Жанр: Научная фантастика
Принцы в башне Приключения Алисы и ее друзей
...я к Алисе, а побежала вдоль дороги. В
надвигающихся сумерках Алиса видела, как ее серая тень возникала на обочине, а потом
пропадала в зеленой листве.
Лес все более оживал. Из него долетали странные звуки, будто кто-то большой и тяжелый
топал в кустах, ломая ветки. Потом над кронами деревьев, раскачивая лапы елок, пролетели
какие-то невидимые птицы. Дуновение внезапно налетевшего ветра было кислым и ледяным.
Ланселот мчался из последних сил. И, только выскочив на поляну, где стоял просторный дом
лесничего, конь перешел на шаг, а потом и вовсе стал. Его шатало.
Кошка пропала, но Алиса знала, что она обязательно вернется.
Она соскочила с коня и побежала к дому. Дом казался пустым. И это было странно,
потому что обычно он кипел жизнью. Многочисленные его обитатели, жильцы и приживалки,
слуги и хозяева, лесники и йомены, то есть вольные крестьяне, беспрерывно сновали вокруг
дома и по его многочисленным комнатам и коридорам.
А сейчас двери были заперты, окна закрыты ставнями. На втором этаже кто-то даже
заложил окна изнутри досками и подушками.
- Эй! - закричала Алиса. - Есть кто живой? Это я, Алиса, приехала вас проведать!
Молчание.
- У меня для вас хорошие новости! - кричала Алиса. - Граф Ричмонд высадился на
английском берегу и идет на Лондон.
И вдруг в тишине из леса донесся глухой, нечеловеческий голос:
- Это ложь!
- Кто сказал - ложь? - громко спросила Алиса. - Об этом уже знает вся Англия. Со
всех сторон к Генри Ричмонду стекаются помощники и друзья.
На этот раз откликнулся дом.
Стали открываться окна, из них высовывались испуганные, но радостные физиономии
обитателей дома.
- Эй! - из окошка под самой крышей закричал принц Дик. - Алиса, скорей беги к нам!
Как хорошо, что ты приехала!
- А как мама? - крикнул из соседнего окошка Эдди.
- А как моя дочь? - спросил мистер Дайн.
Тут распахнулась дверь, из нее выбежали шестеро внуков мистера Дайна и, окружив
Алису, принялись ее обнимать.
Они потащили ее к дому, и все одновременно пытались рассказать ей, что же здесь
произошло, но мешали друг дружке и так шумели, что Алиса вырвалась из их объятий и
вбежала в дом первой.
Там ее и встретил мистер Дайн.
А потом сверху спустились принцы и с ними паж Грини, который старался ни на шаг не
отходить от своих подопечных.
Потому что основания беспокоиться за мальчиков были.
- Вчера ночью, - рассказал мистер Дайн, когда Алису посадили за стол, поставили
перед ней миску с горячей похлебкой и целый кувшин молока, - в дом постучала монахиня. И
попросилась переночевать.
- В обычное время мы бы, конечно, не отказали в приюте монахине, - перебила мужа
миссис Дайн, - но если она выходит из леса, а вокруг ни одного монастыря на десять миль в
округе, поневоле начнешь сомневаться.
- У нас же мальчики живут, - снова вступил в разговор лесничий. - А вдруг кто-то из
врагов про них пронюхал?
- Какая была эта монахиня? - спросила Алиса.
- Капюшон опущен, а глаза горят черным пламенем.
- Это она, - сказала Алиса.
И вдруг сзади раздалось шипение - так шипят кошки, когда на них нападет злая собака.
Спина дугой, хвост, как струна, зубы оскалены - кошка готова сражаться до последнего
патрона!
Все обернулись.
Посреди комнаты стояла серая кошка с белой мордочкой и белыми лапами.
- Откуда еще кошка здесь?! - рассердилась миссис Дайн. - Выгоните ее кто-нибудь!
Сама миссис Дайн, хоть и сердилась, была совершенно неспособна выгнать из дома
животное.
- Не надо, - сказала Алиса. - Это не совсем обыкновенная кошка, а волшебная и,
может быть, добрая фея.
Алиса в двух словах рассказала о том, как эта кошка спасла от голодной смерти отважного
рыцаря сэра Генри Уайта, а потом позвала ее сюда, в дом лесничего.
Тут все кинулись гладить и ласкать кошку, которой, как и всякой самостоятельной кошке,
это вовсе не понравилось. Она сиганула в окно и пропала в крапиве.
- Расскажите мне, что было дальше, - попросила Алиса.
- А дальше монахиня так настойчиво просилась переночевать, что я почуял неладное, -
сказал мистер Дайн. - Она даже стала отталкивать меня. А я ей тогда сказал: "Уважаемая
монахиня, разве вам к лицу толкаться? Ведь я мужчина, хоть и в летах, но отличаюсь немалой
силой и могу вас просто вытолкать наружу!"
- Тут она как закричит! - снова вмешалась добрая миссис Дайн. - Как начнет обзывать
моего мужа злобными словами! Мне пришлось ее взять за пояс и вынести на улицу.
Другой удивился бы, что миссис Дайн смогла сделать то, что оказалось не под силу
здоровяку лесничему. Но вы бы поглядели на миссис Дайн! Она не уступит самому могучему
силачу во всем графстве Кент. А обнять ее никому еще не удавалось - не появился еще на свет
человек с такими длинными руками.
- Моя драгоценная супруга выбросила монахиню на улицу, и та тут же принялась
молотить в дверь. И это было бы еще ничего, но она стала угрожать нам страшными
проклятиями...
- Я знаю ее, - перебила лесничего Алиса. - Я ее уже видела. Это фея Моргана.
- Быть того не может! - ахнула миссис Дайн. - Она же умерла тысячу лет назад!
- Она жива. Она - злая фея.
- Значит, за нас добрая фея! - воскликнул Эдди. - И мы наверняка победим!
- Зло сильнее добра, - покачал головой мистер Дайн. - Потому что добро уговаривает,
а зло убивает.
- Сейчас войска Генри Ричмонда и Ричарда сближаются. И скоро грянет решительный
бой.
- Скорее бы победил Ричмонд, - сказал лесничий. - Тогда королева могла бы прислать
рыцарей нам на помощь.
- Она не успеет, - покачала головой его жена. - Скоро настанет вечер, и нечистая сила
соберется со всех сторон света, чтобы расправиться с нами.
- Им нужны наши мальчики, - вздохнул лесничий. - Но я не совсем понимаю, почему
именно они? Что они сделали плохого фее Моргане?
- Ничего, - ответила Алиса. - Просто Моргана дружит с Ричардом. И он обещал ей
посох Мерлина, если она расправится с принцами.
- Но ведь все знают, что мальчики погибли!
- Все, но не фея Моргана. Она знает, что они живы. Для всех они мертвы, даже для
Генри Ричмонда, а для нее живы.
Алиса посмотрела вокруг. Она почувствовала, что в комнате кого-то не хватает.
Эдуарда!
Алиса почуяла недоброе.
- Простите, - сказала она и выбежала из комнаты.
Она остановилась, прислушиваясь.
Издали донесся плач.
Алиса взбежала на второй этаж и в маленькой комнатке, спальне принцев, нашла Эдуарда.
- Что случилось, Эдди? - спросила она.
- Я никому не нужен, - всхлипывал мальчик. - Все считают меня мертвым. Может,
было бы лучше, если бы злая фея меня убила? Тогда я исчез бы...
- Тебе не нужно исчезать, - сказала Алиса.
- Но ты ведь не скажешь "ваше величество"?
- Если хочешь...
- Не хочу, не хочу, не хочу! Разве я не понимаю, что если Генри победит герцога
Глостера, то английский трон достанется ему? И если я появлюсь и скажу: "Нет, это я законный
король Англии!", мне мало кто поверит. А если кто-то и поверит, то сразу начнется война, и
меня все равно убьют. Ведь Генри получит трон в борьбе, заслуженно... Он взрослый, он
сможет править Англией... А я просто мальчик!
Эдди говорил как взрослый.
И он говорил правду.
Перед Алисой сидел ребенок, который никому не был нужен. Даже его мать и сестра,
наверное, не знали - лучше, чтобы он был жив или чтобы его не было вовсе.
Матери надо, чтобы ее дети были живы.
И чтобы убийца ее мужа и злодей был уничтожен.
Сделать это мог только Генри Ричмонд. Мальчикам не оставалось места в английской
истории.
- Давай не будем сейчас думать об английской короне, - сказала Алиса.
- Но ведь я - король!
- Но при этом ты мальчик! И впереди у тебя долгая жизнь. Давай думать об этом. И о
том, как нам одолеть фею Моргану.
- У меня есть меч!
- Это хорошо, - вздохнула Алиса. - Из тебя вырастет настоящий рыцарь. Но я на
твоем месте не лезла бы вперед. Если ты останешься жив - это уже победа. Ведь они тогда не
смогут добиться чего хотели.
- Я понимаю, Алиса, - прошептал маленький король.
Они спустились в гостиную как раз к ужину. Миссис Дайн велела всем подкрепиться,
потому что предстояла трудная ночь.
Солнце опустилось за вершины старых елей.
Из леса потянуло могильным холодом.
Совсем близко завыл волк.
За длинным, отполированным локтями многих поколений Дайнов столом сидели не
только члены семейства и гости, но и полдюжины лесников из иоменов. Они ели жареных кур,
макая куски в острый соус. Их большие, в человеческий рост, луки стояли прислоненные к
стене. Именно из таких луков стреляли английские лучники в битве при Кресси, когда им
удалось уничтожить весь цвет французского рыцарства.
- Они идут, - сказал Грини, который стоял у окна и глядел сквозь щелку в ставнях.
Алиса подошла к соседнему окну.
На опушке леса дергались, прыгали, перемещались огоньки, словно к дому лесничего
приближалась армия со свечками в руках.
В синем небе кружились вороны, но это были не настоящие птицы, потому что они
молчали.
Молчали и волки, вышедшие из леса и шедшие рядом с феей Морганой, глаза которой
светились из-под капюшона, как зеленые огоньки на пульте космического корабля. Хотя никто
здесь, кроме Алисы, никогда не видел космического корабля.
Фея взмахнула рукой, и синий камень в ее перстне испустил яркий луч.
- Отдайте мне мальчишек, - произнесла грудным голосом фея Моргана. - И я обещаю,
что не причиню никому вреда!
Миссис Дайн смело подошла к двери, отодвинула засов и отворила ее. По обе стороны от
нее, невидимые фее Моргане, затаились лесники с луками.
Позади встала Алиса.
- Убирайся отсюда, фея Моргана, - сказала миссис Дайн. - Тебе не нужна кровь
принца и короля Англии. Твой покровитель в ближайшие часы будет разбит настоящими
англичанами. Он даже не успеет выполнить своих обещаний. И тебе не видать посоха Мерлина
как своих ушей.
Фея замерла, как громом пораженная.
Она не ожидала, что ее узнают. И уж тем более не ждала, что кто-то здесь знает о короле
Ричарде и посохе Мерлина.
- Как прискорбно, - произнесла она через минуту - Как прискорбно, что теперь мне
придется уничтожить вас всех, без исключения. Вы слишком много знаете и можете рассказать
другим. Вы можете раскрыть тайну, раскрывать которую нельзя даже мне.
Она подняла руки, и по этому сигналу на дом лесничего ринулись сонмища нечистой
силы.
Впереди неслись стаи волков. Они бились о ставни, старались разгрызть двери. Их атака
была бы не опасна, если бы люди отсиживались в каменном замке. Но и дом, и ставни были
деревянными. Хоть они и выдержали первый удар, это не значило, что они продержатся долго.
Миссис Дайн решила, что нет смысла тратить ценные стрелы на волков. Неизвестно, кто
окажется следующим врагом. Поэтому дверь закрыли на большой засов. Она содрогалась под
ударами мощных волчьих тел, но держалась.
Тучи воронья и летучих мышей налетели на дом сверху. Они колотили клювами и
когтями по соломенной крыше. Солома давно уже слежалась, но тысячи ударов начали ее
размягчать и разрыхлять.
Когда через несколько минут Алиса поднялась на второй этаж, чтобы посмотреть, что там
творится, она увидела первые, пока еще узкие щели в соломенной крыше. И поняла, что враги
скоро прорвутся.
Позвать сюда лучников? А какая от них польза против злобных птиц?
Вдруг дом вздрогнул. Даже пошатнулся.
Алиса кинулась к окну и увидела, что от дома отступает колоссальный дикий бык, тур.
Такие быки были перебиты охотниками лет за пятьсот до рождения Алисы. Их даже ни в одном
зоопарке не осталось. Где же фея Моргана такого добыла?
Бык развернулся и, набирая скорость, помчался к дому.
Алиса увидела, как в хребет и морду быка вонзаются тяжелые стрелы. Он мотает головой,
чтобы отделаться от них, но скорости не снижает.
Алиса внутренне сжалась.
Удар!
Дом вздрогнул.
Какая-то птица пробилась сквозь дыру в крыше и попыталась напасть на Алису. Она не
могла как следует набрать скорость в комнате, но отчаянно била крыльями и металась, словно
бешеная муха.
Сумерки сгустились настолько, что Алиса не могла разобрать, какая птица на нее напала
- ворона или голубь. А может быть, утка? Кого только не подняла против людей эта фея!
"А где же наша кошка?" - подумала Алиса.
Ведь пора бежать. Дом не устоит.
Алиса сбежала вниз, в общую комнату
Там было темно. Свечей и факелов не зажигали, чтобы лучше видеть, что происходит
снаружи.
- Может, пугнем их факелами? - предложил мистер Дайн.
- Потерпи, - возразила его жена. - Если ворвутся сюда, вот тогда мы и возьмемся за
факелы.
Глава двадцать седьмая
БИТВА У МАРКЕТ-БОСВОРТА
Уже стемнело, когда армия Ричарда остановилась у Маркет-Босворта. На обширной
долине загорелись костры, солдаты и рыцари готовили ужин.
Ричард со своими помощниками ужинал в шатре в центре лагеря.
- Сколько людей в нашей армии? - спросил он у верного герцога Норфолка.
- Десять тысяч, милорд.
- Больше десяти тысяч или меньше?
- Примерно десять.
- А у бунтовщиков?
Король и без Норфолка знал, что у Ричмонда нет даже пяти тысяч солдат, но ему нужно
было услышать подтверждение своим мыслям.
- Вдвое меньше, милорд.
- Значит, завтра с утра мы их раздавим.
Соратники начали наперебой расхваливать таланты короля и подтверждать его
хвастливые слова.
Ричард слушал баронов, а сам был встревожен.
С каждой минутой к Ричмонду подходили все новые отряды. У некоторых на знаменах
были вышиты портреты принцев и написаны призывы отомстить за смерть детей.
А Ричард знал, что его войско будет таять.
До завтрашнего утра его железный кулак еще удержит командиров, а завтра многие
начнут перебегать к Ричмонду. Никому нельзя верить!
Нечаянно Ричард произнес эти слова вслух.
За столом наступила тишина.
- Как дела у сэра Стенли? - спросил Ричард. - У него ведь три тысячи всадников, и он
занимает холмы на нашем правом фланге.
- Сэр Стенли молчит, - ответил Кейтсби, жестокий барон, за голову которого Генри
Ричмонд назначил высокую цену.
- Пошлите к нему человека, - приказал Ричард. - Напомните, что его сына повесят,
если отец воздержится от боя.
- Вы отвращаете от себя лучших людей королевства, - сказал граф Нортумберленд. Он
присоединился к Ричарду лишь для того, чтобы в Англии не разгорелась гражданская война, но
никакой симпатии к королю не питал.
И Ричард, глядя на него, подумал, что отряд Нортумберленда ненадежен. Значит, минус
еще две тысячи человек.
- Я отдаю приказ только один раз, - сказал король. - Проверьте караулы и помните:
мы пойдем в бой первыми, как только встанет солнце. Потому что оно будет светить в лицо
врагу.
Командиры королевской армии расходились в тишине. Их войско было сильнее, чем у
Генри Ричмонда, но никто из них не верил в победу, а многие ее не желали.
Ричард смотрел вслед баронам и вдруг крикнул:
- Каждого, кто побежит с поля боя, убью сам!
Никто не обернулся.
Тайрелл остался с королем.
- Отдай Стренджа Стенли верным офицерам, которые не побоятся обагрить меч кровью
герцога.
- И которые не испугаются мести отца, - усмехнулся Тайрелл. Но мысленно он уже
предал своего короля. И поэтому добавил: - Никто не достоин вашего доверия, король. Я сам
отрублю голову маленькому Стенли.
Ричард кивнул.
В лагере короля наступила тишина. Догорали костры. Дозорные объезжали передний
край.
На другой стороне долины в лагере Генри Ричмонда тоже еще не ложились.
Сам Генри, высокий, светловолосый рыцарь с коротко подстриженной бородкой, которую
поклялся не сбривать, пока Англия не освободится от власти убийцы и тирана, стоял перед
столом и смотрел на грубо нарисованную схему местности. На ней рукой Ричмонда была
нанесена позиция его небольшой армии. Войска стояли перед склоном пологого холма,
вершину которого занимал передовой отряд Ричарда. В первой линии ричмондовских войск
протянулись цепи лучников - знаменитых английских лучников, чьи стрелы пробивали даже
железные рыцарские латы. За ними располагались отряды пехоты - впереди воины графа
Оксфорда, затем отряд самого Ричмонда. И наконец, сзади стояла конница, которую Генри
оставил в резерве.
Затем взгляд Ричмонда сдвинулся правее. Вершину холма полукругом занимали лучники
Ричарда, сразу за ними стоял передовой отряд графа Норфолка. Основные силы короля Ричарда
располагались по ту сторону холма, их из лагеря Ричмонда не было видно. Резервом короля
командовал граф Нортумберленд.
- Не в них дело, - произнес Генри Ричмонд.
- Разумеется, не в них, - поддержал его только что вернувшийся из Лондона, от
королевы Елизаветы, сэр Джон Чини. - Все дело в отрядах лорда Стенли.
- На него мало надежды, - сказал Генри. - Мне только что донесли, что герцог
Глостер захватил в заложники его любимого сына и заявил, что отрубит ему голову, если отец
не придет на помощь войску Ричарда.
- Значит, мы не можем рассчитывать на лорда Стенли, - вздохнул сэр Чини. - Но я
надеюсь на то, что Нортумберленд с резервом не будет спешить на помощь своему господину.
- Мы не можем рассчитывать на перевертышей и предателей, - резко оборвал его
Генри.
- Ричард безжалостен, - произнес сэр Брендон, знаменосец Ричмонда. - Лучше
надеяться на свои силы.
- В таком случае на каждого нашего солдата приходится двое королевских, - задумчиво
сказал Генри. - То есть герцога Глостера.
- И наши устали после долгого похода, - добавил сэр Чини. - Лошади не кормлены,
солдаты не выспались.
- Но нас ведет правое дело, - возразил Ричмонд. - И каждый наш солдат знает, что
должен освободить Англию от тирана и убийцы детей.
У шатра заржал конь, далеко у костра кто-то затянул заунывную песню.
- Кстати, - сказал Джон Чини, - в Лондоне ходят слухи, что принцев не удалось убить.
Их выкрали верные люди и прячут в лесу.
- Это хорошая весть, - отозвался Ричмонд. И задумался. Помолчав, он добавил: - И
плохая одновременно.
Мудрый сэр Брендон произнес:
- На месте Ричарда Глостера я бы обрадовался такому повороту дела.
Ричмонд кивнул.
- Я не понял, - удивленно сказал сэр Чини.
- Что может быть хуже для общего дела, чем соперничество союзников? - ответил сэр
Брендон. - Наш лагерь, еще не победив, сражается за разных королей. Мы приплыли из
Франции с сэром Генри и хотим видеть его королем - сильного, молодого смелого воина,
который будет железной и справедливой рукой управлять нашим государством.
- Не забудь, - вмешался Генри, - что наша армия собрана, вооружена и привезена
сюда на деньги королевы Елизаветы. А ее дочь - моя невеста. И я люблю Лиззи.
- К нам идут союзники, отряды горожан, рыцари, йомены. Но эти люди считают, что
король Англии - Эдуард Пятый. То есть принц Эдди, который был королем, но не успел
короноваться, - рассуждал вслух сэр Брендон. - Граф Ричмонд для них - мститель за смерть
маленького короля. И они тоже идут мстить за принцев, за покойного короля Эдуарда, за
убитых и замученных людей. И Генри для всех этих людей, без помощи которых нам никогда
не одолеть Ричарда Глостера, не король, а исполнитель воли короля и народа Англии. Если
окажется, что мальчики чудом остались живы, то за кого сражаться нашим союзникам? Не
окажемся ли мы сразу врагами друг другу?
- И подумайте о королеве Елизавете, - сказал Генри Ричмонд. - Она сделала все,
чтобы я вернулся в Англию и победил. И не из-за меня, а ради Лиззи, которую она хочет видеть
королевой. И в первую очередь ради того, чтобы отомстить Ричарду. Она пожертвовала всем -
от драгоценностей до чести, - чтобы приблизить час мести. И вдруг окажется, что я - враг ее
мальчиков. Ведь один из них должен стать королем...
Ричмонд замолчал.
И все молчали.
Наконец сэр Брендон произнес:
- Мальчиков быть не должно.
Генри потянулся. Он страшно устал за последние дни, ноги не держали, а завтра - в бой.
И может быть, послезавтра для него уже не наступит.
- Будем считать, - сказал он, - что это только слух. Не думаю, что герцог Глостер
выпустит кого-нибудь из своих острых когтей. И мои маленькие соперники погибли. Мир им...
Он проводил своих соратников до выхода из шатра. А сам подумал: "Надо бы проверить
караулы..."
Но ноги его подкосились, завтрашний полководец упал на медвежью шкуру, лежавшую
рядом с входом в шатер, и заснул как убитый.
...Как только солнце выбралось на край холма, что скрывал армию Генри Ричмонда от
взоров короля Ричарда, лагерь Ричмонда начал просыпаться. Люди вставали еле-еле, через
силу. Тем более что и завтракать было нечем - одни серые сухари и холодная вода.
За ночь ничего не изменилось. Никто не подошел на помощь Ричмонду, никто не ушел от
короля.
Зато солдаты Ричарда плотно позавтракали, их кони тоже были сыты. К тому же король
приказал каждому солдату выдать по чарке крепкой браги.
Он выехал перед строем пехоты на огромном белом коне, поднял меч и пронзительно
закричал:
- Мы их раздавим, мы их изрубим, мы их затопчем!
Шеренги солдат взревели, готовые идти хоть в ад за своим королем.
Совсем не так себя чувствовал лорд Стенли, который слышал рев войска, рвущегося в
бой. Ведь в шатре на холме лежал связанный его сын Стрендж.
Первыми Ричард послал в бой шеренги лучников.
С холма он увидел, как спешно выстраиваются лучники Ричмонда. Они запаздывали
развернуться в цепь.
Их было меньше.
Тучи стрел полетели к рядам войска Ричмонда.
Лучники Ричмонда ответили залпом.
Пока что расстояние оставалось таким, что лучники поражали лишь друг друга.
И, видя, как отходят, отстреливаясь, лучники Ричмонда, король поднял руку в железной
перчатке, приказывая пехоте идти вперед.
Этот сигнал должен был увидеть и лорд Стенли, три тысячи солдат которого стояли по ту
сторону низины, готовые сбоку ударить по отрядам Ричмонда.
Пехота Ричарда двинулась следом за лучниками, которые трусцой сбегали с холма,
стреляя на ходу Сразу за ними, дыша в затылок, шли латники герцога Норфолка и, догоняя их,
спешили основные силы - гвардейцы короля Ричарда.
Удар был таким яростным и быстрым, что пехотинцы Ричмонда и Оксфорда стали
отступать. Центр их войска прогибался внутрь, как яма, в которую вливались молодцы Ричарда.
От звона оружия, криков раненых, ржания коней, свиста стрел воздух колебался и даже
помутнел.
Король Ричард, который следовал в тылу за своими отрядами, придержал коня на склоне
холма. На нем были латы дамасской стали, а к шлему прикреплена золотая королевская корона.
Он не боялся, что его узнают. Он хотел, чтобы его узнавали, чтобы свои становились смелее и
сильней, а враги трепетали.
Пока что бой шел по его плану. Ричмонд и Оксфорд отходили. Еще немного, и они
обратятся в бегство. Не хватало последнего усилия. В тылу Ричарда оставался Нортумберленд
со своим корпусом, но от него пока было мало пользы, потому что его пехота и конница
должны были пробиваться сзади сквозь ряды гвардейцев. Зато роль отрядов Стенли
становилась решающей.
- Давай же! - закричал Ричард, хотя на таком расстоянии его голос конечно же не был
слышен.
Посланец Ричарда поскакал к лорду Стенли, который стоял перед своим отрядом.
- Король Ричард передает приказ: если немедленно не ударите во фланг бунтовщикам,
ваш сын будет тут же казнен.
Лорд Стенли молчал минуты две.
Три тысячи воинов, затаив дыхание, ждали, что скажет старый командир.
- У меня осталось еще два сына, - произнес наконец лорд Стенли.
И остался недвижим.
Когда посланец вернулся к Ричарду и повторил ответ лорда Стенли, тот указал перчаткой
на шатер, где держали молодого Стренджа Стенли, и крикнул Тайреллу:
- Казни его! Сейчас же!
И пришпорил коня, погоняя его в кипение битвы. Затем обернулся и увидел, что Тайрелл
не двинулся с места.
- Ты что же? - крикнул король. - Струсил?
- Я не струсил, просто я разумен, - ответил Тайрелл. - Бой еще не закончен. Вина отца
еще не доказана.
- Когда докажем, будет поздно!
- Но если мы казним сына, то он уж наверняка перейдет к Ричмонду. Мы всегда успеем
казнить мальчишку.
Ричард выругался, но ему некогда было возвращаться. Слева нарастал рев трех тысяч
глоток - корпус лорда Стенли надвигался через низину, приближаясь к месту боя.
Все должно было решиться в ближайшие минуты.
"Успеть бы, - думал Ричард, - успеть бы сокрушить линии Ричмонда".
И он поскакал туда, чтобы самому возглавить свои войска.
А адъютантов погнал назад, потому что Нортумберленду пора было вступать в бой, чтобы
поддержать авангард.
Но Нортумберленд так и не двинулся с места. Половина армии Ричарда весь бой
простояла в тылу, не потеряв ни одного человека и никого не поразив.
Ричард рвался в бой. Топча своих, он пробился к центру схватки.
- Где этот трус Ричмонд? - кричал он. - Пусть выйдет со мной на бой!
В этот момент корпус лорда Стенли ударил во фланг войску короля.
И тем решил исход битвы.
Под ударами с двух сторон солдаты Ричарда начали разбегаться и сдаваться в плен.
Сражение быстро превратилось в бойню.
Говорят, что в том бою армия Ричмонда, а также отряд лорда Стенли потеряли убитыми
двести человек, тогда как потери королевских сил исчислялись тысячей.
Сам король Ричард сражался до последнего.
Он казался заговоренным - столько отчаяния, злобы и силы было в его ударах.
На пути Ричарда стал сэр Брендон и после короткой схватки упал, разрубленный мечом
короля. Ричард приблизился к Генри Ричмонду, который рубился как самый обыкновенный
рыцарь, но на его пути очутился могучий Джон Чини.
И сэр Джон тоже пал в бою.
Ричард крутился, как медведь, затравленный собаками.
Он был окружен всадниками. В синих камзолах и плащах сражались добровольцы
Ричмонда, в красных плащах и накидках - воины лорда Стенли.
Рука Ричарда устала.
А до Ричмонда оставалось еще несколько ярдов.
- Я иду к тебе! - кричал Ричард.
- Расступитесь! - приказал Ричмонд своим всадникам. - Я сам его убью!
Схватка была короткой.
Ричард, пронзенный мечом Генри Ричмонда, упал с коня, и его золотая корона покатилась
к кустам.
Кто-то из воинов нагнулся, поднял ее, вытер о рукав и протянул Генри Ричмонду. Другой
отрубил Ричарду голову.
Так король Генрих VII был коронован на поле боя.
Лорд Стенли ускакал к королевским шатрам. Он ворвался туда, когда Тайрелл развязывал
Стренджа. Предусмотрительный Тайрелл дождался момента, когда исход битвы стал ясен,
чтобы обеспечить себе ж
...Закладка в соц.сетях
