Жанр: Научная фантастика
Люди феникс
...аться со своим офисом прямо у него под носом
(тедепатия, не иначе!) и пригодятся ли ему в ближайшем будущем презервативы, молодой
человек вдруг предупредил как бы между прочим, что подарок делается абсолютно бесплатно,
но необходимо прямо сейчас внести совершенно пустяковую сумму в двести евро в виде
уплаты полагающегося в подобных случаях налога. Но зато уважаемый клиент получит... (тут
молодой человек сделал многообещающую паузу и извлек из пакета картонную коробку без
этикетки, но с отпечатками чьих-. то жирных пальцев)... электробритву, которую производит
Бердянский - между прочим, бывший "номерной" - завод!
- Зачем мне ваша бритва? - с некоторой обидой поинтересовался Слегин. - У меня
есть своя, настоящий "Филипс"!
- Подарите кому-нибудь из родственников, - нашелся молодой человек. - Например,
сыну. Или внуку...
- По-вашему, я похож на деда? - взревел Слегин. Люди вокруг уже начинали с
любопытством прислушиваться к диалогу, а одна сообразительная особа громко сообщила:
"Кино, наверное, снимают!" - Если хотите знать, я вообще пока еще не женат!!!
- От этого никто не застрахован, - философски изрек молодой человек. - Так берете
товар или нет?
Сжимая кулаки, Слегин сделал к нему всего один шаг, но этого хватило, чтобы "манекен"
тут же испарился из поля зрения раскрутчика, успев на прощание с грустью посетовать на
"чудаков", отказывающихся от почти бесплатных подарков.
Однако в полном соответствии с законом сохранения энергии исчез он не окончательно.
Когда Слегин спустился на эскалаторе на первый этаж, голос энергичного молодого человека
доносился уже со стороны обувной секции...
Дом, где проживал Бурин, показался Слегину смутно знакомым, хотя был он здесь в
первый раз. Стиль конца прошлого века - вот в чем дело. Такие скучные многоэтажные
коробки тогда строились по всей стране.
Раскрутчик вошел в подъезд, где на видном месте висело злобное объявление,
начертанное неверной старческой рукой: "Сволочи! Не плюйте на пол!" В лифте этот крик
души дублировался, только обращались в нем уже к "козлам", подкрепляя призыв страшной
угрозой:
"А если кто-нибудь плюнет - сломаю лифт, и будете ходить пешком!"...
Судя по тому, что лифт все еще функционировал, угрозы боялись.
Слегин поднялся на последний этаж и на всякий случай позвонил в дверь под номером
триста пятьдесят. Как и следовало ожидать, никакой реакции.
Слегин обследовал замок и обнаружил, что он открывается обыкновенной канцелярской
скрепкой, которая очень кстати оказалась в кармане раскрутчика. В свете этого открытия
просто грех было не посетить жилище человека, подозреваемого в пребывании на том свете.
Войдя, Слегин остановился, чтобы осмотреться, и тут испытал шок. Прямо перед ним в
сумраке коридора материализовалась экстравагантная фигура, прогремели вступительные
аккорды какого-то торжественного марша, и приятный бархатный голос рявкнул: Хозяина нет,
но я передам ему, что вы заходили. Как прикажете представить вас?"
Слегин с трудом удержался от рукоприкладства по отношению к голопризраку.
"Сгинь", - мрачно посоветовал он, и фигура, повторив напоследок: "Слушаюсь, господин
Сгинь", исчезла.
"М-да, вот что бывает, когда компьютерщики полагают, что обладают чувством
юмора, - подумал раскрутчик, вытирая со лба холодный пот. - Представляю, какой эффект
этот трюк произвел бы на грабителей-домушников".
Он осторожно, опасаясь новых сюрпризов в компыотерно-голографическом стиле,
двинулся в комнату, которая напоминала собой рубку радиста на антарктической станции -
незаправленная постель, раскиданные предметы одежды, стопки книг среди царства
аппаратуры всех сортов и калибров. Собственно, обыск как таковой не требовался: все и так
было на виду, и никакими уликами тут не пахло. Ни винтовок со снайперским прицелом в углу
за портьерой, ни окровавленных носовых платков...
Слегин переместился на кухню.
Скрежет ключей в дверном замке застал его как раз в тот момент, когда он, присев на
корточки перед кухонным столом, глубокомысленно разглядывал скудный набор посуды,
некогда видавшей лучшие времена.
Выхватив парализатор, Слегин классически припал спиной к стене и замер, ожидая
продолжения. Однако секунда текла за секундой, а дверь все еще не открывалась, и было тихо.
Наконец Слегин решился. Держа наготове парализатор, он подкрался к двери, рывком
распахнул ее и выглянул наружу. Слух его уловил звук закрывающихся створок лифта. Он
ринулся в отсек, но опоздал на какую-то долю секунды. В следующий момент он уже летел по
лестнице вниз, прыгая сразу через несколько ступенек.
Он по инерции добежал до второго этажа, когда понял, что скрежет лифта не
приближается, а удаляется. Чертыхнувшись, раскрутчик ринулся наверх, на ходу выхватывая из
кармана коробочку коммуникатора.
Захаров сообщил, что свой единственный аэр выслать не сможет по той причине, что он в
ремонте ("Как - в ремонте?! - удивился Слегин. - Я ж еще пару часов назад на нем летел!"
- "А теперь сломался", - невозмутимо проинформировал его Захаров). А машина с дежурной
группой из ближайшего отделения ОБЕЗа прибудет не раньше, чем через десять минут...
Черт бы побрал этих нерасторопных провинциалов!
Пришлось продолжать бег по лестнице. Где-то наверху двери лифта открылись и тут же
вновь закрылись, но характерного грохота не последовало, и раскрутчик понял, что
неизвестный покинул лифт.
Ноги его подкашивались, легкие хрипели, сердце бешено колотилось в груди -
сказывалась усталость, накопившаяся за последнее время.
Продвижение вверх замедлялось еще и тем, что Слегин не знал, на каком этаже
остановился лифт - это мог быть любой этаж, начиная с восьмого и выше. Поэтому
приходилось осматривать каждый лифтовой холл.
Наконец Слегин достиг последнего этажа, но и здесь никого не обнаружил.
Да кто же этот тип - невидимка, что ли?
Раскрутчик вновь выглянул на лестницу, и взгляд его уперся в железную дверь в той
стене, где заканчивались ступени. Помнится, раньше на ней висел массивный замок, а теперь он
куда-то исчез...
Слегин распахнул дверь, и в лицо ему ударил ветер. Осторожно выглянув наружу,
раскрутчик выбрался на крышу.
И в сердцах ударил кулаком по ладони.
Прижимаясь к крышам соседних домов, от него стремительно удалялся аэр без
опознавательных знаков. В его кабине виднелись силуэты двух человек.
Глава 11
Чтобы компенсировать неудачу, которой обернулась погоня за неизвестным, Слегин
решил собрать хоть какие-то сведения о Вадиме Бурине путем опроса его соседей. К этому делу
он подключил и обезовцев, прибывших как раз в тот момент, когда он вернулся с крыши в
подъезд.
Им удалось опросить больше половины жителей подъезда, но никаких ценных сведений
соседи Бурина не сообщили. Собственно говоря, компьютерщика мало кто знал - жил он
замкнуто, в гости никого из соседей к себе не приглашал, да и визитеров извне у него почти не
было. Кое-кто, правда, утверждал, что несколько раз видел Вадима в компании пожилого
человека - видимо, отца, но это было довольно давно. Некоторые сообщали, что, возвращаясь
поздно ночью, частенько видели, как в квартире Бурина светятся окна, но это не было связано с
гульбой или молодежной вечеринкой, потому что ни единого звука наружу не доносилось...
Самым трудным для свидетелей оказался вопрос о том, когда они последний раз видели
Бурина. Они морщили лоб, хмурили брови, усиленно пытаясь припомнить конкретную дату, но
в конце концов заявляли, что давненько это было...
Не собирался ли Вадим куда-нибудь уезжать? Нет, никаких фактов в пользу этого
предположения не было.
Не было ли у Бурина подружки, невесты или прочих знакомых женского пола? Нет, не
было, хотя это, конечно, очень странно, если учесть его возраст и проживание в отдельной
квартире... Другой бы на его месте погряз в разврате, а этот жил как монах-отшельник!..
Есть ли у Бурина другие родственники, помимо полумифического отца? Неизвестно,
поскольку он никогда не распространялся на эту тему...
В общем, одни сплошные "нет" и "не знаем". И хотя принято считать, что отрицательные
ответы - тоже информация, но в данном случае Слегина она не удовлетворяла.
Пришлось наведаться в тот отдел учета населения, который обслуживал район обитания
Бурина. Там, сломив скрытое сопротивление сотрудников, уже предвкушавших конец
трудового дня, Слегину удалось поднять архивные данные на программиста и выяснить, что
проживает он по нынешнему адресу всего три года, а раньше был зарегистрирован по месту
жительства своего отца - Бурина Ивана Дмитриевича, 195.. года рождения...
Слегин скопировал указанный адрес и вместе с той же группой ОБЕЗа ринулся на другой
конец города.
Здесь его ждал очередной сюрприз.
Все указывало на то, что Бурин-старший пропал без вести так же внезапно, как и его сын.
И, судя по показаниям соседок-старушек, сидевших на скамейке перед подъездом, примерно в
то же самое время. Дверь его квартиры была заперта, на звонки никто не отвечал, и тогда
обезовцы в присутствии свидетелей вскрыли квартиру. Ко всеобщему облегчению,
полуразложившихся трупов и прочих аномалий там не оказалось.
Слегин тщательно осмотрел помещения, но не нашел ни улик, которые могли бы
указывать на то, что имело место какое-либо преступление, ни чего-либо такого, что могло бы
пролить свет на обстоятельства исчезновения Бурина-старшего и его местонахождение в
настоящее время. Единственным предметом, который вызвал определенные подозрения у
раскрутчика, оказалась пара никелированных наручников старинного образца, которые
валялись на полу за диваном.
На всякий случай приобщив их в качестве вешдока к будущему уголовному делу, Слегин
собрался было обойти соседей, но тут его вызвал на связь Захаров.
Голос начальника инского ОБЕЗа был каким-то странным.
Первым делом он осведомился, где именно Слегин находится, а когда услышал ответ, то
долго его обдумывал.
Потом он спросил, не заезжал ли Слегин сегодня в следственный изолятор.
Получив отрицательный ответ, Захаров впал в еще большую задумчивость, и тогда
Слегин, не выдержав, осведомился, в чем причина его расспросов.
И то, что он услышал, оглушило его не хуже того удара по голове, который он получил в
темном переулке несколько дней назад.
Захаров сообщил, что наемный убийца и негодяй Фонарь, он же - гражданин Лантерин,
час назад был обнаружен мертвым в одиночной камере следственного изолятора. А точнее -
убитым: выстрел был произведен в упор из пистолета, относящегося к категории СО.
Но самый главный сюрприз хитрец Толя, как опытный писатель-детективщик, оставил на
заключительную часть своего сообщения.
По его словам, персонал СИЗО в один голос утверждал, что в камеру к Фонарю в течение
нескольких часов перед установленным экспертом временем смерти никто не заходил. За
исключением одного человека, который никак не мог быть убийцей - если, конечно,
допустить, что он находится в здравом уме.
- И кто же этот тип? - спросил Слегин, уже предчувствуя очередную подлость со
стороны госпожи Фортуны.
- Ты, - сказал с вызовом Захаров. - Некто Булат Слегин, собственной персоной... И
никакой ошибки быть не может: слава богу, за последние дни охрана изолятора успела вдоволь
наглядеться на твою физиономию.
- Ах вот как? - Слегин кусал губу и бездумно хлопал глазами, пытаясь сообразить, что
за чертовщина вокруг него сегодня творится. - Ладно, я выезжаю...
- Куда? - не без подтекста поинтересовался Захаров.
- В Управление - куда же еще! - взорвался Слегин. - Неужели ты поверил, что я
действительно укокошил этого мерзавца и теперь собираюсь пуститься в бега от карающей
длани правосудия?!
Анатолий что-то невнятно промямлил насчет упрямых фактов, но Слегин слушать его
больше не стал.
Оба обезовца смотрели на него во все глаза, как на оборотня, вдруг поросшего волчьей
шерстью.
- Я уже тебе в сотый раз говорю: не был я сегодня в этом проклятом изоляторе,
понятно? - устало сказал Слегин.
Не глядя на него, Захаров сосредоточенно сворачивал листок бумаги в гармошку, и лицо
его оставалось отчужденно-застывшим.
- Да ты сам подумай: ну какой резон мне было его убивать? - продолжал Слегин,
вскинув голову. - Или, по-твоему, я страдаю манией мести и решил разделаться с Фонарем
только потому, что несколько дней назад он вдарил мне по кумполу? Это же абсурд, Толя!..
- Абсурд, - согласился Захаров, не поднимая головы. - А то, что ты там был, - вовсе
не абсурд. Хочешь, я устрою тебе очную ставку с дежурным по изолятору?
- Хочу, - с вызовом сказал Слегин. - Хоть с самим господом богом!.. Ну не был я там,
понимаешь? НЕ БЫЛ! - Он вдруг замолчал, а потом воскликнул: - Слу-ушай, начальник... А
почему ты веришь не мне, а этим охранникам? Ты не допускаешь, что кто-то из них имеет
рыльце в пушку и решил таким оригинальным образом отвести от себя подозрения? Может, его
подкупила мафия?
- Ага, - согласился Захаров и швырнул плод своих усилий в корзину для бумаг. -
Наверняка подкупила! А вместе с ним - еще человек пять, которые тоже тебя видели в
изоляторе!.. Стопорни, коллега, иначе еще немного - и ты обвинишь весь персонал СИЗО в
сотрудничестве с преступниками!
Слегин вскочил со стула и закружил по кабинету.
- Нет, - сказал он, - тут что-то не так... У вас в Инске случайно гипнозом никто не
владеет?
- Насколько я знаю - нет, - с усмешкой отозвался Захаров. - И фантомасов у нас тут
не водится, и даже пришельцев, способных принимать любые обличья!..
- Погоди, погоди, - пробормотал Слегин. - Давай по порядку... Фонарь сидел у нас
под стражей целых три дня. Тихо-мирно сидел, никому не мешал... А сегодня его взяли и
кокнули. Почему именно сегодня?
- Для начала надо поставить вопрос иначе. А именно: почему его вообще кокнули? -
сказал Захаров.
- Ну, это-то кажется очевидным, не так ли? Бедняга, видимо, кое-что знал о своем
Заказчике... правда, нам он так и не выложил эти сведения... но Заказчик-то этого не ведал, вот
в чем дело! Возможно, он вообще не подозревал об аресте киллера, и это стало ему известно
только сегодня... Кто-то ему об этом сообщил, но кто?
- Только не я, - выставил перед собой ладонь Захаров. - Я сегодня из этого кабинета
выходил только, пардон, в сортир. Мои парни тоже вряд ли бы стали "светить" Фонаря - о,
каламбур получился!.. Так что извини, но опять в качестве подозреваемого остаешься ты,
Булат...
- Я? - ошеломленно переспросил Слегин. - Хм, ну что ж... Давай проанализируем мои
сегодняшние похождения... Сначала было кладбище - но там ни слова не было сказано о
нашем подследственном... Потом я заехал... то есть залетел - тьфу ты, черт, язык сломаешь...
короче, потом я заскочил в ту фирму, где работал Бурин, и...
Он вдруг застыл с открытым ртом.
Ему припомнилось, как Крейлис интересовался, не поймали ли того убийцу, который
якобы был науськан на Бурина. "И потом этот странный тип в торговом центре - уж не
напустили ли его на меня специально, чтобы выиграть время? Да, но тогда выходит, что за
мной следили от фирмы до самой квартиры Бурина... А я точно знаю, что "хвоста" за мной не
было. Но тогда как им становилось известно о моих перемещениях? Перехватывали мои
переговоры с Захаровым? Чушь собачья - не зная кода и не имея спецаппаратуры, невозможно
прослушать каналы служебной связи "Раскрутки"!..
И все-таки глава фирмы "Голо- и видеоэффекты" был единственным, кому я намекнул,
что на Вадима охотились киллеры. Если этот голливудский красавчик и был Заказчиком, то для
него не составляло труда смекнуть, что, скорее всего, я знаю о покушениях на Бурина от самого
исполнителя. А раз так, значит, он сидит у нас на нарах... Не исключено, что сразу после моего
ухода Крейлис навел справки по своим каналам и выяснил, что Фонарь пропал неизвестно
куда... в конце концов, официанты "Фиалки" были свидетелями того, как мы его брали... И
тогда он решил не откладывать ликвидацию Фонаря в долгий ящик... Уяснив, что я временно
нахожусь в отрыве от своих коллег, он направил в изолятор кого-то из своих подручных,
загримировав его так, чтобы он был как две капли воды похож на меня..."
- Ну ты даешь, - покрутил головой Захаров, когда Слегин сбивчиво озвучил вслух эти
свои мысли. - Богатая же у тебя фантазия, парень!.. Не хуже, чем у Агаты Кристи!.. Только
вот что я тебе скажу: у нас в СИЗО работают не подслеповатые старушки, а профессионалы,
которые собаку съели на фейс-контроле! Чтобы их провести - даже не знаю, какой макияж
нужен. И потом, грим хорош для театрального спектакля, но не для реального маскарада,
потому что на расстоянии вытянутой руки будет заметно, что лицо неестественное...
- А голос? - жадно спросил Слегин. - Что охранники сказали о голосе моего
двойника?
Захаров почесал бровь остро отточенным карандашом.
- Честно говоря, тут есть некоторая неувязка, - признал он. - Человек, в котором
охрана изолятора дружно опознала тебя, по сути, ничего не говорил... если не считать
нескольких отрывистых возгласов...
- Ну, вот видишь! - победно воскликнул Слегин. - А удостоверение? Неужели и ксиву
мой двойник предъявлял?
- Нет, - согласился Захаров, но тут же добавил: - Кстати, а ты и сам, помнится,
предъявлял документы только в самый первый раз... а потом тебя просто пропускали вместе со
мной...
Слегин прищурился.
- Ладно, - сказал он упавшим голосом. - Если ты не хочешь мне верить, валяй - вяжи
меня, бери под арест, сажай в кутузку - на место покойного Фонаря... Допрашивай с
пристрастием! Ну давай, чего же ты ждешь?!
Захаров открыл рот, но не успел ничего сказать. За спиной Слегина раздался чей-то
знакомый голос:
- Что за шум, а драки нет? Или вы никак не поделите лавры поимки опасного
преступника?
Слегин повернулся и оцепенел.
На пороге кабинета стоял не кто иной, как Кондор.
Он держался как ни в чем не бывало. Будто не отсутствовал почти неделю неизвестно где.
Слегин пришел в себя первым.
- Дело в том, шеф, - сказал он, - что опасным преступником почему-то оказался я
сам!..
- Поздравляю, - с видимым удовлетворением произнес Кондор, входя и усаживаясь в
мягкое кресло, предназначенное для почетных гостей. - Что ж, тогда докладывай...
-Ну а теперь подытожим, что мы имеем на данный момент, - наконец сказал Кондор. -
Слепой Снайпер действует по-прежнему безнаказанно. Это раз. Его личность достоверно
установить пока не удалось... не дергайся, Булат, я же сказал - достоверно! Это два.
Абсолютно непонятно, каким образом ему Удается убивать людей, если из заключений
экспертов явствует, что он должен был стрелять с большой дистанции, а это было невозможно в
условиях закрытых малогабаритных помещений. Это три... Также остается загадкой, где и как
он добывает смертельное оружие, почему охотится на самых слабых и беззащитных и чего,
собственно, добивается. Это сразу и четыре, и пять, и шесть... А если подшить к делу такие
мелочи, как, скажем, то, что оружия двадцать шестого калибра не существует в природе и что,
переведя этот калибр в метрическую систему, мы получим примечательное число 6,66 мм, то
всего мы будем иметь целых восемь пунктов в минусе...
Слегин открыл было рот, но Кондор опять остановил его повелительным жестом.
- Теперь о том, что может считаться нашими достижениями - в кавычках, разумеется.
Арест киллера, который наплел нам сказки про бессмертного программиста и которого прямо у
нас под носом убрал неизвестный, обладающий незаурядной способностью трансформации
внешности. Замаячила на горизонте некая фирма, которая может специализироваться вовсе не
на компьютерно-аудиовизуальных технологиях, а на кое-чем более серьезном. Однако
реальных доказательств против нее пока нет, если не принимать во внимание загогулин,
которые имеет обыкновение изображать господин генеральный директор, да завала пустых
ящиков из-под боеприпасов. В принципе, это все, чем мы пока располагаем, господа
оперативники.
- Как это - все? - оторопело спросил Слегин. - А Бурин?
- А что - Бурин? - поднял брови Кондор. - Какие у тебя есть основания подозревать
его в причастности к данному делу? Показания мерзавца и преступника Фонаря, который
вполне мог вешать нам лапшу на уши? Тот факт, что в указанном им месте не оказалось трупа
программиста? А ты уверен, что там был захоронен именно он, а не кто-нибудь другой? Или
что это действительно могила, а не, скажем, подземный тайник для хранения каких-нибудь
нелегальных штучек?.. Да, налицо все признаки того, что Вадим пропал без вести. Допускаю
даже, что Фонарь его на самом деле похоронил тайком на кладбище. Но ведь мертвец не
обязательно мог ожить - просто кто-нибудь мог выкопать и увезти тело в другое место.
Другой вопрос - зачем и кому это понадобилось... Далее. Ты говоришь, что сегодня, когда ты
был в квартире Бурина, кто-то пытался открыть дверь ключом, а потом удрал от тебя... Но
почему ты решил, что это сам хозяин квартиры? Может, он просто одолжил на время ключ
кому-нибудь из своих знакомых, а тот испугался, учуяв, что в квартире кто -то есть...
- А вам не кажется подозрительным, Кондрат Дорофеевич, что отец Бурина тоже
отсутствует неизвестно где и по каким причинам? - осведомился Слегин.
Кондор пожал плечами:
- Ну, хорошо, в крайнем случае, можно объявить розыск отца и сына. Причем не только
в Инске, но и по всей стране. И даже по всему миру, если тебе это угодно... Но боюсь, что нам
придется долго ждать результатов розыска... Поэтому, дорогие мои, давайте-ка будем не
гоняться за журавлем в небе, а работать по тем направлениям, которые обещают реальную
отдачу. Тот же Крейлис, например...
- Сейчас мы ведем наблюдение за ним и за зданием его фирмы, - торопливо вставил
Захаров. - Но пока - никаких результатов...
- Ну вот, видите, - вздохнул Кондор. - Конечно, можно было бы хоть сейчас
нагрянуть туда с обыском - только, похоже, толку от этого будет мало. Даже если у этой
компании рыльце в пушку, визит Слегина должен был насторожить их и заставить временно
свернуть свою подпольную деятельность, замести следы и некоторое время существовать в
качестве честных бизнесменов...
- Что же получается? - растерянно сказал Слегин. - Что нам вообще нет смысла
что-либо предпринимать сейчас? Сидеть и ждать у моря погоды? А этот маньяк будет
продолжать косить людей средь бела дня?
- Кстати, о маньяке, - сказал Кондор. - Я ведь все это время тоже не ваньку валял и не
на курорте прохлаждался...
- Неужели вам удалось взять Ашина? - спросил Слегин.
Кондор кивнул, но как-то вяло.
- Удалось, - подтвердил он. - Но опять в виде трупа...
А потом он поведал Слегину и Захарову последние новости из Интервиля.
Вскоре после прибытия раскрутчиков в Инск в столице был убит доктор Анклюг. Его
нашли в рабочем кабинете привязанным к стулу и с кляпом во рту. На теле его было множество
колотых и резаных ран, каждая из которых была не смертельной, так что умер он всего лишь от
потери крови. У следствия возникло предположение, что покойного пытали - причем, судя по
всему, довольно-таки неумело, "непрофессионально"... Версия по поводу ограбления отпала
сразу. Видимых врагов у реаниматолога не было, так что оставалось загадкой, кому и с какой
целью понадобилось истязать несчастного доктора с применением его же скальпеля...
Преступник не оставил на месте преступления никаких следов, никто из персонала
подозрительных посторонних в центре не видел, так что до сих пор следствие находится в
тупике.
Между тем в Курске началась серия странных массовых убийств.
На этот раз местом действия стало метро. Почти ежедневно на разных линиях поезд
привозил на конечную станцию один из вагонов (чаще всего самый последний в составе) с
трупами пассажиров. Экспертиза показала, что у всех них смерть наступила в результате
отравления неизвестным ядовитым газом типа ви-икс. После опроса свидетелей и
реконструкции обстоятельств преступлений вырисовалась следующая схема. Скорее всего,
преступник входил в вагон на предпоследней станции. Когда двери закрывались и поезд
трогался, террорист надевал на лицо специальную маску-респиратор (или применял какое-то
другое устройство, позволяющее не дышать воздухом вагона), а затем открывал емкость,
наполненную смертоносным газом. Смерть настигала ничего не подозревающих граждан почти
мгновенно. Никто даже не успевал нажать кнопку на переговорном устройстве, чтобы подать
машинисту сигнал тревоги. Поезд прибывал на конечную станцию, двери открывались, и
убийца, быстро покинув вагон, снимал с себя маску и смешивался с толпой пассажиров на
перроне. Потом кто-нибудь обнаруживал, что вагон полон мертвецов, поднималась паника,
суматоха, станцию оцепляли - но было уже поздно...
После первого же теракта в подземке ОБЕЗ приняла экстренные меры безопасности. На
каждой станции специальные контролеры осматривали вагоны на предмет наличия
контейнеров с отравляющими веществами. Пассажиров стали пропускать через рамки
интро-скопов и подвергать личному досмотру, как на таможне. В метро дежурили патрули,
проверявшие документы и обыскивавшие всех подозрительных лиц. Повсюду было
организовано оповещение населения об опасности, с указанием мер, которые следовало
предпринять в случае, если они заметят что-нибудь странное или подозрительное. В вагонах
стали ездить переодетые сотрудники "Раскрутки". Особое внимание было уделено конечным
станциям - каждый прибывающий вагон там встречали обезовцы в штатском и дежурные по
станции метро.
Однако массовые убийства пассажиров метропоездов продолжались.
Было задержано несколько граждан, имевших при себе маски, респираторы и противогазы
- но в результате все задержанные оказывались вне подозрений.
Дошло до того, что люди стали предпочитать добираться из одного конца города в другой
наземным транспортом и метро постепенно опустело.
Когда Кондор прибыл в Курск, ему удалось установить, что речь идет все о том же
Слепом Снайпере - портрет Ашина опознала одна женщина, случайно видевшая человека,
вышедшего из вагона, где впоследствии оказалось нагромождение трупов. Работа ОБЕЗа
приобрела целенаправленный характер, и однажды, когда Ко
...Закладка в соц.сетях
