Жанр: Научная фантастика
Пандора 2. Эффект лазаря
... Я просто почувствовал, что
мне не хватает воздуха, а когда я вышел в коридор...
- Это я виновата, - настаивала она. - Я совсем позабыла о приступах стресса, а ведь
нас этому учили. Но мне казалось... ну, как будто ты всегда был здесь. Я не воспринимала тебя
как новичка.
- Воздух в коридорах такой влажный, - заметил Бретт. - Прямо сплошная вода.
- Но теперь ты в порядке?
- Да. - Бретт глубоко вдохнул. - Только... ну, промок малость.
- Иногда здешний воздух такой влажный, что в нем белье полоскать впору. Некоторым
островитянам приходится носить с собой контейнеры с сухим воздухом, пока они привыкнут.
Если тебе уже лучше, нам бы стоило сходить зарегистрироваться. Тебя уже поджидают. - В
ответ на его вопросительный взгляд она лишь пожала плечами. - Тебе ведь нужно пройти
собеседование.
Он так и уставился на нее, успокоенный ее присутствием, но все же лелея в душе
внезапное чувство пустоты. Островитяне были наслышаны о том, какая зарегулированная
жизнь у морян - в этом отчитывайся, на то проверяйся. Он хотел было расспросить Скади об
этом собеседовании, но им помешала группа морян, с грохотом волокущих оборудование -
контейнеры, носилки, шланги.
- Что случилось? - крикнула Скади им вслед.
- Жертв катастрофы привезли, - проорал в ответ один из них.
Ожили громкоговорители на потолке.
- Код оранжевый! Код оранжевый! Всему дежурному персоналу проследовать по своим
станциям. Это не учебная тревога. Это не учебная тревога. Очистить причальные отсеки.
Очистить коридоры. Дежурные станции предназначены только для персонала. Только для
персонала. Всем прочим прибыть на другие станции. Медицинским службам занять места в
коридорах и травмопунктах. Код оранжевый. Это не учебная...
Все больше морян пробегало мимо них.
- Очистить коридоры! - прокричал один.
- Что случилось? - крикнула ему вслед Скади.
- Остров затонул за Мистральным барьером. Сейчас вносят уцелевших.
- Это не Вашон? - закричал Бретт.
Моряне убежали, оставив его без ответа.
Скади потянула его за руку.
- Скорей. - Она провела его в боковой коридор и втолкнула в отверстие большого
люка, скользнувшего в сторону при ее прикосновении. - Мне придется оставить тебя здесь и
явиться на мою станцию.
Бретт проследовал за ней через двойной люк в кафе. Вдоль стен были расставлены
низенькие столики в кабинках. Другие столики располагались по всей комнате. Ряды
пластальных колонн разделяли их между собой. Каждая колонна была оборудована
обслуживающим лотком. За угловым столиком сидели двое, склонившись над его
поверхностью друг к другу. Скади торопливо повела Бретта к этому столику. Когда они
приблизились, сидящий справа стал виден отчетливо, и Бретт споткнулся. Каждый
островитянин знал это лицо - эту крупную голову на удлиненной шее, поддерживаемую
специальным устройством: Уорд Киль !
Скади остановилась у столика, держа Бретта за руку. Ее внимание было обращено на
спутницу Киля. Бретт узнал эту рыжеволосую женщину. Он видел ее мельком в Вашоне. До
того, как он повстречал Скади, Бретт считал Карин Алэ прекраснейшей из ныне живущих
женщин. Он не нуждался в негромких пояснениях Скади.
- Здесь должны были оказаться работники службы регистрации, - сказала Алэ, - но
они разошлись оп своим станциям.
Бретт мучительно сглотнул и посмотрел на Киля.
- Господин судья, говорят, что целый остров затонул.
- Это был Гуэмес, - холодно произнес Киль.
- Уорд, - вмешалась Алэ, взглянув на Киля, - я предлагаю вам и юному Нортону
пройти в мою квартиру. Не задерживайтесь в коридорах и оставайтесь у меня, пока я с вами не
свяжусь.
- Я должна идти, Бретт, - сказала Скади. - Я приду за тобой, когда все это закончится.
Алэ взяла Скади за руку, и они умчались прочь.
С болезненной медлительностью Киль выбрался из-за стола и постоял немного, позволяя
ногам привыкнуть к новому положению.
Бретт прислушивался к шагам людей, мчащихся по коридору.
Киль старательно заковылял к люку.
- Пойдем, Бретт.
Когда они вышли в коридорчик, ведущий к выходу, люк перед ними зашипел, открываясь,
и на Бретта пахнуло чесноком, поджаренным в оливковом масле и еще какими-то незнакомыми
приправами. Мужской голос прикрикнул: "Вы, двое! Покинуть коридор!"
Бретт развернулся. В проходе люка, ведущего на кухню, стоял крепко сбитый мужчина с
темно-пепельными волосами. Его довольно плоские черты лица сменили злое выражение на
принужденную улыбку, едва он только отвел взгляд от Бретта и узнал Киля.
- Прошу прощения, господин судья, - извинился мужчина. - Не узнал вас
спервоначалу. Но вам все равно не место в коридоре.
- Нам было велено оставить это место и дожидаться посланника Алэ у нее, - объяснил
Киль.
Мужчина отступил на шаг и сделал жест в сторону кухни.
- Пройдите сюда. Вы можете занять бывшую квартиру Райана Ванга. Карин Алэ будут
извещена.
Киль тронул Бретта за плечо.
- Это ближе, - сказал он.
Мужчина провел их в большую комнату с низким потолком, залитую мягким светом.
Бретт не смог обнаружить источника света - казалось, он сам по себе омывает комнату
нежными волнами. Толстые светло-голубые ковры ласкали босые ноги Бретта. Казалось,
единственным предметом обстановки были пухлые подушки, коричневые, терракотовые и
темно-синие, но Бретт, знавший морянскую привычку убирать мебель в стены, подозревал, что
остальные предметы меблировки просто скрыты за занавесями.
- Вам будет здесь удобно, - заметил мужчина.
- Кого я имею удовольствие благодарить за гостеприимство? - осведомился Киль.
- Меня зовут Финн Лонфинн, - отрекомендовался мужчина. - Я был одним из слуг
Райана Ванга, а теперь я присматриваю за этим жильем. А ваш юный друг, он?..
- Бретт Нортон, - ответил Бретт. - Я как раз шел на регистрацию и собеседование,
когда прозвучал сигнал тревоги.
Бретт разглядывал комнату. Он никогда не видел ничего подобного. Во многих
отношениях обстановка слегка напоминала островитянскую - весь металл прикрыт тканью, по
большей части явно верхнего производства. Но палуба не двигалась. Только воздух тихонько
пульсировал в системе вентиляции.
- У вас есть друзья из Гуэмеса? - поинтересовался Лонфинн.
- КП родом с Гуэмеса, - напомнил ему Киль.
Брови Лонфинна приподнялись, и он перевел взгляд на Бретта. Бретт почувствовал, что
вынужден ответить.
- Я не думаю, что знаком с кем-нибудь с Гуэмеса. Мы не проходили ближним дрейфом
со времени моего рождения.
- Лонфинн вновь обернулся к Килю.
- Я ведь про друзей спрашивал, а не про КП.
И в его голосе Бретт услышал, как захлопывается люк, отделяющий морян от островитян.
Слово мутант пролегало между ними. Симона Роксэк - это муть; возможно, друг Уорд Киля,
тоже мути... а может, и нет. Кто может назвать другом того, кто выглядит вот так? КП не могла
быть нормальным объектом дружеских отношений. Бретт внезапно ощутил угрозу.
Киль понял, внезапно ужаснувшись, что мнение Лонфинна об очевидном превосходстве
морян не так уж и безобидно. Такое отношение было обычным в среде менее образованных
морян, но Киль ощутил, что и его наполняет беспокойство, вызванное внезапным внутренним
пробуждением.
"Ведь я был готов согласиться с его суждением! Часть меня все время принимала, как
само собой разумеющееся, то, что моряне лучше."
Неосознанное убеждение, воспитанное долгими годами, распустилось в душе Киля,
подобно ядовитому цветку, заставив его проявиться с такой стороны, которой он в себе даже и
не подозревал. Осознание этого наполнило Киля гневом.
- У вас есть приятели на Гуэмесе? - настырно выспрашивал Лонфинн. - Как жаль, что
кое-кто из ваших невезучих сотоварищей был изуродован или погиб. Но ведь уродство и смерть
- это естественная часть вашей жизни.
- Вы говорили, что были раньше слугой, - промолвил Киль. - Вы хотите сказать, что в
этой квартире никто больше не живет?
- По закону она принадлежит Скади Ванг, насколько я понимаю, - ответил Лонфинн. -
Но она говорит, что жить здесь ей не хочется. Полагаю, в ближайшее время это жилье будут
сдавать, а деньги перечислять на счет Скади.
Бретт изумленно воззрился на него, а затем вновь оглядел просторную квартиру - такую
богатую.
Все еще потрясенный своим внутренним открытием, Киль доковылял до кучи синих
подушек и опустился на них, вытянув перед собой больные ноги.
- Счастье, что Гуэмес - остров маленький, - заметил Лонфинн.
- Счастье?! - вырвалось у Бретта.
- Я имел в виду, - пожал плечами Лонфинн, - насколько ужаснее оказалась бы
катастрофа, будь это один из крупных островов.. да вот хотя бы Вашон.
- Мы знаем, что вы имели в виду, - со вздохом произнес Киль. - Я знаю, что моряне
называют Гуэмес "гетто".
- Но... но ведь это ничего не значит, - вымолвил Лонфинн. Едва он понял, что теперь
он вынужден защищаться, как в его голосе появились гневные нотки.
- Нет, это значит, что крупные острова обязаны время от времени оказывать помощь
Гуэмесу - и пищевыми запасами, и медицинским оборудованием, - настаивал Киль.
- Да, с Гуэмесом не поторгуешь, - признал Лонфинн.
Бретт переводил взгляд с одного собеседника на другого, ощущая подводные течения. За
их словами крылся подтекст - но Бретт подозревал, что ему требуется куда лучшее знание
морян, чтобы понять, что это за подтекст. Он только ощущал за каждым из аргументов еле
скрываемый гнев. Бретт знал, что некоторые островитяне обзывали Гуэмес "спасательной
шлюпкой Корабля". Кличка была шутливой, но Бретт понимал ее смысл: это значило, что на
Гуэмесе было полным-полно БогоТворителей - людей глубоко верующих, фундаменталистов.
Неудивительно, что КП была уроженкой Гуэмеса. В устах островитян шутки по поводу Гуэмеса
не звучали обидно - а вот выслушивать инсинуации Лонфинна оказалось болезненно.
Лонфинн пересек комнату, проверил люк и обернулся.
- Люк ведет из этого холла в гостевые спальни - на случай, если вы захотите
отдохнуть. - Он снова обернулся к Килю. - Полагаю, эта штука у вас на шее здорово вас
утомляет.
- Безусловно. - Киль потер шею. - Но я знаю, что всем нам приходится в этой жизни
терпеть многие вещи, которые нас утомляют.
- Хотел бы я знать, почему морян никогда не назначали КП? - проворчал Лонфинн.
Ответил ему Бретт, припомнив одно из замечаний Твиспа как раз по этому поводу.
- Я думаю, - повторил он за Твиспом, - что у морян есть множество других дел и им
попросту неинтересно.
- Неинтересно? - Лонфинн уставился на Бретта так, словно в первый раз его увидел. -
Молодой человек, я не думаю, что вы достаточно квалифицированны, чтобы обсуждать
политические проблемы.
- По моему, юноша скорее задал вопрос, - предположил Киль, улыбнувшись Бретту.
- Вопросы следует задавать прямо, - проворчал Лонфинн.
- И отвечать на них тоже следует прямо, - настаивал Киль. Он поглядел на Бретта. -
Это вопрос постоянно дебатируется между "верными" и политическим лобби. Большинство
приверженцев Корабля наверху считают, что передача поста КП морянину равносильна
катастрофе. У них и без того слишком много влияния на многие аспекты нашей во всем
остальном скучной жизни.
- Молодому человеку трудно понять такую сложную политическую проблему, - сказал
Лонфинн с угрюмой усмешкой.
Бретт только зубами скрипнул от его покровительственного тона.
Лонфинн подошел к стене позади Киля, нажал на клавишу, и панель отъехала в сторону.
За нею оказался большой иллюминатор, откуда открывался вид на подводный сад с прозрачным
потолком и фонтанчиком посредине, где крохотные рыбки сновали меж нежных, ярко
окрашенных растений.
- Мне пора идти, - объявил Лонфинн. - Развлекайтесь. Вот это, - он указал рукой на
иллюминатор, - не даст вам почувствовать себя взаперти. Я и сам нахожу этот вид весьма
отдохновительным. - Он повернулся к Бретту, помолчал и добавил. - Я прослежу, чтобы все
необходимые для регистрации формуляры были присланы вам на подпись. Нечего время зря
терять.
С этими словами Лонфинн отбыл через тот самый люк, откуда они вошли сюда.
- А вы заполняли эти бумаги? - Бретт взглянул на Киля. - Что они собой
представляют?
- Они удовлетворяют потребность морян разложить все по полочкам с ярлычками. Твое
имя, возраст, обстоятельства прибытия вниз, послужной список, возможные таланты, желаешь
ли ты остаться... - Киль поколебался, откашлялся. - Твои родители, их профессии, их
мутации. Степень тяжести твоих собственных мутаций.
Бретт по-прежнему молча смотрел на Верховного судью.
- Касательно ответа на твой второй вопрос, - продолжал Киль, - нет, от меня этого не
потребовали. Я убежден, что здесь есть на меня длинное досье с уймой важных деталей... а
заодно и всякой чепухи.
Бретт прицепился к единственной фразе Киля.
- Меня могут попросить остаться внизу?
- От тебя могут потребовать отработать стоимость твоего спасения. Внизу живет много
островитян, и я собираюсь заглянуть к ним прежде, чем вернуться наверх. Я знаю, жизнь здесь
может выглядеть очень привлекательной. - Он провел пальцами по мягкому ворсу ковра,
словно для того, чтобы подчеркнуть сказанное.
Бретт уставился в потолок, гадая, каково это - прожить большую часть жизни здесь,
вдали от обоих солнц. Конечно, люди, живущие внизу, иногда поднимаются на поверхность, но
все-таки...
- Лучшие спасательные команды состоят по большей части из островитян, - добавил
Киль. - Так Карин Алэ сказала.
- Я слышал, что моряне хотят, чтобы каждый платил им на свой лад, - заметил
Бретт. - Но мне не потребуется много времени, чтобы отработать стоимость моего... - Он
внезапно подумал о Скади. Как может он ей отплатить? Да таких денег и на свете нет.
- У морян есть много способов привлекать желательных и приемлемых островитян, -
сказал Киль. - Похоже, кто-то здесь заинтересован в тебе. И все же не это должно тебя сейчас
заботить больше всего. К слову сказать, у тебя есть медицинская подготовка?
- Только первая помощь и общеоздоровительный курс.
Киль сделал глубокий вдох и быстрый выдох.
- Боюсь, этого недостаточно. Гуэмес погрузился под воду уже довольно давно. Я уверен,
что уцелевшим, которых сейчас размещают, потребуется более квалифицированная помощь.
Бретт попытался сглотнуть, но горло свело спазмом.
"Гуэмес, целый остров - утонул."
- Я могу нести носилки, - выдавил он.
- Не сомневаюсь, - печально улыбнулся Киль. - А еще я не сомневаюсь, что ты не
найдешь, куда их надо нести. Мы оба можем только помешать. Сейчас мы являемся именно
тем, чем нас здесь называют - два островитянских уродца, от которых больше вреда, чем
пользы. Нам придется сидеть и ждать.
Нам редко удается избавиться от зла, всего лишь уяснив себе его причины.
К. Г. Юнг, из Корабельных архивов.
- Есть в Анналах одно проклятие, - сказал Тедж, - старое, как само человечество. Оно
гласит: "Чтоб ты жил в интересное время". Кажется, это оно самое.
Вот уже некоторое время, покуда лодки пересекали полуночную сторону Пандорианского
моря, Тедж рассказывал Твиспу, что он вызнал от Гэллоу и его присных. Твисп не различал
Теджа. Только красная стрелка горела в скорлупке. Ничего больше не было видно - даже звезд
над головой. Влажное облачное покрывало закрыло их незадолго до ночьстороны.
- Суши будет больше, чем ты можешь себе вообразить, - продолжал Тедж. - Столько
суши, сколько ты сейчас вокруг себя видишь воды. Так они говорили.
- Скверно для островов, - заметил Твисп. - А все эти ракеты, которые они, по твоим
словам, запускают...
- Они отлично подготовлены, - ответил Тедж. Его голос доносился из тьмы, и
некоторые нотки в нем здорово не понравились Твиспу. - Все готово для спуска гибербаков.
Мастерские полны оборудования.
- Мне трудновато вообразить себе сушу, - признал Твисп. - Где они первым делом
начнут ее подымать?
- В том месте, которое поселенцы назвали "Колония". На картах оно выглядит как
слегка изогнутый четырехугольник. Изгиб увеличивают и расширяют до овала с лагуной
посредине. Перед Войнами Клонов это был настоящий город, окруженный стеной из пластали
- подходящее место для начала. Где-то в этом году воду из него откачают, и первый город
вознесется к небесам.
- Волны уничтожат его, - молвил Твисп.
- Нет, - возразил Тедж. - Это готовилось в течение пяти поколений. Они все
продумали - и политику, и экономику, и келп... - он прервался, когда одна из крикс сонно
вякнула.
Оба моряка замерли, выжидательно прислушиваясь. Нет ли поблизости стаи голодных
рвачей? Но криксы молчали.
- Кошмар ей приснился, - буркнул Тедж.
- Значит, остров Гуэмес со своими религиозными фанатиками стоял на пути проекта
колонизации суши, так ведь? - спросил Твисп. - Все они со своим лозунгом:
"Оставайтесь-там-куда-Корабль-привел-нас"?
Тедж не ответил.
Твисп думал об откровениях этого человека. Жизнь, проведенная в своеобычном для
рыбака одиночестве, сузила горизонты Твиспа. Он чувствовал себя провинциалом,
неспособным понять проблемы всемирной политики и экономики. Он знал, что творится, и это
было просто. Он знал, что не доверяет этому великому плану, в который Тедж был наполовину
влюблен, невзирая на то, что претерпел из-за Гэллоу.
- В этом плане островитянам нет места, - заметил Твисп.
- Нет, мутантам нет места. Они будут исключены, - ответил Тедж. Голос его звучал
тихо, еле слышно.
- А кому решать, кто мутант? - спросил Твисп.
Тедж долго молчал.
- Острова перенаселены, с этим я не могу спорить, - наконец сказал он. - Что бы то ни
было, а в этом Гэллоу прав.
Твисп глядел в темноту туда, откуда раздавался голос Теджа. Слева виднелось пятно,
чуточку более темное, чем все остальное. Оно и привлекло внимание Твиспа. Ему
представлялся морянский образ жизни - их жилища, места, описанные Теджем. "Дом",
подумал он. "И что за люди могут называть такое своим домом?" Все по линеечке, почти
одинаковое, совсем как рой насекомых - да у него от одной этой мысли мурашки по спине
бегут!
- Это место, куда ты нас направил, - поинтересовался Твисп, - что оно собой
представляет? Почему оно для нас безопасно?
- "Зеленые рвачи" - организация маленькая, - ответил Тедж. - А первая База
большая - да по теории вероятности наши шансы там больше, чем в любом другом
близлежащем месте.
"Это безнадежно", подумал Твисп. Если моряне уже не отыскали Бретта, что еще ему
остается? Море слишком велико, и несусветная глупость - пытаться установить то самое
место, где водяная стена налетела на Вашон.
- Скоро рассветет, - сказал Тедж. - Мы прибудем почти сразу после рассвета.
Твисп слышал, как дождь постукивает о навес. Он взглянул на батареи, включив фонарик,
и обнаружил, что они заметно посерели. Внезапно прямо за кормой ударила молния и раздался
оглушительный гром. В потрясенной тишине раздался голос Теджа: "Что за черт?"
- Мы только что перезарядили батареи, - ответил Твисп. - И можем поймать еще одну
молнию, если она ударит поближе. Тогда я выставлю антенну.
- Рыбья срань, - фыркнул Тедж. - Рыбаки еще большие психи, чем я думал. Странно,
что вы и вообще возвращаетесь живьем.
- Стараемся - ответил Твисп. - Скажи, а как это ты так быстро заделался экспертом по
морянам?
Тедж вынырнул из-под навеса.
- Как историк, я уже многое знал о них прежде, чем отправиться вниз. И потом... когда
это становится вопросом выживания, учишься быстро. - Эти слова прозвучали не без
хвастовства.
"Выживание", подумал Твисп. Он выключил фонарик и пожалел, что без него не может
различить лицо Теджа. Парень все-таки не полный трус, это очевидно. Он работал на
субмаринах, как и многие островитяне. Явно знал навигацию. Но в конце концов, многие
островитяне знали ее со школы. И при всем при том Тедж жаждал подводной жизни. Если
верить ему, ради имевшихся у морян исторических документов, которые они и сами-то не
изучили.
Тедж был таким же, как и фанатики Гуэмеса, понял Твисп. "С идеей". Искатель
потаенного знания. Тедж хотел попасть к источнику знаний - а каким путем, ему было
безразлично. Опасный человек.
Твисп удвоил бдительность, улавливая каждое движение Теджа. Поверхность скорлупки
уловит их... в случае, если Тедж вздумает на него наброситься.
- Лучше бы тебе поверить, что так оно и будет, - произнес Тедж. - Довольно скоро
для островов не останется места.
- По радио передавали, что судья Уорд Киль отправился вниз с какой-то познавательной
целью, - вспомнил Твисп. - Полагаешь, он все время был осведомлен?
Нога шаркнула по палубе: Тедж устраивался поудобнее.
- Если верить Гэллоу, они и словечка верхним не сказали.
На некоторое время оба они погрузились в молчание. Твисп сосредоточился на
путеводной стрелке, на ее алом пылающем наконечнике. Как можно поверить в то, что
понарассказывал Тедж? Хотя барьер в море был реален. И несомненно, что Тедж лихорадочно
удирал - что-то действительно огромное и жуткое преследовало его.
А Тедж лежал, погруженный в собственные думы. "Мне должно было хватить выдержки
убить их". Но то, что стояло за Гэллоу, было больше, чем сам Гэллоу. Это уж точно. Знакомая
картинка для историка. Хроники Корабля сообщали о разгуле насилия, о лидерах,
стремившихся разрешить проблемы человечества путем массового убийства. До безумия
Гэллоу Тедж думал о подобных вещах как о чем-то отдаленном и нереальном. Теперь он знал
это безумие - тварь с клыками и когтями.
Бледный рассвет осветил верхушки волн, а заодно и Твиспа, стряпавшего на маленькой
жаровне, стоявшей на соседнем с ним сиденье. Тедж подумал, не согласится ли Твисп теперь,
когда развиднелось, одолжить ему рубашку и штаны своего парня.
- Кофе? - спросил Твисп, заметив обращенный на него взгляд Теджа.
- Спасибо. - И затем, помолчав. - Как я мог быть таким слепым невеждой?
Твисп долго молча глядел на Теджа и лишь затем задал вопрос.
- В том, что пошел с ними - или в том, что дал им уйти?
Тедж закашлялся. Рот его наполнился горечью, едва он проглотил свой кофе.
"Мне все еще страшно", подумал он, глядя на Твиспа, который студил свой кофе, сидя
возле штурвала.
- Мне в жизни не было так страшно, - сказал он.
Твисп кивнул. Признаки страха на лице Теджа читались явственно. Страх и невежество
плывут по единому течению. А когда страх отступит, его место займет гнев. Пока же разум
Теджа занят самоедством.
- Гордыня, вот что мной двигало, - произнес Тедж. - Я хотел написать историю
Гэллоу, историю в процессе ее творения, политический фермент - влиятельное движение
среди морян. И одному из их лидеров я понравился. Он знал, что я буду вкалывать. Он знал, как
я буду благодарен...
- А что, если Гэллоу и его команда мертвы? - поинтересовался Твисп. - Ты разбил их
субмарину, и остался единственным, кто может поведать, что случилось с Гуэмесом.
- Да говорю же тебе, я устроил так, чтобы они могли спастись!
Твисп подавил угрюмую усмешку. Гнев его начинал прорываться на поверхность.
Тедж разглядывал лицо Твиспа в сером утреннем свете. Рыбак был смуглым, как и многие
островитяне, работающие на открытом воздухе. Ветер плеснул спутанные коричневые волосы
Твиспа ему на глаза. Прядь волос зацепилась за двухдневную щетину, осенившую его щеки.
Все в поведении этого человека - спокойные движения его глаз, линия его рта - говорили
Теджу о силе и решимости. Тедж был уверен, что ни одно зеркало не отразит его глаза такими
же ясными - теперь, после Гуэмесской бойни. В этой бойне Тедж встретил и свою смерть.
"Как может кто бы то ни было поверить, что я не знал, что должно произойти, пока оно не
произошло? Как я сам могу в это поверить?"
- Лихо же они меня провели, - вздохнул Тедж. - Но я сам был к этому готов! Еще как
готов провести самого себя.
- Многие знают, каково это, когда тебя провели, - согласился Твисп. Голос его,
лишенный эмоций, звучал ровно. Этот голос позволял Теджу продолжать.
- Мне теперь в жизни не уснуть, - пробормотал Тедж.
Твисп окинул взглядом расстилающееся вокруг них море. Ему не понравилась нотка
жалости к самому себе, прозвучавшая в голосе Теджа.
- А как насчет жертв с Гуэмеса? - ровным голосом спросил он. - Как насчет их снов?
Посветлело, и Тедж во все глаза смотрел на Твиспа. Хороший человек, который пытается
спасти своему напарнику жизнь. Тедж закрыл глаза, но призраки Гуэмеса горели под веками.
Глаза его распахнулись.
Твисп внимательно вглядывался во что-то по правому борту.
- И где эта база, которую мы должны были увидеть с рассветом?
- Скоро покажется.
Тедж уставился в низкое небо перед ними. А когда база покажется... тогда что? Вопрос,
будто путы, сдавил ему грудь. Поверят ли моряне? А даже если и поверят - будут ли они на
основании этой веры действовать в защиту островитян?
Никогда не доверяй любви великого человека.
Островитянская пословица.
Киль глядел с наблюдательной платформы вниз, на кошмарную сцену регулируемого ада
- спасательные шлюпки побывали к маленькой причальной площадке, проходили через
шлюзовые, отделявшие дальнюю стену от расстилающейся внизу площади. Это не кошмарный
сон, напомнил себе Киль. Спасательные команды сновали между человеческих тел,
загромождавших палубу. Команды травматологов проводили срочные операции прямо на
месте, в то время как других пострадавших увозили или уносили на носилках. Мертвые - Киль
и вообразить никогда не мог столько смертей - были сложены возле левой стены, словно мясо.
Через длинный овальный иллюминатор видно было, как прибывающие спасательные шлюпки
занимают очередь за носилками. Травматологи и там старались, не покладая рук.
За спиной у Киля Бретт страшно вскрикнул, когда обломки чьей-то нижней челюсти
вывалились на палубу из мешка, который несли, чтобы поставить возле стены рядом с другими
такими же мешками. Стоящая рядом с Бреттом Скади сотрясалась тихими рыданиями.
Киль оцепенел. Он начинал понимать, зачем Карин послала Скади за ним и за Бреттом.
Алэ не понимала всех размеров трагедии. А осознав, захотела заручиться свидетельством
островитян, что моряне делают для пострадавших все возможное.
"Она переваливает грязную работу на мертвых", подумал он.
Киль различил рыжие волосы Алэ среди медиков, трудившихся над немногими живыми.
Судя по нагромождениям умерших, случайность никому не предоставляла лишних поблажек.
Выжило крохотное меньшинство.
Рядом шелохнулась Ск
...Закладка в соц.сетях
