расходятся только в этом отношении. Ваши работы и ваши секреты останутся всецело при вас. Но если вы будете препятствовать мне, то, боюсь, не выполните своей задачи даже частично. Маддер тяжело вздохнул. - Итак, группу захвата вы приглашаете к кораблю на двадцать-двадцать... Это - ловушка? - Да, - пожал плечами Федеральный Следователь. - И пусть они будут точны. * * * Боров посмотрел на индикатор времени, высвеченный в углу экрана внешнего обзора. Десантные "Сиэттлы" с людьми Папы должны были быть уже где-то в стратосфере. Но радар безмятежно булькал каждые тридцать секунд и не думал засекать в небесах хоть какое-то движение. Радар радаром, а следовало быть во всеоружии. Что в данном случае означало - не обпиться пивом до начала представления. Ничего иного предпринять он не мог. Эрни глотнул "Гиннес", задумчиво прикрыл глаза, стал на ощупь - чтобы не видеть осточертевшего пейзажа на экране - раскуривать сигарету. И чуть не пропустил начало! С дьявольским грохотом раскололось над головой небо, вспыхнули и повисли в нем люстры осветительных ракет, положив на мерзлый песок медленно плывущие тени всего, что только могло возвышаться над равниной взлетной полосы, а уж затем - чертом из коробки - вывалились в поле зрения два десантных "Сиэттла". На мгновение все утонуло в тучах пыли. По корпусу хлестнуло песком, а потом загремели команды - из нескольких мегафонов сразу. Экипажу "Леди" обещали сохранить жизнь. В случае правильного поведения. Видимость восстановилась, и секунд двадцать Эрни любовался тем, как из люков "Шаттлов" на песок скатываются и выстраиваются в редкую цепь люди в бронежилетах - первая волна атаки. Пора было убираться в тайник. Боров встал из кресла, прикончил пиво, бросил последний взгляд на экран и остолбенел. Над полем боя шли вертолеты - три боевые машины. И намерения у них были, видно, серьезными. Цепь наступавших остановилась, и смахивающие на черепашек-ниндзя боевики разинув рты уставились на неожиданное явление в небе над ними. Народ на бортах геликоптеров тоже был, надо полагать, немало изумлен. Благодаря чему и пропустил первый гол: две машины вспыхнули сразу, получив каждая по заряду из бортовых пушек "Сиэттлов". Одна из подбитых машин рухнула и рванула ослепительным плазменным разрядом. Тяжелый удар обрушился на корпус "Леди", и Эрни еле устоял на ногах. Потом сломя голову кинулся в свой тайник и уже не увидел, как второй горящий вертолет, с которого шутихами вылетали на ранцевых движках боевики, врезался в один из "Сиэттлов". На этот раз удержаться на ногах не удалось - сдвинутая ударной волной "Леди" встала поперек взлетной полосы. Боров махнул рукой на идею с тайником - по таким делам не хватало еще заживо сгореть в корабле - и снова кинулся в рубку. Ее оглашал торопливый хрип пулеметных очередей и завывающий свист разрядов плазменных пушек. Ничего живого уже не было на грунте окрест. Даже на века сработанный блокгауз, рядом с которым догорал остаток фюзеляжа "Сиэттла", был закопчен и перекошен. Второй "Шаттл" горел и огрызался огнем бортовых пушек на беспрерывно сыплющий в него молниями разрядов геликоптер. Потом из него стали выпрыгивать и, спотыкаясь, разбегаться казавшиеся издалека крошечными человеческие фигурки. Но никто не отбежал далеко. Вертолет завис над коптящей тушей десантного бота, и снова захрипели пулеметные очереди. И тут экран на мгновение ослеп - рванул движок второго "Шаттла". Когда изображение восстановилось, Боров машинально поискал глазами глупый геликоптер и с удивлением обнаружил, что тот - дымя и перекосившись - пытается дотянуть до призрачного горизонта. Но не дотянул. * * * "Быстро они..." - Боров сверился с часами. Считалочку про десять негритят он рассказывал бы дольше. - Уровень радиоактивного загрязнения за бортом, - доложил ему компьютер, - превышает допустимое значение. Рекомендую провести дезактивацию корпуса... * * * Некоторое время взлетная полоса была воплощенным царством смерти и разрушения. Дым стлался над нею, и песок заносил то, что еще недавно было людьми, способными стрелять и ходить в атаки под небом чужих миров. И над всем этим, разумеется, завывал ветер. Но люди живучи - приглушенно ругаясь, из-за отброшенного взрывом в сторону куска обшивки выполз и встал на ноги относительно целый - только сильно помятый - дылда. Подкинул на руке автомат и, хромая, двинулся к "Леди". Нечто, сильно напоминавшее кучу обгорелого тряпья, зацепившегося за какую-то неровность пейзажа, окликнуло его: - Эй, Родни! Помоги-ка... Родни помог приятелю встать на ноги, закинул его руку себе на плечи, и вдвоем они продолжили путь. Из рубки управления за их продвижением задумчиво наблюдал Боров. "Сюда, сюда, дорогие мои..." - приговаривал он. Достигнув входного люка, оба боевика поупражнялись в выкрикивании довольно бессмысленных вопросов, затем с натугой сдвинули его незафиксированную крышку и один за другим вошли внутрь. И еще некоторое время над искореженной взлетной полосой выл ветер смерти. Потом из ложбинки поодаль вынырнул и, объезжая воронки и обломки, покатил к "Леди" корабельный флайер. Правил им Чикидара. Рядом с ним, судорожно вцепившись в рукоять сиденья, застыл бледный Лемье. Слева от него на сиденье свернулась в калачик Марго. На заднем сиденье, сгорбившись, застыл Кай. Лицо его было неподвижно. Русти к финальной сцене этой истории допущен не был: оставленный наедине с просыпающимися после деинсталляции. Маддер нуждался в присмотре. - Вы, я вижу, порядком огорчены? - бросил Чики через плечо. - Ей-Богу, господин Следователь, - напрасно! Я на вашем месте записал бы этот номер себе в актив. В чистую прибыль - надо же им вот так налететь друг на друга! И свести счет почти всухую! Нам повезло, как новичку в казино! - Бог с вами, Джон-Ахмед, - глухим голосом остановил его восторженную речь Лемье. - Десятки людей погибли... Надо осмотреть местность - может, уцелел еще кто-нибудь... Он первым прошел деинсталляцию, и все его комплексы рафинированного интеллигента снова взялись за свое. Из остальных четырех бывших обладателей чужих душ еще только миссис Шарбогард пробудилась от последовавшего за манипуляциями Колдуна сна. Но в разведку ее не взяли. - Дозу получите, а то и пулю - от тех, кто, может, и цел остался... - рассудительно заметил Чикидара. - Но местность надо будет прочесать, как только мы установим... - глухо сказал Кай. - Установим, в чьих руках корабль... - Не буду подгонять флайер чересчур близко, - сообщил Чики. - Их там, как минимум, двое, - он похлопал по биноклю, болтавшемуся у него на шее, - я их разглядел... У обоих по автомату. И, я думаю, внутри - третий. Наш упитанный друг. - Почему вы так думаете? - осведомился Лемье. - На радиовызов корабль не отвечает... - Да где ему быть еще? И потом - кто-то ведь открыл люк. Не покойная же мисс Ульцер! Эти его не взламывали. Сдвинули крышку - и все дела. А док Сандерс - я у него узнавал - поставил все ходы-выходы на внутренний запор. Перед тем, как ломануть в Зону. Теперь вы, господин Следователь, посидите в машине и подстрахуйте нас, если что... А мы с Жаном... С господином Лемье... проведем рекогносцировочку... - Рекогносцировочки - это, знаете ли, моя прерогатива... - недовольно возразил Кай. - Нет! - жестким голосом остановил его Лемье, сдвигая "фонарь" кабины и решительно соскакивая на песок. - Единственного представителя закона в этом сумасшедшем доме надо беречь. Он похлопал себя по карманам, вытащил несколько увесистых стальных шариков, вздрогнул, уставившись на них, снова рассовал по местам, нашел наконец то, что искал, - белоснежный носовой платок, нацепил его на заранее припасенную хворостину и, помахивая этим импровизированным символом добрых намерений, двинулся к кораблю. Образ миротворца только чуть портила кобура пистолета, оттопыривавшая его левый локоть. Чикидара последовал за ним, тоже не забыв про свой ствол. Третьей двинулась Марго. * * * "Сюда, сюда, дорогие мои... Цып-цып-цып..." - Боров проследил, как еще две маленькие фигурки исчезли из поля зрения камер внешнего обзора, зайдя под фюзеляж "Леди", прикинул в руке автомат и тихим, кошачьим шагом направился к входному люку. По дороге ему пришлось перешагнуть через своего давнего знакомого. Потом - через другого. Этого он знал похуже. * * * Глядя вслед своим спутникам, Кай никак не мог стряхнуть с себя, выбросить из головы странный морок - ему представилось, как по пустым, темным коридорам "Леди", склонив голову набок и прислушиваясь к чему-то внутри себя, бредет черная лицом и безнадежно мертвая Генриетта Ульцер. "Нервы сдают, - сказал он себе - И есть от чего. Странно - ведь я так и не видел ее мертвой..." * * * - Вот что... - тихо проронил Чики. - Мне это молчание очень не нравится. Там - в брюхе у кораблика - три здоровых лба. И почему-то они предпочитают играть в прятки... Давайте и мы поиграем, месье Лемье... Допустим, один из них блокирует основной люк. Еще один - грузовой. Третий - резервный. Но сторожить заглушку системы космодромного обслуживания не додумается ни один дурак, даже если он - профессиональный таможенник. К тому же, проникнув через эту заглушку - вон она, в полусотне метров от нас, под соплами маневрового движка, - я окажусь в выгодном положении - за спиной у того, кто стережет главный люк... - Не вы окажетесь, а я, - совершенно безапелляционно определил Лемье. - У вас комплекция не та. Вы будете отвлекать их здесь. Пошебаршите крышкой, покричите, мол, кто там есть живой... Насчет комплекции Чикидара мог с Лемье и поспорить. А планировку корабля знал, безусловно, лучше. Но спорить не стал. Если лягушатнику надо чувствовать себя героем, то пусть будет по-вашему, месье. И Чикидара принялся шебаршить крышкой люка. Временами он выкрикивал разную чушь, предлагая обитателям "Леди" вступить в диалог с ее капитаном-арендатором. С того момента, когда сначала рыжий хвост Марго, а затем - сухопарые ноги Лемье скрылись в отверстии почти беззвучно снятой заглушки, прошла уже не одна минута, когда заныли сервомоторы и крышка люка съехала в сторону, открыв перед Чики вход в недра корабля. Вход этот загораживала только слегка пошатывающаяся фигура Лемье. Вирусолог был бледнее смерти. После неудачной попытки пройти сквозь Чикидару, он решительно отодвинул кэпа в сторону и, путаясь в собственных ногах, побрел к флаеру. Ничего не понимающий Чики двинулся за ним. Кай выскочил из кабины и помог Жану забраться на сиденье. - Меня сейчас вырвет... - уведомил Жан своих спутников. И слово свое сдержал. - Это ужасно... - сказал он Чикидаре. - Ужаснее не бывает! - согласился тот. - Вы мне всю обивку уделали! - Можете идти... - продолжил Жан. - Туда... Там - никого нет. Они п-поубивали друг друга... - Как? И эти? - У Джона-Ахмеда волосы встали дыбом. Кай молча снял пистолет с предохранителя и двинулся к кораблю. Заглянул внутрь люка, вошел. Первого покойника он увидел почти сразу: Боров лежал посреди отсека и пучил мертвые глаза в потолок. Причина смерти господина Бишопа с первого взгляда не диагносцировалась. В придачу к трупу на полу валялся десантный автомат облегченного образца. Его Кай подобрал - от греха подальше. Второго мертвеца пытались убрать - чтобы не мешал на дороге, задвинули под трап, ведущий в главный коридор. Этот был задушен ремнем. Третий - аналогичным образом был пристроен под трапом рубки управления. Умер он от выстрела в висок. Для порядка Кай заглянул в каюту мисс Ульцер. Нет, покойники сегодня не воскресали... Никто не отпустил бедную Генриетту на побывку с того света... Кай вернулся в рубку. На пульте сидела и чувствовала себя как дома Марго. Кай включил радио и связался с флайером. - Капитан, - спросил он, - Лемье оклемался? - Не совсем, - отозвался Джон-Ахмед. - Дайте ему коньяку и оба идите быстрее сюда. Хватит загорать под радиацией. И надо разобраться с покойниками... Марго спрыгнула на пол и отправилась куда-то по своим делам. Следуя за ней, Кай машинально подумал, что дезактивацию надо будет начать именно с рыжей бестии. И не мешает освятить воду. Жаль, что на борту нет капеллана. Кошка привела его снова к бренным останкам Борова. Симпатичнее тот за это время не стал. Кай проверил для порядка - включен ли фиксатор, потом не без усилия перевернул покойника. Под ноги ему со стуком выкатился тускло поблескивающий стальной шарик. Эпилог А может быть, мы - только чье-то воспоминание? Станислав Ежи Лец - Тут, мистер, мне и пора закругляться. Если вас интересует экипаж "Грома", с которым вы должны по своим делам двинуться дальше, то обернитесь - вот они заваливают к старику Хенки в полном составе... А с милейшим Русти я вас познакомлю через пару минут - как всегда, где-то застрял бродяга... Чем, спрашиваете, все завершилось? Да забрал всю компанию "Мюрид" через пару дней. Миссия на Нимейе со своими задачами справилась... Там же и похоронена та бедная девица... Кстати - не ошибся сыщик - классический случай самоубийства... Даже письмо посмертное нашли - в спешке никому в голову не пришло на доску объявлений в кают-компании взглянуть. Там оно и висело - в конверте, скотчем прилепленном, помадой надписанном. Лемье в науку подался и, сами говорите, в больших шишках ходит. Колдун - как в воду канул. Хотя временами имя его всплывает... Но я, видно, не в тех кругах вращаюсь, чтобы мне о его здоровье докладывали... Ко всему, сдается мне, что надул он таки своих клиентов. Что-то у каждого из них в мозгах так и зацепилось из рыжих-то душ. Какие-то корешки пустили им души эти в кору-подкорку... Доктор Шарбогард, хоть все добро, что по причине клептомании наворовала, народу вернула, да только, говорят, все одно привычку эту не позабыла. В состав Миссии по Сектору она входит, и видят ее временами общие с боцманом знакомые... Как завидишь эту мадам, советуют, так прячь предметы. Мелкие и блестящие... Из братьев-альбиносов один в гроссмейстеры вышел, а другой банк сорвал в казино. В самом Монте-Карло... Один только док Сандерс, говорят, ни на йоту не изменился... Даже лучше людьми командовать стал. Про Лемье уже говорил я вам... В общем - Бог ему судья, но кошки его больше не любят. А он - их. Федеральный Следователь Санди, говорят, в отставку после этой истории подавал, хотя я так считаю, что вины его никакой в том, что чертова уймища народу друг друга, а заодно и массу посторонних переколотила. Не стану врать - не знаю, приняли у него отставку эту или нет... А Марго, спрашиваете? Характерно, мистер, что вы не забыли про малую тварь - какую-никакую, а все-таки живую, - что затесалась в путаной той истории. Оно - хоть и нарушение, а покажу вам ее... Эй, Марго!.. Ну вот видите - жива-здорова рыжая зараза. Куда ей, бедной, деться, как не прибиться к заведению старины Хенки?.. Кэп Чикидара ее в подарок от лягушатника взял, но на судне своем, понятно, не держит. Отдал мне наБорис Иванов Юрий Щербатых Последний вагон в рай Кай Санди 7. "Души рыжих": ЭКСМО-Пресс; М.; 1998 ISBN 5-04-000497-4 Аннотация На этот раз хорошо известному читателю по предыдущим произведениям Федеральному Следователю Каю Санди предстоит проводить расследование в условиях поистене экстремальных - на странной планете, где Матернальная Республика Химера-II объявила мужчин носителями "злого начала" и перешла к воплощению этого принципа в жизнь. В ходе расследования причин (всего-то навсего злостной неуплаты феминистской планетой налогов в казну "Тридцати трех миров"), Каю приходится решать загадки не только криминального, но и философского характера, претерпеть победы и поражения в личной жизни и встречу с мастером Лики, который чуть было не опоздал на Последний Вагон в Рай. Борис Иванов, Юрий Щербатых Последний вагон в рай "Все они созданы из глины и золота, - подумал он. - Из лжи и потрясений. Из жульничества и бесстыдной правды". Э.-М. Ремарк "Триумфальная арка" Глава 1 КОТОРАЯ ТРАКТУЕТ О ТОМ ЧТО В КАЖДОЙ ХИМЕРЕ ТАИТСЯ НЕЧТО ХИМЕРИЧЕСКОЕ - Вы уверены, что мы говорим без свидетелей, мисс Фуллер? - Разумеется, вручение взятки - вы ведь это имеете в виду? - дело серьезное... Худощавый, загорелый человек, одетый в строгом соответствии с неписаным регламентом, царившим в этих стенах, картинно озираясь, поставил перед коротко стриженной, не слишком уже молодой секретаршей миниатюрную фигурку, смахивающую на присевшего подумать гиппопотама. - Это с Харибды, Мэгги. Из того немногого, что осталось от Палеовизита. Имитация, конечно. Но тамошние антиквары продают их с такой серьезной миной, что просто грех обидеть их подозрением... Тамошний "Мыслитель" тамошнего Родена. Обменял на блок "Мальборо". Мэгги долго, со знанием дела осматривала сувенир, затем он сподобился быть присоединенным к небольшому стаду его соплеменников, воплощенных в самых разных материалах - от лоскутков и перьев до способной выдержать термоядерное пламя металлокерамики, - расположившемуся на полке по правую руку от его новой хозяйки, а его даритель был снова замечен. - Проходите, Кай, - добродушно кивнула мисс Фуллер. - Шеф ждет вас. При этом она выразительно покосилась на еще одного представителя славного племени, притулившегося справа от терминала, оформленного под полированный гранит. Дежурный бегемот курил сигару. И был лукав. * * * "Черт бы побрал все это! - подумал Кай, войдя в кабинет. - Черт бы побрал все эти фокусы видеотехники!" - уточнил он свою мысль, вежливо приветствуя находящихся в кабинете. Собственно говоря, в кабинете этом находился только его хозяин - Шеф Сектора Барни Т. Литлвуд. Остальные двое были представлены голографическим миражом. Мираж основательно увеличил объем кабинета старины Барни, и Каю сперва показалось, что он ошибся комнатой - отчего он и помянул в мыслях черта. Если не считать почти незаметной зыбкости стен и пола на грани перехода, можно было подумать, что кабинет Шефа Сектора Федерального Управления Расследований непосредственно переходил в апартаменты Федерального Министра, что могло бы вызвать довольно ядовитые инсинуации со стороны безответственных шутников. - Я думаю, что нет необходимости представлять вам, господин Санди, Министра Фогеля, нашего, так сказать, главного казначея, - начал, как всегда, в чуть неофициальном тоне Шеф. - Да и вы достаточно хорошо известны тем, кому следует, чтобы тратить время на излишние формальности... Вообще-то говоря, они оба имели друг о друге весьма слабое представление. Восседавший под чеканным Гербом Министр финансов и член Высочайшего Директората Федерации Тридцати Трех Миров, Кристиан-Ганс Фогель столь же мало стремился к широкой известности, как и стоявший перед ним Федеральный Следователь пятой категории Кай Санди. Тем не менее они оба изобразили на лицах нечто соответствующее моменту, а Министр даже вышел из-за стола. Стол Министра был огромен до неприличия. С массивными ножками, отделанными натуральным ореховым шпоном, и покрытый темно-зеленым сукном, он цветом и размерами напоминал только что зазеленевшее пшеничное поле. Чтобы обойти его, Министру потребовалось немало времени. У Кая появилось странное ощущение, что он смотрит на господина Министра в перевернутый бинокль: настолько маленькой была фигура главного финансиста по сравнению с этим предметом меблировки и со столь же непропорционально огромной властью, которой Министр был наделен. "Как бы он еще и руку не протянул для пожатия, - подумал Кай. - Пожимать руки призракам всегда неловко". До рукопожатий, слава Богу, дело не дошло. Министр на ходу коснулся локтя третьего участника разговора - молодого человека в безупречно сшитом костюме последнего покроя. - Моррис Де Жиль - Главный Инспектор контрольной службы Министерства. Прошу любить и жаловать вашего напарника в предстоящей операции... - Как я понимаю, - Де Жиль слегка откашлялся, сообразив, что пришла его очередь что-то сказать, - на мою долю приходится получение и анализ информации, в основном финансово-экономического плана... - Да, я думаю, что мне не стоит самому браться за такие вопросы при наличии специалиста уровня Главного Инспектора Министерства, - резонно заметил Кай. - Перейдем, однако, к нашей работе, - чуть форсировал разговор Шеф Сектора. - Мне кажется, что господин Министр лучше изложит суть дела, которым вам - видимо, придется заняться в ближайшие дни, Санди... Министр заложил руки за спину и принялся вышагивать из угла в угол по кабинету-миражу. Теперь он, в полном соответствии со своей фамилией, напоминал какую-то птицу, озабоченную проблемами государственной жизни. - Вы знаете, господин Следователь, с чего начался конец Империи? - осведомился он, наклонив голову так, словно ее свернул ему набок лихой человек, и этак - снизу вверх и наискосок глянул на слушателя. Вообще-то Кай считал, что конец каждой людской глупости коренится в самом ее начале, но решил не блистать парадоксами и ограничился тем, что слегка развел руками: - Это вопрос скорее философский, господин Министр... - Это вполне деловой вопрос, Следователь, - сурово произнесла озабоченная птица. - Другое дело, что каждый отвечает на него по-своему: военные считают, что с того, как не удалось подавить мятеж на Харибде. Политики - что с того, как Триумвират допустил сбор Полномочного Вече. Думаю, что у психиатров и дантистов найдутся для этого вопроса свои ответы. Но тот, кому приходится всерьез иметь дело с деньгами государства, не задумываясь, скажет вам, что все началось с того дня, когда на содержание колоний ушло на цент больше, чем было с них получено. С неуплаты налогов все началось... "Итак, меня сдают в аренду Налоговой Гвардии, - с досадой подумал Кай. - Лучший способ замять какой-то скандал - подсунуть его Управлению Расследований. Самой Гвардии дьявольски мешает необходимость отчитываться за каждый свой шаг перед всеми, кому не лень читать парламентские хроники". Еще он попытался припомнить недавние неясные слухи о скандале в руководстве Гвардии и о беспрецедентных усилиях Министра финансов замять приключившийся конфуз. - Так вот, - продолжала грустная птица, - именно поэтому крейсера Федерации годами не уходят от таких Миров, как Харибда или та же Океания. Мы идем на многие уступки - вроде Мелеттской юридической автономии, - но только не на уступки в налоговой политике... Что же вы скажете о скромном таком - миллионов на двадцать жителей - Мирке, который год за годом снижает сумму выплат в Федеральный бюджет, а теперь и вовсе докатился до того, что всерьез ставит вопрос о получении от Фонда Поддержания дотации для обеспечения своей социальной стабильности? - Я что-то не слышал о том, что где-нибудь в Мирах Федерации наступил экономический крах и массовый голод, - решил вставить словечко Кай. - На Таунсенде - воюют, в двух Мирах - эпидемии, но до полного падения производства, как мне кажется, никто еще не дошел... Из Мира, который запросил дотации на социальные нужды, должны были бы хлынуть к соседям и в Метрополию потоки беженцев... - Из того Мира, о котором говорю я, - ядовито просветил собеседника Министр, - уехали многие, но вовсе не в результате обнищания. Отнюдь. Теперь туда едут. Стремятся попасть любыми путями. Речь, правда, идет об определенной категории населения... - Вы говорите, наверное, о Химере-П? - догадался наконец Кай. - Похвально видеть, что сотрудники вашего Управления не ограничиваются лишь оперативной информацией, но еще и слушают политических комментаторов, - отвесил Министр несколько двусмысленный комплимент старине Барни. - Вы правы, именно об этой милой планетке и идет речь. Ваша помощь стала необходима нам, поскольку вопрос перешел из чисто финансовой сферы в область высокой политики: речь идет об учреждении над Химерой Федеральной Опеки. - Представляю себе, как всполошился проклятый курятник... - не без удовольствия комментировал новость Шеф Сектора и достал из резной шкатулки основательных размеров сигару. Обрезал он ее и раскуривал, получая особое удовольствие от того, что физически лишен возможности предложить другую собеседнику. - Да уж, можете представить... - Министр Фогель сурово посмотрел на дымящего всласть Бегемота Барни (титул, известный лишь узкому кругу лиц). - К сожалению, имела место утечка информации... Идея состояла в том, что инспекция Парламентской Комиссии и Налоговой Гвардии, которой, разумеется, тамошние чины постараются продемонстрировать полный крах своей экономики и ужасные страдания населения, составит отчет. Совет Великих Матерей - это у них так называется правящий Триумвират - утвердит этот отчет не глядя и попадется тем самым в ловушку. Под шум дискуссии о предоставлении Химере дотации пройдет решение о взятии планеты под Федеральную Опеку. Две трети голосов нам были почти гарантированы, что сняло бы вопрос о согласии самих проклятых куриц на введение опеки. А уж потом в ход пойдут крейсера - и конец разговорам! Только упоминания о "проклятом курятнике" и Великих Матерях вызвали наконец из глубин подсознания Федерального Следователя воспоминание о том, что Матернальная Республика Химера-П являла собой Единое феминистское государство, в котором женщины на данный момент составляли если не сто, то как минимум девяносто пять процентов. Это сейчас. А когда-то все было по-другому. Начали осваивать ее во времена Империи, и служила Химера одним из центров арабской фундаменталистской диаспоры. Были там, помнится, некогда аборигены, так и не признанные разумными и загнанные в резервации, и какие-то таинственные, со времен Предтеч сохранившиеся сооружения - в детстве Кай увлекался книжками о Мирах Предтеч. Однако о новейшей истории этих Миров знал немногим больше любого человека с улицы. Империя в исторически короткие сроки плохо кончила, но население Химеры сохранилось и даже до поры до времени относительно процветало. Процветание это основывалось на торговле всякой гастрономической экзотикой, которую тамошние мастера изготавливали из живности, завезенной со всей Галактики. На десятилетия установилась теократическая исламская Неоджамахерия. Эта политическая конструкция рассыпалась в конце концов в результате войн между сторонниками Истинного Учения, с одной стороны, и Пути Единого Аллаха с другой. В ходе этих сражений, кстати говоря, мужское население планеты почти поголовно истребило себя на корню, уступив место слабой половине человечества. Установившаяся феминистская республика огласила мужское начало источником всех зол, а роды - нездоровым и травмирующим психику процессом. После чего общество Химеры, благословясь, перешло к пробирочному самовоспроизведению. Ясно, что при столь экзотическом подходе к основам общественной жизни половина законов Федерации на Химеру не распространялась, да и вообще отношения с внешним миром у планетки были, мягко выражаясь, натянутые... - Вы, я вижу, - заметил в развитие разговора Шеф Сектора, - настолько серьезно настроились возвратить бедную Химеру в лоно Налогового Ведомства, что готовы насесть - извините за выражение - на почтенных матрон силами всего Объединенного Космофлота... Неужели вы надеетесь в короткое время вернуть денежки, которые на это уйдут?... - Дело не в Налоговом Ведомстве, - поморщился Министр и, продолжая морщиться, надавил кнопочку у края своего стола. Кай ожидал, что на свет Божий появятся какие-то сногсшибательные доказательства необходимости военной миссии на Химеру. Однако просто-напросто скользнула вверх одна из малахитовых панелей, окаймлявших кабинет. В образовавшийся проход въехал сервировочный автомат-тележка с подносиком, на котором имел место высокий стакан молока: Кристиан-Ганс Фогель, видимо, с почтением относился к режиму питания. Подхватив стакан, он стал маленькими глоточками отхлебывать молоко с таким видом, словно это был яд. Все присутствующие с интересом наблюдали за этим процессом. Исключение составил робот, тут же убывший восвояси. - Мне приходится говорить с вами, господа, не только как Министру финансов... И не столько... Напомню, что вы имеете дело с членом Директората Федерации. И, соответственно, с чуть более осведомленным человеком, чем обычный прохожий... Фогель поднял глаза на собеседников, проверяя, произвели ли его слова должный эффект, и продолжил: - Химере-П в кругах специалистов давно уже придается гораздо большее значение, чем просто поставщику экзотических биопродуктов... Это э-э... небесное тело, как вы знаете, обладает совершенно уникальными планетологическими характеристиками... - Помню-помню, - слегка подтолкнул разговор старина Барни. - Диаметр планеты в два с чем-то раза меньше земного, при силе тяжести на поверхности, равной земной... Кислородная атмосфера... - Во времена Империи, - довольно бесцеремонно прервал его Фогель, - Химеру интенсивно изучали. Ей придавали большое значение, расходовали огромные деньги. Действовала секретная База. Она, кстати, по всей видимости, сохранилась... А вот материалы этих исследований не пережили последней войны. Остаются одни лишь предположения... Из них главное - недра планеты могут содержать вкрапления неких сверхплотных субстанций, обладающих совершенно аномальными физико-химическими свойствами... Они составляют значительную часть массы планеты. Возможно - ее ядро. Предполагают, что такие вещества уже удавалось извлечь и изучить. Не исключено, что в обычных условиях они теряют стабильность и могут служить источниками энергии... Однако после распада Империи правительство Матернальной республики, а до него режим Неоджамахерии не допускали проведения на Химере никаких изысканий... И дело, как вы можете догадаться, не только в религиозных предрассудках... Короче: возвращение Химеры к статусу рядового Мира Федерации представляется более чем целесообразным и своевременным... - Вы изложили нам великолепный план учреждения Опеки... - с чуть фальшивящей интонацией в голосе заметил Шеф Сектора, сосредоточившись взором на дымящемся кончике своей сигары... Все сказанное явно не было для него такой уж большой новостью. - Утечка, господа, - неприязненно произнес Министр, - все дело испортила утечка. Длинные языки - главная беда нашего мира. Осознав надвигающуюся опасность, недоделанные амазонки круто изменили свою тактику и смазали весь ожидаемый результат работы. Отчет Комиссии Парламент не утвердил - и был полностью прав. Более противоречивого и бестолкового документа я не читал в жизни. А главное - эти дамы обратились с воззванием ко всем феминистским движениям Обитаемого Космоса. Ну а те, естественно, спустили на Парламентскую Комиссию собак. Так что позиции наши в Большой Говорильне на сегодняшний день выглядят слабо. - Каким же образом этим м-м... дамам удалось запутать Инспекцию? - Интерес Федерального Следователя отнюдь не был праздным. Он уже вполне точно вычислил свою предстоящую роль. - Отчет передан в вашу базу данных. Но, чтобы не затягивать, обрисую основное... Прежде всего Инспекция, затратив на работу три месяца, полностью подтвердила факт катастрофического падения производства во всех отраслях народного хозяйства Химеры. За последние четыре года экспорт с планеты упал. Добывающие отрасли простаивают пять дней в неделю, а оставшиеся два действуют неполный рабочий день... Собственным продовольствием планета обеспечена на три-пять процентов... Осьминоги-буйволы в экваториальных питомниках передохли. А из их шкур, кстати, изготовляли... - Мы помним, что изготовляли из их шкур... - заверил Министра старина Барни. - Скажите лучше, каким чудом они там еще живы, бездельницы эти? И почему забросили всю работу? Неужели только затем, чтобы не платить налогов? - Яйценоские нетопыри разлетелись из галерей и теперь одичали и представляют немалую опасность... - с упорством продолжал Министр так, словно одичание несчастных тварей нанесло ему лично глубочайшую травму. Потом махнул рукой и закончил перечисление словами: - И так далее... Второе, - продолжил он, - никаких признаков голода или массового исхода с планеты не наблюдается. При наличии огромной потери рабочих мест в производстве муниципальные власти повсеместно обеспечивают всех нуждающихся заработками в сфере обслуживания... Что до причин кризиса, то вразумительного ответа на этот вопрос Инспекция не получила. В каждом отдельном случае им приводили сразу несколько вполне исчерпывающих объяснений. Но в целом мы имеем здесь типичный порочный круг. На решение проблем сельского хозяйства нет ни средств, ни техники, потому что простаивает промышленность, а поставить на ноги промышленность нельзя, так как все средства уходят на решение продовольственной проблемы... Если вы меня спросите об источниках финансирования прожиточного минимума населения, то я могу предложить вам два ответа на выбор... - Многовато для совершенно неразрешимой проблемы... - Шеф Сектора даже издал какой-то хрюкающий звук, не в силах выразить свои чувства иным путем. - Если существует способ прокормить двадцать миллионов бездельников, вернее - бездельниц, собранных на одной планете, на которой к тому же нет сорока миллионов безропотных рабов, то я подамся, пожалуй, в монастырь. Поскольку ничего не понимаю, в таком случае, в мирской жизни... - Первое из объяснений приведено руководством Матернальной республики... - Министр косо улыбнулся. - Постарайтесь не умереть со смеху... Великие Матери всерьез утверждают, что им удается решать все социальные проблемы республики за счет помощи основных феминистских движений Федерации. Да-да, за счет благотворительности и еще за счет пожертвований бесчисленного множества всяких близких к ним групп и движений, вплоть до сумм, поступающих от частных лиц. Все тамошние средства массовой информации мгновенно переполнились бесконечными благодарностями сестрам со всех концов Обитаемого Космоса и трогательными историями на подобные темы. Никакой, впрочем, отчетности. Очень мало подтверждающих документов. Делом занимаются наши специалисты по бухгалтерскому анализу. Но вы сами знаете, что проконтролировать денежные потоки на Периферии - дело почти безнадежное... Наши аудиторы выдвинули, впрочем, свое объяснение - гораздо более приемлемое и лучше проверяемое. Вот на нем-то я и попрошу сосредоточить ваше внимание, господин Следователь... И ваше, Моррис... Кай, молча выслушивавший легкую пикировку высоких руководителей, оживился. Де Жиль, наоборот, особого оживления не проявил, продолжая изучать авторскую копию "Занятий фавна", украшавшую стену за спиной Министра. Без сомнения, отнюдь не занятия фавна - сомнительные, сами по себе, - а цена картины определяла ее местонахождение в столь неподходящем месте. - Я уже упоминал чуть раньше о неких сверхплотных материалах, которые могут встретиться на Химере... Так вот, есть все основания так считать, что на планете начата их добыча. Специалисты приходят к выводу, что вывоз незначительных по массе - в несколько тонн, и тем более по объему - доли кубических сантиметров - сверхплотных веществ может вполне окупить годовой бюджет Химеры. Мы начали систематическое исследование черного рынка Обитаемого Космоса на предмет поступления такого рода товара... - До сих пор монопольным производителем сверхплотных материалов были лаборатории Дальних Баз, - кашлянув, заметил Санди. - По крайней мере только они выбрасывали такие вещи на свободный рынок. - Но анализ рынка сам по себе - не ваша забота, - несколько резко уточнил Министр. - Ваше дело - проработать эту версию на самой планете. К счастью, свойства материалов, о которых идет речь, таковы, что их нельзя спрятать подобно иголке в стоге сена... - Вы предлагаете нашей группе действовать именно в рамках этой версии? - осведомился Кай. Он всегда был внутренне уверен, что самые надежные и очевидные на первый взгляд версии, навязанные руководством, непременно чреваты самыми невероятными сюрпризами. И вообще, к предстоящему делу он успел проникнуться подсознательным отвращением. - Наши эксперты, - продолжал, уклоняясь от прямого ответа, Кристиан-Ганс, - подготовили для вашей группы базы данных по вопросам, на которых я заострил ваше внимание... У вас будет время ознакомиться с этими данными. Они уже перекачаны в память компьютера Управления... На Химере вы будете выступать в качестве группы, расследующей возможности предоставления целевых субсидий отдельным предприятиям Планеты и Матернальной республике в целом. Так что отказывать вам в информации по большинству вопросов, вас интересующих, нашим милым курочкам будет невыгодно. Вам, воленс-ноленс, придется поддерживать имидж богатых дядюшек. По каковой причине для вас предусмотрена несколько большая, чем обычно, смета на представительские расходы. Постарайтесь, однако, поставить дело так, чтобы возникла необходимость расследования неких криминальных обстоятельств... В случае чего - мы вам подыграем. Отсюда, с небес... Давая понять, что разговор окончен, Министр принялся огибать свой стол в обратном направлении - к напоминающему трон креслу. Шеф Сектора, наоборот, из своего кресла поднялся, а Моррис совершенно приятельским жестом попрощался с Каем. - Встретимся с вами вечером, Следователь! - жизнерадостно воскликнул он. - На Терминале... Кай поклонился будущему напарнику и через секунду, вместо нечеловеческих размеров стола господина Министра, уже созерцал стеллажи с памятными реликвиями разного рода славных дел Сектора и аквариум с грустными рыбешками. Кай повернулся к шефу... * * * - Надеюсь, вы усвоили, что именно потребовалось от нас господину Министру? - осведомился сэр Барни, подхватывая Кая под руку и увлекая под сень солидного вида книжных полок, уставленных не менее солидными, сработанными в духе старинных фолиантов держателями дискет. - А теперь ознакомьтесь кое с чем, что вам следует знать сверх того... Усадив Следователя в кресло, сам он возвысился над ним всей своей, напоминающей древний воздухоплавательный аппарат легче воздуха громадой, протянул Каю пачку распечаток и с чувством высморкался в белоснежный платок. - Ничего не остается, как выразить вам мои соболезнования, Санди, - трубно провозгласил шеф. - За вашим будущим напарником на сегодняшний день числится лишь одно несомненное достоинство - он не берет взяток. Это, кстати, не значит, что честность является его самой отличительной чертой... Однако и злонамеренной лжи от него не ждите - скорее гусарскую браваду... - Тогда, надо полагать, его нелюбовь к м-м... подношениям - просто изысканное чудачество?... - Нет, дело обстоит еще проще: единственный наследник рода Де Жилей достаточно богат, чтобы не думать о деньгах вообще. Кай перевернул пару страниц и вновь воззрился на шефа. - Читайте, читайте, - подбодрил его тот. - Вам следует хорошо знать, кого вы имеете в тылу. Милейший Моррис - прекрасный спортсмен, любимец женщин, знаток вин, коллекционер эротической живописи и еще Бог его ведает чего... Ах, да - вспомнил: цыганских романсов... Благополучно в младые года сделался Главным Инспектором контрольной службы Министерства финансов... Провалив, заметьте, все поручавшиеся ему серьезные расследования. - Какого черта он вообще делает в Министерстве? Почему бы ему не проводить время в местах повеселее? Я уже не настолько наивен, чтобы спрашивать, зачем его держат на службе... - Он уверен, что призван служить Добру. С большой буквы. Только вот исполнять ему эту миссию постоянно мешают различные обстоятельства. Связанные с женщинами, как правило... А что касается столь быстрого продвижения по службе, так что же вы думаете: разве солидное Министерство среди других классных специалистов не должно иметь еще одного - особого, - который, при случае, запорет такое расследование, которого никто другой запороть не сможет, даже если очень захочет? - Вы меня сильно вдохновили, Шеф, - вздохнул, поднимаясь с кресла, Кай. - Господину Фогелю, стало быть, угодно, чтобы это дело с Химерическими налогами было полностью провалено? Послать меня на планету феминисток с бабником на пару - это, ей-Богу, оригинальный ход... - Вы плохо обо мне думаете, Санди, - укоризненно вздохнул сэр Барни, настойчивым нажимом пухлой ладони усаживая Федерального Следователя на место. - Я уверен в вас как в себе самом. Даже больше - как в некоем э-э... амулете. Это не вам придется впервые провалить дело, это господину Де Жилю придется впервые справиться с порученной работой... В конце концов, высшим чинам Министерства просто необходимо иметь хоть какие-то аргументы в пользу вознесения господина Де Жиля на достаточно высокий пост... Если хотите знать, то ваше участие в деле - конфиденциальная просьба господина Фогеля... Он просил поставить в пару с Моррисом... - Человека, который утирал бы упомянутому Моррису сопли... Простите, шеф, но... - Кай вновь сделал попытку подняться, протянул шефу папку и вежливо наклонил голову набок. - Согласно шестому пункту Служебной инструкции сотрудник Управления имеет право... - Так вы, Санди, и вправду хотите, чтобы это дело с Химерой развалилось еще до начала расследования? - Я не считаю себя незаменимым, сэр... - Поверьте, я тоже не питаю подобной иллюзии. Обычно. Но не в этом случае. Шефу удалось снова усадить Кая в кресло. - Видите ли, у этого парня бзик. Он прочитал отчет о той истории с яичком Фаберже и еще набрался каких-то слухов от кого-то из наших людей, кто расхвалил ему ваши методы работы. Теперь, когда речь пошла о формировании совместной группы, он высказался в том духе, что не видит иной кандидатуры... - Неужели именно его мнение сыграло решающую роль? - Нет, разумеется. Решающим было мнение людей рангом повыше. А оно свелось к тому, что господин Де Жиль прекрасно отвлечет внимание всеми нами уважаемых амазонок от вашей деятельности... Тем более что вращаться вам придется в несколько различающихся сферах... Все сошлись на той точке зрения, что при ином составе э-э... делегации самый смысл ее будет сведен на нет... - Боже мой, так недолго заработать и манию величия, - грустно констатировал Кай. - И, однако, кандидатура господина Де Жиля представляется столь уж незаменимой? - Не забывайте, что эту музыку заказывают господин Фогель и его контора, так что... Неужели вы считаете, что я не использовал хотя бы один шанс для того, чтобы облегчить вам вашу задачу? - Нет, в этом я не сомневаюсь, - совершенно искренне, но довольно неохотно согласился Федеральный Следователь. - Тогда попрошу вас облегчить и мою. Хотя, конечно, шестой пункт Инструкции остается в вашем распоряжении... Который раз соображения такого вот рода служили надежным способом втравить Федерального Следователя в самые головоломные истории... - Я повременю с обращением к данному параграфу. Когда отправление? - Вот это - прежний Федеральный Следователь Санди, которого я привык видеть перед собой! - воскликнул воодушевленный сэр Барни, вновь дирижаблем нависая над Каем. - Информация к размышлению, как говорили древние, разумеется, уже на вашем терминале. У Мэгги получите подорожную. До Земли - "Звездным экспрессом", оттуда - с "Самбуру" - рейсовым до Системы Цвингера. Ну а там - отправитесь вообще с посольскими почестями: вас должен ждать курьерский эсминец от правительства Химеры... И помните - в вас я надеюсь увидеть не только проницательного аналитика, но и... э-э... предусмотрительного психолога... - Ну что ж, постараемся оберечь хрупкую психику и карьеру господина Де Жиля от излишних потрясений... Кай встал. Кажется, все-таки последний раз за время этого разговора. - Не ожесточайтесь против парня, - добродушно посоветовал ему шеф, бережно укладывая сигару на край ощетинившейся кристаллами горного хрусталя пепельницы. - Он неплохой человек. По крайней мере, в свое время не стал писать рапорт на нашего э-э... коллегу, который - был такой случай - выдрал его армейским ремнем - и за дело... Кстати, если вы думаете, что речь идет только о его карьере, то вы основательно ошибаетесь, мой друг. Дело обстоит тоньше. Нам не стоит задевать деликатную душу Министр-Директора еще и потому, что в конце расследования нам предстоит преподнести почтенному государственному мужу основательную клизму со скипидаром... Кай заинтересованно приподнял бровь. - Да, Следователь, - со скипидаром и патефонными иголками, как выражались древние, - удовлетворенно продолжил сэр Барни. - Вот напоследок ознакомьтесь с этим... - он протянул Каю тоненькую папку. - Да-да, не удивляйтесь, типичный случай утечки информации на самом высоком уровне. Это к тому, чтобы вы не особо полагались на конспирацию, когда ею занимаются господа из Министерства Финансов... К сожалению, мы не располагаем данными о том, кем на самом деле является эта милая особа с такой очаровательной кличкой... - Неужели Министр-Директор слаб по женской линии? - недоуменно предположил Кай, просматривая листки распечатки. Судя по кличке - особа, втирающая очки Министру и его людям, - не из тех, кто вызывает симпатию... - Насколько нам известно, господин Фогель - просто оплот супружеской верности... Думаю, какое-то лицо - хорошо, если только одно, - вкралось в доверие нашего партнера каким-то иным путем. Но и та информация, которой мы располагаем, кое-что значит: вот круг материалов, доступ к которым оказался открыт для Химеры, вот ориентировочный график перемещений предполагаемого осведомителя по четырем из Тридцати Трех Миров за последние два года. Я распорядился, чтобы эти сведения были переброшены на вашу базу данных... Без ссылки на источники, конечно... Сэр Барни вздохнул. - Но, принимая такое участие в карьере своего партнера, не забывайте и о своей собственной, Следователь... Вопрос о вашем переводе на э-э... руководящую работу уже давно находится в стадии решения. Если мнение господ из Министерства ляжет на весы, можете считать этот вопрос наконец решенным. Подумав, шеф добавил с двусмысленной улыбкой: - Он давно бы и был решен, если бы не ваше небрежное отношение к своим биографическим данным... Вы знаете, как "любят" у нас повышать закоренелых холостяков... Возможно, - улыбка шефа стала игривой, - визит в столь интересный мир, как Химера, поможет вам сделать наконец свой выбор... Старина Барни умел быть таким бестактным, как никто другой. Причем выходило это у него совершенно непроизвольно. - Не думаю, - ответил Кай уже от двери. * * * Горизонт был так близок, что казалось, башня просто высится над обрывом. Только под обрыв этот торопливо убегали облака - отменно низкие и под завязку нагруженные снегом в этот поздний вечер. - Щука готова поклясться, - сказала Леди Сью, молитвенно сложив перед собой кончики пальцев и разглядывая сквозь них огонь в камине. И повторила почти по слогам: - Щу-ка го-то-ва по-клясться... - Потом повернулась к Халимат: - Итак - эти двое. Клюнуло?.. - Щуке можно верить, - прохладным тоном определила ситуацию Леди Халимат и отвернулась от окна, за которым все бежали и бежали снеговые облака. - Черта с два клюнуло! - Леди Сью выпрямилась в кресле и чуть опустила уголки сухих губ. В свои девяносто три - стройная, как балерина, с пронзительно ясным умом, рентгеновскими лучами, струящимися из ее глаз, она словно воплощала Матернальную Идею в ее самой свирепой форме. - Вы со Щукой посвятили все силы тому, чтобы протолкнуть на роль инспектора этого мотылька, и воображаете, что одержали победу. Черта с два старый какаду попадется на такой крючок! - Имеешь в виду Министр-Директора Фогеля? - нарочито фамильярно осведомилась Леди Халимат. - А по-твоему - папу римского? - язвительно проронила Леди Сью, воткнув в угол рта тонкий, слоновой кости мундштук, и, не глядя, стала шарить на столике в поисках зажигалки. - Он, в конце концов, тоже неплохо соответствует такому определению, - пожала плечами Леди Халимат. Для своего возраста она выглядела слишком молодо. И, по мнению Леди Сью, не всегда была достаточно серьезна. - Поразительное легкомыслие проявили наши сестры в Метрополии. Похоже, их совершенно не интересует тип, которого хитромудрые господа Фогель и Литлвуд вставили в пару нашему протеже. - Леди Сью одарила собеседницу взглядом, сочетающим глубокое осуждение с тенью надежды на то, что та еще способна стать на путь истинный. - А это, между прочим, еще тот экземпляр: мягко стелет, но спать, поверьте, жестко. - В конечном счете денежные бумаги будет подписывать Де Жиль, и это расставляет приоритеты. А на работягу из Управления найдется, думаю... - Не найдется! Стоило бы повнимательнее отнестись к его биографии... - Можно подумать, что Управление выдает жизнеописания своих сотрудников по первому запросу... - На белом свете есть и другие источники информации. Галактическая Мафия, к вашему сведению, неплохо зарабатывает, приторговывая своими досье на государственных служащих... Леди Сью коснулась небольшой карточки, примостившейся рядом с зажигалкой. - Будьте любезны, Халимат, вставьте это в терминал... Правильное, не лишенное привлекательности, но профессионально невыразительное лицо Федерального Следователя глянуло на них с огромного демонстрационного экрана. - Пропускаем всякую чушь о политике... Обратите внимание, что для сорокалетнего сотрудника Управления не быть примерным семьянином - основательная помеха в продвижении по службе... Причем наш друг не потому не соответствует этой характеристике, что гуляет налево и направо, а потому, что не заходит в общении с женщинами дальше чисто дружеских отношений... Поверьте, Мафия такие вещи рассматривает под микроскопом... Как вы думаете - с чего бы это? Надеюсь, вы понимаете, что с мальчиками он не балуется и свинку с осложнениями в детстве не переносил... - Значит, какой-то зажим... Травма... - Подобными догадками следовало бы заниматься раньше. Вот деталь биографии: "Помолвлен с Гердой Хансен..." Одиннадцать лет назад. Как, по-вашему, не затянулась ли помолвка? - По всей видимости, Герда оставила нашего приятеля с носом... Леди Сью поморщилась: - Тогда была бы пометка: "Помолвка расторгнута". Такой нет. Фрау Хансен не изменила своего решения. Она просто умерла. Погибла при исполнении служебных обязанностей. Вот смотрите... Сухая рука Леди Сью пошевелила "мышь", и по экрану пополз текст справки. В левом верхнем его углу пошли сменять одна другую фотографии, иллюстрирующие текст. - Причина смерти - взрыв напалмовой бомбы, подложенной в автомобиль... - сухо пояснила Леди. - Только мужчины способны на подобную жестокость... Это был период, когда Метрополия всерьез взялась за сепаратистов... Похоже, они оба в качестве агентов были внедрены в разных структурах... Бедняга сгорела заживо. Из обстоятельств дела можно заключить, что это произошло на глазах господина Санди... - Они... были коллегами? - осведомилась Леди Халимат. - Практически - да. Правда, работали в разных секторах... Были знакомы около четырех лет... До помолвки. Помолвка длилась около пятидесяти дней... Для Герды... В принципе это был бы типичный счастливый брак. И умри госпожа Хансен госпожой Санди от какой-нибудь сердечной недостаточности лет через пять, травма не была бы столь глубокой... А в том варианте, как это случилось... Леди Сью выключила дисплей. - Боюсь, что это - слишком глубокая заноза... У вас есть мысли на этот счет? Леди Халимат снова отвернулась к проваливающимся за низкий горизонт облакам... - Мои предки, - сказала она, - считали, что подобное надо исцелять подобным... Хотя у нас с вами речь идет не об исцелении... Леди Сью щелкнула сухими, изящными пальцами. - Хороший совет, Халимат! - воскликнула она. - Хороший, черт возьми, совет!!! Без вас я бы и не подумала о Джейн Гранж... - Я вовсе не имела в виду Джейн... - Я и не говорю, что вы ее имели в виду. Просто без вашего совета я не подумала бы о ней... - Вам не кажется, что этот... вариант небезопасен? Джейн - взрывчатый материал... Леди Сью поднялась с кресла и, немного ссутулившись, подошла к другому окну. - Нам требуется нейтрализовать всего лишь двух мужчин всего лишь на пару недель... - сказала она. - После этого кто угодно может взрываться как ему угодно... Как любит говорить мой лучший после геморроя друг Серж Плотников: "За неимением гербовой пишу на простой". В переводе, Халимат, это значит, что выбора у нас нет... * * * - Ну кто бы мог подумать, что и на старушке Земле существуют такие заштатные космотерминалы! - с раздражением произнес Де Жиль, энергично меряя шагами номер гостиницы. Занятый приготовлением нехитрого коктейля, Кай отреагировал на это замечание недоуменным и нечленораздельным звуком. У него космотерминал "Самбуру" не вызывал особо отрицательных эмоций. Утопающие в зарослях бугенвиллеи здания были оборудованы по последнему слову техники, а расписание вылетов челноков к отбывающим с заатмосферных орбит лайнерам соблюдалось неукоснительно. В тот вечер им не удалось повстречаться с Де Жилем на Терминале - Морриса задержали обстоятельства личного характера. Так что на Землю он прибыл всего за шесть часов до отправки последнего челнока на идущий к системе Цвингера "Декарт". Поговорить друг с другом членам Смешанной Комиссии удалось только сейчас. Правда, предстоял еще долгий путь, но начало его уже было многообещающим. - Мало того, что каждые четверть часа бьет по нервам инфразвук от очередного "Шаттла", - с досадой произнес Моррис, - так еще никакого выбора пейзажных заставок на окнах. Извольте любоваться на проклятую саванну, пока не придет ваш черед улетать... - Ну, вообще-то говоря - не самый неприятный пейзаж, - утешил его Кай. - Вот на Лоуренсе - вам не приходилось бывать там? У меня в окне была заставка "Дождь в Санкт-Петербурге". А снаружи лил самый настоящий дождь в Нью-Дублине. Вот это как раз я назвал бы отсутствием выбора... - Они не смогли найти для Лионеллы номер с кондиционером... - продолжал сетовать на африканский сервис Моррис. - И парикмахера. Впервые сталкиваюсь с подобным хамством... В конце концов, я плачу из своего кармана... - По всей видимости, вы не указали вашу подругу в заказе, который оформляли для транзита через "Самбуру"... - предположил Кай. - Да и стоило ли входить в расходы - проще было бы попрощаться заранее... Простите меня за то, что я касаюсь столь деликатных вопросов. Моррис высоко поднял плечи: - Я привез эту суку сюда, чтобы они с Элиа наконец встретились... Не могу же я таскать ее через всю Галактику... - Вы уверены, что ваша подруга заслуживает такого э-э... эпитета? - недоуменно спросил Кай, протягивая Моррису его порцию смеси, рекомендованной ему на Святой Анне под названием "Белый медведь". Тот еще выше поднял плечи. - А какого, по вашему мнению, эпитета заслуживает трехлетняя породистая самка колли? - недоуменно спросил он. - Не Леди Баскервиль, надеюсь? - О Господи! - поперхнулся забористой смесью Федеральный Следователь. - Наше с вами взаимопонимание с первых минут заслуживает восхищения... А Элиа, как я понимаю, это - кобель, заждавшийся своей суженой?... На этот раз очередь поперхнуться "Белым медведем" настала для Морриса. - Вот Элиа Майссен - это как раз моя подруга... Конечно, имя ее можно принять за... Собака, собственно, принадлежит Элиа, и я вот уже второй год не могу от нее избавиться... От Лионеллы я имею в виду... Неплохо и повторить... - Моррис оценивающе рассмотрел на свет опустевший бокал. - Если отвлечься от проблем кинологии, - попробовал уйти от щекотливой темы Кай, отмеряя новые порции нехитрых ингредиентов древнего напитка, - то я хотел бы поделиться с вами некоторыми предварительными соображениями относительно сути проблем, которые ждут нас с вами на гостеприимной Химере-второй... - Химера - не Химера, но нечто химерическое нам предстоит. Охотно вас выслушаю, - тоном, несколько не соответствующим смыслу произносимого, отозвался Де Жиль. - Хотя я, честно говоря, не люблю рассуждений, не базирующихся на непосредственном знакомстве с фактами... Моррис воззрился на прозрачный потолок номера. В темнеющей глубине неба начинали загораться первые звезды. Но ту, к которой им предстояло лететь, не было видно с Земли... - Именно это я и имею в виду... - пояснил Кай. - Все, что я прочитал в дороге и здесь, в ожидании э-э... "Декарта", не внушает мне особого доверия к версии господина Министра... - Он излишне оптимистично оценивает количества сверхплотных материалов, потребные для компенсации дефицита бюджета Химеры, - вяло согласился с ним Моррис. - Во всяком случае, сверхплотные материалы не относятся к категории таких, которые можно спрятать в карман. - Кай тоже задумчиво уставился на все увеличивающиеся в числе звезды. - Мы имеем дело с каким-то специфическим товаром или с какими-то особыми услугами... - Надеюсь, не сексуальными, - пошутил Моррис. - Значит, надо искать нечто, умещающееся в кармане... И может прокормить целую планету... Тон его оставался не слишком серьезным. Возможно, виной тому был опрометчиво быстро принятый двойной "медведь". - А вот и Элиа, - добавил Де Жиль, опустив взор на подъездную дорожку, по которой к гостиничному блоку подруливал последней модели открытый "Порше". За рулем его виднелось нечто весьма элегантное, цвета эбенового дерева. - Ну что ж, счастливо вам решить проблемы Лионеллы и ее хозяйки... - Кай отвесил Де Жилю легкий поклон. - Вы не хотите познакомиться с одной из самых очаровательных претенденток на "Оскара" этого сезона? - с огорчением спросил тот. - О, это будет слишком высокий стиль для скромного путешественника по казенной надобности, - улыбнулся Кай чуть грустно. В этот момент на открытом, неспособном что-либо утаить лице Морриса отразился невероятный, какой-то инфернальный ужас. Взгляд его сфокусировался на чем-то, что находилось за спиной Кая. Тот обернулся. За односторонне-прозрачной дверью номера нетерпеливо топтались двое. Один - коренастый, крепко сложенный негр лет под пятьдесят, отменно хорошо одетый и отменно лысый. Вид у него был угрожающе натянутый. Портрет его дополняла основательная бамбуковая трость. Второй - одетый с чуть меньшим вкусом рыжий дылда, оснащенный коллекцией веснушек, бакенбардами и типичным адвокатским кейсом. Потоптавшись перед дверью Кая, оба дружно принялись стучать и звонить в двери соседнего номера, в котором должен был находиться господин Де Жиль. Видимо, предполагалось застать негодяя на месте преступления. - Это мистер Майссен... - пояснил Моррис, возвращая своей физиономии более-менее естественный цвет. - И его адвокат. Вы позволите? С этими словами он распахнул высокую створку окна и примерился сигануть с полутораметровой высоты. - Не ушибитесь, - посоветовал ему Кай. - Ну что ж... Постараюсь. Встретимся на борту "Декарта". Наши каюты - рядом. Или вы тоже отбудете последним "Шаттлом"? Тогда... Не дожидаясь ответа, он удачно приземлился в куст бугенвиллеи, стрелой метнулся к "Порше", лихо забросил себя на переднее сиденье и вместе со своей спутницей и каром скрылся за углом гостиничного блока. Немного спустя в поле зрения Кая появился стремительно мчащийся вприпрыжку черный крепыш, преследуемый отменно породистой колли. В арьергарде следовал рыжий адвокат, пытающийся отвлечь Лио-неллу от ее жертвы. Большого энтузиазма в этом занятии он, впрочем, не проявлял. - У меня - предубеждение против последних "Шаттлов"... - ответил в пространство Кай на вопрос, убывшего собеседника. - С ними всякое случается. Глава 2 ИЗ КОТОРОЙ ЧИТАТЕЛЬ УЗНАЕТ ТО, ЧЕГО НИКАК НЕ МОГ БЫ УЗНАТЬ ИЗ ГЛАВЫ ПЕРВОЙ, И В КОТОРОЙ БЬЮТ БАРАБАНЫ ПОБЕДЫ Лики отбросил книгу и сжал ладонями голову. Это не помогло. "Чушь, Чушшь, Чушшшь!!" - Это метелки по барабанам. "Ер-р-р-р-р-ун-да!!!" - Это палочки по зубцам жвал жуков-носорогов. Победный звон литавр ввинчивался в мозг, а на них накладывалась ликующая барабанная дробь: "Др-р-р-рянь - дре-бе-день! Др-р-р-р-р-рянь - дре-бе-день!! Др-р-р-р-р-р-р-рянь - дре-бе-день, дре-бе-день, дре-бе-день!!!" И снова: "Чушь! Чушшь!! Чушшшь!!! Е-р-р-р-р-р-р-р-р-р-рунда!!!! Чушь - ер-р-рунда! Чушшь - ер-р-р-рунда!! Чушшшшь - ер-р-рунда!! Ер-р-р-рунда!!! Ер-р-р-р-р-рунда!!!!" Ярость душила его. "Все пропало! Все пропало!" - казалось, скандировала толпа снаружи. Он отнял руки от ушей. "Виктис Вае! Виктис Вае! Виктис Вае! Вае!! Вае!!!" - неслось с улицы. Стадо кастратов. Лики горько усмехнулся. Ну вот, мир стал немного проще. Вместо шести Священных Родов страной будет править только один - Большой Виктис и его семейство. Но это не радует... Наоборот: надеждам на скорый отъезд пришел конец. Хана... Труба... Кранты... - он задумался на мгновение, подбирая рифму, и, не найдя, длинно выругался, упомянув недобрым словом недавнего правителя Города. В аккомпанемент его мыслям щетки и палочки за ставнями надрывались: "Чушь - ер-р-рунда! Чушшь - ер-р-р-рунда!!" Как ни странно, ему стало немного легче. Раньше он не мог себе позволить и намека на поношение Высокородного Тоода, а теперь оскорбления в адрес Деррила будут поощрять как проявления лояльности по отношению к новой власти. Ну что ж, поупражняемся в этом полезном искусстве: "Вонючий венценосец, не мог продержаться еще недельку! Шесть поколений Вечной Войны Шести Родов - прямым ходом в задницу! Господи, а народу-то сколько загубили из-за этой бездари, а сколько недоели-недоспали..." Словно одобряя его недовольство низложенным правителем, барабаны отчеканивали за окнами: "Др-р-р-р-рянь - дре-бе-день! Др-р-р-р-р-рянь - дре-бе-день!! Др-р-р-р-рянь, др-р-р-р-рянь, др-р-р-р-рянь, др-р-р-р-рянь - дре-бе-день!!!!" Лики вскочил со стула и принялся мерить шагами комнатку. Шесть шагов вперед, шесть назад... Попавшийся некстати под ноги чемоданчик с инструментами, жалобно хрустнув, отскочил к стене, а его содержимое рассыпалось металлической мелочью по полу. В душе царили пустота и отчаяние. Жизнь казалась бессмысленной и нелепой. Ведь все уже было схвачено, еще несколько дней - и Лики был бы Наверху... Чертов метеоритный дождь! Чертова, на соплях державшаяся Система Защиты. Чертова армия - орава некормленых бандюг... Толпа за окном подтвердила это: "Виктис Вас! Виктис Вае! Виктис Вае! Вае!! Вае!!!" Кастраты. Лики резко остановился. Сел на кровать. Достал из сумки пакет с остатками пайка и свистом подозвал Злюку. Кормление любимца всегда успокаивало его. Заботиться о других всегда приятнее, чем решать свои проблемы... Он вздохнул. И дверь тут же открылась, чуть не слетев с петель. Можно было подумать, что в нее не был врезан надежный государственный замок. Проклятое гнилье! А через порог, нимало не смущаясь, перешагнул и был радостно атакован Злюкой капитан Дирк, командир Второго Особого взвода личной гвардии высокородного Тоода Деррила, Правителя Города. Бывшего. - Здравствуй, Мастер, - как ни в чем не бывало приветствовал он старого друга. - Переночевать пустишь? Куда тут ствол поставить?.. Оркестр за окном подтвердил кошмар ситуации: "Чушь - ер-р-рунда! Чушшь - ер-р-р-рунда!! Чушь! Чушшь!! Чушшь!!! Е-р-р-р-р-р-р-р-р-рун-да!!!!" Происходила действительно чушь и ерунда. - Здравствуй, смертник, - голос Лики чудом не дал фальшивого "петуха". - Пушку спрячь в шкаф. Дурную воду пить будешь? Сам Лики выпивку не одобрял, но сейчас ничего другого изобрести просто не мог. Уже само присутствие в его квартире офицера гвардии Деррила "при полных вензелях" в разгар торжества победителей было порядочной причиной для головной боли. Наличие в той же квартире еще и "ствола", и, судя по характерно оттопыренному локтю капитана, - не одного, переводило дело в чисто уголовную плоскость. Да какую там уголовную - в плоскость Государственного Преступления. Но сирота и беспризорник Дирк стал курсантом Дирком только потому, что его взял на воспитание род Лики. А мастер Лики не лишился в свое время вида на жительство в столице только потому, что за него замолвил кому-то словечко тогда еще сержант Дирк... И много чего еще было... Деваться им друг от друга просто некуда. - А есть? - с изумлением спросил Дирк. Ошалевший Лики не сразу сообразил, что речь - про дурную воду. - А ты что, не помнишь: сам заносил - на черный день... День, и впрямь, выдался черный... Барабаны за окном давали ему верную оценку: "День - др-р-р-р-рянь! День - дре-бе-день! Др-р-р-р-р-рянь - дре-бе-день!! Др-р-р-р-р-р-рянь - дре-бе-день! Дре-бе-день!! Дре-бе-день!!!" - Кто бы вырубил это радио... - сурово глянул гвардии капитан на забранное ставнями окно. - Наливай! Он расстегнул заплечную сумку и положил на стол пару свертков со снедью. Гвардейский паек. Лики наполнил стаканы и, только когда Дирк чуть не пронес свой мимо рта, понял, что тот и так вдрезину пьян. - З-за нашу п-победу! - коротко и к месту провозгласил гость. Очень своевременно за окном раздалось: "Виктис Вае! Виктис Вае! Виктис Вас! Вае!! Вае!!!" Кастраты! Осушив стакан, гвардеец, не закусывая, налил второй. Лики тупо смотрел ему в рот, забыв о своей выпивке. - За Великого Тоода - светлая ему память, и гореть ему ясным пламенем в у-утробе Вечного Огня! - выдал Дирк следующий тост. "Чтобы проклятому ублюдку гнить в заднице у Зловонного Червя до Пришествия Богов Оттуда Сюда!" - дополнил его Лики - мысленно. Чертовы идиоты за окном добавили стройным хором: "...Виктис Вае! Вае!! Вае!!!" Кастраты!! Выглушив вторую дозу дурной воды, Дирк вроде ожил. - Что бы там ни говорили про Деррила, - стал развивать он начатую тему уже более связным слогом, - Тоод прямой потомок Великой Матери в сто тридцать втором колене. А предок поганого метиса Виктиса в седьмом колене был Уборщиком! Я лично видел досье на этого ублюдка в Службе Безопасности Деррила. И после этого вы хотите, чтобы я сидел сложа руки или пошел к нему на службу? Лики давно обратил внимание на тот факт, что никто не придает такого громадного значения вопросам, связанным с родословной, как безродные дворняги, к разряду которых принадлежал Дирк. Что, кстати, не делало его плохим гвардейцем или плохим другом. Сам Лики был потомственным Мастером - во всех поколениях, сколько их мог насчитать - и все чаще с ужасом понимал, что не придает этому факту ни малейшего значения... Он задумчиво подобрал инструмент и принялся приводить в порядок замок. - Да, - продолжил Дирк стеклянным голосом, - вся наша жизнь покатилась к чертям вонючим именно оттого, что некоторые особо умные члены нашего общества начали нарушать старые добрые традиции. И до чего мы теперь докатились? Воители работают Сборщиками, а члены Рода Вершителей занимаются незаконными операциями на черном рынке! - Послушай, - Лики воспользовался минутой просветления, наступившего в мозгах друга детства, - что же в конце концов случилось на самом деле? - Где? - осведомился Дирк и налил по третьей. Собственно, самому себе. Стакан Лики оставался нетронутым. Лики, продолжая колупаться в замке, неопределенно указал в потолок: - Ну, дождь этот метеоритный, который разнес всю систему защиты... С детских лет такого не припомню... Как это получилось?.. Правду говорят, что это Спонсоры устроили? - Хрен их поймет, Всеблагих Спонсоров, а насчет метеоритного удара - точно. Ионосфера в-возбудилась. И системы раннего предупреждения оглохли. И ослепли. В таких случаях обычно объявляли всеобщую б-бое-вую и... Взгляд гвардейца постепенно стекленел, и сам он начал крениться куда-то вбок. Лики отвлекся от возни с дверью и встряхнул друга детства за плечо. - Обычно, ты сказал, всеобщую боевую объявляли и... - И ждали. Неведомо ч-чего... Второго пришествия Богов Оттуда Сюда... А в этот раз, какой-то м-м-м... м-му... Чудак, какой-то, одним словом... Из тех, что у Виктиса на кнопках сидел... Толпа словно откликнулась на упоминание имени победителя: "Виктис - Вае, Вае!! Виктис - Вае, Вае!!!" Кастраты!!! - Из тех, что на к-кнопках у Виктиса сидел, - продолжил после легкого потряхивания за плечо Дирк, - взял, да и дал Залп. По полной программе... И все! - Что - все? - Да все - во всех трех Воюющих Родах всем ракетным шахтам - хана. И п-преславная армия Виктиса, хошь не хошь, а победным маршем входит во все три столицы. А в двух других она и так уже стоит постоем... Еще с прошлой войны... Чудака этого, конечно, в Вечный Огонь спустили, но толку - чуть... Все равно, как Виктис из этого дерьма выползет - одному Богу известно. - Из дерьма, - резонно заметил Лики, заканчивая прикручивать массивную металлическую планку на место вылетевшего куска древесины, - предстоит выбираться нам, а не Виктису. Он - победитель... - С-самого себя он п-победитель... Сколько он п-продержится без войны? Б-без Большой Войны? Запомни без Войны всем - хана! У об-бщества д-должна быть цель... А кроме Войны, никакой цели Бог не придумал!!! Ни Там, ни Здесь... Без войны все, как один, захотят сладко жрать и мягко дрыхнуть... А ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ? И что станет с г-государством?.. И зачем тогда Великий и Мудрый Виктис? Нужен-то он был, как и наш Деррил - чтобы вести подданных от п-побе-ды к п-победе... А после ПОБЕДЫ, после САМОЙ ПОСЛЕДНЕЙ ПОБЕДЫ - на хрена он? Б-большая к-ка-тастрофа впереди... Г-глад и с-смерть... - Получается, что пока все мы тут друг друга режем и стреляем - это благо. А в мире жить - большое горе... - Для п-побежденных - особенно, Лики, друг мой... А ты разве не знал, что между Шестью Родами испокон веку сговор был... О Вечной Войне. Чтоб никому, значит, верх не взять... За такие речи при Дерриле публично расчленяли. Но, видно, не гвардии капитанов. Оркестр за окном продолжал давать свою оценку жизни в этом мире: "Чушь - ер-р-рунда! Чушшь - ер-р-р-рунда!! Чушшшшь - ер-р-рунда!! Ер-р-р-рунда!!! Ер-р-р-р-р-рунда!!!!" Интересно, какое наказание за разглашение общеизвестных фактов будет предусмотрено при Виктисе? - Но он поплатится... За нарушение Сговора Предков - видит Бог, поплатится, сука! - огласил свой вердикт Дирк и взял в руку стакан. Поднес его ко рту и, неожиданно передумав, решительно поставил на стол. Встал и строевым шагом проделал путь до постели Лики. Сделал поворот "налево кругом". Потом - еще раз. После чего навзничь рухнул поперек койки. Лики прислушался к его ровному и глубокому дыханию и благословил Богов за то, что Дирк не храпит во сне. Злюка лег на страже гостя и давнего друга. Вздохнув, Лики закончил ремонт замка и надежно запер дверь. В нее тут же шумно заскреблись. Злюка зарычал. Лики прислушался. Кто-то тяжело сопел за дверью, а потом два раза икнул. Запахло дурной водой. Лики, вздохнув, отодвинул запор и впустил Руждана, - как всегда, растрепанного и под хмельком. * * * - Заходи, я уже начал беспокоиться. Почему задержался? - Изъявлял, понимаешь ли, чувства по поводу великой победы Отца Нации Виктиса над тираном и узурпатором Деррилом. Перед камерами вечерней хроники. Пришлось изобразить из себя полный восторг и истечение слезами радости. Понюхали и отпустили... - Патруль задержал? - Служба Почтения. - У Виктиса она тоже так называется? - Да нет же - наша родная, старая, жуком закаканная Служба Почтения Великого Деррила. Нашего обожаемого. Отца народа и Сына Богов. Перестроились, суки. Еще вчера за полшепота против Вождя отрывали конечности, а сегодня трясут прохожих и требуют корчить из себя жертв преступного режима. - Да, придуряться ты умеешь. - Тем и держусь! Иначе давно б турнули из Дома Развлечений за пьянку. Кстати - дурную воду пить будем? Руждан широким жестом извлек из-за пазухи мутную бутыль. Похоже, все запреты на пьянство стремительно рухнули вместе с тоталитарным режимом Деррила. У всякого минуса есть свои плюсы. Узрев на столе два непочатых стакана, закуску и недопитую бутыль, старый комик остолбенел. А вот вид гвардии капитана, в полной боевой выкладке покоящегося на ложе закадычного друга, оставил его совершенно равнодушным. Не в свои дела Руждан не лез. Никогда. Он осторожно водрузил свою бутыль среди имеющего место великолепия и протянул стакан Лики. Тот послушно взял его. - Как с эшелоном? - задал Лики самый неприятный из всех возможных в данной ситуации вопросов. Руждан помрачнел, выглушил свой стакан и плюхнулся на диван. - Можно сказать, никак. Парни из клана Виктиса оседлали все туннели... кроме одного. Эмиграция будет резко сокращена, а цены соответственно взлетят до небес. Ведь теперь Виктис, имаго ему в задницу, м-о-н-о-п-о-л-и-с-т и будет единолично диктовать всем условия! Точно известно только одно: последний вагон в Рай уходит через неделю, а дальше - мрак. В глазах Лики мелькнула надежда: - Может, успеем? Руждан печально улыбнулся. - Ты знаешь, сколько теперь стоит билет? - Нет. Но догадываюсь. - Триста оборотов! Иридием, - конечно. Лики обреченно поморщился. У него не было и четверти этой суммы. - Что же нам делать? Как говорили Великие: "Делать-то что?" - Думать! И действовать! Но сначала - выпить. Лей больше. Неизвестно, что ждет нас завтра. Да хватит хандрить! Я, думаешь, не переживаю? Но не раскисаю же! А ведь мне тоже обрыдло ежедневно корчить из себя идиота в Доме Развлечений, пока нашу национальную культуру добивают свои продажные ремесленники, а теперь - еще иноземные выродки... Лики почти не слушал его. Все его радужные надежды на изменение жизни лопнули в одночасье. Это был уже не первый крах в биографии Мастера из рода Мастеров. Судьба благоволила к нему в ранней юности - он был лучшим учеником самого Ларса, - лучшим из клана бесчисленных Лики, различающихся лишь номерами, данными при рождении. Ларса - единственного, удостоившегося чести избрать себе новое имя. Ему, Лики, вместе с секретами мастерства должны были достаться после утверждения в правах и собственная мастерская, и именная стипендия из немалых доходов Учителя. Но на Ларса донесли - черт дернул его лезть в политику. И только Всеблагие Спонсоры, видно, заботой своей спасли Учителя и его друзей от Вечного Огня. Учитель успел уйти в Большую Эмиграцию, цех его пошел с молотка в пользу двора Высокородного Деррила, а Лики пришлось встать к конвейеру. Это ему-то - Мастеру, знающему в совершенстве технику филигранных работ... Чего стоило ему усвоить совсем другую технику - технику выноса на черный рынок ходовых "изделий" и "компонентов", технику получения и укрывания с риском заработанных виточков. И вот наконец и ему замаячил свет в конце унылого туннеля - накопленная сумма уже только чуть-чуть не дотягивала до той, за которую Тайный Народ спроваживает ко Всеблагим подданных Царей Вселенной. И теперь - за считанные часы все рухнуло. Снова сборочный цех, ряды микросхем, с утра до позднего вечера бегущие по конвейеру, и всевидящий телеглаз, следящий за каждым движением. Две минуты без работы - а это вовсе не от тебя зависит, если, скажем, опять не завезли нужные шаблоны и мало ли еще какая напасть приключится у смежников, - штраф, пять минут без работы - удар током, десять минут без работы или повышенный процент брака - карцер и лишение еды на сутки. Кстати, теперь, под оккупацией, все еще похреновеет - можно голову давать на отсечение... И: "Виктис Вае! Виктис Вае-Вае!!!"... Он с силой сжал пальцы и повернулся к другу. - Мы должны достать деньги любой ценой, - выдохнул он. - Любой! Раскрасневшийся от выпитого Руждан иронически усмехнулся. - Хочешь пойти на панель? Ты знаешь - я с удовольствием составлю тебе компанию. Но вот большого притока клиентов - не гарантирую... Наступила невеселая пауза. Барабаны из-за ставен утешали их: "Др-р-р-рянь - дре-бе-день! Др-р-р-р-рянь - дре-бе-день!!" Гвардии капитан завозился на койке, чуть изменил позу и, не просыпаясь, с большим чувством вполне членораздельно сообщил: "Мир должен иметь форму... стакана!" И вновь отключился. Руждан в задумчивости крутил в руках упомянутый сосуд. Пустой. Потом осторожно спросил: - А ты давно виделся с Поко? Он еще продолжает мечтать об эмиграции? Лики не сразу понял, о ком его спрашивают. - Поко? Из Рода Блюстителей? Не знаю... Я как-то не относился к этому серьезно. Во-первых, у него никогда не было достаточно денег, чтобы всерьез думать о взятке Проводникам. А во-вторых, Блюстители и так живут получше прочих. И потом, они все жуткие консерваторы - в их Семье... Они ни за что на свете не бросят Вечный Огонь. Клоун плеснул себе еще дурной воды и теперь задумчиво смотрел на лампу сквозь зеленоватую опалесцирующую жидкость. После долгой паузы он поставил стакан на пол и, понизив голос до шепота, многозначительно сказал: - А ведь Поко не из Блюстителей. Он из безымянных ячеек. Так-то, друг. Вообще-то Лики впервые услышал, что к Вечному Огню подпускают кого-то, кроме членов жреческой касты. А уж какую пользу смогут из этого извлечь двое, задумавших податься в Большую Эмиграцию, понять было и вовсе трудно. - И чем он нам может помочь? - спросил Лики, с ужасом ощущая, что его собственная трезвость становится непреодолимой преградой для понимания того пьяного бреда, на который стал так похож окружающий его мир. - Да так, есть у меня одна Мысль... Мыслишка... - Руждан вперился взглядом в глаза Лики, как бы взвешивая в который раз надежность своего старого приятеля. - Пре-вра-ще-ние субстанций... Т-р-а-н-с-м-у-т-а-ц-и-я... Лики понял, что разрыв между теми уровнями, на которых болтались его и Руждана замутненные сознания, стал уж чересчур велик, и молча, как лекарство, проглотил содержимое своего стакана. Поперхнулся и зашелся кашлем. - Сам знаешь, я не из Собирателей и не из Много Знающих, - продолжил Руждан, - но вот якшаюсь со многими и слышал кое-какие байки про Храмы. В реакторных шахтах знающий народ давно уже медные виточки в иридиевые превращает. И не так уж много за работу берет... Сколько у тебя виточков в наличии? Лики не надо было спрашивать дважды. Всю свою многократно пересчитанную наличность он знал наизусть. Хотя мир и слегка плыл перед глазами. - Шестьдесят иридием, сто двадцать три серебром и около двухсот медью. Только - сказки это все, про трансмутацию... - А представь себе, что твой старый знакомый Поко твои медные обороты в иридиевые переделает? По курсу четыреста тысяч к одному? А? Каково? Лики боязливо передернул плечами. - Использование Вечного Огня в корыстных целях. Преступление Третьего разряда. Если загремим... - Ах ты, Господи!.. Святая невинность! - Руждан расхохотался. - Дурашка... Кража микросхем, которой ты два месяца занимался ради своих иридиевых оборотиков, под Второй канает, но конец один - Вечный Огонь. Только и разница-то: до смерти шкурку сдерут или после. Мне лично плевать. Так что дуй к нашему дорогому Поко и объясни ему ситуацию. Что, мол, нужно рискнуть, зато есть шанс получить билет в Рай. Он-то сам давно намылился, но выхода на Жвалу у него нет. Зато есть у нас... Дирк неожиданно, без всякого перехода, очнулся и мгновенным, бесшумным движением перешел в положение сидя. - Не о том болтаете, ребята! Мозги у вас дерьмом забиты. Р-родина под вражьим сапогом, а вы все с виточками химичите... Надо брать банковский броневик! * * * - Этот наглец так и не явился с докладом? - осведомилась Леди Сью. Леди Эльсбет пожала плечами. - Он никогда не покидает Пещерной страны, Леди... Но он просил сообщить, что всегда готов выслушать вас по кодированному каналу... - Они там что, начисто лишены способности понимать, что означают чрезвычайные обстоятельства? - Боюсь, что да... К сожалению, мы не можем диктовать им условия. Монополия на ТОВАР... - Леди Эльсбет протянула Леди Сью трубку блока связи. Та взяла ее, словно гадюку, и, раздраженно кривясь, набрала номер вызова. Секунд через сорок голос с сильнейшим акцентом осведомился, кому и кто, собственно, понадобился к телефону... - Леди Сью понадобился Серж Плотников, - уведомила Леди невидимого нахала. Еще через пару минут слегка запыхавшийся, но ничуть не виноватый голос сообщил, что Плотников у телефона - ждал, ждал вашего, Леди, звонка, да и навострился на рыбалку... Слава те, Господи, недалеко ушел... - Немедленно - вы слышите, господин Плотников, немедленно доложите мне о мерах, принятых вами в связи с происшедшими событиями и с прекращением поставок ТОВАРА, - пронзительным голосом произнесла Леди в трубку. - Доложите также причину вашего отказа явиться с отчетом на внеочередное заседание Матернального Совета... - Так ведь, Леди, дорогая вы моя, - это ж ведь, только гороху объевшись, с Советом вашим дело иметь возможно... - совершенно искренне изложил свою точку зрения господин Плотников. - Меня как в тот раз - когда о ремонтных работах на внутренней сфере вопрос решали - чуть, понимаете, Кондратий не посетил, так я, простите, и зарекся в Совет ваш ездить... Вы уж лучше сразу мне готовое решение спускайте, потому как баб, простите милосердно, все равно не переспоришь, не переубедишь... - О каком Кондратии идет речь? - осведомилась в пространство Леди Сью, прикрыв микрофон ладонью. - Это что-то образное, - подумав, ответила Леди Эльсбет. - Из славянской мифологии... Серж Плотников добавил между тем, в развитие своих мыслей, что, как он в тот раз говорил, так и вышло, и случилось осыпание, и из-за этого ТАМ, У ЭТИХ такой шурум-бурум и начался, и ремонтные работы надо срочно финансировать... - В этом он прав, - заметила Леди Эльсбет, несколько нелояльно по отношению к позиции, которую, вполне очевидно, занимала Леди Сью. - А с придурком этим, который ТОВАР гнать не может аль не хочет, мы все очень даже просто и решим, - закончил Плотников. - Мы им с нашей стороны, по части снабжения, кислород перекроем, и, как миленькие, они все на свои места за неделю поставят... А вообще - пора бы у них все там обустроить, как у людей, и тогда... - Я очень благодарна вам за ваши советы, - процедила сквозь стиснутые зубы Леди Сью. - Принимаю под вашу ответственность обещание восстановить поставки Товара в течение недели. Вопрос о финансировании ремонтных работ во внутренней сфере мы рассмотрим на ближайшем заседании кабинета... Она с ненавистью сделала Леди Эльсбет знак внести соответствующую пометку в память органайзера. - И, надеюсь, вы воздержитесь, - ледяным тоном продолжила она, - от того, чтобы вносить свои субъективные коррективы в область межцивилизационных контактов... - Это уж, Леди, как получится... - успокоил ее бас с того конца линии. Нажав "отбой", Леди Сью некоторое время сидела неподвижно, закрыв глаза и стиснув рукоятки кресла. - Мисс Гранж к Леди Сью, по ее вызову, - доложила по интеркому почтительная секретарша. * * * Торжества по поводу Великого Объединения шли на убыль. Удвоенный по случаю праздника паек был съеден, и голодные обыватели вяло слонялись по улицам, ожидая проявления дополнительных щедрот со стороны нового Правителя. Ветер, залетающий с Верхних Ярусов, мел по улицам обрывки плакатов и лозунгов, катал по полу пластиковые стаканчики из-под пунша и трепал громадные транспаранты, развешанные по стенам. Где победно-торжественно, где пристально-укоряюще, а в некоторых местах и отечески-ободряюще взирала со стен на прохожих физиономия Отца Нации, Победителя Тирании и Освободителя - Виктиса Вае. А производственные линии в Дворцах Труда намертво стали. Что, впрочем, позволяло Мастеру Лики нанести визит старому знакомому в неурочное время. В городе ему временами попадались то полицейские патрули, то разъезды жандармерии, но сейчас они казались не такими страшными, как прежде. Да и сами солдаты, растерянные и напуганные бесславным поражением, не особо старались приставать к прохожим. Гораздо больший страх вызвали у Мастера мелькнувшие за углом синие мундиры гвардейцев Виктиса, но те явно спешили по своим делам и не обращали на прохожий люд никакого внимания. Теперь они были настоящими хозяевами Города. Правда, было их мало - тяжело оккупировать пять держав сразу. Первый раз Лики остановили у границы Внутреннего Периметра, но, проверив документы, пропустили без особых разговоров. Второй патруль у входа непосредственно на территорию Храма притормозил его более серьезно. Это был сдвоенный патруль храмовой стражи и гвардейцев Виктиса, и строгие черного хитина мундиры охранников, отделанные серебряными позументами, не очень гармонировали с помятыми и покореженными в недавних боях бирюзовыми кирасами гвардейцев, богато украшенными золотым шитьем и чем-то полудрагоценным - цветным стеклом скорее всего. Тут Лики неожиданно для себя попал в самый эпицентр спора, который вели между собой изнывавшие от скуки патрульные. По-видимому, до его появления они решали вопрос приоритета. Хотя люди Виктиса были из победившего клана и делали в городе все что хотели, Храм Вечного Огня - не город. Своя епархия, своя стража, свой Закон. И даже здесь, еще за воротами, храмовая стража хотела продемонстрировать чужакам свою значимость и компетентность, в то время как гвардейцы, в свою очередь, искали случая показать охранникам, за кем должно остаться последнее слово. Лики подошел как раз кстати. Первым его документы взял начальник караула. Документы вообще-то были липой. Но не стопроцентной. Изображенный на фото и честно пребывающий в очередном запое кузен Лики действительно очень походил на Мастера. Так что мудрить пришлось только с обонятельной меткой. Риск был, но уж по удостоверению Мастера, пусть даже самого высокого разряда и пусть даже настоящему, в Храм ломиться было бессмысленно. - С каких это пор Собиратели топчут пыль у границ Вечного Огня? - презрительно вопросил высокий чин, прочитав в удостоверении о месте работы кузена Лики. - И метка у тебя выветрилась. Восстановишь в пятидневный срок! - Я из рода Много Знающих, ваша храбрость. У меня контракт кое с кем из Блюстителей... а на Ленте работаю временно... - Значит, за тобой водится грех, и немалый. Ты позоришь свой род. Что тебе здесь надо? - Я же говорю - у меня контракт... Я должен встретится с одним из Блюстителей. С Посвященным Поко... На меня должен быть оформлен вызов... Он просил меня подготовить для него в библиотеке список литературы по одному вопросу... и некоторые расчеты. - Лики протянул перед собой заранее припасенные бумаги. - Он, видите ли, из рода Слишком Много Знающих... - традиционно съязвил начальник поста. - И Слишком Много Хлебающих... Раз на своем месте не удержался... Сменив гнев на милость, он пробухтел что-то скороговоркой в радиофон, выслушал ответ и дозволительно махнул подчиненным - мол, пропустите засранца. Тот благодарно произнес ритуальную формулу: - Да не погаснет Вечный и Светлый! - и приноровился юркнуть в Малые Ворота. - Во веки веков! - нестройным хором отозвались стражники и расступились, пропуская его. Лики с облегчением перевел было дух, но к нему шагнул лейтенант гвардейцев: - Не спеши, парень. Пока ты находишься на территории Города, я буду решать, куда тебе идти и зачем. Сначала предъяви пропуск на выход из Внутреннего Сектора. Свеженькая новость. Но формально офицер был прав: Храм - не город. А значит, и не Внутренний Сектор. Получается, чтобы в Храм попасть, надо и Город и Сектор покинуть. Оставаясь внутри их. - Какой пропуск? - прикинулся дурачком Лики. - Я ничего не знал... Ведь Храм, господа, находится... - Приказ коменданта города, дубина, - прервал его тарахтение гвардеец. - И заруби себе на шнобеле: "Неведение не избавляет от ответственности, ибо незнание закона есть знание беззакония", - ехидно процитировал он Священную Книгу. - Капрал, возьми двух солдат и сведи нарушителя в дежурную часть. - Э, нет, - теперь уже начальник караула, взбешенный тем, что его столь бесцеремонно проигнорировал оккупант, решил показать свои зубы. - Он пойдет куда направлялся. Если Блюстителю нужны эти бумаги, то он их получит. Интересы Огня превыше всего! Его декоративная алебарда тактично, но твердо оттеснила капрала гвардейцев от Лики, подтолкнув последнего в сторону ворот. Лейтенант картинно схватился за пистолет и стал клясться усами Великого Виктиса, что это не сойдет с рук проклятому святоше. Лики энергично забормотал, что глубоко сожалеет о своем незнании распоряжения господина коменданта и о том, какие неприятности ждут его, Много Знающего, на контракте, в случае если он не исполнит своих обязательств перед господами Блюстителями... По-видимому, в планы гвардейцев не входила серьезная драка - в конце концов, их не для того поставили в наряд, чтобы они портили иллюзию полного спокойствия и порядка на Освобожденных Землях, - и, поломавшись для виду, лейтенант легким пинком направил Лики на территорию Храма. Тот рванул быстрее ветра. * * * Странное это было место. Тихое, чистое и загадочное. Кажется, в одиночестве идешь по усыпанной разноцветным гравием дорожке мимо мраморных фонтанчиков и причудливых каких-то, временем изъеденных изваяний, и нет никого окрест, а заглянешь за неприхотливую дверцу любого из скромных павильончиков - а там... Тьма народу - в белом и в оранжевом. Толкутся тихо так вокруг поблескивающей стеклом и металлом аппаратуры в святилищах-лабораториях и изредка только словом перекидываются - вполголоса, по-деловому... И туннели уходят под землю - ТУДА, наверное, к Вечному и Светлому... Лики пробрал озноб. Как всегда здесь... Поко он нашел там, где и условились, - в почти пустом - в отличие от всех других - святилище, за лабораторным столом. Тот выглядел усталым и озабоченным. - Что случилось, Лики? Зачем я тебе понадобился? У нас тут большая заваруха. Топливо для Священного Огня поступает с перебоями. Скоро с улиц мусор собирать начнем. Наш Верховный вне себя от ярости и цепляется к нам по любому пустяку. Так что излагай свои дела побыстрее. Лики на секунду задумался, как лучше начать столь деликатный разговор, а потом решил прямо взять быка за рога. Единственное, в чем можно было быть уверенным на территории Храма, - так это в том, что тебя не подслушивают. - Мы как-то раз говорили о... об одной возможности... Ты спросил меня - не шучу ли я, а я ответил, что не шучу... Помнишь? Поко криво усмехнулся: - Я думал, что ты давно забыл о нашем разговоре. - Отнюдь... - Лики испытующе посмотрел на собеседника и понизил голос до шепота: - Ты поможешь и мне, и себе. Наверное, понимаешь, о чем я... Есть шанс попасть ТУДА... в Рай. Но уже - последний. - Если ты про ту байку, будто бы Блюстители умеют превращать один металл в любой другой... ну, скажем, медь в золото или... иридий, то для этого нужно работать в реакторной шахте... - Значит, все-таки это правда? Поко пожал плечами: - Блюстители высшего ранга иногда пользуются реакторами для получения нужных веществ, но... Это далеко не так просто. Необходимо очень точное знание технологии... Хотя попробовать я могу... Доступ к Внутренней Зоне, где располагаются реакторы, у меня есть. Но надо многих подмазать... Из технического персонала... Лики вытряхнул из нагрудного кармана стандартную катушку с медными витками. - Если ты сможешь превратить медные кольца в иридиевые, то наш капитал возрастет в четыреста тысяч раз, и этих денег с избытком хватит на билет. Поко вяло улыбнулся: - Оставь это себе. Меди здесь хватает. Один перегоревший трансформатор ее дает столько... - Разве вы не обязаны сдавать все отходы?... - Лики был как громом поражен. - Здесь - не Дворец Труда. Храм - полузакрытая система... Внести сюда что-нибудь - нетрудно. Трудно вынести... Скажи мне лучше, почему ты решил... - Потому что... Потому что видел, какую жизнь прожили мои мать и отец. И как загибались по очереди братья и сестры... И вижу, как живут те, кто пьет нашу кровь. - Ты им завидуешь? - Нет! Мне такого не надо. Но здесь можно быть только рабом или сволочью... Впрочем, рабы - тоже сволочи порядочные, по природе своей... А теперь к тому же мы - бывшие подданные клана Деррила - и вообще второй сорт. Рабы рабов Виктиса. Дурнем надо быть, чтобы не уйти, если есть щель... А ты-то - как?.. - Не знаю, что и сказать... К тому, о чем мы много раз говорили, пожалуй, и добавить нечего... Здесь для меня не жизнь. Я ведь изгой из другого Рода, и не проходит дня, чтобы мне не напомнили об этом. Я думал, может быть, наверху жизнь будет другой. Но все боялся... Нет, не того, что схватят, будут пытать... А того, что вдруг все это - обман. Что вся наша эмиграция - это просто способ избавиться от недовольных, вроде нас с тобой... Да еще и прикарманить наши последние денежки... Дорога в никуда... Вопрос, затронутый Поко, был далеко не праздным. Что их ожидало там, Наверху, Лики точно не знал, ибо Эшелоны Спасения уходили только в одну сторону, но он твердо верил, что там ждало счастье. Да и как же могло быть иначе? Ради чего тогда он работал как проклятый, унижался перед Смотрителями и воровал микрочипы из Дворца Труда? При мысли о микросхемах живот схватила судорога и не отпускала несколько секунд. Рвотные спазмы противной холодной лапой схватили кишечник, стремясь вывернуть наружу содержимое. Ему приходилось глотать их дюжинами, а потом отрыгивать обратно. Пент, паскуда, постарался на совесть. Рефлексы установил что надо! Хрен избавишься. Неужели все, что он пережил за последние полгода, напрасно? - Меня тоже мучает эта мысль, - выдавил он из себя. - Но ведь Спонсоры существуют? - Да, существуют. Но в том, что они пускают нас в Рай, я сомневался, и сильно. - А теперь? - А теперь - нет. - Он наклонился к уху товарища: - Ты знаешь, с каких пор я мечтаю о побеге? Это было полгода назад. Оттуда, - он указал пальцем вверх, - прибыла очередная партия топлива для Вечного и Светлого... Я как раз дежурил на сортировке Сырья. Иногда там попадаются... - Поко замялся, подбирая слова, и, не найдя их, махнул рукой, - ...довольно необычные вещи. Некоторые из них мы должны относить Верховным. Они потом решают, что с ними делать - оставлять в Храме или спускать в Огонь. И вот в куче всякого хлама я нашел пенал. Стандартный пенал для вычислительной машинки, которыми обычно пользуются для расчетов Много Знающие... - Поко сделал многозначительную паузу, проверяя, какое впечатление его слова произвели на собеседника. Видя, что Лики не очень понимает, в чем тут фокус, он повторил: - НАШ пенал. ОТТУДА. С письмом внутри. До Лики наконец-то дошло: - Послание из Рая? Он недоверчиво вытаращил глаза. О таких вещах ходили многочисленные легенды, и частенько приходилось слышать невнятные истории, как некий тип говорил, что ему рассказывали, что однажды его знакомый... А тут перед ним сидел его товарищ, который ЛИЧНО держал в руках Послание из другого мира. - Что же ты молчал столько времени, гад? - А мне жизнь дорога. Да и зачем? Ты к тому времени уже окончательно решил драть отсюда когти. А я с тех пор и призадумался. - И что там было? От кого оно? - Представь себе, от Собирателя. Да-да, незначительного представителя ничтожнейшего из Родов... Имя разреши не называть... Кем он был здесь - можешь представить. А там этот парень устроился круче некуда. Ему предоставили возможность пройти курсы, затем стажироваться. Он теперь - спец по биомонтажу... Работает в хирургической бригаде... Представляешь - Спонсоры доверяют ему свое здоровье... Это тебе не штаны просиживать на рутинной сборке микросхем. А они его так ценят, что платят ему кучу денег и выполняют все желания. В пределах разумного. Но он слегка заскучал и послал письмо своим родным, чтоб тоже к нему отправлялись. Хочет семью создать - это там поощряется. Ссуду дают, то-се, пятое-десятое... Пишет, мол, работы там хватит на всех и свободного места - он особенно это подчеркнул - полно. Я, конечно, этому не очень верю, но он пишет, что в его распоряжении целый дом с десятью комнатами. Могло быть и больше, но, пишет, - зачем? И никого не интересуют его политические взгляды. Сочинения еретика Хая всем уже осточертели - там их тридцатью пятью изданиями издали, и больше никто не покупает - неактуально... Только новички зачитываются до тошноты. Лики, всю жизнь ютившийся в комнатенке о шести шагах и видевший, в какой тесноте живут все жители Города, недоверчиво покачал головой. Еретика Хая он читал урывками, в рукописях - апокрифах и, честно говоря, не одобрял. - Ну ты, Поко, и даешь! Я всегда мечтал, как там будет все, Наверху, но твой рассказ словно из книжки с картинками... А можно мне взглянуть на письмо? - Нет, конечно! Я его передал - кому адресовано. Анонимно, разумеется. А копии таких вещей лучше не хранить... Конечно, может, и это - провокация, но хочется верить... С тех пор мечтаю об эмиграции. Меня останавливало только одно соображение: захотят ли Посредники связываться с Блюстителем. Ведь сам знаешь, чем это грозит... Да, я понимаю, за деньги все можно купить - и в Рай "билет" тоже, но... когда я попробовал только намекнуть, ОНИ столько запросили за риск, что я отступился... - Ты просто не с теми связался, Поко... - вздохнул Лики. - Слушай, а много ТАМ наших? Что писал этот... - Писал, что много, только разбросаны все. Однако встречаются, устраивают разные... землячества, клубы... Но, говорит, слишком велик ТОТ мир... И еще жалуется - к еде тамошней долго привыкнуть не мог... Но зато - не по жетонам. В свободной торговле... И цены терпимые... - Поко умолк. - Как же ты о реакторных шахтах не подумал, если действительно... - Думал, еще как думал... Да все надежных людей вокруг не видел... Ведь до черта таких вот случаев: навострил некто лыжи, наскреб как-нибудь денег, нашелся тип, что Посредником назвался, и берет недорого, и вроде все гладко прошло - исчез наш некто с концами... Кто в курсе дела, думают, что уже вкушает этот некто нектар и амброзию у Спонсоров под крылышком... А потом, при плановом, допустим, осмотре остановленных шахт - глядь, и находят все, что от нашего "некто" осталось... А Посредничка - поминай, как звали. В другом месте других дурачков в Рай вербует... И ведь не один случай такой, не два... Ты, часом, не с такими чистоделами связался? - Жвала имеет репутацию... - Ого... Жвала... - Поко успокоил нервную дрожь в руках и выдержал паузу. - Берусь за дело. Только не таскай сюда металл - своего хватает, не в нем дело... Настоящий иридий потребуется на первых порах - заплатить кому надо. Сотня оборотов, не меньше... - Сотню - обеспечим, - пообещал Лики. - Скажи лучше - сколько надо товару наварить? - мрачновато осведомился Поко. - Две тысячи оборотов осилишь? - без особой надежды в голосе ответил вопросом на вопрос Лики. - Еще не знаю. Но теперь - начну пробовать... - Поко сжал руку старого знакомца в локте и, не оглядываясь, ушел в глубь сумеречного коридора. Лики не знал, что - навсегда. * * * Великий Виктис дослушал доклад Секретаря Оккупационного Совета и в полной тишине молча продолжал водить пером по листу бумаги, вложенному в роскошный бювар. Закончив портрет своего собеседника в профиль - в виде переполненного ночного горшка, - он отложил перо и, вздохнув, произнес: - Вы совершили непростительную ошибку, допустив арест этого типа... Единственное, что от вас требовалось, - это наблюдать события в их развитии... Мы держали в руках нить весьма спокойного варианта такого развития, а что теперь? Скажите, кому хуже стало бы от того, что какой-то провинциальный алхимик сотворил бы в своем Храме несколько сот витков иридиевой проволоки? Она все равно оказалась бы в казне. А теперь мы загнали эту компанию в тупик. А в тупике даже ангелы звереют. Вполне возможно, они пойдут на какую-нибудь авантюру. А вы ко всему еще и потеряли их след... - Но Совет не может приказывать Храму, - попытался оправдаться господин Секретарь. - Для нас самих явились неожиданностью их действия... У этих фанатиков - все свое: свои шпики, своя жандармерия, свой трибунал и свои палачи... И большой-пребольшой собственный крематорий - там, у всех нас под ногами... - Приказывать - не может, - с ядом в голосе смиренно согласился Властитель Вселенной. - Но вот советовать... Совету свойственно советовать, генерал... Вы могли бы вовремя дать понять Верховным жрецам, что в интересах упрочения нашего сотрудничества... - Да, это - упущение со стороны моих людей... - признал Секретарь, почтя за лучшее не напоминать Великому, что именно сам Виктис Вае предупреждал спецслужбы против какого-либо обмена информацией с местным Храмом. - Что до местонахождения искомых лиц, то оно будет установлено в ближайшие несколько дней... - В ближайшие сорок восемь часов они сами заявят о себе! - с раздражением прервал его диктатор. - Потому что через шестьдесят четыре часа Последний Вагон уйдет! И мы останемся с носом! Великий Виктис откинулся в кресле и прикрыл глаза. Дела развивались как нельзя хуже. Идиотский метеоритный дождь. Идиотский залп. Идиотская Победа, пришедшая на смену такой уютной и привычной позиционной войне... И полному кретину ясно, что уже через несколько недель Империя будет охвачена мятежами и ересью. А Эшелоны Спасения были необходимым клапаном для того, чтобы сбросить хотя бы часть чудовищного избытка давления, которое с каждой секундой все сильнее и сильнее распирает этот котел. Это был гениально задумано - не бредень тупой тайной полиции, не репрессии ненавистного всей Империи - он в этом не сомневался - оккупационного режима, а естественное стремление к счастью и свободе, словно волшебная дудочка из той сказки, которую он слышал от Всеблагих, уводит тысячи и тысячи вольнодумцев, бунтарей, асоциальных типов прочь из этого мира - к черту и дьяволу, в объятия Спонсоров. И чудесно - ни один из беглецов еще не вернулся... Зато за каждого заплачено в твердой валюте, и немало витков иридия и платины легли в банки всех Шести Родов в уплату за свободу режима и его врагов друг от друга. Деррил умел делать деньги. И Лост умел. И вот теперь - где Деррил, где Лост? И где их исправные терминалы? Согласно агентурным сведениям один еще работает, именно с него в ближайшее время уходит Последний Вагон Спасения. Не упустить, поймать за хвост эту великолепную возможность... Раскрутить ее так, как ни Деррилу, ни Лосту не снилось!!! Но чего можно добиться, имея в помощниках банду кретинов? Великий Виктис застонал от злости. - Мы можем прибегнуть к активным методам поиска, - робко предложил Секретарь. - Что вы имеете в виду? - Я подумал об использовании опытных провокаторов... - пояснил Секретарь. - Правда, мы не предвидели столь молниеносного успеха наших боевых действий и не разместили в этой части планеты достаточно... - Короче, сколько внедренных агентов вы имеете в кругах здешней оппозиции? Я не говорю о людях Деррила. Я имею в виду нашу агентуру... - Только одного... - скромно сообщил Секретарь. - Правда, он был ориентирован на совершенно другие задачи... - Это ваш достославный Философ, если не ошибаюсь? - уточнил Властитель. - Именно он... - признал Секретарь. - И это далеко не то, что... - Это именно то, оккупационный вы мой. То - поверьте мне... Немедленно подключайте его к делу, - распорядился Виктис. Спорить не приходилось. * * * В отличие от типичного жаворонка Кая, Моррис Де Жиль оказался ярко выраженной совой. Эти различия, однако, не помешали им установить единственный, пожалуй, общий элемент их распорядка дня - совместный завтрак в буфете третьей пассажирской палубы "Декарта". Моррис при этом был расслаблен спросонок, Кай тоже - после ставшей его утренним обрядом пары часов возни с документальными файлами. Обсуждались исправно поступающая на их терминалы текущая информация по Химере и стратегические вопросы начавшейся миссии. Часть времени уходила на всякое разное. Как вот сейчас. - Господи, - вздохнул Моррис, аристократическим жестом снося верхушку укрепленного в фарфоровой рюмочке яйца, - никак не могу поверить, что завтра мы наконец выгрузимся с этого летучего лазарета... - Да, - согласился Федеральный Следователь, задумчиво измельчая кончиком ножа ломтик ветчины. - На "Декарте" поразительное количество пассажиров, находящихся на госпитальном режиме. А из тех, что обходятся без помощи сиделки, половина глотает капсулы и таблетки. И осаждает процедурные кабинеты. - Они все проследуют на Изиду, - пояснил Моррис. - После того как сгрузили компанию этих подозрительных ювелиров на Валенсии-4, только мы и еще пара-другая пассажиров следуем до Системы Цвингера. А на Изиде сейчас - бум микрохирургии. Тамошние медики обштопали даже Метрополию по этой части... - Ну, нанотехнику в сосудистой и нейрохирургии стали широко применять в медицине еще во времена, когда мой дед под стол пешком ходил... - заметил Кай, с подозрением рассматривая стакан с чем-то, заменяющим собой апельсиновый сок. - А микророботы - далеко не последнее слово в современной медицине. - Как я понимаю, речь здесь идет о расценках. На Изиде и вообще на Периферии цены на такие способы лечения полетели вниз... - о ценах, ссудном проценте и фьючерсах Моррис говорил с не меньшим пылом, чем о женщинах. - Точно так же, как на ювелирную работу на Валенсии, - продемонстрировал свои познания в этой области Кай. - И на микроэлектронику на Цирцее... В регионе бум. Одна лишь Химера не в состоянии выкарабкаться из э-э... - Кстати, на Цирцее к нам подсели две вполне дееспособные женские особи. Хорошая замена компании перекупщиков краденого, которую мы сгрузили на Валенсии, - уведомил Кая Моррис. - Вы несколько поспешны в своих суждениях... - обиделся за давешних ювелиров Кай. - Что до того... - В этих вопросах можете на меня положиться, - Моррис выразительно похлопал кончиком пальца по ноздре своего прямо-таки античного носа. - В ювелирном деле сейчас более всего ценится тонкая работа. Собственно в нее и вкладывают деньги. А на Валенсии товар идет почти по цене сырья... Рано или поздно грянет скандал... Но не будем о грустном: должен вас заверить, что знакомство с этими двумя пташками с Цирцеи рассеет ваши мрачные предчувствия относительно характера химерянок. Я заказал на вечер столик - в ресторане на второй палубе. - Так это - жительницы Химеры? - Кай заметно насторожился. Морриса это рассмешило. Он даже слегка прыснул в свой стакан. - Да, конечно, - сказал он, вытирая с рукава апельсиновый сок, - аспирантки. Повышали свою квалификацию... И ни одна из них не пыталась присобачить мне "жучка" под воротник, поверьте... - Удивительно, что нашими попутчицами оказываются сразу именно две, как вы выразились, женские особи, жаждущие знаний, если принять во внимание то, что самый высокий уровень безработицы на Химере - именно среди выпускников тамошнего Университета... - О, это весьма обеспеченные особи, - заверил его Моррис. - Они и не думают зарабатывать себе на жизнь службой. Просто предпочитают в качестве развлечения не туризм, обжорство и все такое, а космопсихолингвистику... или палеоэкзофилологию - не помню... Интеллигентные кавалеры - из той же богемной среды, конференции на экзотических курортах. Элитарное общение, легкий привкус тайны... Это вам не служба аудита... * * * Лики залпом хлебнул ядовитое пойло и зашелся в хриплом кашле. - Из чего ты ее здесь гонишь? Из клопоморов? - Обижаешь, друг... - отозвался из полутьмы полузасыпанного давним обвалом штрека Дирк. - Последнее время я пользуюсь новым штаммом Зеленой Плесени с повышенным* * * - Довольно ловко они управляются с кораблем. - Кай кивнул на дисплей, имитирующий старинный иллюминатор внешнего обзора. - Глядя на их маневры, начинаешь понемногу верить феминисткам. - Вы это о чем? - Голос Де Жиля был не очень тверд - видимо, сказывались труды по дегустации содержимого корабельного бара. - Вон о том кораблике, которым так лихо и вместе с тем деликатно управляют наши амазонки. Ведь, насколько я знаю, на борту эсминца находятся только женщины. Служба в космофлоте, полиция и сфера безопасности согласно конституции Химеры - области, отданные в безраздельное пользование слабого пола. В пересадочный отсек Моррис порядком запоздал: судя по следам помады на щеке, прощался с какой-то из давешних аспиранток и слегка задыхался. Впрочем, его физическая форма не вызывала нареканий. Уже через пару минут он вполне восстановил дыхание, предпринял попытку представиться стюардессе и удостоился за это отменно ледяного взгляда. Чего и следовало ожидать. К слову, это произвело на него воздействие, обратное ожидаемому. Чего тоже следовало ожидать. - А она хорошенькая, - тихонько толкнул он в бок Следователя. - Жаль, что не провожает нас до Химеры. Но если и вся команда эсминца в том же духе, то боюсь, что на меня ляжет тяжелое бремя нелегкого выбора. - Корабль - это лишь временный этап, дорогой Моррис. У вас впереди вся планета, - насмешливо заметил Санди. - Так что я вам не завидую. Печальней участи буриданова осла может быть только судьба Тантала. - Ну уж нет. Какой-нибудь водицы я испью. - Вы по-прежнему уверены, что это не осложнит нашу миссию? Тема пикировки была не из новых. Новой пока становилась только обстановка. - Бросьте, Следователь, не стоит относиться к женщинам как к досадному препятствию на пути к какой-то цели. Гораздо выгоднее и, заметьте, приятнее считать их средством в достижении этой цели. Прокляни меня Бог, если эти милые пташечки сами не выболтают нам свои секреты, вот увидите. Я не думаю, что амазонки на Химере так уж принципиально отличаются от своих сестер на Земле. Каю, не раз вдоль и поперек изучившему архивный файл по Матернальной Республике, ничего не стоило привести добрую дюжину доводов против такого легкомысленного заявления напарника, но он решил предоставить событиям идти своим чередом. Не хотелось быть слишком серьезным с этим парнем. - Не так громко, Моррис, мадам может нас услышать. В конце концов - мы единственные пассажиры. Кстати - ваши знакомые э-э... - Роззи и Фатима... - Да. Они будут ждать рейсового орбитера? - Что поделаешь - они не почетные гости Матернальной Республики, а ее рядовые гражданки. - Думаю, на родине им придется забыть о вольных нравах Обитаемого Космоса. Чадру на них, конечно, там не наденут, но... - Я знаю, - вздохнул Моррис. - Чадру там надевают на мужиков. Немногих оставшихся... Надеюсь, что нам не предложат дополнить свой туалет этой пикантной деталью... - Хорошо, - вздохнул Кай. - Не будем, как вы это называете, о грустном... Давайте заключим пари. Я полагаю, что не пройдет и суток, как вы почувствуете разницу между химерянками и дамами из остальной части Обитаемого Космоса. - Идет! На что спорим? - На бутылку хорошего коньяка, если вы сможете его достать на Химере. Я имею в виду земного розлива... Армянский. - Годится. А если проиграете вы, то... дадите слово не вмешиваться в мою личную жизнь во все остальное время нашей миссии. - Господи, да я и так не собирался... - О, Следователь! Внешне - да, но про себя вы наверняка меня осуждаете, сознайтесь... Ну вот, - добавил Де Жиль, приглядевшись к мимике собеседника, - я был прав. Значит, если я удостоверюсь, что обитательницы Химеры такие же обыкновенные женщины, что и сестры по полу из остальной части Вселенной, то вы станете смотреть сквозь пальцы на мои маленькие слабости. По рукам? - Если это не будет выходить за рамки закона и приличий. - Кай с неохотой пожал протянутую ему тонкую кисть. - И если вы больше ни разу не назовете меня Следователем. Существует же все-таки конспирация. Я - Второй Аудитор, не более... - Насчет приличий вам лучше было бы поучиться у древних персов. Смеясь, Де Жиль разбил рукопожатие. - У них считалось чрезвычайно приличным и учтивым рыгать в гостях. У каждого общества существуют свои понятия о пристойном. Но по части конспирации - безусловный приоритет за вами, Сле... господин Второй Аудитор... * * * Руждан расслабленно сполз с самодельного топчана и попытался в очередной раз образумить закусивших удила приятелей: - Вы с ума посходили... Как? У нас нет ни оружия, ни подходящих парней. И никто из нас ни разу не был под огнем. Может быть, ты собираешься привлечь для этого дела Жвалу и его ребят? Опасное, доложу тебе, дело - с этой швалью связываться. Да и что мы им можем предложить такого, чего они сами не могли бы взять? - Оружие у нас, считай, есть. - Дирк кивнул на разложенные перед ним орудия убиения и устрашения. - И главное - есть план. Стереотипный. В спецшколе такому во втором семестре обучают... - А, а?.. - попытался противопоставить свою растерянность железному авторитету гвардейца пьяный Комик. - А Жвала нам не нужен - справимся сами, - коротко определил Дирк. - Его дело - обеспечить нам переезд ТУДА... Хотя, если понадобится, - я стану работать и с бандитами. Но времени в альянсы вступать у нас нет. - Пойми, если ты прав и Поко в тюряге, отступать нам некуда... - вдруг с изумительной для самого себя доходчивостью стал растолковывать Лики Руждану. - Нам уже дышат в спину. Да и я дошел до ручки: или я достаю денег на Последний Вагон в Рай и уматываю отсюда, или... - Он помедлил с ответом на самому себе же поставленный вопрос, соображая, какая у него осталась альтернатива отъезду, и мрачно закончил: - Или мне не жить... здесь. Клоун посмотрел на товарища протрезвевшими вдруг глазами. - Ну, хорошо, Лики. Допустим, у нас есть оружие, хотя я не знаю, из какого конца у него пуля вылетает... Но охрана? Как нам справиться с ней? - А как обычно, - успокоил его выпускник десантной школы. - Я в городе даром времени не теряю - про филиалы Центрального банка справки навел. Мне пара пареньков помоложе нужна и вас подрессировать хоть немного. И - вперед. Все у нас получится. Во-первых, только что рухнули держава и армия. На улице полно дезертиров и раскисших солдат. Которым никто и не думает платить жалованье. Мы можем просто купить чего недостает из хлопушек - деньги в минимуме у нас еще есть. Второе: сейчас какое-то время в банках так же, как всюду, будут царить бардак и сумятица из-за смены власти. Виктис меняет старых чиновников на новых, охрана тоже меняется, а нам остается только с умом воспользоваться этой неразберихой. Сейчас два из трех броневиков отправляют в рейс без прикрытия с воздуха... И в-третьих, охране всегда есть чего терять, а нам терять - нечего. - Злюка... - тихо пробормотал Лики. - Мне надо увести с квартиры Злюку. * * * Звук пощечины звонко разнесся по пассажирскому салону эсминца. Смущенный Де Жиль, потирая розовую щеку, вернулся из своей вылазки в проход между креслами и стал поправлять крепления противоперегрузочных ремней. Обгоняя его, мимо пронеслась радистка с побелевшим от праведного, надо полагать, гнева лицом. - Благодарите Бога, что вы имеете статус Федеральных представителей, - на ходу бросила она Каю. - А то бы вашему дружку несдобровать! Кай насмешливо оглядел незадачливого донжуана и демонстративно взглянул на часы. - У вас осталось три с половиной часа. - На что? - Как, вы позабыли наше пари? На то, чтобы признать, что жительницы Химеры отличаются от тех дам, с которыми вы встречались прежде. Моррис озадаченно покачал головой: - Не все так просто, дорогой Кай. Что-то здесь не так. Вы не поверите, но я пару минут назад получил оплеуху за вполне банальные комплименты... Правда, потом я поинтересовался сексуальными пристрастиями, распространенными на ее планете. Реакция же была совершенно неадекватной. - Ладно, признаюсь вам, что когда я заключал пари, то был уже стопроцентно уверен в успехе. Пока вы были заняты вашей шоколадной красавицей, ее собакой и мужем, у меня было время внимательно ознакомиться с соответствующей информацией. Так вот, я вынужден вас огорчить: на Химере-П секса нет! А посему ваши вопросы и комплименты были совершенно естественно восприняты этой леди как гнусное оскорбление ее человеческого достоинства со стороны никчемного, развращенного и похотливого существа, к которым, по их мнению, относятся все мужчины. - Постойте, я знаю, что размножение у них происходит при помощи пробирки. Но удовольствие от секса они должны получать. Ведь остались же у них соответствующие рецепторы, эрогенные зоны, врожденные психические реакции, наконец! Ну хоть лесбиянство-то у них распространено? - Досадно, что даже такие информированные и высокопоставленные Федеральные чиновники иногда повторяют глупые небылицы, которыми полна желтая пресса. Нет у них лесбиянства. А если и есть, то скорее как исключение. С самого раннего детства жительницы Химеры подвергаются мощному психологическому, а затем и социальному воздействию, направленному на то, чтобы убедить их в порочности и низменном характере полового влечения. - Так что же, они и не пытаются искать сексуальных наслаждений? Кай с жалостью взглянул на растерянное лицо молодого коллеги: - Они им отвратительны. Априорно. Плюс специальные меры воздействия для снижения либидо. - Какие именно? - Медикаментозные, психологические и... некоторые другие. Так что не тратьте свой пыл понапрасну, а ищите проигранный вами коньяк. Причем я предупреждаю: пью я редко и мало, но исключительно качественные напитки. Меллетского суррогата я не приму. - И все же я пока не считаю себя проигравшим в нашем споре. Весь мой жизненный опыт подсказывает, что женщина, как ее ни воспитывай и ни перевоспитывай, в душе останется прежней. То есть всегда будет искать внимания, любви и ласки. - Моррис расправил плечи и с улыбкой посмотрел на Кая. - А где еще, как не у меня, эти чертовы амазонки раздобудут такой деликатный товар? В давние века в России - при демократии или при республике, не помню точно - секса тоже не было. Я сам видел видеозапись какого-то идиотского "телемоста" тех времен. Тем не менее я до сих пор встречаю живых коммунистов, даже в Директорате: значит, они все-таки исхитрились размножаться... Кай развел руками: - Ну, Моррис, вас не переговоришь. Давайте отложим окончательное решение нашего пари до Химеры. Там решим, кто из нас был прав. А сейчас пойдемте спать. Я мечтаю об этом уже пару суток. Нам желательно показаться перед Большой Тройкой по крайней мере хорошо выспавшимися. Глава 3 КОТОРАЯ НАПОМИНАЕТ ЧИТАТЕЛЮ О ТОМ, ЧТО КАЖДОМУ ЛАБИРИНТУ ПОЛАГАЕТСЯ СВОЙ МИНОТАВР Кай первым шагнул на площадку подъемника и на несколько мгновений задержался, оценивая новый мир. Это была старая привычка, неизжитая многими, годами бесчисленных путешествий. Вступая на новую планету, пусть и освоенную до него другими людьми, Кай всегда испытывал чувство первопроходца. Он подсознательно, по неведомым ему самому признакам определял, что его ожидало в новом мире. Причем интуиция редко подводила Федерального Следователя. Он вспомнил чувство, которое охватило его, когда он впервые попал на Гринзею. Их "Шаттл" разнесло ракетой, и они с Гвидо болтались на стропах над джунглями в густом воздухе, пряно пахнувшем ароматами неведомых цветов и перегнившей листвой. Кая поразило тогда странное ощущение защищенности, которое он испытывал, падая в зеленый океан тропического леса. И действительно, лес и его обитатели на удивление миролюбиво приняли их. Потом в Океании ощущение зыбкости с первого шага на поверхности Эбисс-Айла превратилось в действительную иллюзорность бытия в городе-призраке. Кай вдохнул полной грудью холодный и сухой воздух Химеры и огляделся. Пологий горизонт в миле от них круто убегал вниз, справа и слева виднелись верхушки густых зарослей, подступающих к космодрому, а внизу, на бетонных плитах, у небольшого серебристого кара странной формы стояли две женщины и в упор разглядывали Федерального Следователя. И в этот момент у Кая промелькнула тоскливая мысль, что данная командировка будет совсем не простой, а скорее трудной и мучительной, причем доставит много хлопот не только Управлению, но и лично ему. - Ну, что вы там застряли, Следователь? - раздался за спиной жизнерадостный возглас Де Жиля. - Не слышу оркестра и приветственных речей. - Будьте любезны, - Кай посторонился, пропуская Морриса вперед. - Что касается оркестра, то его для финансовой инспекции вбрасывают в игру обычно только при проводах. И хорошо, если он не будет похоронным... А вот торжественный караул для встречи Полномочной делегации Федерации Тридцати Трех Миров, я вижу, выстроен. Двух представительниц прекраснейшего пола вам хватит? - На первый случай - да. Кай Санди и Моррис спустились по трапу и двинулись на сближение со встречавшими. Та, что пониже, с восточными, но довольно изящными чертами лица и прекрасной фигурой, сделала шаг вперед. - Добро пожаловать на территорию Матернальной Республики Химера, господа. Советом Великих Матерей я уполномочена встретить вас, а в дальнейшем оказывать вам необходимое содействие во время пребывания на нашей планете. Меня зовут Мариам Хуссейн Задех, но так как мы будем работать вместе две недели, то называйте просто Мариам. Мои предки были в числе первых колонистов Химеры, а дед возглавлял Меджлис и был ярым сторонником Истинного Учения, как тогда это называли... - Погодите, погодите. - Морис Де Жиль понял, что его собеседница не из породы молчаливых, а стоять на продувающем ветру после теплой каюты крейсера было довольно неуютно. - Я предлагаю лекцию из истории Химеры перенести на другое время и место, ну, скажем, в ресторан или кафе. А сейчас доведем представление до конца. - Он пригладил взъерошенные волосы и отвесил элегантный полупоклон. - Моррис Де Жиль, Главный Инспектор контрольной службы Министерства финансов, к вашим услугам, прошу любить... - он сделал чуть заметное ударение на этом слове, - и жаловать. А это - Кай Санди, Второй Аудитор того же Министерства... - И он повернулся к оставшейся не представленной молодой женщине, выжидательно глядя на нее. - Джейн Гранж, секретарь по особым поручениям Министерства экономики. - Ее низкий голос звучал глуховато, но не был лишен своеобразного очарования. - Сейчас мы отвезем вас в гостиницу, там пообедаем, а завтра утром намечена встреча в Совете. Если до визита вам понадобится какая-либо информация, мы вам ее предоставим. Кай обратил внимание на то, что, хотя на лице девушки была дежурная вежливая улыбка, ее печальные серые глаза смотрели сквозь собеседников. Она была довольно высокой, но все-таки чуть ниже Кая. Ее фигура сохраняла в себе что-то от худощавой угловатости подростка. Во время пути Джейн молчала. Разговаривали в основном Мариам и Де Жиль. Сосредоточенно замкнутая Джейн представляла собой полную противоположность улыбающейся и оживленно болтающей напарнице. - Сейчас вы увидите один из наших наиболее перспективных объектов, господа! - довольно многообещающе провозгласила Мариам. Феноменом, выплывшим из-за близкого горизонта, было возвышающееся над пересеченной местностью циклопическое сооружение, напоминающее чудовищно деформированную виноградную улитку. - А это что такое? - поинтересовался Кай. Мариам пожала плечами, выказывая удивление подобным невежеством гостей. - Это осталось от Предтеч. В настоящее время Совет собирается построить там туристский комплекс с теплыми источниками. - Там есть гейзеры? - спросил Моррис. - Нет, воду мы подведем. Все дело в тепле. Его излучает башня. Наши эксперты рекомендуют организовать здесь курорт федерального значения. А имя Предтеч послужит неплохой приманкой... Леди вообще считают, что туризм является единственно приемлемой статьей доходов для нашей планеты. Де Жиль насмешливо прищурился: - В этом я ваших Леди одобряю. Судя по тому, какие очаровательные создания встречают здесь гостей, я полагаю, что многие мужчины Федерации были бы не прочь отдохнуть здесь две-три недели от своих дел... и жен. Молчаливо сидевшая рядом с Каем Джейн вспыхнула при этих словах. - Вы не так поняли слова Мариам, Инспектор. Мы собираемся сделать здесь исключительно женский курорт. Мужчины могут отдыхать в других местах. - Например, посещать Лабиринт, - хихикнула Мариам. Кай сделал вид, что не знает местного эвфемизма: "посетить Лабиринт" означало тронуться умом. Или пойти к черту. В зависимости от контекста. - Кстати, где он располагается? - осведомился Моррис. - Поистине странное место - не означен ни в путеводителях, ни даже на картах, а как только речь заходит о Химере, так сразу только и слышишь: "Лабиринт, Лабиринт, Лабиринт..." - Все, что связано с Предтечами, - странно, - пожала угловатыми плечами Джейн. - Мне самой многое хотелось бы узнать о Лабиринте. Когда-то. Но не рассчитывайте найти среди нас проводницу в те места. Это - занятие отверженных. Только опустившиеся мужики... Простите - мужчины занимаются этим. Вы могли видеть таких в Городе - в полосатых балахонах и с красно-белыми шестами... Мариам закашлялась, то ли глотнув пыли из приотворенного окошка глайдера, то ли намекая напарнице на то, что она сболтнула лишнего. Та ответила ей довольно холодным взглядом. - Так кого же водят в Лабиринт эти проводники? - недоуменно осведомился Кай. - Если такого рода прогулки считаются предосудительными, то... - То, само собой, находятся и те, которые готовы платить втридорога за запретный плод. В последнее время развелось немало любительниц выдавать себя за адепток разных ложных учений и сект, а то и просто за ведьм. А для посвящения в такой сан непременным условием считается посещение Лабиринта. Там даже справляют шабаши... - На которых иногда присутствуют некие мужчины... - вставила Мариам. - Якобы постоянно обитающие в Лабиринте. Но скорее всего - это какие-нибудь типы из Пещерной Страны. Согласно общему мнению, постоянно жить в Лабиринте невозможно... Но уж вам, господа, искать в Лабиринте приключений не стоит. Совершенно не стоит... Лабиринт не имеет к экономике Химеры никакого отношения. Решительно ни-ка-ко-го! - Участники этих м-м... шабашей преследуются вашим законом? - участливо спросил Кай. - Вы плохо представляете себе наши законы, - усмехнулась Джейн. - В них ни словом не упомянут Лабиринт. Для закона он не существует... Так что все, что там происходит, может получить только моральную оценку, но никак не юридическую... - Моральная оценка выражается иногда в избиении камнями... - не без яда подала реплику Мариам. - А вот, кстати, и наш лучший загородный ресторан. - "Кстати" - это вы насчет такого рода моральной оценки? - сухо спросил Кай, открывая дверцу перед Джейн. - Она ждет нас тут авансом? - Нет, ее получают не там, - ответила Джейн и впервые едва заметно улыбнулась. - И, конечно, получают ее только за подобающие заслуги. Не надейтесь поучаствовать в таком аттракционе на дармовщинку... * * * В перерыве между блюдами Моррис вдруг решил ознакомиться с меню. Пробежав глазами карточку, он разочарованно отложил ее в сторону, словно она была неплатежеспособным чеком. - Мадам, оказывается, вы нам предлагаете стандартный набор любого заштатного космопорта, - сказал он, разыгрывая обиженного ребенка. - А где же изысканные экзотические блюда, коими в прошлом так славилась Химера? Кай очередной раз поразился тому, как легко сходит с рук его напарнику непосредственность, которая другому стоила бы дипломатического скандала. - Увы, - Мариам весело рассмеялась, - нам приходится довольствоваться импортными концентратами. Это значительно проще, чем пытаться поддерживать внеземной экологический баланс в оранжереях - они выработали все сроки... К тому же большинство из них законсервировано... Да и какие, собственно говоря, у вас претензии к этому бифштексу? Она лихо подцепила вилкой кусок жареной говядины. - В общем-то, никаких, - согласился Моррис, отдавая должное столь критикуемому им блюду, - если не считать того, что Божья тварь, у которой позаимствовали сей кусок плоти, щипала травку за миллиарды километров отсюда, где-нибудь на Мирабелле или Оствайзе, а потом ее замороженное мясо долго-долго летело на транспортнике... Через миры и века. К тому же я обожаю экзотические блюда. Когда я вернусь в Метрополию, друзья первым делом спросят меня, что подают в здешних ресторанах. И что я им отвечу? Что отведал говяжьего бифштекса? - Ну почему же? - Джейн едва заметно улыбнулась. - В салат, который вы только что уплетали с таким завидным аппетитом, добавлены местные вяленые земляные черви. Такие водятся только на Химере. Хотя и завезены откуда-то издалека... Где они уже успели повымереть за период колонизации. Моррис слегка изменился в лице. - Так это не были сушеные лангусты? - Разве что в прошлом своем воплощении... Джейн, конечно, не была садисткой, но подтрунивать над Моррисом доставляло ей явное удовольствие... Кай поймал себя на странном чувстве зависти к своему напарнику. - А вот пиво, которое вы с таким удовольствием пьете, - это тот самый знаменитый "птичий мед", о котором вы, наверное, наслышаны... - внесла свой вклад в защиту местной кулинарии Мариам. - Прекрасно очищает почки... - Я уже понял это... - Кай поднялся из-за стола. - Извините, я оставлю вас на минутку. Он прошел среди столиков под перекрестным огнем женских взглядов, с интересом рассматривающих столь редкого в здешних краях представителя HomoSapiens, и направился в вестибюль в поисках двери со ставшим теперь благодаря подвигам нескольких поколений крутых звездопроходцев, отважных первооткрывателей и стойких пионеров космоса достоянием всей Галактики обозначением 00. Долго искать ему не пришлось. Дверь со свежеприсобаченной вывеской "Джентльмены" охраняли две амазонки при погонах, бластерах и аксельбантах. Зайдя внутрь, Кай с облегчением увидел ряд писсуаров, уже позабытых после восхождения на борт "Марии Кюри". Они были смонтированы "на живую нитку", не иначе как вчера. Это трогало. Взявшись за язычок "зиппера", он услышал вполне отчетливое покашливание у себя за спиной. Резко обернувшись, Кай встретился взглядом с парой порядком испуганных глаз, выглядывавших из-за дверцы ближайшей кабинки. В мыслях обычно хладнокровного Следователя в очередной раз наступил сумбур. - Кто вы и что здесь делаете? - спросил он раздраженно. - Тише, ради Бога, не кричите! - Голос, к вящему облегчению Кая, был мужской. - Что вам надо? - спросил он уже менее возмущенно. Но более сурово. - Сейчас объясню, мистер... Человек, показавшийся из-за двери, был коренаст, пуглив, как дикий голубь, багров рожей и облачен в комбинезон сантехника с накладным, надо полагать, бюстом. В одной руке он держал самую настоящую швабру, а в другой, протянутой к Каю, помещался небольшой кожаный мешочек. Логика подсказывала Федеральному Следователю, что его втягивают в примитивнейшую провокацию. Чутье же убеждало, что т-а-к провокации не делают... - Здесь ювелирных украшений на пятьдесят тысяч федеральных кредиток, - уведомил странный пентюх Кая. - Это задаток. Остальное перед отлетом. Можете не сомневаться, мистер, - камни настоящие, а уж про работу я вообще не говорю - уникальная техника. Только вытащите меня отсюда. Я уже по горло сыт и Сержем, и проклятыми бабами... - Купите себе на эти деньги билет в каюту-"люкс" на ближайший лайнер и немного успокоительного, - резонно посоветовал ему Кай, уклоняясь от кожаного мешочка, - и летите хоть к... Благодаря гладко забранным на затылке волосам странный тип действительно мог сойти за довольно несчастную - надо же, так рожей не вышла - перезрелую девственницу восточного типа. Мешали такому восприятию только чесночный перегар и заметная небритость. Последнюю скрывала вуаль - ну что же еще могло быть натуральнее для имиджа сортирной работницы... - Да вы не поняли, мистер... Я же из Помпейской Колонии... Мне же запрещено... Меня же, мистер, в порошок сотрут... - Если вы не под судом или следствием, то никто не может запретить вам покинуть любую из планет Федерации... - начал пояснять Кай психу его гражданские права. - Что до того, чтобы вытащить вас отсюда, - так в чемодан мой вы просто не поместитесь и за домашнюю собачку не сойдете без справки о прививке... - Ну что, мистер, я буду вас учить? - искренне возмутился тип. - Оформите требование на мой арест. Вот и все. На Моргуле на меня вот такое дело заведено... За... - Мистер Санди, - послышался за дверью голос Мариам, - с вами все в порядке? Лицо пентюха перекосило. Он судорожно ухватился за рукав Кая. - Так вы заберете меня отсюда? Это мой единственный шанс! Только ничего не говорите своим спутницам. Если люди Халимат пронюхают, что я обращался к вам, мне крышка! Как Бог свят - крышка! Вы верите в Бога, мистер? - Э-э... - чуть было не вступил в теологический спор Кай, но место действия как-то не располагало его к этому. - Я вот - нет, - с огорчением заметил тип. - В черта - еще туда-сюда, а с Богом у меня дела натянутые. Я бы за него свой голос не отдал... Тут он осекся - в дверь деликатно, но настойчиво долбили. - Камушки уж лучше пусть побудут у меня, - сменил он тему разговора. - Если вас с ними застукают, мистер, вам это боком выйдет, да и мне - все одно - хреново обернется... Гуд бай! Еще увидимся... Ты за это время ситуацию просеки, мистер, а то я вижу - не врубился еще... Скорей врубайся, друг... Э-э-эх!!! С этими словами незнакомец доверил Федеральному Следователю свою швабру, решительно поднял раму окна и отчаянно грянулся куда-то вниз, на что-то далеко внизу расположенное, весьма хрупкое и многочисленное. Почти одновременно входная дверь распахнулась. На пороге стоял слегка озабоченный Де Жиль. - С тобой все в порядке? - Да, надеюсь... - Кай потер виски, почти машинально провел по рукояти швабры сканнером регистратора, пристроил ее в угол и направился к выходу, только на полдороге вспомнив, зачем он сюда приходил. * * * Остаток дня господа члены Высочайшей Инспекции провели, осматривая достопримечательности Дизерты, зимней резиденции Верховной Администрации Матернальной Республики - сначала в несколько навязчивом сопровождении обеих членов делегации принимающей стороны, а затем, после вручения ключей от номера в наиреспектабельнейшем из закрытых отелей - "Уолдорф-Маргарита", - в одиночку. В эпоху скрытых видеокамер и сверхчувствительной аудиотехники в примитивной наружной слежке за дорогими гостями, конечно же, не было никакого смысла. Прощаясь ("Извините, у нас, как говорится, "закончилось детское время", господа..."), Джейн выразила надежду, что болтающиеся по улицам обитательницы ночной столицы не будут докучать выделяющимся несколько необычным видом - без чадры и в мужском наряде - гостям из Метрополии излишним вниманием. - Здесь, слава Богу, не деревня, тут народ ко всему приучен, - успокоила Морриса сомнительно лестным аргументом Мариам, и обе амазонки в штатском растворились в наступающем сумраке. Как было условлено, господа Аудиторы поболтались по городу каждый в одиночку и встретились в холле "Маргариты" ближе к полуночи. - Согласно программе нашего пребывания на этой благословенной планете завтрашний день у нас посвящен "самостоятельному ознакомлению с условиями жизни и труда аборигенов", - откашлявшись, напомнил Моррис. - Весьма относительно самостоятельному, - заметил Кай. - В восемь утра - вы помните, сколько часов в здешних сутках? - за нами заедет Мариам. - Ей придется утешиться тем, что мы оставим ей соответствующую записку. В шесть утра, когда покинем отель. - И куда же вы намерены меня потащить, господин Первый Аудитор? Неужели разыскали все-таки тайный дом свиданий? - иронически предположил Кай. - Но почему там открывают так рано? - Нет, всего лишь несколько мест, где можно встретить людей в полосатых балахонах и с красно-белыми шестами... Кстати, я уже присмотрел тут неподалеку одного такого. И договорился на завтрашнее утро. На сегодняшнее, - поправился Де Жиль, справившись по часам. - Проводник в Лабиринт? - Конечно, - Моррис сделал неопределенный жест рукой. - Ведь нас туда настойчиво приглашают. Загоняют прямо-таки хворостиной... Или я ничего не смыслю в психологии. - Мне показалось, - Кай пожал плечами, - что, наши спутницы, наоборот, настойчиво отговаривали нас от подобной экскурсии... - И вы намерены устоять перед искушением, господин Второй Аудитор? - Моррис чуть подмигнул воззрившемуся на него Каю. - Впрочем, если вы против, я могу оставить вас в наиприятнейшей компании сестры Мариам... И ее наставницы Джейн. Что ж, у каждого свой метод... - Вы низко котируете сотрудников нашего ведомства, господин Первый Аудитор, - с некоторой обидой в голосе оборвал его Кай, не совсем понимая, почему его задело за живое это замечание. - По крайней мере я не думаю, что нас попытаются отправить на тот свет. Это не в интересах милейших Леди... - Господин Второй Аудитор, черт возьми! Вы наконец становитесь мужчиной! - с энтузиазмом воскликнул Де Жиль. - А пока - выспимся хоть немного, - чуть охладил его пыл Кай. * * * В огромном заброшенном сарае было довольно темно, до отвращения пыльно и воняло мышами. Летучими. Барух опасливо поежился. Так бывало с ним каждый раз, после визитов в Лабиринт: двое или трое суток нервы - ни к черту. А тут вместо отдыха и успокоения - извольте явиться на срочный вызов к их милости резиденту. В эту чертову халупу с ее тьмой, пылищей и подпритолочными обитателями. Еще не хватало, чтобы такая вот одичавшая тварь вцепилась ему, ну, скажем, в волосы... Правда, и сам Барух Р. Р. Циммерман, и чертов конспиратор, Айман Ибрахим - оба лысы, как пасхальные яйца, несмотря на разницу в религиозной, политической и, сдается Баруху, еще и половой ориентации... Нашел господин резидент, где назначить встречу! Не иначе как второпях, со страху. Перед кем только?.. Приятно, конечно, представить себе, что настырный Серж Плотников нацелился нарезать ремней с задницы верного слуги Шайтана (не Аллаха же, если уж разбираться в здешних ересях) - что и говорить: давно пора... Но в том-то и дело, что Айман уже неделю как чего-то боится, а Сержа Плотникова долго бояться бессмысленно: он не говорит "я с тебя спущу шкуру!", он ее спускает. Или не спускает. А страх нагонять любит Старуха... Ну, ладно, скоро узнаем, в чем дело. В носу отчаянно защипало, и через пару мгновений, не сумев преодолеть позыв природы, Циммерман оглушительно чихнул, вызвав переполох среди дремавшей на стропилах большой стаи летучих пиявок. Пронзительный шелест крыльев потревоженных бестий вкупе с рухнувшей с потолка на голову грудой трухи и вонючей пыли заставил Баруха помянуть Аймана Ибрахима в совсем уж плохом контексте. - Будьте здоровы, папеле Циммерман! - неожиданно громко прозвучал в наступившей тишине скрипучий голос Торговца. - Да пошлет вам ваш Элохим долгих лет благоденствия. Циммерман отпрянул в сторону, ударился коленкой о какой-то железный агрегат и отметил: - Не приставайте с просьбами о здравии ваших клиентов к чужому Богу, Айман! У вас есть собственный, вот он пусть и попотеет в конце концов. А эти шуточки с подкрадыванием - вообще оставьте для своих резвых херувимчиков с розовыми попками. Если вы затащили меня в эту дыру из-за пустяков, я больше никогда не дам вам ссуду, какие бы проценты вы мне за это ни сулили! Короче, или вы сейчас же излагаете дело, или ищите себе другого компаньона для ваших сомнительных коммерческих проектов! - Барух решительно встал и начал демонстративно собираться в дорогу, отряхивая с костюма пыль и краем глаза пытаясь оценить реакцию Торговца на свою гневную тираду. - Ладно, не горячитесь. - Айман загородил проход и примирительно коснулся плеча собеседника. - Речь идет о больших деньгах. Вы ведь собираетесь рвать когти с Химеры, как любит говаривать мистер Плотников. Так почему бы вам заодно не подработать в качестве курьера? - Откуда вы взяли эту наглую ложь? - Циммерман сбросил с плеча ладонь Торговца и сделал новую попытку пробраться к выходу. - Вы прекрасно знаете, что у меня нет ни желания, ни реальной возможности сделать это. Айман с неожиданной элегантностью присел на загаженный многими поколениями здешней фауны станок и с такой же неожиданной проворностью крепко схватил Баруха за лацканы пиджака. - Ты что, за дурака меня принимаешь? А кто "прозванивал" Аль-Хатима из транспортного отдела? А кто из нас за последнюю неделю лихорадочно скупал камешки, избавляясь от местной валюты? А может быть, не ты клеился к Платиновой Линде из космопортовской столовой? Так что лучше помолчи и выслушай мое предложение. И не советую тебе особенно торговаться... Циммерман заметно скис и стал мысленно просчитывать, где он прокололся. По всему выходило, что Торговец плотно пас его последние дни, вопрос только - с какой целью? Хорошо еще, что он не пронюхал о его попытке выйти на контакт с Федералами там, в "кабинете для джентльменов"... - Так вот, - продолжал араб, - полагаю, что тебе удастся удрать с Химеры. Может быть, я тебе даже помогу в этом. В конце концов - это ли не подарок Аллаха: не видеть здесь твою мерзкую рожу? Не знаю, куда ты навострил лыжи, но, полагаю, самый прямой путь в Метрополию - через Валенсию или Цирцею. В обоих случаях тебе нужно будет всего лишь передать послание моим друзьям. За это ты получишь шестьдесят тысяч монет. Федеральными кредитками, естественно, а не местной макулатурой. Как предложение? Барух задумчиво пожевал губами. Или он ничего не понимает в людях, или Айман затеял какую-то пакость. Неужели араб дознался о судьбе своего чемоданчика? Он зябко повел плечами, благодаря Бога, что Торговец не заметил этот невольный жест в темноте. Не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться о предназначении пульта связи и шифраторов, открывшихся его взору в тот - будь он неладен - день, когда на четвертые сутки дьявольских мучений, затребовав за работу черт-те какие бабки и выжрав практически все (для больших людей предназначавшееся) спиртное, припасенное у Баруха, "Ювелир" Берендеев отпер-таки тот злополучный кейс. "Помогла мне твоя жидовская Яхве, - совершенно не желая оскорбить ни Циммермана, ни его религию, сообщил тогда "Ювелир", аккуратно рыгнув в сторонку перегаром. - Словно изнутри поднажал кто... В общем, оставь себе премиальные - не моя, Богова заслуга..." И честно ушел в запой, так и не поняв, в какое положение поставил отвалившего ему неплохой аванс нанимателя, оставшегося у себя на хазе тупо созерцать то, за созерцание чего снимали голову, сперва пооторвав кое-что другое. Тогда, разглядывая шпионские "фенечки", Циммерман так и не смог решить для себя мудреную головоломку - то ли кидала Альхен действительно по незнанию сплавил ему злополучный чемоданчик (в конце концов, что возьмешь с "голубого"), то ли это была тонко продуманная провокация самого Ибрахима Аймана, цели которой Барух не мог раскусить. И только теперь он догадался, что в натуре проколовшийся и оставшийся без элементарных средств связи Торговец хочет теперь с его помощью передать весточку своим хозяевам Наверху. На первый взгляд - ничего страшного, но эти лихие ребята из спецслужб почему-то постоянно норовят сократить любую цепочку на звено-другое. По использовании, конечно. Для чего Торговцу достаточно добавить в конце послания то самое - из "Гамлета": "Подателей сего немедля обезглавить"... Ох уж этот Принц Датский - нордическая скотина: ведь с лучшими друзьями такую штучку отмочил: бедные, бедные Гильденстерн и Розенкранц - фамилии говорят сами за себя, - шила в мешке не утаишь: в конце концов, ни за хрен собачий пострадали опять-таки предки Баруха, хоть и дальние. И вот, традиция найдет свое продолжение: Барух Циммерман обретет скромное место на погосте, где-нибудь неподалеку от места вручения "товарчика", а у разведки Комплекса появится реальная возможность сэкономить обещанные денежки. Альтернативная гипотеза была намного ужасней: Айман, Альхен и Старуха (вариант - Серж Плотников) играют с Барухом, как кошки с мышкой. Единственным положительным моментом в этом случае был бы быстрый и почти без страданий конец... Тем временем заждавшийся ответа Айман включил фонарик и в его мертвенно-зеленоватом свете успел, видимо, разглядеть бурю эмоций, придавших лицу его "делового партнера" еще более трупную гамму окрасок, чем позволял надеяться спектральный состав падающего света. - Не переживайте так, господин Циммерман, - поспешил он успокоить потенциального курьера. - Вот аккредитив в федеральный банк Цирцеи на ваше имя. Деньги уже переведены, и вы сможете снять их, как только мой человек подпишет накладную на груз. - Какой еще груз? - Ну, это я так, фигурально. Чтоб не было вопросов у банковских клерков. На самом деле это будет микрочип с "зашитой" информацией. Вы получите его за день до отлета. Только, умоляю вас, Барух, ради Всемогущего Аллаха не вздумайте пытаться прочитать послание. Ибо в этом случае вы подпишете себе смертный приговор без права на кассацию. Мы так много лет знаем друг друга, и мне будет горько услышать, что папеле Барух умер как дурак. Айман сунул в трясущиеся руки собеседника пластиковую карточку федерального аккредитива и, подняв столб пыли, исчез в темных недрах огромного помещения. Как, впрочем, и положено слуге Шайтана. * * * Проводник запросил с них не так уж много. Скорее подозрительно мало, как отметил про себя Кай. Хотя не такое это и удовольствие - провести полдня в обществе закутанного в грязный балахон немытого полуараба. Свой возраст Проводник изрядно преувеличивал за счет длинной бороды, придававшей ему сходство с козлом (уж не из тех ли, что ведут стадо овец на бойню?), величественных манер и повелительных интонаций в голосе. - Сегодня не самый лучший день для таких затей, - буркнул себе под нос псевдостарец, поднимаясь со своего насеста под мостом Святой Джеральдины, где происходила встреча. - Далеко ехать придется: Врата только в Распадках откроются. И то - ненадолго... - Получается, - прикинул Моррис, - что наша экскурсия будет довольно краткой? Старец зашелся кашляющим смехом: - Господа, коли уж в Лабиринт гулять собрались, знать бы не помешало заранее: это войти в Лабиринт - проблема, а выйти из него - можно когда угодно... В любое время дня и ночи. Если, конечно, знать выход. Если знать... Моррис с брезгливой опаской впустил Проводника в салон кара и повел машину, руководствуясь указаниями старца, которые тот подавал величественными жестами сморщенной и довольно грязной длани. Кар быстро выскочил из жилой части города и помчался по трассе, пересекавшей сначала заросшие бурьяном покинутые кварталы промышленной зоны, а затем нырнувшей в скалистое ущелье, полуутонувшее в тумане. Близкий горизонт делал эту смену ландшафтов несколько комической. Вообще в езде по дорогам Химеры было что-то от катания на Американских горках. Все казалось до смешного близким, все появлялось и исчезало слишком быстро. - А теперь подайте вправо, на проселок, - скомандовал старец из глубины своего балахона. - Заброшенную Обитель зрите? Честно говоря, Кай сначала принял столь торжественно поименованное сооружение за руины очередной разорившейся фермы, но, выбравшись из кара, убедился, что капитально ошибается. Это был довольно хорошо сохранившийся остов монастыря явно христианского толка. По стенам шла строгая, скупая резьба, в проемах стрельчатых окон уцелели еще остатки витражей. Все еще высились над провалившимися крышами позолоченные кресты. Проводник не забыл помянуть недобрым словом вездесущих гяуров, не ведающих даже обряда омовения, которые здесь, на землях некогда чисто исламской неоджамахерии, понагородили свои мерзкие молельни. Впрочем, свергнувший неоджамахерию материальный режим даже не стал превращать эти языческие памятники в кинотеатры и отхожие места, как поступили они с мечетями (Аллах еще припомнит это мерзким блудницам, пришедшим к власти не без помощи Шайтана и его слуги плешивого иудея Зигмунда Фрейда), а просто предал эти варварские капища забвению, которого они и заслуживают... "А внутри, на стенах, наверное, еще и фрески с ликами святых целы", - тоскливо подумал Кай. Шагавший рядом Моррис тоже притих и погрустнел. Возможно, при мысли о том, что и сам он, с точки зрения проводника, - гяур, предпочитающий туалетную бумагу священной процедуре омовения... - Выше идут пещерные скиты, - сообщил Проводник. - Там сегодня и будут Врата. Где-то до полудня продержатся... Тропа к пещерным скитам тонула в тумане, который, медленно рассеиваясь, плыл в сторону под напором еле заметного утреннего ветерка, а сами скиты - точнее входы в них - напоминали логова каких-то доисторических чудищ. Морриса передернуло. Он покосился на Кая - тот невозмутимо поспевал за их Вергилием, только слегка выдавая напряжение неприязненным выражением лица, словно что-то горькое проглотил... Проводник неожиданно остановился, дал своим спутникам знак держаться в стороне и принялся собирать в кучку всякую дрянь, валявшуюся на широком уступе скалы, до которого дошли путники: сучья, пучки сухой травы, затейливой формы камушки... Сложив из всего этого хитрой формы костерок, старец добавил в него еще несколько странноватых предметов, извлеченных им из недр своего необъятного балахона: засушенные части каких-то тварей, порошки и, наконец, экономно полил все это густой темноватой жидкостью из каменной бутылочки. После этого он укрепил чуть поодаль свой полосатый шест и принялся шаманить вокруг него. "Будет обидно, если старый обманщик сейчас заявит, что планеты сегодня расположились не так и фокус не удался", - подумал Моррис. В этот момент костерок вспыхнул. Сам собой. Терпкий, красноватый дымок встал над ним, вытянулся струйкой, потянулся в узкую щель в скалах, заросшую еле видимым в туманной мгле кустарником. "Ну, фокус с самовоспламеняющимся костром - из репертуара кружка любителей занимательной химии, - прикинул Моррис. - Досадно вот только то, что дым у него поперек ветра идет..." Проводник махнул им рукой, призвал следовать за собой. И "туристы" тронулись вслед за зыбкой струйкой дыма, которая все норовила затеряться в волнах ползущего совсем в другую сторону тумана. Дымная полоска изогнулась и нырнула в жемчужный сумрак провала, в который уходила почти невидимая в тумане тропа. Каю показалось, что они входят в теплую, неторопливую реку - настолько плотен был этот уже не такой, как тот, что остался позади, - жемчужный туман. Вот они вошли в него по щиколотку, по колени, по пояс, по горло - чуть жутко стало, словно и действительно предстояло с головой уйти в мутные воды Стикса. Вокруг только чуть подсвеченная изнутри мгла. И гипнотическое колыхание теней, из которых воображение создавало все, что ему заблагорассудится. Проводник затянул монотонный речитатив-заклинание, и, только ориентируясь на этот малоприятный звук, Кай и Моррис поспевали за старцем - вперед и вниз, вниз, вниз, время от времени натыкаясь то друг на друга, то на невидимые кусты. - Запомните, - каркнул из мглы Проводник, - никогда не упускайте друг друга из виду, никогда не откликайтесь на зов, никогда на зов не идите сами и никогда никого не зовите в Лабиринте. Туман окончился довольно неожиданно. Просто остался колышущейся стеной позади. Теперь вокруг были только красноватый гранит и такие же с медным отливом стволы редко стоящих деревьев с высокими рыжими кронами. Под одним из них их ждал Проводник. - Добро пожаловать! - торжественно произнес он. - Вот вы и в Лабиринте. * * * Моррис пожал плечами: - Ущелье... Только-то и всего? Проводник не удостоил его ответом и лишь снова величественно взмахнул заскорузлой рукой, призывая господ туристов следовать за ним. Идти приходилось по тропе, заросшей непривычной, словно из кованого металла сделанной травой. К удивлению и даже к некоторому разочарованию обоих "туристов", в Лабиринте существовала не только флора, но и фауна: вдалеке свистели и чирикали какие-то птицы, дорогу под самыми ногами перебегали смахивающие на обыкновенных земных ящерок создания. - Места эти зовутся медными проходами, - сообщил Проводник. - Редко посторонним являются. Еще раз налево завернем... Кай, обладавший чисто профессиональной пространственной ориентацией, прикинул, что этот поворот должен вывести их аккурат в отправную точку их странствий по Лабиринту. Но ничего похожего не произошло: они вышли на скалистую террасу, обрывавшуюся в затянутую мглой пропасть. Водопад шумел неподалеку, образуя над тропой крутую арку. И здесь, по эту сторону скального прохода, над ними высилось небо, в котором таяли утренние звезды и вяло тлели три лунных полумесяца - мал мала меньше. Никаких лун у Химеры отродясь не было. Они прошли под аркой водопада, и облако водяной пыли освежило лица и чуть-чуть отодвинуло ощущение предутреннего кошмарного сна. Проводник, продолжая кудахтать о том, что приключилось в этих местах с тем или иным из Первопроходцев, повел их за собой в узкий проход, стены которого вскоре сомкнулись над головами путников в низкий, давящий свод. Проход превратился в туннель, который вывел их на небольшую сумеречную поляну, точнее - на дно скальной воронки, пологие склоны которой, поросшие черным лесом, уходили в серый туман. У бокового скального выступа был кем-то уже разложен еще один - неразожженный - костерок, а за ним темнел проход в глубь мрачноватой пещеры. Чуть поодаль высился белый камень, похожий на мраморный усеченный пилон - явно дело человеческих рук. - Памятник Первопроходцам, - не без гордости пояснил Проводник, начиная колдовать над костерком. Кай подошел к пилону и попытался прочесть высеченный на нем текст. Судя по всему, после нескольких торжественно-поминальных слов шел список сгинувшего в этой части Лабиринта народа. К сожалению, надпись была исполнена по-арабски - и даже не на новоарабском, в нем еще мог более или менее разобраться каждый, кому приходится постоянно мотаться по Обитаемым Мирам, а классической арабской вязью, в которой ни Кай, ни Моррис не смыслили абсолютно ничего. Костерок исправно возгорелся - на этот раз дым от него послушно поднимался столбиком в неподвижном воздухе, а Проводник, наказав обождать его, скрылся во тьме пещеры. Как выяснилось - навсегда. * * * На втором часу ожидания гениальная догадка осенила Морриса: - Вы были правы, Санди! Нас заманивали в ловушку. И заманили-таки, черт побери!! Какого же рожна вы потащили меня прямо к черту в зубы? - Это не я сказал, что у каждого - свой метод, - с сухой усмешкой ответил Кай. - Что, однако, не извиняет остальную мою глупость. А пока давайте попробуем сами найти нашего чичероне или хотя бы выход из этих гостеприимных мест. Пещера оказалась входом в каменный лабиринт. Лабиринт в Лабиринте... - Будем бросать монетку, или у вас есть какая-либо система угадывания - когда поворачивать направо, а когда налево? - поинтересовался Моррис. - Если судить по рассказам бывалых людей и по газетным байкам, то ничего случайного в Лабиринте не происходит - в том числе и выпадения орлов и решек. Я, к сожалению, не силен в эзотерических познаниях. Давайте просто сворачивать каждый раз по вдохновению. Это ничуть не хуже, чем любой другой метод. И еще - вы, конечно, помните, что сказал нам наш верный гид? "Никогда не упускайте друг друга из виду, никогда не откликайтесь на зов, никогда на зов не идите сами и никогда никого не зовите в Лабиринте"... Мне подобные вещи про эти края приходилось слышать и раньше. Вам, думаю, - тоже... Так же, как и что-нибудь прямо противоположное. Молва тем и хороша, что предоставляет возможность выбора... Редко Федеральному Следователю приходилось так проклинать собственную непростительную снисходительность к авантюристическим выходкам партнера. Уже какое-то время он ощущал все нарастающую потребность разобраться в странностях движущих сил, которые стали подсознательно определять его поведение здесь, на Химере. Но ничего, кроме хорошей мины при плохой игре, на его долю не оставалось. Он прислушался к тревожной тишине окружавших их каменных сводов, щелкнул зажигалкой и по едва уловимым колебаниям зыбкого язычка пламени попытался определить направление движения воздуха. Тянуло куда-то в левый, круто уходящий вниз проем. Туда они и двинулись. Как ни странно, в этой неизвестными силами проеденной в тверди скальных пород путанице ходов и коридоров отнюдь не царила, как можно было того ожидать, кромешная тьма. Слабо мерцали прожилки какой-то напоминающей кварц породы, пронизывающие тут и там толщу скалистых стен. Путники шли молча, лишь изредка перекидываясь парой слов. - Есть хочется просто нечеловечески, - признался вдруг Моррис. - Как насчет того, чтобы пустить в дело наш НЗ? - А вы не задумались над тем, почему приступ голода овладел вами именно сейчас? - с легкой издевкой в голосе осведомился Кай. Моррис секунд на сорок углубился в некое подобие самоанализа и вдруг заорал чуть ли не в полный голос: - Пахнет жареным! Будь я проклят, если откуда-то не несет свежим барбекью!.. - Знаете, Моррис, - задумчиво произнес Кай, - пожалуй, запах пищи можно не считать зовом в том смысле, который этому придают здешние - будь они трижды неладны - проводники... Так что будет не таким уж большим грехом двинуться туда, где готовятся или уже вкушают что-то... - Или кого-то, - мрачновато предположил Де Жиль. Тем не менее, он без особого сопротивления последовал за Федеральным Следователем. * * * Кай осторожно продвигался под все снижающимися сводами, вполне логично полагая, что, кем бы ни были те, кто там, впереди, предавался чревоугодию, выставить охрану они не позабыли. В этом он ошибался. То, что они с Моррисом без всякого предупреждения вошли в круг пирующих, оказалось сюрпризом не только для самих участников застолья, но и для обоих незваных гостей. Хозяев, правда, ничем особо изумить было невозможно. Скорее они сами могли удивить кого угодно. Были среди них и до пояса обнаженные, вооруженные кривыми клинками янычары, и в пятнистую форму наряженные офицеры, и рядовые разных родов войск - тоже все при оружии, были и какие-то приблудные разношерстные типы. Все они - всего числом неполные две дюжины - сгрудились в просторной пещере. Свод ее радовал глаз с довольно обширным отверстием, без которого здесь можно было и Богу душу отдать - столько дыму и вони производили догорающий посреди каменного зала огромный костер и закрепленный над ним огрызок довольно мерзкой на вид туши. Представительниц прекрасного пола в пещере не наблюдалось. - Давно блуждаете? - поинтересовался старший среди этого сброда тип в до предела заношенной форме полковника Планетарного Десанта Малой Колонии. Вопрос сопровождался протянутой на обгорелых сучьях огромной отбивной, покрытой золотисто-коричневой корочкой. - Не слишком, - деловито отозвался Моррис, принимаясь за шматок пожирнее. - Скажите, а соли или перца у вас здесь не водится? - Со специями у нас напряженка. Тут, знаешь, правило такое - жри что дают. Если дают, конечно... По виду вашему, вы здесь не дольше суток ошиваетесь... Все еще надеетесь выбраться на свободу? - Не скрою, - заметил присевший на подходящий валун Кай, с помощью карманного ножа пытаясь придать своей трапезе некое подобие благопристойности. - Если вы нам поможете в этом деле - я имею в виду, поможете выбраться отсюда на свет Божий, мы сумеем отблагодарить вас... Должно быть, он брякнул что-то уж очень смешное, потому что по нестройным рядам пирующих прошло веселье, а некоторые особи, видимо в более полной мере наделенные Господом чувством юмора, даже покатились по полу, не выпуская, впрочем, из рук и зубов своей доли съестного. - Ну ничего, братцы, - продолжил старший. - Очень скоро вы смекнете, что не там - в бабском мире - свобода, а здесь она - в Лабиринте, слава его Камням и его Богу! Скоро вы это поймете... Если успеете, конечно. А сейчас, Фогги, давай выпивку и выпускай баб. По полной программе. Выпивка оказалась чем-то средним между отвратительного качества самогоном и недобродившей медовухой, бабы же были представлены разношерстным ансамблем из шести по-разному размалеванных красоток, исполнивших, к вящей радости быстро захмелевшей компании, нечто вроде "танца живота". "Ну вот и они - запретные оргии Лабиринта, - тоскливо подумал Кай, мученически морщась от первого глотка проклятой бурды. - Как же все-таки в разумные сроки покинуть это гостеприимное местечко?" Моррис, начавший тем временем не лишенную приятности беседу с одной из плясуний, явно не страдающей каким бы то ни было комплексом и устроившейся на его коленях, был грубо остановлен в этом занятии тем самым Фогги - видимо, правой рукой вожака - и ввергнут в мрачную пучину реальности. - Ну ладно, голубь, - обратился к Моррису Фогги, сметая небрежным движением волосатой лапы продолжавшую что-то щебетать красотку, словно она была не более чем завалявшейся на столе использованной салфеткой. - Ты, друг, выпил, закусил, бабу пощупал - пора все эти дела отрабатывать... Так что иди отоспись: к полуночи и начнем. - Что, собственно, начнем? - спросил мгновенно протрезвевший Де Жиль. - Охоту - вот что, - веско разъяснил волосатый Фогги. - Ты, браток, кого сейчас кушал? - Не знаю, походило на несоленую баранину или... - Терразавра здешнего ты кушал. Их здесь полно бродит. Ночами - так просто до чертовой матери... В полночь вы со своим дружком и пойдете на испытание. Пукалок вы с собой не прихватили - ну что ж, ваша вина, ваша беда. Но с голыми руками вас не оставим: и пики дадим, и крючья. И инструктаж ихнее благородие с вами проведет. А там - к утру ближе - или вы зверьком полакомитесь: вам, охотникам, лучший кус полагается, с самой что ни на есть задницы, либо, уж извините, - зверек этот вами закусит... И уж с какого куска начнет - это его что ни на есть приватное дело... За все платить надо, брат! - Вы слышали? - повернулся Моррис к Каю. - Слышал, - холодно ответил Кай. - Я всегда подозревал, что на каждый Лабиринт приходится, по крайней мере, один Минотавр. Здесь их просто побольше. - И называются они здесь по-дурацки, - заметил от себя Моррис. - Терразаврами. Глупость какая... Кстати, здесь проклятая радиосвязь и не думает работать... Как мы вызовем помощь? Что вы вообще собираетесь предпринять? - Очень кстати - это я о радиосвязи. Мы упускаем редкую возможность предстать полными идиотами перед местными спасателями... Точнее - спасательницами. Нам пока ничего не остается для начала, как немного выспаться. До полуночи у нас осталось не так уж и мало времени... Или расстояния. По слухам, здесь, в Лабиринте, эти понятия временами путаются... Фаталистом Федеральный Следователь не был, но в то, что устроенный для гостей из Метрополии спектакль, явно имевший цель отнюдь не угробить, а скомпрометировать их, будет вовремя прерван властной рукой постановщиков (точнее - постановщиц), он не сомневался. Не склонен он был и недооценивать здешних Минотавров, но и изображающий из себя дешевенькую туристическую видеокамеру боевой лазер, болтавшийся у него на плече, был неплох в деле - Кай знал это не только по инструктажам. Иногда с его помощью можно было даже заснять вполне приличный видовой фильм. В виде исключения, конечно. * * * Сколь бы это ни было странным, но, видимо, сочетание нервного стресса с долгожданным наполнением желудков и действием местного самогона довольно быстро погрузило обе заблудшие в Лабиринт души, подотчетные Федеральному Директорату, в глубокий сон. Кажется, его потрясли за плечо. И, кажется, он проснулся. Во всяком случае, сильно вздрогнув, легко сгруппировался и осторожно поднялся на ноги. Сыроватая мгла застилала окрестность... Вечерняя или предутренняя?.. К утру, впрочем, ему полагалось бы уже поближе познакомиться с обещанными зверьками... Так ведь и вечеру пора бы миновать... Кай сделал шаг вперед и различил в слегка истаявшем над теплой землей тумане привалившегося к корням громадного дерева Морриса. Нагнулся к нему и, в свою очередь, потряс его за плечо. "А кто тогда, черт возьми, будил меня самого?" - как-то лениво проплыл в его мозгу вопрос, показавшийся совсем уж праздным. Де Жиль нехотя приоткрыл левый глаз. - Ну, чего вам надо от меня, ребята?.. - утомленно спросил он, явно не намереваясь перегружать свой мозг излишними зрительными и слуховыми впечатлениями. - Господин Аудитор, - с легкой иронией в голосе напомнил Кай Моррису о его служебной принадлежности, - господин Аудитор... Нас здесь всего только двое - вы и я. Нам стоит поторопиться. - Трое... - с трудом ворочая языком, буркнул господин Аудитор и приноровился было снова отдаться в объятия сна, но вдруг, моментально протрезвев, сел, выпрямился и уставился на что-то, находящееся за спиной Кая. Это походило на детский отвлекающий прием "погляди-ка назад, приятель", и вдобавок что-то внутри - Каю не хотелось признаваться себе, что это "что-то" слишком походило на давно забытый детский страх - мешало ему повернуть голову. - Трое, это верно, - глухо подтвердил тот, кто был там - сзади. - Только вам действительно стоит поторопиться... Хотя далеко не радость ожидает вас... - Но и не прогулка с терразавром под ручку? - осведомился Моррис, осторожно поднимаясь на ноги. "Черт возьми, неужели у меня не хватит духу обернуться на этого типа - там, сзади? Смотрит же прямо на него господин Аудитор..." - раздраженно спросил себя Кай и поднатужился, чтобы действием ответить на свой вопрос. - Нет, - проронил тип за спиной. - Вам предстоит сделать выбор. Это самое неприятное, что может случиться с человеком... Кай зачем-то зажмурился, резко обернулся и, с трудом открывая глаза, очнулся от глубокого сна. Господи, да он всего лишь продолжал кемарить в теплом, примятом мхе, прикрыв голову скинутой курткой. И не утро - глухая, туманная ночь клубилась вокруг. "Nachi und Niebel". Очень мокрый "Niebel" - почти моросящий дождик. Он снова - так же, как в минувшем сне - странно легким движением поднял себя на ноги. Почти вслепую, спотыкаясь о мертвецки пьяные туши охранников и просто гостеприимных хозяев, Кай принялся высматривать в чертовой тьме хоть что-либо, напоминающее его напарника. Подошвы Де Жиля торчали из мрака там, где им и полагалось - согласно привидевшейся все в том же сне диспозиции - из расщелины между несколько эротически раскоряченными корнями дерева. Кай дотянулся до плеча Морриса и отвратительно повторяющим уже "пройденное" движением потряс Аудитора за левое плечо. Тот всхрапнул, не открывая глаз, закопошился, пытаясь перейти в положение сидя. За правое плечо его потряс кто-то третий. Кай включил фонарик и некоторое время рассматривал внимательное лицо сухощавого типа, подобравшегося к Де Жилю с другой стороны. Потом все-таки узнал самого себя. "Ну вот и снова пошли спецэффекты..." - подумал он. - Здравствуйте, господин Следователь, - произнес он вслух. - Аудитор... Здесь следует говорить "господин Второй Аудитор", - совершенно справедливо поправил его двойник. - Вам необходимо поторопиться... - Ага... Вероятно, для того, чтобы сделать выбор, - зло подсказал ему Кай. До него стало доходить, что если он и проснулся, то только условно. Такое уже проделывали с ним - далеко отсюда, в городе над бездной... Де Жиль открыл-таки оба глаза и тут же закрыл их, болезненно перекосившись. Потом снова открыл. - Правильно, - согласился двойник. - Вам обоим предоставляется случай... Такое бывает только раз... - Какой такой случай? - спросил Моррис, переводя остекленевший взгляд с одного собеседника на другого. - Случай сделать бывшее небывшим, господа... Но об этом вы будете жалеть всю жизнь. И всю смерть... Что бы вы ни выбрали... И тут Моррис дико заорал. От этого крика у Кая должны были лопнуть барабанные перепонки. Но они и не собирались лопаться. Только это и позволило Каю окончательно понять, что он просто снова видит сон. Из которого Кая вывел запомнившийся ему еще с первого дня пребывания на Химере шепот: - Вы что, господа, будете все-таки смываться или так и собираетесь дрыхнуть здесь, пока вас польют кетчупом и подадут на стол с редькой и петрушкой? Для милых зверьков? Слышите - они как раз рычат неподалеку... - Для зверьков лучше уж пусть подают меня с хреном! - зло огрызнулся полупроснувшийся Моррис пытаясь сфокусировать зрачки на добродушно выглядывающей из недалеких кустов небритой роже. Кай эту физиономию узнал сразу. Это уж точно не было сном. - Мой друг несколько капризен в этом вопросе, господин Циммерман, - чуть улыбнулся он. Снятые регистратором с давешней непотребной швабры "пальчики" уже были оперативно прокачаны через его базу данных по Химере, и таинственного незнакомца можно было считать представленным Федеральному Следователю. - Вот на это не рассчитывайте! - вполне серьезно предупредил Де Жиля неведомый доброжелатель. - Хрен они вам не оставят... Терразавры - исключительно разборчивы в этом отношении. Я бы назвал их высокоморальными плотоядными... Кстати, где это старый Барух Циммерман так прокололся, что мы с вами теперь уже совсем знакомые, господин Санди? - Да провалитесь вы со своими плотоядными и их моралью, хреном и кетчупом! - оборвал Баруха Моррис. - Где эти дубины, что сторожили нас? - Я не понимаю, вам нужны ваши сторожа или вам нужно попасть домой, мистер? - спросила небритая рожа. - Что до сторожей, то вон они - вповалку валяются. Тоже выпить не дураки - на шармачка. Это вы включите в счет, господа. Виски-то я им скормил неказенное... И вообще, давайте быстренько за мной... * * * - Кто это? - хрустальным стаккато спросила Леди Сью, не отводя глаз от экрана. - Что за непредвиденный коверный? Ровно за полчаса до того, как телевизионная группа должна была отснять непрезентабельную сцену позорного бегства наших гостей от пары приру-ченных, да еще и кастрированных терразавров - это очень помогло бы нам потом найти общий язык с этими господами, - так вот, ровно за полчаса до этого появляется какой-то клоун и... - Немедленно вмешайтесь, Эльсбет! - Это - человек Сержа... Барух Циммерман. Могут возникнуть крупные неприятности... - осторожно молвила Леди Эльсбет. - У вас... В первую очередь неприятности будут у вас... - Леди Сью щелкнула переключателем и, опустив веки, воплотила собой ледяное изваяние злого разочарования в способностях своих подчиненных. * * * - Здесь нам придется разойтись. У каждого из вас - свой путь из Лабиринта... Да - это так, и только так, господа... Не бойтесь ничего и слушайте только голос своей души. Вам придется пережить нечто неприятное... Каждому. Никто не предскажет заранее - что именно. Только безгрешные дети уходят из Лабиринта легко... Да и те почему-то плачут... - Деньги... - начал Кай. - Неужели вы не поняли, что мы еще встретимся с вами, господа? И уж тогда вы не забудете о той маленькой услуге, которую оказал вам ваш покорный слуга. Не знаю про вас, мистер, - Циммерман повернулся к Моррису, - но вы, - тут он повернулся к Каю, - кажется, делаете успехи... Вы, я вижу, собираетесь отдать свою пушку, - он кивнул на "видеокамеру" Кая, - напарнику... Не советую... Оружие - это не то, что помогает тут... Возьмите лучше вот этот подарок от старика Циммермана. - Барух сунул в ладонь Каю миниатюрную трубку блока кодированной связи. - Благодаря этой игрушке вы сможете говорить с вашим покорным слугой там - в городе - и не бояться, что нас будут слушать все, кому захочется узнать - о чем мы с вами так интересно разговариваем... Кай повертел приборчик перед глазами. Дорогая была вещь. Характерная для оснащения агентуры Комплекса. Чего и следовало ожидать. Но представить в роли агента такой серьезной структуры суетливого Баруха он не мог. Тот тем временем поторапливал новоприобретенных подопечных: - Вперед, господа, каждый по своей тропе! И запомните: не оборачивайтесь, не зовите, не идите на зов... И еще... Потом, если сможете... простите старого Баруха... - За что? - спросил Моррис. - Ты поймешь, когда останешься жив... - негромко ответил Циммерман. - Когда и если... Не оборачивайтесь, не отзывайтесь, не идите на зов... * * * - Здесь техника не работает. Это Зона Искажения Причинности. - Леди Эльсбет пожала плечами. - Предтечи были давно, Предтеч нет, но с Предтечами не повоюешь. В конце концов, они не нанимались строить для нас аттракцион с подглядыванием. Всякая эта голография на небе, лабиринты с изменяемой геометрией и прочие... эффекты - это одно... Наполовину мы, понимаем, как это работает... Наполовину мы сами это построили и отремонтировали... Но Зона Искажения, это - Зона Искажения. Ее сотворили Предтечи... с какой-то своей целью... А может, она сотворила их... Это вне нашей компетенции. Чтобы работать в Зоне, нужен Дар. А Дар - как деньги. Или он есть, или... По всем экранам ползла "ведьмина шаль"... - Почему это ничтожество... - начала формулировать свой вопрос Леди Сью, но Леди Эльсбет неожиданно позволила себе оборвать ее: - Барух Циммерман - агент трех разведок. И врет всем трем. И еще он работает на Сержа. Конечно... он большой мошенник. Это не Испорченность, скорее - своеобразный талант... Не называйте его ничтожеством хотя бы в этот раз, Леди... Последовала пауза, длительность которой свидетельствовала о грандиозности допущенного нарушения субординации. Но, когда Леди Эльсбет заговорила снова, голос ее оставался прежним. Не изменился. У нее было право. Никто из находившихся в этой узкой комнате не заходил в Зону. И не платил за то, чтобы выйти из нее. Кроме Леди Эльсбет. - Он просто хочет выжить в этом мире, Леди. У него есть Дар, и сейчас он честно продал его... Это не так мало - выжить ЗДЕСЬ, когда знаешь слишком много... - Мы должны были скомпрометировать этих шутов, Леди Эльсбет... (Господи, как высок и ломок стал голос Леди Сью!) Мы должны были показать им же кукольное представление, которое они разыграли бы в этом шутовском аттракционе. А они уходят. Уходят, оставив нас при наших картах... Оставив нас с носом... Леди Халимат ссутулилась у окна, спиной к свету. И промолчала. - Этим шутам придется очень плохо, пока мы не встретимся с ними снова... - тихо сказала Эльсбет. - Очень плохо, поверьте... И знаете - они не шуты вовсе - эти трое. Если они выйдут, конечно... Лабиринт впускает всех, Леди... И Зона Искажения - тоже впускает всех... Но выпускает только тех, у кого есть чем платить... И вы знаете, что платить приходится не деньгами. Самым дорогим, что есть в душе, платить приходится. - Я знаю... - Леди Сью сгорбилась в кресле. Воспоминание о чем-то из совсем других времен посетило ее. - Я знаю, что за выход приходится платить. Отказом от себя... Отказом от возможности исправить - один-единственный раз в твоей жизни что-то там - в своем прошлом. Выбором повторения судьбы... Шутам обычно платить нечем... Им там нечего менять в их жалкой судьбе... Лабиринт им такой возможности и не дает... Они остаются там - охотиться за Минотаврами, друг за другом... - Леди Сью помолчала, сглотнув горькую слюну. Леди Эльсбет пожала плечами: - Мы хотели еще и посмеяться над ними... Ну - не вышло. Это же такая мелочь по сравнению с тем, чем приходится платить... Так что не расстраивайтесь, Леди... Им удалось не встретиться взглядами. * * * В тумане пришлось идти Каю, в мороси... А потом эта морось запахла бензином... Да - тем самым, на котором ходили "Мерседесы" и "Порше" на той смешной планетке, где никакого спасения не было от жидких углеводородов... Где дешевле было качать не требующий даже перегонки бензин из земли, чем жечь дейтерий в реакторах... Господи, как же он забыл название этого смешного мира! Но вот чего он не забыл, так это неоновую рекламу автозаправки и то, что там будут стоять два подержанных полугрузовых кара. А еще дальше - под углом к тротуару, у лавки с ночным товаром, - рыжий "Фольксваген". Из лавки выйдет женщина - такая же рыжая, как ее кар. В руках у нее будет... Ах, ну-да, в одной - в трубку свернутая "Люцифер иллюстрирте" - вспомнил! "Люцифер-1" - вот как назывался тот смешной мирок... В котором теперь не живет никто, ? кроме сотни-другой постоянных наблюдателей... Его; эвакуировали целых десять или двенадцать лет... Но тогда, когда рыжая женщина, впрочем, какая там женщина - девчонка, год стажировавшаяся в их отделе, - так вот, тогда, когда она шла, помахивая сумкой и той газеткой на немецком - на "Люцифере" государственным был немецкий, об эвакуации еще только говорили в высших кругах. А радиоактивное облако от расстрелянных антиматерией сепаратистских станций (тогда их называли "сепаратистами" - тех, кто теперь ходит в героях Сопротивления) еще только начинало медленно стягиваться вокруг планетки. Никому, в общем-то, не нужной... Но только это было ТОГДА! Когда еще не утвержденный в своей категории, еще только собиравшийся где-то в Трансваале купить для будущей семьи домик Следователь Кай Санди ни за что на свете, ни при каких обстоятельствах не должен был выдать себя. И он никогда и ни при каких обстоятельствах себя и не выдал бы... Если бы не был столь старателен в выполнении своих служебных обязанностей всего пару часов назад... Потом, уже много времени спустя, как-то раз молодой стажер спросил его: - Почему, шеф, у вас в кабинете под стеклом на столе лежит этот заголовок? Это действительно был заголовок из газеты - слегка обгоревший клочок бумаги. "Никогда, - было написано там по-немецки, - не подсматривай за Богом в замочную скважину. И ты будешь жить счастливо. Или умрешь счастливым". Слово "счастливым" читалось уже с трудом. - Просто как напоминание, - ответил тогда Кай. - Мне как-то раз пришлось проверить это. Правда, я тогда не знал этого правила до конца. - Монахи Ордена Хаки начинают учить свои заповеди с чего-то очень похожего, - заметил стажер. - На китайском, кажется... - Никогда не слышал о таком ордене, - чуть удивился Кай. - Но китайцы - умный народ... - Это - светлая ветвь Учения Эйч-Эрн. Чтобы прийти к ним, не надо быть китайцем... - растерянно проронил стажер. Они потом больше не говорили на эти темы... Каю не стоило так детально прорабатывать план той операции. Ему достаточно было только знать свою задачу. Тогда он сделал бы то, что надо было делать ему и сейчас - в этом кошмарном повторении СЛУЧИВШЕГОСЯ... Ему надо было броситься вперед - Герда, наверное, просто решила бы, что он сошел с ума, - и оттолкнуть ее от дурацкой рыжей малолитражки. И тогда, по крайней мере, один из тех двух, что дежурили в поставленных у стоянки карахв, успел бы понять, что Кай знает о том, что должно случиться, что это он - Кай Санди - внедренный агент, что он спасает коллегу... И, разумеется, кто-то из этих двоих - скорее всего оба - разрядили бы в него свои стволы. Но времени у них хватило бы только на то, чтобы убить о-д-н-о-г-о. У Герды была достаточно хорошая реакция и прикрытие - дурацкий рекламный щит был почти рядом. Операция была бы, безусловно, сорвана. Это стоило бы жизни еще трем внедренным агентам Управления. Их похоронили бы с большими почестями, чем Кая. На похоронах дураков не играет оркестр Управления. Хотя Герда, конечно, положила бы на скромный холмик цветы - Кай не помнил, какие подходящие растения продавали в киосках на Люцифере, - что-нибудь скромное и со вкусом. И рядом - обручальное кольцо. Именно это, наверное, называется "умереть счастливым". Но Кай нарушил заповедь монахов Хаки, о которой тогда не знал. Он заглянул Господу через плечо - так это формулировалось по Эйч-Эрн (он узнал это потом): он проработал операцию на уровне регионального комзвена. Имел на это право. Более того, это было отмечено похвалой. Потом. И он знал, что, спасая одну, убивает четырех. Троих, если не брать в счет себя. Странно: если бы к рыжему "Фольксвагену" подходила совершенно незнакомая ему женщина, он, пожалуй, совершил бы ТУ ГЛУПОСТЬ. Но поступить так, когда в смерть входила та единственная, которую он любил (мать умерла годом раньше), было для него странным, чудовищно вывернутым наизнанку эгоизмом. Не слабостью, не растерянностью - нет: нечестной игрой. И он даже не ускорил шаг. ОН И ТЕПЕРЬ ЕГО НЕ УСКОРИЛ. И Герда просто не успела узнать Кая в вечерней мороси... Она взялась за ручку дверцы своего кара, которому только доли секунды оставалось быть ярко-рыжим. И бросила на сиденье пакет с покупками. Затем села сама. И уже не успела закрыть дверь. Взрывом ее выбросило на колонку. Которая вспыхнула словно факел. Вспыхнуло и горело вообще все - даже витрина ночной лавки. ТОГДА он не помнил, как подбежал к ней. Он пришел в себя только в тот миг, когда напарник-сообщник из успевшего отрулить от живого костра кара похлопал его по плечу. - Тут нечего проверять, парень, - успокоил он Кая. - Суке своротило полчерепа. Уходим. Потом в кабине, отжимая педаль газа и кивнув на оказавшуюся каким-то образом (он тоже не запомнил этого) в его руке обгорелую "Люцифер иллюстрирте" с ТЕМ САМЫМ текстом, напарник спросил иронически: - Собираешь такие сувениры? Я-то поначалу думал, тебя вывернет наизнанку... А у тебя нервы - ничего... Ту операцию они так и закончили с одной потерей. Второго сообщника и еще девяносто трех заговорщиков освободили по амнистии сразу после выборов. А похваливший крепкие нервы Кая лежит в национальном пантеоне Освободителей "Люцифера-1". Пантеон, так же, как вся планета, сейчас заброшен, и одичавшие голуби украшают бронзовое чело героя радиоактивным дерьмом... Кай, словно в бреду, взглянул на свои пальцы. ТОГДА на могилу Герды он не положил ни цветов, ни кольца. Надо было вместе с заговорщиками убираться подальше. Кольцо он променял на бутыль виски и набрался так, что даже сильные по части психологии друзья из банды не раскололи его. Легкий порыв ветра упруго прошелся по лицу, взлохматив волосы, а спустя мгновение чья-то осторожная рука бережно поправила сбившуюся прядь. Воспоминание, казалось бы, навеки забытого ощущения тепла и нежности ярким всполохом опалило сознание, и только что очнувшийся Кай замер, не решаясь открыть глаза. Ему казалось, как только он подымет веки, сон исчезнет вместе с Гердой, на коленях которой покоилась сейчас его голова. Пусть это был мираж, фантазия его воспаленного мозга, загадочным образом извлеченная из-под напластований памяти, но это был сладостный мираж, из которого не хотелось уходить. Он накрыл своей рукой узкую ладонь, лежавшую у него на лбу, и по ее теплу вдруг окончательно осознал, что женщина у него в изголовье была из плоти и крови и не являлась порождением Лабиринта. Кай рывком поднялся - настолько резко, что закружилась голова, - и столкнулся глазами с печальным взором Джейн Гранж. Она отвела взгляд и несколько смущенно отряхнула платье. - Вы спали очень беспокойно, господин Второй Аудитор, но я боялась вас будить - по нашим поверьям, часть вашей души в это время путешествовала по Лабиринту и могла в этом случае остаться там навсегда. Кай неловко кашлянул и тоже поднялся на ноги. Рядом возвышались развалины давешнего храма, а полуистлевший костерок, дым от которого завел их в страну миражей, еще хранил остатки тепла. Странно, а Каю казалось, что они пробыли в Лабиринте как минимум несколько суток. Впрочем, не исключено, что несколько минут - теперь он уже сам потерял счет времени. - А где Моррис? - спросил он, чтобы выйти из неловкого положения. - Он уехал с Мариам на своем каре. Господин Де Жиль, не в пример вам, гораздо легче перенес посещение Лабиринта. Хотя я не назвала бы его состояние слишком бодрым. А я осталась, чтобы дождаться, когда вы очнетесь. Скажите, мистер Санди... - она слегка запнулась, словно произнесение последующей фразы давалось ей с большим трудом. - Вам было очень плохо там, в Лабиринте? Кай обратил внимание на то, как побледнели стиснутые в кулаки пальцы ее рук. Он удивленно поднял брови, и Джейн, словно торопясь высказать что-то очень наболевшее, быстро продолжила: - Понимаете, я чувствую долю своей вины в том, что приключилось с вами. Боюсь, что своими глупыми разговорами мы с Мариам подтолкнули вас к посещению Заповедных Мест. А Лабиринт... - она замолчала, подбирая слова, - он часто воскрешает самое сокровенное. Это удача, если человек повстречает того, кто когда-то был источником наивысшего счастья в его прошлой жизни. К сожалению, чаще бывает так, что там воскрешаются ситуации, причинившие человеку наибольшую боль и страдания. И вот я боюсь, что невольно подтолкнула вас именно к этому... - Ну что вы, мисс Джейн, все в порядке. - Кай уже почти полностью пришел в себя, и только чуть дрожавшие руки никак не могли успокоиться. - Просто повстречал Минотавра. Он ведь положен вашему Лабиринту? Джейн дернула плечом: - Стараемся не отставать от прочих, господин Второй Аудитор... Кольцо, проклятое кольцо было там же - на безымянном пальце. Или это - невероятно устойчивая галлюцинация? Он осторожно снял кольцо с руки. Подбросил в воздух - больше, чтобы проверить: для него ли одного оно продолжает существовать? Странно - Джейн подставила ладони, словно собираясь поймать подброшенный предмет, но закончила это движение обычным, жизнерадостным хлопком в ладоши. И грустной усмешкой. Надо было что-то сказать. - Все было достаточно забавно, но, как говорят на Святой Анне, "делу время, потехе час", что в вольном переводе с русского означает, что час развлечений несколько затянулся. А между тем, - Следователю удалось наконец справиться, с проклятой дрожью, - мы уже изрядно выбились из графика ознакомления с промышленностью Химеры. - Хорошо. - Джейн приняла предложенный ей деловой тон и сухо кивнула Каю, приглашая его в машину. - Тогда, если вы не против, мы можем прямо отсюда отправиться на гелиоэлектростанцию. Вы ведь, кажется, с нее хотели начать ознакомление с нашей экономикой? Кай шагнул к машине, и его голова болезненно отозвалась на резкое движение тошнотой и звоном в ушах. Видимо, еще давали о себе знать последствия проклятой экскурсии. - Нет, Джейн, сначала мы заедем в отель. - Он по чисто профессиональной привычке занял левое заднее, не просматривающееся с места водителя сиденье. - Мне и вправду требуется небольшой отдых после осмотра ваших достопримечательностей. Да и с Моррисом нужно потолковать. А промышленностью займемся завтра. И заменим гелиостанцию горно-обогатительным комбинатом. Мы ведь имеем такое право? - Как скажете, господин Второй Аудитор, - с чуть заметным сарказмом произнесла она, и Кай почувствовал, что настроение его спутницы заметно испортилось. Он извлек из бокового кармана свой блок связи и, вконец прикинувшись носорогом, стал набивать на клавиатуре очередной запрос в невинное информационное бюро "там, Наверху". Глава 4 В КОТОРОЙ ПРОИСХОДЯТ СОБЫТИЯ, БЕЗ КОТОРЫХ НИКАК НЕ МОГЛО БЫ ПРОИЗОЙТИ ТО, ЧТО, ОДНАКО, ПРОИЗОЙДЕТ В ПЯТОЙ, ШЕСТОЙ И ПОСЛЕДУЮЩИХ ГЛАВАХ Лики так и не поверил, что ему это удалось. Когда много раз прокручиваешь в голове какое-нибудь предстоящее событие, перестаешь верить в реальность его осуществления... Да, вывернувший из ущелья броневик-многоножка снизил скорость перед следующим поворотом и, словно сам собой, вошел в перекрестие прицела. Да, спусковая скоба, словно сама собой, заскользила под рукой. Да, злой огонек бронебойного "РС" стремительной мухой преодолел расстояние, отделявшее Лики от машины, и, словно сам собой, юркнул под крышку капота. А второй заряд ударил подброшенный взрывом броневик под дно и, словно игрушку, повалил его набок. Все получилось как надо, но в то, что это сделал он - Мастер Лики, ему не верилось ни в малейшей степени... Лежа на боку, броневик, словно гигантская жужелица, продолжал сучить механическими ногами. Бронированная дверь водительской кабины, ставшая теперь люком, отворилась, и из нее выполз дымящийся, ошалевший охранник. Стрелять в него не пришлось - бластер он, судя по всему, так и оставил в кабине и сейчас попросту пустился наутек. Лики с удовольствием отметил, что трус носит цвета дома Виктиса. Водитель из кабины не появился. Пятеро налетчиков, выбежав из своих окопчиков, кинулись к броневику и окружили машину. Наклонившись к лобовому стеклу, Лики увидел нечто крайне опасное - водитель, словно диктор на экране выключенного телевизора, активно шевелил губами - это могло означать только одно: рация броневика работает, и проклятый коп вызывает подмогу. Надо было спешить. В кабину полетел парализатор, брошенный Ружданом, и водитель заткнулся. Конечно - слишком поздно. Дирк уже закончил укреплять радиомину на задней двери фургона и, отскочив за корпус машины, махнул Курцу и Варри - двоим свежезавербованным парнишкам, искренне воображающим себя героями начинающегося Сопротивления. Те кинулись выводить из укрытия угнанную час назад "скорую". Связанный по рукам и ногам водитель с укоризной следил за их действиями с заднего сиденья. Выразить свое отношение к происходящему с помощью звуков ему мешали кляп, грамотно вставленный ему в рот, и Злюка, неусыпно стороживший пленника. Мина начисто вынесла створки задней двери фургона, и взорам нападавших открылись плоды их усилий - без всяких катушек, в комья спрессованные и безнадежно перепутанные тысячи и тысячи витков стандартной иридиевой, платиновой, золотой проволоки... Лики схватился за голову... Видел бы такое мастер Ларс... Проклятые скоты вывозили национальную валюту второпях - навалом... Конечно - там, в Виктисполе, у них будет время распутать, перемотать и разложить по полкам сейфов все это великолепие, но подумали ли они о том, каково работать с таким продуктом рядовому грабителю?.. - Быстрее, быстрее!!! - скомандовал Дирк, и все разом кинулись перетаскивать чертову канитель в салон "скорой". Быстро не получалось - проклятая проволока цеплялась за все, за что только было возможно, путалась в ногах, не пролезала в дверь... "Даже половину взять не успеем!" - с досадой застонал Руждан, и словно накаркал. Бог его знает откуда, чертом из бутылки, в узкий просвет неба над ними выскочил патрульный вертолет. Никак не полагалось ему появляться так быстро... Должно быть, пролетал над ущельем по другому совершенно поводу и поймал сигнал... Очередь с небес скосила Варри, а заодно прошила "скорую", словно картонную игрушку. Тут же огненной мухой в небо ушел РС, пущенный Дирком, и вслед ему - второй, от Лики. Вертолет отвалил за верхушки скал. "Ушел, скотина! - подумал Лики. - Сейчас пойдет на второй заход, и нам - крышка..." Но там - за скалами - полыхнуло, грохнуло, и тарахтение геликоптера оборвалось судорожным кашлем, ударом и скрежетом сминаемого металла. Какой-то из самонаводящихся снарядов сделал свое дело... - Ходу! - скомандовал Дирк. Тесаками обрубая перепутанные тяжи драгоценной проволоки, мешающие затворить двери, они полезли в медицинский кар. Кабина была залита кровью - очередь из крупнокалиберного пулемета, пробив крышу, изрешетила и плененного водителя. Помощь ему уже не требовалась. Да и время позволяло лишь без всякого уважения к покойному вытолкнуть его останки из кабины. "Надо было просто оставить несчастного парня где-нибудь на обочине, а не тащить сюда связанным..." - с запоздалой горечью подумал Лики. Весь в крови был и Злюка. Но не в своей - пули пощадили любимца Мастера. Впервые в его глазах Лики увидел такой неподдельный ужас. Вытащить Злюку из-под сиденья было попросту невозможно. Дирк рванул с места и, не вписываясь в зигзаги шоссе и сшибая столбики ограждения, погнал машину выше, в горы. * * * Глайдер на воздушной подушке мчался по раздолбанному шоссе, оставляя за собой облако пыли. Кай отметил про себя явное запустение, царившее вокруг. По обе стороны дороги виднелись развалины причудливых зданий и заброшенные фермы, заросшие густой растительностью, пожухлой под первым дуновением, накатывающейся на Северное полушарие зимы. Природные зоны меняли друг друга на Химере с той же быстротой, что и выскакивающие из-за близкого горизонта пейзажи. В Дизерте уже бушевали вьюги, а в сотне километров к югу еще только кончалась осень. Впрочем, снеговые облака уже громоздились в низком и тусклом небе. - Коровы! Забодай меня Господи - коровы! - вдруг воскликнул Моррис, указывая на стремительно пролетающее мимо поле. - А вы говорили, что бифштексы вам доставляют с Мирабеллы... Кто же пасет бедных животных в такую холодину? "Слава Богу, господин Аудитор отошел от вчерашнего, - вздохнул про себя с облегчением Кай. - После Лабиринта, конечно, и мне самому было бы не грех надраться до того состояния, в котором Морриса доставила в номер верная Мариам... Не так уж легко пережил господин Аудитор то, что выпало ему повстречать на пути из Лабиринта". - Это говорили вы... - сурово заметила Джейн. - Про бифштексы с Мирабеллы. Впрочем, стоит притормозить - вам полезно будет ознакомиться с проблемами наших фермеров... Фермеры были представлены плечистой и конопатой девицей лет шестнадцати, не по летам суровой, но довольно симпатичной. Она шпарила на велосипеде от сарая к их причалившему у обочины глайдеру. Моррис живо отворил дверцу и двинулся ей навстречу. Мариам поспешила за ним. Кай, досадливо морщась, выбрался тоже и протянул руку Джейн. Та иронически улыбалась про себя, видимо, ожидая чего-то забавного от предстоящего знакомства. "Славянка, должно быть..." - подумал Кай, разглядывая россыпь веснушек и русую челку хозяйки фермы. Девица, поставив свое средство передвижения на выдвижную опору, с деловым видом обошла вокруг глайдера, не особо обращая внимания на прибывших. Кай ошибся: на карточке, пришпиленной к груди комбинезона славной земледелицы, было означено "Минни Арнольд". - Машину торгуете, мэм? - обратилась Минни к Каю, не вынимая изо рта соломинку и пиная сапогом амортизатор. - А вы сможете заплатить наличными? - моментально встрял в только начавшийся диалог Моррис. - У меня кредит открыт - на кафе. Придорожное. - Минни наконец перенесла центр внимания с амортизаторов глайдера на физиономии гостей. - А чего это с тобой, сестра? Она удивленно оглядывала франтоватую фигуру Де Жиля. - Это не сестра, - сурово и наставительно изрекла Джейн. - Извините, господа, юное поколение у нас совершенно не имеет представления о мужчинах... - Мужик? - поразилась Минни. - Без чадры? - Это - гости планеты... - пояснила Мариам. - Ты смотришь Ти-Ви, сестра? - Ага - телекроссворд... И оба сериала про Люсинеллу... - А следовало бы смотреть еще и хронику, - посоветовала Джейн. - От этих вот... братьев зависит, будут ли наши фермеры получать кредиты для развития хозяйства, или... - На трактор - все равно ни хрена не дадут, - уныло заметила Минни, на глазах теряя интерес к приезжим и снова обращая взгляд на глайдер. - Даже на обычный кибер. И на корма - тоже. Такой процент хотят, что удавишься... Я вот тачку думаю купить и на "Катерпиллер" сменять... Так почем тачка? - Это же очень дорогая модель... - заметил Моррис. - "Роял-Флайт" тебе не по карману, девочка... - Это мне лучше знать, - резонно заметила Минни. - Тебе, должно быть, хорошо платят на бойне за этих милых крошек? - Моррис игриво кивнул на продолжавших деловито пережевывать пожухлую траву животных, маячивших невдалеке. - Им не холодно, бедным? Снег скоро пойдет. В столице - зима уже вовсю... - Скажешь тоже, сес... тьфу! Скажете тоже, брат... Мясо в магазине вдвое дешевле, чем у Фредди на приемке... Они у меня для этого... Ну - полупродукт производят... А на зиму их у меня забирает Общество Охраны Животных. У них там теплые стойла... - Полупродукт? - поинтересовался Моррис. - Ну - дерьмо. Навоз. И молоко иногда - что с ним делать, ума не приложу... - А пить его вы не пробовали? - осторожно спросил Кай. - Только и остается... - вздохнула Минни. - Но "Лактомакс" вкуснее. И дешевле в сто раз получается... - А что же ты получаешь из э-э... этого своего полупродукта? - Ясное дело, что - продукт. Его по хорошей цене берут. Для туристов. Экзотика... - А-а... - Де Жиль обратил взгляд на Кая. Тот разглядывал ставшее совсем уж зимним небо. - Ладно, значит, тачку не продаете, я так поняла? - Мы не торгуем машинами. - Джейн решительно откашлялась. - Ладно - возьми, угостись, - Минни протянула Моррису коричневый пакет, взятый из контейнера, притороченного перед рулем ее железного коня. - Это что? - осторожно спросил тот. - Продукт, - сказала Минни и вновь оседлала велосипед. Окинула взглядом свое хозяйство и добавила: - Эх, взорвалось бы оно тут все, что ли... Или провалилось бы... А тачку жаль, не торгуете. Мы бы договорились... С тем юный фермер женского пола и убыл восвояси. - Бедная девочка, - вздохнула Мариам, усаживаясь не без помощи Морриса в глайдер. - Обречена весь свой век возиться в дерьме... И даже не может получить кредит на кибер... - Хотел бы я знать того кретина, который так мудро планирует ссудный процент, что можно получить деньги на придорожное кафе, которого наша "бедная девочка" строить, сдается мне, и не думает. Но нельзя выбить деньги на трактор, который ей позарез нужен?.. - задумчиво спросил Моррис. - Верховный Матернальный Совет... - сказала Джейн, трогая глайдер с места. - Не понял... - озадаченно повернулся к ней Де Жиль. - Ставки ссудного процента утверждает Верховный Матернальный Совет. С подачи Трех Леди. - Великих Матерей? - Это слишком официально, чаще говорят - Три Леди. Или просто - Леди. Ссудный процент - не самое удивительное в нашей финансовой системе, господин Инспектор. Например, наша бедная девочка могла бы провести остаток жизни где-нибудь на лучшем курорте Метрополии, если бы ее ферма сгорела, была бы разграблена злодеями, взорвалась, на худой конец. У нас очень щедрая страховка. - И очень много сгоревших ферм, надо думать? - предположил Кай. - Хватает. И почти никогда пострадавшие не возвращаются к труду в аграрной сфере. - Ч-черт - сосиски это, что ли? - спросил Моррис, ощупывая давешний пакет. - О Господи, Санди, - оно шевелится!.. Пакет со знаменитыми земляными червями полетел в окошко, а Мариам захлебнулась от смеха. * * * - Я слышал, - поддержал разговор на столь решительно пресекаемую тему Моррис, - что Обитающие в Пещерной Стране немногочисленные мужские колонии пользуются на Химере каким-то особым статусом... - Называть их мужскими колониями неправильно. У нас принят термин - Патриархальные Территории. Там поддерживается практически тот же уклад, что и за Геостационарной орбитой... Моногамные семьи, засилье мужчин в руководстве... Поэтому мы законодательно ограничили их контакты с Основной Территорией Химеры. - То есть с поверхностью планеты? - уточнил Кай. - Это не совсем так... - Джейн, кажется, запальчиво возразила самой себе. - Их ведь не держат там силой... Всегда можно покинуть планету, если вас не устраивает образ жизни, который вам приходится вести... - И что же их удерживает - там, в этих норах? - осведомился Моррис. - В основном - вера, - пояснила Мириам. - И вообще - предрассудки. Знаете, как сказано у кого-то из древних: "Любовь к отеческим гробам, любовь к родному пепелищу..." Вот мы и приехали... Здесь вы проведете встречу с нашими Леди, поужинаете с ними и переночуете. - Не с ними, разумеется... Ответом на эту шутку Морриса было ледяное молчание. Перед ними (как всегда, на Химере) неожиданно - из-за непривычной близости горизонта - вырос корпус правительственного санатория. * * * До ужина оставалось еще около полутора часов, которые гостям предложили провести в прохладном просмотровом зале наедине с огромным окном-экраном голографического проектора. Аудиторам решили продемонстрировать специально к их приезду приготовленный телесюжет, освещающий основные направления предполагаемого бурного роста экономики Химеры - при условии утверждения Федеральным Директоратом Дотационной Программы, о каковом (утверждении) говорилось как о чем-то само собой разумеющемся. Представление гостей Трем Леди несколько затягивалось из-за очередного приступа недомогания Леди Эльсбет. По этой, - собственно говоря, причине прием Федеральной Инспекции и проходил в здании лечебно-профилактического заведения, а не в официальной резиденции Верховного Матернального Совета. - Они, по-моему, ничем, кроме гостиничного бизнеса, заниматься не намерены... - заметил в середине просмотра Де Жиль. - Возможно, о других видах вложения капитала они просто не имеют представления... - Притом при проектировании гостиничных комплексов их вдохновляли, пожалуй, женские монастыри - вроде тех, что встречаются на Парагее, например, - добавил Кай. - Почему они воображают, что народ валом повалит на Химеру, на которой полгода дождливое лето, а затем столько же - бесснежная зима? - Это на одном полушарии, - справедливости ради заметил Моррис, - а на другом, как видите, все наоборот... Что, конечно, тоже не легче. И все это при общей площади планеты с Европу, считая вместе со здешним Великим Океаном. Кстати, в качестве бесплатной консультации могу посоветовать Трем Леди не особенно афишировать то, что они собираются доверить деньги инвесторов таким "строителям", как "Трансгалактик Стоунбридж инкорпорейтед". Вся Периферия с этими шутами гороховыми судится уже лет сорок... Хотя вот это - весьма достойное сооружение... На экране величественно проплыли, как потом выяснилось, компьютерные имитации довольно своеобразного, словно из какого-то детского сна, города, точнее - зданий, слившихся воедино с девственным пейзажем местного леса в красивом горном распадке. - Господи! Да это же - проект самого Кэссиди! - ахнул подкованный в вопросах архитектуры и зодчества Де Жиль. - Маэстро на закате лет собрал призы по всей Федерации... Так вот кто, оказывается, был заказчиком... Тут, к его разочарованию, прекрасные имитации сменились на экране суровой явью в виде раскуроченных техникой гор грунта, траншей, котлованов, черт его знает каких времянок, уродующих ландшафт прекрасного уголка дикой природы. Зрелище казалось злой пародией на предшествующие идиллические кадры. Бодрый, хотя и несколько сверлящий голос дикторши довел до сведения дорогих гостей тот грустный факт, что строительство Детского реабилитационного центра, которому будет со временем придан статус Федерального, находится в настоящий момент в плотной увязке с вопросом об утверждении Дотационной Программы. Тревога, выраженная по этому поводу, несколько не вязалась с твердо обозначенной ранее уверенностью в том, что дело, по своей сути, уже находится в шляпе. На такой вот ноте и закончился "сеанс хмурежа", как его определил вполголоса Моррис. Последовала наконец процедура официального представления членов Федеральной Инспекции Трем Леди, на редкость, вообще говоря, бессодержательная. Пребывавший в течение всего обряда в глубокой задумчивости Кай сослался на личный режим, изжогу и что-то еще в этом духе и на ужин не остался. В конце концов, Второй Аудитор Федеральной Инспекции имел право на режим питания, изжогу и, допустим, на бережно лелеемую язву желудка. Или гастрит - по выбору. Этим Второй Аудитор и отличается от Федерального Следователя. А почему ему не захотелось провести ужин в относительно приятном обществе, Кай и сам не мог себе объяснить. Словно испугался каких-то перемен в своей жизни... * * * - Здешние фермеры не пьют молока, - зло пробурчал Моррис, лежа на диване и разглядывая расписанный листьями потолок, - а коров содержат для того, чтобы получать навоз. В магазинах я впервые увидел очереди - вы видели в своей жизни настоящую очередь, Санди? - На "Шаттлы" спасения. Когда эвакуировали Ксантис... - Кай кашлянул, смутившись непроизвольной бравады. - Так вы там были? И загоняли народ в ракеты? - Нет, ловил мародеров. После того как ракеты ушли... Там, как вы помните, было чем поживиться... - И что - оставались там, когда ударило? - В убежище, само собой, в убежище... Они помолчали. Моррис тактично не стал спрашивать, насколько жутко было тогда на пустом Ксантисе... - Так вот, - продолжил он немного спустя. - Здесь я впервые в жизни увидел очередь. За золотым шитьем. Парчой с Земли. А безработным тут дают бесплатные талоны в дорогие рестораны. Раз в месяц. Чтобы у них не развивался комплекс неполноценности. Кай, который тоже занимал горизонтальное положение на диване в другом углу номера, сосредоточенно рассматривал голографическую проекцию участка галактической карты, которую выдавал покоившийся у него на животе ноутбук. Какие-то из планетных систем он выделял цветом по ему одному известным признакам, и они сияющими жемчужинками переливались перед его лицом. - Забавно, - сказал он несколько не в тон текущей беседе. - Вот посмотрите: ближайший к Химере очаг цивилизации - Изида. До сих пор даже самостоятельным Миром не считается... Но какой рост деловой активности. Тамошний Институт Экспериментальной Медицины превратился в федерального значения центр микро- и нанохирургии... Казалось бы, на пустом месте выросла монополия на лечение сложнейших травм и расстройств... А теперь - вторая по удаленности от Химеры населенная зона - Глоб-8. Точнее - неполная сотня обитаемых спутников на его геостационарной орбите. На поверхности - девятнадцать "ж" и болота из жидкого метана. Так что ни о какой колонизации и речи нет. А надо же - околопланетная зона процветает: четырехкратный рост производительности труда в производстве биокибернетических имплантантов... При двукратном снижении цен. Все это - за три-четыре года... Теперь - Валенсия и ее ювелиры... - Короче, Кай, вы хотите мне лишний раз доказать, что регион процветает. Я вижу, у вас еще полдюжины поселений отмечено оптимистическим зеленым огнем... И только Химера осталась в прошлом десятилетии. И все - из-за засилья баб... - Нет, я хочу, чтобы вы оценили те же факты с иной точки зрения, Моррис... Почему бы не взглянуть на Химеру как на центр всего этого великолепия? - Загнивающий центр цветущей периферии? - задумчиво заломил левую бровь Моррис. - Гниет-то он гниет, мой друг, но зато как пахнет... Я бы, впрочем, сказал, что Химера не просто загнивает. Гниение кончается распадом. Нет, Химера по-своему процветает... Процветает, потребляя, но не производя. Или, может, все-таки производя что-нибудь? Какой-то невоспринимаемый нами продукт... Знаете, у ботаников есть такой термин: "флориген" - гормон цветения. Не продает ли Химера своим соседям такой вот флориген? Почему-то ненужный ей самой... - Ф-л-о-р-и-г-е-н, - задумчиво попробовал слово на вкус Моррис. - Скажем проще - товар. О, Господи! Он вдруг сел на своем диване. - ТОВАР! - Чем это слово так вас поразило? - меланхолично поинтересовался Кай. - Да тем, что из-за этого самого слова я провожу вечер здесь с вами, а не в обществе прелестной Мариам... Бедняге чуть не пришлось вызывать "скорую помощь", - горестно констатировал Де Жиль. - Господи, что это вы с ней сотворили? - все еще рассеянно поинтересовался Кай. - Помянул черта к ночи... - Моррис сделал неопределенный жест. - За ужином... Одним словом, речь зашла о том, что здешние моды слишком дороги даже на взгляд жителей Метрополии, и я сказал, что, судя по всему, формула ТОВАР - ДЕНЬГИ - ТОВАР на Химере обходится без среднего элемента, раз уж при острой нехватке в бюджете денег на планете вдосталь товаров. Точнее, я сказал не "товаров", а "товара"... Я собирался пошутить в том смысле, что единственным товаром Химеры, который стоит всех остальных, является обаяние ее обитательниц... - Весьма оригинальная мысль... И что за этим последовало? - несколько живее поинтересовался Кай. - Тут Мариам и подавилась этой проклятой маслиной... Нет, точнее, она спросила меня, как-то очень уж серьезно... А я брякнул что-то в том духе, что для Налогового Управления секретом не являются даже самые деликатные виды товара... Я еще успел сказать "такие, как...", и тут бедняга и... - Ну и как, чем же сестра объяснила э-э... охватившее ее чрезвычайное волнение? - Ничего она не объяснила... Битых полчаса мы выбивали из нее проклятый плод, пока Джейн не приложилась ей по спине что есть силы - это в зале пятизвездочного ресторана-то, - она, кажется, была сильно раздосадована этим проколом... И вашим отсутствием за ужином, кстати. А потом Мариам сказалась больной. И весь вечер порушился... Я, признаться, не увидел тогда в происшедшем ничего, кроме забавной стороны дела... А теперь вы со своим "флоригеном" навели меня на мысль... Что милые дамы как-то не так поняли мою реплику... - Здесь вообще трудно правильно понимать друг друга... - пробормотал Кай, впадая в задумчивость. - Кстати, я вот уже почти сутки не могу решиться задать вам этот вопрос... Вы тогда выбрались из Лабиринта... благополучно? Де Жиль молчал, отвернувшись в сторону. - Вам это... тоже дорого обошлось? - чуть жестоко, но довольно настойчиво продолжил подобие допроса Кай. - Этот наш благодетель... Барух, кажется... - Моррис поднялся с дивана и вытянул из бара бутыль чего-то весьма изысканного. Посмотрел на свет и вернул на место. - Он не зря просил простить его, когда мы выйдем на свет Божий. Когда и если... Кстати, откуда он знает нас, Санди? Это что - ваша агентура? - Нет. - Кай слегка нахмурился. - Агентура, но не моя. Но вы не ответили на мой вопрос... - Я же не спрашиваю вас, господин Следова... Тьфу, я же не спрашиваю вас о том, каким грехом молодости пугнули вас там - на обратном пути... Что касается меня, это, как ни странно, не связано с женщинами... Просто... Просто не так уж легко войти в права наследования дома Де Жилей и не чувствовать себя всю жизнь дерьмом, Санди. - Но все же вы решили... - Кай замялся. - Вы решили остаться при своем, Моррис? - Противоположный вариант тоже был далеко не пирожным, господин Второй Аудитор, - поморщился тот. - Или вы бы предпочли видеть меня в роли малоизвестного непризнанного гения от живописи без копейки в кармане, а деньги Де Жилей - собственностью секты мошенников Дага Мезонье? О секте Мезонье - ныне покойного - Кай кое-что знал не понаслышке и, вздохнув, решил не углубляться в тему. - И потом, - явно выйдя из равновесия, продолжил Моррис, - что в конце-то концов изменилось бы, если бы в этом... наваждении я и впрямь поступил иначе, чем поступил на самом деле? Ведь не изменил бы я того, что было? - Да, - с отсутствующим видом согласился Кай. - Даже боги бессильны сделать бывшее небывшим. * * * Леди Сью поморщилась, прочитав листок рапорта. - Мне кажется, что сестры, назначенные в сопровождение милым гостям, не сумели как следует развить мою идею использования Лабиринта для того, чтобы притормозить инициативу Федеральных Ревизоров. Постарайтесь активизировать Джейн. Мне представляется, что она стала слишком уж интеллигентной в своих методах... Сестра-секретарша склонилась, записывая ценные указания Великой Матери. - Теперь я готова выслушать вашу новость, леди - Халимат, - повернула Леди Сью великолепной формы голову в сторону старой боевой подруги. - Есть некая конфиденциальная информация из "Помпеи", от нашего лучшего друга, господина Плотникова... - Надеюсь, не очередное требование снизить налог на спиртное? - осведомилась Великая Мать. - Ну, эти требования давно перестали быть конфиденциальной информацией... - Ее собеседница вскинула плечи. - Речь о другом... Нам снова следует ожидать высоких гостей... Слишком, пожалуй, высоких... - О Боже... Однако к этому все шло... Великий Тоод Деррил собственной персоной, надо полагать? - Как не поразиться вашей проницательности, Яеди... Именно он. Со всеми чадами и домочадцами... Наступила наполненная возвышенной тишиной пауза. Леди Сью мыслила. - Внесите этот вопрос в повестку вечернего заседания... Она сделала соответствующий знак сестре-секретарше и принялась массировать уставшие веки. Потом отрешенно добавила: - Джейн все еще в приемной? Пусть ее примет Халимат. * * * Замысел Аймана-Торговца, под каковой кличкой Мустафа Халиль значился в файлах отдела Промышленной Информации "Дженерал Тренде", был гениально прост. Зародился он более трех недель назад, когда при очередной проверке тайника с Универсальным блоком у него возникли кое-какие подозрения. Подозрения эти укрепились, когда Центр подтвердил наличие в поступающих от Торговца сообщениях "примеси". Долго раздумывать над автором этой проделки не приходилось: если кто из здешних и мог мудрить с его тайником и блоком, так это лишь бесхитростный мошенник Циммерман. Территория Помпейской Колонии надежно охранялась от происков Контрразведки Матернальной Республики и личных агентур всех трех Леди благодаря суровому норову бессменного атамана Колонии Сержа Плотникова и его присных. Сами же они интриг не плели по причине полупохмельного состояния и твердой уверенности, что воду в Зоне мутят только два вольнонаемных басурмана: подпольный ростовщик Борька Циммерман - шельма большая, но в делах необходимая, и "челнок" Айман Ибрахим - говорят, что "голубой", но с огромными связями человек. Если и интересуется мальчиками - так только залетными, вроде "кидалы" - Альхена, что крутятся в обеих столицах, прикрыв морду чадрой, и обслуживают приезжих с "особыми запросами". Оба - у всех на виду, и оба есть то, что они и есть. Не более. Правда, Айман Ибрахим был еще и Мустафой Халилем - выпускником Исламского Университета, майором Контрразведки Метрополии в отставке, работающим сейчас на вышеупомянутую "Дженерал Тренде" - и да продлит Аллах ее дни. Образцовым семьянином и болезненно чистоплотным просвещенным мусульманином. Еще куда ни шло - четыре года изображать из себя грязного проходимца - и, собственно говоря, быть им все эти четыре года подряд, - но постоянно корчить из себя вдобавок к этому еще и педераста, бывало, порой выше его сил. Хотя и полезно бывало тоже. Иначе трудно было бы объяснить посторонним многое в поведении Аймана Ибрахима - ну, например, постоянные контакты со связником Альхеном и другой шушерой, крутящейся в основательно набитых заезжими авантюристами столицах. Такие столицы, как Дизерта, не могут жить, не притягивая к себе всяческую мразь со всей Федерации и не порождая ее, коли не случится таковой вовремя поблизости. А среди кого еще прикажете вербовать "шестерок" вот в таком вот чокнувшемся мире, как Химера-П? Но вот Барух Циммерман, чью душу Айман до поры считал столь же невинной, как душа дитяти, что лезет пальцем в без надзору оставленную банку с вареньем, такой "шестеркой", как выяснилось, не был. Гадом, по сути дела, оказался Борька-ростовщик и должен быть за это наказан. Забарахливший блок был той самой каплей, которая переполнила чашу терпения Торговца. Четыре года угробил Айман на попытки раскрыть тайну существования - и не просто существования, но и совершенно загадочной неприкосновенности этих подземных мужских колоний и их роли во всем том, что происходит на этой дурацкой планете и окрест. И все эти четыре года Барух чудовищно путался у него под ногами. Начал он с того, что охотно пошел на вербовку - в тот период пройдоха казался весьма подходящей кандидатурой на роль информатора - и в качестве такового долго морочил голову целому сектору разведки Комплекса. Барух вообще легко шел на вербовку - дело не особенно доходное, но и не пыльное. Об этом знали все, кроме особо секретных резидентов, разумеется. Потом, искренне помогая Торговцу поддерживать репутацию коммерсанта, Циммерман попил из "Дженерал Тренде" немало кровушки и чуть не довел здешний ее филиал до долговой ямы. Потом... Всего не перечислить. Теперь Аллах назначил время расплаты. Раз господин Циммерман - кому же еще - проявил интерес к его маленькому кейсу, он его и получит. С помощью пройдохи Альхена. Ну не совсем его, а в точности такой же... Только не с аппаратурой связи, а, скажем, с героином. Здесь, на Химере, Барух его вскрыть не сможет и, конечно, захочет переправить "наверх", своим хозяевам. Ну что ж: и в этом Айман готов подсобить - отправить осточертевшего ростовщика под хорошим наблюдением и при надежном попутчике с "грузом" на Цирцею. Там Барух сдаст микрочип с информацией людям "Дженерал Тренде" и проследует дальше - прямо в лапы таможенников. Вместе с двумя килограммами наркоты, которые обеспечат незадачливому курьеру практически бессрочный отдых на Фронтире или в другом федеральном исправительном учреждении. Для этого нужно будет только организовать анонимный звонок по "номеру, гарантирующему конфиденциальность" и - для особо бестолковых чинов полиции - радиомаячок в "чемоданчике". Так что Барух вынужден будет прийти к выводу, что ворованное добро на пользу не идет... Настоящий же "засвеченный" чемоданчик тихо-мирно уйдет с "кидалой" Альхеном куда положено - пусть эксперты Компании разберутся со своей забарахлившей электроникой и пришлют исправный комплект. Вернувшись с конфиданса на заброшенном складе, Айман долго отмывался под комбинированным душем, приоделся чуть лучше обычного и направился через все спецпоселение на свой ежевечерний чай к доктору Глебову. Доктор был порядочным чудаком, любил пользоваться в своей практике народными средствами всех времен и народов и выслушивать всяческие хрипы и бурчания в утробе пациентов, прижимая к их чреву или спине свое основательных размеров ухо - мягкое и волосатое. Это не мешало ему пользоваться непререкаемым авторитетом в спецпоселении и далеко за его пределами. Вершиной его профессионального признания была история с излечением одним из древнейших народных способов (испугом) запора у самой Старухи - Леди Сью. История, разумеется, огласке не подлежала, но ходила в народе из уст в уста. Казавшаяся всем несколько странной близость слегка фанатичного и весьма корыстного поклонника ислама и атеиста-бессребреника проистекала из тщательно скрываемого от мира родства их душ и взаимной теплой заботы о состоянии предстательной железы Торговца, которая была для доктора любимым коньком и неиссякаемой темой для застольных бесед - а тут, согласитесь, требовался сведущий собеседник. Для Аймана же сей придаток был предметом легкого, но постоянного беспокойства, которое его как раз в такого собеседника и превращало. * * * После окончания деловой части встречи и омовения рук оба приятеля двинулись к чайному столу. Чай для Аймана был, по уже сложившейся традиции, представлен приготовленной по старому, как мир, рецепту чашечкой крепкого кофе, с которой он рядом с доком и устроился перед экраном - наступил час, когда местные студии гнали в эфир новости с комментариями. Программу новостей в семье дока Глебова почитали словно вид божественного откровения. Тут уж ничего не оставалось, кроме как проявить дружелюбное терпение. Ничего, что касалось бы его лично, Айман от телевизора не ждал. Однако - дождался. - Сегодня, во время проведения тщательно подготовленной силами планетарной полиции и таможенной службы Трассы операции, - торжествующе сверкнув глазами, сообщила спортивного вида дикторша после чего-то нудного и не запомнившегося Айману, - на орбитальном причале "Биг Мак" были произведены задержание и арест ряда лиц, намеревавшихся серьезнейшим образом нарушить планетарное и федеральное законодательство, касающееся циркуляции наркотических средств и нелицензированных биологически активных соединений. Надо ли останавливаться на том, что все задержанные принадлежат к тому самому полу, что за долгие годы своего господства на нашей планете привел экономику, культуру и идеологию Химеры в то состояние... - Опять мужиков с наркотой захомутали, - комментировал новость Глебов самый младший. - Бабы-то ее килограммами таскают... После чего ему было велено не болтать глупостей. - Наиболее впечатляет, - продолжала тем временем злорадно вещать дикторша, - груз, который пытался провезти некий гражданин Океании Густавссон. Показалась картинка упомянутого груза. - Вот этот небольшой скромный чемоданчик был укрыт в его багаже. Он содержит... Сначала Айман узнал чемоданчик, затем - с легким усилием - вспомнил, что фамилия "кидалы" Альхена вообще-то - Густавссон. "Кидалу" тем временем предъявили зрителям - прикованного цепочкой к задержавшей его скромной и молоденькой девице сержанту Китико Накамура. В голове резидента случилось на минуту некое расстройство мышления. "Спутать чертовы чемоданы "кидала" не мог: полным кретином он все-таки не был, - сказал себе Айман, к которому не без усилия вернулась способность рассуждать. - И метки были сделаны на грузе... В конце концов, я лично инструктировал его - что отдать Баруху, а что везти самому. С другой стороны, не мог он знать, что там находится - в каждом из кейсов... Должно быть, проклятый жулик просто решил обобрать меня и смыться... Предположил, скотина, что после полутора лет сотрудничества настала пора навострить лыжи... И весьма логично предположил. Знал он достаточно много и вполне мог догадаться, что нераскрывающийся чемоданчик содержит что-нибудь такое, от чего орбитальный лайнер, с которым ему предстояло убыть за геостационар, может и не прибыть никуда... Поэтому, видимо, и сбыл чересчур хитрый чемоданчик с рук. Только куда: продал-таки Баруху или бросил в Океан? И вот ведь что смешно: если первый кейс не мог быть откупорен никакими силами, то в отношении второго он - Торговец - сам предпринял все, чтобы даже самый глупый из легавых мог догадаться о его содержимом. И замок был поставлен практически фиктивный, и упаковка груза повреждена - чтобы элементарный газохроматографический анализ выявил присутствие наркотика в багаже... До Цирцеи Барух мог добраться только по хорошо оплаченной "зеленой улице". А "кидалу" Бог догадливости не лишил. Вполне мог он поковыряться в грузе для Баруха. С его точки зрения, там было целое состояние... И он решил оставить его себе... А заодно и билет поменял, дубина. Теперь благодаря встрече с мисс Накамура о своем будущем он может не беспокоиться довольно долго. Будем надеяться, что не закладывать Аймана у него ума хватит. Но все равно меры принять придется..." - У нас, русских, говорят: "Не рой другому яму..." - заметил доктор Глебов, со вкусом выкушав немного чаю. - Что вы имеете в виду? - спросил Айман несколько нервозно. - Эти типы думают, что их зелье принесет вред кому угодно, - охотно отозвался док, - только не им. Как видите - они ошибаются... Вы чем-то расстроены? Ах, да... Ведь этот Густавссон... - с запозданием припомнил доктор довольно существенное обстоятельство. - Да, - сказал Айман. - Кто бы мог подумать... И тут же подумал: "И все-таки как в эту историю вписывается Барух?" Словно в ответ на его мысли зазвонил телефон. Док немного послушал щебетание трубки, что-то посоветовал невидимому собеседнику и принялся напяливать башмаки. - Придется заехать к Циммерманам, - сообщил он больше жене, чем Айману. - У отца семейства что-то вроде сердечного приступа. Его дочка звонила. Младшая. Говорит, что папа вечно так расстраивается "от этих глупостей по телевизору", а сейчас - совсем слег... Но он выкарабкается - он везучий, наш Борюсик. Недаром Лабиринт прошел. И не один раз... Вас надо как-нибудь познакомить: такие истории излагает... - Да, - согласился Айман. - Баруху Циммерману везет... * * * - Я прочитала ваш рапорт, - голос леди Халимат был на удивление мягок, и даже в глазах, обычно бесстрастных и холодных, казалось, таилось понимание и сочувствие. - Вы прекрасно справляетесь с заданием. Кстати, вы совершенно правы в своей трактовке этого неожиданного каприза наших гостей - идеи посетить горно-обогатительный комбинат. Однако я полностью осознаю, что использовать вас на "сопроводиловке" - глупо... Но эти господа прибыли так внезапно, что у нас никого не было под рукой... Из тех, кто имеет хоть какой-нибудь опыт общения с мужчинами. Поэтому пришлось экстренно вызывать вас из отпуска. Но ничего - в ближайшее время мы подберем вам замену. - Леди Халимат, я готова работать и дальше... если этого требуют интересы Химеры. - Стоит ли? - В голосе Старшей Сестры звучало столько неподдельной заботы и участия, что Джейн и впрямь на мгновение почувствовала себя маленькой девочкой, доверительно делящейся своими наивными секретами с доброй мамочкой. Только вот матери у нее никогда не было, как, впрочем, и у подавляющего большинства жительниц планеты. Были лишь настоятельницы в монастыре да учительницы в лицее, из которых мало кого можно было бы назвать по-настоящему добрыми к своим юным воспитанницам... Доброта как-то не одобрялась на Химере, тем более в том специнтернате, в который Джейн попала из монастыря святой Дианы. - Стоит ли, милая, общаться с этими мужиками? Ведь они наверняка невольно бередят ту занозу... Да-да, я о Майкле. Вчера я просмотрела файл с твоим личным делом и именно поэтому настаиваю на отзыве тебя с этой работы. Ведь они лгуны и подлецы через одного. А каждый оставшийся второй - отъявленный мерзавец! Они такие же аудиторы, как я папа римский! По крайней мере, один из них - Кай Санди - работает на Управление. Именно такие ребята из спецслужб отправили твоего гм... суженого в "далекий рейс"... - Не стоит валить в одну кучу всех, Сестра. Вы ведь их совсем не знаете! Это вполне достойные люди. - Ого! Я думала оградить вас от этих мужланов, а вы их же и защищаете! - Леди Халимат вновь перешла на официальный тон. - Хотя... Я, наверное, действительно погорячилась со своей характеристикой наших гостей. Действительно, мистер Санди вряд ли относится к числу "ликвидаторов", тем более что у него самого в свое время произошла личная трагедия... Он не рассказывал вам о ней? - Нет. - Голос мисс Гранж оставался почти спокойным, хотя ее собеседница со злорадством отметила в нем несомненное напряжение. "Волнуешься, голубка, значит - зацепило! - умозаключила Леди. - Старуха будет довольна - все идет по ее плану". - Ну, тогда я не знаю, стоит ли рассказывать вам об этом... Все-таки это достаточно личная история. Ну да ладно. Вот, ознакомьтесь у меня в приемной, - она протянула Джейн дискетку, - а потом верните. И никаких копий, конечно, сами понимаете - информация сугубо конфиденциальная. Где-то я могла бы даже пожалеть его - все-таки погибла наша сестра, если не по вере, то по полу и предназначению... Вот что случается с теми, кто доверяется мужчинам, - совершенно некстати добавила она почти каноническую фразу из Большого Катехизиса. * * * Великий Виктис был не в духе и потому явно жаждал крови. Их Милость Секретарь Оккупационного Совета, явно не желавший попадаться под горячую руку Властителя Вселенной, вовремя подсунул ему отчет шефа Сектора Секретных Операций. Последнему и приходилось в настоящее время отдуваться за все происшествия минувших суток разом. На свою беду, он был специалистом своего дела, но никак не коверного политеса, и поэтому мучиться ему пришлось необыкновенно. - Все должно было обойтись без жертв, - заверял Великого Вождя плотный коротышка, больше похожий на содержателя провинциального трактира, нежели на шефа региональной спецслужбы. - Стрельбу поднял шедший в свой район патрулирования с дозаправки шальной геликоптер Внутренней Службы. - Вы должны были предусмотреть все. И не мне вас этому учить!.. - Диктатор Обитаемого Мира, якобы в задумчивости, принялся отбивать по глади письменного стола нечто маломелодичное. "Опять коготочками застучал, - подумал с досадой без вины виноватый генерал. - Есть ли, интересно, под Крышей Миров наказание более изощренное, чем начальник, лишенный музыкального слуха? Впрочем, он мог бы еще и петь... Или, скажем, дирижировать. Усами. Нет, в трудные минуты всегда надо помнить, что могло бы быть и хуже..." - Так где они сейчас? - наконец прервал паузу Самодержец Вселенной. - В морге... - ответствовал Шеф Отдела. Недоумение придало глазам Великого Виктиса сходство с пуговицами от кальсон. - Позвольте напомнить Вам, Ваше Величество, что по предложению агента под кличкой Философ, - поспешил предупредить каскад не заданных еще вопросов генерал, - в качестве убежища преступной группы Дирка используется расположенный под храмовым комплексом в горах столичный морг... Никому не должна прийти в голову даже мысль о том, что возможно подобное святотатство... - Не позволю! - гневно одернул зарвавшегося службиста капризный Самодержец Вселенной. - Великий Вождь, - добавил он, имея в виду себя, но взятого в третьем лице, - ничего и никогда не забывает... Двойное святотатство... - уже задумчиво проскрипел Великий Виктис после некоторой паузы. - Надо позаботиться и о том, чтобы погибшие не были забыты... Пишите: "Экипаж вертолета э-э... одной из частей Оккупационной Армии, попытавшийся осуществить измену Родине в форме э-э... предательства ее интересов - в общем, тут сочините сами, - подвергнут позорной казни, семьи предателей отправлены..." - Не сочтут ли товарищи погибших по оружию, что враг еще слишком силен?.. - осмелился снова прервать Великого генерал. Судьба семей погибших пилота и стрелка вообще-то мало волновала его: "Все б тебе подвергать да отправлять, - ворчливо прикинул он в уме, - а на моем Отделе еще один случай Измены повиснет..." - К тому же, - осмелился добавить генерал вслух, - в деле фигурирует еще и один погибший штатский... И один бандит. Великий воспринял замечание на удивление спокойно: - Тогда пишите так: "Сегодня в горах, прилетев по вызову машины "Скорой помощи", из-за неполадки в системе управления..." - Лучше будет написать "из-за неблагоприятных погодных условий..." - снова рискнул встрять в слова Великого генерал. Погода в горах стояла чудесная, но "неполадки в системе управления" наводили на мысль о необходимости проведения хлопотного служебного расследования возможного случая вредительства с последующим снятием голов и понижениями в должностях, а техников в войсках и так не хватало. - Не мне вас учить! - решительно определил Великий, которому явно успела надоесть им же и затеянная возня вокруг четырех покойников. - Семьи покойных... "Казнить, озолотить, предать собственной судьбе?" - меланхолично загадал про себя генерал. - Семьи покойных пожаловать именной пенсией, - закончил Великий. - Всех? - уточнил генерал. - Всех, - поставил в деле точку Виктис. Только то, что у погибшего бандита, так же как у всех подданных мерзавца Деррила, семьи быть не могло - здесь практиковали воспитание в государственных интернатах, - лишило приказ Великого доли черного юмора, чуть было туда не закравшейся помимо его воли. - И пусть Философ не хлопает попусту ушами... - вернулся к сути дела Великий. - Строить гениальные планы - все мастера, а вот когда доходит до дела - прокол за проколом... Если он упустит хоть одного из мерзавцев, я уж не говорю о... то столичный морг ему пригодится еще раз... И не ему одному, генерал... Не мне вас учить. - Я полагал, что господин Секретарь Оккупационного Совета остановил свое внимание именно на Философе, поскольку на все сто уверен в том, что он выйдет на "Бюро путешествий"... На "тайный народ", я имею в виду... - воспользовался случаем, чтобы хоть неуклюже, но вполне недвусмысленно перегрузить бремя выбора чем-то не потрафившей Великому кандидатуры внедренного агента на Их Милость, Большого Начальника. Великий скривился, словно от слабительного. - Это только вам, генерал, могло взбрести в голову этакое идиотское предположение... Будто Их Милость способны предложить толковую кандидатуру для подобного дела. Их Милость Секретарь способны только представлять при нашем дворе интересы своей многочисленной островной родни. Бросить в дело Философа предложил, к вашему сведению, лично Великий Вождь... - Великий Виктис упорно продолжал именовать себя в третьем лице... - И вовсе не потому, что хоть на грош верит в его сыскные способности! Вашему Философу вовек не выйти на "Бюро"... Шеф Отдела Секретных Операций впал в некое состояние, напоминающее то, которое охватывает существо, обнаружившее в кошмарном сне, что явилось в присутственное место, забыв дома голову. Он решительно не мог понять логики Великого. Виктис насладился видом своего опытнейшего профессионала хитрых делишек, повергнутого в полнейший ступор, и наконец снизошел до объяснения недалекому подданному: - "Бюро путешествий" найдет нам капитан гвардии их бывшего величества Деррила Дирк. К вашему сведению, генерал, гвардейские части Правителя Тоода Деррила меньше всего занимались шагистикой и построениями в почетные караулы. Гвардия Тоода проворачивала спецоперации... И до капитана господину Дирку дослужиться в этих частях было несравненно труднее, чем вам с Их Милостью Секретарем, вместе взятым, до ваших чинов и регалий... У этого бандита прекрасная профессиональная репутация. Широкие связи в преступных кругах и среди мастеровщины... Не было такого задания, с которым бы он и его люди не управились. Всегда хотелось, чтобы такие люди работали на Великого Вождя... И, как видите, генерал, он на него и работает... Не зная об этом, естественно. До поры до времени не зная, разумеется... До поры до времени... Последовала нравоучительная пауза, после которой Великий перешел к вопросам на закрепление пройденного. - А теперь, - он склонил набок свой череп, увенчанный тонкой, черного хитина повседневной короной, - скажите мне, генерал, зачем в эту колоду затесался агент Философ? И именно он? "Это-то ясно. Потому что хитрая бестия, хоть не семи пядей во лбу, но уж что-что, а себя обжулить "тайному народу" ни в какую не даст", - подумал генерал, но, чтобы не показаться чересчур уж умным, промямлил: - Насколько я осведомлен о содержании личного досье Философа, этому э-э... сотруднику свойственна более мудрая осторожность, нежели... - Х-хе! - Великий прямо-таки воспрянул гордым соколом над своим безмерно серым подданным, двух слов связать не умеющим как надо и когда надо. - Агент Философ - просто патологический трус. Но он-то нам и нужен в этой ситуации. Гвардии капитан Дирк находчив, смел и решителен. Но прост по натуре своей. А "Бюро путешествий", которое отправляет завтра свой Последний Вагон в Рай, - еще та секта мошенников. Заманят на фальшпричал, да и бросят там наших искателей свободы. Хорошо, если живыми. Хотя, впрочем, нам они тогда ни живыми, ни мертвыми не нужны. Так же, как и фальшпричалы. Сколько их обнаружили ваши люди, генерал? - Шесть... Виноват - семь, Ваше... - Короче - полдюжины. И ни одного, ни одного настоящего. А нам нужен, ох как нужен, хотя бы один, хотя бы и поврежденный, но н-а-с-т-о-я-щ-и-й причал. И хотя бы один вагон... Вы представляете, какого источника дохода лишился Мир над Огнем, после того как Деррил упустил из рук монополию на Дорогу в Рай? "Упустил - хорошо сказано про низложенного оккупационным войском государя, которому и двадцати четырех часов не дали, чтобы смыться куда глаза глядят..." - Генерал медленно кивнул с видом глубочайшей скорби, подумав про себя еще о том, что если бы не дурацкая затея с оккупацией Всея Вселенной, то с Правителем Деррилом еще можно было бы договориться насчет отстегивания соответствующего процента от нелегальной эмиграции, а выгодный промысел этот не остался бы на откуп ушедшему в глухое подполье "тайному народу". Понятно, Великий хотел положить в свой - и только в свой (не путать с имперским) карман весь доход от вышвыривания в Рай бесконечно плодящихся инакомыслящих и иных озорников. Империи досталось бы от этого промысла лишь счастье жить в вечном покое и свободе от тех, кто жить в ней не хочет - ведь было же время, в период расцвета подпольных "бюро путешествий", когда по всему Миру наполовину пустыми стояли бараки лагерей, и не чаще двух-трех раз на неделе отправлялся к Вечному Огню очередной жертвенный конвой освобожденных от своих сезонных одежд особо опасных преступников, - а политических среди них, и вообще, было раз-два и обчелся... Было такое, было... И само по себе являлось благом для Всея Вселенной. Так нет - Великому было мало того, что его враги за свои собственные денежки избавляли его и от себя самих, и от народного ропота насчет жестокости имперской живодерни, - ему понадобились и сами денежки: будто недостаточно "тайный народ" и государи - владетели причалов - отстегивали ему, ни одним из причалов совершенно не владевшему и что это такое совершенно не представлявшему. Вот и сидим у разбитого корыта, дожидаясь милости от бандита Дирка и пройдохи Философа... Зато владеем теперь всей Вселенной. Со всеми ее проблемами..." - Генерал вздохнул еще раз. - Агент Философ не позволит себя надуть, - заверил он Великого. - Ни себя, ни, следовательно, всех остальных пассажиров Последнего Вагона... * * * - Ну, вот и очередной сюрприз, - Леди Халимат по глади стола двинула к собеседнице распечатку с отчетом Джейн. - Им понадобился наш горно-обогатительный... Ее собеседница - в этом кабинете ставшая вдруг неузнаваемой - Мариам, вовсе не обольстительная чаровница, а подтянутая, готовая идти в сражение с неприятелем воительница, даром что в легкомысленном наряде - не на шутку удивилась: - А разве где-нибудь на планете еще добывают руду? - Для того чтобы обогатительные установки работали хотя бы на четверть их мощности, вовсе не надо руду добывать, - несколько туманно ответила Шеф Планетарной Контрразведки своей подчиненной. - Собственно, это сейчас всего лишь один из центров трудотерапии. Народное акционерное предприятие "Сизиф". Их расплодилось дьявольски много - поразительное число наших сестер жить не может без того, чтобы не изображать перед собой и своими знакомыми какой-либо вид деятельности. Ради этого они даже у станка без программного управления поторчать готовы. А еще больше любительниц покомандовать друг другом, сидя в рабочем кабинете с селектором, и чтобы кнопочек на нем была - тьма... - Ну... Я сама порой нахожу, что кофе пить на своем рабочем месте и в рабочее время не в пример приятнее, чем просто за столиком кафе или перед экраном Ти-Ви... - несколько легкомысленно подтвердила мнение руководства Мариам. - Ах, молодость молодость!.. - с легким осуждением вздохнуло руководство. - У вас, оказывается, находится время не только для работы, но и для посиделок с чашечкой кофе перед телевизором... Но - к делу. За оставшееся время мы просто органически не сможем придать этому чертову курятнику хотя бы вид нормально действующего предприятия... Надо было предвидеть такой простой и очевидный ход противника. Еще один прокол милейшей Эльсбет... Странный прокол... На этот раз Мариам предпочитала хранить молчание: речи неофициального куратора всех разведслужб Химеры были, как всегда, полны ей одной дозволенной ереси - ну, например, только Леди Халимат могла ввернуть в свою речь святотатственную метафору касательно курятника: всем известно, что метафора эта почерпнута из лексикона сторонников патриархата. Да и назвать куратора промышленности и финансов просто милейшей Эльсбет могла только одна из трех Леди... После чуть заметной паузы Леди Халимат продолжила: - Нам хорошо известно, что в высших сферах Федерации циркулирует вздорная мысль о том, что недра нашей планеты могут содержать вкрапления неких сверхплотных субстанций, обладающих совершенно аномальными физико-химическими свойствами... Они-де составляют значительную часть массы планеты и тайком идут на рынок с засекреченных шахт или чего-то в этом роде... Им - этим крохоборам - кажется, что мы тут слишком хорошо живем, дурача их таким вот способом... "Интересно, а каким же способом Великие Матери дурачат Директорат на самом деле? И всех нас - тоже..." - меланхолично подумала Мариам, преданно глядя в рот Леди Халимат. Но задумываться всерьез над природой и свойствами ТОВАРА дисциплинированной сотруднице контрразведки не полагалось. - Так что, - продолжала Леди, - можно было и предусмотреть такой вот неожиданный визит на одно из немногих у нас предприятий, связанных с переработкой ископаемых. То, что Высочайшая Инспекция почует неладное, еще полбеды. Но "Сизиф" имеет несчастье находиться непосредственно в окрестностях Помпейского Спецпоселения. Очень нежелательно, чтобы о таковом стало известно "Наверху". Поэтому надо взять наконец события под контроль. Сестра Гранж, думаю, сумеет как-нибудь укротить рвение мистера Санди. Их мы отправим на Южное полушарие вдвоем. Вы же должны заблокировать вашего подопечного - он уже, похоже, дошел до той степени готовности, когда из него можно будет веревки вить. Он должен остаться в Дизерте. Закапризничайте, устройте, если надо, хорошую истерику... - Достаточно будет пригласить его на ту выставку - ну, с экзотическими тварями... Он, кстати, страшный любитель всякой живности - Моррис... - несколько меланхолично заметила Мариам. - Большой ребенок, в сущности... - Отлично. Вам зарезервируют пару пригласительных билетов... - Энергичная рука Леди потянулась к трубке блока связи. - Не утруждайтесь, Ваша Девственность, - торопливо остановила ее Мариам. - Пригласительные у меня уже есть. Мне их передала сестра Кац. От Леди Эльсбет. Леди Халимат чуть нахмурилась. - Ох уж эта энергичная милашка Эльсбет... Кстати, будьте предельно осторожны, дорогая. Боюсь, что скоро последует попытка вывести вас из игры... Уже вторая. Мариам не скрыла своего удивления: - Мне кажется, что наши гости не столь уж агрессивны... И потом... Меня пока никто не пытался гм... вывести из игры, как вы изволили выразиться... - Не знаю, не знаю... Может быть, дело вовсе не в гостях... - Леди достала из ящика стола и бережно положила на стол перед собой прозрачный пластиковый мешочек, снабженный биркой с номером и содержавший нечто довольно маленькое и обгрызенное. - Узнаете? - Господи, - далась диву Мариам, - косточка от маслины... - Той самой, что стала вам поперек горла во время приятнейшей беседы с господином Де Жилем. В ресторане... - пристально следя за реакцией подопечной, продолжала Леди. - Только создал эту косточку не Господь Бог и не Мать-Природа, а блудливые человеческие руки. Это - штучка вроде древней "кремлевской таблетки". Генератор электрических импульсов. Радиоуправляемый. По сигналу выдает разряды разной мощности. Тот, что достался вам, пока вы не успели выплюнуть эту штуку, вызвал непроизвольное сокращение глотательных мышц и еще кое-какие эффекты. Сложись дело чуть серьезней, вы в лучшем случае были бы госпитализированы из-за последствий асфиксии... Причем предусмотрено самоуничтожение устройства. Хорошо, что Джейн вышибла его из вашего горла и незаметно сунула эту гадость в сосуд с жидким азотом, который таскают за вами следом ассистенты - для взятия проб пищи в случае отравления гостей. В вашем же случае таким ассистентом была сестра из охраны... - А я-то думала, что это разговор о ТОВАРЕ, который затеял вдруг Моррис, на меня так подействовал... - Возможно, что он подействовал так на кого-то, у кого в кармане лежал блок управления вашей "косточкой"... Обе собеседницы помолчали. Потом Леди энергично подвела черту под разговором: - Идите, сестра. Идите и будьте осторожны. Подождав, пока двери кабинета сомкнутся за превратившейся в дичь для неизвестного пока охотника подчиненной, Леди вздохнула: - Надеюсь, что Джейн отвлечет своего шпика от Спецпоселения... Бог ей помогает... Но, надеясь на Бога, постараемся не оплошать и сами. Она взяла трубку блока и набрала номер канала связи. - Сестра Будур у аппарата, - раздался в наушнике хрипловатый голос. * * * - Да, холод здесь - не гость, а хозяин... - порадовал старина Муг дюжину бойцов капитана Дирка, увешанных оружием, но довольно плохо защищенных от царящей в подземелье стужи. - Клиенты мои х-хе не любят тепла... А их сейчас много - Вечный Огонь насытится теперь надолго... В эту часть лабиринта не забредают обычно даже самые любопытные из моих работников... В иное время я провел бы вас по интересным местам и показал бы вещи, стоящие того, чтобы посмотреть на них... Пещеры Вечного Покоя пережили не одно царствие и не одну эпоху... Это ведь только сейчас Пещеры - просто перевалочный пункт от смертного одра к Вечному Огню. В былые времена здесь было и место вечного упокоения мумий и мощей великих святых, злодеев, царей и еретиков... Даже историки не знают, какая цивилизация первой начала сооружать этот паноптикум... Он успокаивающе возложил руку на плечо Дирка, и тот с очевидным усилием воздержался от того, чтобы брезгливо сбросить ее - фамильярности гвардейские офицеры не терпели ни в строю, ни в подполье. - Однако не волнуйтесь, - продолжал Муг, - эту ночь вы проведете в комфорте. Хотя, конечно, и в относительном... Он посветил фонариком в открывшийся перед ними провал в стене. - Вот это - ниши, в которых должны были покоиться цари Мира Седьмой Династии, известной, как Порченая. Цвег-Горбатый и его наследники эти ниши подготовили в расчете на сто поколений, но не заполнили и полудюжины... Пусть ваши люди укладываются тут. А от холода защитятся вот этим - видите: в глубине ниши навалены различные меховые гм... одежды. Их хозяева ходили в свое время в высоких чинах... - Вы предлагаете нам заняться мародерством? - резко осведомился Дирк и, дернув плечом, освободился-таки от чуть ли не отеческих объятий верховного смотрителя древней покойницкой. - Можете не волноваться. Большая часть этих роскошных одеяний никогда не красовалась на плечах своих хозяев... Просто господа, что побогаче, тянут с собой в Вечный Огонь чуть ли не весь свой скарб, включая и гардероб... Должно быть, рассматривают это как своеобразное вложение капитала... Мои предшественники после здравого размышления пришли к мысли, что эти замечательные наряды могут еще послужить нам, задержавшимся на какое-то время в сей мирской юдоли... Я и сам не чужд этой мысли... В конце концов, традиции нашего м-м... института - старейшие в Мире над Огнем... Стоит их уважить. Особенно если речь идет о том, чтобы сберечь здоровье людей, стоящих того... Дирк, морщась, словно от зубной боли, отмахнул рукой рубящий повелительный жест: - Хватит рассуждений. Пусть люди отоспятся под царскими мехами. Не дерьмо, в конце концов. Я иду на встречу с нашими друзьями из "Бюро путешествий". За себя оставляю... - на мгновение он задумался, - вас, Руждан. А ты, Мастер, проводи-ка меня немного до выхода на поверхность - хочу спросить тебя кое о чем... Чуть покоробленный странной отчужденностью Дирка, почудившейся в его голосе, Лики бросил за плечо уже прислоненный было к стенке ниши карабин и молча двинулся вслед за другом детства. Умученные минувшим - поистине кошмарным - днем, начавшимся со стрельбы, продолжившимся игрой в кошки-мышки с войсковыми блок-постами в обступивших столицу горах и закончившимся блужданием по ледяным туннелям Пещер Вечного Покоя, беглецы один за другим вползали в уютное место несостоявшегося упокоения кого-то из так и не явившихся миру царей Порченой Династии. Только Злюка нервными кругами петлял по пещере, ожидая хозяина. - Эх, только бы не задремать тут у тебя, Муг, сном вечным... - кряхтя, вздохнул Руждан, устраиваясь, как положено лицу, поставленному за старшего, ближе к краю ниши и подтягивая к себе бластер. - "Ничто не вечно" - любят говаривать люди недалекого ума, - поучающе заметил Муг, протягивая Руждану извлеченную из какого-то укрытия здоровенную оплетенную флягу дурной воды. - Между тем пред каждым из нас со всей очевидностью пребывает ярчайший пример вечного: вечность небытия, что уготована каждому из нас... - Веселый ты малый, - отметил Руждан, утираясь после нескольких глотков из Муговой фляги и передавая ее дальше по кругу. - И то верно - что говоришь, - добавил он с не свойственной для него меланхолической задумчивостью, - одно правило говорит, что, мол, ничто не вечно, а другое - ик! - правило - что нету, мол, правил без исключений... Вот, стало быть, и есть исключение... - Глубокая, глубокая мысль... - поощрил сие упражнение в логике Муг, зорко следя за тем, как переходит из рук в руки его щедрый дар. - Однако если небытие есть отсутствие субъекта бытия, то существует ли оно само, даже если оно вечно? Парадокс... Ответа не последовало. Усталость в совокупности с действующим началом дурной воды сделали свое дело почти мгновенно. Муг подождал еще немного, прислушиваясь к дружному похрапыванию, и, устроившись неподалеку от всей честной компании - за поворотом туннеля, извлек из складок одежды пульт устройства дистанционного контроля, досадливо отогнал заинтересовавшегося его действиями Злюку, вкрутил в заросшее серым мхом ушное отверстие наушник и меланхолично стал подкручивать верньер настройки. Это, впрочем, было излишне: совсем незаметный мини-передатчик, прицепленный двадцать минут назад к подходящему ремню из амуниции Дирка (на спине), работал идеально. Слух напрягать не приходилось. Кое-что Муг, однако, услышать опоздал. * * * - Сейчас ты повернешь назад, - строго наказал Дирк Мастеру Лики. - Переждешь немного, побродишь вокруг. Присмотрись: у меня эти места доверия не вызывают. Постарайся не заблудиться. Потом пристройся к этому вашему кладбищенскому мыслителю и не отходи от него ни на шаг... На вот, разгрызи: всю ночь будешь как часы. В Раю отоспишься. - Старик обидится... Чуткий он очень... - неуверенно возразил Лики, опасливо вертя в руках капсулу со стимулятором. - Руждан в нем уверен - знает с черт-те каких времен... - И хрен с ним - пусть обижается. А надуть вас с Ружданом, прости, легче, чем у малыша свистульку отобрать... Если я задержусь хоть на минуту, приступайте к резервному варианту - и долго не чешите закрылки. Мы с вами влезли в дело, в котором никто времени не теряет... В том числе и люди Виктиса, и проходимцы, что облепили "Бюро путешествий". Ты все понял? * * * Приемник сообщил Мугу, что Лики все понял. Вот только что все? Слишком поздно было включено прослушивание. Вздохнув, кладбищенский мыслитель прикрыл глаза и предался прослушиванию скрипа шагов и немузыкальному посвистыванию капитана Дирка. С некоторым усилием можно было догадаться, что исполняется "В огонь, Сыны Мщения!". Когда прием резко ухудшился - Дирк выбрался во внешние туннели, ведущие к поверхности, Муг переключил прием на наружные антенны-ретрансляторы. В наушнике еще минут десять слышалась шаги и дыхание пробиравшегося по тесным проходам капитана гвардии, а затем - звуки придорожного леска, стрекотание проносящихся по шоссе - где-то неподалеку - редковатых каров. Второе - свободное от наушника - ухо донесло до Муга некое шевеление воздуха неподалеку. Приоткрыв один глаз, Муг обнаружил, что он не одинок: наискосок от него на повороте туннеля, в груде мягкой рухляди примостился вернувшийся к группе Лики. В нишу он лезть не стал: похоже, Мастеру не спалось - он в свете почти притушенного фонарика вертел перед носом какую-то хреновнику, смахивающую на "магический кубик" - запретную игрушку-амулет. Муг укутался получше в складках своего плаща, поглубже надвинул капюшон и грустно улыбнулся Лики. Тот ответил чуть напряженной, как бы извиняющейся улыбкой. В наушнике раздались приглушенные голоса. * * * Приглушенный голос не давал покоя и Каю. Хриплый, приглушенный голос Баруха Циммермана. Этому предшествовало нелегкое пробуждение от сна, наполненного какими-то темными и кошмарными намеками о том прошлом, которое было, и о том, которого не было... Кай почти на ощупь схватил со стола зуммерящий аппаратик; только поднеся его к уху, сообразил, что это не его блок связи, а та трубка-терминал кодового канала, которую сунул ему перед расставанием в Лабиринте их небритый Вергилий. - Что с вашим аппаратом, господин Санди? - торопливо зашептал тот откуда-то, где было довольно шумно и гулко. - Он совсем не принимает радиоволны или вы его уже испортили сами? - Я просто спал, господин Ци... - Бога ради, не надо никаких имен! Я понимаю, что это кодированный канал и что вы говорите свои слова под глушитель, но, знаете, у меня совершенно расшатана нервная система от той жизни, которой здесь живут люди. И каждый раз, когда вы называете человека его собственным именем, у него делается припадок... - Хорошо, я не буду называть вас по имени, мистер... Тьфу! Извините, это не к вам относится, Ба... мистер... - Да, я вижу, как здорово у вас все получается, и, знаете, никак не могу понять, чему вас учили, господин начальник, там, где вас учили... Это же так просто - ну, называйте меня как-нибудь, как вам нравится, например, один мой хороший знакомый - хотя он и большая сволочь - я честно говорю это вам - постоянно называет меня знаете как? - Надеюсь, не Эсмеральдой? - поинтересовался Кай. С этим словом у него связывались воспоминания о чем-то крайне нелепом, только вот он не мог вспомнить - о чем... - Откуда вы взяли, что меня могут называть именем цирковой лошади? - возмутился Барух ("Извините, - я неудачно пошутил", - успел вставить в его речитатив Кай). - Этот негодяй называет меня Б-о-р-ю-с-и-к, по-моему, это - по-русски: как вам это нравится? - Это неважно, - вяло вздохнул Кай и сел на диване. - Борюсик так Борюсик... Он врубил пристроенный на стуле у изголовья ноутбук, посмотрел на доставленный в ответ на последний его запрос текст справки по Б. Циммерману - предпринимателю. По содержанию своему справка напомнила ему древнюю ученическую промокашку от пресс-папье из музея криминалистики: одна информация громоздилась на другую, не придавая ни малейшего значения предшествующему тексту, запечатлевшемуся на ней. Вчитавшись в текст, Кай обхватил голову руками. - Я не хочу занимать вас долго, - напомнил о себе Барух, - я понимаю, что, когда я говорю долго, у вас может не хватить времени выслушать меня... Я хочу вам сказать немногое. Но это немногое, что я хочу вам сказать, очень сильно меня беспокоит... - Надеюсь, что это не простата, Борюсик, - вздохнул Кай, окончательно проснувшийся и понявший, что выспаться ему уже не дадут. - В этом случае я бессилен. И не забудьте, что вы ни в коем случае не тот, кем вы себя только что назвали. - А кем мог, по-вашему, назвать себя Барух Цимм?.. - последовали звуки, сопровождающие прикушение языка. - Не морочьте мне голову, в конце концов, Господин Начальник! Простата - это у Аймана. У меня к вам серьезное дело... - Не буду, - пообещал Кай. - Я не буду морочить вам голову. Я все понял: серьезное дело - у вас, у Аймана - простата. Ясно даже ежу. Продолжайте. В чем состоит это "то немногое", что вас беспокоит? "Проклятье, - подумал Кай. - Я начинаю говорить, как комик с Брайтон-Бич". - Это совсем не немного, это просто черт знает что - вот как это называется... - озабоченно поправил его Барух. - Меня очень беспокоит то, что мой чемодан мне сигналит... Это, знаете, не шутки, когда ваш кейс начинает посылать вам сигналы по радио... - Да, это совсем не шутки, - признал Кай. - Но вы, должно быть, принимаете меня за психиатра... Это не так, Борюсик. Простите, но мне через сорок минут надо отправляться на Южное полушарие... - Вы решили погубить меня, - грустно заметил Барух. - Скажите: зачем мне было всю ночь ехать оттуда сюда, когда вы тут же уезжаете туда отсюда? И потом, вас там поймают, как мальчика, - вы же ничего не знаете о том, как охраняют они Спецпоселение... - Постарайтесь понять, - стараясь говорить как можно доходчивее, изложил свою позицию Кай. - Я не собираюсь совершать ничего такого, за что меня следовало бы ловить. Намечается вполне официальный визит на комбинат "Сизиф". В полном согласии с местной администрацией... - "Сизиф"!! Шма Израэль!.. - Барух просто ничего не мог сказать в ответ на услышанное. - Честное слово, мистер Санди, вы все делаете, как барон Осман. Французы так говорят в тех случаях, когда им все делают шиворот-навыворот! Мне во столько нервов обошлось вытащить вас из Лабиринта, а вы не даете мне даже поговорить с вами как следует и вместо этого снова лезете, куда не надо лазить совсем! Мне, как висельнику от веревки, надо избавиться от этого чемодана с сигналом, а вы его мне оставляете на память на целые сутки, а может, и больше! За это время его хозяин может меня вычислить как миленького... - Послушайте, если вам достался какой-то кейс или контейнер, который начал испускать сигналы, рекомендую вам выкинуть этот предмет подальше, а то может сработать устройство самоуничтожения... Как служитель закона, рекомендую вернуть предмет его владельцу... Если вам не снесет голову встроенной миной, то ее оторвет он, когда поймает вас с поличным... И, наконец... - Что? Вы хотите, чтобы я вышвырнул на помойку э-т-о ДАРОМ? Я намерен получить от вас за этот предмет компенсацию, о которой вы не пожалеете! - Я не собираюсь скупать краденое, - начал терять терпение Кай. - И, видит Бог, арестую вас за торговлю этим самым краденым, если... - Это тоже будет неплохо - я же вам без конца толкую, что вам как можно скорее надо оформить мой арест и забрать меня как важного свидетеля отсюда куда-нибудь подальше. Или вы приехали сюда не для того, чтобы разобраться с ТОВАРОМ? В конце концов, если вы не берете за свои услуги денег, то чем я могу расплатиться с вами, кроме секретов? - Проклятье! - Кай мучительно сморщился, пытаясь оценить ситуацию. - В вашем чемодане ТОВАР? - спросил он почти наобум. - Образцы? Почему вы молчали до сих пор? - Только этого еще не хватало, мистер Санди, чтобы ТОВАР забрался ко мне в кейс!! Что-то невероятно рассмешило Баруха в словах Федерального Следователя. Но смех его тут же прервался чем-то вроде икоты ("Уж не маслиной ли подавился наш Вергилий?" - спросил себя Кай). - Я срочно сворачиваюсь, - вдруг торопливо затараторил Циммерман. - Тут... Я свяжусь с вами... Если я не свяжусь с вами до... До завтра в то же вре... Тогда требуйте расследования в Помпейской Колонии. В спец... Чпок! - канал связи вырубился. Минуту-другую Кай слушал наступившую в наушнике тишину, рассматривая аппаратик связи, который все еще сжимал в руке, потом выключил его и со вздохом побрел под ионный душ. Пора было браться за дела. * * * - Как мы и договаривались, я пришел один. Деньги, вижу, нашли где условлено, - сказал капитан Дирк Жвале, и радиоволны послушно передали эти слова напряженно вслушивающемуся в легкое шипение наушника Мугу. - Ну что ж. - Характерный скрипящий голос Жвалы Муг не мог спутать ни с каким другим. - Ребята, почему не обыскали господина гвардии капитана перед тем как?.. У господина капитана ствол в кобуре к ремню прицеплен, или не видите? - Об обыске у нас с тобой разговора не было - вот я и не позволил твоим людям залезать ко мне под надкрылья. А если капитан Дирк чего-то не позволяет, то, значит, этого никто и не сделает. Так что не греши на своих подручных. Не их прокол. И давай - говори по делу. - По делу так по делу, - с явным неудовольствием согласился Жвала. - Хромой, считай виточки. Денежки любят счет... А деловой разговор у нас будет коротким... Муг нервно поправил наушник и напряг слух. - Сам бы ты попробовал витки считать в такой темнотище... - прошипел себе под нос тот, кого Жвала поименовал Хромым. "Темнотища - это хорошо", - отметил про себя Муг и выполнил следующий пункт намеченного плана - набрал команду на своем пульте, нажал "Ввод", и от ремешка портупеи Дирка неслышно отделилась и, никем не замеченная, упала на пол резервная капсула-"жучок". Муг поиграл клавишами, сравнил прием по обоим каналам и, чуть сдвинув балахон плаща, проверил - чем там занимается подозрительный Мастер Лики. Тот был всецело поглощен магическим кубиком. - А дел-то и всего осталось, - скрипел в ухо Мугу голос Жвалы, - что Дылда вас встретит за час до смены Ночных Страж в корчме на Заброшенной. Он вас и проводит куда следует. Без фокусов придете, без фокусов улетите. А с фокусами... - Меня пугать не стоит, - на чуть повышенных тонах парировал Дирк. - Лучше сам не ходи с крапленой карты. А мне пора. До Заброшенной да по ней самой пилить долго - ни одного моста целого. Если до рассвета тронемся, то только и успеем уложиться - копейка в копейку... - Ну, прощай, гость дорогой. Дай Бог больше не свидеться... - напутствовал Дирка Жвала. Что-то зашуршало и заскрипело. Потом в наушнике, постепенно вырастая из неровного дыхания, возник мотив "В огонь, Сыны Мщения" - на этот раз в несколько нервозном исполнении: капитан Дирк в одиночку возвращался к своим подопечным. Муг переключил прием на микрофон, "посеянный" на месте встречи. К своему удивлению, он услышал знакомый стрекот несущего механизма. Должно быть, встреча, подслушанная им, происходила в стоявшем на обочине каре. Теперь тот мчал по дороге. - ...ная выпала работка Дылде, - с полуфразы услышал он голос Хромого. - Гвардии капитан крут будет, когда просечет, куда его со всей компанией завел проводничок наш... - Не впервой ему. На то у него и доля побольше, чем у некоторых, что только и умеют, что виток-другой иридия в штанах припрятать... - Жвала, ты несправедлив... Ты мне лучше вот что скажи, - с н-а-с-т-о-я-щ-и-м пассажиром нашим сам не думаешь ли в Рай сигануть? А то хреново дела пойдут, чует мое сердце, под мудрым руководством Великого Виктиса... А у т-е-х - аккурат одно местечко лишнее... Не для себя ли выторговал?.. Муга охватила паника. "Так я и знал, так я и чувствовал, - застонал он про себя, - что надуть нас задумала эта из яйца глисты родившаяся сволочь. А Дирк, дубина армейская, все за чистую монету принял! Заведет нас Дылда в волчью яму, да и бросит. Плакали и денежки, и личное задание Большого Начальника... А Дирку признаться, что их со Жвалой разговор прослушивал, - убьет на месте... Как быть, как же быть-то?" - А вот, чтобы у тебя, скотина трехногая, таких мыслей не рождалось больше, - отчитывал тем временем Жвала своего бухгалтера, - получи-ка вот это! И это вот еще - получи!!! Судя по воплям Хромого, сопровождавшим монолог Жвалы, получал Хромой от него отнюдь не благодарность в письменной форме. - Ты меня на всю жизнь калекой оставишь!!! - визжал Хромой. - Второй раз!!! Я не... Я ни... Никогда, никому... Больше ни... - А еще, чтобы мыслишки глупые в твоем идиотском черепке успокоились, - продолжал Жвала, отдуваясь после проведенной воспитательной работы, - на Крутую Свечку поведешь клиентов ты. И лично за отправку вагона ответишь... - П-почему... Это ведь дело такое... - Потому!!! Чтобы ты хоть раз в жизни понял, что значит сделать н-а-с-т-о-я-щ-у-ю проводку клиента, сволочь. Как дурня затащить на фальшпричал да пристрелить или просто смотаться вовремя - это даже такой остолоп, как Дылда, знает. А вот как после старта н-а-с-т-о-я-щ-е-г-о вагона смыться при таком раскладе, что сейчас вышел, - для этого голову надо иметь. При Дерриле распустились мы все - отстегнул кому положено и сколько положено, и гуляй себе - а Виктис сейчас землю задницей ест, чтобы причал вычислить и нас ухватить за все усики и членики... Сам увидишь - как только вагон верхние слои пройдет, вмиг имперские ВВС всю Заброшенную прочесывать начнут... И куда тебе, и как от них деться - твоя забота... В отчаянии Муг, видно, чем-то выдал себя, и Мастер Лики оторвался от магического кубика и - то ли и вправду, разминаясь, то ли для отвода глаз - стал вразвалочку расхаживать взад-вперед, периодически заглядывая через плечо Муга. А заснувший было Злюка проснулся и стал подозрительно принюхиваться. Муг выключил прием. От греха подальше. "Крутая Свечка, - сказал он сам себе. - Крутая Свечка. Это ж надо..." Глава 5 В КОТОРОЙ РЕЧЬ ПОЙДЕТ О ТЕХНОЛОГИИ ОБОГАЩЕНИЯ РУДЫ, О ПРИГОТОВЛЕНИИ КОКТЕЙЛЕЙ И НЕМНОГО О СЕКСЕ - И вот здесь добывается большая часть металла Химеры? - Кай безуспешно старался перекричать грохот порядком изношенного транспортера, влекущего руду к дробильной машине. - Да! - Джейн подтвердила свой потонувший в лязге железа ответ энергичным кивком головы. - Добыча, конечно, невелика, но нам хватает. - А где же обслуживающий персонал? - Часть на верхних ярусах, другие - в административном корпусе. Здесь работает автоматика и... Огромный ковш с рудой, обрушивший в приемный бункер водопад камней, похоронил окончание фразы в дьявольском грохоте. Кай прочистил ухо и обреченно махнул рукой. - Ладно, пойдем к вашему руководству - посмотрим документацию, - он только сейчас обратил внимание на то, что проклятая необходимость напрягать голосовые связки заставила его перейти на "ты" с мисс Гранж. - В этом грохоте все равно не удастся поговорить по-человечески. Да и смотреть тут нечего - мне приходилось уже бывать на подобных фабриках. Они вышли на свежий воздух, и Следователь с облегчением отметил, что к нему возвращается почти утраченный в цеху слух. В административном корпусе все было не в пример тише и спокойней. В душу Кая даже закралось сомнение, что эта часть предприятия имеет хоть какое-то отношение к грохоту и пыли перерабатывающего цеха. Изредка попадавшиеся им на пути женщины занимались самыми разнообразными делами, весьма далекими от рудной промышленности. У входа в компьютерный зал две спортивного вида химерянки с ожесточением сражались в пинг-понг, в самом зале шла оживленная дискуссия-семинар о вариантах выпечки торта "Снежные облака", а в механическом цехе посреди полуразобранных машин и раскуроченных, с торчащими наружу проводами и микросхемами агрегатов на импровизированном подиуме проходил показ мод. Так, по крайней мере, определил это мероприятие Кай, столкнувшись при входе с полуодетой брюнеткой, пытавшейся вправить внушительных размеров грудь в крохотный, переливающийся всеми цветами радуги соответствующий предмет женского туалета. - Ты не поможешь, сестра? - обратилась она с ходу к вконец обалдевшему Следователю. - Нет, - отрезала Джейн, вклиниваясь между ним и пышнотелой восточной красавицей. - Я думаю, что тебе вообще никто не сможет помочь, кроме хирургического вмешательства, если ты не возьмешь тряпочку на два размера больше этой. Она чуть бесцеремонно потеснила местную "топ-модель" и за руку потянула Следователя к выходу. - Нам - направо, я вспомнила - приемная директора на следующем этаже, за углом. Я просто давно здесь не бывала. - Производственная дисциплинка у вас что надо, - недоуменно покачал головой Кай. - Когда же они работают? - Успевают, - поморщилась Джейн. - Объемы производства постоянно сокращаются, а переход на радикально урезанный рабочий день не одобрили наши психологи. И так уровень социальной напряженности достиг семидесяти двух пунктов. Приходится чем-то занимать сестер. - Я обратил внимание на обилие конкурсов на вашем Ти-Ви... - заметил Кай. - И этим тоже... Ведь, по сути, жизнь на Химере до чертиков скучна. - Хм, а я полагал, что ваши сестры по вере наслаждаются свободой от мужчин. От их руководящей роли, их самомнения и сексуальных домогательств. Джейн стрельнула в Кая подозрительным взглядом: - Иронизируете, мистер Санди? - Нет, мисс Гранж, просто хочу разобраться в происходящем. Ведь мне вскоре предстоит писать отчет о командировке. - Я думала, этот отчет будет касаться налогов, а не социологии. - Кто знает, кто знает... в этом мире все крепко связано между собой. Может, жительницы Химеры плохо работают, потому что не видят стоящей цели для своего существования, и, как следствие, ваша планета не платит налогов... А может быть, они потеряли интерес к этой жизни потому, что им нечем заняться. - Кай пожал плечами. - Казалось бы, от перестановки слагаемых результат не должен меняться, но так бывает в арифметике, а отнюдь не в психологии. Скука, доложу я вам, самый взрывчатый материал в мире. Ведь в остальной части Населенного Мира у женщин куча дел, которые не позволяют им скучать. - Ну да, - Джейн даже остановилась от возмущения. - Семья, дети, работа по хозяйству, стирка и готовка... Слава Богу, мы избавили наших женщин от этого. - И от любви, нежности, заботы и знаков внимания тоже, - с невинным выражением вставил Кай. - Может быть, именно этого не хватает вашим сестрам? Кстати, от кухонных забот хорошо освобождают итальянские ресторанчики - вполне по карману рядовой семье в большей части Федерации... Жаль, что не могу пригласить вас в такой. - Вы так считаете? - Ну, вообще-то все это - мысли моего коллеги, но я полагаю, что в соображениях господина Де Жиля есть определенная доля истины. Понимаете, Джейн, чистая свобода без обязанностей быстро приедается, более того, становится опасной для ее обладателя. - Интересно, где вы понабрались таких взглядов? - поинтересовалась Джейн. - На Святой Анне. Там народ уже не одно тысячелетие мечется между свободой и тоталитаризмом - как начали у себя в России "при царе Горохе" - это у них поговорка такая, - так и не остановятся до сих пор... Поэтому они хорошо знают цену тому и другому. - А вот и приемная директрисы... - прервала философский диспут Джейн. - Здесь вы сможете получить все необходимые разъяснения по нашей рудной промышленности. - Она толкнула украшенную инкрустацией массивную дверь и посторонилась, пропуская Кая вперед. - ...А я говорю, что его надо кастрировать! Его и всех ему подобных, Лейла, и ты напрасно переживаешь по этому поводу... Обрывок услышанной фразы намертво пригвоздил Следователя к порогу. Высокая, явно крашенная блондинка сидела спиной к ним за журнальным столиком, ведя оживленный телефонный разговор. Другая рука с зажатой в ней сигаретой описывала в такт с беседой дымные загогулины. - Господи, ну при чем тут характер!.. Он будет еще больше любить тебя после этого. Да он, в конце концов, ничего и не поймет. Будет только впредь поспокойней - и все. Хочешь, я сама позвоню Далиле? Она сотворит это за полчаса. Это ее конек. Операция проводится под нембуталовым наркозом. Старо, как мир. И так же надежно. Вечером дашь ему незаметно пару таблеток с молоком, а когда твой Ахмед проснется - все будет сделано. Одним самцом на Химере станет меньше! Кай обратил на Джейн недоуменный взгляд, не лишенный оттенка ужаса, и деликатно постучал в дверь приемной, находившуюся у него уже за спиной. Девица мельком оглянулась через плечо и продолжила разговор: - Значит, решено, я звоню Лейле? Ну вот и прекрасно, дорогая... Ну чуть-чуть растолстеет после этого - и все дела. Зато перестанет бегать за кошками и орать по ночам. Чао, тут у нас, кажется, посетители. Я перезвоню потом. Секретарша положила трубку, решительным жестом затушила о край стола сигарету и выжидательно посмотрела на вошедших. - Вы к кому, сест... - она не договорила последнее слово и подозрительно уставилась на Кая, который как раз испускал вздох облегчения, поняв, что обсуждавшаяся в его присутствии незавидная судьба ждет все-таки четвероногого, а не двуногого Ахмеда. - Да, да, это представитель Федеральных Властей - вам должны были звонить из канцелярии Совета, - сгладила неловкость момента Джейн. - Сестра Дэвидсон на месте? - Она кивнула головой в сторону двери директрисы. - Да, она ждет вас, проходите, - подтвердила секретарша, пропуская их в кабинет. Памелла Дэвидсон выглядела на редкость легкомысленно для руководителя такого ранга. Коротенькие шорты с бахромой, открывающие соблазнительные ножки, и яркая блузка подчеркивали ее молодость и безмятежный вид. Увидев посетителей, она выключила хитроумную ультрафиолетовую лампу и повернула раскрасневшееся лицо к гостям. - Привет, я предполагала, что вы появитесь чуть позже. Вы уже осмотрели фабрику? Ожидавший некоторых формальностей Кай ответил не сразу: - Да, мы посмотрели обогатительный и плавильный цеха, но мне необходима некоторая документация по заводу: план, технологическая схема и накладные по отгрузке товара. - Нет проблем, господин Аудитор. Располагайтесь в моем кабинете, а мне надо на часок отлучиться. У меня сегодня встреча с Руфь. Я обожаю ее... С этими словами директриса проскользнула мимо Следователя и скрылась из виду. Тот с безмолвным вопросом в глазах повернулся к Джейн. - Руфь Данной - лучший куафер Химеры, победительница конкурса парикмахеров этого года, - кривовато улыбаясь, пояснила мисс Гранж. - Я же говорила вам, мистер Санди, что для жительниц Химеры победители планетарных конкурсов намного важнее инспекторов Федерации, даже такого уровня, как ваш. Но ничего, разберемся сами - мисс Дэвидсон оставила нам все необходимые документы, - Джейн показала рукой на легкомысленно распахнутый сейф, заключавший в себе беспорядочно раскиданные дискеты вперемежку с предметами женского туалета. - Изучайте все что сочтете нужным, а я, с вашего позволения, оставлю вас на полчаса. Мне нужно решить кое-какие вопросы с местной администрацией. * * * - Ну как, на ногах еще держитесь? - спросил Дирк Мастера Лики, окидывая его критическим взглядом. - Нечего раскисать. Поднимай народ и командуй полную готовность в три свистка - выступаем немедленно. - Да не раскис я... Лики нервно обернулся и продолжил: - Мудрит что-то мудрец наш... Видение, говорит, у него было... Злюка подоспел к ним из дальнего угла и всем своим видом выразил солидарность с тревогой хозяина. - Это смотритель-то наш кладбищенский? А у него часто этак бывает - чтобы видения? - настороженно осведомился Дирк. - Ну-ка, давай сюда философа своего - пусть душу изольет. - Он и сам к тебе рвется, - Лики оглянулся еще раз. - Но видений у него раньше не было. Бред разный городил часто, а чтобы видения - так нет... * * * - А сейчас, - голос Распорядительницы зазвенел в предвкушении радостной новости, которой она собиралась одарить присутствующих, - торжественное открытие выставки домашних экзотических животных произведет... - Распорядительнице пришлось перевести дыхание, чтобы завершить излишне длинную фразу, - ... произведет Действительный Член Верховного Матернального Совета Леди Эльсбет. Присутствующие - а были они все дамами избранными и приближенными - дружно захлопали в ладоши, приветствуя одну из Трех Леди. Присоединился к аплодисментам и единственный из приглашенных на открытие, которого Господь не сподобил родиться или хотя бы по здравом размышлении стать женщиной. Меланхолично похлопывая в ладоши, Моррис от нечего делать задался вопросом, может ли быть Членом, тем более Действительным, особа женского рода. Высокая, изящная, в длинном переливающемся платье, подчеркивающем серебряный отлив ее великолепных волос, Леди Эльсбет выглядела достаточно эффектно, чтобы взоры присутствующих скрестились на высокой гостье. Она подошла к микрофону и сделала паузу, пережидая, когда смолкнет гул голосов, наполнивший огромный выставочный павильон. Домашние животные всегда были слабостью жительниц Химеры, с избытком выплескивающих на своих любимцев нерастраченные запасы нежности и внимания. Все стихли, и только пронзительный крик обезьяно-кошки, явно не желающей уступать право первой речи одной из Великих Матерей, еще несколько долгих секунд нарушал торжественную тишину. Смущенная хозяйка редкой твари устремилась к своей любимице и принялась энергично почесывать брюшко изумительного создания, стараясь успокоить возбужденное аплодисментами животное. Ее более сообразительная подружка догадалась сунуть в пасть зверюге горсть земляных червей, и та смолкла, торопливо поглощая любимое лакомство, вызвавшее у Морриса своим видом легкий спазм желудка. - Наверное, вам досадно, что ваш друг вынужден сейчас торчать в удушающей духоте Южного полушария и рыться в заплесневевших файлах какой-то шахты, в то время когда вы здесь... - неверно истолковала его гримасу стоявшая рядом Мариам и сама постаралась на секунду-другую скроить мину, исполненную постного сострадания. Моррис, однако, не был уверен, что тропическая жара хуже вот уже второй день длящейся метели. Здешние метеорологи обещали снежные заносы на дорогах. До сих пор он считал, что подобные вещи существуют только в романах Агаты Кристи и других авторов седой старины. Леди Эльсбет почти незаметным усилием воли водрузила на лицо приличествующую случаю дежурную улыбку и эффектным жестом перерезала атласную ленточку, отделяющую холл от целого лабиринта милого вида загончиков, клеток, террариумов и прочих мест содержания в неволе любимых созданий. Их любящие хозяйки скромно держались неподалеку. Толпа посетительниц хлынула вдоль проходов, образуя местами водоворотики у особо интересных объектов. Зал наполнился восхищенными охами, озабоченным щебетаньем и расспросами по поводу кормления, ухода и условий содержания крылатых, хвостатых, зубастых и прочих тварей, услаждающих досуг милых дам. Помимо уймы традиционных и давно надоевших кошек, собак и канареек, химерянки держали в своих домах корзинчатых тушканчиков, зонтичных опоссумов и даже карликовых сумчатых слонов откуда-то из-за пределов Фронтира - кошмар пожарного инспектора: эти розовые с перламутровым отливом псевдомлекопитающие дышали исключительно метаново-водородной смесью, и их приходилось держать в специальных герметичных аквариумах. С трудом подавляя скуку и нарастающее раздражение, Леди Эльсбет быстро шла по проходу, выискивая глазами нужное лицо. Она чуть не прошла искомый вольер, и только совершенно невыносимый, режущий ухо полускрип, полускрежет цефейской жабо-ящерицы подсказал ей, что она попала куда требовалось. Стараясь не смотреть на отвратительную тварь, Леди Эльсбет увлекла в закуток коридора ее хозяйку, громко выражая ей свое восхищение редким экземпляром и на ходу интересуясь рационом ящерицы. Тем временем между дамами произошел быстрый и безмолвный - одними губами, - но весьма содержательный разговор: - Завтра ты заменишь Мариам на ее боевом посту в постели нашего жеребчика. - А как это воспримет Старуха? - Не беспокойся, все произойдет достаточно спонтанно. "Аннушка уже пролила свое подсолнечное масло", как любит говорить Серж. Ты лучше позаботься о передаче. - Все готово, пленка уже на телевидении. Ретроспективный показ вставлен в расписание и подписан самой Халимат. - Отлично! Эта стерва, как всегда, подмахнула план, не читая. Теперь Старуха надерет ей хвост... - Что? Секция говорящих собачек желает, чтобы я почтила своим присутствием вручение призов? - Леди Эльсбет повернулась к почтительно ожидавшей ее секретарше, мгновенно переходя на обычную громкость разговора. - Да, иду, иду, пусть не начинают без меня. - И снова, одними губами, бросила своей собеседнице: - Мы не должны упустить этот шанс. * * * Кай смахнул пот со лба и еще раз попытался сопоставить карты технологического процесса. Получалась порядочная ерунда. Еще на борту "Декарта" он основательно проработал сразу неполюбившуюся ему версию Фогеля о сверхтяжелых материалах и попытался вычислить показатели производственных процессов, которые применяются при работах с такими материалами. Компьютер почти сразу дал отрицательный результат. На данном обогатительном комбинате подобные технологии явно не применялись. Дело обстояло еще интереснее: методы, которыми пользовались для очистки руды химерянки, вообще не соответствовали общепринятым в остальном мире нормам. С точки зрения как технологии, так и экономики они были абсурдны. Некоторые технологические процессы зачем-то неоднократно дублировались, в то время как другие, вроде бы необходимые, - вообще отсутствовали. Сейчас Кай получил наконец возможность подойти к проблеме с другого конца и попытаться вычислить "скрытые" процессы переработки руд на основании базы данных самого предприятия, и тут его компьютер кое-что нащупал. В нижнем ярусе комбината, в самом дальнем углу территории существовало некое довольно объемное помещение, не обозначенное на технологических картах производства. И тем не менее через этот склад или цех шли ощутимые грузопотоки руды и готового металла. При таких объемах перевозок химерянкам не составило бы труда спрятать довольно много сверхтяжелых изделий. Никто из местного начальства не спешил нарушить уединение Кая. Однако это не должно было снижать его бдительность. Разыграв перед отсутствующей аудиторией мучения страдальца, которому не слишком впрок пошла местная пища, он покинул пустой кабинет и двинулся по коридору к выходу во внутренний двор предприятия. Там он вызвал на мини-дисплей своего блока связи план комбината и, ориентируясь по нелепой башне допотопного подъемника, возвышавшейся над унылым безлюдным пространством двора, быстро направился к таинственному складу - большому приземистому зданию, оснащенному широкими воротами и двумя сонливыми девицами-часовыми по обе стороны от них. В ворота эти как раз в это время въезжал автоматический погрузчик с обогащенной рудой. К сожалению, управляемый кибером погрузчик представлял собой сооружение, не имевшее никаких "архитектурных излишеств", которые дали бы возможность укрыться от охранниц. С деловым видом зайдя к складу с торцевой стороны, Кай вскоре наткнулся на ленту транспортера, тащившую в склад груды отработанной породы. Убедившись, что угол помещения надежно загораживает его от часовых, Следователь после недолгого раздумья вскочил на ленту и спрятался за кучей камней. Его, конечно, беспокоило, сумеет ли он вовремя спрыгнуть с ленты, если транспортер ссыпает породу в камнедробильную машину. Каю вовсе не улыбалась перспектива попасть на фрезы перерабатывающего комбайна. То, что он увидел в помещении, привело его в полное недоумение. Вместо таинственной перевалочной базы или лаборатории по извлечению из руды сверхтяжелых элементов Следователь увидел в центре зала огромный агрегат, напоминающий некое подобие древней бетономешалки, в которую поступало два потока: отработанной породы с ленты транспортера и обогащенной руды - с отпускного цеха комбината. В "бетономешалке" все опять смешивалось и по пневмопроводам вновь подавалось в первый - приемный цех завода. Комбинат имел замкнутый технологический цикл. Если это и был секрет, то совершенно абсурдный. Настолько, что Федеральный Следователь чуть было не зазевался и едва успел покинуть свое подвижное укрытие. Побродив еще четверть часа по замусоренной территории двора и несколько раз сверившись с показаниями миниатюрного гравиметра, вмонтированного в наручные часы - что, вообще-то, было вопиющим нарушением здешнего законодательства, запрещавшего ввоз на планету геолого-разведочного оборудования, - Кай убедился, что микроаномалии гравитационного поля, характерные для мест сосредоточения сверхплотных материалов, здесь напрочь отсутствуют. Зазуммерил его блок связи. Несколько затянувшееся отсутствие Федерального Следователя не осталось незамеченным. * * * - Господи, мир действительно тесен! - воскликнула Роззи, возникшая из недр толпы разряженных посетительниц выставки прямо перед Моррисом. - Я в обиде на вас - тогда, на "Декарте", вы так и не попрощались с нами... - Признаю, признаю свою вину, - Моррис нервически покосился на Мариам. Та, к его счастью, была отвлечена видом похожей на огромного ангорского кота твари, дремавшей в своем вольере неподалеку. - Вы можете покормить ее, - хозяйка экспоната протянула Мариам пакетик с жареными орешками. - Моя Ли-ли не кусается. Очень смирное животное... - Эсминец забрал нас тогда слишком рано - мне не хотелось будить вас... - извиняющимся тоном уточнил меру своего прегрешения Моррис. - Разумеется, рядовая служащая не заслуживает внимания такой шишки, как господин Аудитор... - с чуть игривой интонацией в голосе оборвала его Роззи. Разговор этот, надо полагать, мог бы иметь и совершенно нетривиальное продолжение, если бы его не прервал короткий вскрик госпожи Распорядительницы. Кричала, впрочем, не только она одна. - Господи!!! - пронзительно разнеслось по лабиринту клеток, вольеров, аквариумов. - Гос-споди, кто допустил сюда ЭТО?! Все головы повернулись в сторону вольера, содержавшего в себе продолжавшую оставаться совершенно невозмутимой Ли-ли. Истошный крик исходил от коренастой загорелой дамы, оснащенной очками и видеокамерой. Продолжая голосить, она прилагала все усилия, чтобы оттащить странно апатичную Мариам от невозмутимого зверька. Машинально все рядом стоящие подались назад. Возникла легкая давка. Моррис, двигаясь против течения взбудораженной толпы, подобрался поближе к эпицентру паники и с тревогой попытался добиться объяснений от Распорядительницы. Та, в свою очередь, силилась добиться ответа от трубки сотового телефона, по которому без особого успеха вызывала "скорую". - Травма! - орала она в трубку. - Ожог шерстью псевдоциветты! Немедленно присылайте бригаду реанимации!.. Мариам тем временем становилась все бледнее и бледнее. Она безвольно опускалась на руки очкастой активистки, которая одновременно пыталась подхватить пострадавшую и пятилась от нее как от зачумленной. Моррис перехватил теряющую сознание девушку и оказался в кругу опасливо расступившихся химерянок. Энергично раздвинув этот круг, к нему приблизились трое санитарок в респираторах и защитных комплектах. Еще двое девиц в защите покруче погрузили в бронированный контейнер скромную виновницу переполоха - псевдоциветту Ли-ли, одну из самых опасных тварей, водящихся в обитаемых Мирах. Зверек продолжал оставаться невозмутимым. Моррис помог уложить оцепеневшую Мариам на носилки, получил в предплечье дозу защитной сыворотки и все это время тщетно искал глазами хозяйку проклятой твари. Но этой ничем не запомнившейся дамы не было нигде - только легкий сквознячок гнал по полу пакетик из-под жареных орешков. * * * Муг горестно поднялся навстречу гвардии капитану. - Нам не будет счастья в нашем начинании, - начал он, упредив вопрос Дирка. - Не будет, если этот мой сон - вещий. - А что приснилось-то тебе, голубчик? - ледяным голосом спросил Дирк. Поднятые стараниями Лики попутчики уже сгрудились вокруг них, образовав непроницаемое кольцо, сквозь которое - под ногами столпившихся - пролез только Злюка, ощетинившийся и уставившийся теперь на смотрителя с откровенной враждой. - Мне привиделось, словно наяву, - не возвышая и не понижая тона, продолжал Муг, - что проводник с глазами разного цвета завел нас на ложный причал и бросил там... Если это вещий сон... - И как прикажешь угадать, что это тебе в голову вступило свыше, а не от запора привиделось? - все так же холодно продолжал выпытывать Дирк. Пристроившийся за ним Злюка грозно заворчал. - Будущее всегда отбрасывает тень, - наставительно пояснил Муг. - Если действительно разноглазый поведет нас на Заброшенную... - А Заброшенную ты тоже во сне увидел? - поинтересовался Дирк. Муг чуть запнулся, сообразив, что перестарался. - Старик перегнул палку насчет ясновидения, - неожиданно вступил в разговор уже успевший опохмелиться Руждан, по глазам Дирка сообразив, что Муг "попал в точку". - Интересно, - холодно заметил Дирк, не сводя глаз с Муга, - засыпал ты в полном спокойствии и неведении, а проснулся полностью обо всем осведомленным. И о цвете глаз проводника, и о Заброшенной... Ты не сводил с него глаз, Лики? - Нет. - И когда отошел поговорить со мной? - Я "сдал дежурство" Руждану, - пояснил Мастер. - Старый господин очень тщательно прятал свой плащ в нишу... - тут же выдал имеющуюся на сей счет информацию бывший комик. - Я еще удивился - неужели ему стало жарко? - Лики, сбегай! - повелительно распорядился Дирк. - Ты, - это адресовалось Руждану, - покажи ему где... А ты, - он кивнул Курцу, - обыщи "старого господина"... Курц еще не успел исполнить приказ, как Лики торжественно представил окружающим блок управления системы подслушивания. Конструкция была знакома Дирку. Стараясь не сбить настройку, он включил питание аппарата. - Свяжите шпиона! - распорядился гвардии капитан. - Вы совершенно неправильно представили суть... - наконец выдавил из себя Муг. Злюка подал голос, и смотритель испуганно заткнулся. Дирк его не слушал. Он переключил звук с наушника на динамик. Бешеное стрекотание несущегося аппарата заполнило узкие своды. - "...мою долю... - донесло до них радио голос Хромого. - Ты сам сказал, какое это рисковое дело, и хочешь теперь, чтобы я делал его за те же деньги, что и рядовую проводку блатных? Ты можешь свернуть мне шею, но... Нет! Не надо!! Ты не понимаешь шуток, Жвала!! - Понимаю, еще как понимаю!... - скрип голоса Жвалы был ласково-ужасен. - И зачем вы с Плешивым завели свой собственный канал связи со Спонсорами, я тоже хорошо понимаю... Все слушали с интересом. Даже Муг. - Не надо, Жвала! - вел свою, уже привычную партию Хромой. - Не надо!! Не отвлекайся!! Не на... Ты ведь за ру..." Ужасный скрип и скрежет, завершившиеся гулким ударом, подтвердили, что Жвала действительно находился за рулем и что ему действительно не стоило бы отвлекаться. - Кажется, эти порождения глисты влипли в аварию, - в ужасе предположил Муг. - Как теперь... Характеристика принимаемого звука резко ухудшилась - верно, досталось и "жучку". Зато исчезло стрекотание механических ног кара. Но галдеж, слава Богу, возобновился. Тихо и уходя вдаль. - Если бы ты смотрел на дорогу... - ныл неутомимый Хромой. - Нет, если бы ты не... Голоса смолкли. - Так, - сказал Дирк, выдержав паузу. - Тому, что идти на Заброшенную не стоит, я верю, господин смотритель. А вот куда идти следует? Кто теперь нам подскажет? - Н-на... - заверещал Муг, уклоняясь от кляпа, который норовил засунуть ему в рот ретивый Кунц. Дирк поднял руку, призывая к вниманию. - Н-надо... - выдавил из себя отплевывающийся Муг, - надо идти к Крутой Свечке! * * * - Вы сегодня явно не в духе, господин Аудитор. Столько яда в голосе... Чем, интересно, вас смогла так достать очаровательная мисс Дэвидсон? - Своей очаровательной тупостью... или наглым притворством - я не могу решить точно. - Каю надоело скрывать свое мнение о происходящем, да и не входила в его "легенду" слава страстотерпца или полного идиота... - Фу, как вы грубы, - с удовольствием констатировала Джейн. - Разве можно так говорить о женщине? - Возможно, я погорячился, но, если двадцать маленьких кусков обогащенного урана соединить вместе, произойдет ядерный взрыв. Так и я за последнее время, кажется, переобщался с прекрасным полом, и теперь меня просто мутит от разговора со здешними красавицами, особенно столь очаровательными, как мисс Памелла Дэвидсон. Скажите мне честно, Джейн, она имеет хоть малейшее отношение к горно-обогатительному комбинату?.. Ну что вы отвели глаза? Я и сам об этом давно догадался. Почему вы не свели меня с настоящими специалистами в области металлургии? - Вам легко обвинять во всех грехах бедных женщин. - Джейн потихоньку стала переходить в наступление. - А между тем что прикажете делать нам, если мужчины бросили планету на произвол судьбы? Не женское это дело - руда, порода, плавильные печи... Сами поставили нас в такое положение, а потом еще предъявляете претензии! - Позвольте, - Кай был слегка ошарашен неожиданным напором. - Но ведь это именно вы вышвырнули представителей сильного пола с планеты. А теперь их в этом еще и обвиняете! Вот она - женская логика в чистом виде! Именно это выводит меня из себя на Химере - полная невозможность логичной беседы. В конце концов, все сводится к эмоциям. - А как вы хотели? Мы ведь не бездушные механизмы. - Спасибо за сравнение, - обиделся Кай, - но я тоже не веду свой род от "Ай-Би-Эм". Однако же в споре предпочитаю аргументированные доказательства сумасбродству и неожиданным переменам настроения. Взять хотя бы вашу прелестную Памеллу. Я ее спрашиваю, зачем они смешивают обогащенную руду с отходами, а она мне в ответ: "Нам пока металл не нужен, так зачем простаивать механизмам". Я ей: "Поберегли бы энергию, планета и так в долгах", а она мне: "Нельзя быть таким занудой". Ну, как вы прикажете дальше продолжать разговор? - Сменили бы тему. Рассказали о себе, о своей работе... - с невинным видом предложила Джейн. - Или лучше - что носят сейчас в Метрополии... - Джейн?!! - Что Джейн, Джейн? Я ведь тоже женщина, черт побери! И мне надоедает говорить с вами только о работе. Мы с вами выбрались наконец сюда. Я уже тысячу лет не бывала за геостационарной, и вот, когда в кои веки появляется свежий человек Оттуда, я вынуждена рыться в счетах, балансах, отчетах и накладных! Кай смущенно крякнул, наконец поняв, что с ним просто-напросто шутят. - Ладно, мисс Гранж. Будем считать, что вы меня сразили. Я хочу предложить вам отвлечься от службы. Давайте свернем вон на ту живописную просеку и устроим себе небольшой пикник. Мне кажется, мы его сегодня заслужили. Я - потому что похоронил одну дурацкую мертворожденную версию моего руководства, а вы - потому что вот уже третий день безропотно возитесь с эгоистичным кретином, не замечающим рядом с собой столь очаровательной женщины. - Неожиданно для самого себя и тем более для Джейн он взял ее тонкую изящную кисть и неумело прикоснулся к ней губами. - Так как насчет пикника? - Ну, если вы этого хотите... - Не просто хочу, но даже настаиваю. Осторожней сворачивайте - вот туда, за дерево. Какие у него огромные листья и запах - что же он мне напоминает? - Не догадываетесь? Сразу видно, что вы некурящий! Это же наше сигарное дерево. Между прочим, по содержанию никотина втрое превышает знаменитый вирджинский табак с Земли. А аромат какой! При полном отсутствии канцерогенов в продуктах сгорания. - Почему же его не выращивают? Табачные плантации - что может быть выгоднее? - К сожалению, к нашему табачку почти мгновенно возникает сильнейшая зависимость. Еще тот наркотик! Первые колонисты погорели именно на этом. Жуткая абстиненция плюс необходимость ежедневного повышения дозы. Мало кого удалось вылечить. Потом хотели уничтожить заросли, да оказалось слишком дорого. Решили махнуть на табачок рукой. Кроме того, и это, наверное, самое главное, - пристрастие к сигарному дереву возникает только у мужчин! У женщин - другой метаболизм мозга. Иная система внутренних опиатов... Там, кажется, замешан тестостерон... Ну вот и требуемая полянка. Вы знаете, Санди, я хочу костер! Не вспомню уже, когда я сидела у огня - наверное, в монастыре святой Дианы. - Вы воспитывались в монастыре? - По-вашему - не в настоящем. Здесь просто говорят так... Это - нерелигиозная воспитательная структура. Что-то вроде военизированной спортивной организации для молодежи. Типа ваших скаутов. Их много видов. Есть с более мягким уставом, бывают и пожестче... Кстати, вам я поручаю набрать веток для костра, а сама займусь приготовлением сандвичей. У нас есть два сорта паштета, сыр и булка. Особого разнообразия не обещаю, но будет съедобно. Кай послушно встал, легким взмахом руки к виску лихо отдал честь и отправился на поиски топлива. Однако элементарная на первый взгляд задача оказалась не столь простой в выполнении. Лес был сыроват - очевидно, после недавнего дождя, да и валежник что-то не попадался. Гибкие зеленые ветки, которые он с трудом отломал от ближайшего дерева, явно не годились для растопки. Санди встретился глазами с насмешливым взглядом Джейн и понял, что ему придется изрядно потрудиться для того, чтобы сдать экзамен на образцового бойскаута. Он пожал плечами и углубился в чащу. Солнечные блики плясали по изумрудно-зеленой листве, ветер раскачивал верхушки деревьев, напевая монотонный усыпляющий мотив, неведомые твари чирикали, скрипели и посвистывали в кустах, и Кая вдруг охватило такое полное ощущение покоя и внутренней свободы, какого он не испытывал уже много лет. От неожиданности он даже остановился. Что-то надломилось в безупречном автомате, предназначенном исключительно для распутывания преступлений. Его уже не интересовали недоимки Химеры, ему было глубоко наплевать на Министра Кристиана-Ганса Фогеля и даже на конфиденциальное задание родного Управления. Всё! Ведь он же человек в конце концов, а не механизм, как выразилась сегодня Джейн. При всей банальности этого умозаключения... Господи, неужели после стольких лет иссушающей тоски и злых воспоминаний его душа еще не очерствела окончательно и сохранила способность любить? Кай слегка вздрогнул от последней мысли. Он уже давно старательно избегал этого слова, а особенно в приложении к себе, считая себя неспособным на столь неразумные эмоции. И вот - пожалуйста - от сумы, тюрьмы и любовного недуга не стоит зарекаться... Свистящий шелест оборвал его мысли, и короткая стрела с ярким оперением вонзилась в дерево в двух дюймах от его лица. * * * - Стой, где стоишь, и не двигайся, - раздался из кустов трагический шепот, довольно странного тембра. То ли низкий дискант, то ли басовитое сопрано. - И лапы вверх, да побыстрее! Вторая стрела, вылетевшая из-за куста напротив, недвусмысленно указала, что стрелявшие настроены вполне серьезно. Кай хлопнул по красной кнопке своего блока связи и зычно заорал: - Джейн! Осторожнее!!! Здесь... В рот ему вошел малоаппетитный кляп, а на голову был наброшен сзади грязный и пыльный мешок, исключивший возможность что-либо видеть в дальнейшем. Блок связи был энергично содран с его пояса. Затем несколько рук быстро и умело спеленали Федерального Следователя и, не без труда подняв, потащили куда-то в лес. Попытка издать хоть какой-либо звук была сразу же пресечена тычком кулака - неумелым, но энергичным - в область губ, после чего, выплевывая изо рта обрывки мешковины и остатки сухих листьев, Кай решил молча покориться судьбе и ждать продолжения этого странного похищения. Несли его с четверть часа, так что туго стиснутые конечности успели онеметь в путах. По пути его трижды передавали с рук на руки и разок уронили, слава Богу, на достаточно мягкую лесную подстилку. Похитители старались сохранять молчание, но до ушей Кая все же доносились невнятный шепот, покряхтывание от тяжелой ноши и сопение. Иногда дело разнообразили отрывочные реплики. По всему выходило, что рост похитителей составлял 4-5 футов. Санди мысленно представил себя мини-Гулливером, плененным какими-то макси-лилипутами. Оставалось надеяться, что здешние коротышки не имеют привычки закусывать залетными великанами. Похоже, что чиновники или чиновницы, составлявшие отчеты о полном исчезновении одичавших аборигенов (что завелись здесь в период Изоляции), проявили недопустимую халатность. Пожалуй, придется составить на сей счет докладную - если, разумеется, Господь сподобит его вернуться живым и невредимым после этой заварушки. * * * Тем временем его похитители остановились и по короткой команде плюхнули Федерального Следователя оземь, после чего освободили его голову от мешковины. Жмурясь от яркого света, льющегося на небольшую полянку сквозь редкие ветви деревьев, Кай изумленно огляделся. Он стоял в центре импровизированного круга, образованного дюжиной девиц-подростков в пятнистых комбинезонах с голубыми шевронами на рукавах. Их физиономии, вымазанные коричнево-зеленым кремом, выглядели довольно устрашающе, как, впрочем, и взведенные арбалеты, стрелы которых были нацелены прямо в голову Федерального Следователя. Кай прочистил враз предательски онемевшее горло. - Вы бы, девочки, опустили свои игрушки, а то, не дай Бог, у кого-нибудь тетива сорвется... - порекомендовал он. - Перетопчешься, мужик, - голос за спиной был на пару октав пониже, чем у юных фурий, и тоже не сулил ничего хорошего. Стараясь не делать резких движений, Кай осторожно повернулся и встретился взглядом с малосимпатичной, но здорово накачанной бабой фунтов под двести весом, которая презрительно взирала на него, подперев ладонями мощные бедра. На шее у нее болтался бинокль, а за плечами торчал ствол автомата. - Кто такой, куда идешь, с каким заданием? И, не дожидаясь ответа, моложавая мегера энергично ткнула мясистым пальцем в солнечное сплетение своего пленника. Тот послушно согнулся в три погибели. - Вот, сестры, типичный представитель выродившихся самцов, некогда населявших нашу планету, - поучительно сообщила она дружно и угрожающе сопящей аудитории. - Судя по всему, шпион, засланный с Патриархальных территорий. Или связист, туда пробирающийся. Сейчас вы увидите, - последовал новый умелый тычок, на этот раз под ребра, - как он будет врать и изворачиваться, стараясь спасти свою шкуру. Ты ведь будешь врать? - сурово обратилась она к Каю. - Нет, - зло ответил тот. - Но шкуру спасать собираюсь. * * * - Пора бы господину Второму Аудитору заканчивать свою затянувшуюся шутку, - промолвила в пространство Джейн, несколько неуверенно окидывая взглядом нависший над нею полог тропического леса. Мысль о том, что ее подопечный опять воспользовался случаем, чтобы порыскать окрест, обидно кольнула ее. Но, с другой стороны, бойскаутский энтузиазм Кая, кинувшегося на сбор валежника, был настолько мальчишески искренним, что просто не хотелось верить в то коварство, с которым он выбрал для пикника именно этот участок леса, изобиловавший норами-проходами в подземелья Помпейского Спецпоселения. Невнятный крик, донесшийся до ее ушей издалека, заставил Джейн насторожиться. Он явно не укладывался ни в какую схему предполагаемого поведения Второго Аудитора. Джейн коснулась сенсоров настройки своего блока связи - канал Кая не отвечал. Более того, блок Второго Аудитора работал в режиме автопеленга. Пожалуй, у господина Санди сработал тот самый рефлекс, который прививают с младых ногтей выпускникам спецшкол - при первых признаках опасности врубай SOS. Сама она поступила бы точно так же. Поразмыслив еще с минуту, Джейн привела в готовность свой разрядник и легким шагом поспешила туда, откуда пришел подозрительный сигнал. Она не ошиблась в выборе направления. Правда, голос Кая она больше не слышала, но издалека донеслись другие звуки - разноголосый галдеж, треск ломаемых веток, звуки погони. Джейн стала двигаться осторожнее, короткими, легкими перебежками, от укрытия к укрытию, стараясь оставаться неслышной. Это принесло свои плоды уже через несколько минут: из чащобы, чуть не угодив ей головой в живот, вылетела обтрепанная, но дьявольски решительная девица-подросток, вооруженная грозного вида арбалетом. Джейн успела схватить несущуюся во всю прыть пешую амазонку за руку и простейшим приемом уложить ее носом в рыхлый мох. "Господи, - сообразила она наконец, разглядев болтающийся на шее пленницы образок, - послушницы святой Фатимы снова взялись за свое..." - Кого гоните, девочки? - как можно более грозно спросила она, поднося к глазам девицы жетон планетарной Секретной Службы. - Тройная Охота, мэм... - выдавила из себя горе-амазонка. И пояснила: - Младшие сестры выследили какого-то типа в двух шагах от пещерного лаза. Он, видно, оттуда - из Спецпоселения... Как несомненный шпион, он заслуживает смерти, мэм... Но ему милостиво заменили казнь на Тройную Охоту. С обрядом Тройной Охоты Джейн была хорошо знакома. Смысл ее заключался в том, что приговоренного, буде он того заслужил, развяжут и отпустят на все четыре стороны. А через три минуты начнут догонять. Если убежит - его счастье. Если же нет - его снова отпустят и вновь догонят. Так будет продолжаться трижды. Во время охоты девочки могут использовать арбалеты, лассо и метательные ножи. Наконечники стрел и ножей - облегченные, так что у него есть шанс выжить при прямом попадании. Сам же грязный шпион, естественно, будет безоружен. Обряд, что и говорить, увлекательный. Именно из-за пристрастия послушниц Лесного Монастыря, как еще именовал себя орден святой Фатимы, к таким вот бесхитростным забавам их община и была в свое время объявлена вне закона - в конце концов, надо соблюдать некое реноме перед лицом остальных Миров Федерации. Впрочем, как видно, местная администрация сквозь пальцы смотрела на нарушение этого строгого повеления Трех Леди. Тем более что самозваные амазонки надежно блокировали неконтролируемые ходы в Спецпоселение. Джейн подальше отшвырнула арбалет, пристегнула свою пленницу титанитовым наручником к довольно надежному стволу и, наказав ей не распускать сопли и сидеть тихо, взялась за блок связи - надо было срочно связаться с кем-нибудь, кто имел влияние на чертову ораву юных идиоток. Но, опередив ее действия, аппарат разразился журчащей трелью: поставленный на SOS передатчик Кая был где-то рядом - метрах в двухстах. Сориентировавшись по индикатору приборчика, Джейн устремилась в направлении сигнала. * * * "Сейчас главное - не дать волю эмоциям", - очередной раз напомнил себе Кай. Словно наблюдая за происходящим со стороны, он точно представил, что, как только он осознает себя жертвой погони, ему конец. Страх затуманит мозги, и его, несомненно, поймают - ведь на стороне девиц молодость, тренированные мышцы и хорошее знание местности. А у него - всего лишь опыт и сообразительность. Кай старался бежать ровно, в меру экономя силы и не давая сбиться дыханию. Ветви хлестали его по лицу, а колючий кустарник цеплялся за ноги, обдирая колени и щиколотки. Возле толстого кряжистого ствола табачного дерева он на секунду остановился, пытаясь определить, как далеко ему удалось оторваться от преследовательниц. Воткнувшаяся в дерево с чмокающим звуком стрела недвусмысленно сообщила Следователю, что отрыв маловат. Милые девочки наступали ему на пятки. Он повернулся, чтобы рвануть в спасительную чащу, как вдруг почувствовал резкую боль в левой ягодице: вторая арбалетная стрела все-таки достала его на излете. Морщась от боли, Кай потратил десяток секунд на то, чтобы извлечь древко из столь неудобного для хирургических манипуляций места, и, прихрамывая, бросился наутек, благодаря Бога, что у проклятых дур, видимо, не принято пользоваться кураре. Дело принимало дурной оборот. Виляя, как заяц, между стволами, Санди лихорадочно пытался найти выход из идиотского положения. Хотя рана была неглубокая, все равно бежать было трудно, а форы у него почти не осталось - от девиц его отделяло не более ста метров, а может быть, и меньше. Это просто смешно - Следователь пятой категории убегает от монашек. Если об этом узнают в Управлении, ребята его засмеют. Хотя здесь и сейчас ему - видит Бог - не до смеха. Обидно после стольких передряг пасть жертвой обезумевших кретинок... Впрочем, пока еще потенциальной жертвой - сдаваться он не собирается... Кстати, где самое безопасное место для жертвы? Кажется, за спиной у охотников. Кай внезапно остановился - это был его последний шанс. * * * Сестра Будур размеренно и быстро бежала по лесу, успевая глядеть по сторонам. Отличный денек выдался сегодня. Девчонки неплохо гонят пентюха. Наглец забрался слишком далеко от Спецпоселения, и надо проучить его за это. Пусть надолго запомнит, чью планету он топчет своими грязными лапами. А может, сподобиться и завалить придурка - ведь многие девчонки еще не нюхали крови, а им давно пора - хоть Великие Матери и не поощряют подобные забавы. Она остановилась и огляделась кругом. Девчонки унеслись вперед - за деревьями в отдалении звонко звучали их голоса. А парень шустро бегает - не ожидала такого от мужской особи не первой свежести. Пора бы воспитанницам уже догнать его. Настоятельница остановилась под высоким деревом и сняла с ремня рацию. - Мэгги, сестра Будур на связи... Мы в миле от просеки, гоним "кабана" к дороге. Вернемся от силы через полчаса. Готовь обед! Она задвинула антенну и собиралась убрать рацию обратно, как вдруг тяжелая рубиновая капля звонко шлепнулась ей на щеку. Сестра недоуменно посмотрела вверх. И еще успела увидеть нечто растопыренное, летящее на нее сквозь ветви. В последнее мгновение Кай успел сгруппироваться и основательно приголубил дородную матрону подошвами тяжелых походных ботинок. Та на удивление послушно сложилась вся сразу - как складная плотницкая линейка, порядком смягчив падение Следователя с пятиметровой высоты, и лишилась сознания. Кай не успел еще ни оценить ущерб, причиненный его прыжком с ветвей неприятельнице, ни даже подняться с четверенек, когда услышал треск кустарника под ногами очередного противника. Тот, впрочем, не стал наносить ему удар, но остановился и ахнул. Кай неловко сел, переместив центр тяжести со спины на колени, и с упреком заметил: - Ну и пикничок у нас с вами получился, мисс Гранж... * * * - Надеюсь, я не свернул шею этой... как бы поэлегантнее выразиться? - заметил Кай, проверяя состояние сестры Будур и снимая с ее пояса свой блок связи. - Черепа у послушниц Лесного Монастыря крепкие, - скептически заметила Джейн. - Но не вместительные. Дыхание и пульс у нее в порядке - я это и так вижу. Сюда через пару минут прилетит полицейская "вертушка" и во всем разберется. Давайте поспешим к машине. У меня нет желания ни подворачиваться под горячую руку взбесившимся соплячкам, ни объясняться с полицейскими чинами. Так что поторопимся. - Она энергично стала прокладывать дорогу назад, к полянке, на которой остался их кар. - С этой стервой все будет в порядке... А вот вы - весь в крови. И хромаете. Куда это вас угораздило? - осведомилась Джейн, пропуская Кая вперед к забрезжившей впереди поляне. - В слишком интересное место, чтобы демонстрировать его дамам... Вот, кстати, и машина. Ничего, я сам управлюсь. Подайте мне аптечку. - Кай достал тюбик с биогелем и попытался дотянуться до раны. - Место не столь интересное, сколь неудобное, чтобы самому наложить толковую повязку, - деловито заметила Джейн, не без сострадательной иронии. - Не валяйте дурака! - Она молча отобрала у Федерального Следователя тюбик, уложив Кая животом на сиденье, и принялась деловито обрабатывать рану. Лежа на мягком ворсе сиденья "Роял-Флайта", Кай обреченно осознавал, что его любовное приключение закончилось, еще не начавшись, - нельзя ведь рассчитывать на серьезный роман с женщиной, на первом же свидании подставив ей свою задницу... - Вот и готово, - не без профессиональной гордости объявила Джейн. - Натягивайте брюки. И когда следующий раз будете входить в роль Аудитора или другой какой канцелярской крысы, нагуляйте себе седалище пожирнее. Силиконовый протез сделайте, что ли... Она лихо тронула машину. - Дипломатические извинения, - Джейн скосила глаза на мученически скривившегося Кая, - вам, разумеется, принесут позже. Но простите и меня лично за такой неудачный выбор места для пикника. - Ничего, - усмехнулся Кай. - "Без алкоголя, но зато с приключениями" - как в девизе Диснейленда. Кстати, что это были за девицы в камуфляже с голубыми шевронами? Они еще упоминали свою покровительницу - Фатиму, если не ошибаюсь. Джейн досадливо закусила губу: - Это "Юные воительницы Химеры", они же - послушницы ордена святой Фатимы, они же - "дети Лесного Монастыря"... В общем, одна из сект фанатиков времен Преславной Революции... Но их деятельность запретили после заключения Хартии Миров. - Ваши запреты работают здесь не лучше, чем ваша промышленность! Мне от них не легче, и вообще - я сыт этой планетой по горло! Я готов сражаться с мафией, дезертирами, монстрами, наконец, но я не подряжался драться с женщинами! Я только что, кажется, покалечил одну стерву, о чем почему-то совершенно не жалею, хотя это и не соответствует моим принципам. Еще несколько минут Кай потратил на горестный рассказ о том, как все его попытки объяснить девицам, что он является официальным представителем Федерации Тридцати Трех Миров, были встречены ехидным смехом местных амазонок. Возможно, судя по их изрядно заношенной и потрепанной одежде, они уже давно обитали в джунглях и могли просто не знать о визите Налоговой Инспекции, а может, просто и не имели понятия о подобного рода материях. Как бы там ни было, его заявление еще больше распалило предводительницу юных партизан. Она разразилась гневной тирадой, в которой дала весьма нелестную оценку "придуркам Наверху, тянущим свои грязные лапы к последнему бастиону чистоты и невинности, оставшемуся в этом прогнившем сволочном мире". Из ее дальнейшей, весьма эмоциональной и обильно пересыпанной ругательствами речи Каю удалось узнать, что жительницам Химеры приходится не только кормить беспомощных паразитов из Патриархальных Территорий, но еще содержать дюжину феминистских движений в Метрополии. - Это была основательная новость! - заметил Кай. - Триумвират убеждал нас в обратном. Мысль о том, что Моррису следует более скрупулезно отследить направление денежных потоков между Химерой и остальным миром, он, правда, оставил при себе. Несколько минут оба они молчали. Затем почти одновременно зазуммерили их блоки связи. Джейн выслушала короткое сообщение от секретарши Леди Сью об инциденте на открытии выставки. Леди не сомневалась, что происшедшее - заранее подстроенная провокация, и срочно требовала от Джейн немедленно "явиться к ноге", а до того - утроить бдительность. Кай, судя по выражению его лица, принял аналогичную информацию, но только в гораздо более сумбурном и эмоциональном изложении господина Первого Аудитора. Выключив блоки, оба некоторое время с пониманием смотрели друг на друга. Машина послушно мчалась на автопилоте. Затем Кай откашлялся и осведомился, какой очередной аттракцион предусмотрен программой визита для членов Федеральной Инспекции. - Мне кажется, что наше э-э... меню немного перегружено острыми приправами, - заметил он, машинально потирая поврежденную стрелой часть тела. - Этот ожог у Мариам - серьезная штука? У меня, знаете, нет опыта в обращении с псевдоциветтами... - Гораздо более серьезная, чем ваша сувенирная отметина, - с досадой проронила Джейн. - Эти твари - самые мирные создания во Вселенной. Их никто не обижает. Но и не ласкает тоже: стоит дотронуться до их шерсти, и сработают стрекательные нити с мощным нейротоксином. На разные существа он действует по-разному, но - всегда ужасно. У людей развивается прогрессирующий паралич. А затем начинает происходить автоиммунное отторжение клеток собственной нервной системы. Если для Мариам не успеют достать подавляющую сыворотку, она - в лучшем случае - останется на всю жизнь калекой... Это - в лучшем... - Что значит - "успеют достать"? - Кай удивленно поднял бровь. - Разве на всей планете не найдется?.. - Может и не найтись. Никаких псевдоциветт здесь отроду не бывало, господин Второй Аудитор. Их разводят неоассассины на Харуре. Для своих целей. Там же и производится сыворотка для всех типов поражения. - Голос Джейн наполнился горечью. С Миром Харура у нее были свои счеты. - Откуда же взялась эта тварь на выставке? - раздраженно, но логично спросил Кай. - Из какого-нибудь спецпитомника... - Джейн уже не старалась изображать из себя мирную овечку-экскурсовода. Овечкам не положено знать ни про спецпитомники, ни про секты наемных убийц в других Мирах. - Вот что, - тоже уже вполне профессиональным, жестким голосом произнес Кай. - Пусть ваше начальство не валяет, как вы выразились, дурака. Яснее ясного, что эта история - работа специалистов своего дела. Такие вычисляются легко. А у специалиста, раз уж он возится с подобным ядовитым "инструментом", должно быть под рукой и противоядие... - Наше начальство - не полные идиотки, - не без обиды парировала Джейн. - И азам сыскного дела их учить не стоит. Она тут же пожалела, что приняла слишком резкий тон. Кай замолчал и отвернулся к пролетавшему за окном пейзажу, в котором ядовитая зелень местных мини-тропиков начинала сменяться умеренными красками "средней полосы" Химеры - узкой, как плавки "мисс Пляж" трехлетней давности. Впереди, в четырех часах езды, их ждали слякоть и снежные завалы зимней Дизерты. "Обиженный бойскаут, - подумала она с какой-то грубоватой нежностью. - Только еще губы бантиком не сложил. Хотя и нервы мы господам инспекторам потрепали гораздо больше, чем собирались. Синдром неизжитого детства. "Хобби - собирание детских головоломок", как сказано в личном файле. Грех с таким играть втемную. Вот и мысль - знаю, каким подарком его утешить..." * * * - А теперь осторожненько, вот так - по лезвию ножа добавляем коньячку, и чтоб он, не дай Бог, не вздумал смешаться с ликером. Готово! - Де Жиль отступил на шаг и горделиво осмотрел свое произведение. Выглядело это и впрямь неплохо - золотистый слой благополучно проспоренного Каю коньяка удачно гармонировал с насыщенным изумрудом мятного ликера, густым облачком дымящимся под выдержанным бренди. - Не спорю, дизайнер из вас хоть куда, - мрачновато заметил Кай. - Ну а пить это можно? - Обижаете, господин Второй Аудитор, - обидчиво надул губы Моррис. - И через пару секунд вы поймете, почему обижаете. Только извольте пить залпом - тут не более унции, справитесь. Кай нерешительно пожал плечами. - Мне все же кажется, что вы напрасно испортили хороший коньяк, Моррис. Я никогда не был особенно расположен к мятному ликеру. Вас сегодня почему-то упорно тянет в алхимию - это уже четвертый коктейль, который вы сооружаете... - Седьмой, если быть честным. Три было до вас. Так пьете или нет? Кай, обречено, одним глотком отправивший двухэтажный напиток в рот, и впрямь подивился необычной гамме полученных ощущений. Теперь он понял, почему Моррис окрестил этот коктейль "Колибри" - навевающий прохладу мятный ликер, проследовавший в горло вслед за обжигающим коньяком, действительно вызывал ассоциации с маленькой птичкой, порхающей в летнем зное где-то на уровне пищевода. - Согласен, это было неплохо, но не хватит ли на сегодня? - Ах, дорогой Санди, у меня депрессия, а это занятие хоть как-то отвлекает меня от грустных мыслей. - Вы о Мариам? - И о ней тоже. Кай удивленно выгнул брови. - Дело даже не столько в ней... а скорее во мне самом. Я очередной раз убеждаюсь, что мне патологически не везет с женщинами, Санди. - Вот это новость, - Кай иронически хмыкнул. - Мне жалуется на судьбу человек, о котором ходит слава донжуана, меняющего подружек чаще, чем иные меняют носовые платки. Неужели это - всего лишь сплетни завистников? Я буду жестоко разочарован... - Оставьте свой сарказм, коллега, для меня это все достаточно серьезно. Количество, увы, не переходит в качество. Вы думаете, что я такой записной бабник и Казанова, что получаю удовольствие исключительно от процесса? Моррис нетвердой рукой отодвинул в сторону загремевшую по столу бутылку. - Молчите... Значит, вы и вправду так считаете. И напрасно! Все эти бесконечные, давно утомившие меня любовные приключения - не что иное, как порядком затянувшиеся поиски идеала... в которых я не очень-то преуспел. - Не понимаю, - Кай с некоторой долей сочувствия взглянул на своего напарника, - неужели за все это время вам не удалось подыскать женщину по душе? - А я вам о чем толкую! В этом-то и дело! Как только наш роман достигает кульминации, или я разочаровываюсь в своей избраннице, или какие-то непреодолимые обстоятельства мешают нашей совместной жизни. Как в этот раз, например, - ни с того ни с сего мою девушку атакует какая-то залетная тварь, место которой за миллиарды миль отсюда. И мне теперь нужно привыкать к новой женщине... хотя не спорю, Роззи по-своему очаровательна и где-то даже нравится мне... Но не могу же я ухаживать за ней, в то время как Мариам прикована к больничной койке! - Ах, вот что вас беспокоит. - Кай вновь насмешливо посмотрел на слегка набравшегося Первого Аудитора. - Нашего несчастного донжуана раздирают противоречия между доводами совести и желанием затащить в постель новую подружку... А что же вы ждете от меня? Снять с вас тяжкое бремя выбора? - Ну, знаете! - Моррис резко встал, опрокинув-таки себе на колени бутылку с остатками мятного ликера. - Я к вам с самым личным, как к другу, а вы читаете мне мораль. Нехорошо, Следователь... * * * - Господа! - Они разом повернулись к двери, у которой стояла очаровательно улыбающаяся Роззи. - Вы, кажется, немного повздорили в мое отсутствие? Нет, воистину права была святая Фатима, утверждавшая, что у мужчин только две забавы - война и женщины. Я предлагаю вам из этих двух зол выбрать второе. Вы не против? Кай бросил на Морриса укоризненный взгляд, хотя уже давно прикинул, что местная служба безопасности перевела его из Аудиторов в совсем другое ведомство. Но пока это были лишь подозрения, которые благодаря невоздержанности на язык его напарника имели тенденцию превратиться в твердую уверенность. - Мы вовсе не ссорились, мисс, - просто излишне громко обсуждали последний рецепт коктейля, - поспешил исправить положение Кай. - Не хотите попробовать? Господин Де Жиль - большой мастер по этой части. Коктейль называется "Колибри". - Нет уж, увольте. - Девушка весело плюхнулась на диван и достала из сумочки сигареты. - Я достаточно отведала его сегодня утром, когда учила Морриса делать это прелестное снадобье. Он что, не говорил вам об этом? - Я просто скромно умолчал, дорогая... И вообще, Господи, что это все взъелись на бедного Первого Аудитора? - капризно подал реплику Де Жиль. - Меня сегодня склоняют по любому поводу. Расскажите лучше что-нибудь новенькое из местной светской хроники, Роззи. Какие-нибудь сплетни, слухи, скандалы... Боже мой, как я тоскую по свежему номеру "Титтл-тэттл мэгэзин". Как можно жить без светских новостей о свадьбах, разводах, интрижках и сексе? О чем вообще пишут ваши газеты? Девушка сморщила очаровательный ротик и выпустила к потолку струйку дыма: - О чем пишут... Как будто не читали! О нравственности, о дисциплине, о сознательности и женской солидарности... И о коварных происках м-м... сторонниц и сторонников патриархата. - Хотите я напишу статью о лесбиянстве? Сестрам наверняка будет весьма интересно познакомиться как с историей этого вопроса, так и некоторыми техническими подробностями. Поверьте, у меня есть чем поделиться с почтенной публикой - одну из ярых приверженок этого учения я, помнится, как-то обратил в истинную веру, - иронически напыжившись, уведомил собеседницу Моррис. - Ну, вы скажете, мистер! - Роззи чуть не подавилась дымом, и Каю даже пришлось постучать ее по спине, чтобы она откашлялась. - Так вам и позволит Цензурный Комитет! Две вещи на нашей планетке никак не поощряются, но зато хорошо рифмуются - биология и геология. Кай, в двадцатый раз за короткое время их пребывания на Химере выслушавший эту сентенцию, постарался изобразить живейшее удовлетворение остроумием новой подружки Морриса. - Ну почему же, надо ведь когда-то начинать сексуальное просвещение здешнего народа. Я согласен нести нелегкое бремя этой тяжелой миссии. - Господин Первый Аудитор встал в горделивую позу и накинул на голову салфетку наподобие тюрбана. - Пусть я буду здешним Иоанном Крестителем. - Ладно вам, Моррис, - усмехнулся Кай. - Вспомните, чем кончил тот проповедник. Вам что, голова не дорога? - Не пугайте меня, Санди. Мы проведем этот проект в качестве образовательного. Есть же здесь какой-нибудь Департамент Просвещения? - А как же без просвещения, господа? - оживилась аспирантка по космопсихолингвистике. - Я как раз могу познакомить вас с нашей новой образовательной программой. Она идет через спутниковое телевидение - ведь часть населения у нас разбросана по фермам и поселкам, и бедные девушки не имеют возможности посещать лицеи и монастыри, воспитанницы которых получают более разностороннее и систематическое образование. "Ну да, особенно в монастырях, - подумал Следователь, потирая раненую ягодицу. - Настолько разностороннее, что в него включено умение охотиться с арбалетами на людей..." Однако вслух он ничего не сказал. - Вот, посмотрите - весь шестой сектор программ выделен под образование. - Роззи щелкнула переключателем. - Это, например, физика. На экране телевизора дородная матрона в старинных, давно вышедших из моды роговых очках что-то занудно талдычила о законах механики, потрясая для наглядности пружинками с подвешенными к ним золотыми сердечками. - А это, кажется, - продолжая щелкать переключателем, пояснила Роззи, - биология. Перед ними возникла схема огромного цветка, окруженного множеством цифр и стрелочек. Приторно-слащавый голос за кадром, явно стараясь избегать таких языковых неприличий, как "яйцеклетка" и "спермий", пытался объяснить зрительницам, как происходит размножение растений. - Может быть, вы интересуетесь историей нашей планеты, если у вас, конечно, есть на это время и желание? - продолжала упорно просвещать господ Аудиторов Роззи, мельком взглянув на часы. - Для этого существует сорок шестой канал. - Она отключила ботанические изыскания, и перед Каем возникла широкая панорама девственных джунглей Химеры. Полный непонятной еще патетики голос за кадром торжественно возвестил, что перед взором зрительниц проходят легендарные места, в которых начинался Великий Поход за свободу Химеры от власти мужчин. Именно в этих горах более тридцати лет назад зародилось партизанское движение против официального мусульманского режима, которое затем распространилось на всю планету. Из дальнейшего рассказа дикторши Кай с нарастающим интересом узнал, что в десятилетнюю годовщину Преславной Матернальной Революции на этом месте был заложен Планетарный Детский реабилитационный центр, строительство которого пришлось впоследствии отложить в связи с неблагоприятной сейсмической обстановкой. Кадры были до боли знакомы обоим Аудиторам: один раз это уже показывали им. Церемония начала строительства - разрезание атласных ленточек было, видимо, любимым занятием всех Трех Леди - только вот до сих пор господа аудиторы считали, что все это происходило в прошлый понедельник, а не четырнадцать лет назад. * * * У Морриса хватило ума ограничиться выразительным взглядом, брошенным на столь же выразительно скосившегося на него Кая. "Вот как, - определил для себя Кай. - Я осторожно, тихой сапой, с черного хода пытаюсь спровоцировать наивную милашку на какую-нибудь рискованную откровенность, а она открывает нам секрет Полишинеля прямо с парадного входа. Бьюсь об заклад, что ее случайное включение этого телеурока истории так же случайно, как явление народу псевдоциветты на давешней выставке..." - Вы, я вижу, совсем загрустили, господин Санди?.. - осведомилась Роззи, чуть опечалившись в знак солидарности. - Мне тоже невесело вспоминать о том, что сейчас бедная Мариам... Кстати, она пришла в сознание и очень благодарна вам за то, что вы для нее сделали, Моррис... Кай не без удивления глянул на Морриса. - Вы как-то поучаствовали в судьбе нашей несчастной подруги? - осведомился он. - А вы и не в курсе того, что ваш друг разбился в лепешку, добывая какой-то препарат... - Роззи удивленно заломила тонкую бровь. - Сыворотку, - поправил ее, кажется, впервые смущенный Де Жиль. - Ну, сыворотку... Без нее бедняга уже веселилась бы в райских садах, в гостях у Боженьки... А не страдала бы в спецклинике. Не Старухи же разорились на лекарство! От них только гроб казенный дождешься! - в сердцах выпалила Роззи. - Признайтесь, кстати, - обратилась она к Моррису, - сколько вы отвалили типчику, который добыл вам эту химию? - Нам еще предстоит с ним расплатиться... - как-то неопределенно ответил Де Жиль, которому явно не по вкусу пришлось то, что единственный, делавший ему честь поступок стал достоянием гласности. - Кстати, вы его знаете, Кай. Кай почувствовал себя чем-то на редкость бесчувственным, толстокожим и малоинформированным. Боже, стоило отлучиться на сутки - и половина действующих лиц на сцене меняется... - Знаете ли, - попытался он сменить тему разговора, - как-то неуютно себя ощущаешь в мире, где на одном полушарии из тебя пытаются сделать подушечку для булавок, а на другом - просят погладить ядовитую тварь с Харура... - С Харура? - почему-то удивилась Роззи. - Почему вы думаете, что эту гадость привезли именно с Харура? - Мисс Гранж любезно просветила меня, - пожал плечами Кай. - Удивительно... - Роззи задумчиво покрутила ножку фужера, уровень жидкости в котором так и не уменьшился за все время разговора. - Джейн терпеть не может говорить о Харуре... Для нее это больная тема... - Она бывала там? - с надлежащей наивностью осведомился Моррис. Кай подумал, что порой Первый Аудитор может все-таки и подыграть в разговоре. - Да... Хотя, возможно, и не стоит об этом говорить... Она... Она выполняла что-то вроде дипломатической миссии... - Я не знал, что вы знакомы с мисс Гранж... - констатировал легкую неестественность происходящего Кай. - Химера - маленький мирок, мистер Санди! - невозмутимо парировала его реплику Роззи. - И все мы здесь живем сплетнями друг о друге... А сплетен вокруг той истории было много - Джейн ведь загубила свою карьеру... Гранжи - клан очень высоких кровей, к вашему сведению, господа... Джейн могла бы даже рассчитывать на место в Триумвирате - разумеется, после того, как загнется какая-нибудь из Старух. Но у нее вышел совершенно головокружительный роман с каким-то Майклом Донованом... Короче, с капитаном разведывательного эсминца Федерации. И все пошло прахом. Как назло, этот Донован, оказывается, работал на какую-то из спецслужб. Его же коллеги его и пришили там - на Харуре. И Джейн осталась, как говорится, вдовой до свадьбы... Ее тогда уже почти лишили нашего гражданства. Но она сумела оправиться после всего этого - мужественная женщина... "Вы, Роззи, пожалуй, тоже... - подумал Кай. - Так самозабвенно играете роль наживки, что вот-вот на сцену снова явится псевдоциветта... Или что-то вроде". - Пожалуй, мне пора немного отдохнуть. Денек у нас с вами выдался не из легких. - Кай поднялся и с легким поклоном шагнул к выходу. Никто особенно не возражал против его ухода. Намерения Морриса были вполне очевидны, а что до Роззи, то она, должно быть, сочла свое задание по загрузке информации в мозг Федерального Следователя полностью выполненным. Информации, исходящей от кого? Уже взявшись за ручку двери, Кай неожиданно для самого себя спросил: - Фамилия того... капитана была именно Донован? Не Донахью? - Господи, - удивилась Роззи. - Действительно - Донахью... Вы тоже о нем слышали? * * * В своем номере Кай потратил еще десятка два минут на составление и отправку в информационную сеть Управления кодированных запросов, опорожнил так и не тронутый с утра термос с кофе, подержал голову под краном с ледяной водой и, утираясь полотенцем, поспел к заливающемуся трелью вызова блоку связи. Предстать перед Джейн ему пришлось несколько взъерошенным. - Извините меня, - голос ее был довольно усталым. - Я пыталась дозвониться из вестибюля, но вы находились у своего коллеги, поэтому я не решилась вас тревожить. Я оставила вам небольшой сувенир на память о сегодняшнем дне - он у портье. Может быть, эта вещица поможет вам легче понимать нас - химерянок... Это местная традиция - мастерить такие безделушки... Она неплохо помогает нам жить. В большей степени, чем может показаться... Спокойной ночи. Боюсь, что завтра нам некогда будет выехать на пикник... Экран погас. Кай слегка потряс головой и набрал на монументальном пульте сервисной системы соответствующую команду. Не прошло и трех минут, как панель доставочного лифта издала утробное гудение и отворилась. Кай подхватил с подноса небольшую коробку и, немного помедлив, открыл ее. Подарок Джейн был не лишен смысла. Маленький, снабженный всеми необходимыми аксессуарами - вплоть до мельчайших деталей, - исполненный из очень прочного сплава макет многоквартирного жилого дома. Кай потратил довольно много времени, разглядывая его, открывая кончиком остро заточенного карандаша крохотные дверцы, закрывая их и пристраивая игрушку у себя на столе. Потом еще раз потряс головой. Ну что же: намек был понятен. Даже такой секрет его - Кая Санди, Федерального Следователя пятой категории, как пристрастие к замысловатым игрушкам не был секретом для его кураторов. Домик стал довольно тактичным предложением вести игру в открытую. Не нарушая, разумеется, принятых условностей. Прикрыв глаза и запустив чуть слышно Ти-Ви (полная тишина всегда мешала ему думать), Кай попытался взвесить в уме "сухой остаток" событий этих дней. Партнеры, с которыми шла игра, не были едины - это ясно вытекало из противоречивости происходящих событий и их чрезмерного изобилия. Кто-то толкал господ аудиторов в Лабиринт, но кто-то и посылал им проводника-спасителя. Кто-то один тщательно сооружал вокруг них непроницаемую стену дезинформации, водил за нос планами расцвета курортного бизнеса Химеры, а кто-то другой рушил эту стену, подсовывал вопиюще противоречивые факты процветания идиотически организованного хозяйства. Наконец, кто-то приставил к Моррису очаровательную, профессиональную молчунью Мариам, а кто-то собрался отправить ее на тот свет. Похоже, только затем, чтобы заменить на не менее профессиональную болтушку-провокатора Роззи. История с ядовитым зверьком была предметом особой головной боли Федерального Следователя: имел место ярко выраженный случай использования экзобиологического оружия, отягченный, по всей видимости, его контрабандой или подпольной репродукцией. Все это подпадало под прямую юрисдикцию Федерального Директората и подлежало расследованию силами Управления, сотрудником коего Кай не переставал быть, даже будучи оснащен прекрасными липовыми бумагами Министерства финансов. Впрочем, как всякое преступление, совершенное профессионалами, дело о покушении на Мариам потенциально легко "раскручивалось" профессиональными же методами. Профессионалы ходят по узкому коридорчику своей судьбы, и разминуться друг с другом им трудно. Вот если бы девицу оглоушил кирпичом пьяный хулиган - где-нибудь на окраине, - шансов быстро расколоть дело было бы поменьше. Кстати, это свидетельствовало еще и о том, что подлежащие розыску профессионалы в чем-то были все-таки дилетантами. Точнее, скажем так: действовали профессионалы по приказу дилетантов. Такое сочетание характерно для людей власти... Сделаем зарубку. Теперь - вот этот домик-намек... Впрочем, эта часть "материала" была слишком окрашена для него личными эмоциями. Не будем форсировать события. Ясно одно: кто-то заинтересован в том, чтобы режим Трех Леди публично сел в лужу. Ведь не сами же они? Хотя - как знать... Ведь кто-то из Трех - Первая, а кто-то - Третья... Еще одна зарубка. А еще кто-то заинтересован в том, чтобы безнаказанно унести отсюда ноги - этот персонаж, по крайней мере, известен: Б.-Р. Циммерман, спецпоселенец Помпейской колонии: нарушает направо и налево хартию о передвижении - то есть челноком снует на поверхность и обратно. Но хорошо платит кому надо и остается нетронутым. Кай уже понял, что на таких "полезных" нарушителей здесь смотрят сквозь пальцы. Что-то тебя давно не слышно, Борюсик... * * * - Ты делаешь это потрясающе, дорогой. - Роззи обвила его шею руками и нежно укусила Морриса за ухо. - Да и ты, как мне кажется, тоже не новичок в сексе. - Первый Аудитор подозрительно взглянул на свою подружку. - Интересно, откуда ты понабралась опыта? На Химере вроде бы негде, или... вы все же держите здесь небольшой испытательный полигон для обучения спецагенток? - Он шутя повалил девушку на кровать и придавил к подушке. - А ну-ка, признавайся, где вы прячете моих братьев по полу? Наверное, в каком-нибудь мрачном подземелье, и раз в год, за примерное поведение, даете им возможность порезвиться с женщиной. Бог мой, у меня от подобной переспективы мурашки по коже. - Фу, глупый. - Роззи ловко высвободилась и поцеловала Морриса в шею. - Ты же знаешь, что у нас не-е-ет мужчин. За исключением тех, из Патриархальных Территорий. Но ты не можешь серьезно ревновать меня к этим придуркам. - При чем тут ревность, дорогая, я преисполнен чувства солидарности к своим собратьям. И потом, речь сейчас не о них, а о вас. Сказки о партеногенезе оставьте для кретинов, выгнанных из гимназии за академическую неуспеваемость. Ведь в этом случае вы были бы похожи одна на другую - я имею кое-какие представления о клонировании! Да и выродились бы вы, прелестные мои, за короткое время, поверь мне... - Ну... в принципе ты прав, оплодотворение все-таки происходит в "пробирке" - это не секрет... Но предварительно идет селекция сперматозоидов с женской Х-хромосомой. Де Жиль усмехнулся: - Знаешь, есть такой анекдот. Сидят два рыболова. У одного все время клюет, а у другого - нет. Вот второй и спрашивает: "Послушай, друг, почему? Ведь червяки у нас одинаковые - в одном месте копали". - "А ты на кого ловишь, на самцов или на самок?" - "А разве не все равно?" - "Нет, конечно. Я, например, - на самцов. Рыба их обожает". - "Как же ты их различаешь?" - "Засовываю в рот и вытаскиваю сквозь стиснутые зубы. Если цепляется, - значит, самец". Моррис насмешливо посмотрел на свою собеседницу: - Вы и сперматозоиды так же различаете? Или у них на головке написано, мужской он или женский? - Ну, знаешь! - Роззи вырвала руку и с возмущением отвернулась от него. - Болтаешь, сам не знаешь что. Я, конечно, не в курсе всех деталей, но для этого есть специальная аппаратура. Кажется, их сортируют по массе. Или по этой... электрофоретической подвижности... Поразительно, но с хитрым термином Роззи справилась без запинки. Это наводило на определенные мысли. - Нет, ты подожди. - Де Жиль вдруг о чем-то задумался. - Насколько я знаю, точность селекции в таких опытах никогда не достигала ста процентов. А что вы делаете с неудачными зачатиями? Ведь пол ребенка определяется не сразу? Не убиваете же вы их, этих несчастных мальчиков? Это, милая моя, - разновидность аборта. Вашим же местным законодательством трактуется, как тяжкий грех... - Что-то ты подозрительно много знаешь в этой области для Федерального Аудитора, пусть даже и Первого ранга. Моррис самодовольно ухмыльнулся: - Половой вопрос всегда был моей слабостью, хотя половой слабостью, как ты уже могла заметить, я никогда не страдал. Ну так что вы делаете с неудачниками? Роззи замялась и, встав с постели, начала рыться в сумочке, которую взяла с каменной тумбочки поодаль. - Сигареты? - расслабленно поинтересовался Моррис. - Возьми мои. - Зажигалку, - из сумочки она почему-то достала электронную записную книжку. - Я жду ответа... - Это не самый удачный вопрос, милый. Давай лучше займемся любовью. Я обожаю делать это под одеялом, в полутьме. Это так романтично - словно мы с тобой в пещере. - Она быстро постучала пальчиком по клавишам, и Моррис прочитал на экране: "ЭТИ ВЕЩИ ПОДПАДАЮТ ПОД КОМПЕТЕНЦИЮ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ. ЗАЛЕЗАЙ ПОД ОДЕЯЛО". Она снова забаранила по клавишам и ознакомила Морриса с плодами этой деятельности: "ГОРМОНАЛЬНАЯ ТРАНСМУТАЦИЯ. ЛЕЗЬ ПОД ОДЕЯЛО". Моррис нырнул вслед за Роззи в душную полутьму. И там он узнал... * * * - Нет, это отвратительно, - возмущался Де Жиль двумя часами позже, расхаживая по номеру Кая, которого он за минуту до этого намеревался разбудить, чтобы разделить с ним свои чувства. Если бы тот спал. Но господин Второй Аудитор был застигнут им за бдением перед дисплеем, по которому бесконечными вереницами ползли сведения, освещающие случаи контрабанды харурских циветт, законодательные положения о спецпоселениях, уголовную статистику Химеры и т. д. Теперь он выслушивал своего напарника, созерцая мутный, сумеречный рассвет за окном и горестно вопрошая Бога о том, почему каждая из обитаемых планет Федерации имеет свой, непременно отличающийся от других период обращения вокруг оси? Сегодня Кай охотно верил, что проклятое непостоянство светового дня, сопутствующее его перемещениям по казенной надобности из одного Мира в другой, способно довести человека до полной профнепригодности. На столе тихо надрывался глушитель систем подслушивания. - Представляете себе, наличие X- или Y-хромосом еще не определяет появление младенца мужского или женского пола, - сообщил Де Жиль Каю новый для себя медицинский факт. - Первоначально - первый месяц внутриутробного развития ребенок еще "бесполый" - точнее, несет в себе зачатки обеих половых систем. Только со второго месяца начинает вырабатываться особый такой гормон, прекращающий возникновение зачатков женской половой системы. Если нейтрализовать этот гормон, то развитие вместо мужского пойдет по женскому типу. Вот они так и поступают: подавляют его действие путем иммунизации на ранних стадиях зародышевого развития. Оно же здесь протекает в "пробирке"... Причем, что особенно мерзко, - при этих словах Моррис даже побледнел, - носительницам мужского хромосомного набора ничего никогда не сообщалось и не сообщается об их биологической природе. За сохранение тайны отвечает специальный отдел в здешней службе безопасности... Чтобы избежать психических аберраций... Говорят, что нарушение этого правила приводило к случаям убийств, самоубийств и даже - вот ужас-то - неожиданной измены делу Преславной Революции. Даже среди очень высокопоставленных особ! Как вам это понравится? - Да, - рассеянно отозвался Кай, - это, пожалуй, похуже, чем остывший растворимый кофе в шестом часу утра... Он с отвращением посмотрел на свою чашку, словно в нее была нацежена отрава. - Да вы ничего не понимаете, Следователь! Точность селекции сперматозоидов в стандартной клинической установке не превышает 75 процентов. Соответственно примерно четверть населения Химеры - мужчины! С полуторамесячного возраста от дня зачатия перестроенные на женский тип развития. - Прискорбно, - заметил Кай. Казалось, это маленькое открытие Морриса его ничуть не удивило. - Вопрос следует поставить перед Всемирной организацией здравоохранения. Скорее всего, такая практика дает массу побочных эффектов... Думаю, однако... - Не знаю, о чем думаете вы, а я вот думаю о том, что, возможно, переспал сейчас с мужиком! Когда до меня это дошло, я из-под одеяла вылетел чертом! Меня чуть не вырвало... Минут пять Моррис потрясенно молчал. Он представил себе бедных женщин, которые и понятия не имеют, кем являются на самом деле. Предназначенные совсем для другой жизни, они, должно быть, мучаются непонятной для них тоской, в то время как их подсознание раздирается темными, непонятными для них подспудными желаниями, подавленными всяческой химией и постоянным промыванием мозгов. Он тяжело вздохнул. - И что, - поинтересовался Кай, - внешне они никак не отличаются от настоящих женщин? Моррис отрицательно покачал головой: - Не только внешне, но даже поведением и манерами. - А вдруг они узнают правду о себе, находясь где-нибудь за пределами Химеры? - Это невозможно. Роззи говорит, что секрет индивидуального зачатия хранится даже строже, чем тайна ТОВАРА. Кстати, она этим словом подавилась - почти как Мариам... Оба помолчали. - Бедные несбывшиеся мужики - всю жизнь проходить в юбке... Но даже не это самое обидное. Ходить в сауну в окружении хорошеньких ангелочков и даже не ощущать всей прелести этого времяпрепровождения... - Моррис тяжело вздохнул. - Будь я проклят, если засмотрюсь еще хоть на одну из здешних красоток!.. - Хотите проспорить еще одну бутылку коньяку? - иронически поинтересовался Кай, но его шутка пропала втуне. Моррис слишком серьезно относился к возможности оказаться "голубым" помимо собственного желания. Известный в веках своей галантностью и многочисленными амурными похождениями род Де Жилей весьма косо смотрел на подобные сексуальные эксперименты. Кай вздохнул, подошел к бару и плеснул напарнику виски. - Я вижу, из вас выветрились все семь "Колибри", - сказал он. - Выпейте, придите в форму и подумайте вот о чем: в старину англичане говаривали: "Не важно, что тебе говорят, важно - зачем!" Вот и подумайте о том, зачем за последние сутки нам так легко открывают самые сокровенные секреты Химеры... - Н-налейте мне еще, - попросил Моррис, проглотив "успокоительное", - а то что-то не забирает... Как вы думаете - психогенную импотенцию легко излечить? - Не берите в голову, - посоветовал Кай, выполняя его просьбу. Моррис удалился, двигаясь подобно сомнамбуле и погруженный в свои размышления, а Кай, с отвращением допив проклятый кофе, согнал с экрана терминала малозначащий информационный мусор и снова вызвал текст, повергший его в раздумья, не позволившие оценить душевные терзания Де Жиля. Глава 6 В КОТОРОЙ ПОПЫТКА ПОНЯТЬ НЕМНОГОЕ В ОДНОЙ СУДЬБЕ ЗАСТАВЛЯЕТ УЗНАТЬ МНОГОЕ О СОВСЕМ ДРУГОЙ Когда-то в былые годы старина Фогг заставлял их - курсантов Высшей Школы - состязаться в составлении отчетов по делам самых разных времен, описанных классиками мировой литературы и драматургии: Каю пришлось в свое время составить отчет по "Венецианскому Мавру", а вот Карлу Гёте, который так глупо погиб позже, во время вооруженного инцидента в зоне "Малая Колония", достался вовсе не "Фауст", как можно было бы предположить, а нелепый эпизод с русским нигилистом, занявший у Достоевского не одну сотню страниц и уложившийся у старательного Карла в две трети странички формата А4, через полтора интервала. Полковник Фогг искренне считал, что в жанре криминалистической бюрократии существуют шедевры, являющие миру образцы ясности изложения и краткости слога, всячески призывал следовать им и даже издал подборку восхитивших его документов в приложение к своему курсу делопроизводства. До какой-то степени он заразил этой верой и не лучшего своего воспитанника - Кая Санди. Кай вспомнил об этом, в третий раз перечитывая довольно бездарный образец справки, выжатой бездушным компьютером из прорвы торопливо набросанных и коряво составленных текстов, написанных занятыми по горло людьми с огрубелыми от монотонной службы мозгами. А может, просто настроение у Федерального Следователя было паршивое в эту ночь... МАЙКЛ ДОНАХЬЮ, - гласила справка, - АГЕНТ "АРТУР". ИСПОЛЬЗОВАЛСЯ В РАЗРАБОТКЕ "ЛЕСНОЙ ПОЖАР" НА ТЕРРИТОРИИ ИМПЕРИИ ХАРУР. НАПРАВЛЕНИЕ: НЕЛЕГАЛЬНАЯ ЦИРКУЛЯЦИЯ ЭКООРУЖИЯ. НЕОДНОКРАТНО ОТМЕЧЕН В ПРИКАЗАХ ПО УПРАВЛЕНИЮ. ПОГИБ ПРИ ИСПОЛНЕНИ ЗАДАНИЯ - СМ. ДЕЛО 14/5006 "ПТИЦЫ". Плохо умирать при исполнении, а умереть в ледяных пустынях чертовых владений одноглазого императора - должно быть, совсем паршиво. Кай потер лоб и продолжил чтение: ВЫПИСКА ИЗ ЕДИНИЦЫ ХРАНЕНИЯ 12-12-AAR (К ДЕЛУ 14/5006 "ПТИЦЫ"): ТРИБУНАЛ ПРИ РЕГИОНАЛЬНОМ КОМАНДОВАНИИ КОСМОФЛОТА ЗОНЫ "ИМПЕРИЯ ХАРУР" ПРИГОВОРИЛ АГЕНТОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ МАТЕРИАЛЬНОЙ РЕСПУБЛИКИ ХИМЕРА АЛЬБЕРТС АННУ (АГЕНТ "ЧАЙКА") И АГЕНТА "ЗИМОРОДОК" (ИМЯ НЕ УСТАНОВЛЕНО, ДАЛЕЕ УПОМИНАЕТСЯ КАК АГЕНТ "ЗИМОРОДОК") ЗА РЯД ДЕЙСТВИЙ, НЕСОВМЕСТИМЫХ С ДУХОМ И БУКВОЙ ФЕДЕРАЛЬНОГО СВОДА ЗАКОНОВ И ПОДПАДАЮЩИХ ПОД СТ. 15 И СТ. 21-1 УК ИМПЕРИИ ХАРУР, ПРИВЕДШИХ К ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ЖЕРТВАМ (СМ. ОТЧЕТ "ЛЕСНОЙ ПОЖАР-19"), К 15 ГОДАМ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ ОБОИХ (АГЕНТ "ЗИМОРОДОК" - ПОСМЕРТНО) С ВЫСЫЛКОЙ В ИСПРАВИТЕЛЬНУЮ ЗОНУ "ФРОНТИР-11" И ПОСЛЕДУЮЩИМ ПОНИЖЕНИЕМ В ПРАВАХ НА СРОК ПО УСМОТРЕНИЮ АДМИНИСТРАЦИИ ПО МЕСТУ ЖИТЕЛЬСТВА (АГЕНТ "ЗИМОРОДОК" ПОСМЕРТНО). ПРИГОВОР ПОДПИСАН ТРОЙКОЙ В СОСТАВЕ: ЛИ ЯН - ПРЕДСЕДАТЕЛЬ, ЛИХТМАН Я., ЧИСТЯКОВ И. П. - ЧЛЕНЫ. ПРИГОВОР УТВЕРЖДЕН И. О. КОМ. КОСМОФЛОТА-4 КОНТР-АДМИРАЛОМ РИТТЕРОМ А. Паршивое, видно, было дело и склочное: статьи УК - политические и не к месту приведенные - харурских судей к делу явно и не думали подпустить, а Свод Законов помянут и вовсе туманно. Не зря командующий спихнул утверждение приговора на своего и. о. А тупая ярость, с которой Система продолжала втаптывать в лагерную пыль и без того как-то упокоившегося "Зимородка", по-своему впечатляла. Кай заглянул на дно чашки, в которой, слава Богу, уже не было кофе, и снова обратил взгляд к дисплею. ВЫПИСКА ИЗ ЕДИНИЦЫ ХРАНЕНИЯ 34-1-ЛР (К ОТЧЕТАМ ПО РАЗРАБОТКЕ "ЛЕСНОЙ ПОЖАР", ОТЧЕТ 19): "По существу дела о гибели разведэсминца Космофлота-4 Р-40 следствие установило, что при выполнении посадочного маневра после завершения планового вылета, разведэсминец Р-40, имея на борту экипаж в полном составе - 19 человек, пилотировался штурманом-навигатором П. Лундом. В результате происшедшего в момент выполнения маневра срабатывания (раскрытия) находившейся на борту разведэсминца капсулы, содержавшей галлюциногенный состав "Ребус", в системе вентиляции кабины пилота создалась токсическая (боевая) концентрация упомянутого препарата, что и явилось причиной ошибочного исполнения маневра штурманом. В результате разведэсминец пришел в соприкосновение с поверхностью планеты в районе Параллельных хребтов, имея скорость относительно последней 3,1 км/с. Аварийное срабатывание системы катапультирования экипажа не дало положительных результатов. Разведэсминец Р-40 признан полностью разрушенным, суммарное радиационно-химическое заражение района падения аппарата оценивается как экологическая травма средней тяжести. Число жертв - 19 человек..." Следовал список погибших, возглавленный капитаном М. Донахью. Далее выписка сообщала: "В результате следственных действий, предпринятых оперативной группой под руководством Федерального Следователя третьей категории 3. Кунца, было установлено: 1. Минирование разведэсминца галлюциногенной капсулой было произведено техником военного космотерминала "Харур-200" П. Николаи по заданию преступной группы в составе агентов Внешней Разведки Матернальной Республики Химера "Чайка" и "Зимородок". Обвиняемый П. Николаи в совершении преступления сознался, подвергнут аресту, и дело передано в ведение прокуратуры Космофлота-4. Агенты разведслужбы МР Химера в совершении преступления изобличены, приняты меры к их задержанию. В отношении обоих агентов дело вынесено в особое производство, как часть операции "Птицы". 2. Поскольку авария и связанная с ней экотравма территории Империи Харур вызваны действиями третьих лиц, признано, что нанесенный ущерб не может быть взыскан с командования Космофлота-4"... Судя по всему, этот вывод был едва ли не основной целью проведения расследования. Кай в который раз заметил про себя, что мир явно тесен - харурских "птиц" ловил тот самый, лысый, как бильярдный шар, Лохматый Кунц, который пару недель подменял куратора Кая на стажировке перед получением диплома. Далее документ занудно на протяжении еще трех пунктов трактовал непричастность Космофлота ко всем связанным с катастрофой неприятностям и заканчивался неожиданным пассажем: "6. Фигурантку по делу "Птицы" Д. Гранж (агент разведслужбы МР Химера "Дрофа") следует считать непричастной к совершению действий преступного характера. Ввиду ясно выраженного отказа в помощи органам следствия целесообразно рекомендовать МВД Империи Харур прекратить действие визы Д. Гранж на территории Империи и выслать упомянутую Д. Гранж за пределы зоны "Империя Харур" в течение 48 часов. Принять меры к неразглашению обстоятельств, связанных с гибелью разведэсминца Р-40. В предоставлении материалов, запрошенных компетентными службами Империи, целесообразно полностью отказать, в связи со спецификой задач, выполнявшихся экипажем разведэсминца Р-40". Имеющий уши да услышит. Канувший в небытие эсминец явно занимался не только навигационной разведкой. Но зачем агентам Химеры потребовалось угробить этих ребят? Почему наказание недотянуло до вполне оправданной "вышки"? Был прямой смысл связаться прямо со стариной Кунцем - он, кажется, преподает что-то в Академии Управления Расследований. И еще одна справка завершала всю эту словно сквозь зубы рассказанную историю: ИЗ ХРОНИКИ ОТСЛЕЖИВАНИЯ ФИГУРАНТА ПО ДЕЛУ 14/5006 "ПТИЦЫ" АЛЬБЕРТС АННЫ: В СВЯЗИ С ПРИМЕРНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ И КАК АКТИВНОГО УЧАСТНИКА АКЦИИ СПАСЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ КОЛОНИИ "ФРОНТИР-11" АДМИНИСТРАЦИЯ ЗОНЫ СВОВОДНОГО ТРУДА СТРОГОГО РЕЖИМА АК-995 ХОДАТАЙСТВУЕТ О ДОСРОЧНОМ ОСВОБОЖДЕНИИ ЗАКЛЮЧЕННОЙ ОР-8456 АЛЬБЕРТС АННЫ С ВЫЕЗДОМ ПО МЕСТУ ГРАЖДАНСКОЙ РЕГИСТРАЦИИ. ХОДАТАЙСТВО УДОВЛЕТВОРЕНО. Следовали дата освобождения и дата прибытия на Химеру. "Пять лет назад, - прикинул Кай. - Довольно быстро. На амбразуру мисс Альберте кидалась, что ли? Впрочем, на Фронтире этим никого не удивишь... Что же сталось с вами, мисс, на свободе?" На свободе мисс дали орден "Зеркала Венеры" и причислили к лику Сестер-страдалиц. Как выяснилось, в значительной мере авансом. Гуляла Анна на свободе чуть больше года. Далее: ЗА РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЗЛОСТНЫХ КЛЕВЕТНИЧЕСКИХ ИЗМЫШЛЕНИЙ, ПОРОЧАЩИХ ИДЕИ ПРЕСЛАВНОЙ МАТЕРНАЛЬНОЙ РЕВОЛЮЦИИ, ВНЕШНЮЮ И ВНУТРЕННЮЮ ПОЛИТИКУ МР, ОКАЗЫВАЮЩИХ ТЛЕТВОРНОЕ РАССЛАБЛЯЮЩЕЕ ВЛИЯНИЕ НА ПСИХИКУ МОЛОДОГО ПОКОЛЕНИЯ СЕСТЕР, СУД ТРЕТЬЕГО ОКРУГА Г. ДИЗЕРТА ПРИГОВОРИЛ СЕСТРУ АННУ АЛЬБЕРТС К ПОЖИЗНЕННОМУ ПОКАЯНИЮ В ПРЕДЕЛАХ ОРБИТАЛЬНОГО МОНАСТЫРЯ ИМЕНИ СВ. СТЕЛЛЫ. ВСЕ СУЩЕСТВУЮЩИЕ В ПРИРОДЕ ЭКЗЕМПЛЯРЫ ТЕКСТА СОЧИНЕНИЯ ВЫШЕУПОМЯНУТОЙ СЕСТРЫ АННЫ "ЧАЙКА ПО ИМЕНИ АННА", ИЗДАННОГО ТАЙНО, ВНЕ ПРЕДЕЛОВ РОДИНЫ, СУД ПОВЕЛЕЛ ПРЕДАТЬ ПОЗОРНОМУ УНИЧТОЖЕНИЮ. В ШКОЛАХ, МОНАСТЫРЯХ И РЕВОЛЮЦИОННЫХ ЯЧЕЙКАХ НАСТОЯТЕЛЬНО РЕКОМЕНДУЕТСЯ ПРОВЕСТИ РАЗЪЯСНИТЕЛЬНУЮ РАБОТУ С ЦЕЛЬЮ ЗАКРЕПЛЕНИЯ ЗАБВЕНИЯ СЕСТРЫ АННЫ И ЕЕ СОЧИНЕНИЯ. К приговору компьютер подверстал замётку из "Bookreview" о присуждении книге А.. Альберте возрожденной Пулитцеровской премии. После чего делом занялись лично Три Леди, издавшие отдельным рескриптом призыв усилить и углубить работу по упрочению забвения гадкой книги, взятой на вооружение агентами патриархата на Химере и за ее пределами. Сестру Анну лишили ордена и исторгли из сонма Сестер-страдалиц. Попутно был ужесточен внутренний режим орбитальных монастырей с целью направить ко благу мысли и дела Кающихся Сестер. "РАЗОБЛАЧЕНИЯ СЕСТРЫ АННЫ", - сообщала хроника планетарных новостей уже через полгода. Файл содержал текст выступления сестры Анны по телевидению обеих (летней и зимней) столиц Химеры, в котором она описывала способы вербовки нетвердых в преданности Матернальным идеалам сестер, к которым прибегают враги нового общества. Ее лично изверги по ложному обвинению бросили сначала в подземную тюрьму бесноватого Одноглазого Императора на Харуре (там же сжили со свету ее лучшую подругу) за то, что она несла свет Учения в массы туземцев, а затем, введя в заблуждение недалеких представителей Федерации (что взять с мужиков), обвинили в шпионаже и отправили на строительство ужасного сооружения под названием "продуктопровод" на Фронтир, известный своими дикими нравами. Но и там сестра Анна не дрогнула и осталась верна идеалам Химеры и всем Трем Леди лично, что, в конечном счете, и заставило Федеральные власти прозреть и вернуть ее на родную планету. Но тут же под ее именем был опубликован грязный пасквиль, в котором она якобы рассказывала о своей карьере супершпионки при дворе харурского Кривого Тирана и приписывала себе все смертные грехи вплоть до соучастия в диверсиях против Космофлота. Правда, с начала и до конца всей этой печальной истории оставалось неясно, кем и чем были представлены проклятые изверги - многочисленные и могучие, но так и не названные по имени, равно как не была названа и сгинувшая подруга - и за каким чертом им все это сдалось. Впрочем, это было уже не женской постановкой вопроса. В заключение сестра Анна настоятельно рекомендовала всем и каждому стереть из своей памяти мерзкое сочинение, пятнающее ее жизненный путь. Чтобы у сестер это получилось побыстрее, она упомянула его название без малого дюжину раз. В Метрополии книжку тут же выпустили четвертым изданием. Правда, чисто символическим тиражом - в знак моральной поддержки. Мал золотник, да дорог: Три Леди с огорчением немедленно отменили рескрипт об амнистии, подготовленный было к стодвухлетию Первой из них. Кай снова сверился с датами: времена в ту пору явно начали меняться, и никто на Химере уже не хотел ссориться ни с Космофлотом, ни с Директоратом. Вообще ни с кем. Разве что Кривого Тирана разрешалось пнуть очередной раз - этого в Федерации не делали только очень ленивые. Образ врага как-то абстрагировался от его прежних носителей, но не исчез. Химера втягивала идеологические иглы, но на смену им пришел панцирь все более глубокой изоляции. "И снова СЕСТРА АННА РАЗОБЛАЧАЕТ, - удивился Кай. - Кого-то из нас зациклило..." Но на сей раз - уже только два года назад - сестра Анна рассказала корреспонденту "Галактических новостей" о том, как местные реакционеры-фанатики не мытьем, так катаньем - начиная с умышленно неправильного чередования снотворного и слабительного при лечении у нее - Анны Альберте - катара желудка, осложненного бессонницей, в монастырском лазарете и кончая отсутствием в орбитальном монастыре горячей воды для омовения - исторгли из нее лживое интервью, которое восемь или десять раз в неделю показывали по планетарному Ти-Ви целых полгода. Впрочем, поскольку вообще половину эфирного времени "в тот период" занимали всем осточертевшие публичные покаяния разного рода, сильного раскаяния по поводу своего, отдельно взятого выступления в этом жанре сестра Анна не ощущала. Затем следовал лапидарный текст справки о снятии с А. Альберте пожизненного покаяния - в числе сорока других Кающихся Сестер. В связи с юбилеем Преславной Революции и началом капитального ремонта системы Орбитальных Монастырей. Монастыри действительно отремонтировали. Ровно наполовину каждый. Так теперь и крутились вокруг планеты - ни Богу свечка, ни черту кочерга... Это уже была снова другая эпоха. Состав Триумвирата обновился на две трети. Изгнанницы возвращались из мест не столь отдаленных, хотя никто не отменял грозных рескриптов. Списки запрещенных сочинений как-то сами по себе исчезли из публичных мест, а сами злокозненные сочинения перестали отнимать на таможнях, хотя никто запрета и не отменял. Но не спешили и размножать их на месте. Родившаяся как военный лагерь и ставшая со временем каким-то осиротевшим, наглухо запертым гаремом без калифа Матернальная Республика все больше скатывалась в состояние проходного двора. Необъяснимо богатея, зарастала бурьяном. Утрачивая врагов, как-то постепенно забывала и о том, на кой ляд она этим врагам сдалась... Но это было все еще тенденцией. Все эти метаморфозы, словно в капле воды, отразились в биографии бывшей шпионки и уголовницы А. Альбертс. Нестарая еще, довольно энергичная сестра Анна уже не воевала со здешними ветряными мельницами и не переиздавала ранних мемуаров. Содержала частный спорткласс, только и всего. Последней строкой в файле, пришедшем на запрос Кая, шел ее нынешний адрес - в двух кварталах от гостиницы, на север. * * * Глаза у Дылды действительно были разные: один - зеленый, другой - васильковый. И оба они сошлись на переносице, сфокусировавшись на дуле шестизарядки, которую капитан Дирк держал перед его носом. - М-мы просто не успеем... - как можно убедительнее заныл проводник. - На этой тачке - успеем как раз, - успокоил Дылду Руждан. - И потом, как я могу там найти этот п-причал? - продолжал гнуть свою линию Дылда. - Не советую тебе быть героем, парень, - мрачно порекомендовал ему Муг с заднего сиденья "скорой". - Этот тип, что говорит с тобой, - из гвардии Деррила... А дохлые герои выглядят совершенно так же, как прочие покойники - ничуть не лучше, чем дохлые трусы, поверь... - Я настоящей проводки н-никогда не делал... - продолжал кочевряжиться разноглазый. - Я, конечно, знаю, что п-причал где-то у Крутой Свечки, но ведь он так замаскирован, что... - Тогда мне очень жаль тебя, парень, - задумчиво заметил Дирк и щелкнул предохранителем. Злюка, вертевшийся между сиденьями, под ногами действующих лиц, стал в стойку и издал угрожающий скрежет. На Дылду все это подействовало, как реальный выстрел в упор: он икнул и обмяк, закатывая глаза. Привести его в чувство было делом нелегким, но небесполезным. Дылда сломался: посаженный за руль Курц только успевал следовать его слабым голосом подаваемым командам. У самого подножия Свечки ватага спешилась и двинулась рысцой по узким тропам, укрываясь в неровностях местности. Тут, воспользовавшись минутным ротозейством Руждана, разноглазый Дылда попытался дать тягу, но был бит по загривку и водворен в голову колонны. Говоря по правде, он и впрямь не помнил толком деталей двух - не больше - ходок к Причалу. Бестолковость его, однако, в мгновение ока сменилась резким обострением интуиции, граничащим с гениальным осенением, как только до него полностью дошло, что с гвардии капитаном Дирком не пройдет никакой номер. Только этим можно было объяснить его дальнейшее поведение. Проведя всю ватагу подземными ходами и добравшись до каменной глыбы, сдвигающейся под легким нажатием руки, он не поспешил рваться вперед. Нет, сопровождаемый неотрывно к нему прилепившимся и копировавшим все его уловки с точностью профессионального клоуна Ружданом, он, только прикоснувшись к послушно двинувшейся в сторону тверди, рванул назад и вжался в дно туннеля. Следовавший в авангарде колонны Злюка тут же смотался "в обоз" и затих. И недаром. Чуть ли не над их головами в слабо мерцающем сумраке подходил к концу последний этап торга. Торга довольно несправедливого. - Я вовсе не собираюсь ожидать, пока соизволит открыться ваш сейф с часовым механизмом, - выдавал Хромой свою коронную, отрепетированную на многих десятках высокопоставленных особ, заключительную арию. - И тем более ожидать подтверждения вашего прибытия туда, откуда не возвращаются. Тем более что все ваши, с позволения сказать, реквизиты выписаны на фиктивные лица. - Вы не полагаетесь на мое слово?! - стеклянным, ломающимся голосом аристократа возмущался его собеседник. - Вы имеете хоть малейшее представление о том, ЧЬЕ слово вы ставите под сомнение? К изумлению Лики, Дирк, до этого момента спокойный, как скала, неожиданно кинулся вперед и короткой перебежкой преодолел расстояние до ближайшего скального уступа. Не дожидаясь команды, его примеру последовал Руждан. Лики рванул за ними. Последним успел стартовать Курц. - Ваше слово, господин хороший, - успел произнести за это время Хромой, - стоит ровно столько же, сколько вы заплатили за свой ярлык купеческой гильдии. Вы такой же купец, как я - бла... - Проход! - резко выкрикнул один из четырех боевиков, охранявших периметр утопленной в скальной воронке платформы, на которой и происходила беседа настоящего проводника с настоящими подпольными эмигрантами в Рай. - Чужие в проходе!!! И развернул ствол разрядника туда, где треть секунды назад еще находилась бренная и до чертиков перепуганная плоть Мастера. Бессмертная же его душа пребывала, надо полагать, где-то совсем в другом месте, потому что даже самыми страшными усилиями воли он не мог никогда потом вызвать в памяти событий, последовавших в те четыре-пять секунд, что прошли после выкрика боевика. Разве только то, как он споткнулся о пришедшегося аккурат под ногами Злюку и полетел головой вперед, на что-то очень твердое, стремясь в то же время накрыть телом своего бестолкового любимца. Все было похоже на бой профессионалов-фехтовальщиков. Раз-раз, и готово. Это только в кино герои долго-долго обмениваются очередями из своих "стволов" и сокрушительными ударами в самые невероятные места чужих организмов. На деле ни один дурак не успевает понять, что произошло, а уже существа с крылышками (или с рожками) увлекают его в свои пределы, и схватка считается законченной. В пользу того, кто остался жив, если таковые имеются. Лики осознал себя на этом свете только, когда зло ругающийся Руждан (ему пуля досталась в то место, на котором принято сидеть, - куда еще могло ранить профессионального клоуна?) поправлял его - Лики, торопливо накладывавшего повязку на раздробленную двумя пулями руку Муга. Злюка тоже старался помочь хозяину, чем повергал кладбищенского смотрителя в состояние, близкое к обморочному. Потери составляли: замешкавшийся при втором броске Курц, Дылда - его угробила, а Муга покалечила граната, запоздало брошенная в открывшийся просвет тайного прохода, двое из свиты "настоящего" беглеца, только что пререкавшегося с Хромым, все четыре боевика и, увы, оба пилота "последнего вагона" - черт угораздил их торчать пеньками на поле боя. Руждан и Хромой отделались мелкими увечьями. Теперь обе сражающиеся стороны были надежно скрыты друг от друга уродливыми скалами и не имели представления о том, что произойдет в следующую секунду. - Ну, что - очухался? - деловитым шепотом осведомился Руждан у Лики. - А то, смотрю, не соображаешь, что делаешь... Сам чуть шею не свернул и тварь свою без малого не придушил... Со Злюкой у Руждана были определенные счеты. - Не теряй зря времени, Мастер, - деловито бросил из-за спины Руждана Дирк. Лики поднял на него глаза: гвардии капитан, нахмурившись, вперил взгляд в философа-провокатора и неторопливо подкручивал регулировку своего бластера на ближний бой. - Н-не... Не надо! - заголосил Муг раньше, чем Лики, разобравшийся в намерениях Дирка. - П-помо-гите мне. - Теперь он вцепился мертвой хваткой, не щадя покалеченную руку, в Мастера, норовя заслониться им от неминуемого выстрела. - М-мастер! Я заслонил вас от осколков... Я не... - Он заслонил меня, Дирк... - машинально пробормотал Лики, по правде говоря, совершенно не запомнивший этого момента сражения. Злюка тоже выразительно глянул в глаза Дирка. Пес всегда поддерживал хозяина, когда считал, что тот прав. - Пусть проваливает на все четыре стороны, - сплюнув, с неохотой согласился Дирк. И, продолжая подкручивать верньер бластера, он повернулся к охромевшему и на вторую нижнюю конечность Хромому. Лежать бы тому сейчас между перестреливающимися из-за скал командами, рядом с невезучим Курцем и своими подручными, скошенными прежде, чем успели выпустить хоть пару зарядов, но раненный в непотребную часть своего организма Руждан героически втянул его под укрытие скального навеса - в качестве ценного приза военной кампании. - Капитан, - засипел Комик, - капитан, этот тип - последний, кто имеет представление о том, как отправить "вагон"... - Да, - живо подтвердил Хромой. - Только я знаю это... А через пять минут сюда прибудет Жвала с полусотней наших... - Ладно, будешь жить, - коротко резюмировал Дирк. - Лики, сооруди из бинтов белый флаг. Я иду на переговоры с клиентом... Но их опередили. - Капитан Дирк! - раздался из-за похожих на нагромождение детских кубиков камней высокий голос. - Капитан Дирк, я узнал вас! Соблаговолите объясниться! - Прикажите вашим людям не стрелять! - с неожиданно смятенной интонацией в голосе заорал в ответ гвардеец. - Вам ничего не угрожает, Ваше Величество! * * * Кай умылся ледяной водой и долго растирал занемевшее лицо. Ощущение того, что каким-то своим неосторожным действием - а сколько их было, начиная с идиотского похода в Лабиринт! - он привел в действие некий механизм, запустил какой-то процесс, который сейчас разносит вдребезги планы всех, кто связан с проклятой загадкой ТОВАРА, - теперь он не сомневался, что дело упирается в природу той таинственной субстанции, что осыпала золотом элиту Химеры, превращая планету в бестолковый рай дураков. Он вышел в пустынный утренний коридор гостиницы и решительно пересек его. Постучал костяшками пальцев в дверь номера Де Жиля. Потом надавил сенсор вызова. Подождал минуту. Никакой реакции. Конечно, можно предположить, что Моррис пренебрег их незыблемым правилом - держать друг друга в курсе своих перемещений - и, скажем, подался с Роззи на побережье. Но... Кай тоскливо поискал взглядом камеры наблюдения, но те были слишком хорошо замаскированы. Достав разрядник и держа его в правой руке, он левой извлек универсальный электронный ключ, в который был введен запирающий код номера Морриса, и сунул его в прорезь замка. Тот послушно и еле слышно щелкнул. Зажегся зеленый огонек "открыто". Пинком Федеральный Следователь отворил дверь и прислушался к звукам, доносившимся из глубины помещения. Там что-то сипело, булькало и клокотало. Кая мороз продрал по коже. Он взял оружие на изготовку и рывком влетел в номер. Просторная гостиная была пуста. Подозрительные звуки неслись из ванной. Чтобы достичь ее, надо было миновать спальню. Там Кая ждал очередной сюрприз. Поперек широченной кровати растянулся совершенно незнакомый Каю, строго одетый и мертвецки пьяный тип. Особь явно мужского пола. Длинная, как жердь. Кай ухватил запястье незнакомца, пытаясь определить, жив ли тот. Особь тут же села, сбросив с кровати тощие ноги в дорогих мокасинах из кожи пещерного хряка, что водится на Малой Колонии, выпрямилась, будто кол проглотила, выкинула вперед костлявую длань, словно кардинал для поцелуя, и попыталась выговорить что-то вроде "к ваш-ш-ш-шим услугам". Между средним и безымянным пальцами вытянутой руки незнакомца была вставлена белоснежная визитная карточка. Кай осторожно извлек ее (незнакомец тут же облегченно рухнул в исходное положение, словно на картонке этой и держался в вертикальном положении) и прочитал, что видит перед собой Карла-Фердинанда Шнобеля - лицо, представляющее интересы президента Независимой Планетарной Республики Мелетты в пределах юрисдикции Матернальной Республики Химера. Физиономия упомянутого лица напоминала морду крупной рыбы. Хищной и давно не бритой. Кай тут же мазнул по карточке сканнером своего регистратора. Тот молниеносно выдал подтверждение - Карл-Фердинанд числился в носимой базе данных. И не только по рубрикам, означенным в предъявленной бумаге. Из ванной комнаты снова раздались зловещее завывание и клекот. Кай осторожно толкнул в сторону створку двери и воззрился на согнувшегося над раковиной Морриса. Тот поднял голову и уставился на Федерального Следователя. Узнав его, он тихо застонал: - О-о-о... Моя голова, Кай... Если бы вы знали, как может болеть голова... Кай молча протянул ему упаковку "Миметракса". Моррис зубами разорвал ее и, бросив на Федерального Следователя благодарный взгляд, проглотил сразу две капсулы. Постепенно приходя в себя, он побрел в спальню, там минуты три удивленно рассматривал лицо, представляющее интересы президента Мелетты, затем вздохнул и прошел в гостиную, где оглядел следы вчерашнего пиршества, поднял одно из перевернутых кресел, сел на него и, снизу вверх посмотрев на Кая, спросил: - А где же Роззи? * * * - Где же, черт возьми, Роззи? Леди Сью внимательно созерцала сведенные встык кончики своих сухих и длинных пальцев, делая вид, что не замечает нервического тика на лице собеседницы. - С меня достаточно этого компота! Внешняя разведка блокирует каналы внутренней, внутренняя - внешней. И вдобавок каждая из Трех Леди позволяет себе роскошь иметь свою собственную агентуру, которая не считает нужным ни перед кем отчитываться, кроме своей "мадам"! Кто на белом свете объяснит мне, сгинула эта шлюшка в действительности, или милейшая Эльсбет только морочит нам голову, разыгрывая тайные поиски своего провокатора? Кто теперь может доложить Совету толком, о чем именно беседовали всю ночь наши голубки? И каким образом агент Федерации вышел на эту продажную шельму с Мелетты? - Мы в два счета возьмем Карла-Фердинанда за... - уверенно начала отбиваться Леди Халимат. - Мы не можем ставить под удар людей, посвященных в высшие тайны государства, - резко оборвала ее Старуха, - посвященных в операции с ТОВАРОМ... - Уверена, что рыльце у этого господина... - Но мы не можем и позволить Федеральным Инспекторам бесконтрольно контактировать с такими людьми. Достаточно того, что проходимцы, ошивающиеся вокруг Помпейского Спецпоселения, вроде Циммермана или Аймана Ибрахима, знают, на мой взгляд, уже гораздо больше, чем мы наивно полагаем. Старуха выпрямилась. Подумав, отказалась от мысли встать и продиктовала свою волю, глядя на второго члена Триумвирата снизу вверх: - Я не должна забивать себе голову судьбой рядовых агентов вроде Роззи! В течение суток она должна быть найдена и, главное, должна дать показания относительно преступных инструкций, полученных ею от одного из членов Президиума Матернального Совета. Окрестив Триумвират его официальным именем, Леди Сью словно вывела его членов из неписаного круга неприкасаемости. Знающий должен был сделать из этого выводы. - Второе... Старуха с удовольствием убедилась, что во всем - кроме возраста - формально равная ей Леди Халимат, как заурядная секретарша, воздела над своим блокнотом золотой электрокарандаш. - Второе, - строго продолжила она, - пусть кто-нибудь из людишек помельче шепнет Айману о том, что милейший Барух стучит на него в Секретную Службу. Пусть ему передадут в вольном изложении это и вот это. - Леди двинула по столу к своей собеседнице две магнитные карточки. - Думаю, этого будет вполне достаточно, чтобы толкнуть чертова шпика на мокрое дело. После чего Баруха останется схоронить, а господина Ибрахима выслать, а может, и укатать на каторгу. Такой вот дуплет... Леди Халимат зябко повела плечами. - Их Величество Тоод Деррил вот-вот тронется в путь, - сказала Старуха в пространство, словно себе самой. - Не хочется, чтобы именно сейчас произошли неприятности с ТОВАРОМ... * * * - Приготовьтесь, господа, - хрипло скомандовал Хромой. - Как только мы получим сигнал подтверждения, "вагон" стартует автоматически. Лики с немым восторгом смотрел, как за толстыми стеклами иллюминаторов, из расколовших безжизненную толщу скал пазов, словно в дурном сне - бесшумно и неотвратимо, все выше и выше выдвигаются, громоздятся, вздымаются в небо рельсы стартовой эстакады. Именно по ним разгоняемая электромагнитным полем капсула с заточенными в ней беглецами должна была вот-вот устремиться туда - к вечно молчаливому своду Небесной Тверди. Тверди, за пределом которой встретят их Всеблагие Спонсоры... "Так вот почему - "вагон", - подумал он, на ощупь проверяя крепления ремней. - Рельсы... Рельсы уводят нас под чужие небеса..." Впрочем, рядом с этими удивленными, словно какими-то детскими мыслями в голове его копошилась и сугубо суетная, потная от страха мыслишка: "Только бы Жвала со своими людьми припозднился, только бы не сорвалось! Всеблагие Спонсоры, ТОЛЬКО БЫ НЕ СОРВАЛОСЬ!!!" Заклинившийся аккурат под сиденьем Высокородного Тоода Злюка - времени выгонять его оттуда просто не было, да и сам Высокородный - вот оно истинное, от генов, благородство - снисходительно молвил: "Оставьте зверька в покое" - испуганным посапыванием давал хозяину знать, что вполне разделяет его опасения. Ускорение ударило неожиданно и жестоко. Раненый Руждан взвыл дурным голосом, не разжимая стиснутых челюстей. Злюка завизжал. Но это не могло испортить величественности момента. С усилием приподнимая наливающиеся свинцом веки, Мастер ошалело смотрел, как сразу после того, как резко оборвалось полотно эстакады, вниз, вниз, вниз стала проваливаться Обитаемая Вселенная. Сузился, на глазах выгнулся, переставая быть самим собой, горизонт. Рельефную карту уходящей в бездну громады Скального Хребта затянула дымка. Глянули из-за сплющивающихся, в ниточки стягивающихся Пограничных гор непогашенными кострами огни городов, в которых он, Мастер Лики, теперь уже никогда не побывает. Теперь уже совсем чужих городов... Свою родную Столицу он так и не успел узнать в этом молниеносно тусклеющем созвездии... Громадным каменным шаром, грозно ворочающимся под каменными сводами Тверди, предстала перед ним Обитаемая Вселенная. Шаром, становившимся все меньше и меньше. Локальное разгонное поле уступило место планетарному, а затем пришла невесомость. - Прошу вас, не покидайте своих мест, господа, - глухо проронил Хромой. - Предайтесь своей Судьбе и ждите... Все так и поступили. Даже Злюка. Только Руждан, как ни в чем не бывало, травил окосевшему от ужаса Мугу анекдоты про тот свет. Лики не сводил глаз с медленно-медленно - почти незаметно теперь - уменьшавшего свои размеры шара Вселенной. И где-то там теперь грозный Жвала со своей оставшейся с носом бандой... И Великий Виктис - где там он?.. Впрочем, за неимением Виктиса августейший Тоод Деррил был с ним - своим недавним подданным, а теперь просто попутчиком. Ох, да так ли уж это? Одетый простым купчиной, Высокородный Деррил, который по стечению обстоятельств покоился в противоперегрузочном кресле со Злюкой под ним, прямо напротив Лики, продолжал оставаться если не монархом, то уж главой Ордена Мечей, это точно. Третьим среди Древних Родов, неотделимым от турниров и рыцарской охоты. Неотделимым от стальной крепости своего слова и от воздуха всеобщего повиновения, который окружал его с самого рождения. И все, даже циник и приверженец радикальнейших идей свободы и демократии пропойца Руждан, даже бандюга, забывший при рождении данные ему имя и номер, Хромой, не могли не ощущать этого. Опальный монарх и не думал подчиняться приказаниям ничтожнейшего из своих подданных. Высокородный Деррил расстегнул ремни безопасности и поднялся с явным намерением преодолеть те неполных полтора шага, что отделяли его от панорамного иллюминатора. Только верный слову гвардейца Дирк осмелился придержать своего сослуживца - по традиции Деррилов с рождения записывали в гвардию рядовыми, - хоть и стоял монарх в строю на его, Дирка, памяти ровно два раза, но дорос на сегодняшний день до тех же капитанских звезд, что и его отважный подданный. Поняв, что парить над честной компанией вверх тормашками - не совсем то, что от него, как от монарха, ожидают бывшие подданные, Деррил, сохраняя величественность позы, вновь закрепился понадежнее в своем сиденье и, откашлявшись, осведомился, продлится ли странствие в Рай, как ему было обещано, меньше дюжины часов или же... - Еще как "или"! - угрюмо заверил его Хромой. - Откуда вы взяли, что мы до этого Рая долетим? Наступило общее недоуменное молчание. - Ты что хочешь сказать, отродье глисты? - воскликнул ничем до сих пор не выделявшийся и тихо благодаривший Бога Муг. Злюка высунулся из-под кресла Деррила и оскалился на бандита. - А то и хочу, - не глядя ни на кого, громогласно объявил Хромой, - что команды стартового этапа я знаю как свои пять. Обещал вам, что стартуем, - и стартовали... А вот с техникой причаливания - там, Наверху - дело похуже. Я лично - ни бум-бум. Я же не пилот... А канал связи со Спонсорами и причальные программы только Жвала знает. И летуны наши. Так ведь их обоих господин гвардии капитан из "дуры" своей и приложил. Аккуратнее воевать надо было... - Так, значит?.. - начал уяснять себе ситуацию Высокородный Деррил. - А то и значит, что летим мы в белый свет, как в копеечку... Хорошо, если долго на орбитальной проболтаемся, да и задохнемся по-простому иль с голодухи поумираем, а то ведь всего скорее о твердь небесную размажемся или назад, о Вселенную Обитаемую задом, извините, вдолбимся... Прибор-то - ишь какую относительную скорость показывает. Знать бы еще, относительно чего... - Чертов придурок! - неожиданно услышал Лики свой собственный голос. - На что же ты рассчитывал, когда затащил нас сюда?!! - А на то и рассчитывал, - продолжил во взятом им с самого начала ключе Хромой, - что тут - надежда какая-никакая или отсрочка, а там - внизу - Жвала вас на кусочки бы порезал! Вас на кусочки, меня - на ленточки... - Какая же такая надежда? - вкрадчиво, словно у больного, осведомился у него Дирк, начиная расстегивать одновременно и ремни безопасности, и кобуру бластера. Злюка опасливо вжался под монаршье кресло. - А та и надежда, господин гвардии капитан, - со злой досадой захрипел Хромой, - что хоть на Спонсоров Всеблагих у меня выхода сроду не было, так ведь народ, что с Магическими Науками делишки крутит, нам с Язвой о-с-о-б-ы-й канальчик запродал. До нас Прорва, покойник, со своими людьми его потихоньку пользовал. Уж не знаю, к Богу или к Демонам, а почти навели мы свой мостик. О Черном Спонсоре не слыхали, что ли? И канал у этих Других Спонсоров есть, и причал свой... Черный опять же Терминал. Правда, дурная слава о Черном Спонсоре ходит, дык ведь не сами же мы лететь собирались... Налево, так сказать, работать захотели... Да теперь один черт, все - прахом... "Черный Терминал, - подумал Лики. - Тогда, перед тем как сгинуть, Учитель Ларс как раз о Черном Терминале говорил - в том смысле, что ему теперь выбирать не приходится... Может, и встречусь я с ним. Не Здесь, так Там, как говаривали в семинариях". - Бери свой костыль, скотина трехногая, - выразительно приказал Дирк и навел на Хромого пушку, - и марш за пульт! Наяривай на кнопочках, пока Спонсор твой Черный или Серо-буро-малиновый не примет управление капсулой! - Вы со стволом-то потише, господин гвардии капитан, - чувствуя, что его акции снова пошли вверх, захорохорился Хромой. - Чего радио-то тревожить, когда мы еще там, внизу, связь с Черным Спонсором потеряли к чертям! Все как по маслу шло, а тут вдруг сигнал как ножом обрезало! Может, Жвала какую палку нам в колеса вставил, может, Магия подвела, а только - крышка нам... - Как обрезало, так и сошьется, - твердо заявил Дирк. - Не знаю, как мы, а ты, зараза, если и сдохнешь в этой коробочке, так только за пультом связи! - Я повелеваю! - громовым голосом оборвал начатую было Хромым ответную реплику Высокородный Деррил. Злюка подтвердил волю Высокородного выразительным порыкиванием. * * * Зеленый огонек вызова, словно одноглазый фамильярный кот, уже в который раз подмигнул Леди Сью с блока селекторной связи, вырвав ее из тяжких раздумий. Она рассекла сизый воздух кабинета тонкой струей дыма и придавила сенсор коммутатора. - Ну, в чем дело, Мэри? Я же просила меня не беспокоить... - Здесь Второй Секретарь канцелярии. Она говорит, что дело срочное. Леди Сью поморщилась. Визит Второго Секретаря (то бишь куратора Секретной Службы Матернальной Республики) - сестры Лизи, как правило, означал кучу неприятных, а то и просто отвратительных новостей, требующих к тому же срочных решений, в отличие от визитов ее личного кассира - Софьи Глипштейн, регулярно радовавшей Леди Сью внушительными суммами от продажи Товара соседям по Сектору. На этот раз, видимо, опять что-то стряслось, если Рыжая Лиса сподобилась заявиться в столь неурочное для доклада время. Леди Сью переключила кондиционер на полную мощность, чтобы разогнать окутавшие ее клубы ароматизированного дыма, и слегка помассировала виски, пытаясь прогнать пульсирующую в них боль. - Леди, я пришла по поводу той самой злосчастной телепередачи. Мои девочки буквально по крупицам восстановили всю информацию, что прокачивалась по компьютерным сетям телецентра за сутки до эфира. И вот на кого мы вышли. - Злорадно улыбаясь, сестра Лизи торжественно водрузила на резном пюпитре перед Великой Матерью листок распечатки с выделенной красным маркером фамилией. - Я ведь давно предлагала вырвать с корнем источник этой заразы, и только ваш не совсем понятный мне гуманизм помешал моему отделу применить к этой особе надлежащие меры воздействия. Бурная вспышка эмоций кураторши Секретной Службы, однако, не нашла поддержки у Леди Сью. Та лишь задумчиво пожевала губами: - Ли Джень... Это было бы слишком просто и логично, моя дорогая. А жизнь давно уже научила меня, что самые простые на первый взгляд способы решения проблем в итоге оказываются ошибочными. Я ведь и сама вначале грешила на наших диссиденток - на ту же Хильду, к примеру. И о Чайке нашей сизокрылой думала - кому, как не этой авантюристке, казалось бы, интересно было столкнуть лбами Триумвират и Федерацию... А стало быть, и подружку ее Ли - язык у меня сестрой ее назвать не поворачивается - я на заметку взяла еще в тот самый день, когда господа Аудиторы на Планету пожаловали... Только вот не сходятся в этой версии концы с концами, моя дорогая Лиз. - Но, Леди... видеофайл с учебной передачей ушел на телестудию именно с ее компьютера. Леди Сью лишь снисходительно улыбнулась. - А если ее лишь использовали? В качестве своеобразного "ретранслятора"? Вы можете гарантировать, что отследили все адреса, по которым к Ли могли попасть те злополучные кадры хроники? - Почти все, Леди, и это ПОЧТИ меня беспокоит больше всего. За день до передачи Ли Джень получила некое кодированное сообщение. Мои шифровалыцицы сделали все, что было в их силах, но код пока не удалось расколоть. Рыжая Лиса положила на стол еще один листок и подивилась странной реакции своей непосредственной начальницы. Обычно сдержанная в проявлении эмоций, Старуха на этот раз побелела как полотно, лишь только взглянула на лежащие перед ней колонки цифр. - Надо думать, компьютеры Внутренней Сети вы еще не проверяли? - зло спросила она Лису, опалив ее яростной волной неприкрытой ненависти. - Великая Матерь... Неужели измена идет отсюда, из Внутренней Канцелярии? - Рыба гниет с головы - пора бы уже запомнить азбучные истины. Этим кодом, - Леди Сью с отвращением ткнула длинным сухим пальцем в листок бумаги, - шифрует свои сообщения одна в-е-с-ь-м-а высокопоставленная особа. - Она замолчала на мгновение, потирая внезапно простреленный острой болью лоб, после чего разразилась переходящим на визг криком: - Шлюха, которую я на свою голову вытащила из гарема халифа Омара за год до Революции и вознесла на самый верх власти. А теперь эта стерва осмеливается ставить мне палки в колеса! Ведь если бы не я, она так бы и осталась младшей наложницей и кончила бы свои дни на кухне! Леди искренне считала Преславную Революцию своим личным достижением. - Вы полагаете, что виза Леди Халимат на расписании телепередач?.. - К черту Халимат вместе с вашей кретинской Спецслужбой, неспособной выявить измену в самом сердце Руководства Химеры! Я говорю о Леди Эльсбет! - Леди Сью опять страдальчески сморщилась и обхватила голову руками. - О, черт, как сегодня болит голова. Кажется, сейчас расколется... - Может, вызвать врача, Леди? - Потом... Что у тебя еще? Выкладывай смелее, завтра может быть поздно. - Не знаю, как и сказать. - Рыжая Лиса осторожно, словно болотную гадюку, достала из своей папки снимок и, с опаской косясь на собеседницу, водрузила на край стола. - Вот, это снято монитором слежения через окно в номере господина Второго Аудитора. Я уже говорила, что внутренние следящие устройства находятся под воздействием какой-то подавляющей аппаратуры. Что-то новомодное, чего мы пока не можем отключить... - Перед потрясенной леди Сью лежала увеличенная голограмма подаренного Каю сувенира. При взгляде на лицо Великой Матери сестра Лиза пожалела, что не приберегла злополучную фотографию для другого дня - похоже, что сегодняшний комплект черных новостей добил-таки Железную Старуху. Лизи ждала взрыва, а услышала лишь слабый, как дуновение ветерка, безжизненный шепот: - Ну хорошо, Лизи. Эта стерва Эльсбет хочет занять мое место - по крайней мере сие можно понять. Но выдать чужакам тайну ТОВАРА? Не понимаю... Почему она решилась рубить сук, на котором сидим мы в-с-е?.. Впервые за многие годы Леди Сью почувствовала, что теряет контроль над событиями. У нее возникло пугающее ощущение, что ситуация начала ускользать из ее прежде таких цепких пальцев, словно кто-то смазал их маслом. Еще куда ни шло, если за всем этим стояли конкуренты - с врагами у нее хватит сил справиться. Но если в игру против нее вступила Судьба... Ей стало зябко. - Соедини меня с Джейн Гранж. - Она непослушными руками поднесла трубку к пергаментному уху и снова продолжала отчитывать главу Секретной Службы: - Сестра, вы отвечаете за все внешние контакты мистера Санди. Как вы могли пропустить передачу ему Изделия от наших врагов? Та не успела ответить. Прервав сигнал вызова, в трубке вместо голоса Джейн раздался бесстрастный голос компьютера, сообщавший, что включает первоочередной канал связи Центра со Спецпоселением "Помпея-12". - Сорок минут не могу связаться с вами, Леди! - загремел в ушах Старухи ненавистный голос Сержа Плотникова. - Тут такая петрушка получается, что без вашей санкции - ни в какую не сладить! - Что еще? - с тихой ненавистью спросила Леди. - Что, черт возьми, еще? Напряженно прислушивавшаяся к этому разговору сестра Лизи вдруг увидела, как после ответа далекого собеседника лицо Леди Сью залила мертвенная бледность и Правительница стала медленно заваливаться на бок... * * * Бессонные ночи все труднее давались Айману, но эта превзошла все, что до сих пор случалось ему испытывать на злокозненной Химере. Где-то ближе к полуночи с ним связался наконец-то соблаговоливший добраться до Дизерты связник, - который должен был доставить ему новый комплект средств кодированной связи взамен того, что Айман так необдуманно подарил клятому Баруху. Вместо этого придурки из Цирцейской резидентуры прислали ему полную гневных упреков шифровку и, ссылаясь на большое количество провалов и накладок, приключившихся в Сети за последние год-полтора, рекомендовали до наступления более безопасных времен использовать стационарную установку связи. Старательно составленный и глубоко аргументированный им план перехвата ближайшей партии ТОВАРА был явно оставлен в небрежении и отправлен коту под хвост. Это, видимо, была штрафная мера, принятая руководством в отношении сотрудника, осмелившегося утратить вверенное ему ценное оборудование. На этом неприятности и не подумали прекратиться. Не успел Айман смириться с новым и довольно неприятным положением вещей, как в двери его Помпейской обители - довольно скромной на вид виллы, почти у самого Северного Туннеля, - поскребся Том Гвишиани, его осведомитель из ближайшего окружения Большого Сержа, пьяный, как джинн из бутылки, и столь же взволнованный. Был Том - точнее Томаз - мастером золотые руки по части компьютерных штучек, но любил красные вина, ценя в них - по прошествии многих лет знакомства с предметом - не столько качество, сколько количество. В Спецпоселении же этот продукт был редкостью. И стоил денег. - Привет, - сказал Том и задумчиво поскреб небритый подбородок. - С тебя причитается, Айман... - Мы договорились четко, - попытался поставить его на место Торговец. - Седьмого и двадцать второго - через "Кассу Ветеранов". И не здесь, а в столице... - Ты, дорогой, за экстренные сообщения обещал подкладывать сверху... - все так же задумчиво упрекнул его Том. В последние дни Торговец и сам ощущал характерную напряженность, которая всегда повисала в воздухе Спецпоселения перед прибытием очередной партии ТОВАРА. Пренебрег еженедельной рыбалкой на Глубокой Речке сам Серж, из бильярдной напрочь - словно корова языком слизнула - исчезли два-три завсегдатая, работавшие, как хорошо знал Торговец, ВНИЗУ. А все остальные попадавшиеся ему особи из посвященных - а других в Спецпоселении, почитай, и не было - молчали со значением. То, что ему так или иначе, а предстоит идти к стационарному блоку связи, замаскированному на полпути ВНИЗ, Айман уже понял и сейчас только просчитывал варианты. - Если ты хочешь мне сказать, что "птичка вылетает", то это - далеко не экстренная новость, - осадил он Тома. - Это здесь за версту видно. - Питичка уже часа три как летает, - хитро прищурившись, заявил тот, не давая сбить себя с толку. - И оч-чень хитрая птичка... Не такая, как всегда... А теперь - самое главное... И Том потер большой палец об указательный. "Сейчас он скажет мне, что у Сержа прыщ на заду вырос, и поэтому прием ТОВАРА будет осуществлять какая-нибудь "шестерка", - подумал Айман. - Вот и все самое экстренное..." Так уже бывало. - Ты меня знаешь, - сказал он как можно более веско. - Если новость стоит того, я деньги зажимать не стану. Томаз вздохнул. Посмотрел в пол, потом - в потолок. Вздохнул еще раз и наконец родил: - Доставка аварийная, Айман. Сразу после старта связь - как ножом отрезало... Это действительно было большой новостью. Томазу было невдомек, насколько большой. Айман молча отсчитал деньги и строго воззрился на гостя. - Детали, Том. За эти деньги я жду много деталей. - А что детали? Отправка - не в срок прошла: в шесть сорок шесть. Почти, но не в срок. Без полного стартового протокола. А дальше - Серж за управление, а команды не проходят. Никаких подтверждений. Трык-трык - и ни хрена! Сейчас там, внизу, все из основной бригады и из запасной - тоже. Серж у Старухи санкцию на запуск управляемых перехватчиков затребовал. Бабке, говорят, аж поплохело... Все. Мне пора. А то хватятся... Оставшись один, Айман, помянув Шайтана, вытащил из тайника здоровенный рюкзак с гермокостюмом и проверил обмундирование. Навьючил на себя и подземным ходом выбрался в Нижние Ущелья. Часа за два добрался до считавшихся заброшенными еще при Предтечах шахтных стволов. Приходилось идти "сопутствующими" треками, и времени это забирало массу. До замаскированной пещеры, где находилась законсервированная стационарная установка связи, он добрался к пятому часу утра. Там он угодил в один из недавно расставленных по указанию сурового Сержа Плотникова - "чтоб не шастали тут всякие" - медвежьих капканов. * * * Барух разрывался на части. Он то проклинал себя за то, что поспешил пообещать чертов Айманов кейс Большому Легавому из Метрополии, как раз перед тем как вышел на мастера Роговски, то, наоборот, у него замирало сердце при мысли о том, что он передумал в последний момент открыться Федералам - надежный был вариант: господин Санди был бы ему признателен за ценную информацию о Торговце и его делишках в Спецпоселении, а франт, что прилетел на пару с легавым, - за уникальный препарат, который он, Барух, из-под земли - в буквальном смысле этого слова - добыл для его захворавшей подруги. Так ведь этим бы дело не кончилось, - снова отдавался он в объятия сомнений. Ведь вытянул бы из него господин Санди тайну ТОВАРА - как пить дать вытянул бы... А такого Три Леди могут и не простить. На краю Галактики ведь разыщут... В отличие от него мастер Роговски был невозмутим. На Химеру его занесло чисто случайно, лет пять назад, когда многие рассчитывали, что слухи о намечающемся здесь промышленном подъеме оправдаются и дел специалистам по информатике будет по горло. Узким специалистам свойственно питать иллюзии... Теперь задачей номер один для мастера было собрать деньги на дорогу до Метрополии - подальше от дурацкой Химеры и ее проблем. Если чудак, который на него свалился со своей халтуркой, готов платить, то наплевать ему на все волнения клиента: он - мастер Роговский - свое дело знает, и этого достаточно. Правда, халтурка оказалась такого рода, что мастер сразу пожалел о том, что за нее взялся. Или не запросил за работу в двадцать раз больше. - Ну вот, - сказал он, отложив в сторону хитрого вида тестер и набор не менее премудро устроенных отверток. - То, что вы мне принесли, - очень дорогая и специально изготовленная вещь. Штучная, можно сказать. Имеет массу встроенных функций - может быть, например, автопилотом или, наоборот, - заменять целый диспетчерский центр полевого аэропорта... В той сборке, что у вас, это скорее всего устройство для дистанционного управления неким довольно сложным процессом. Вы, может быть, догадываетесь, что это такое, я - нет. Барух догадывался, еще как догадывался. О намерениях Аймана перехватить по заданию своих шефов - кто бы они ни были - партию ТОВАРА из-под носа у Большого Сержа он очень хорошо догадывался. И поэтому хорошо представлял, ЧЕМ управляет его чемоданчик "в той сборке, что у него". Каким именно сложным процессом. - Теперь вы сможете отслеживать процесс прямо на встроенном дисплее, - продолжал мастер. - Кстати, система активирована и работает. Вы этого не знали? Если в чем захотите разобраться - тут есть приличный хелпер. Разберетесь сами, если это вам будет нужно. Должен предупредить вас. Этот чемоданчик может быть уничтожен дистанционно. Вот этими двумя шашками. Снимать их и трогать контуры, с ними связанные, я не стал. Запараллелил только схему отсрочки - за пять минут до того, как... Одним словом, за пять минут до того, как вещь сработает, вы получите предупреждение. И постарайтесь убраться в какое-нибудь э-э... укрытие. Или хотя бы отбежать, - тут Роговский прикинул взглядом комплекцию клиента и безнадежно вздохнул, - ну, на сотню метров, что ли... И ничего не пытайтесь ковырять здесь сами... Это - очень нездоровое занятие... И в этом Барух тоже склонен был верить специалисту. - Возьмите деньги, - сказал он Роговскому, - и забудьте, что вы делали эту работу. - Всегда к вашим услугам, - заверил его мастер и, только когда заказчик вместе со своим жутковатым кейсом удалился, по его расчетам, достаточно далеко от сооруженной в бывшем гараже мастерской, с облегчением вытер со лба мелкие бисеринки пота и начал считать баксы. * * * В крытом зимнем саду, окаймлявшем "Комплекс здорового досуга" на территории бывшего медресе, Барух присел на лавочку у тихо журчащего фонтанчика и осторожно включил дисплей. Снаружи тяжелые снежные хлопья лупили по притемненным стеклам заведения. По экрану колонкой поползла, бесконечно повторяясь, одна и та же строка запроса: ДОСТАВКА 2453-А ЗАПРАШИВАЕТ ПРИЧАЛЬНЫЙ МАНЕВР НА ЧЕРНЫЙ ТЕРМИНАЛ ДОСТАВКА 2453-А ЗАПРАШИВАЕТ ПРИЧАЛЬНЫЙ МАНЕВР НА ЧЕРНЫЙ ТЕРМИНАЛ ДОСТАВКА 2453-А ЗАПРАШИВАЕТ ПРИЧАЛЬНЫЙ МАНЕВР НА ЧЕРНЫЙ ТЕРМИНАЛ ДОСТАВКА 2453-А ЗАПРАШИВАЕТ... Пальцы Баруха стали холодными и влажными. А мозг заработал с производительностью буровой установки. Уже через сорок минут он преуспел в вызове меню-подсказки. ПРОГРАММА ПРИЧАЛЬНОГО МАНЕВРА АКТИВИРОВАНА, - сообщил компьютер и добавил: - ДЛЯ ВЫПОЛНЕНИЯ НАЖМИТЕ ENTER. ПЛОХОЙ ПРИЕМ. Еще бы приему быть хорошим - это здесь-то, в Дизерте, на другом полушарии, у черта на куличках... Вообще никакого приема быть не должно. Мозг Баруха чуть не вскипел. Он судорожно пересчитал наличность и справился у своей электронной кредитки о ее платежеспособности. Заказать авиарейс было ему не по карману. "Тоже мне - новость!" - фыркнул Барух и засунул кредитку в потертый бумажник. Подхватил кейс и очумело понесся к "Гаражу проката самодвижущихся механизмов матушки Деспериди". * * * Ругаясь на чём свет стоит и волоча проклятую железяку за собой, Айман добрался до потайного лаза и вломился наконец в подземное святилище информатики. Врубил программу расконсервации стационара и только тогда вытащил из засунутого под пульт ящика с инструментами электроножовку. Покалечившись еще и пилой, он минут за пятнадцать избавился от подарка Большого Сержа и с грохотом швырнул остатки капкана о каменную стену. Еще минут двадцать он останавливал кровь и оклеивал покалеченную ногу биогелем. Затем воззрился на оживший наконец дисплей и остолбенел. Причальный маневр шел вовсю. Точнее, подготовка к нему. Доставка 2453-А жаловалась на плохой прием. Однако кто-то третий - осторожно и неумело - одну за другой активировал программы работы Черного Терминала - любимого детища и тайной надежды Торговца. Впрочем, гадать не приходилось - источником управляющего сигнала мог быть только украденный иудой-Альхеном спецкейс. Забыв об искалеченной щиколотке, забыв обо всем на свете, Айман забарабанил пальцами по клавишам. На экран выплеснулась карта Западного полушария Химеры. Выросла, отсекая рамками дисплея ненужное. И показала Торговцу медленно ползущий по ниточке шоссе мигающий крестик. Крестик еще не так далеко ушел от столицы, но уверенно двигался на юг. Сюда - к Спецпоселению. Даже полному идиоту, инструктированному по азам агентурной работы, было ясно, что делать. Но Торговец совершил последнюю попытку обойтись без "мокрухи". Он отдал команду на блокирование программного обеспечения спецкейса. Команда не прошла. Кто-то уже помудрил с коробочкой. Тяжело вздохнув, Айман стал плохо слушавшимися пальцами набирать команду на самоуничтожение устройства. "Я не хотел этого, Барух, - сказал он экрану. - Ты сам заставил меня. Аллах видит - я не хотел этого..." * * * "Возьми себя в руки, Барух, - уговаривал себя Циммерман, пытаясь выжать все, что можно, из автопилота громадного - класса "люкс" - глайдера, то и дело норовящего не вписаться в довольно плавные повороты обледеневшего Южного шоссе. - Мамаша Деспериди не была бы настоящей гречанкой, если бы не всучила тебе, Барух, этот скоростной гроб с музыкой и баром. Должно быть, раз в месяц находятся в Дизерте чудачки, которым приходит в голову нанять на сутки настоящий "Роял-Флайт"... На час-другой - пустить пыль в глаза приезжим инвесторам и спонсорам - разве что. Но только не очень-то стремится такая публика на планету, которая ходит в банкротах скоро уже десяток лет..." Автопилот старался как мог, а Барух то и дело с тревогой поглядывал на дисплей раскрытого на сиденье аймановского кейса. Надо было успеть на Черный Терминал к моменту прибытия Доставки. Или сразу после - во что бы то ни стало. Доставка могла быть и последней. "Роял-Флайт" тем временем плавно сбросил скорость и высветил на табло интерактивного программирования: СНЕЖНЫЕ ЗАНОСЫ ДАЛЬШЕ ПО КУРСУ. МАРШРУТ НЕВЫПОЛНИМ. РЕКОМЕНДУЮ ПЕРЕСЕСТЬ НА МОНОРЕЛЬС. ДО ПАРКОВКИ 32 КМ. Барух скрипнул зубами. Все шло прахом. Впрочем, совет бортового компьютера насчет монорельса был не лишен смысла. Его скоростная линия шла параллельно шоссе, по другую сторону жиденького лесного массива, и где-то совсем недалеко должен был находиться перекресток, с которого можно свернуть к остановке "Дальние фермы". Как человек, неустанно болтающийся между обеими столицами и тремя-четырьмя Спецпоселениями, Циммерман имел расписание монорельса у себя в печенках. Можно было успеть. Барух отчаянно заколотил по клавишам блока навигации и сподобился узреть на экране карту-схему с указанием текущей дорожной обстановки. Утешала она мало. Короткий проселок, связывающий шоссе с монорельсом, был непроходим. Барух круто свернул на обочину и заорал, окликая одинокую девичью фигуру в легонькой куртке "аляске", маячившую у обочины на девственно-чистом фоне снега, сливающегося с блеклой белизной зимнего неба над близким горизонтом: - Послушайте, сестра! - Барух кокетливо поправил паранджу и приветливо помахал рукой. - Скажите, здесь есть проезд до монорельса? До станции? - Это запросто! - бодро отозвалась весьма самостоятельного вида конопатая, юная и белобрысая пейзанка, бесстрашно пролезая в услужливо открытую перед нею дверь роскошного глайдера. - Рулите вон туда, где сараи... Это моя ферма. Там остановитесь. Впрочем, дальше проехать мог, пожалуй, только глайдер высокой проходимости, а то и танк. Франтоватый "Роял-Флайт" занесло над кочковатой снежной целиной и воткнуло задним бампером в огромный сугроб, который послушно обрушился на машину, оказавшись при ближайшем рассмотрении горой "полупродукта", приготовленного к вывозу и припорошенного свежим снегом. Барух, поминая черта, заглушил движок. - А теперь - пешком, вон по той дорожке, - бодро объяснила конопатая фермерша. - Минут через сорок будете на месте. За машиной я присмотрю. Загоним ее в хлев. Все равно пустой. Скотину Охрана Животных на зиму забрала. - Через сорок минут?! Шма Израэль! - возопил Барух. - Девочка, мне надо быть там через четверть часа, не позже!!! Девица на секунду задумалась, наморщив лобик и что-то считая про себя. - Сейчас я вам выкачу велик, - все так же бодро возвестила она, закончив этот процесс. - С вас за все про все - тридцать два семьдесят. Прокат велика и присмотр за тачкой. Я ее еще и от дерьма отмою. - Там же снег, девочка... - растерянно пробормотал Барух. - К-какой тут велосипед?! По экрану в крышке аймановского кейса, все это время лежавшего на сиденье между ним и пейзанкой, прошла помеха. Он отчаянно зазуммерил. - А ничего! - уверенно заявило белобрысое создание, выбираясь из глайдера. - У меня получается - и у вас выйдет, мистер! Она, вдруг придумав нечто новое, засунула конопатую мордашку в боковое окошко салона. - Послушайте, мистер, а вы не продадите мне тачку? За наличные... - Ты знаешь, сколько стоит такая машина, девочка? И что ты с ней будешь делать в таком месте? - У меня - кредит. На открытие кафе. А тачку я поменяю на трактор. С полным комплектом запасника... Барух задумался на минуту. Кейс исходил сигналом. - Это - прокатный глайдер. От мамаши Деспериди... Договаривайся с ней, девочка. И, пожалуйста, дуй скорее за своим великом!.. Я плачу вдвое! Конопатое создание, оскорбившись, дунуло, однако, за великом, а Барух вперил взгляд в дисплей, по которому, вспыхивая и погасая, чтобы привлечь его внимание, ползло сообщение: ПРИНЯТА КОМАНДА НА САМОУНИЧТОЖЕНИЕ. ДАЮ ОТСРОЧКУ. СПАСАЙСЯ. ОСТАЛОСЬ 2 МИН. 42 СЕК... ПРИНЯТА КОМАНДА НА САМОУНИЧТОЖЕНИЕ. ДАЮ ОТСРОЧКУ. СПАСАЙСЯ. ОСТАЛОСЬ 2 МИН. 41 СЕК... ПРИНЯТА КОМАНДА НА САМОУНИЧТОЖЕНИЕ. ДАЮ ОТСРОЧКУ. СПАСАЙСЯ. ОСТАЛОСЬ 2 МИН. 40 СЕК... Внутренности Баруха похолодели и устремились куда-то вниз живота. Он пулей вылетел из глайдера, растянулся на густо унавоженном снегу и, спотыкаясь, ринулся по направлению к вытаскивающей из хлипкого сарая велосипед пейзанке. - Стой, девочка! - закричал он. - Не подходи к машине! Пожалуйста, не подходи!!! Чуть не сшибив ее с ног, он впихнул в руки юной земледелице комок баксов, второпях вынутый из кармана. Выхватив у нее велосипед, попытался тут же оседлать его. Грохнулся еще раз, снова закинул свою тушу в седло и с криком: "Не подходи к машине, девочка!!! Не подходи!!!", зарулил сперва по снежной целине, а потом - по накатанной дорожке вниз, по крутому склону, ведущему к дороге на станцию. Пейзанка удивленно пялилась на баксы. Их было слишком много. Барух не успел еще грохнуться второй раз, когда мир вокруг стал на мгновение нестерпимо белым, словно средь зимы ударил десяток молний сразу, а затем, удивленно ухнув, попытался вывернуться наизнанку. Перелетев через руль, Барух принял на себя взвившийся в воздух велосипед, с ходу вернул его в колею, с неожиданной грацией влетел в седло и снова энергично закрутил педалями. Выброшенный взрывом чуть ли не в стратосферу полупродукт теперь обильно сыпался с неба, заставляя предпринимателя судорожно облизываться. - Господи! - воскликнул он, обратив очи в небо. - Ну и снежок сегодня в этих местах!.. Ну и снежок выпал... И, стараясь не оглядываться, вжав голову в плечи, добавил уже самому себе: "Из-за тебя, Барух, погибла бедная девочка... Бедная девочка!.. Бог не простит тебе этого, Барух... Ты в дерьме! Ты снова в дерьме..." Далеко за его спиной, среди развалин и без того разоренной фермы, зашевелился изменивший под действием нового вида атмосферных осадков свой цвет снег, и из-под снесенного ударной волной пластикатового щита на свет Божий выбралась бедная девочка Минни Арнольд. - Мужик-то, выходит, диверсантом оказался, - задумчиво отряхиваясь и отплевываясь, умозаключила она. - Выходит, правда все, что рассказывают про эту породу... Минни обвела взглядом руины своего аграрного предприятия и приободрилась. - Черт возьми! - радостно вскричала она. - Кажется, мне все-таки обломилась страховка!!! И стала подбирать рассыпанные вокруг баксы. * * * - Вы умудрились поставить следствие в нелепейшее положение, - сказал Федеральный Следователь, стараясь глядеть мимо глаз Морриса, наполненных обидой на несправедливость окружающего мира вообще, и на своего бездушного и черствого партнера в частности. - Я не дам за жизнь вашей Роззи и ломаного гроша! - жестко продолжал Кай. - Мало того, я не могу даже поднять вопрос о ее исчезновении - ни у меня, ни у вас нет ни малейших оснований полагать, что милейшая аспирантка или, как там ее, не послала попросту к чертовой матери домогательства пьяного в стельку ухажера и не убыла по своим текущим делам... - Но вы-то знаете, что это не так, Следователь! - возопил Первый Аудитор. - Даже этого я не могу вам гарантировать! - Кай сурово поджал губы. - Мало того - поднимать вопрос об исчезновении вашей очередной пассии означает уже вполне официально спустить на нее всех собак здешних спецслужб. - Неужели в душе у вас нет ни капли жалости? - простонал Моррис, обводя полузакатившимся взором номер Кая. - А в холодильнике у вас - ни капли пива? Таковы вы все - люди Управления... Кай молча достал на свет Божий пару объемистых банок "Хайникена" и через комнату бросил одну из них своему непутевому напарнику, распластавшемуся в кресле у книжных полок, заботливо уставленных - к вящему удобству дорогих гостей - томами финансовых отчетов Матернального Совета - чтивом, способным повергнуть в ступор даже видавших виды сутяг. - Думаю, следующее, что придет вам в голову, - Кай с выражением обреченности на лице вскрыл жестяную емкость и наполнил янтарной влагой высокий стакан, - это попросить вашего покорного слугу привести в действие каналы Управления... На секунду он осекся: тень испуга, скользнувшая по лицу Де Жиля, не осталась для него незамеченной. - Угадали, - как-то нетвердо произнес Моррис, отхлебнул из своей банки и слегка поперхнулся. - Хотя я понимаю, что не могу просить вас сделать из себя посмешище для всех ваших коллег... - Ничего, бывало и хуже... Я, с вашего позволения, все-таки позволил себе озадачить своих коллег поисками информации о милой аспирантке. Как я подозреваю, структуральная лингвистика - это не основная специальность девицы. Так что дело не в вашей личной просьбе, Моррис. Учитывая, что, наломав немало дров, мы не достигли ни одного сколько-нибудь стоящего результата... - Вот тут-то вы не правы, Санди! - По голосу Морриса можно было догадаться, что уж в этом-то вопросе он возьмет реванш. - Если вы думаете, что я напрасно всю ночь таскался по кабакам с пройдохой, который дрыхнет сейчас в моем номере, то вы глубоко заблуждаетесь! - Откуда вы вытащили этого жулика? - устало спросил Кай. О Мелетте, ее президенте и "лице, представляющем интересы" последнего, он имел вполне обоснованное и далеко не благоприятное мнение. - Нас познакомила Роззи. - Моррис откашлялся и уверенно, с оттенком горделивости в позе, выпрямился - в своем кресле. - После того как я излил вам тут душу, я ощутил необходимость э-э... разрядиться, и мы направились в э-э... По-моему, мы начали с "Карамболины"... Роззи разомлела и пообещала свести меня с человеком, который замешан в операции с ТОВАРОМ. Она... - На мгновение Моррис прикусил язык, но тут же продолжил: - А Карла мы встретили в "Странном страннике"... - Вас аж в кабаки Космотерминала занесло? - дался диву Федеральный Следователь. - Там вы могли нарваться... Это уже не зона юрисдикции планетарных властей... - Эта Роззи оказалась рисковой женщиной... - чуть виновато объяснил Де Жиль. - Знает тут всех и вся... Когда она заметила Карла, мы разыграли настоящее представление... Кай представил себе, что это было за представление. - Дело в том, что мне приходилось иметь дело с этим типом, - увлеченно продолжал Моррис. - Из-за него мой хороший знакомый чуть не вылетел из Министерства. Но мы оформили тот кар, что ему всучил Карл в обмен на какой-то пункт в контракте, как приз в лотерее... Тут Де Жиль смутился и, несколько скомкав повествование, продолжил: - Мы заранее договорились, и Роззи, якобы случайно, заметила меня... А я изобразил дело так, будто бы собираюсь вложить черный нал в операции с ТОВАРОМ. - Моррис, - как можно более ласково попросил его Кай. - Обещайте мне и поклянитесь на Библии, что никогда больше не будете играть в специального агента. Даже в присутствии бесстрашной Роззи... Моррис тяжело вздохнул. - Может быть, я излишне рисковал, Санди. Может быть, я мог подвести вас и всех вообще... Но - победителей не судят!.. Я узнал главное, Санди, ГЛАВНОЕ!!! - И в чем же состоит это ГЛАВНОЕ? - сухо спросил Федеральный Следователь, рассматривая опадающую пену над заманчиво поблескивающей поверхностью пива в стакане. Ничего содержательного он услышать не рассчитывал. Тем более того, что услышал в действительности. Моррис пересек комнату и нагнулся к лицу Кая, расплескав малость пива ему на брюки. - РА-БО-ТОР-ГОВ-ЛЯ!!! - произнес он, вытаращив глаза. - Работорговля! * * * - Проклятье! - хрипло заорал Хромой. - Сигнал опять накрылся!! Чтоб черт побрал эту машину!! Поймите, я не пилот, не пилот!!! Я ничего не смыслю в технике причаливания НА ЭТОМ КОНЦЕ. И пусть ваша зверюга не таращится на меня, как на кусок жаркого! - Без истерик! - оборвал его Дирк. - Не отрывайся от пульта! Пилот ты или не пилот, а ничего другого нам не остается. Если за шесть минут сигнал не восстановится, мы вместо причала вмажемся в Твердь - и точка, будешь ты здесь разоряться или нет. Она действительно существовала - Твердь небесная. Лики с немым восторгом смотрел на мир, выплывший из тьмы и подсвеченный призрачными огнями, тлеющими в его складках - в щелях ли, пропастях, рассекающих горные массивы? Масштаб опрокинутого над ними и все наползающего ближе и ближе ландшафта оставался темен для него. Одно только было ясно Мастеру Лики - мир этот был невероятно чужд и странен, словно лик самого Небытия... * * * Айман расширившимися от недоумения глазами созерцал светящиеся строчки сообщений, которые одна за другой выползали на экран. Раз за разом команда, которая должна была выпустить на волю демона раскаленной плазмы, притаившегося в двух капсулах на дне уворованного кейса, давала осечку. Наконец дисплей выбросил "флаг": КОМАНДА ИСПОЛНЕНА. ОК. СЛЕДУЮЩАЯ КОМАНДА? Мелкие бисеринки пота выступили над густыми демоническими бровями Торговца. "Аллах, - попросил он, - будь милостив к душе этого иудея. Он был большим пройдохой, но злым человеком он не был никогда..." Айман переключил свой дисплей на управление Черным Терминалом, но мысли его продолжали крутиться вокруг дурацкого, не существующего больше чемоданчика. "Я так и предполагал, что с машинкой поколдовали, - в который раз сказал он самому себе. - Если это не так, то я - папа римский, глава необрезанных гяуров..." Потом, плюнув на логику и здравый смысл, он с лихорадочной быстротой, путаясь в клавишах, стал набирать одну за другой команды причаливания. Вторая за многие недели ожидания партия ТОВАРА сама шла ему в руки. Упустить такой шанс мог только полный идиот. * * * - Если это и вранье, то вранье неординарное, - признал Кай, второй раз выслушав уже более связное изложение сведений, исторгнутых Моррисом из недр Карла-Фердинанда Шнобеля. - Это никому не приходило в голову - торговля специалистами в области уникальных технологий... Передвижение людей по Мирам, как это ни странно, гораздо труднее контролировать, чем перевозки самых закамуфлированных материалов... Но эта гипотеза требует очень многих дополнительных предположений. Почему эти люди так охотно идут на кабальные сделки? Почему выбрали местом для подпольного "рынка мозгов" именно Химеру? Как удается скрывать такую уйму интеллектуальных рабов? Ведь не в карманах же и не в дамских сумочках? И главное - откуда они берутся? Инкубатор у них припрятан где-нибудь в Лабиринте, что ли? Кай машинально взял со стола игрушечный домик и стал задумчиво крутить его в руках, словно надеясь, что игрушка-намек превратится в "кубик Рубика" или какую-нибудь другую головоломку, решение которой подскажет ему ответы на все вопросы. "Изготовлено мастером Кантемиром Святкиным, марта девятнадцатого дня, - какого там года?.. - рассеянно попробовал он прочитать надпись на строгого вида табличке, врезанной в дно игрушки, - в Спецпоселении "Помпея-2...". Кай потряс головой, стараясь выбросить из нее посторонние мысли. Потом, оторвавшись наконец от миниатюрного изделия, сурово посмотрел на Морриса. - Боюсь, что мне придется потратить не знаю уж сколько времени на поиск той козы, на которой, как выражаются обитатели Колонии Святой Анны, можно будет подъехать к вашему новому другу. И если все то, на что он так прозрачно намекал вам, окажется пьяным бредом, то Карл-Фердинанд пожалеет, что бредил так увлекательно. Вас же я попрошу... Легкий на помине носитель интересов президента Независимой Планетарной Республики тут же нажал сенсор входной двери и возник на пороге. Был он мучительно трезв, до синевы выбрит и чопорно-фамильярен. - Вы сказали мне, Моррис, что можете отлучиться в номер напротив... - произнес он, с тревогой вглядываясь в лицо Кая. - Я приношу извинения вашему другу... - Не стоит, не стоит, - с чуть преувеличенной снисходительностью взмахнул руками Федеральный Следователь. И поставил на стол мешавшую ему сосредоточиться безделушку. С этого момента оси зрачков Карла-Фердинанда сошлись на этом предмете и больше не покидали его. - Мне кажется, что мы закончили обсуждать с Моррисом все нас интересовавшие вопросы, - продолжал Кай, отнесший этот феномен к разряду эффектов последействия токсических доз алкоголя. Систематически принимаемых. - Так что он в полном вашем распоряжении. Но через четверть часа я жду вас в вестибюле, Моррис. Кай постарался вложить в эти слова, обращенные к Де Жилю, как можно более ярко выраженную мольбу обойтись без дальнейших экспериментов: было ясно как Божий день, что вся неумело слепленная Первым Аудитором при помощи бесследно сгинувшей Роззи легенда рухнет к чертовой бабушке в ближайшие часы - если не минуты, - и суровая криминальная действительность возьмет свое. Однако реакция Карла-Фердинанда не укладывалась ни в одну из предусмотренных на этот случай моделей поведения: он с трудом перевел взгляд с игрушечного домика на Морриса, затем на Кая. - Черт возьми! - потрясенно воскликнул он. - Да вы, господа, времени зря не теряете! Кто это из моих лучших друзей-конкурентиков успел подрезать мне подметки на полном ходу? А вы хороши, Моррис, - морочили мне голову, в то время когда уже все, - тут он выразительно кивнул на безделушку, - знаете про наши игры с Тремя Леди. Гость на секунду запнулся. Затем заломил бровь в знак озарившей его догадки. - Старые перечницы решили от вас откупиться и взяли в долю - ведь так? - Все вы переиначили, Карл, - с укором произнес неожиданно проявивший недюжинные способности к игре втемную Де Жиль. - Встретимся лучше, как договорились, вечером. Там, где договорились. И вы поймете, что никто у вас этого дела не перехватил и не перехватит... Карл-Фердинанд стремительно, с некоторой даже спешкой повернулся к двери и только на пороге обернулся и бросил через плечо напряженно привставшему с кресла Моррису: - Хорошо, но Боже вас упаси темнить, мой мальчик. Помните, какой козырь вы оставили у меня на руках! Дверь стремительно закрылась за Лицом, представляющим интересы президента Мелеттской Республики, и Кай спросил у все еще не пришедшего в себя Морриса: - Какой такой козырь вы дали этому жулику, Моррис? Надеюсь, вы не подписывали никаких бумаг? - Не пойму, что все это значит... - растерянно произнес Де Жиль. - Не волнуйтесь, Следователь, я ничего не подписывал. Старый шарлатан просто берет меня на пушку... Кай подумал, что сейчас не время цепляться к шероховатостям, явно проскальзывавшим в поведении его партнера, и снова поднял к глазам подарок Джейн. - Мы сегодня же едем в Спецпоселение. Но перед этим придется уважить личную просьбу Леди Эльсбет, - он коснулся продолговатого конверта, лежавшего в серебряном лотке для писем, украшавшем его рабочий стол. - Нас просят просмотреть от начала до конца сегодняшние утренние парламентские дебаты. Их крутят только по столичному кабелю. По мнению Леди, они будут чрезвычайно интересны. Хотел бы я хоть наполовину знать заранее, что имеет в виду наша знакомая. Он взял конверт кончиками пальцев и вознамерился вытряхнуть из него записку Леди Эльсбет, чтобы снова пробежать глазами ее текст. Но из кремового конверта на серебряный лоток высыпались только щепотки две серого, похожего на пепел порошка. * * * Лики надоело это метание из ледяной купели ужаса и ожидания неминуемой смерти в душную парную, возвращения веры в спасение, к жизни, с которой уже успел попрощаться, - и обратно. "Черт побери, мне просто не о чем будет поразмышлять на смертном одре, - с досадой, но без тени иронии, подумал он. - Все подходящие к случаю мысли я уже передумал в этой чертовой бочке, из магнитной пращи пущенной в Рай..." Поэтому он как-то вяло воспринял радостные вопли Хромого и присоединившегося к нему молчаливого доселе ратника из свиты Высокородного. Парень, видимо, сек в программировании и навигации. Может, был кем-то из ранее побывавших в Большом Зазоре между Обитаемой Вселенной и Небесной Твердью космонавтов. Хотя ересь космонавигации была осуждена и занимавшийся ею ученый люд давно сгинул. Ходили по миру упорные слухи, что не всех Летавших предали Вечному Огню... Далеко не всех. Мастер меланхолично очередной раз выслушал новость о том, что причальный маневр возобновлен, и снова отвернулся к иллюминатору. Огромные, древние, наверное, древнее Вселенной, хребты надвигались оттуда, с того направления, которое он решил считать "верхом". Тьма - черная, как гнилая вода Мертвых Болот, была разлита в долинах, над которыми, посверкивая в упершемся в нее откуда-то издалека лазерном луче наведения, пролетала капсула-вагон. Потом верх и низ поменялись местами. Привычная сила тяжести налила тела беглецов. Корпус "вагона" завибрировал - пошли в дело двигатели коррекции. Любопытный Злюка, посчитав, что основной ужас уже закончился, покинул свое убежище. И тут же поплатился за это. "Вагон" дико тряхнуло. Лики, несмотря на все ремни и постромки, удерживавшие его в кресле, чуть не вылетел в потолок макушкой, а затем оказался вбит в кресло вторым, столь же могучим, но противоположно направленным ударом ускорения. Потом мир перевернулся вокруг него. Еще и еще раз. И наступила тишина. Руждан сообщил куда-то в пространство перед собой, что у него, кажется, осколок вышел из того места, куда он ранее вошел, но ни у кого не было сил поздравить его с этим. Только сдержанно стонал травмированный грохнувшимся на него Злюкой Высокородный. Злюка понимающе и сочувственно подвывал ему из своего прежнего убежища. Тьма смотрела на них через иллюминаторы. Сначала Мастеру показалось, что тяжесть снова исчезла. Но потом он понял, что она - здесь, только ослабленная и... и какая-то "не такая". Беглецам потом долго приходилось привыкать к этому, "не такому" тяготению Рая. Никто из них не успел сказать - да и подумать - чего-либо путного, когда тишина оборвалась. На беглецов обрушился грохочущий лязг, капсула зашаталась, плавно мотнулась из стороны в сторону, на мгновение-другое слепящий свет хлынул в иллюминаторы и тут же погас - Лики так и не понял, что он успел увидеть ТАМ, за стеклом. А потом, когда это видение снова и снова возвращалось к нему во сне, долго не хотел ему верить. И снова наступила тьма. Надолго - Лики подумал сперва, что теперь уж - навсегда... Толчки и качка, однако, продолжались. Правда, были они теперь не столь жесткими. Бережными даже какими-то были они... Потом снова лязг и грохот, но уже приглушенный, донесся до них через стенки капсулы. Теперь тьма и тишина наконец объединились в единое нечто, и это нечто - без границ, без формы и очертаний - поглотило все вокруг. Глава 7 ПОВЕСТВУЮЩАЯ О ПРИШЕСТВИИ МАСТЕРА ЛИКИ В РАЙ И О СОБЫТИЯХ, ТАМ ПРОИСХОДИВШИХ Нервно посматривая на часы, Моррис еще раз постучал кончиками пальцев по клавишам выносного пульта. - Дьявольщина! По всем каналам - одно и то же! Словно вернулись последние дни Империи... - Должно быть, не только Леди Эльсбет придает большое значение сегодняшним парламентским слушаниям... - неопределенно заметил Кай и потер тыльной стороной ладони кончик носа - тот чесался всегда к неожиданным неприятностям. Будь у господ инспекторов возможность заглянуть в кабину операторов Ти-Ви, они сподобились бы лицезреть сцену более занимательную, чем шествие по залу парламента неторопливо рассаживающихся по своим местам Дам-Законодательниц. - Святая Фатима! - Режиссер телевизионной программы "Хроники Матернального Совета" Далила Мейн уже второй раз за сегодняшнее утро споткнулась о сетевой кабель. - Я же просила проложить провода в-д-о-л-ь стены, а не бросать их где попало! Чем ты занимаешься, Хельга? Исполняющая обязанности ответственного редактора была сверх обычного озабочена и явно скрывала какое-то - немало досаждавшее ей - внутреннее напряжение. - Борюсь как могу с этим барахлом! - Атлетически сложенная блондинка легким движением руки отодвинула мощную стационарную телекамеру и отпихнула ногой к стене жгут переплетенных проводов, опутавших комнату. - Ты лучше скажи, как пойдет передача, в записи или в живую? Антенну будем подключать? Или о нас просто позабыли? Далила возмущенно встряхнула плечами: - Если бы я знала точно! Через десять минут начало заседания, а они, - она ткнула пальцем куда-то в потолок, - еще не удосужились решить. - Значит, в записи. - Хельга равнодушно и чуть огорченно переключила тумблер коммутатора в верхнее положение. - А что говорит Марджана? Когда не надо - спасенья от нее нет, а сейчас вот, как назло, неизвестно где черти носят нашу цензоршу... - Она сама ничего не знает точно. Я только что с ней столкнулась на лестнице, - наверное, побежала в Секретариат, получать инструкции. Ситуация была не слишком типичной, и обе ответственные за программу специалистки начинали "заводиться". - Вот уж зараза так зараза! - констатировала всем хорошо известный факт Хельга. - Не приведи Господи! То ей не так, это ей не нравится... Это вырежьте, то переснимите. Уж на что терпением Бог меня не обидел, но и я иногда дурею от ее указаний. - Тогда представь, каково мне - с моим-то характером, - поддержала ее Далила. - Откуда они только набирают таких язв в свой Цензурный комитет? Операторша выразила мнение, что таких язв выращивают специально - в спецпитомнике. - Ну ты, потише там насчет питомника, а то загремишь куда следует... - Ерунда, - операторша лениво перекинула за другую щеку жевательную резинку и начала отрабатывать крупный план на пустой пока еще трибуне президиума. - У меня генератор сейчас тестовый сигнал такой мощности гонит, что любой "жучок" забьет. И потом... - она запнулась на полуслове, краем глаза успев заметить входящую начальницу. Та с порога посыпала ценными указаниями: - Сестра Ландскрун, живо подключайте антенну! Первая часть передачи пойдет сразу в эфир, а потом - строго по моему сигналу - врубите новости, а камера начнет работать на запись. Смонтируем позже. Я скажу как. - Не поняла... - Режиссер даже не пыталась скрыть своего удивления. - Мы так еще не работали. - Это приказ Председательницы. Слушайте сценарий. Первой будет выступать Леди Халимат. Ее речь идет в живую. Потом - ответное слово Эльсбет. - Далила автоматически отметила, что цензорша пропустила обязательное для лиц такого ранга "Леди...". - У руководства есть мнение, что зрителям слышать ответ Серебряной Бетти не обязательно. Тут уж полезли глаза на лоб у ничему не удивляющейся сестры Ландскрун. Первый раз за почти трехлетний срок совместной работы они с Далилой слышали, чтобы всегда подобострастная с начальством и обладавшая виртуозной способностью в любых обстоятельствах держать нос по ветру цензорша так фамильярно отозвалась об одной из Трех Леди. Они многозначительно переглянулись. По всему было видно - в верхних эшелонах власти Химеры заваривалась крутая каша интриг. Раздался зуммер начала съемки, и очнувшаяся Хельга навела камеру на выходящих из-за кулис к президиуму Трех Великих Матерей. Странное это было зрелище. И непривычное. Хотя бы потому, что старшая из них, которую сестры привыкли видеть всегда гордо выпрямленной, на этот раз сидела в инвалидной коляске. Коляску толкала перед собой Второй Секретарь Матернальной канцелярии, больше известная под прозвищем Рыжая Лиза. Необычным был и наряд леди Эльсбет, сменившей на этот раз ее любимое длинное серебристое платье на зеленый комбинезон времен Первой Освободительной. Да и с Леди Халимат тоже что-то явно произошло - это было видно по ее слегка растерянному лицу и тяжелой походке. Поэтому без лишних слов, еще до энергичного кивка Марджаны, Хельга ловко перевела камеру на средний план, а потом пустила панораму рядовых членов Матернального Совета. Руководство сегодня явно было не в ударе и фотогеничностью не блистало. Как только Леди Халимат начала свою речь, и Далила, и наблюдавшие трансляцию телезрительницы узнали интонации Железной Старухи. Это был ее стиль, ее манера: Халимат всего лишь повторяла чужие мысли. И от того, что привычные по прежним речам и выступлениям фразы на этот раз исходили из уст другого человека, пусть и члена Триумвирата, делало их немного фальшивыми. А уж сам смысл речи был и вовсе непонятен. Ибо, хотя общие пассажи выступления - о необходимости укрепления единства перед лицом скрытой агрессии остального мира, об угрозе морального разложения и предательстве интересов Химеры - сестры слышали не раз до этого, сам предмет обвинения был весьма непривычен. В этот раз Леди Халимат ясно и недвусмысленно давала сидящим в зале понять, что вышеназванное предательство свило себе гнездо именно в стенах высокого Собрания и даже более того - в самом Триумвирате. А остальное мог вычислить и олигофрен. Если обвинение произносит Леди Халимат - правая рука Старухи, и притом ее словами, то объектом его может быть только один человек. Тот, что сидит сейчас с внешне спокойным лицом в овеянной романтикой давних битв военной форме и, словно бы не замечая сгустившихся над головой туч, с показным интересом слушает докладчицу, делая заметки в своем блокноте. Однако это спокойствие как ветром сдуло, стоило оратору закончить свою последнюю гневную тираду. Не дожидаясь, пока сидящая в кресле спикера, добродушная и простая, как яблочный пирог, старейшина Матернального Совета соблаговолит предоставить ей или кому-либо еще слово, словно подброшенная пружиной, Серебряная Бетти решительно пересекла считанные метры, отделявшие ее от микрофона, и с места в карьер бабахнула в замерший зал свой первый козырь: - Только что на ваших глазах, сестры, кучка воров пыталась захватить власть на нашей планете! Но это не выйдет!!! Смотрите сюда, сестры! Все мы привыкли к мысли, что источником благополучия нашей родной Химеры стало некое таинственное нечто, что мы шепотом называем - друг дружке на ушко - ТОВАРОМ. Но вряд ли кто, помимо посвященных - да, да, я о вас, сестра Глипштейн! - знает, что же это за штука на самом деле! И вряд ли кто-нибудь из вас, сестры, знает, что если одна четвертая часть получаемых от ТОВАРА доходов приходит сюда - на нашу несчастную планету, то остальные три четверти ложатся на секретные счета уважаемых членов Триумвирата и их прихлебателей в Метрополии и на Океании!!! Вот только те номера таких счетов, что стали известны мне! По огромному дисплею за ее спиной поплыли ряды цифр. Хельга азартно панорамировала камерой вытягивающиеся лица Уважаемых Дам и крупным планом давала в эфир изображение пальцев сестры Софьи, нервно ломающих карандаш. Сестра Марджана остолбенело уставилась на сложившую руки на груди Далилу и сама решительно положила руку на переключатель режимов трансляции. И тут произошло нечто неслыханное: рука самого правительственного Цензора была резко сброшена с панели управления. Кощунственный акт этот совершила неожиданно для себя самой сестра Ландскрун, спровоцированная вызывающим бездействием своей непосредственной начальницы. - Молодец! - констатировала та и выбросила перед собой руку, сжимавшую баллончик с "Аутом". Так и не успевшая прийти в себя, сестра Марджана кулем осела на пол. Хельга чисто рефлекторно подхватила ее под мышки. - Оттащи суку в угол! - распорядилась Далила, поспешно отодвигая стекла панели, чтобы самой не лишиться сознания от рассеивающихся по тесной операторской остатков "вырубателя". - Ага! - весело бросила Хельга, выполняя поручение. - Откуда это у вас? - От нашего оратора, - Далила кивнула на трибуну, с которой в этот момент доносилось: - Это не дворец бывшего императора, это - всего лишь скромное поместье, приобретенное в Метрополии на имя уважаемой... В огромном окне голографического дисплея, служившего фоном гранитной балюстрады президиума, сменяли друг друга прекрасно снятые кадры, являющие миру и Парламенту образцы архитектурного и садово-паркового искусства и дорогого кибердизайна. - Я не позволю устраивать!.. Превращать!.. - Визг из инвалидного кресла перекрыл голос Серебряной Бетти. Неожиданно преодолев свою хворь, Леди Сью выпрямилась в полный рост и, казалось, вот-вот извергнет в ненавистную Бетти огненную молнию. По крайней мере, волосы старой мегеры, наэлектризовавшись, готовы были сыпать искрами. Перекосившееся, со странно неподвижной левой половиной лицо Старухи только делало картину еще более устрашающей. Члены Парламента без малого под столы не полезли, справедливо полагая, что если дело дойдет до метания молний, то и им, грешным, перепадет от такого натиска отрицательной энергии. - Работай, работай, - подтолкнула Далила сестру Ландскрун. - Я не зря тебя поставила на сегодняшний репортаж: ты повела себя правильно. Если ребята с центральной студии не подведут, то после того, как заварушка окончится, - сидеть нам в отдельных кабинетах, в Большой Башне! Сестра Ландскрун не заставила себя упрашивать: не то чтобы ей по душе была крутая интрига, в которую ее, не спросясь и не предупредив, втащила коллега, но скандальный репортаж из застарелого болота, каковым всегда являлся Матернальный Совет, был ее профессиональной мечтой. Наконец сбывшейся - и наплевать, что там будет потом. Главное - дерьмо взболтали! Да не позолоченной ложечкой, а осиновым колом!!! У Федерального Следователя происходящее на экране вызывало несколько иные ассоциации. - Господин Фогель недаром поминал курятник... - сухо заметил он, подсоединяя штекер регистратора к антенному входу Ти-Ви. - Матернальный Совет должен немедленно пресечь провокационную вылазку Ле... сестры Эльсбет! - стала наконец озвучивать застрявшие в горле у Старухи мысли Леди Халимат. И резко добавила уже от себя: - Следовало бы вам подумать, Бетти, что будет, если я на виду у всех начну считать денежки из вашего кармана!.. - Свои деньги я полностью отдаю в Фонд Спасения Отечества! - гордо парировала ее Эльсбет. - А вот вашей хозяйке будет небезынтересно узнать, что вы, сестрица, за ее спиной крутите сделки со своей долей ТОВАРА с такими личностями, как представители правителей Мелетты и даже с эмиссарами Харурского Кривого!!! Даже исламские лидеры с Малой Колонии ходят у вас в клиентах!!! - Что?!! - Голос обескураженной Старухи дал "петуха". Леди Халимат на мгновение растерялась. Воспользовавшись всеобщим минутным оцепенением, слово с места взяла сестра Мелани - депутат от Бог весть какого округа, признанный борец с коррупцией. Этого, конечно, следовало ожидать. Говоря горячо и бестолково, она поведала Высокому Собранию, что даже те жалкие гроши, которые достаются сестрам, населяющим Благословенную Химеру, вытаскивают из их кармана всякие жульнические структуры вроде "Анастасии Пирамиди"... Сестра Мелани не успела толком изложить свою мысль, а уже с горячей ее поддержкой откуда-то из задних рядов поднялась - точнее вскочила - так и оставшаяся никем не узнанной полная блондинка и понесла всеми чертями проклятых ворюг, - безусловно, ставленников Патриархата и разрушителей Великих идей Матернальной Республики... - На вашем месте... - Леди Халимат наконец обрела голос и использовала его, чтобы обрушиться на не имеющую, собственно, к делу никакого отношения неугомонную болтунью. Побагровев, Леди заорала во всю силу своих легких: - На вашем месте я заткнулась бы, депутат Дуппельцвишен!!! Депутат Дуппельцвишен не замедлила с реакцией на эту реплику. Взревев обезумевшей сиреной "А-а-а-а-а!!!!" и вытянув вперед ярко накрашенные когтищи, она устремилась к месту дислокации Президиума. Две амазонки, выступающие в роли приставов, попытались остановить разгневанную избранницу народа, но, врезавшись скулами друг в друга, только порядком усугубили возникшее в зале Парламента замешательство. И лишь змеевидно вытянувшаяся в проход между креслами нога депутата Арутюнян - никто потом не смог объяснить, злой ли умысел имел место, или просто неудачная попытка взять слово - остановила обезумевшую фурию. Но всем было уже не до того. Полуживая, но не сломленная Леди Сью, оттеснив свою бестолковую союзницу, с трибуны обвиняла Серебряную Бетти в том, что у нее еще со времен Преславной Революции не переводились любовники. Та в ответ сыпала мужскими именами, приводя каждое из них в соответствие с той или иной приближенной к Старухе особой. Старуха же, явно скиснув, энергичным жестом велела застывшим с каменными лицами за спинкой ее кресла амазонкам увлечь себя за кулисы, что те и не замедлили исполнить. Тут же, словно ветром, вынесло из зала и ее главную соперницу. Вне всякой зависимости от этого, Леди Халимат ожесточенно переругивалась с кем-то из сестер, громогласно утверждая, что только она может знать - и знает! - истинную цену "условной единицы" ТОВАРА... - Ну до чего похожи бабы в любой части Вселенной! - заметил Моррис. - Это удивительно напоминает мне сцену выяснения отношений двух моих подруг, которым я по ошибке назначил свидания на один и тот же час... Обидно будет, если... - Черт бы побрал! - Кай мучительно скривился, пытаясь разобраться в несущемся из динамиков галдеже. - Кажется, все в этом балагане знают о том, что ТОВАР существует, но хоть бы одна шлюха обмолвилась, о чем же именно идет речь! Впрочем, кажется, основное действие происходит уже не в Совете... По экрану прошла рябь, и прямо по изображению бушующего зала заседаний поползли строки экстренного сообщения: комендатура Зимней Столицы вводила в городе чрезвычайное положение... * * * - Что с вами, Барух? - не без удивления осведомился разбуженный задолго до рассвета почтенный доктор Глебов, опасливо принюхиваясь к неожиданному гостю. - Вас опять отделали "Юные воительницы"? Знаете, это уже превосходит всякие пределы... - Вроде того, - неопределенно означил происшедшее с ним Циммерман, запыхавшийся и до предела растрепанный - это были следы попыток привести себя в порядок в вагоне монорельса в компании дюжины мегер, доведенных до состояния невменяемости его появлением на последнем до Южного полушария перегоне, когда покинуть мчащуюся со скоростью звука кабину невозможно было никакими силами. - Где Серж? Где Капелюх? Где весь народ? Отправились вниз? - Мало того, что эти дуры рушат все договоренности насчет пропуска лиц, означенных в комендантском списке, - продолжал чуть наигранно кипятиться доктор, неумело пропуская мимо ушей предположения Баруха относительно местонахождения Сержа Плотникова, - они дошли до того, что забрасывают дерьмом невооруженного человека! Пойдемте в душ, немедленно, дорогой, я так сочувствую вам... И вот это... Доктор заботливо, по старинке начал капать в хрустальную стопку лекарство из коричневого пузырька. - Азохенвей! - завопил Барух. - К черту ваши капли! К черту душ, к черту и к его уважаемой бабушке всю эту вашу конспирацию!! Говорю вам, что если Серж и его компания отправились ВНИЗ, на причал, то мне надо немедленно быть там!!! Свяжитесь с ними! Предупредите!!! - Какой причал? Куда вниз? Артист из доктора был такой же, как из Баруха - гинеколог. - Поймите вы, что сейчас у вас из-под носа уводят ТОВАР! И я знаю, кто его уводит и где этого мерзавца найти! Боже! Боже!! И я еще давал этому поцу в долг!!! А он дождался момента и хотел изжарить меня заживо! Шма Израэль!! И еще из-за него погибла та девочка... Где ваш гермокостюм, доктор?! Доктор Глебов сдался, плюнул на конспирацию и, не пытаясь больше понять смысл происходящего, распорядился через головы высунувшихся в сени многочисленных потомков: - Люба, сходи в кладовку за скафандрами... И принеси еще мой садовый костюм... - И, обращаясь к Баруху, добавил: - Вы все-таки успеете принять душ и переодеться, мой дорогой... Барух залпом выпил валерьянку. * * * - Черный Терминал - он и есть Черный Терминал, - умозаключил Руждан, с тоской глядя на заметно потускневшие плафоны под потолком. - Владения Демонов. Нечего и ждать, что нас пригласят выйти отсюда. Вот - уже дождались: аккумуляторы садятся. Скоро и регенераторы кислорода сядут... - Пустые хлопоты, - тихо прошелестел вконец скисший после нервного напряжения последних часов перелета Хромой. - Капсулу нельзя открыть изнутри. Только Спонсоры... - У вас еще много таких приятных сюрпризов, мой трехногий друг? - ядовито осведомился Руждан. - Валяйте, выкладывайте все сразу... - У нас - неплохие бластеры! - воскликнул Высокородный. - Капитан Дирк, прикажите вашим людям высадить эти дурацкие иллюминаторы. - Номер может и пройти, - продолжал вяло шелестеть Хромой. - Но кто вам сказал, Ваше Величество, что снаружи - воздух, пригодный для дыхания, а не, скажем, хлор? - Типун тебе на язык, бандюга!.. - от души пожелал ему Руждан. - От бандита слышу! - возвысил слабый голос Хромой. - От убийцы и грабителя... Денежки-то на проезд вы, чай, не взаймы получили? - Разрешите доложить, Ваше Величество, - твердым, уверенным голосом положил конец начинающейся сваре Дирк. - Среди нас есть специалист, которому вскрыть замок той сложности, что вставлен в эту консервную банку, не стоит труда. Только исполненный гордости за своего хозяина взгляд Злюки, который даже прекратил зализывать полученные при посадке раны, дал Лики понять, что речь идет о нем - Мастере. Не дав ему издать ни звука в свое оправдание, со словами "ну, не подведи, друг" (шепотом, на ухо), гвардии капитан подхватил одной рукой самого Мастера, другой - его сумку с "железками" и увлек и то, и другое в тамбур, к полированной металлической двери "вагона". - Сможешь? - тихо спросил он у Лики, оставшись с ним наедине. - Постараюсь... - Мастер сосредоточенно, прикрыв глаза, ощупывал кончиками пальцев внешне уныло-гладкую поверхность стальной плиты, преграждающей путь на волю. - Постараюсь. Ты иди к их Величеству, Дирк. И прикрой тамбур как следует. Вдруг там действительно хлор. Или что-нибудь в этом духе... С минуту Дирк разрывался между преданностью другу и верностью низложенному монарху. Затем глухо буркнув: "Ты уж того - поосторожнее... Если что..." - неловко выскочил из тамбура. Колесо гермозапора крутанулось положенное число раз, и Мастер остался один на один с полированной сталью двери. * * * - Ну, и что это все значит? - Джейн с трудом держала себя в руках. - Зачем вам понадобилось меня арестовывать? Могли бы просто вызвать к себе в этот кабинет. Я - не в бегах, Леди. - Арестовывать? Скажите еще - похищать... - Леди Эльсбет, казалось, была не меньше, чем Джейн, возмущена таким нелепым предположением. - Вы у меня в гостях - не более того. - Это называется приглашение на чай? - Сестра Гранж насмешливо оглядела двоих мускулистых девиц с автоматами на изготовку, которые без особых церемоний доставили ее сюда прямо из дома. - А если бы я оказала сопротивление? Леди Эльсбет досадливо поморщилась: - Не будем впустую фантазировать, дорогая. И отбросим ненужный этикет - времени у нас в обрез. Ты знаешь, что вчера произошло в Совете, и, надеюсь, понимаешь - настало время выбора. Мы с тобой профессионалы, поэтому давай отбросим словесную шелуху и расставим все точки над "и". Итак, ты со мной? - Я подчиняюсь Верховному Матернальному Совету. - Нельзя подчиняться стаду баранов, - Леди Эльсбет криво усмехнулась, - точнее, стаду овец. Не мне тебе рассказывать, что все серьезные вопросы решались, решаются и будут решаться внутри Триумвирата. Но в настоящий момент никакого Триумвирата больше нет. Есть Я и Старуха. - А Леди Халимат? Леди Эльсбет досадливо отмахнулась от столь глупого замечания и вопросительно посмотрела на Джейн: - Так что же? Та лихорадочно пыталась принять правильное решение, но у нее ничего не получалось. - А вы не пробовали помириться? Найти общую точку зрения? - Это исключено. Сью хочет оставить все по-старому, отгородившись от Метрополии колпаком из бронестекла. Но я-то вижу, что это самоубийство. Стекло, каким бы прочным оно ни было, имеет обыкновение лопаться под давлением... Федерация не потерпит сепаратистов, как бы долго мы ни пытались морочить им голову. Я не знаю, что они применят - Космофлот, скрытую агентуру или Аудиторов вроде твоего дружка, но нам придется смириться с потерей самостоятельности. Все, что мы можем, - это выторговать себе условия получше... - Леди Эльсбет яростно стукнула кулаком по ручке кресла. - И то если успеем. А времени остается все меньше. И чем позже мы признаем факты фактами, тем хуже будут карты, которые нам сдадут в этой игре. Так что решай. Я - вовсе не диктатор. Я - за разумную коллегиальность руководства. Если ты со мной - у тебя есть все данные для того, чтобы войти в Тройку, если нет, - она криво усмехнулась и сделала неопределенный жест рукой, который мог означать что угодно - от мягкого "убирайся вон" до решительного "ты покойница". Джейн боковым зрением оценила расстояние до охранниц, прикидывая, удастся ли ей вырваться отсюда, но только усмехнулась собственной наивности. Это на Харуре можно было посостязаться в кикбоксинге с телохранителями его одноглазого величества. Здесь, на Химере, в кабинете одной из Трех Леди, без всякой прелюдии в дело пошли бы парализаторы и разрядники. - Так что же вы предпримете, Леди, если я откажусь? - А ничего. - Эльсбет достала длинную сигарету и выдохнула дым почти в лицо "гостье". - Правда, господину Второму Аудитору будет грустно узнать, что вы были приставлены к нему Старухой только для того, чтобы следить за ним. А он-то, бедолага, принимал ваши чувства за чистую монету. Леди с удовлетворением отметила перемену в облике Джейн. - Как же я вас ненавижу! - Охотно верю, - согласилась та. - Но это не должно помешать нам работать. Или ты думаешь, что в Тройке мы испытывали друг к другу другие чувства? Нет, моя дорогая, политика - дело не для розовых кисейных барышень. Ты или давишь свои эмоции, и тогда получаешь шанс добиться успеха, или вылетаешь на обочину. - Она встала, дав понять, что разговор окончен. - Итак? - Что я должна делать? - Сестра Гранж старалась не смотреть на хозяйку положения. - Для начала намекни своему дружку, что в Правительстве Химеры есть здравомыслящие люди, готовые к сотрудничеству с Федерацией. И они могут сообщить некоторые сведения о характере так называемого ТОВАРА при условии получения гарантий: а) сохранения определенной автономии Химеры в дальнейшем и б) сохранения их руководящей роли в Правительстве обновленной Химеры. Имен пока не называй. Передашь сообщение и доложишь о реакции. - Леди протянула Джейн капиллярную ручку. - Передатчик действует в радиусе полумили. Этого хватит, чтобы достать до ретранслятора. Канал кодирован. Последняя штучка наших друзей с Дальних Баз, так что не забивай себе голову опасениями насчет Старухи. Как только я получу от тебя информацию, сразу же свяжусь. Эта штука, - она показала на авторучку, - может работать и в режиме приема. - Эльсбет подала Джейн руку и не особо удивилась, что та ее не заметила. - Ты поймешь позже, девочка, что для тебя это был лучший вариант. Клавдия, - она повернулась к охраннице, - проводите нашу гостью обратно. Леди склонилась было над услужливо положенным ее секретаршей бюваром, но в последний момент подняла голову и добавила в напрягшуюся прямую спину Джейн: - И если вам удастся узнать - хотя бы приблизительно, - где прячется эта сучка Роззи... Вы знаете, что делать. * * * Право первого шага на землю Рая Высокородный ничтоже сумняшеся оставил, разумеется, за собой. С разной степенью благоговения за шагом этим следили все пассажиры последнего вагона - у Злюки к благоговению примешивалась и изрядная доля вины: по его - неразумной твари - беспечности, приключившейся в момент торможения, Высокородный прихрамывал и бормотал себе под нос слова, мало соответствовавшие торжественности момента. Как-то так получилось само собой, что все беглецы неровным, но все-таки строем друг за другом выбирались из проема отворенной Мастером гермодвери, приветствуя бывшего монарха уставным жестом. Воздух здесь был прохладным и отдавал металлом и еще чем-то таким... А вообще - был почти что незаметен. Во всяком случае - им можно было дышать. Высокородный Деррил выпрямился наконец-то в свой полный рост - даже Дирка он превосходил на полголовы - и сделал повелительный жест. Тут же каждый из двух его молчаливых спутников принялся распаковывать основательные походные тюки. Первый извлек из багажа Изумрудную Мантию - знак принадлежности к Ордену Мечей и узкий, злым металлическим блеском сияющий ободок Стальной Короны Деррилов. И то и другое было напялено на Высокородного с соответствующим почтением. Второй пришей-пристегай торопливо доставал на свет Божий и смыкал в единый длиннющий шест легкие стальные трубки. Только когда он присобачил к ним огромное зеленое полотнище, Лики сообразил, что присутствует при Водружении Знамени, и, подчиняясь уже заколоченному в гены населения Обитаемой Вселенной рефлексу, сделал равнение на священный стяг. Тут обе "шестерки", припав на одно колено, протянули его экс-величеству последний предмет тщательно охранявшегося ими на всем протяжении пути багажа Высокородного - вложенный в узкие, чеканной работы ножны Разитель - Меч Деррилов. Высокородный до боли знакомым всем его подданным, удивительно величавым движением извлек из ножен и воздел во тьму небес сей символ достоинства рода древних королей. Потом он торжественно огласил указ об основании в качестве временной своей резиденции полевого лагеря "Рай во Тьме" и введении в действие Полевого Устава со всеми из этого вытекающими последствиями. Затем более приземленным, но тоже достаточно театральным жестом повелел гвардии капитану Дирку и Мастеру Лики припасть пред ним на колени. И проклинавший всю свою сознательную жизнь деспотию, посмеивавшийся всякий раз за стаканчиком дурной воды над феодальными пережитками, переполнявшими жизнь Обитаемой Вселенной в век электроники и мезонных технологий, Мастер Лики выполнил повеление Высокородного Тоода, Обитаемой Вселенной Соправителя в изгнании. Рядом с ним точно в таком же каноническом коленопреклонении замер друг его бестолкового детства гвардии капитан Дирк. Злюка обалдел от гордости за хозяина и, тихонько повизгивая, подполз поближе к месту действия. Величественным и совершенно ничего не значащим в этом ином, дьявольском мире жестом Высокородный посвятил двух рабов своих в члены Ордена Мечей, а гвардии капитан Дирк, минуя ступеньки воинской иерархии, был возведен аж в подполковничий Гвардии Его Величества чин. Всем остальным лицам, сопровождавшим Его Величество в этом удивительном изгнании, была жалована монаршая благодарность. Долгое странствие подошло к концу. * * * - Вы вконец рехнулись! - Айман уставился на экран своего блока связи, как на не вовремя проснувшуюся гадюку. Не снятый до конца гермокостюм стеснял его движения и только усиливал раздражение. - Я же говорил, что вы не должны напрямую выходить на меня по открытым каналам связи! - Он зло дернул забарахливший замок воротника. Грустный Томаз понимающе улыбнулся ему с экранчика: - Сейчас не время играть в игрушки, начальник. Сейчас тут все ищут тебя и ищут еще этот... - Том задумался, стоит ли называть вещи своими именами, - Черный Терминал... Твой друг приехал - злой весь, ну прямо как будто ты деньги у него украл... - Барух? - Айман снова рванул непослушный замок. - Ага - Барух, Барух... И теперь Серж поднял все ополочение... - О-пол-чение? - Я и говорю - о-п-о-л-о-ч-е-н-и-е... - оскорбленно парировал дурацкий вопрос Том. И сочувственно добавил: - Лучше будет, если тебя не найдут, все-таки... Ты слишком много знаешь, дорогой... - Эта команда из Метрополии - ну, два чудака, которых показывали в новостях, - тоже здесь? - Нет - зачем здесь? И, - тут Томаз криво усмехнулся, - не скоро здесь будут. Там, в Дизерте, бабы опять передрались... В обеих столицах - черезвычайное положение. Монорельс перекрыт. Шоссе, аэропорт - тоже перекрыты... Ну мне пора канал выключать, а то... - Чрез-вы-чайное? ("Я и говорю - ч-е-р-е-з-в-ы-ч-а-й-н-о-е", - снова обиделся Томаз) Положение? - Айман наконец справился с замком и начал освобождаться от гермокостюма, как Лаокоон от змей. - Какая сатана его ввела? Сью? Бетти? - В Дизерте - комендант. Фрейлейн Глюк. А кто фрейлейн приказывает - один черт теперь знает. Ну я... Айман разрешающе махнул рукой и задумчиво уставился в погасший экран. * * * "Хорошо, когда тебя ведет мудрый вождь, - подумал Лики, волоча в арьергарде нестройной колонны упиравшегося Злюку. - По крайней мере, не приходится винить себя, когда очередной раз натыкаешься на стальную стену или решетку... Однако похоже на то, что если мы и в Раю, то этот Рай - рай для очень нетребовательных душ..." Поводок очередной раз натянулся рывком, чуть не свалив зазевавшегося Мастера с ног, прямо на спину И Их Величеству. - Конечно, Злюка - тварь неразумная, но она очень не хочет идти туда, куда изволит идти Их Величество... - робко сформулировал свою мысль Лики. Высокородный Тоод приостановился. После того как Мастер успешно, рискуя притом жизнью, справился с дверью "вагона", его слова заслуживали хотя бы минимального внимания Их Величества. - А куда же хочет двигаться э-э... неразумная тварь? - поинтересовался Тоод. - Как правило, она... оно... он хочет двигаться туда, где есть пища, - пояснил Мастер. - В смысле - чего-нибудь пожрать... Отряд беглецов, вооруженный самодельными факелами, сгрудился кольцом вокруг всех трех - включая Злюку - участников разговора. Есть хотелось всем. - Тогда имеет смысл, - мудро решил Высокородный, - м-м... довериться инстинкту животного. Животное не подвело. Уже через несколько минут запах жарящегося мяса почувствовали все. А еще через минуту - увидели костерок и кемарящего рядом с ним часового. Прилаженный на вертеле кус мяса грозил уже обуглиться. Поодаль, в неровных отсветах пламени, виднелись очертания "вагона". Этот, второй встреченный на своем веку "вагон" Лики оценил как модель более солидную, чем капсула, примчавшая в Рай его самого и Высокородного Тоода. Последний решительно шагнул к беспечному чудаку и потряс его за плечо. Тот продрал глаза и испуганно вскинулся. - Чур меня! - хрипло вскричал он. - И здесь Ваше Величество! Приснится же такое... - Что поделаешь, - сухо ответил на такое своеобразное проявление верноподданнических чувств Высокородный. - Приходится вас беспокоить - у вас мясо пригорает... Мясу, вообще говоря, уже не угрожало быть пережаренным - им, обжигаясь и повизгивая, занялся Злюка, видно считая, что справедливо вознаграждает себя за службу, которую сослужил хозяину и его спутникам. - Господи, Тодек! - воскликнул Лики. - Что - и Учитель тоже здесь? Бывший староста цеха в "Мастерских Ларса" Тод Большой снова протер глаза и успокоенно молвил: - Надо же - и Лики-бездельник тоже тут, значит, все-таки сплю... Ущипнуть себя, что ли? - Ущипнуть его, Ваше Величество? - деловито спросил Дирк. - Лучше отнимите мясо у животины. Она не оставит нам ни крошки, - с мудростью государственного мужа распорядился Высокородный. - Пусть его жрет, - махнул рукой Тодек. - Тут этого добра навалом... Правда, все - мороженое, и соли маловато. Вы, часом, соль с собой не... - И спохватился: - Так сплю я или не сплю? Руждан взял инициативу на себя и ущипнул-таки старого мастерового. Тот дико заорал и окончательно очухался. - Не будете ли столь любезны уступить нам толику ваших продуктовых запасов? - осведомился Высокородный, забирая у Тода карабин. - Мы не постоим за ценой. А заодно поделитесь с нами вашим м-м... опытом. Кто вы такие, как сюда попали, где, в конце концов, Всемилостивые Спонсоры? - Продуктов, Ваше Величество, тут навалом, - вежливо пояснил Тодек. - Этажом выше. А деньги ваши никому тут не нужны. Спонсоров же я в глаза не видел. А кто видел, так тех тут нет... - Где "тут"? Не темни, Тод, - попросил старого знакомого Лики. - Ну тут - внутри! Не снаружи же... - Так, значит, существует еще какое-то "снаружи"? - стал выяснять для себя положение вещей Высокородный. - И что же там, в этом "снаружи"? - Еще как существует, Ваше Величество, - заверил его Тод. - Только кто его знает - что там есть... Учитель Ларс там побывал и снова подался со всеми нашими... Нам с Бирном велел в случае чего следующей Доставки дожидаться - и как в лужу глядел: сгинули они все там где-то... А мы вот вас и дождались. - Бирн... - задумчиво произнес Высокородный. - Живописец Бирн? - Да - он, кто же еще... - уверил Высокородного Тод. - Который Ваше Величество изобразил на этом... Высокородный жестом прервал рассказ о том, в каком именно виде изобразил его упомянутый Бирн. - Не со зла он это... - постарался сгладить приступ высочайшего раздражения мастеровой. - Творческий поиск у него случился - произошел, в смысле... Не поняла его критика... Оклеветала в высочайших очах - Вашего Величества то есть... - Так ты здесь и кемаришь с тех еще пор, как вы... - постарался увести разговор от щекотливой темы Лики, но так и не закончил фразу, прикинув, что не стоит напоминать Высокородному о том, как и почему в эти края попадают такие люди, как Учитель Ларс. - А чего ж не кемарить? - угрюмо подивился наивности новоприбывших Тод. - Воздух есть, вода подведена, пожрать чего - контейнер регулярно загружают... Напряжение вот не подведено только... А и то рассудить: на волю мы дорогу всего год как нашли... Да и рисково это - на волю вылезать. - Кто же вам загружает э-э... продовольствие? - осведомился Высокородный. - В смысле - чего пожрать, - добавил он, чтобы быть ближе и понятнее народу. - Да Всеблагие, верно, и загружают... - опять подивился бестолковости новичков бывший цеховой староста. - Или автоматика какая... Учитель сначала хотел через кормушки наружу выйти, но решил не рисковать... Чтоб чего не поломать к фитилям едреным, значит... - А... а насчет, ну, удобств как тут? - несколько косноязычно спросил Руждан, опасливо принюхиваясь. - Да вода тут проточная - все смывает и уносит... Так что с удобствами в ажуре, - заверил его Тод. - Пойду-ка я Бирна будить. То-то осатанеет бродяга, как Ихнее Величество в этих краях узрит... Награда, как говорится, нашла героя... - Ты погоди, Тодек, - остановил его Мастер. - Говоришь, год назад только выход нашли отсюда... Так где же он? - Да Учитель его - выход этот - не то чтобы нашел, а больше вроде как бы проточил, - почесал в затылке Тод. - Но в другом аспекте - вроде как и нашел... Долго тут все стенки простукивал-прощупывал, а где и сверлом брал... Ну и вот - на четвертом этаже... - Как туда добраться? - лихорадочно сглатывая слова, даже чуть заикаясь, спросил Лики. - Да не торопись ты, торопыга... - притормозил его Тод. - Сейчас съестным заправитесь на ночь, отмоетесь, отпаритесь, с дороги отоспитесь, а там все вам толком и покажем-расскажем... Будет время... Но Мастера уже трясло. Только сейчас он понял, что ему просто-напросто страшно - очень, до боли в суставах, страшно оставаться здесь - в этом жутком "внутри", наполненном тьмой и тенями во тьме. В Замке Стального Лабиринта, как он окрестил про себя это проклятое место, в логове демонов Черного Терминала. Ему хотелось на волю - прочь из железного хитросплетения стен и туннелей! Любой ценой, пусть даже ценой жизни! Не затем, не затем он столько лет отвратительным воровством копил проклятые витки, не затем он - Мастер, которому сам вид крови был невыносимо противен, - взял в руки оружие и кровь чью-то пролил, не затем рисковал он обратиться в прах, сверзившись на Твердь Небесную, чтобы сгинуть в этом гиблом застенке!!! - Лучше будет нам сразу пройти к тому месту... - неожиданно поддержал Мастера гвардии подполковник Дирк, отчаявшийся исполнить никем не отмененное пока повеление Высокородного и завладеть остатками провианта, узурпированными обожравшимся на нервной почве Злюкой. Тот, видя, что старый друг добровольно прекратил свои посягательства на чужое добро, добродушно убрал лапы с извалянного в пыли недоеденного куса жаркого, всем своим видом показывая, что если так, то он - Злюка - не прочь и поделиться честно заработанным кормом. Если, конечно, гвардии подполковник не побрезгует... - Пожалуй, вы правы, подполковник. - Высокородный задумчиво посмотрел на начинающий затухать костер. - Ничего не надо оставлять в тылу. Вы с Мастером доберитесь до... До выхода, одним словом... - Это неблизко... - успел вставить Ход, но остался неуслышанным. - Проверьте, не может ли что-либо проникнуть сюда ОТТУДА... - продолжал экс-монарх, - и выставьте охранение... Возьмите с собой еще человека - того же Бирна, например. Хватит этому бездельнику дрыхнуть... Казалось, Государь уже годы и годы правит здесь, в местах, в которых сроду не бывал. - Отважному Мастеру повелеваю, - продолжил он, с ходу прилепив Лики титул, так и оставшийся за ним пожизненно, - повелеваю на короткое время проникнуть в простирающееся снаружи пространство и ясными и недвусмысленными словами изложить высочайшему уху резюме своих похождений - по возвращении, буде такое состоится... Мастер уже привычно преклонил колени... * * * - Ну вот и все. - Джейн тряхнула волосами и поднялась с кресла. - Простите, что отняла у вас столько времени на свои... излияния. И за то, что огорчила вас - если то, что я рассказала вам, вас огорчило... Огорченный Федеральный Следователь выглядел задумчивым. - Почему вы считаете, что ваша должность должна так шокировать меня? Вы ведь достаточно прозрачно намекнули на то, что и мое "личное дело" для вас не секрет, - Кай кивнул на игрушечный домик. - То, что мы с вами - коллеги, не было для меня секретом задолго до того, как вы сделали свой намек... Другое дело - что ваше руководство не оценит вашей... твоей откровенности, Джейн. Или вы совершили нечто, совершенно непрофессиональное, или же... Или же это просто гениальный психологический ход... Леди Эльсбет не увлекается Достоевским? - Женщины - неплохие психологи и без всякого Достоевского. Оцените только, как симметрично они подобрали меня в пару к вам. Вам не кажется, что в чем-то наши судьбы отражаются друг в друге? Это - выдумка Халимат. Она не так проста, как вам могло показаться... - Джейн запнулась. Потом отошла к окну, сгорбилась. - И как же мы будем... теперь? - вдруг, совершенно не в лад сказанному ранее, спросила она. Почти всхлип на мгновение почудился Каю в этом растерянном - самой себе - вопросе. - Мое отношение к вам... к тебе не изменилось, - эти слова дались ему с каким-то странным трудом. Он положил руку на плечи Джейн. Та осторожно освободилась от этого полуобъятия. - Мне пора. Думаю, лучше всего нам ограничиться теперь чисто деловыми контактами. И так ваш друг отпускает иронические шуточки в наш адрес... - Не стоит обращать внимания на его чудачества. А сейчас он - чуть ли не в трауре. Только что был в госпитале у Мариам... - Моя коллега вроде бы успешно выкарабкалась из комы... - Сейчас она в глубокой депрессии. Какая-то чертовщина в анализах. Моррису она ничего не говорит, и он извелся вконец - подозревает самое худшее... Чуть не забыл - Мариам через моего друга передает, что очень хочет видеть вас, - Кай незаметно для себя снова перешел на "вы". - "Нетелефонный разговор", как говорили во времена изобретателей Белла и Попова. Кай помолчал, потирая нос тыльной стороной ладони. - И, по-моему, не стоит делать трагедию из того, что мы с вами одного поля ягоды, Джейн. Вы бы еще в монастырь надумали удалиться по такому случаю... - Вы ничего не понимаете, - казалось, девушка была в отчаянии от того, что Кай не хочет или не может ее понять. - Я избегаю вас именно потому, что вы мне... - она на миг задержалась, подбирая подходящее слово, - вы мне симпатичны, - с усилием закончила Джейн явно трудную для нее тираду. - И именно поэтому я думаю, что нам не стоит слишком часто быть вдвоем. - Но почему? - Кай действительно ничего не мог понять. - Неужели ханжество ваших правительниц настолько велико, что наши встречи могут неблагоприятно отразиться на вашей судьбе? - Не на моей, милый Кай, - на вашей. - Не думаю, что Триумвират станет портить отношения с Метрополией, наказывая меня за совращение своей сотрудницы, хоть и весьма ценной, - шутливо заметил Кай. - Да и наказать-то сложновато. Разве что в угол поставить или сладкого лишить? Джейн печально, скорее даже обреченно покачала головой, расплескав по плечам свои великолепные густые волосы. - Вы опять меня не понимаете. Речь идет о ВАШЕМ начальстве. - О моем?! - Кай был искренне изумлен. - Вы что, серьезно полагаете, что моему руководству больше делать нечего, кроме как следить за личной жизнью своих сотрудников? Кай не стал уточнять, какое руководство - из Управления или Налоговой Службы он имел в виду, справедливо полагая, что сказанное в равной мере относится к обоим. Джейн подняла голову и в упор посмотрела на Следователя. - Это не пустые опасения, Кай. Когда-то давным-давно и очень далеко отсюда один человек уже поплатился жизнью за то, что любил меня. Видно, это расценили как слишком большую нелояльность к руководству разведслужбы Метрополии. Он, кстати, тоже, как вы, работал не торговцем подержанными автомобилями, а в более серьезной фирме. - Вы имеете в виду Майкла Донахью? - с трудом сглотнув вдруг застрявшую в горле слюну, деревянным голосом спросил Кай. Ему вдруг подумалось, что у Джейн за время ее карьеры разведчицы могло быть гораздо больше близких знакомых, чем он предположил вначале. - Что?!! - теперь настала очередь Джейн изумляться. - Вы знаете о нем? - Да, в определенной мере. И, кстати, при чем тут начальство Майкла? Его же ликвидировали ваши коллеги, так сказать, сестры по вере. - Что вы такое говорите, какие коллеги? Это была авария - корабль разбился при посадке. - Ну да, авария, но подстроенная. - Людьми Внешней Разведки Федерации. Я же знаю, что эсминец выполнял спецзадание, и в команде были только профессионалы спецслужбы. Наших девочек туда бы и за километр не подпустили. Ни одна из агенток Химеры при всем желании не смогла бы проникнуть на секретную базу Космофлота! Воистину, Кай, ваша неприязнь к жительницам Химеры уже достигла максимума, и вы готовы обвинить бедных женщин во всех грехах вплоть до убийства. Кай недоуменно уставился на свою собеседницу. Ему как-то не приходила в голову мысль, что Джейн могла так и не узнать о роли "птичек" в гибели ее жениха. - Вы что, не читали воспоминания Анны Альбертс? Ну, эту... "Чайку по имени...", по поводу которой у вас было так много шума? Джейн недоуменно покачала головой: - Когда вышла эта книга, я работала на Аделаиде. И потом... Мне не хотелось брать эту книгу в руки. Я и так слишком хорошо знаю, как Матернальная Республика пыталась отколоть Харур от союза с Федерацией и что из этого вышло. - Какого черта вас занесло на Аделаиду, в тот ужасный мир? - Кай подумал, что биография Джейн, пожалуй, сгодится на материал для двух-трех романов. Та пожала плечами: - Матерям вдруг позарез понадобился материал по тамошним мутантам, и я добывала сведения о генетическом оружии. А потом, когда я вернулась, здесь уже заканчивалась кампания по разоблачению книги Анны, и последний пепел от сожженных мемуаров был прилюдно развеян над Священными Горами. Конечно, если бы я захотела, то умудрилась бы достать экземплярчик из спецхрана, но... я не захотела. Тогда было еще слишком больно бередить незажившую рану. И потом... Понимаешь... Понимаете, Следователь, есть что-то мерзкое, гнусное - торговать вразнос своими воспоминаниями о том, как провалила дело, которое тебе поручила Родина... делать бизнес на чем-то таком, что стало частью тебя самой. Пусть даже автором движут наиблагороднейшие побуждения... Что-то есть в этом... нечеловеческое... - А сейчас? - Кай пытливо взглянул ей в лицо. - Вы остались при своем? Джейн кривовато усмехнулась и слегка вспыхнула: - Вы что, хотите обвинить меня в забывчивости? Не стоит стараться - Майкл навсегда останется у меня в сердце, разве что боль при воспоминании о нем стала другой - тупой и ноющей вместо обжигающей, как прежде. Теперь я гляжу на те события словно сквозь слой воды - все видно, но как-то размыто и отстраненно... А почему вы спросили это? Из любопытства? - Вы полагаете, я настолько толстокож, что способен ради любопытства бередить ваши раны? Нет, просто я раскопал кое-что по тому давнему делу и сейчас раздумываю, стоит ли вываливать это грязное белье на вашу голову. Проще, а главное - привычнее, винить во всем жестоких и бездушных мужчин, чем внезапно удостовериться, что твои лучшие подруги могли нанести удар исподтишка. Так, может быть, лучше прекратим этот разговор? Кай увидел, как вспыхнули злым огнем дотоле печальные глаза его собеседницы. - Нет, мистер Санди, чего уж там, вываливайте ваши доказательства. Кай молча положил перед Джейн потертый экземпляр "Чайки" и, чуть поколебавшись, добавил еще один козырь "сверху" - листок распечатки письма от "Лохматого Кунца", полученный им вчера по каналу подпространственной связи. * * * Громко хлопнула коридорная дверь, стихли на лестнице быстрые шаги Джейн, а Кай никак не мог собрать воедино разбегающиеся, как муравьи, мысли. Внезапно, яркой вспышкой его сознание осенила догадка о причине столь поспешного ухода мисс Гранж. - Господи, она же ее укокошит! Как пить дать убьет. Что же я наделал? Торопясь и не попадая от волнения штекером компьютера в разъем телефона, он подсоединил к нему свой ноутбук и набрал нужный номер. - Мисс Альбертс, вы меня не знаете, но ради Бога, послушайтесь моего совета: хотя бы на час покиньте свой спортзал. Кто я такой и почему? Я же говорю, что вы меня не знаете, но вспомните вашу книгу и то, что у некоторых людей остались обязательства по отношению к вам. А сейчас настало время платить по ним... Да убирайтесь же оттуда поскорее, если вы дорожите своей жизнью! - Кай с силой грохнул на рычаг телефонную трубку и только теперь осознал, что он наделал. Перед его глазами до мельчайших подробностей всплыла та кошмарная сцена в Лабиринте... или все-таки на Люцифере - теперь это было уже не так важно. Гораздо важнее для него было то, что опять из-за его вывернутого наизнанку чудовищно раздутого чувства справедливости он снова подставил женщину, которую любит. История повторяется, причем на самых идиотских моментах. Господи! Что он наделал! Ведь Чайка - тертый калач, из исполнителей. Она же может запросто укокошить Джейн. Какого черта он ее предупредил? Кай рванулся к двери, потом на мгновение замер, вернулся к столу, выдвинул ящик, потом задвинул его назад - нет, табельное оружие брать с собой не годилось: в городе - патрули, чрезвычайное положение... "Видеокамера", так и не пригодившаяся ему в Лабиринте, была в этом смысле неважной заменой - съемки на улицах были запрещены рескриптом ее превосходительства фрейлейн Глюк впредь до особого распоряжения, и мужчина без чадры, оснащенный приспособлением вроде этого, просто должен был незамедлительно очутиться "где следует". Плюнув с досады, Кай сунул в карман типовую "хлопушку" - оформленный под электрокарандаш мини-разрядник на десять выстрелов и сломя голову выскочил из номера. * * * Девушки в расшитых всеми цветами радуги кимоно, отчаянно крича, налетали друг на друга, лупили кулаками и ногами, валили на пол, добивая пятками. Это напоминало петушиные бои. Вот вам и курятник. Только вместо кур озверевшие цыплята. Федеральный Следователь ухватил за рукав пробегавшую мимо девчушку лет двенадцати: - Где ваш сенсей? - К ней пришла посетительница, и они пошли в тренерскую комнату, - девушка указала в глубь помещения. Кай бросился по коридору. По дороге он больно ударился коленкой о перевернутую вверх ногами тумбочку, и сердце заныло от недоброго предчувствия. Покосившееся треснутое снизу зеркало, разбитая напольная ваза и опрокинутый цветочный горшок недвусмысленно обозначали путь, по которому только что прошли, мило, надо полагать, беседуя, две бывшие коллеги-разведчицы. Кай вытащил из кармана разрядник и осторожно приблизился к последней полуоткрытой двери. Больше всего пугало то, что звуков боя не было слышно. Неужели он опоздал? Кай рывком дернул ручку на себя и остолбенело замер на пороге. Джейн и Анна, в потрепанной и местами порванной одежде, сидели, обнявшись, на диване и тихо рыдали. * * * - И все же я на вашем месте выспался бы... - с глубоким унынием в голосе посоветовал Тод. - Куда вы рветесь-то? Вот Учитель рвался, рвался да так и сгинул - там... ВОВНЕ... - Гос-с-споди, как ему удалось? - поинтересовался Дирк, заглядывая в подсвеченную услужливым факелом Бирна стальную нору. - Собственно, отверстие это здесь уже было... - тяжело вздыхая, пояснил Тод, - в нем вкручено было вот это, - он факелом подсветил громоздящийся в темноте неподалеку цилиндр - ему по пояс - с тускло поблескивающими желобками нарезки по бокам. - Мастер соорудил это вот, - теперь пламя высветило контуры сооружения, напоминающего некий дикий гибрид конструкций из альбома Древних Мастеров и воплощенных мечтаний деревенского самоучки. - Главное было первые три-четыре оборота своротить, а потом - само, как говорится, пошло... А там дальше - мы маскировочную дверь соорудили, со своим замочком... Вы бы хоть посмотрели, как устроен замочек. Мастер, перед тем как соваться... Лики посмотрел. Потом взглянул на Дирка. - Позаботься о Злюке, - тихо попросил он. Злюка сыто и преданно икнул. - Не рискуй зря, - посоветовал Дирк и похлопал Лики по плечу. - Как я завидую вам... - с горечью в голосе произнес Бирн. - Как тягостно мне в этой тюрьме, которую я обрел вместо свободы... Я с радостью пошел бы туда - ВОВНЕ, Мастер, но обязательства перед искусством заставляют меня остаться здесь, во Дворце Тайн, до тех пор, пока я не искуплю свой грех - грех формализма... Я должен создать изображение Высокородного, достойное его... Теперь, когда Судьба подарила мне такую возможность... "Чем были мы, тем и остались, - с тоской подумал Лики. - Муравьишками пред Стопой Величия... И даже в изгнание с собой своего монарха прихватили..." Он вздохнул и нырнул в лаз... Следует сразу оговориться, что воспоминания участников Великого Побега часто расходятся самым радикальным образом. Из них наибольшее доверие внушает бесхитростный рассказ Мастера Лики, который неоднократно повторяется, варьируя в мелких деталях, в изложении тех, кто удостоился чести послушать его беседы вечером, за стаканчиком-другим дурной воды, - а рассказывал он эту историю всем, кому не лень было слушать. Иногда Мастер что-то добавлял, иногда - убавлял. Будем снисходительны к нему и постараемся сохранить нетронутым его безыскусный стиль. * * * Лики чуть не рванулся назад, испугавшись огромной гулкой пустоты, разверзшейся вокруг. Пустота была наполнена мерцающим, пыльным сумраком, скрипами и скрежетами, приходящими откуда-то из бесконечности. "Мир без солнца? - подумал он. - Или просто ночь?" Набравшись мужества, Лики снова шагнул вперед. Глаза его привыкли к сумраку, и Лики уже различал уходящую ввысь и теряющуюся во мраке стену скалы, к которой примыкала стальная крыша Дворца Тайн. "Дверь" глухо щелкнула за его спиной, но ему было все равно - теперь он был уверен, что справится с замком. Где-то позади слышалось басовитое гудение каких-то мощных механизмов, и Мастер решил выяснить, что это такое. Он обогнул вздымающийся вверх пилон, потом прошел по узкому проходу металлического желоба и очутился на ровной и гладкой площадке, огороженной высоким бетонным забором. За ним виднелось нагромождение чего-то, напоминающего сваленные в кучу, недоделанные, да так и окаменевшие чудовищной керамической гроздью горшки, изготовленные гончаром-гигантом - с княжеский замок размером каждый. Теперь гудело так, что у Лики заложило уши. Этот звук издавали около дюжины боевых геликоптеров весьма странного вида, медленно перемещающихся по летному полю. За свою жизнь Мастеру довелось видеть много разных летательных машин, хотя бы во время Третьей Войны, когда столицу бомбили воздушные корсары Лоста, но таких аппаратов он еще не встречал. Огромные - размером с "дальнобойный" бомбардировщик - вертолеты были вызывающе окрашены устрашающими желто-черными вертикальными полосами, над которыми возвышались две пары то ли узких крыльев, то ли широких винтов. Шесть мощных телескопических опор удивительно легко перемещали по полю тяжелые машины, а спереди, под отливающей цветным стеклом штурманской будкой, торчали почему-то загнутые, угрожающего вида турели пулеметов. Людей, однако, нигде не было видно. Одна машина неподвижно стояла неподалеку и, судя по всему, была покинута экипажем. На всякий случай пригибаясь пониже, Лики прошмыгнул за грудой странного вида контейнеров к стоящему вертолету. Чем черт не шутит, - может быть, Дирк сумеет управиться с этой штукой, и тогда у них появится шанс удрать из мрачной тюрьмы... Вблизи машина оказалась еще больше, чем он предполагал, - в нее запросто мог поместиться целый десантный взвод с полным вооружением, да еще и броневик в придачу. Только вот входные люки были так тщательно задраены, что Лики, как он ни старался, не мог их обнаружить. Что было значительно хуже - машина медленно и неуклюже шевелилась, словно стремясь поудобнее устроиться среди окружавших ее зарослей. Поверхность машины была усеяна торчащими наружу стержнями - то ли антеннами, то ли пулеметами - хотя нет, для пулеметов их было многовато, да и дульных отверстий по крайней мере снизу не было видно. А вот залезть наверх, цепляясь за них, было Лики вполне по силам - в чем он смог вскоре не без труда убедиться. Уже оказавшись там, наверху, Мастер неожиданно почувствовал сначала чуть заметное, а потом вполне ощутимое подрагивание фюзеляжа. Это могло означать только одно - разогрев двигателя! Чертыхаясь, Лики взглянул вниз, примериваясь, как ему получше спуститься обратно, как вдруг заработали крылья-лопасти и мощный поток воздуха намертво придавил его к поверхности вертолета. Лопасти двигались все быстрее и быстрее, пока не превратились в сияющий ореол, потом телескопические шасси приподняли брюхо машины над полем, и машина взмыла в воздух. Геликоптер мчал его вдоль сумрачных скал, под жутким - без солнца - небом, но мчал к свету! Мастер и глазом моргнуть не успел, как яркие потоки хлынули ему навстречу. Сначала Лики подумал, что они несутся к огненному облаку - ужасно длинному, узкому и становящемуся все ярче, но почти сразу же сообразил, что это вовсе не облако. Длинная, невероятно громадная щель, ведущая из мира сумрака прочь - в мир света. Еще мгновение, и они были там! Когда глаза привыкли к яркому свету, Мастер чуть не выпустил спасительные стержни, удерживавшие его на броне геликоптера: его ошарашил чудесный и таинственный мир, лежащий вокруг. Кроме цветов и запахов, он был полон звуками - шелестом листвы, шумом ветра в бездонной вышине неба, криком неведомых существ, обитающих здесь. Он летел один в полную неизвестность, теперь уже окончательно затерянный в таинственном мире Спонсоров. Опираясь ногами на упругий штырь внизу и стараясь не потерять при этом равновесие, Лики оглянулся, бросив прощальный взгляд на Замок, где остались его друзья. В багровых лучах заходящего светила торжественно и мрачно над лесом возвышалась гигантская громада скального мыса, рвущегося в небо. Она стремительно уменьшалась в размерах и через несколько минут окончательно скрылась из виду за густыми кронами исполинских деревьев. Лики едва не пропустил самое впечатляющее событие в этом полете: геликоптер чуть не столкнулся с летающим танком! Лики не видел в жизни ничего подобного. Закованное в изумрудную броню чудовище с пронзительным ревом пронеслось мимо, обдав его горячим воздухом. Округлые крылья, под которыми бешено вращались несущие винты, со свистом рассекали воздух. Красные лучи заката, отражаясь от зеленой танковой брони, образовывали замысловатый узор, меняющийся словно в калейдоскопе. В течение полета он еще несколько раз встречался с летающими машинами столь причудливой формы, что потерял способность чему-нибудь удивляться. Он понял только одно - этот мир был совсем не похож на его собственный. Между тем солнце наполовину скрылось за лесом, и как-то сразу ощутимо похолодало. Пронизывающий ветер бил по лицу, студил онемевшие пальцы, унося из стынущего тела остатки дневного тепла. Лики понял, что еще десять минут - от силы четверть часа такого полета, и он больше не сможет удерживаться на броне машины. Он не без труда освободил левую руку и заколотил ею по обшивке. Кем бы ни были сидящие внутри люди, но Мастер предпочел бы сейчас встречу хоть с самим Сатаной, хоть с Черным Вырком этому полету над бездной. Однако его стук остался безответным - он только отбил кулак о пупырчатую броню геликоптера. Тогда Лики навалился всей тяжестью на свой штырь и попытался его раскачать. Вертолет тут же сделал резкий вираж влево, и ступни Лики повисли в пустоте. Он отчаянно замолотил ногами в воздухе, пытаясь на ощупь отыскать ускользнувшую опору, но вертолет, словно взбесившись, начал мотаться из стороны в сторону так, что Лики оставил свои безуспешные попытки. Он думал только об одном - сколько времени он еще сможет цепляться ослабевшими руками за вибрирующий штырь и что будет, когда силы его оставят. К сожалению, это произошло очень быстро. Гораздо быстрее, чем хотелось бы. Его летательный аппарат внезапно завис на одном месте, и Лики, не удержавшись, с криком провалился в темнеющую бездну под ногами. Ему казалось, что он падал бесконечно долго, хотя, быть может, падение продолжалось считанные секунды, но, как бы там ни было, любая неприятность имеет свой конец. Для Лики таким концом явилась упругая наклонная плоскость, на которую он скользнул с высоты. Гибко прогнувшись, она слегка отклонила его падение в сторону и, как выяснилось позднее, тем самым спасла ему жизнь. С ходу пробив собой невесть откуда взявшуюся в лесу сеть, Мастер почти плавно грохнулся в небольшой пруд, подняв фонтан брызг. Проклиная свое любопытство, толкнувшее его на поиски выхода из лабиринта, сумасшедшего пилота, Всеблагих Спонсоров и всех известных ему богов как Верхнего, так и Нижнего Миров, сморкаясь и отплевываясь, Лики с трудом доплыл до берега и совершенно обессиленный рухнул на влажную землю. Если это и есть тот самый Рай, о котором он мечтал, то, пожалуй, лучше бы ему остаться в своей маленькой комнатке на Нижних Ярусах. Там хоть было тепло, да и паек... Лики почувствовал, как свело истосковавшийся по еде желудок. Он с беспокойством ощупал себя со всех сторон. Все вроде бы было цело. Рядом возвышалась огромная скала из бугристого, покрытого налетом лишайника гранита. Лики прикинул глазами траекторию своего полета с небес, и во рту вмиг пересохло от пережитого заново ужаса падения. Если бы вон тот громадный зеленый полог не оказался у него на пути, лежать бы ему сейчас бездыханным как раз на вершине этого валуна - он по детской, забытой, казалось бы, навек привычке вознес молитву Великому и Пресветлому и огляделся по сторонам. Он лежал на берегу небольшого водоема, вокруг которого возвышались редкие заросли каких-то незнакомых растений. От мокрой земли шел запах гнилья и сырости, от воды несло свежестью. Лики поежился и взглянул в быстро темнеющее небо - надо было подумать о ночлеге. Он разглядел впереди более сухое место и направился туда, опасливо озираясь по сторонам. Солнце - совсем не такое Солнце, как т-а-м, внизу... - уже село, но верхушки громад деревьев на западе еще отливали жидким золотом, и Мастер на миг остановился, пытаясь сориентироваться, понять, откуда он прилетел. О том, сколько времени у него может занять обратное путешествие, он старался не думать - главным сейчас были хоть сколько-нибудь сносный ночлег и хоть какая-нибудь пища. Вопрос с ночлегом решился на удивление быстро - недалеко от воды Лики обнаружил довольно просторный пустой дом. Он был построен в виде спирально завитого лабиринта и отделан весьма красивым, отливающим всеми цветами радуги камнем, напоминающим полированный мрамор. По рассказам Дирка, таким материалом был отделан дворец Деррила. Мастер набросал на каменный пол охапку листьев и без сил рухнул на импровизированное ложе. Уснул он почти сразу и первую ночь спал без сновидений. Проснулся он внезапно - от гомона, доносившегося снаружи. В лесу на все голоса разорялись какие-то существа. Свист, скрежет и мелодичное пение сотен обитателей этого мира сливались в невообразимый шум. Дрожа от холода, Мастер выбрался наружу. Теперь, наутро, все выглядело более привлекательным, чем накануне вечером. Солнечный свет тысячами радужных бликов играл на водяных шарах, в изобилии разбросанных тут и там - на широких листьях, на стволах деревьев и просто лежащих на земле. Никогда еще в своей жизни Лики не видел столько воды - его пересохшая глотка еще помнила нормы карточного распределения этой священной жидкости. Он несмело подошел к ближайшему шару и осторожно прикоснулся к нему рукой, не исключая того, что перед ним лишь мираж. В тот же миг поток чистейшей холодной воды хлынул ему на голову и плечи. И хотя за ночь он изрядно продрог, этот утренний душ не испортил ему настроения, а лишь взбодрил. Вот только есть хотелось неимоверно. Лики повертел головой - нос подсказывал, что где-то поблизости есть еда. Он ощущал тонкий и восхитительный аромат незнакомых фруктов. Взбежав на пригорок, в полусотне шагов от себя он увидел огромный красный шар неправильной формы, слегка покачивающийся на гибком изогнутом стержне. Поверхность шара была усеяна золотистыми зернами. Мастер боязливо приблизился к этому чуду и попытался отделить одно из зерен. Оно было твердым на ощупь и тяжелым, и, пока Лики ворочал его, пытаясь отделить от основной массы, его руки наполнились липким розовым соком. От пряного аромата кружилась голова, и голодные спазмы сжимали желудок. Махнув рукой на возможные последствия, Лики оторвал истекающую соком красноватую мякоть и отправил в рот приличный ее кусок. Он чуть не захлебнулся собственной слюной. Вкус у этого плода был просто восхитительный! Он стал отламывать куски ароматной плоти и набивать ими рот. Минут через десять, весь измазанный липким и сладким соком, Мастер в изнеможении отвалился от чудесного шара. Пожалуй, так можно жить! Он с трудом дополз до ближайшего водяного шара и бессильно боднул его головой. Поток воды смыл с него остатки пиршества и порядком освежил. Солнечные лучи насквозь простреливали редколесье, окружавшее озеро. Кустарник светился изумрудной зеленью. Здешнее веселое и мощное солнце ничуть не напоминало их тусклое и безжизненное светило, неспособное что-либо согреть и оживить. В этот миг Лики окончательно понял, что сделал правильный выбор, рискнув сесть в Последний Вагон. Отдохнув, он отправился в путь. Из книг, найденных в Замке, он помнил, что здешнее солнце восходит в противоположном от заката месте, и после некоторых размышлений выбрал себе ориентиром гигантский ствол огромного дерева, растущего почти на горизонте. Где-то за ним должны находиться его друзья. Он подобрал с земли обломок палки и пошел в обход озера, стараясь не терять из виду заветное дерево. Через полчаса шум впереди заставил его притаиться в зарослях. Прямо перед ним, тяжело ворочая механическими ногами, прополз броневик, наподобие полицейского, только несколько другой формы и с необычной лобовой броней. Да и двигался он как-то уж совсем неуклюже - переваливаясь с бока на бок. "Каково там приходится ребятам внутри? - подумал вжавшийся в землю Лики, и вдруг неожиданная мысль молнией осветила сознание. - А ведь, похоже, что внутри никого нет. Это же роботы, Мать Великая! Сдается мне даже, что биороботы. Поко, покойник, помнится, рассказывал как-то про такие штуки... - Лики еще пристальнее присмотрелся к неторопливо ползущему куда-то по своим делам броневику, и новая, на этот раз уж совсем еретическая мысль обожгла мозг: а не Спонсор ли сейчас проехал перед ним? Ведь знать-то он не знает, как эти самые Спонсоры выглядят, какой имеют облик. - А может, - тут у Лики все похолодело внутри и пот холодный на лбу выступил, - может, они вообще в другой мир попали, а вовсе не к Спонсорам? Ведь, когда та заваруха со стрельбой пошла, и экипаж из игры выбыл, наведение у них нарушилось, и Дирк еще сказал, что, мол, летим мы, ребята, похоже - в задницу..." Он полежал еще немного, пока броневик окончательно скрылся из виду, и на негнущихся ногах продолжил свой путь. Много разных диковин встретил Мастер Лики по дороге. Иногда ему попадались белые, с грязно-бурыми потеками скалы, круто уходящие к небу. Поверх них лежали огромные темно-коричневые глыбы, влажные от покрывающей их слизи. Как заметил Лики, эти округлые скалы-столбы были излюбленным прибежищем отвратительных студнеобразных чудовищ, похожих на безобразно растолстевших безглазых змей. Один раз он встретил исполинское растение, пожиравшее обитателей здешнего мира. От высокого ствола в разные стороны тянулись толстые трубы, заканчивающиеся резервуарами со сладким соком и окруженные чувствительными щупальцами. Лики сам чуть не попался в эту ловушку, но, по счастью, его опередило какое-то местное крылатое существо, пожелавшее полакомиться сахарным сиропом. Как только оно прикоснулось к одному из щупалец, края ванны захлопнулись, и через четверть часа потрясенный Лики увидел в бассейне лишь пустую оболочку несчастного существа. К вечеру его путешествие едва не закончилось трагически. Сеть - точно такая же, как та, что спасла ему жизнь при роковом падении с брони геликоптера, - явила себя адской ловушкой. Сначала Лики показалось даже смешным, что он никак не может выпутаться из усеянной лучезарно светлыми и громадными каплями росы сети. Но "роса" оказалась коварно-липким, сковывающим движения клеем, а каждая новая попытка Лики избавиться от проклятого наваждения приводила к тому, что он все прочнее и прочнее закутывался в чертову путаницу липких канатов. Когда же он приостановил свое барахтанье и поднял глаза на массив нависшей над ним сетчатой громады, ужас охватил его: быстро перебирая суставами несущего механизма, прямо по сети к нему стремился сам Черный Робот, тот самый - из мастерски снятых триллеров и страшных снов... Ничего разумного не было в этой восьминогой громаде, поблескивавшей глазищами-кристаллами, беспорядочно - так показалось Мастеру - раскиданными по приплюснутой, словно башня танка, голове. Внушавшие ужас, воздетые в хищном азарте клещи-манипуляторы тускло блестели. И странно - сама мысль о том, что ему придется принять мученическую смерть героя комикса для маленьких детишек, придала Мастеру сил и вернула ясный рассудок. Лики вспомнил, что как-никак, а он является потомком многих поколений Мастеров. А Мастер никогда не расстается по крайней мере с каким-нибудь одним из своих инструментов. Лики не расставался с ножом - не боевым, а вполне заурядным, тем еще, которым его брат-наставник выстругивал ему в детстве первые игрушки. Памятным. Удивительно, как легко далась ему, казалось бы, неразрешимая секунду назад задача - стоило только взять себя в руки. Уверенными движениями Мастер рассек несколько почти уже спеленавших его нитей и рывком откатился в сторону. Но спасенным себя не почувствовал. Уже знакомый ему зудящий гул надвинулся на него с небес. Продолжая обрубать остатки сковывавшей движения сети, Лики перекатился еще и еще раз - ближе к валуну, который мог служить мало-мальски надежным укрытием, потом обратил свой взгляд в небеса и обмер. Боевой геликоптер - тот или точно такой же, как тот, что так успешно доставил его за тридевять земель от друзей, шел на снижение прямо ему на голову! Тут уж не оставалось ничего, кроме как зажмуриться покрепче. Однако действия воздушного пирата не понравились Черному Роботу, и какое-то время Лики, приоткрыв то один, то другой глаз, наблюдал за отчаянной схваткой гигантских существ. Досталась ли победа авиации или наземным силам, Лики так и не уяснил - жесткие захваты сошлись на его боках, и земля стремительно провалилась вниз... Отчаяние снова охватило полузадушенного Мастера. Ему не оставалось почти никакой возможности изменить позу и освободить от захвата хотя бы одну руку. В промежутках между тщетными попытками это сделать он пытался сориентироваться в направлении полета своего похитителя и в проносящейся внизу местности. Исхитрившись повернуться в немного более удобное положение, он тут же был наказан за это судорожным сжатием ослабевшего было захвата, но зато сумел бросить взгляд вперед, по направлению полета. И только сжатые почти до отказа бока не дали ему испустить радостный крик: прямо впереди по курсу, вырастая на глазах, возвышалась скальная гряда, рассеченная той самой щелью - проходом в мир теней и сумрака. Он заранее закрыл глаза, адаптируясь к предстоящей смене освещения. Тьма окружила его, а затем - когда отверстые глаза Мастера стали вновь воспринимать окружающий мир - вдали выросла, стремительно приближаясь, громада стального замка-лабиринта. Похоже, что он и был целью полета его похитителя. Тот действительно сделал круг над замком, круто развернулся и пошел на снижение. Лики успел рассмотреть несущееся ему навстречу уже виденное раньше нагромождение округлых глинобитных зданий, теснившихся там, где стальная крыша замка переходила в отвесную, шероховатую скалу. Еще он успел увидеть походный шатер и знамя рода Деррилов, развевающееся чуть поодаль - там, где должна была располагаться "дверь", через которую он почти двое суток назад покинул зловещий лабиринт. Впоследствии в своих мемуарах участники Великого Побега по-разному описывали заключительную часть отчаянного путешествия Мастера Лики. По его собственным словам, он был заточен летучим чудищем в один из глиняных шаров-гигантов, откуда и выбрался вполне самостоятельно, - орудуя своим верным ножом и полагаясь на природную смекалку, - а затем, в трезвом уме и добром здравии, только слегка помятым и извозившимся в грубой глине предстал перед радостно ошеломленными товарищами, из которых более всего его появлению был рад верный Злюка. Высокородный Тоод Деррил в своих ядовитых "Мемуарах экс-тирана" не преминув подчеркнуть свою судьбоносную роль в истории Великого Побега, утверждал, что на второй день поисков бесследно пропавшего Мастера посланные им лично разведчики, следуя за неожиданно встревожившимся Злюкой, вдруг услышали какие-то нечленораздельные звуки, доносившиеся из чрева одного из гигантских керамических резервуаров. Взломав его верхнюю часть, они обнаружили внутри своего товарища - живого, но не вполне вменяемого. Впрочем, ушат холодной воды из источника, открытого отважными разведчиками, и содержимое сокровенной фляги Деррила быстро привели расстроенные нервы Мастера в норму. Гвардии генерал Дирк в своих воспоминаниях просто цитирует дневник: "Наконец-то нашелся Лики. Меня крайне тяготили мысли о его судьбе". Впрочем, краткость дневниковой записи, видимо, обусловлена событиями, последовавшими почти сразу вслед за возвращением Лики, - событиями великими и ужасающими. Глава 8 В КОТОРОЙ ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ И ВООБЩЕ ВСЕ СТАНОВИТСЯ С НОГ НА ГОЛОВУ - Нет, я не могу вам приказать этого... - Федеральный Следователь снова потер нос - верный признак недобрых предчувствий, одолевавших его. - Но сам вынужден... пойти на несколько экстраординарные меры... - Я в ужасе, - Моррис чуть иронизировал, но по голосу его чувствовалось, что он действительно не на шутку перепуган выбором, который ему предлагал сделать Кай. - Это вы-то - оплот целомудрия, законник из законников - сначала крутите флирт с приставленным к вам агентом - простите, агентессой, если такое слово есть в словарях, - а затем собираетесь в открытую нарушить приказ фрейлейн коменданта? Бог мой, в каком обществе приходится мне коротать свой век!!! - Не ерничайте, Моррис. - Кай хрустнул суставами пальцев. - Уж вы-то хорошо знаете, что маленькие слабости человека могут стать непреодолимой силой... Что же касается комендантского рескрипта, то он недвусмысленно адресован гражданам Химеры, каковыми мы не являемся. Так что формально запрет на выезд из Дизерты на нас не распространяется... - Ваше уважение к закону меня потрясает, Следователь! - Моррис демонстративно развел руками. - И впрямь, с точки зрения крючкотворов рескрипт не для нас писан. Что не помешает амазонкам-часовым пристрелить нас, как только мы поставим м-м... наш маленький правовой эксперимент... Почему вы так скептически относитесь к гораздо более надежному варианту - тому, который вам предлагают через несравненную Джейн? Боитесь, что бесплатный сыр встречается только в мышеловках? - Я не был бы так настойчив, если бы дело не шло о жизни людей. По крайней мере одного человека. - Кай поднял со стола и задумчиво повертел в руках трубку-передатчик спецканала. - Барух не вышел на связь. А мы с вами кое-чем ему обязаны. Оба - выходом из Лабиринта, а вы - еще и дефицитным препаратом для вашей подруги... Но дело даже не в этом. Вся информация, которая просочилась к нам через наших подруг, милейшего герра Карла и предпринимателя Циммермана, содержит прямые или косвенные указания на роль Спецпоселений в обороте ТОВАРА. И похоже, что сам товар этот - не что иное, как люди... - Я от этого ТОВАРА стану полным идиотом! - с досадой вскричал Моррис. - Согласен со всеми вопросами, которые у вас вызвала версия, подсказанная нам Карлом-Фердинандом, но не могу придумать ни одного разумного объяснения... Нет в нашем мире возможности нанимать и продавать в рабство столько специалистов в области высоких технологий, чтобы этим могла кормиться целая планета - даже такая миниатюрная, как Химера, да притом еще так, чтобы никто об этом не дознался десятилетиями... Ни в каких подземельях невозможно скрывать тайные институты и опытные производства таких масштабов... Знаете - я начал подумывать, что, может быть, тут у них - какое-нибудь окно в параллельный мир прокручено? После того, что я видел в Лабиринте... Это - не самое глупое, что мне теперь может прийти в голову... - Я охотно поверил бы, что тут под боком у нас запрятан туннель в другие миры или на тот свет. - Кай вынес из мини-кухоньки, служившей приятным дополнением к апартаментам, выделенным для господ инспекторов, поднос с чайными чашками и начал заботливо опускать в дымящийся кипяток пакетики с заваркой. - Однако, - продолжал он, - даже добытых с того света кудесников тонких технологий надо кормить, поить, обеспечивать документами, действительными в Обитаемом Космосе, и - заметьте - доставлять в распоряжение заказчиков под носом у дюжины - не меньше - компетентных служб и весьма любопытных налоговых инспекций и просто у орды народу, в которой не так уж много лиц, лишенных зрения и слуха... - А вот еще одна версия, - увлеченно продолжил Моррис, которому явно не хотелось возвращаться к той скользкой теме, с которой начался этот разговор. - Они их здесь клонируют - раздобыли банк генов гениальных ученых и торгуют оплодотворенными яйцеклетками направо и налево... А преступные покупатели выращивают несчастных рабов в каких-нибудь подземельях. Может быть, вообще - без рук, без ног - за ненадобностью, а одни только головы в горшках, словно кактусы - прямо у конвейера... Как вам такая версия, а? - Вам вредно долго не употреблять спиртного, Моррис, - поставил свой диагноз господину Первому Аудитору его напарник, - острая нехватка алкоголя в организме вызывает у вас неудержимый полет фантазии... С элементами бреда. Вспомните, отправляясь с Земли, вы смело утверждали, что не любите рассуждений, не базирующихся на непосредственном знакомстве с фактами... - Ну, знаете... - Моррис пожал плечами и принял из рук Федерального Следователя чашечку свежезаваренного "Липтона". - На милой Химере мы познакомились с такими фактами и фактиками... Теперь я убежден, что только безумная гипотеза может объяснить всю эту экономическую фантасмагорию, происходящую на этой дурацкой планете... - И только чиновники Министерства Финансов позволяют себе забыть, что приобретенные признаки - я имею в виду технологические знания - не наследуются через гены. А то, что наследуется - способности и наклонности, - ценятся далеко не так дорого... Правда, я мог бы вам рассказать немало о случаях торговли генетическим материалом и человека, и других созданий Божьих, но все это - из другой оперы... Биопластика, пересадка органов, конструирование суперчемпионов и суперсолдат... Даже адаптация модифицированных "хомо сапиенс" к условиям иных миров. Но не то, что вы имеете в виду... - Мне кажется, что если вы не оторветесь от ползучей эмпирики, то мы просто будем блуждать в потемках до конца пребывания на этой благословенной планетке, - вздохнул Моррис. - Вам не хватает сейчас именно умения игнорировать обыденный здравый смысл... - Я очень ценю вашу критику, Моррис, - сухо парировал Кай. - Но я говорю о другом. Наши гипотезы должны быть по-настоящему безумными, чтобы оказаться верными на самом деле! - Так что же вы предлагаете, Следователь? - Моррис наконец принял серьезный тон - настолько, насколько мог принять серьезный тон потомок бесчисленных поколений рода Де Жилей. - Накуриться гашишу? Принимать ванны из шампанского? Читать до одури Достоевского? - Я уже сказал, что предлагаю нечто гораздо худшее. - Кай осторожно поставил опустевшую чайную чашку на стол. - Я предлагаю нелегально проникнуть на территорию Спецпоселения "Помпея-2". Ей-Богу, я не стал бы так назойливо настаивать на вашем участии в такого рода предприятии, но, прежде чем размораживать внедренную агентуру, я хочу все-таки до конца использовать наши собственные возможности... - Отдаю себя целиком и полностью в ваше распоряжение, Федеральный Следователь, но заранее предупреждаю, что подземный ход до Спецпоселения рыть закончу только в следующем тысячелетии, даже с вашей помощью... И даже, если вы снабдите меня саперной лопаткой. - Вы совершенно забываете о ваших связях, которые так нам помогли уже по части построения гипотез... - Кай отважился наполнить свою чашку вторично и с интересом наблюдал за поведением нового пакетика "Липтона", в нее опущенного. - Постарайтесь под благовидным предлогом найти вашего приятеля с Мелетты... * * * Поминая Шайтана, Айман короткими перебежками преодолел открытое пространство между слабо освещенными сталактитами. Впрочем, возможно, это были сталагмиты - не до подобных наблюдений было ему. По Спецпоселению шла охота. И охотились за ним - Айманом Ибрахимом. Подобной прыти от Сержа и его людей он не ждал. Так же, как не ждал и такой чудовищной гадости от Баруха. Мало того, что хитрец выжил, он еще и выдал затею Аймана с перехватом Отправки. В конце концов... В конце концов, они могли бы найти и общий язык. Вполне могли бы... Конечно, не стоило предпринимать такую прямолинейную попытку избавиться от слишком много узнавшего конкурента, но уж закладывать старого знакомого - последнее дело... Последнее... Тяжело вздохнув, Айман вжался в на редкость неудобную ложбинку, по дну которой в былые дни весело журчал ручеек. От перехода к шлюзовым туннелям его прочно отсекала медленно, но уверенно движущаяся по Большой Пещере цепь дружинников... * * * - Серебряная Бетти, конечно, выиграет схватку со Старухой... - задумчиво констатировала Мариам, - но в отношении наших подопечных она допустила большой прокол... - Ты позвала меня сюда, чтобы болтать о политике? - чуть пожала плечами Джейн. - Просто - несколько соображений по поводу новостей, которые ты принесла мне в клювике... - Мариам поправила подложенную под спину подушку и кивнула Джейн хорошо понятным для профессионалок движением головы. Джейн осторожно вынула из сумочки скалер-подавитель систем подслушивания и надавила кнопку включения. Мариам улыбнулась и тоже вынула (только из-под подушки) почти такой же приборчик и показала его коллеге. Включила и сунула на место. - Политика, знаешь, хорошо отвлекает... - вздохнула она с таким видом, будто ничего не изменилось. - Я говорю: не станут Федералы торговаться ни с кем из Триумвираток. Бетти сама подбросила им слишком много информации через Роззи. А твой Кай все делал вид, что ничего не понимает... Пока и впрямь до него не дошло... А теперь они под шумок расколют этот орешек без всякой помощи... Ты в курсе того, что оба голубка упорхнули? - Да, - кивнула Джейн, - Бет дозвонилась до меня из бункера еще ночью. И, кажется, не поверила ни одному моему слову... Похоже, она даже удивилась, что я сама еще не подалась в бега, пока в городе творится этот бардак... - Ты сама виновата, Джейн, - поработав с тобой, каждый убеждается, что в тихом омуте водятся черти. Здоровенные и злонравные... Естественно, тебя подозревают в таких вещах, в которых ты ни сном ни духом не... Впрочем, чему тут удивляться: у меня в характере тоже такие вот чисто мужские финты... Поэтому я сразу и вспомнила о тебе, когда узнала... В общем, чего тут ходить вокруг да около - я... я кое-что заподозрила, когда Моррис раздобыл для меня эту чертову сыворотку Лонга... Вся медицинская братия, что меня тут пользует, прямо-таки роиться начала - как пчелы в улье... Ну а на меня, конечно, - ноль внимания. Все они глубоко убеждены, что уж в чем-чем, а в медицине мы - ни бум-бум. Здесь же весь народ - наемный. Порядочных медиков на Химере не учат - боятся, что сестры узнают слишком много того, чего знать не нужно. Но мы-то с тобой не один год провели "под чужими небесами", как это поется... И нахватались кое-каких знаний, которым в наших школах не обучают... Короче, мне удалось добраться до секретов нашей с тобой Тайны Рождения. - Что, уже и этими секретами стали торговать из-под полы? - удивленно приподняла плечи Джейн. - Да нет, - Мариам слабо махнула рукой. - На Дам-Хранительниц еще вполне можно положиться. Народ старый, закаленный и ко всему еще достаточно безграмотный, чтобы ничего не понимать в ими же охраняемых файлах... Так что из них ничего не выжмешь даже под пыткой - все равно не знают ни хрена. А специалисты в биоблоках - наемный медперсонал, большей частью из Метрополии. Их меняют каждые три года и к системе кодировки данных - на пушечный выстрел не подпускают. Но не они одни такие умные. Пока нас - побывавших за Геостационаром - было раз-два и обчелся, и речи не могло быть о том, чтобы кто-то бесконтрольно мог выполнить цитологический анализ. А теперь... Короче, я в свое время присмотрела нескольких девочек, которых можно было бы основательно прижать за тайное изучение медицины во время пребывания за пределами Химеры, но, грешна, не стала на них давить. Одна из таких вот - Аманда Велес. - Мариам, настороженно оглянувшись, нацарапала взятым с тумбочки карандашом несколько букв и цифр на клочке бумаги. - Ветеринар. Слава Богу, что на обучение ветеринарии запрет у нас снят. Но Аманда только здесь обречена возиться с милыми домашними любимцами. И любимицами. На Океании она получила неплохую подготовку по цитогенетике человека и стажировалась в лучших клинических лабораториях. Я связалась с ней и вручила кое-какие мои анализы. И кое-какие - твои. - Почему именно мои? И откуда они у тебя? - Джейн не скрывала, что разговор все более перестает нравиться ей. - Господи! Да это ведь очевидно! Всем, кроме тебя, разумеется. Ты ведь никогда не интересовалась тем, что о тебе говорят за глаза. Ты у нас - известная гордячка... - Ты хочешь сказать... - Нет, у тебя не растут усы, ты хорошо сложена, и твоей физиономии завидуют многие в отделе... - неопределенно начала Мариам. - Нет... Но - характер, образ мышления... Он нас выдает - таких, как мы... И поэтому я сразу вспомнила о тебе... А анализы... Данные сканирования мазков крови всех сотрудниц отдела, которые бывали ранены и проходили лечение - ты ведь у нас тоже из таких, - хранятся в наших архивах открыто. И до хозяек не доходит, что их можно подвергнуть не только стандартному анализу... - Что значит - "таких, как мы"? - Джейн выпрямилась на стуле и до побеления стиснула взятые в замок пальцы рук... * * * Спасение пришло неожиданно - сперва Айман не понял, что происходит - под сумрачными сводами пещер Спецпоселения, нарастая и дробясь многочисленным эхом, раздался низкий рев двигателя мощного кара. Звуку двигателя вторило спазматическое подвывание сирены - то ли на неведомо откуда взявшемся транспортном агрегате, то Ли на КПП. Неумолимо двигавшаяся вперед цепочка преследователей запнулась. Проклятые громилы стали тревожно озираться, а откуда-то из соседнего грота донеслись крики: "Стой! Стой, стрелять будем!!!" - и ожесточенная перебранка конвойных непонятно с кем и призывы "всем дуть сюда"... Цепь, готовая было сомкнуться вокруг хлипкого убежища Аймана, рассыпалась, и грозные, вооруженные бластерами и карабинами мужики кинулись на подмогу патрулю, контролировавшему въезд в Пещерную Страну. Айман облегченно вздохнул и руслом мелкого ручейка, а потом, почти уже не скрываясь - короткими перебежками, - снова устремился в заросшие сталактитами (а может, и сталагмитами) переходы. Большого оптимизма в отношении того, что ему удастся выбраться из Спецпоселения, он все равно не испытывал. Надо было поторопиться с ликвидацией вещественных доказательств. * * * - Нет, это совершенно невозможно сейчас! - втолковывал командир патруля Карлу-Фердинанду. Карл-Фердинанд невозмутимо восседал за рулем здоровенного контейнеровоза и, как ни в чем не бывало, изображал из себя заправского водилу. Этому способствовал его наряд - строгую "тройку" он заменил на спецовку службы Космотерминала. - В Спецпоселении облава, - разъяснял добродушный, в общем-то, ополченец бестолковому Шнобелю. - Я и так должен вас задержать за то, что вы продули мимо КПП без остановки. А у вас еще на контейнере знак "Радиоактивные отходы"... Поворачивайте оглобли и давайте отсюда как можно быстрее! Давайте, давайте!!.. Не особенно прислушиваясь к аргументам увешанного оружием бородатого мужика, Карл-Фердинанд громогласно требовал немедленно привести к нему Томаза Гвишиани, который тут же все всем разъяснит. - Томаза?! - Тут из кучи собравшихся выделился лысый, неприятного, вида тип, вооруженный, кроме типового бластера, еще и походным дозиметром. - А может, тебе, мистер, еще и Большого Сержа к ноге подать? Вылезай и показывай патрулю, что привез. И без фокусов, дорогой ты наш... Собравшиеся активно загудели в том смысле, что надо бы разобраться с нахальным типом. Нахальным и подозрительным к тому же. Подозрительным и на рожу противным... На рожу противным и рожей этой кое-кому запомнившимся... - А ну - послушайте! - заорал, пробиваясь к эпицентру событий, парень, похожий на похмельного Бахуса. - Я этого пентюха по два раза на неделе здесь вижу. Это тот самый тип, который не вылезает от Торговца! Это сообщение произвело впечатление. Наступила тишина. - Это правда, мистер? - спросил командир, сверля Карла-Фердинанда суровым взглядом. - То, в чем тебя обвиняет Дан? А ты сам, Данила, думаешь, что говоришь? - Я не понимаю, почему, собственно, я должен оправдываться в том, что имею бизнес с господином Ибрахимом? - чуть дрогнувшим голосом возмутился Карл-Фердинанд. Поворот событий явно был для него полной неожиданностью. - Да потому, что его, черта драного, мы уже почти вторые сутки днем с огнем ищем!.. - в бешенстве заорал тип с радиометром. - Ребята, это же - одна шайка! Контейнер ни миллирентгена поверх фона не светлит!! И знак с ошибкой намалеван!!! Только сегодня! Они - свиные задницы - в контейнере старую кочерыжку Аймана на Поверхность вывезти хотят!! А ну, отворяй контейнер, падла!!! Карла-Фердинанда отличала поразительная быстрота и точность реакции. Контейнеровоз рванул с места так, что только чудо спасло с полдюжины зазевавшихся дружинников, которых он непременно размазал бы по неровностям местности. Чудо было представлено стволом бластера, который успел завести ему под подбородок проворно вскочивший на подножку водительской кабины патрульный. Другой дружинник тоже не оплошал, вовремя нажав на спуск "зуды", до того без дела болтавшейся у него на шее. Движок кара - совершенно неслышный, вдруг закудахтал и заткнулся. Заодно вышла из строя вся электроника в радиусе до полукилометра. У многих заломило виски. Не говоря худого слова, патрульный вытряхнул Карла-Фердинанда на зеленую травку и, продолжая подпирать его челюсть стволом, потребовал: - Открывай свою коробочку! И - без фокусов!!! - Там - радиация... - неуверенно воспротивился Карл-Фердинанд. - А вот сейчас и увидим: радиация у тебя там или хренация... - мрачно настоял на своем командир патруля и тычком ствола направил задержанного к заднему торцу контейнера. Карл-Фердинанд тяжко вздохнул и взялся за рукояти сервопривода. Тот, как ему и положено было после удара импульсом "зуды", и не подумал заработать. Дружинникам пришлось навалиться на рычаги впятером. Стальная дверь съехала в сторону, и перед собравшимися предстало удостоверение Следователя Федерального Управления спецрасследований. Удостоверение держал перед собой ничуть не покоробленный пикантностью ситуации Кай Санди, а за его спиной демонстрировал еще какую-то бумагу Моррис Де Жиль. - Дьявол побери! Мне следовало бы догадаться, с кем я имею дело! - Карл-Фердинанд Шнобель бессильно опустился на к случаю пришедшийся пенек. - Можете не разыгрывать изумления, - сухо посоветовал ему Кай, спрыгивая на траву. - Заочно мы давно знаем подноготную друг друга... Мне необходимо видеть Сергея Плотникова, - повернулся он к командиру патрульной дружины. - И Баруха Циммермана - предпринимателя... - А чашечку кофию вам не угодно, мистер? - осведомился компатруля, разглядывая диковинный документ. - Эй, кто-нибудь знает, что за цыдульку мне в нос тычет господин из ящика? Вы такие сами рисуете, мистер, или заказываете по почте? - Это, по-моему, та самая штука, которую в Диснейленде вручают каждому тысячному посетителю, - сострил кто-то из собравшихся. - Вот что, - решительно распорядился компатруля, - всю эту троицу - в комендатуру, с машиной вместе, а ты, Данила, и еще кто-нибудь, гоните за Ройфой - он в таких цыдулях толк знает... Похоже, добрались-таки до нас Федералы... * * * На экране монитора вспыхнула таблица лейкоцитарной формулы. Аманда повела "мышью", и ячейка с нейтрофилами выросла до размеров экрана. - Тут вот какое дело. В принципе и у нас, и у мужчин клетки крови практически одинаковы, а, скажем, эритроциты - те вообще идентичны. Но если взять нейтрофилы - вот эти, фиолетовые, что микробов едят, - она ткнула указателем "мыши" на вспученную на весь монитор клетку с набухшим, сросшимся из трех кусков ядром, - то они отличаются в-о-о-н по тому отростку. Видишь пупырышек? Это и есть женский половой хроматин. Это - демонстрационный файл. А сейчас... Джейн слегка перевела дух и чуть сильнее обычного сжала плечо сестры Велес. - Теперь давай мой анализ. Та пожала плечами и, вздохнув, сыграла на клавиатуре еще несколько гамм. На экране появилась клетка крови Джейн. Точно такая же, как та, которую они только что видели. Только вот женского полового хроматина там не было. Некоторое время обе они молчали. Потом Аманда неуверенно протянула: - Можно еще сделать соскоб слизистой рта. Это - стандартный тест... * * * - Не понимаю, что вы имеете в виду, когда говорите о нашем заочном знакомстве... - Карл-Фердинанд с досадой приналег на ставни маленького - под самым потолком - оконца, но не преуспел и в этой своей попытке проложить путь к свободе. Сложенная из стволов какого-то местного дерева скудно освещенная банька, служившая местом содержания задержанных, была сработана на совесть. - Только то, что не считаю вас за олуха Царя Небесного, способного купиться на экспромт моего уважаемого коллеги, - пояснил наблюдавший за этим его занятием с живейшим интересом Федеральный Следователь. - Ведь это так? - За осла меня обычно не держат, - раздраженно парировал Карл. - А если и держат, то потом об этом горько сожалеют... - Вот и я о том же, - продолжил Кай. - Тогда зачем вам была нужна эта игра? Ведь парочка инспекторов Директората, принятая на самом высоком уровне, явно не те люди, которые станут связываться здесь с подпольной коммерцией. Разве только для того, чтобы затеять какую-то провокацию... Вы же делаете вид, что всерьез проглотили наживку... - Не знаю, как я, а вот ваш уважаемый коллега, - Карл-Фердинанд кивнул на нервно меряющего шагами пространство баньки Морриса, - крючок проглотил и сидит на нем основательно... - Вы не должны были!.. - взвился Моррис. - Я не позволю себя шантажировать... - И правильно сделаете, - заверил его Кай. - Потому что и крючок, и наживка - это уже предмет головной боли моих коллег на Цирцее-Пересадочной... - Вы хот-тите сказать?.. - Моррис повернулся к Каю. - Я хочу сказать только то, что сразу же после нашего приятнейшего знакомства с лицом, представляющим здесь интересы господина президента Республики Мелетта, я навел справки о его - лица этого - деятельности на Химере вообще и в ту незабываемую ночь, когда вы и милейшая Роззи познакомились с Карлом-Фердинандом - в особенности... И узнал преинтереснейшую историю отправки за геостационар некоего дипломатического груза... Контейнера - метр восемьдесят, шестьдесят на сорок... Моррис сел на подходящее бревно, обхватив голову руками. Карл-Фердинанд досадливо крякнул. - Ну и вас вовсе не должно удивлять то, что на Цирцее-Пересадочной груз этот... - продолжил Кай. - Я буду протестовать! - вскипел Карл-Фердинанд. - Вы взломали дипломатическое отправление!! - Груз был вскрыт по форс-мажорным обстоятельствам, - Кай старался говорить спокойным тоном, - на вполне законных основаниях, для составления аварийной накладной, кажется... - Аварийной? - испуганно встрепыхнулся Моррис. - Да, кажется - аварийной... Но - не беспокойтесь: милейшая Роззи не пострадала ничуть. Контейнер господина Шнобеля был неплохо оборудован... Должно быть, не первый раз использовался по назначению. Явно - не самоделка... милейшая Роззи выпорхнула из него, как бабочка из кокона. Здоровая и посвежевшая. Только слегка заспанная. На снотворное вы не поскупились, господин Шнобель. - И теперь... Если Роззи вернут на планету, то Леди Эльсбет не простит ей... И Леди Сью - тем более... - Моррис пошел пятнами при мысли о том, какая судьба ждет его подругу. - Вы напрасно не поделились со мной информацией относительно этой затеи, - заметил Кай, повернувшись к Моррису и продолжая разглядывать низкий потолок. - Сэкономили бы силы и время мне и моим коллегам, а также нервы - милейшей Роззи. - Поймите, Следователь, - вспыхнул Моррис, - это дело носило совершенно интимный характер... Не мог же я ставить вас в неудобное положение, делая соучастником определенного нарушения некоторых формальностей? - Неполной дюжины статей законодательства, - уточнил Кай. - Регионального и федерального. Ценю вашу деликатность. Но Роззи эта деликатность едва не вышла боком. - Карл просто не мог не воспользоваться такой ситуацией... Я неплохо заплатил и... Неужели вы хотите сказать, что я подверг жизнь Роззи большему риску, чем если бы она оставалась на планете? Она пошла ва-банк и полностью доверилась мне... - Да, ее положению не позавидуешь, - согласился Кай. - Когда она поняла, что одна старая ведьма использует ее для того, чтобы накакать, извините за метафору, в суп другой, а поняла она это, я думаю, сразу, ваша пассия, дражайший Первый Аудитор, - Кай сделал реверанс в сторону Морриса, нервно шагающего по их тесному месту заточения, - поняла также и то, что ее ожидает, вне зависимости от того, чья возьмет, и решила использовать эту игру по-своему: сосватала вас Карлу-Фердинанду - известному ей специалисту по части нелегального вывоза людей с Химеры. Но нарвалась только на новый вариант кабалы. Или вы думаете, что наш друг, - здесь Кай многозначительно кивнул в сторону господина Шнобеля, упорно продолжавшего биться со ставеньками, - согласился бы вернуть девице свободу, не заставив вас хорошенько поработать на него? Вы ведь не собирались забрасывать Роззи в Цирцейские поселения? Она, по крайней мере, была бы удивлена, оказавшись на "Цирцее-Пересадочной" вместо убежища на Орбитальном Монастыре. Но теперь ей уже ничего не угрожает... Если бы эти ослы не угробили своей "зудой" региональный ретранслятор, вы могли бы побеседовать с ней прямо с моего ноутбука... - Вы в самом деле собирались меня шантажировать, Карл?!! - Возмущению, наполнившему это восклицание Морриса, не было предела. - За мои же деньги? - Нет, дорогой, я в картишки с тобой перекинуться собирался... Первый раз такого дурня вижу! - с явным презрением к бывшему партнеру бросил Карл-Фердинанд и, отвернувшись, продолжил свои бесполезные потуги расшатать ставню. Потом резко повернулся и заорал почти истерически: - Не принимайте меня за ишака! Я лучше всех на этой идиотской планете понимаю, что тому бизнесу, на котором все здесь держалось со времен Изоляции, скоро конец! Я неплохо заработал на этом деле, пока оно процветало, и теперь заработал бы еще больше на его крахе, если бы вы не влезли в здешние дела, никого не спросясь! Неужели вы думаете, что я настолько рехнулся, чтобы, кокнув или подкупив пару чиновников, и дальше крутить эту аферу, которая уже трещит по всем швам?! Мне всего-то и нужны были твердые гарантии, что я не загремлю под трибунал и что у меня будет время и возможность изъять деньги из этой затеи... Знаете ли вы, чучело гороховое, - повернулся он к Моррису, - что именно с моей подачи вы попали сюда во главе этой шутовской инспекции... - Вас случайно зовут не Господь Бог? - иронически заломил бровь Первый Аудитор. - К сожалению, господин Шнобель знает, что говорит... - вздохнул Кай, жестом предлагая спутнику помолчать. - Вы вернулись бы отсюда триумфатором и - что важнее - богатым человеком! И не рассказывайте мне про родовые поместья Де Жилей! Вся эта рухлядь вам показалась бы заброшенным сараем по сравнению с тем, что вам заплатили бы здесь уважаемые люди... А вы не нашли ничего умнее, чем связаться с ходячим кошмаром в виде вашего напарника! - Карл-Фердинанд Шнобель брызнул слюной и указал подбородком на впервые после их задержания улыбнувшегося Федерального Следователя. Что окончательно вывело Шнобеля из себя: - У вас, господин Следователь, просто мания какая-то повсюду находить женщин в сундуках... Мако Тарквини до сих пор икает, когда вспоминает свое знакомство с вами... Слава Богу - заочное... - И яйца Фаберже, - снова улыбнулся Кай, вспомнив былую минуту славы. - У вас не найдется еще парочки? А дамы в сундуках, сдается мне, неотделимы от Мелетты и ее представителей, как пиво от раков, или... - Значит, вы все-таки хотели сторговать нам тайну ТОВАРА, для надежности подстраховавшись взятием Роззи в заложницы и нашим с Федеральным Следователем присутствием здесь? Здесь - где рассчитывали получить поддержку своих приятелей? Этого - Аймана или как его там? - зло сверля побагровевшего Карла-Фердинанда взглядом, спросил Моррис. - Ваш, с позволения сказать, визит сюда, к черту в зубы - это ваша собственная идея... Однако если бы Айман не прокололся на какой-то глупости, мы имели бы на редкость содержательную беседу с этим пройдохой. А сейчас нас с вами, по-моему, просто скинут - туда, в тартарары... - "Тартарары" - это вы о чем? - живо поинтересовался Кай, вызвав у представителя Мелеттского президента очередной приступ ярости. - О Боги!!! - Шнобель бешено рванул ставню на себя. - Ну почему все легавые - такие идиоты?! Ставня сердито отворилась, и перед присутствующими предстал заспанный краснорожий охранник. - Ну, повоюй тут еще!.. - сурово предложил он разошедшемуся не в меру басурманину и пригрозил подопечным флотским бластером - древним, но внушающим почтение. Ставня захлопнулась. Обессиленный Карл-Фердинанд сел на примостившуюся в углу стопку деревянных шаек. - Только бы эти троглодиты не прикончили нас под шумок! - простонал он. - Только бы выйти отсюда живым, и, видит Бог, я выкручусь из этой гнусной истории... - Вас, я вижу, совсем не беспокоит перспектива продолжения знакомства с нами? И встречи с коллегами господина Санди? - ехидно поинтересовался Моррис. - Вот эта бумажка стоит всех ваших удостоверений, господа. И всей остальной макулатуры на этой вшивой планете... - Карл-Фердинанд бережно извлек на свет Божий кремового цвета конверт и взмахнул им в воздухе. - Прочитайте, господа. Это расширит ваш кругозор. - Могу сказать вам, что это за чудо-документ, не читая его. - Кай взял конверт и, не раскрывая, протянул Моррису. - Давно уже жду, когда вы вытянете этот козырь из рукава... Думаю, что в этом письме министр-директор Кристиан-Ганс Фогель подтверждает ваши, господин Шнобель, полномочия как его доверенного представителя перед лицом Трех Леди... - Вы - ясновидящий? - поинтересовался Моррис, вертя перед глазами листок с хорошо знакомой подписью. - Не понимаю, зачем шефу понадобились услуги этого типа? - Ясновидение в наше время называется хорошо организованной базой данных, - сообщил ему Кай. - Если вы думаете, что члены Директората находятся вне сферы опеки спецслужб, то вы сильно заблуждаетесь - после России конца двадцатого века таких глупостей никто уже не делает... А что до услуг - как вы говорите - подозрительных типов, так вот вам же самому они и понадобились. Так что министра-директора можно легко понять... - Браво, - вяло похлопал в ладоши Карл-Фердинанд. - Вы не такой уж непроходимый кретин. Ну и как - будете теперь разоблачать сговор двух немцев на уровне Федерального Директората? Конечно, Кристиан-Ганс будет немало огорчен тем, что ваш покорный слуга несколько злоупотребил его доверием и не поделился с ним тайной преуспеяния Химеры, как только сам до нее докопался. Но, поверьте, я немало сделал для того, чтобы... - И еще он огорчится, когда узнает, что здесь, на Химере, среди местных птичек водятся рыбки... - устало вздохнул Кай, обращаясь более к самому себе. - Послушайте, - Карл-Фердинанд забрал у несколько растерянного Морриса письмо шефа и заботливо определил его обратно во внутренний карман куртки. - У меня от разговора с вами крыша едет. Какие рыбки? Какие, черт вас возьми, птички? На что вы намекаете? - Из рыбок - на щуку, - устало объяснил Кай. - Я, господин представитель, намекаю на то, что вашу работу на разведку Матернальной Республики под этой кличкой вряд ли санкционировал министр-директор... А про птичек - это я так, - он снова вздохнул, - к слову... Воцарилось гробовое молчание. - И это что - тоже из вашей хорошо организованной базы данных? - спросил пригорюнившийся на своем бревне Моррис. - Знаете, - Кай потер лоб и криво улыбнулся, - хотел бы я вам рассказать байку о том, как день и ночь сопоставлял характеристики утечек информации из вашего Министерства и графики перемещения предполагаемого информатора из Метрополии на Химеру и с Химеры на Мелетту. Но это не совсем так. Вообще-то все эти данные мне уже плешь проели. И вы им идеально соответствовали, Карл. Причем самым ценным в них была кличка осведомителя. Тот, кто вас окрестил этим имечком, сослужил вам плохую службу - нельзя, чтобы профессиональная кличка делала агента узнаваемым... - Вы ничего не сможете доказать! - чуть неуверенно возразило лицо, представляющее сразу так много различных интересов. - И в конце концов... И тут с противным скрипом распахнулась дверь, а на пороге, почти полностью заслонив просвет, возникла массивная фигура Сержа Плотникова. Из-за его широкого плеча выглядывал старый знакомый Кая - Барух Циммерман. * * * - Да, это они, - взволнованно тараторил Барух. - Эти двое - француз и тот, что стоит... А который в углу, это... - Это я знаю, кто! - сурово рявкнул его спутник. - Знаю, черт его дери!.. Ну, будемте знакомы, господин Федеральный Следователь. Я - Комендант Спецпоселения Сергей Плотников. Пришел к вам сдаваться. Был Комендант, насколько позволял судить ракурс, в котором он предстал перед удивленной троицей, плотно скроен, и некоторый переизбыток материи, что Господь употребил на сотворение сего раба своего, пошел явно не на жировые отложения. Фонды были распределены в основном в пользу мускулатуры и кучерявой, чуть тронутой сединой бороды. Настроен Комендант был решительно. Вниз, к ногам Кая, с грохотом полетело что-то громоздкое, но не слишком тяжелое. - Надевайте гермокостюм, Следователь, и потопали вещественное доказательство разглядывать... - Гермокостюм? - поразился Кай. - Мы что - в космос отправляемся? - Господи, какой болван, - прокомментировал его вопрос Карл-Фердинанд. - А ты, немчура, не встревай! - сурово осек того Серж. - А то в курятник переведу, и никакие Леди за тебя не заступятся - не до того им сейчас... Тут - бубен-мать - дела серьезные пошли... - Раз уж вы решили, как вы изволили выразиться, сдаваться, - заметил Кай, начиная натягивать на себя гермокостюм - типовой "облегченный комплект" для коротких вылазок в космос, - то почему бы вам не отпустить из-под стражи и второго члена инспектирующей группы, а заодно... - Хорош командовать! - все так же сурово цыкнул на него Комендант. - Сдаваться сдаемся, да только вы, гражданин начальник, в здешних делах ни хрена пока еще не смыслите, а потому - слушайте, что вам говорят... А товарищу вашему здесь и побезопаснее будет - неспокойно у нас тут, да и скафандры надежные у нас все в деле... - Тогда, - не без злорадства заметил Кай, - я попросил бы вас воздержаться от совместного содержания этих двух господ... У них довольно сложные отношения... - А оно и верно... - почесал в бороде Серж. - Ладно, французику подфартило - барином, один на всю баню сидеть будет. А немчуру - еть его тарарать, - распорядился он кому-то позади себя, - в курятник! И если вы, господин Шнобель, надумаете по своему собственному желанию сообщить властям Спецпоселения, где все-таки находится Черный Терминал, то надумайте это поскорее. Самое время сейчас этот вопросик провентилировать. Потом будет поздно. * * * - Вот что, - Аманда поднялась со своего кресла и подошла к стенному шкафчику. - Тебе надо просто расслабиться и махнуть рукой на всю эту галиматью с генами и хромосомами. Вот тут у меня, - она извлекла на свет Божий фигурную цветного стекла бутыль, - какая-то дрянь - сладкая и липучая, но забирает неплохо. Я и сама проглочу немного - думаешь, не бьет по нервам, когда вот так приходится "радовать" людей, как это сейчас у меня вышло? Джейн машинально повертела в руках мензурку со щедро отмеренной для нее дозой спиртного и так же машинально, не пригубив даже, поставила ее на стол. - Послушай, - рассеянно спросила она, думая о чем-то своем. - Ты рассказывала Мариам о нашей... О том, что было в Южном полушарии? Вообще о том, что я работала с тобой? - Н-нет... Я думала - в вашей системе... - Если бы я доложила тогда нашей системе, что ты три года подряд водила ее за нос, то наш разговор здесь просто не состоялся бы... Но я тогда постаралась понять тебя как женщина женщину - о Господи, какая ирония получается... И закрыла глаза на то, что ты - завербованный агент, прочно сидящий на крючке, способствовала тому, чтобы с дюжину сестер грамотно симулировали свои заболевания и убыли на лечение за геостационар... Ни одна из них не проявила горячего желания вернуться на родную Химеру... К счастью для нас обеих, я слишком хорошо их понимала... И все контакты с тобой в своих отчетах заменила разной туфтой. Я сама вышла на тебя тогда - следовательно, никаких данных о нашем с тобой знакомстве в системе не существует... И вот теперь Мариам рекомендует мне тебя как свою подругу и направляет для интимной консультации. Но я-то ясно помню твой рассказ, как эта самая подруга вербовала тебя после возвращения с Океании... Довольно подлая была история... Аманда скисла. Залпом проглотила свой ликер и нацедила еще - полную мензурку. - Да... - сказала она. - Она мне поручила поработать с тобой. Я еще удивилась, но промолчала. - Тебя что - прямо в госпиталь вызывали или как? - В какой госпиталь? Разве... Нет, просто через мой обычный "почтовый ящик" передала магнитку с инструкциями... Но я - не до конца выполнила... Еще не до конца... - Скажи мне одно: эта... эти данные моих анализов - туфта? Аманда низко склонила голову: - Нет... Нет, Джейн, это подлинные файлы. И соскоб это подтверждает. На генетическом уровне ты... - А Мариам? - Джейн до побеления суставов впилась пальцами в ручки кресла. - Она - тоже? - Нет, вот это как раз - туфта. Полнейшая... - И зачем же это все? Что ты еще должна была мне выдать? - Джейн не отводила взгляда своих бешено сузившихся зрачков от глаз Аманды и только этим не давала ей впасть в полную прострацию. - Ты... Ты сама должна была у меня попросить... - Аманда почти всхлипнула. - Я должна была подвести разговор к этому... Она быстрым движением достала из выдвижного ящика упаковку невзрачного вида таблеток и, словно шпаргалку нашкодившей школьницы, перехваченную строгим учителем, отвернувшись, бросила на стол. - Это якобы для Мариам. Но тебе самой должна была прийти мысль... Здесь хватит на четверых... Так поступают многие, узнав, что... Если бы все шло так, как они задумали... Результат был бы почти гарантирован... - "Экстракт семян "Древа Познания Истины""... - прочитала Джейн нарочито мелко отпечатанную этикетку. - Знакомая вещь. В малых дозах хорошо развязывает язык, в больших - заставляет замолчать навеки... Ты сказала "они задумали"... "Они" - это Мариам и... - И Леди Сью... Думаю, что она. Старая ведьма совсем поехала умом и мочит всех подряд. И... не держи зла на Мариам... Сама знаешь - Родина прикажет... - Да я сама такая... - задумчиво проронила Джейн, взвешивая в руке станиолевый листок с пластиковыми пупырышками, таящими блаженную смерть. - Была такая... Давно - до Харура, до Аделаиды... Неужели Леди не проще было бы послать ко мне обычного киллера? - Тебя считают профессионалкой, - пожала плечами Аманда. - И потом... В таких случаях предполагается, что имело место раскаяние... Предсмертная записка и все такое... - Милые сантименты... - Джейн встала. - Вот что: Мариам передай, что я "лекарство" взяла и ушла от тебя напрочь убитая... - Джейн сунула упаковку в карман. - По сути, так оно и есть. Меня убивали уже... Раньше. И можешь особо не волноваться - обо мне теперь долго здесь никто и ничего не услышит... - Ты решила... - Аманда прикусила губу. - Может быть, когда-нибудь пришлю тебе открытку. Откуда-нибудь. С Аделаиды, например. Специалистов в нашем деле всегда не хватает. И платят перебежчикам неплохо. Правда - презирают, но это уж - дело вкуса... И еще вот что. Все, о чем мы поговорили здесь, ты можешь рассказать только одному человеку. Но ему расскажешь - обязательно... * * * Когда Джейн вышла на безлюдную, занесенную снегом улицу, впервые за эту зиму с неба столицы ушли снеговые облака, и казалось, что с огромным опозданием наступило утро. Джейн подкинула на ладони упаковочку со снадобьем, дарящим избавление от себя, и бросила ее в серый снег. Впечатала каблуком в смерзшуюся грязь - не дай Бог, подберет кто-нибудь. Весной эту дрянь унесет в стоки - пусть ее жрут крысы. - Если я и умру, Леди, - пообещала Джейн кому-то в небе, - так только при попытке выжить! И зашагала прочь. Короткая зима Северного полушария кончалась, и в воздухе стоял запах близкой весны. Довольно горький. * * * Шорох, зародившийся в недрах скал, перешел в мощный гул, гул перерос в скрежет. Кай не сразу понял, что происходит там - внизу. Казалось, дно циклопического колодца, над краем которого они с Комендантом стояли, вцепившись в стальные поручни, охватил циклон, каруселью завертевший неровный слой красноватой пыли, покрывавший его. Только через несколько секунд до Кая дошло, что это сама материя дна пришла в движение, лепестками огромной диафрагмы сдвигаясь в стороны, освобождая чудовищный, на сотни квадратных метров объектив. Иллюминатор. - Мы не каждый год открываем большое окно, мистер, - пояснил Серж, - но ради вас - постарались. Не заставлять же вас в перископ глазеть... А так... Впечатляет? Это действительно впечатляло. Под их ногами, там, где по всем законам природы должны были простираться каменные недра планеты, раскрылось окно в другую Вселенную. По крайней мере, на первых порах это казалось черной бездной Космоса. И в этой бездне, освещенная лучами невидимого светила, плыла единственная, словно с сюрреалистического полотна сошедшая планета: тяжелое, каменное, по всему судя, ядро, тонущее в голубоватой дымке атмосферы. Испещренное неровными морщинами гор и матово-синими пятнами морей. И светящееся россыпями огней - на темной его половине... Некоторое время Кай молчал. Потом откашлялся. - Вот как... У вас тут и своя небольшая Вселенная есть... Или я просто спятил наконец? - Нет, пока незаметно... - Серж тоже откашлялся. - Должно быть, с непривычки все это воспринимается с трудом... Но - уж тут извините, что Предтечи соорудили, то они и соорудили... На наши вкусы не рассчитывали... - Это... Там - внизу... Малая планета? - спросил Кай. - Это называется - Первая Оболочка, - деловито пояснил Серж. - Или Обитаемый Мир - это ТЕ его так называют... Которые на нем живут. Девяносто шесть километров в радиусе. С копейками. - И она обитаема... - пояснил себе самому Кай. - Ну конечно... Так вы там и разводите ТОВАР? - Что значит разводим? - оскорбился Серж. - Присматриваем потихоньку... Материей снабжаем... А разводятся они сами собой. Несмотря ни на что. К тому же и царства-государства свои завели, войны, политику и всякое такое... Целый мир... - И обо всем этом вы молчали? - Мы, простите, этим хозяйством от века занимаемся... И под собой сук рубить нам не с руки... Да и Хозяйки - сильно против... Такой уж у нас с ними, с бабами чертовыми, уговор... Они нам жить спокойно дают, ну а мы - ТОВАР обиходим, проводим первичную адаптацию... - Они... жители этой Первой Оболочки... они там находятся со времен Предтеч? - продолжал спрашивать Кай, утратив хоть какое-то подобие системы в осмыслении обрушившейся на него информации. - Это... Это - не люди? - Это точно. Они, бедные, просто Обслуживающий Персонал... Ведь Химера-Вторая, это - по сути своей - что? - Это вы меня спрашиваете? - изумился Федеральный Следователь. - У меня, извините, такая манера выражаться... - пояснил Комендант. - Так вот я и говорю: Химера наша - по сути своей - что? - Что? - покорно спросил Кай. Другого способа вывести разговор из образовавшегося тупика, наверное, не было. - А Химера эта, - удовлетворенно пояснил Серж, - древняя энергостанция Предтеч. На основе черной дыры. Махонькой такой... По общей массе - примерно с земной шар как раз. Но не по размерам... То ли они ее сами сотворили, то ли сыскали где-то, а потом соорудили вокруг две оболочки. И, чтоб она не бесхозная болталась и не сосала в себя абы что, стали материю туда отправлять дозировано. На Первой Оболочке - свой Обслуживающий Персонал разместили. На предмет регуляции поступления вещества в Дыру - они ее Вечным Огнем именуют - и использования того жесткого излучения, что образуется при падении в дырку эту материальных тел... А на Второй - похоже - сами жили. Во всяком случае - подходящие условия там создали... Они, видно, на людей смахивали. Так или иначе, но сгинули они куда-то с десяток тысяч лет назад... Тут оценки расходятся. А хозяйство их уцелело... Понятное дело, Обслуживающий Персонал, что там внизу все это время проживал, совсем за долгие века оскотинился, многие одичали, но присмотр за энергоустановкой не забросили... Это у них чем-то вроде ритуала сделалось... А большинство населения даже говорить и то, считай, что разучилось... Оно, может, впрочем, и к лучшему - потому что, когда в имперские времена люди Комплекса Химеру изучать начали и на Первой Оболочке высадились, то меньше недоразумений вышло. Просто нашему языку и нашей культуре обучили тамошних бедолаг, да и стали ломать голову, к чему их приспособить можно... В смысле военного применения... Тогда же и первые Спецпоселения организовали - для работы с Ядром - ее еще так называли, Первую Оболочку... Сами понимаете, не по оргнабору, а все больше из зеков да лихих людей, так что у нас тут социум весьма своеобразный получился... Плотников вздохнул, призывая Федерального Следователя к пониманию, и продолжил: - Ну а пока думали да гадали - Империя прахом пошла, Эпоха Изоляции наступила, и на Второй Оболочке одна ерунда творилась целых три поколения... То монархия исламская, то Неоджамахрения, то Матернальная Республика - теперь опять - еть-тарарать - неведомо чего творится... А мы как сидели, так и сидим у шлюзовых устройств словно пришитые... Ведь соображаете, что произойдет, если Вторая Оболочка разгерметизируется? Всю атмосферу засосет внутрь, в Просвет, наверху тут загнемся мы все, а на Первой Оболочке ад кромешный наступит: атмосферное давление скаканет, ихние шлюзы тоже загремят, Дыра весь воздух засосет, и интенсивность излучения вырастет черт-те во сколько... Короче - всем крышка... Так что без нас и Верхнему Народу и Нижнему - труба. А к тому же мы еще и ТОВАР принимаем... Так что на Спецпоселениях вся Химера, считайте, держится... Так эти, прости Господи, суки, еще все на нас сэкономить норовят: пока с них фонды на текущий ремонт Внутренней Поверхности вышибешь - облысеешь. А ведь двух недель не прошло, как обрушение было. Для нас обрушение, для них там - метеорный дождь... В результате - война приключилась... Там, внизу... - А свет... Откуда там свет? - Кай протянул руку вниз, словно пытаясь пощупать странное сияние, истекающее из недр планеты... - Уж это просто, - радостно прогудел Комендант. - Это автономная система. От нас почти не зависит. Натурально - еще Предтечи соорудили. Жесткое излучение из центра системы преобразуется в энергию возбуждения генераторов на полюсах, а те бьют лучами по отражателям на Внутренней Поверхности. Попеременно то по одному, то по другому... Они-то у них за солнышко и служат... Часть энергии отводится в виде этакого э-э... подобия геотермального тепла... Вы видели, наверное, там - наверху - такие сооружения вроде улиток... - Видел... - Кай почувствовал, что по части новой и вполне отвечающей критерию безумности информации на сегодня его норма явно превышена. - И вас не смущает м-м... моральная сторона операций с ТОВАРОМ? Ведь дичайший наворот получается - тут и нарушение Закона о Межцивилизационных Контактах, и элемент работорговли, и... Он махнул рукой, осознав, что нарушения Закона в такой концентрации уже перестают быть преступлением, становясь просто неизвестно чем... - Так ведь - мы же не на галеры Обслуживающий Персонал отправляем, - оскорбился Серж. - Все, как один, довольны, королями ходят - там у себя, по месту распределения... И потом, мы же их не слепыми котятами в речку кидаем - все программу адаптации проходят, у кого нет - специальность в руки даем... - И где же все это... - начал Кай. Пожалуй, он был благодарен Коменданту за то, что тот не прихватил с собой на процедуру предъявления Главного Вещественного Доказательства еще и Морриса с Барухом. Сам он себе представлялся сейчас попросту безрогим бараном, пытающимся вникнуть в смысл Извечной Тайны Бытия пред строгим ликом Вечности. В частности то, как можно укрыть от людского взгляда месторасположение учебно-тренировочного центра по подготовке негуманоидов в области высоких микротехнологий, оставалось для него полнейшей загадкой. Продолжить расспросы Каю, однако, не удалось: блок связи на поясе Коменданта завибрировал и замигал лампочкой вызова. * * * - Момент, - прервался Серж, переключаясь на прием, и с остервенением крякнул. - Раскололась-таки немчура чертова! То ли сам Барух его уговорил, то ли в курятнике истомился. Тут времени терять нельзя. Он энергично повлек Кая к шлюзовым камерам. - На Ядро наглядимся еще, а на Черном Терминале капсула с доставкой пропадает. Может, и попередохли уже все. - Черный Терминал, - спросил Кай, - это... - Да понимаете что, господин Следователь, - яростно заскреб в затылке гермошлема Комендант, - покуда здесь Комплекс шуровал, черти эти столько терминалов понастроили для транспортировки туда - грузов, оттуда - Обслуживающего Персонала. В капсулах, магнитными катапультами. Мы их восемь штук понаходили. Вот теперь и используем. Такие - за "белые" терминалы идут, а жулье всякое - и с той стороны, и с этой - свой бизнес наладить норовит - типа контрабанды, а то и законный груз, суки, перехватывают. Но лет шесть тому - мы ума им вложили, да, выходит, не всем. Что герр Фогель в курсе этих вот делишек был, я давно уже догадывался, да у него крепкий тыл имелся - кто-то из Леди... Думаю, он у Бойда или Сунь Ли секрет одного из "причалов" купил - в обмен на то, чтобы их потом на закрытом суде от дела этого отмазали... Так что тут наше расследование крупно тормозили. Да он и сам редко сюда нос казал - действовал через кого-то из здешних... Теперь, впрочем, прояснилось - с кем... И тут монолог Коменданта был прерван тихим, казалось бы, но мощным звуковым эффектом: откуда-то издалека, из глубины скальной породы в шлюзовую камеру докатился короткий удар, от которого в низкой, почти инфразвуковой гамме колоколами зазвучали стены шахт, ведущих к Поверхности лифтов, перекрытия уровней герметизации, бесконечные пустоты гигантских сот Второй Оболочки... - Терминал! - бешено заорал Серж. - Падлой буду, Черный Терминал рванули!! Айман постарался - кому еще!.. И яростно забубнил что-то, одному ему понятное, в трубку блока связи. - Совпадение характерное... - заметил в пространство Кай. - Вы уверены, что у вас не идет утечка информации на самом высоком уровне? - Может, и так... - набычась, ответил Комендант, - а может - и совпадение... Капелюх сверху передает - засекли они Ибрахима и сейчас брать будут. Вот он дистанционно и рванул, сволочь... Уничтожил главную улику. И всю партию Персонала - с ним вместе. За Персонал, козел, ответит!.. * * * - Я не знаю этого джентльмена, - невозмутимо пожал плечами Айман. - Не спорю, возможно, сталкивался с ним по вопросам коммерции, но не могу же я помнить всех, кто... Он осторожно скосил глаза на нависшего над ним здоровенного дружинника, пощупал немалый фингал под левым глазом и добавил: - Я вообще не понимаю предъявляемых мне претензий... Господин Циммерман, видимо, одержим манией преследования... А господин Шнобель, как вы назвали этого джентльмена, повторяю, не имеет ко мне никакого отношения... - Вы это подтверждаете? - Федеральный Следователь повернулся в сторону второго арестованного. В кабинете Коменданта нависло напряженное молчание. Серж угрожающе скрипнул с трудом вмещавшим его креслом. - Еще раз подчеркиваю, что даю свои показания совершенно добровольно, - не глядя в глаза Айману, отчетливо продиктовал в подсунутый ему под нос микрофон Карл-Фердинанд. - Повторяю сказанное мною менее часа назад: в начале прошлого года я в порядке обычной беседы поделился с господином Айманом Ибрахимом некоторыми соображениями относительно местонахождения принимающего узла одной из магнитных катапульт... А также другими фактами, о которых я узнал из различных гм... источников... Мне совершенно неизвестно, каким образом господин Айман намеревался использовать полученные им от меня сведения... - Я не помню такого разговора, - высокомерно игнорировал подобное предательство Айман. - Брешут оба, как... - начал характеризовать услышанное мрачный и порядком приуставший от почти двухдневного аврала Мэтью Капелюх - правая рука Сержа. - Бабки они собирались заработать на Черном Терминале - для Старухи лично... - Оставим пока в стороне эти соображения... - постарался остаться в русле понятных ему фактов Кай. - Сколько бы господин Ибрахим ни отрицал свое отношение к происшедшей м-м... диверсии, на основании показаний задержанного Шнобеля я имею полное право истребовать у Федерального Прокурора ордера на арест их обоих по обвинению в причастности к умерщвлению группы представителей цивилизации внеземного происхождения. Это обвинение достаточно тяжкое, джентльмены. Оно оправдывает задержание предполагаемых преступников и содержание их под стражей до получения санкции Прокурора. Или отказа в таковой. Комендант согласен с такой постановкой вопроса? - Еще как согласен! - заверил его Серж, угрожающе почесывая седую подпушку своей бороды. - Вашему Коменданту самому место в каталажке! - возмутился Айман. - И потом - с чего вы взяли, что те, кто был в той Отправке, погибли? - Признает, сука, что про Отправку знал... - вставил в разговор свое наблюдение Капелюх. - По-вашему, можно не погибнуть, оказавшись в эпицентре плазменного разряда? - осведомился Серж. - А кто вам сказал, - еще более высокомерным, чем раньше, тоном парировал его вопрос Айман, - что эта Отправка находилась все еще на Терминале?.. - Так ты ее оттуда забрал?! - Серж привстал на полусогнутых. - Скажем, так... - Айман откинулся на жесткую спинку своего стула и закинул ногу на ногу. - У меня есть некоторые основания догадываться о местонахождении группы перемещенных лиц, которую вы изволите именовать "Отправкой". Той, что прибыла вчера, и другой - прибывшей намного раньше. Мне кажется, что, если мы придем ко взаимоприемлемому решению относительно моего статуса в Спецпоселении и на Химере, мне удастся более точно восстановить в своей памяти эти... данные. - Вы уверены, что находитесь в том положении, в котором стоит торговаться? - свирепо спросил Мэтью, поднимаясь с места, с явным намерением нанести задержанному телесные повреждения. Но Комендант, покосившись на Федерального Следователя, остановил своего помощника движением руки. - Если ты, - повернулся он к Торговцу, - дашь следователю расписку о том, что не смоешься... - Простите, - торопливо вмешался в разговор Карл-Фердинанд, - но я могу оказать следствию аналогичную услугу, на тех же условиях... Айман сообщил ему, что он думает о гражданах Мелетты и о представителях ее президента - особенно. На что тот не обратил ни малейшего внимания. - Мы слушаем вас, - повернулся Кай к Карлу-Фердинанду. Тот уже торопливо царапал что-то в протянутом ему догадливым дружинником блокноте. - Вот! - провозгласил он. - Это программа кодирования радиосигналов капсул доставки в системе того "причала". Если только они не экранированы металлом... - Угомонись, задница, - успокоил его Торговец. - Они экранированы! - Ну что же, - вздохнул Серж и протянул листок с каракулями Шнобеля одному из дружинников. - Ну-ка, Ник, снеси это на узел связи. Они там, надеюсь, уже пришли в норму? Пусть проверят сигнал и сразу дадут знать сюда. А мы посидим и посмотрим, кому из господ, - он кивнул на задержанных, - подфартило... Наступила пауза. Сидевший в углу Моррис спросил, не удосужится ли наконец хоть кто-нибудь объяснить ему, что тут происходит? Кай вздохнул и с пониманием поглядел на своего спутника, неплохо выспавшегося в месте не слишком добровольного содержания и вконец обалдевшего от происходящего. - Дело в том, - сказал он как можно мягче, - что наш с вами разговор о недостаточном безумии ранее сделанных предположений относительно... относительно источников благополучия Химеры получил вполне достойное продолжение... К сожалению, события развиваются слишком быстро, чтобы... - Так у них здесь все-таки есть окно в параллельную Вселенную? - недоуменно и полуутвердительно спросил Моррис. Карл-Фердинанд истерически захихикал и смеялся так довольно долго - по крайней мере, до тех пор, пока на столе у Коменданта не зазуммерил блок связи. Тот выслушал сообщение и поднялся из-за стола. - Не соврал немчура, - похвалил он Шнобеля. - Сигнал есть. Но очень слабый. И идет с поверхности... Теперь истерический смех охватил уже Аймана. * * * - Дьявольщина! Эта тварь меня ужалила! - с досадой сообщил Моррис, щека которого стремительно распухала. Он недоуменно разглядывал приконченное запоздавшим ударом насекомое, лежащее у него на ладони. - Откуда здесь у вас пчелы? - Осы, - пояснил Серж. - Тут, в скалах, осы водятся. Наверное, еще первопоселенцы завезли. Мания у них была - воссоздать здесь земной биоцено... то есть геобио... - Биогеоценоз, - помог ему мрачного вида дружинник, ожесточенно орудующий с переносным пультом локационной системы. - Тут отражения сплошные, ни хрена не понять где... Нашел. Торгаш где ТОВАР прятать... Тут ведь - считай уже Поверхность... Того и гляди бабы дурные из лесу нагрянут... - Мог бы господин Ибрахим и расколоться в конце концов, - зло пробормотал Моррис. - Все равно игра проиграна - так нет, твердит себе, что сквозь сталь радиоволны не проходят и что сигнал этот - мираж... - Мираж не мираж, а вон там я вижу очередную пещеру, - досадливо прервал его Комендант. - Ну-ка, парень, - обратился он к дружиннику с пультом, - проверь-ка там... - Не понимаю, - вздохнул Кай, - каким образом этот тип мог перевезти контейнер с ТОВАРОМ через все Спецпоселение, не привлекая ничьего внимания?.. - А в кармане пронес! - зло ответил ему раздосадованный Серж. - Ну, что там у тебя, парень? - Похоже, и вправду, сигнал оттуда... - сообщил дружинник. В пещере - довольно незаметной со стороны - царил сумрак, привыкая к которому Федеральный Следователь на минуту прикрыл глаза. И тут же вынужден был открыть их. - Вот он, родимец! - заорал Серж. - В том вон углу! Сейф! Здесь они где-то... Ну-ка, осторожнее все... Парень, лупу гони... Стараясь ступать как можно осторожнее, с грацией слона, заглянувшего за покупками в отдел фарфоровых изделий, Сергей Плотников стал приближаться к действительно пристроившемуся в неприметном углу скального убежища стальному шкафчику. - Да вот они! - уже не сдерживая чувств, заорал он во всю силу своих легких. - Где? - спросил Кай, так же осторожно приближаясь к нему и недоуменно вертя головой. - Да на крышке! Вот - перед самым вашим носом, ваше благородие! - раздосадованно пояснил Серж. - Это, по-моему, кладка диких ос... - решительно не понимая, о чем идет речь, пробормотал Федеральный Следователь, наклоняясь над пыльной стальной поверхностью. - Да осторожнее вы, еть вашу тарарать! - попридержал его Серж. - Лупу, лупу вот возьмите... А ты, парень, усилитель вруби и сюда давай... Теперь видите? Кай смотрел в увеличительное стекло словно зачарованный. - Как? - спросил он. - Это?.. - Это и есть! - гордо констатировал Серж. И, видя изумление Федерального Следователя, добавил чуть растерянно: - А вы, что - разве не знали?.. * * * - Да, размер микроидов не превышает полутора миллиметров, - пояснил Моррис, с превосходством знатока разглядывая собравшееся в зале скопище представителей СМИ. - Они вовсе не невидимы. Незаметны - скажем так... По природе своей они ближе к земным насекомым. Термитам или тараканам... Но с совершенно иной организацией нервной системы. По всей видимости, это - результат деятельности Предтеч в области гм... генетической инженерии... Хотя тут возможны разные толкования известных на сегодняшний день фактов... - И эти существа, - поинтересовалась китаянка из "Гэлакси ньюс", - за время своего существования создали там, на своей Внутренней Планете, собственную цивилизацию, так похожую на нашу - земного образца? - Следует уточнить, - Моррис страдальчески поморщился непонятливости собеседницы, - что собственно цивилизация микроидов к моменту их э-э... обнаружения землянами - теперь уже много лет назад - находилась на последних стадиях деградации в результате столь длительной изоляции, надо думать. И поэтому очень живо впитала все то, что ей преподнесли представшие в виде Всеблагих Спонсоров земляне... И как всегда бывает при такого рода контактах, внедрение новых принципов построения общества способствовало стремительному разрушению остатков прежней цивилизации. О первичной культуре микроидов мы теперь знаем, к сожалению, гораздо меньше, чем о культуре земного палеолита... - Зато мы успешно обучаем их новейшим технологиям микроинженерии, микрохирургии, микро... - китаянка сделала неопределенный жест, долженствующий означать весь тот комплекс технологий, в которых за последние годы с успехом и в полнейшей тайне от Федерального Директората нашли приложение таланты микроидов. - Должен признать, - Моррис вздохнул - признавать приходилось чужую вину, а это всегда приятно, - что тот э-э... скрытый, латентный контакт... - Крипто-криминальный, - вставил мудреную дефиницию кто-то с места. - Вопрос о криминальности взаимодействия цивилизации микроидов с обществом, которое мы имеем здесь, на Химере-П, все еще является предметом дискуссий... - осторожно определил Первый Аудитор. - Но в то же время - достаточным поводом для введения на планету сил Федеральной Миротворческой Миссии, - ядовито заметила откуда-то из глубины зала редакторша местного "Гласа Матери". - Так вот, - уклонился от продолжения нежелательной дискуссии Моррис, - скрытый контакт цивилизации микроидов с нашей цивилизацией Тридцати Трех Миров принес много пользы как микроидам, так и нам - грешным... На удивление всем нам, тайная эксплуатация жителей Ядра воспринималась ими как форма освобождения от засилья диктаторских, тоталитарных режимов, воцарившихся, к сожалению, на Внутренней Планете... Разумеется, незаконный, тайный характер вывоза и распределения по местам работы большого количества наших, так сказать, меньших братьев породил много неопределенности в отношении их точного числа и местонахождения в Мирах Федерации, с чем связано возникновение массы необоснованных слухов и даже поверий самого разного толка... Резкое падение цен на микросхемы и другие компоненты микроэлектроники не вполне соответствует реальному скачку в производительности труда, который обещает нам содружество с микроидами в этой сфере технологии... Однако теперь, когда Федеральный Директорат решительно... - Кстати, о Федеральном Директорате, - поинтересовалась неугомонная китаянка. - Не будет ли господин аудитор любезен как-то прокомментировать слухи о связи событий на Химере с подачей министр-директором Фогелем заявления о его отставке?.. Моррис пожал плечами: - Насколько мне известно, Президиум Директората после рассмотрения этого документа отклонил заявление господина Фогеля. Я думаю, что "статус-кво" в комментариях не нуждается... Моррису пришлось-таки ответить на дюжину вопросов, в той или иной степени относящихся к осточертевшей ему проблеме микроидов и Внутренней Планеты, после чего, под шелест видеокамер и ожесточенные пререкания охраны и жаждущих эксклюзивного интервью представителей прессы, он скрылся наконец во внутренних покоях гостиницы. У дверей номера, занимаемого Федеральным Следователем, мирно ворковала его охрана - местная амазонка при бластере и паренек в голубой каске тоже при оружии. Завидев Первого Аудитора, оба вытянулись по стойке "смирно". - Господин Санди все еще беседует с э-э?.. - поинтересовался Моррис. - Госпожа Аманда Велес уже полчаса как удалилась, - доложил миротворец, поправляя какую-то деталь своей униформы. - Кажется, она основательно огорчила господина Следователя... - Почему вы так думаете? - насторожился Моррис, берясь за рукоятку двери номера и нажимая на сенсор. Дверь была незаперта. - Господин Следователь был очень мрачен, - пояснил солдатик. - И попросил меня сгонять за спиртным... Мне кажется, это не похоже на господина Следователя... - осмелился он добавить свое суждение. Моррис хмыкнул и молча вошел в номер. Федеральный Следователь пребывал за письменным столом, сгорбившись над клавиатурой терминала и рассматривая совершенно пустой экран дисплея. - Что-то не так с... с Джейн? - осведомился Моррис, опуская руку на плечо Кая. - Ведь это ее подруга приходила к вам, я не ошибся?.. - А-а... Это вы, Де Жиль, - криво улыбнулся ему Кай. - Оч-чень вовремя... П-помогите-ка мне добраться до д-дивана... Комната слегка вращается... И-идиотская архитектура... Моррис отодвинул в сторону пустую бутылку "Смирновской", болтавшуюся под ногами, и, тяжело вздохнув, подставил плечо под руку необыкновенно потяжелевшего коллеги. Путь до дивана оказался долгим. - Что, плохо дело? - спросил Моррис, пристраивая под голову Федерального Следователя кожаную подушку. - Она... Надеюсь, она все-таки жива?.. Кай вяло улыбнулся и махнул рукой. - Все они созданы из глины и золота, - процитировал он, не открывая глаз, кого-то из древних мудрецов. - Из лжи и потрясений. Из жульничества и бесстыдной правды... - Это вы про микросхемы? - чуть недоуменно спросил Моррис. - Наверное, про них... - неопределенно ответил Федеральный Следователь. Эпилог Все это напоминало Каю строительство большой планетарной станции - только в миниатюре: такое же столпотворение народа, непрерывные блики камер, похожие на сверкание сварочных аппаратов, невнятный гул голосов и блестящие наряды дам, из-за обилия металлоткани мало чем отличающиеся от скафандров высшей защиты. Разве что глубокими декольте, подставляющими взорам многочисленных гостей и прессы матовые плечи, бюсты и обнаженные спины. Да, похоже, что выставка Мастера Лики удалась. - Ого, кажется, и шеф здесь! Интересно, какого черта сюда занесло старину Барни? Впрочем, на такие акции собирается весь свет общества, а также полусвет и кое-кто с той, темной стороны. - Кай прекрасно знал, что бывают обстоятельства, когда самую неприметную конспиративную встречу легче всего организовать в огромной толпе. Чья-то рука нежно и в то же время крепко сжала его кисть. - Мисс Фуллер? - Кай даже не пытался скрыть своего удивления. - Вы-то здесь каким ветром? Неужели и в субботу шеф не дает вам покоя? Интересно, сколько вы запросили с него в качестве сверхурочных? - На этот раз вы не угадали, Следователь. Я здесь не по служебным делам и более того: я еле упросила мистера Литлвуда достать мне пригласительный билет. Ну что вы так округлили глаза, Кай? Неужели вы думаете, что круг моих интересов ограничивается только распорядком дня шефа, его совещаниями и коллекцией бегемотов? Это ведь самая модная выставка ювелирных украшений сезона, а я женщина... Ну-ка попытайтесь связать эти два факта своим аналитическим умом, дорогой мистер Санди... - Извините, Мэгги, я сегодня не в лучшей форме. - Да ладно вам, вы неплохо выглядите... Давайте продвигаться поближе к витринам. Говорят, этот Мастер, как его... Лики, творит просто чудеса, а его украшения не отличить от... Она замерла на полуслове, боясь пошевелиться. Сверкая алмазной пылью, медленно взмахивая крыльями, словно восточная красавица из "1001 ночи" - ресницами, на плечо Следователя опустилась потрясающей красоты бабочка. - Ой, что это? - Ну вот вы и сподобились, Мэгги, первой среди этой разодетой публики посмотреть на изделие Мастера Лики. Я видел эту брошь еще в работе. Кажется, она называется "Очарование ночи". Радиоуправляемая, с индивидуальной настройкой на биоритмы владельца и все такое-прочее. А вот и сам Мастер. - Кай повернулся к распорядителю выставки, который на вытянутых руках, словно величайшую драгоценность, нес блюдо с до боли знакомым Каю домиком. Он взял почтительно протянутый распорядителем ушной динамик и миниатюрный микрофон. - Привет, Лики, я рад тебя видеть. Твоя выставка, кажется, пользуется успехом. Поздравляю! Окна домика в ответ дважды вспыхнули огнями. - Это Мэгги - моя давняя приятельница. - Кай пододвинул еще не пришедшую в себя мисс Фуллер поближе. - А это Мастер Лики, - он указал на домик. Бабочка взмахнула крыльями и перелетела на платье секретарши. Окружившие их репортеры активно заработали затворами камер. Кай, всегда избегавший повышенного внимания к своей персоне, подался назад и смешался с толпой. Распорядитель, высоко подняв поднос с домиком над головой, важно шествовал обратно к ложе с почетными гостями. Молчаливые сервисные автоматы, явно считавшие себя основными действующими лицами происходящей церемонии, отчаянно путаясь под ногами, принялись разносить шампанское и пипетки с дурной водой - для гостей помельче. - Надеюсь, вы неплохо провели время на планете очаровательных дам? - прогудел сэр Барни, умудрившись-таки неожиданно возникнуть за спиной Кая. - Не все они так уж очаровательны... - хмуро заметил Кай, поправив на отвороте своего пиджака орден Химеры первой степени, украшенный профилем незабвенной Леди Сью. - Ваш напарник, однако, обзавелся в этом мирке очаровательной спутницей... - сэр Барни движением бокала указал на проплывающую невдалеке Роззи, влекущую к очередному стенду покорного Де Жиля. - А вы? Скоро ли я смогу наконец внести в вашу характеристику для повышения в чине столь драгоценные слова о вашей преданности семейному очагу? - Не скоро, - ответил Федеральный Следователь, сосредоточенно наблюдая за бегом пузырьков в бокале. - Думаю, что не скоро... URL: https://lib.co.ua/sfiction/ivanovborissherbatyhyriy/kaysandi17.jsp