Жанр: Научная фантастика
Путь империи
...ы в Калькутте.
- Это было действительно важно, профессор. Потому что Нарво ответили бы куда более жестоко,
чем англичане. Разумеется, они бы не додумались до такой дикости, как привязывать людей к пушкам,
чтобы их разрывало при выстреле. Или до того, чтобы заворачивать их останки в шкуры... какое там
было животное? Кажется, свинья?
Окончательно потрясенный, Кинси покорно кивнул.
- Полагаю, профессор, вы согласитесь: в некоторых отношениях джао обладают теми же
пороками, что и люди. При том, что у нас хватает своих пороков.
- Я бы сказал - "немногими пороками". Насколько я могу судить, в вашей истории нет ничего
похожего ни на нацистов, ни на красных кхмеров, ни на талибов. Джао никогда не опускаются до
уровня одержимости - в отличие от людей. Оппак - исключение.
- Да, Оппак... Очень жаль. Некогда он действительно был блестящим намт камити, хотя сейчас
в это трудно поверить. Пожалуй, ни одно из решений не давалось Своре так тяжело. И не было принято
с таким нежеланием.
Кинси боялся пошевелиться. Кто-то называл его "безумным профессором". Но он хорошо знал
историю. И мог себе представить, как чувствовал бы себя человек, которому собирается рассказать о
своих планах, скажем, Цезарь Борждиа.
- Дерьмо...
Он почти выдохнул, потому что не мог сдержаться. Но у джао очень острый слух.
- Неплохо сказано. В самом деле, дерьмо... Но когда речь идет о великих опасностях - или
великих возможностях, - приходится принимать суровые решения. Которые, как вы точно выразились,
крайне дурно пахнут.
Наставник откинулся еще дальше, словно отстраняясь от скверного запаха.
- В конечном счете, решение было за мной, и я решился. Повторяю, без особого желания. Но я не
видел иного способа привести ситуацию на Земле к достаточно быстрому завершению. Да, я приказал
свести Оппака с ума.
Почему-то человеческое пожимание плечами, которое последовало за этими словами, оказалось
весьма уместным.
- Это было нетрудно, учитывая природные наклонности Оппака, раздражение, в котором он
постоянно пребывал, и его одержимость бассейнами. Все свелось к манипуляциям с составом солей.
Это оказалось нетрудно. По мере того, как Оппак терял разум, он вообще перестал следить за тем, что
делают его служители.
- Боюсь, служителям это было не так просто, - заметил Кинси. - Учитывая нрав Оппака...
- Вы правы. Трех наших агентов он жестоко избил. А последнюю...
- Уллуа, - прошептал Кинси. - Так вот почему Врот спросил Оппака, где она. Вы сказали ему.
- Мы не сказали, а показали. Я вам тоже это покажу. Когда течение уже завершалось, мы
повсюду установили следящие устройства - на его корабле, во дворце. Что бы он ни делал, это не было
для нас тайной.
Наставник взял со столика какой-то прибор. Едва оказавшись в комнате, Кинси заметил это
устройство, но не обратил на него особого внимания, приняв его за пульт управления - например,
дверным полем.
Над столом, точно видение, возник голообраз.
- Смотрите, профессор Кинси, - приказал Наставник. - Я хочу узнать ваше мнение.
Убийство Уллуа было жестоким. На такое было невозможно смотреть спокойно. К счастью,
отвратительная сцена продолжалась недолго.
И Кинси почувствовал, как рассеянные фрагменты мозаики встают на свои места.
Со стороны могло показаться, что Оппак вот-вот изнасилует Уллуа. Нужно было знать, что джао в
принципе на такое неспособны, чтобы избавиться от иллюзии. Помнится, Кэтлин рассказала ему - уже
после того, как Талли взял жизнь бывшего Губернатора - как Оппак заставлял ее демонстрировать
перед ним позы джао. Какой-нибудь тиран заставлял бы танцевать девушку-рабыню. Потом был тот
странный разговор-допрос, который поверг в изумление даже Банле...
- Это связано с секретом размножения джао, верно? Особый состав солей в брачных бассейнах?
Вы свели Оппака с ума, постоянно стимулируя его сексуально, а он не имел возможности разрядиться.
Вероятно, даже не понимал, почему все это происходит.
- Вообще не понимал. Одна из особенностей великих коченов, и, пожалуй, самая нелепая - это
завеса тайны, которой они окружают все, что касается половой жизни. Они никогда ничего не
объясняют отпрыскам, пока кого-нибудь из них не призовут стать родителем, - Ронз отложил пульт. -
Другие кочены - периферийные, более мелкие - не проявляют такой одержимости. Но Оппак... Я сам
происхожу из одного из великих коченов, профессор. И могу вас уверить: Оппак не имел ни малейшего
представления, почему его настроение становится таким неустойчивым, откуда берутся эти вспышки
безумной ярости...
Взгляд Наставника стал таким же бесстрастным, как во время собрания Наукры. Выдержать такое
было непросто.
- Вы молодец, профессор. Вы оправдываете мои надежды. Скажите, что вас еще удивляет?
- Хм-м... кажется... простите, если я выражусь некорректно... столь нелепый для разумной расы
способ воспроизводства. Я имею в виду... по сути дела, необходимость в допинге. "Допинг" означает...
- Я знаю, что такое "допинг", профессор. Как вы думаете, могла ли такая особенность появиться
в ходе эволюции? У разумной расы или, если на то пошло, вообще какого-либо вида животных?
Кинси задумался, хотя ответ был очевиден.
- Нет. Не до такой степени. Не у животных с высокоразвитой нервной системой. Да, для всех
животных, насколько я знаю, существуют химические вещества, стимулирующие половую активность.
Но столь искусственное, сложное... Немыслимо. По сути дела, противоэволюционно... - он глубоко
вдохнул. - Это Экхат создали вас такими, верно? Манипуляции генетической структурой...
- Именно так. И это стало частью генома джао. По крайней мере, до сих пор генные инженеры
Своры не в состоянии найти способ это обойти. О да, доктор Кинси, мы делали такие попытки. На
протяжении примерно трехсот местных орбитальных циклов, с тех пор, как, наконец, поняли правду.
Наставник шевельнул кончиками ушей, его вибрисы качнулись. Тонкая печальная усмешка.
- Свора не должна производить потомство, профессор, иначе мы не сможем выполнять свою
работу - контролировать связи и отношения коченов. Вероятнее всего, это произойдет, если мы станем
рождать и воспитывать собственных детенышей вместо того, чтобы полагаться на кочены, которые
обеспечивают нас новобранцами. Но у нас нет суеверных запретов, мешающих вступать в интимные
отношения ради удовольствия. Я уверен, такое происходило в воинствующих монашеских орденах
людей - и не говорите, что эта аналогия не приходила вам в голову.
Он негромко вздохнул, и Кинси впервые осознал, как стар Наставник. Да, он все еще силен, но
прожил явно немало.
- Поверьте, профессор, Гончим очень часто приходится испытывать сильное эмоциональное
напряжение. И такого рода разрядка была бы нам очень полезна. Но такое исключено. Мы еще не
нашли способа сделать то, что для людей не вызывает особых проблем: отделить спаривание от
воспроизводства. Кинси не знал, что сказать. Выразить свое сочувствие было бы... преждевременно,
самое меньшее.
- Но все это предисловие, профессор. Скажите теперь, в чем суть всего, что я вам открыл? И
почему я вызвал вас сюда и доверил вам столь многое?
Возможно, это было непристойно. А может быть, вообще не было нарушением этикета. Кинси не
задумывался об этом, когда встал и начал медленно расхаживать по комнате. Так он делал всегда, дома
или во время лекции, когда пытался сосредоточиться на каком-либо вопросе. Обычно ему хватало
минуты.
- Это очевидно, не так ли? А что еще заложили в вас Экхат? Какие ограничения, не столь
очевидные? Но необходимые?
Наставник склонил голову.
- Вы на верном пути, профессор. Это и есть истинная забота Своры Эбезона и наш вечный
величайший страх. - он небрежно махнул рукой. - Другие проблемы тоже важны. Но ни одна не
может привести нас к гибели, если течение повернет. Рассмотрим очевидное. Почему джао настолько
лишены воображения? В конце концов, в оллнэт нет ничего мистического. Это не равносильно тому,
как если бы люди владели волшебством. Но когда нужно было остановить Экхат, прежде чем они
уничтожат другую форму жизни - почему мы не додумались до применения кинетических орудий? Вы
видите хоть одну причину?
- Это может быть просто особенностью мышления, - заметил Кинси. - Общества,
организованные на клановой основе, обычно весьма консервативны. Разумеется, если судить о людях.
- Возможно. Но что если дело снова в генетике? Как это выяснить? Не забывайте, нам
приходится вести непрерывную войну - просто для того, чтобы выжить. Мы не можем себе позволить
такой роскоши, как неспешное проведение научных исследований. Не сомневайтесь: придет время,
когда наша сила возрастет настолько, что даже Экхат в своем безумии осознают, что должны
сплотиться против нас. Что тогда, профессор? Что станет ахиллесовой пятой, в которую они нас
поразят? Они знают о ее существовании, поскольку сами создали ее - а мы не знаем.
Он подался вперед и его поза выразила настойчивость.
- А теперь встаньте на мое место. Что было бы лучшей превентивной мерой?
Это тоже было теперь очевидно.
- Найти другую разумную расу. Которая точно еще не испытала на себе влияние Экхат. И, кроме
того - а это существенно усложняет задачу, - уровень ее культурного и технического развития
должен быть примерно таким же, как у вас. По сути - партнер, готовый в любую минуту бросить вам
вызов, но именно партнер, а не подчиненный. Возможно, очень строптивый партнер, которого вы тоже,
в конце концов, не сможете контролировать.
- Да, профессор. Земля дала нам великий шанс. Наконец-то, после того, как мы сотни лет
покоряли по-настоящему полуразумные расы. Но они были слишком примитивны и просто
превращались в двойников джао. Становились ли мы от этого сильнее? Да. Но они не восполняли
пробелы в наших способностях.
- Однако - возвращаясь к разговору о Земле, - Свора не могла этим шансом воспользоваться,
верно? Опять-таки, из-за особенностей кланового устройства вашего общества. С самого начала. Свора
не знала способов взять Землю под свой контроль.
- Ни одного. Кочены решили бы, что Гончие пытаются лишить их законных прав, и
объединились бы против нас. В течение двадцати лет мы вели игру, чтобы добиться того, что получили
теперь. И нашим орудием были отнюдь не утонченные отпрыски Плутрака. Да, это безжалостно, более
того, жестоко. Мы погубили жизнь - и, что еще хуже, достойную память - джао, который некогда
заслужил честь называться намт камити.
Кинси потер виски.
- Конечно, сейчас нет способа восстановить доброе имя Оппака... - тяжело вздохнув, он
покосился в сторону выхода. - Мертвые молчат, как говорим мы, люди. Я выйду отсюда живым?
- Это зависит от вас, профессор Кинси. Думайте обо мне - или, точнее, о Своре, - как о
римском императоре, который нуждается в греческих философах, которым он может доверить свои
сокровенные мысли. Или, если вам больше нравится, как о монгольском хане, который приглашает к
себе верных ему китайских мандаринов. Вы спросите, зачем мне человеческие философы мандарины? Я
должен постепенно преобразовать эту империю джао, покоренную территорию, в нечто иное. В то, чем
можно не управлять, но править. Как долго? А кто это может предсказать? До тех пор, пока наше
правление необходимо, чтобы покончить с Экхат. А после этого... Он снова почти по-человечески
пожал плечами.
- Пусть произойдет то, что должно произойти. Конечно, если джао уцелеют как вид. Римская
Империя стала столь же греческой, сколь осталась латинской. И если эта империя в отдаленном
будущем станет не только империей джао, но и человеческой - меня это ничуть не огорчит.
И все же Кинси колебался. Не в силу общих соображений, но лишь по поводу одного момента,
весьма специфического.
Словно прочитав его мысли, Наставник произнес именно то, что должно было разогнать его
тревогу.
- Я не жду и тем более не требую от вас ничего, что противоречит вашим обязанностям на
службе у Эйлле. Могу вас заверить профессор: Свора самого высокого мнения об этом молодом
отпрыске. И отнюдь не собирается ему препятствовать. Даже наоборот.
Этого было достаточно, чтобы Кинси вздохнул с облегчением. А вместе с облегчением пришло и
любопытство. Нет, увлеченность. Даже энтузиазм. Открывалась великая перспектива участия в
создании новой звездной державы, которая со временем соединит в себе лучшее из культур джао и
людей. Конечно, этот Наставник производит впечатление довольно опасного типа. Но с другой
стороны...
Да, с другой стороны, на свете есть вещи и похуже. Намного хуже, чем верная служба
макиавеллиевскому Государю. Особенно столь одаренному. Какого черта. Ведь это правда.
- Решено, - произнес профессор - и тут же, испугавшись своей смелости, снова смешался.
- Но... м-м-м... понимаете ли, Наставник... я пожилой человек, и даже в молодости не отличался
крепким здоровьем... Я... как бы это сказать...
Наставник издал короткий смешок.
- Прошу вас, доктор Кинси. Будьте уверены, если я потребую... кажется, у людей это называется
черной работой... у меня есть много крепких молодых джао, которым можно такое поручить. От вас мне
нужно нечто другое. Мудрые советы. Работа мандарина.
Он встал.
- Я обнаружил, что моими лучшими агентами чаще становятся именно пожилые. Может быть,
причина в хрупкости их костей, но им приходится думать.
Он остановился, снова взял со столика пульт и покрутил его в руке.
- А теперь самое время представить вас тому, кто будет вашим ближайшим коллегой. Моему
самому давнему агенту на Земле, который служит здесь с самого начала, вот уже двадцать орбитальных
циклов, и всегда проявлял себя самым достойным образом.
Дверное поле замерцало, сквозь сияние начал проступать силуэт джао.
- Несмотря на то, - добавил Наставник, и в его голосе появилось легкое недовольство, - что он
часто ведет себя несообразно возрасту.
Врот широким шагом прошел через угасающее дверное поле, гордо неся в руке бокал.
- Великолепно, мой дорогой профессор! Я восхищен, что мы снова будем сотрудничать - и еще
более тесно, чем прежде! - он протянул бокал доктору Кинси. - Вот, это один из алкогольных
напитков, которые употребляют люди. Жуткая гадость, но я знал, что вам это понадобится. И отчаянно
понадобится. Наставник Ронз порой бывает просто невыносим. Если не ошибаюсь, вы называете это
"мартини".
Кинси принял стакан и вздрогнул. Не из-за содержимого - сейчас он действительно ничего не
имел против мартини, - но от слов, которые ожидал услышать. И услышал.
- Соединить, но не смешивать, - произнес Врот, и его вибрисы радостно качнулись.
Глоссарий терминов джао
Аз - мера длины, чуть больше ярда.
Азет - мера длины, около трех четвертей мили.
Ата - суффикс, означающий группу, образованную с целью обучения.
Бау - короткая резная палочка, обычно, но не всегда деревянная, вручаемая коченом тем его
членам, которые сочтены пригодными для высоких командных постов. Бау служит эмблемой военных
достижений, на него добавляются нарезки в соответствии с достижениями обладателя.
Баута - отпрыск, который вышел в почетную отставку и не поддерживает связей с родным
коченом.
Ваи камити - характерный лицевой рисунок, по которому можно определить принадлежность к
определенному кочену. Нечеткий ваи камити считается нежелательным, это признак безродности.
Витрик - долг перед остальными, необходимость приносить другим пользу.
Времяслепец - тот, у кого отсутствует врожденное чувство времени, присущее джао.
Времячувство - врожденная способность джао оценивать ход времени и чувствовать темп
развития событий.
Вэйм - традиционное приветствие джао, обладающих примерно равным статусом. Может также
использоваться как комплимент джао, обладающего более высоким статусом, низшему. Буквальный
перевод: "Мы видим друг друга".
Вэйст - традиционное приветствие джао при обращении высшего к низшему. Буквальный
перевод: "Вы видите меня".
Вэйш - традиционное приветствие джао при обращении низшего к высшему. Буквальный
перевод: "Я вижу вас".
Гладкомордый - оскорбление, намекающее на отсутствие на лице отметок, означающих звание
или опыт. Грубый аналог таких людских выражений, как молокосос, молодо-зелено.
Дехабия - традиционные мягкие и толстые одеяла, используемые для отдыха.
Дзкинау - войска, которые набираются из покоренных рас - аналог индийских сипаев.
Кочен - клан джао. Термин используется также в отношении Исконных или великих коченов.
Кочената - учебная группа в кочене.
Коченау - предводитель клана в какое-либо определенное время, избранный старейшинами.
Должность не наследственная и не постоянная, хотя некоторые коченау сохраняют ее на долгий период.
Крудх - джао вне закона, официально отвергнутый коченом.
Ларрет - крупное травоядное, обитающее на Хадиру, родном мире кочена Дэно. В
иносказательном смысле - грубый старик, известный воинственностью и вспыльчивым нравом.
Миррат - небольшие животные с плавниками, обитают в морях на родной планете кочена
Джитры.
Наветренный - левый.
Намт камити - дословно - "чистейшая вода", лучший отпрыск в своем поколении. Некое
подобие первых в классе выпускников военных академий у людей.
Насердный - правый.
Оллнэт - обозначение для всего, чего никогда не было или что лишь может быть, лжи,
воображения, творческой деятельности и пр. Способность к "созерцанию" или "созданию" оллнэт, как
правило, отсутствует у джао. Ближайший человеческий аналог - "пустые фантазии".
Поздний свет - послеполуденное время.
Поздняя тьма - полночь или позднее.
Прошлым солнцем - вчера.
Ранний свет - период между зарей и полуднем.
Пруд рождения - водоем, в котором рождается и проводит детство выводок джао. В более
широком смысле - место рождения.
Сэнт джип - формальный вопрос, требующий формального ответа.
Следующим солнцем - завтра.
Так - древовидное растение, сжигаемое ради аромата.
То-что-есть - действительность.
То-что-может-быть - - вероятное.
Тэйф - кочен в стадии становления, породненный и находящийся под покровительством и
руководством другого кочена.
Удх - полномочия, официально дарованные кочену, несущему ответственность за данную
ситуацию.
Узел Сети - отдаленный аналог "звездных врат", позволяющий мгновенно перемещаться в
пространстве (см. Приложение 2). Используется для межзвездных перелетов.
Урем-фа - "обучение-через-тело", когда ничто не объясняется, навыки закладываются
непосредственно в сознание. В более широком смысле служит для ссылки на жизненный опыт (ср.
человеческое выражение "Жизнь учит").
Фрагта - пожилой и опытный денщик, выполняющий обязанности слуги, советника и
телохранителя, назначенный молодому высокопоставленному джао.
Хайmay - жизнь-в-движении, выражение принципа течения (потока), который подразумевает
наличие "жизненного цикла" у каждой ситуации.
Язык тела - Система символических поз, которым учат молодых джао.
Приложение 1
Экхат
Экхат - это древняя раса, которая начала распространяться по Галактике миллионы лет назад.
Экспансия Экхат достигла пика в период, который человеческие ученые называют плейстоценом.
Финальный период экспансии называется самим Экхат различных партий либо "Эпохой
Мелодичности", либо "Эпохой Диссонанса". Третий вариант названия не поддается точному переводу.
Возможный вариант перевода - Отсутствие Правильной Гармонии в Оркестровке.
Несмотря на разногласия по прочим вопросам, три из четырех основных партий Экхат -
Мелодия, Истинная Гармония и Полная Гармония, - считают этот период тем, что люди назвали бы
Золотым Веком, хотя обе Гармонии строго критикуют некоторые его черты. Четвертая партия -
Интердикт, - напротив, считает его эпохой бедствий. Этот период завершился трагическим событием,
которое обычно именуется Коллапсом (подробности см. ниже).
Об эпохе, которая предшествовала этому "Золотому Веку", ничего не известно, в том числе и о ее
протяженности. Информация о местонахождении родной планеты Экхат также утрачена.
В то время распространение Экхат по одному из рукавов Галактики происходило медленно, с
использованием кораблей, движущихся с околосветовой скоростью.
В ходе экспансии началось разделение расы на ряд подвидов. Некоторые впоследствии стали
отдельными видами, не способными скрещиваться с другими линиями Экхата.
Сейчас Экхат представляют собой скорее род, чем вид. Многие исследователи-люди находят, что
их скорее можно было бы характеризовать как семейство. Экхат широко распространились по рукаву
Галактики, но численность колонии, населяющей ту или иную планетную систему, обычно невелика.
Отчасти причиной можно считать медленный рост численности популяции в целом. Кроме того, Экхат
все еще оправляются от потрясения, вызванного Коллапсом.
Золотой Век начался, когда ученые Экхат открыли принципы, лежащие в основе Структурной
Сети, что позволило решить проблему светового барьера. К тому времени Экхат заселили множество
систем, и Структурная Сеть дала возможность воссоединить ветви, фактически изолированные друг от
друга. Было новое единство чисто культурным и экономическим или включало политическую
унификацию, остается поводом для острых дебатов. Это, в сущности, один из главных предметов спора
партий Экхат в настоящее время.
Неясно, как долго продолжался Золотой Век. Особенно много вопросов возникает по поводу его
начала. Что касается собственно Коллапса, которым завершилась эта эпоха, то он произошел примерно
два миллиона лет назад и был вызван дезинтеграцией Сети. Впрочем, Интердикт считает это событие
благом и называет Исправлением или Очищением. С уверенностью можно утверждать, что Коллапс
сопровождался (и, вероятно, был вызван) крупной гражданской войной Экхат, которая быстро охватила
весь ареал их обитания. Результатом стал упадок цивилизации Экхат, множество особей погибло. Еще
более значительным был ущерб, который носит косвенный характер - например, гибель многих
разумных видов.
Дальнейшее восстановление трех центров цивилизации Экхат происходило медленно и было
весьма болезненным процессом, включая и реконструкцию Сети. Две партии считали необходимым
именно реконструкцию, то есть полное восстановление прежней Сети, хотя по поводу средств, опятьтаки,
возникают разногласия. Третья считает восстановление Сети недопустимым и делает все, чтобы
ей воспрепятствовать.
Описания не претендуют на точность.
Мелодия
Мелодию можно рассматривать как ортодоксальную партию. По ее мнению, "Золотой Век" был
воистину периодом расцвета, когда различные ветви Экхат работали вместе ради конечной цели
слияния и превращения в вид, который - здесь лучше всего использовать терминологию людей -
"достигнет божественности".
Представление Экхат о божественности неидентично человеческому. Для его характеристики
проще воспользоваться музыкальными терминами, нежели религиозными. Каждая ветвь Экхат вносит
вклад в "высшее творение", что есть "назначение" Экхат. Тем не менее, ни у одной из партий, кажется,
нет ничего, близкого к человеческому представлению о Боге. Ближайшая параллель в людской
философии - это, вероятно, концепция Гегеля о самосотворении божества, с той поправкой, что Экхат
видят себя не только объектом, но и субъектом творения.
Мелодия - сторонница плюралистического подхода к продвижению Экхат. Она настаивает на
том, что ни одна ветвь Экхат не выше других и что "восхождение к божественности", или "развитие
совершенной мелодии", требует вклада всех Экхат. В этом смысле она крайне терпима ко всем
различиям и расхождениям внутри целого. Зато абсолютно непримиримо она воспринимает любое
стремление к исключительности или изоляции.
По мнению Мелодии, для восхождения к божественности - или сотворения подлинной мелодии
- необходимы все таланты Экхат, поэтому никто не вправе устраняться от этого. В этом отношении
можно провести параллель с императорским Римом или древними монголами: вы можете верить во что
угодно, но обязаны подчиняться закону Мелодии и принимать, хотя бы формально, ее кредо. Люди
назвали бы это бескомпромиссным империализмом.
С другой стороны, Мелодия исключительно враждебна к любым разумным расам, которые явно не
ведут происхождение от Экхат. Такие расы считаются препятствиями на пути к божественному
восхождению Экхат. Их воспринимают как шум статических помех, который разрушает совершенную
мелодию. Итогом Мелодия считает Вселенную, в которой останутся только преображенные Экхат.
Исследователи подозревают, что конечная цель Мелодии - истребить вообще все виды и расы, кроме
Экхат.
По версии Мелодии Экхат был на пути к своему божественному восхождению и не завершил его
благодаря вероломной измене партии, название которой приблизительно можно перевести как
"Трусливые Отступники" или "Глухое Ухо". Именно саботаж этой партии привел к дезинтеграции
Сети и краху цивилизации Экхат по всему рукаву Галактики. Исследователи-люди полагают, что эту
партию можно считать непосредственным предшественником современного Интердикта (см. ниже).
Нынешняя политика Мелодии подтверждает это предположение. Мелодия проявляет открытую
враждебность в отношении Интердикта, вплоть до стремления к полному физическому уничтожению
его сторонников.
Гармония
Гармония образовалась после Коллапса Сети и может считаться ревизионистским крылом Экхат.
Она считает, что гражданская война, которая привела к Коллапсу, явилась следствием анархической и
неупорядоченной природы цивилизации Экхат. Если предшествующую ему эпоху Мелодия считает
Золотым веком, то Гармония - скорее Бронзовым. Разумеется, это очень грубая аналогия. Ментальные
концепции Экхат вообще с трудом поддаются анализу других разумных рас.
По мнению Гармонии, полного равенства среди Экхат нет и быть не может. Ее точка зрения
базируется на генетической картине эволюции Экхат. Отдельные генетические линии (виды или роды)
Экхат различаются по уровню и направлению развития. Несомненно, Экхат как целое превосходит
остальные виды, но здесь наиболее уместна будет параллель с симфоническим оркестром, в котором
одни исполняют партию первых скрипок, а другие - партию ударных, и говорить о "перемене ролей"
абсурдно.
Классификацию генет
Закладка в соц.сетях
