Жанр: Научная фантастика
Сборник сборников
Рэй Брэдбери
Сборник сборников
www.raybradbury.ru
The October Country, 1955 / Октябрьская страна
1. The Dwarf / Карлик
2. The Next in Line / Следующий
3. The Watchful Poker Chip of H. Matisse / Пристальная покерная фишка работы
А.Матисса
4. Skeleton / Скелет
5. The Jar / Банка
6. The Lake / Озеро
7. The Emissary / Гонец
8. Touched with Fire / Прикосновение пламени
9. The Small Assassin / Крошка-убийца
10. The Crowd / Толпа
11. Jack-In-The-Box / Попрыгунчик
12. The Scythe / Коса
13. Uncle Einar / Дядюшка Эйнар
14. The Wind / Ветер
15. The Man Upstairs / Постоялец со второго этажа
16. There Was an Old Woman / Жила - была старушка
17. The Cistern / Труба / Город мёртвых / Водосток
18. Homecoming / День возвращения
19. The Wonderful Death of Dudley Stone / Удивительная кончина Дадли Стоуна
2,4,5,6,7,9,10,11,12,13,14,15,16,17,18 - опубликованы в сборнике ТЕМНЫЙ КАРНАВАЛ
R Is For Rocket, 1962 / Р - значит ракета
1. R Is for Rocket / Р - значит ракета
2. The End of the Beginning / Конец начальной поры
3. The Fog Horn / Ревун
4. The Rocket / Ракета
5. The Rocket Man / Космонавт
6. The Golden Apples of the Sun / Золотые яблоки солнца
7. A Sound of Thunder / И грянул гром
8. The Long Rain / Нескончаемый дождь
9. The Exiles / Изгнанники
10. Here There Be Tigers / Здесь могут водиться тигры
11. The Strawberry Window / Земляничное окошко
12. The Dragon / Дракон
13. The Gift / Подарок / Подарок
14. Frost and Fire / Лёд и Пламя
15. Uncle Einar / Дядюшка Эйнар
16. The Time Machine
17. The Sound of Summer Running
15 - опубликован в сборнике ТЕМНЫЙ КАРНАВАЛ 1947
4,5,8,9 - опубликованы в сборнике ЧЕЛОВЕК В КАРТИНКАХ 1951
3,6,7 - опубликованы в сборнике ЗОЛОТЫЕ ЯБЛОКИ СОЛНЦА 1953
2,11,12,13 - опубликованы в сборнике ЛЕКАРСТВО ОТ МЕЛАНХОЛИИ 1960
16,17 - из повести "ВИНО ИЗ ОДУВАНЧИКОВ"
The Vintage Bradbury, 1965/ Зрелый Брэдбери
1. The Watchful Poker Chip of H. Matisse / Пристальная покерная фишка работы
А.Матисса
2. The Veldt / Вельд
3. Hail and Farewell / Здравствуй и прощай
4. A Medicine for Melancholy / Лекарство от меланхолии
5. The Fruit at the Bottom of the Bowl / Фрукты с самого дна вазы
6. Ylla
7. The Little Mice / Мышата
8. The Small Assassin / Маленький убийца
9. The Anthem Sprinters / Спринт до начала гимна
10. And the Rock Cried Out / И камни заговорили...
11. Invisible Boy / Мальчик-невидимка
12. Night Meeting
13. The Fox and the Forest / Кошки - мышки
14. Skeleton / Скелет
15. Kaleidoscope / Калейдоскоп
16. Sun and Shadow / Солнце и тень
17. The Illustrated Man / Разрисованный
18. The Fog Horn / Ревун
19. The Dwarf / Карлик
20. Fever Dream / Горячечный бред
21. The Wonderful Ice Cream Suit / Чудесный костюм цвета сливочного мороженого
22. There Will Come Soft Rains
23. Illumination
24. Dandelion Wine
25. Statues
26. Green Wine for Dreaming
8,14 - опубликованы в сборнике ТЕМНЫЙ КАРНАВАЛ 1947
2,13,15 - опубликованы в сборнике ЧЕЛОВЕК В КАРТИНКАХ 1951
3,5,11,16,18,19 - опубликованы в сборнике ЗОЛОТЫЕ ЯБЛОКИ СОЛНЦА 1953
1 - опубликован в сборнике ОКТЯБРЬСКАЯ СТРАНА 1955
4,7,20,21 - опубликованы в сборнике ЛЕКАРСТВО ОТ МЕЛАНХОЛИИ 1960
9 - опубликован в сборнике МЕХАНИЗМЫ РАДОСТИ 1964
6,12,22 - из повести "МАРСИАНСКИЕ ХРОНИКИ"
23,24,25,26 - - из повести "ВИНО ИЗ ОДУВАНЧИКОВ"
S Is For Space, 1966
1. Chrysalis / Куколка / Превращение
2. Pillar of Fire / Огненный Столп
3. Zero Hour / Урочный час
4. The Man / Человек
5. Time in Thy Flight / Время, вот твой полет
6. The Pedestrian / Пешеход
7. Hail and Farewell / Здравствуй и прощай
8. Invisible Boy / Мальчик-невидимка
9. Come into My Cellar / Ребятки! Выращивайте гигантские грибы у себя в
подвалах!
10. The Million-Year Picnic
11. The Screaming Woman / Кричащая женщина
12. The Smile / Улыбка
13. Dark They Were, and Golden-eyed / Были они смуглые и золотоглазые
14. The Trolley
15. The Flying Machine / Человек в воздухе
16. Icarus Montgolfier Wright / Икар Монгольфье Райт
3,4 - опубликованы в сборнике ЧЕЛОВЕК В КАРТИНКАХ 1951
6,7,8,15 - опубликованы в сборнике ЗОЛОТЫЕ ЯБЛОКИ СОЛНЦА 1953
12,13,16 - опубликованы в сборнике ЛЕКАРСТВО ОТ МЕЛАНХОЛИИ 1960
9 - опубликован в сборнике МЕХАНИЗМЫ РАДОСТИ 1964
10 - из повести "МАРСИАНСКИЕ ХРОНИКИ"
14 - из повести "ВИНО ИЗ ОДУВАНЧИКОВ"
Рассказ Perchance to Dream (Asleep in Armageddon) / Уснувший в Армагеддоне
появился в британской версии сборника ЛЕКАРСТВО ОТ МЕЛАНХОЛИИ
Карлик
The Dwarf 1953 год Переводчик: С. Трофимов
Эйми отрешенно смотрела на небо.
Тихая ночь была такой же жаркой, как и все это лето. Бетонный пирс опустел;
гирлянды красных, белых и желтых лампочек светились над деревянным настилом
сотней сказочных насекомых. Владельцы карнавальных аттракционов стояли у своих
шатров и, словно оплавленные восковые фигуры, безмолвно и слепо разглядывали
темноту.
Час назад на пирс пришли два посетителя. Эта единственная пара развлекалась
теперь на "американских" горках и с воплями скатывалась в сиявшую огнями ночь,
перелетая из одной бездны в другую.
Эйми медленно зашагала к берегу, перебирая пальцами несколько потертых
деревянных колец, болтавшихся на ее руке. Она остановилась у билетной будки, за
которой начинался "Зеркальный лабиринт". В трех зеркалах, стоявших у входа,
мелькнуло ее печальное лицо. Тысячи усталых отражений зашевелились в глубине
коридора, заполняя чистый и прохладный полумрак горячими конвульсиями жизни.
Она вошла внутрь и остановилась, задумчиво рассматривая тощую шею Ральфа
Бэнгарта. Тот раскладывал пасьянс, покусывая желтыми зубами незажженную сигару.
Веселая пара на "американских" горках вновь завопила, скатываясь вниз в
очередную пропасть, и Эйми вспомнила, о чем хотела спросить.
- Интересно, что привлекает людей в этих взлетах и падениях?
Помолчав с полминуты, Ральф Бэнгарт вытащил сигару изо рта и с усмешкой ответил:
- Многим хочется умереть. "Американские" горки дают им почувствовать смерть.
Он прислушался к слабым винтовочным выстрелам, которые доносились из тира.
- Наш бизнес создан для идиотов и сумасшедших. Взять хотя бы моего карлика. Да
ты его видела сотню раз. Он приходит сюда каждую ночь, платит десять центов, а
потом тащится через весь лабиринт в комнату Чокнутого Луи. Если бы ты только
знала, что он там вытворяет. О Боже! На это действительно стоит посмотреть!
- Он такой несчастный, - ответила Эйми. - Наверное, тяжело быть маленьким и
некрасивым. Мне его так жалко, Ральф.
- Я мог бы играть на нем, как на аккордеоне.
- Перестань. Над этим не шутят.
- Ладно, не дуйся. - Он игриво шлепнул ее ладонью по бедру. - Ты готова
тревожиться даже о тех парнях, которых не знаешь. - Ральф покачал головой и тихо
засмеялся. - Кстати, о его секрете. Он еще не в курсе, что я знаю о нем,
понимаешь? Поэтому лучше не болтай - иначе парень может обидеться.
- Какая жаркая ночь. - Она нервно провела пальцами по деревянным кольцам на
своей руке.
- Не меняй темы, Эйми. Он скоро придет. Ему даже дождь не помеха.
Она отступила на шаг, но Ральф ухватил ее за локоть.
- Чего ты боишься, глупенькая? Неужели тебе не интересно посмотреть на причуды
карлика? Тихо, девочка! Кажется, это он.
Ральф повернулся к окну. Тонкая и маленькая волосатая рука положила на билетную
полку монету в десять центов. Высокий детский голос попросил один билет, и Эйми,
сама того не желая, пригнулась, чтобы посмотреть на странного посетителя.
Карлик бросил на нее испуганный взгляд. Этот черноглазый темноволосый уродец
напоминал человека, которого сунули в давильный пресс, отжали до блеклой кожуры,
а потом набили ватой - складку за складкой, страдание за страданием, пока
поруганная плоть не превратилась в бесформенную массу с распухшим лицом и широко
раскрытыми глазами. И эти глаза, должно быть, не закрывались и в два, и в три, и
в четыре часа ночи несмотря на теплую постель и усталость тела.
Ральф надорвал желтый билет и лениво кивнул:
- Проходите.
Будто испугавшись приближавшейся бури, карлик торопливо поднял воротник черной
куртки и вперевалку зашагал по коридору. Десять тысяч смущенных уродцев
замелькали в зеркалах, как черные суетливые жуки.
- Быстрее!
Ральф потащил Эйми в темный проход за зеркалами. Она почувствовала его руки на
своей талии, а потом перед ней возникла тонкая перегородка с маленьким
отверстием для подглядывания.
- Смотри, смотри, - хихикал он. - Только не смейся громко.
Она нерешительно взглянула на него и прижала лицо к стене.
- Ты видишь его? - прошептал Ральф.
Эйми кивнула, стараясь унять гулкие удары сердца. Карлик стоял посреди небольшой
голубой комнаты - стоял с закрытыми глазами, предвкушая особый для него момент.
Он медленно приоткрыл веки и посмотрел на большое зеркало, ради которого
приходил сюда каждую ночь. Отражение заставило его улыбнуться. Он подмигнул ему
и сделал несколько пируэтов, величаво поворачиваясь, пригибаясь и медленно
пританцовывая.
Зеркало повторяло его движения, удлиняя тонкие руки и делая тело высоким,
красивым и стройным. Оно повторяло счастливую улыбку и неуклюжий танец, который
позже закончился низким поклоном.
- Каждую ночь одно и то же! - прошептал Ральф. - Забавно, правда?
Она обернулась и молча посмотрела на его тонкий, искривленный в усмешке рот. Не
в силах противиться любопытству, Эйми тихо покачала головой и вновь прижалась
лицом к перегородке. Она затаила дыхание, взглянула в отверстие, и на ее глазах
появились слезы.
А Ральф толкал ее в бок и шептал:
- Что он там делает, этот маленький урод?
Через полчаса они сидели в билетной будке и пили кофе. Перед уходом карлик снял
шляпу и направился было к окошку, но, увидев Эйми, смутился и зашагал прочь.
- Он что-то хотел сказать.
- Да. И я даже знаю, что именно, - лениво ответил Ральф, затушив сигарету. -
Парнишка застенчив, как ребенок. Однажды ночью он подошел ко мне и пропищал
своим тонким голоском: "Могу поспорить, что эти зеркала очень дорогие". Я сразу
смекнул, к чему он ведет, и ответил, что зеркала безумно дорогие. Коротышка
думал, что у нас завяжется разговор. Но я больше ничего не сказал, и он
отправился домой. А на следующую ночь этот придурок заявил: "Могу поспорить, что
такие зеркала стоят по пятьдесят или даже по сто баксов ". Представляешь? Я
ответил, что так оно и есть, и продолжал раскладывать пасьянс...
- Ральф... - тихо сказала Эйми.
Он взглянул на нее и с удивлением спросил:
- Почему ты так на меня смотришь?
- Ральф, продай ему одно из своих запасных зеркал.
- Слушай, девочка, я же не учу тебя, как вести дела в твоем аттракционе с
кольцами.
- А сколько стоят такие зеркала?
- Я достаю их через посредника за тридцать пять баксов.
- Почему же ты не скажешь этому парню, куда он может обратиться за покупкой?
- Эйми, тебе просто не хватает хитрости.
Ральф положил руку на ее колено, но она сердито отодвинулась.
- Даже если я назову ему адрес поставщика, он не станет покупать это зеркало. Ни
за что на свете! Пойми, он застенчив, как дитя. Если парень узнает, что я видел
его кривляние в комнате Чокнутого Луи, он больше сюда не придет. Ему кажется,
что он, как и все другие, бродит по лабиринту и что зеркало не имеет для него
никакого значения. Но это обычный самообман! Карлик появляется здесь только по
ночам, когда поток посетителей убывает, и он остается в комнате один. Бог его
знает, чем он тешит себя в праздничные дни, когда у нас полным-полно народа. А
ты подумай, как сложно ему купить такое зеркало. У него нет друзей, и даже если
бы они были, он не осмелился бы просить их о подобной покупке. Чем меньше рост,
тем больше гордость. Он ведь и со мной заговорил только потому, что я
единственный, кто смыслит в кривых зеркалах. И потом ты же видела его - он
слишком беден, чтобы тратиться на такие вещи. В нашем чертовом мире работу найти
нелегко, особенно карлику. Наверное, живет на какое-то нищенское пособие,
которого едва хватает на еду и парк аттракционов.
- Какая ужасная участь. Мне так его жаль. - Эйми опустила голову, скрывая
набежавшие слезы. - Где он живет?
- На Генджес Армс, в портовом районе. Там комнаты метр на метр - как раз для
него. А почему ты спрашиваешь?
- Влюбилась. Мог бы и сам догадаться.
Он усмехнулся, прикусив желтыми зубами незажженную сигару.
- Эйми, Эйми! Вечно ты со своими шуточками...
Теплая ночь переросла в горячее утро, а затем в пылающий полдень. Море казалось
голубым покрывалом, усыпанным блестками и крошевом битого стекла. Эйми шла по
многолюдной набережной, прижимая к груди пачку выгоревших на солнце журналов.
Свернув на пирс, она подбежала к павильону Бэнгарта и, открыв дверь, закричала в
жаркую темноту:
- Ральф? Ты здесь? - Ее каблучки застучали по деревянному полу за зеркалами. -
Ральф? Это я!
Кто-то вяло зашевелился на раскладушке.
- Эйми?
Ральф сел и включил тусклую лампу на туалетном столике. Протерев полусонные
глаза, он покосился на нее и сказал:
- Ты выглядишь как кошка, слопавшая канарейку.
- Я кое-что узнала об этом маленьком человечке.
- О карлике, милая Эйми, об уродливом карлике. Маленькие человечки появляются из
наших яичек, а карлики рождаются из гланд...
- Ральф! Я только что узнала о нем потрясающую вещь!
- О Боже, - пожаловался он своим рукам, словно призывал их в свидетели. - Что за
женщина! Я бы и двух центов не дал за какого-то мелкого гаденыша...
- Ральф! - Она раскрыла журнал, и ее глаза засияли. - Он писатель! Подумай
только! Писатель!
- Слишком жаркий денек, чтобы думать.
Он снова лег на раскладушку и с игривой улыбкой осмотрел ее фигуру.
- Я прошлась сегодня утром по Ганджес Армс и встретила мистера Грили - знакомого
продавца. Он сказал, что мистер Биг печатает на машинке и днем и ночью.
- У этого карлика такая фамилия?
Ральф начал давиться смехом.
- Рассказы писателей часто связаны с их реальной жизнью, - продолжала Эйми. - Я
нашла одну из его историй в прошлогоднем журнале, и знаешь, Ральф, какая мысль
пришла мне в голову?
- Отстань. Я хочу спать.
- У этого парня душа огромная как мир; в его воображении есть то, что нам даже и
не снилось!
- Почему же он тогда не пишет для больших журналов?
- Наверное, боится или еще не понимает, что это ему по силам. Так всегда бывает
- люди не верят в самих себя. Но если он когда-нибудь наберется храбрости,
уверяю тебя, его рассказы примут где угодно.
- Так ты думаешь, он богат?
- Вряд ли. Известность приходит медленно, и он сейчас, скорее всего,
довольствуется жалкими грошами. Но кто из нас не сидел на мели? Хотя бы немного?
А как, должно быть, трудно пробиться в люди, если ты такой маленький и живешь в
дешевой однокомнатной конуре...
- Черт! - прорычал Ральф. - Ты говоришь как бабушка Флоренс Найтингейл.
Она полистала журнал и нашла нужную страницу.
- Я прочитаю тебе отрывок из его детективной истории. В ней говорится об оружии
и крутых парнях, но рассказ идет от лица карлика. Наверное, издатели даже не
знали, что автор писал о себе. Ах, Ральф, прошу тебя, не закрывай глаза.
Послушай! Это действительно интересно.
И она начала читать вслух:
- "Я карлик. Карлик-убийца. Теперь эти два понятия уже неразделимы. Одно стало
причиной другого.
Я убил человека, когда мне исполнился двадцать один год. Он издевался надо мной:
останавливал на улице, поднимал на руки, чмокал в лоб и баюкал, напевая "баюшкибаю".
Он тащил меня на рынок, бросал на весы и кричал: "Эй, мясник! Взвесь мне
этот жирный кусочек!"
Теперь вы понимаете, почему я погубил свою жизнь и пошел на убийство? И все изза
этого ублюдка, терзавшего мою душу и плоть!
Мои родители были маленькими людьми, но не карликами - вернее, не совсем
карликами. Доходы отца позволяли нам жить в собственном доме, похожем на белое
свадебное пирожное безе: крохотные комнаты, миниатюрные картины и мебель, камеи
и янтарь с комарами и мухами - все маленькое, малюсенькое, микроскопическое! Мир
гигантов оставался вдалеке, как шум машин за высокой садовой стеной. Мои
несчастные мама и папа! Они делали все, что могли, и берегли меня, словно
фарфоровую вазу - единственную драгоценность в их муравьином мире, с домикомульем,
дверцами для жуков и окнами для бабочек. Лишь теперь я понимаю гигантские
размеры их психоза. Им казалось, что они будут жить вечно, оберегая меня, как
мотылька, под стеклянным колпаком. Но сначала умер отец, а потом сгорел наш дом
- это маленькое гнездышко с зеркалами, похожими на почтовые штампы, и шкафами,
которые напоминали своими размерами солонку. Мама не успела выбежать при пожаре,
и я остался один на пепелище родного крова, брошенный в мир чудовищ неудержимым
оползнем реальности. Жизнь подхватила меня и закрутила в водовороте событий,
унося на самое дно общества, в эту мрачную зияющую пропасть.
Мне потребовался год, чтобы привыкнуть к миру людей: на работу меня не
принимали, и казалось, что на всем свете не было места для такого, как я. А
потом появился Мучитель... Он нацепил мне на голову детский чепчик и закричал
своим пьяным друзьям: "Я хочу познакомить вас со своей малышкой!"
Эйми замолчала и смахнула слезу, бежавшую по щеке. Ее рука дрожала, когда она
передавала Ральфу журнал.
- Почитай! Это его жизнь! Это история убийства! Теперь ты понимаешь, что он
человек? Маленький и сильный человек!
Ральф отбросил журнал в сторону и лениво прикурил сигарету.
- Мне нравятся только вестерны.
- Но ты должен это прочитать. Ему нужен человек, который мог бы поддержать его в
такое трудное время. Он настоящий писатель, однако парня надо в этом убедить.
Ральф с усмешкой склонил голову набок.
- И кто же это сделает? Ты и я? Небесные посланники Спасителя?
- Не говори со мной таким тоном!
- А ты тогда пошевели мозгами, черт возьми! Тебе захотелось понянчить его на
своей груди, но он уже сыт по горло этой дешевой жалостью. Как только ты
появишься у него со слезами и слюнями, он выставит тебя за дверь, и правильно
сделает.
Она задумалась над его слова, стараясь рассмотреть вопрос со всех сторон.
- Не знаю, Ральф. Возможно, ты прав. Но это не только жалость. Хотя он
действительно может понять меня как-то неверно, и я должна быть предельно
осторожна.
Он встряхнул ее и по-дружески ущипнул за щеку.
- Отстань от него, Эйми, я тебя прошу. Ты ничего не получишь кроме проблем и
неприятностей. Я еще никогда не видел, чтобы ты так заводилась. Давай лучше
сделаем себе хороший день: пообедаем, поболтаем немного, прокатимся немного.
Эйми отрешенно смотрела на небо.
Тихая ночь была такой же жаркой, как и все это лето. "Он совершенно другой. Но
он сумел пробиться в люди. А мы получили все, чтобы не торчать в балаганах и тем
не менее оказались здесь, на этом проклятом пирсе. Иногда мне кажется, что от
нас до берега миллионы миль. Мы смеемся над его телом, но у него есть мозги, и
он может создавать в своих книгах чудесные миры, которые нам даже не снились".
- Черт, ты даже меня не слушала, - возмутился Ральф, вскакивая с раскладушки.
Она сидела, опустив голову, и ее руки, сложенные на коленях, сотрясала мелкая
дрожь. Голос Ральфа казался далеким, как морской прибой.
- Мне не нравится этот взгляд на твоем лице, - произнес он с тяжелым вздохом.
Эйми медленно открыла кошелек и, вытащив оттуда несколько смятых банкнот, начала
их пересчитывать.
- Тридцать пять. Сорок долларов. Наверное, хватит. Я собираюсь позвонить Билли
Файну и попросить его отправить одно из кривых зеркал на Ганджес Армс для
мистера Бига.
- Что!
- Ты только подумай, Ральф, как он обрадуется, когда получит это зеркало. Он
поставит его в своей комнате и будет пользоваться им, когда захочет. Я могу
позвонить по твоему телефону?
- Делай, что хочешь. Черт возьми, ты просто рехнулась!
Он повернулся и зашагал по коридору. Чуть позже хлопнула дверь.
Эйми подождала еще несколько секунд, потом подняла трубку и с болезненной
медлительностью начала накручивать телефонный диск. Перед последней цифрой она
затаила дыхание и, закрыв глаза, представила, как тяжело и грустно живется в
этом мире маленьким людям. А как, наверное, приятно получить в подарок большое
зеркало - зеркало для твоей комнаты, где ты можешь любоваться своим большим
отражением, писать рассказы и не покидать уютных стен до тех пор, пока тебе
этого не захочется. Но возможна ли такая чудесная иллюзия на нескольких
квадратных метрах жилья? Что она принесет ему: радость или печаль, страдание или
помощь? Она смотрела на телефон и мечтательно кивала. По крайней мере, за ним
перестанут подсматривать. Ночь за ночью, поднимаясь в три или четыре часа, он
будет танцевать и улыбаться, кланяться и махать себе руками - высокий-высокий,
красивый и мужественный в этом сияющем зеркале.
Голос в трубке ответил:
- Билли Файн слушает.
- О, Билли! - воскликнула она.
И снова ночь опустилась на пирс. Темный океан вздыхал и ворочался, осыпая
брызгами деревянный настил. Ральф застыл в своей будке, как восковая фигура. Он
навис над картами с приоткрытым ртом, и пирамида окурков у его локтя становилась
все больше и больше. Пройдя под паутиной голубых и красных ламп, Эйми улыбнулась
и помахала ему рукой. Но он, казалось, не замечал ее приближения. Его холодный
взгляд застыл на разложенных картах.
- Привет, Ральф, - сказала она.
- Что нового в делах Амура? - спросил он, поднося ко рту грязный бокал с
холодной водой. - Как поживает Чарли Бойер и Гари Грант?
- Посмотри, я купила себе новую шляпку, - улыбаясь, ответила она. - У меня
сегодня прекрасное настроение! И знаешь почему? Завтра утром Билли Файн отправит
писателю зеркало! Ты только представь лицо этого парня!
- Я не так силен в воображении.
- Ты дуешься на меня, словно я собираюсь выйти за него замуж.
- А почему бы и нет? Будешь носить его с собой в чемодане. Тебя спросят: "Где
твой муж?", а ты откроешь крышку и скажешь: "Вот он, голубчик!" Это как
серебряный кларнет. В час раздумий ты будешь вытаскивать его из футляра и,
немного поиграв, укладывать назад. Только не забудь поставить туда маленькую
коробочку с песком.
- И все равно я чувствую себя прекрасно, - ответила Эйми.
- Твоя благотворительность похожа на пощечину. - Поджав губы, Ральф мрачно
посмотрел на карты. - Я знаю, с чего все началось. Ты решила наказать меня за
то, что я подсматривал за этим карликом. Теперь он получит свое зеркало, а я -
пинок под зад. Такие, как ты, всегда перебегали мне дорогу, отнимая маленькие
радости и лишая жизнь удовольствий.
- Тогда больше не зови меня к себе на выпивку. Терпеть не могу жалобы слабаков!
Ральф тяжело вздохнул и тихо прошептал:
- Ах, Эйми, Эйми. Неужели ты думаешь, что чем-то поможешь этому парню? Он
проклят своей судьбой, и ты напрасно убеждаешь себя в обратном. Я знаю, что у
тебя на уме. "Пусть меня считают дурой, но мой подарок сделает его счастливым".
Верно?
- Я готова на все, если моя глупость принесет кому-то искреннюю радость, -
ответила она.
- О Боже, избавь меня от таких благодетелей...
- Замолчи! - закричала Эйми и закрыла лицо руками. - Замолчи! Замолчи!
После нескольких минут напряженного безмолвия Ральф отодвинул в сторону
запятнанный стакан и поднялся.
- Ты посидишь за меня в будке? Мне надо отлучиться по делам.
- Ладно, иди. Я посижу.
Она увидела, как тысячи холодных отражений замелькали среди зеркал по стеклянным
коридорам - тысячи поджатых губ и скрюченных в гневе пальцев. Эйми сидела,
вслушиваясь в тиканье старых настенных часов. Внезапно по ее телу пробежала
дрожь. Она попыталась успокоиться, раскладывая пасьянс. Но озноб усиливался с
каждой минутой. В глубине лабиринта застучал молоток, потом раздались странные
протяжные звуки. Она ждала, задыхаясь от страха и наступившей тишины. В
освещенном проходе зашевелились ряды отражений. Они возникали и исчезали,
подпрыгивали и сгибались, пока Ральф шел среди зеркал, разглядывая ее напуганную
фигуру. Когда он подошел к двери, Эйми услышала его тихий смех.
- Что тебя так развеселило? - осторожно спросила она.
- Слушай, милочка, - ответил Ральф, - мы же не хотим поссориться, правда?
Значит, завтра мистер Биг получит от Билли большое зеркало?
- Ты решил устроить какую-то пакость?
- О нет! Зачем мне это?
Забрав у нее карты, он вышел из будки. Его лицо сияло от удовольствия; проворные
руки быстро тасовали колоду. Остановившись у двери, Эйми смущенно смотрела на
отрешенную ухмылку Ральфа. Ее правый глаз начал подергиваться, и она прижала
пальцем нижнее веко. Старые часы отмеряли минуты. У стен пирса шумели волны, и
воздух казался густым от влажной духоты и низких облаков. Далеко над морем
змеились вспышки молний.
- Ральф, - прошептала она.
- Успокойся, Эйми, - ответил он.
- Я о той поездке по побережью, которую ты мне предлагал...
- Можем поехать хоть завтра... или через месяц, - произнес он. - Или через год.
Старина Ральф Бэнгарт терпеливый парень. Я ни о чем не тревожусь. Вот, смотри. -
Он протянул руку к ее лицу. - Я абсолютно спокоен.
Она подождала, пока над морем не утих раскат грома.
- Прости, если я тебя расстроила. Только не надо делать ничего плохого. Обещай
мне это, Ральф.
В лицо пахнуло запахом дождя. Порыв прохладного ветра закружил обрывки
карнавальных лент. В будке тикали часы, и Эйми кусала губы, наблюдая за картами,
которые мелькали в руках Ральфа. Из тира доносились выстрелы и звон падавших
мишеней.
А потом появился он.
Карлик шел по безлюдной набережной, и его маленькое тело раскачивалось из
стороны в сторону. В свете уличных фонарей смуглое лицо Бига казалось маской
боли, как будто каждое движение требовало от него неимоверных усилий. Когда он
свернул на пирс, у Эйми забилось сердце. Ей хотелось подбежать к нему и
закричать: "Это твоя последняя ночь, и больше никто не будет подсматривать за
тобой!" Ей хотелось плакать и смеяться; ей хотелось сказать это Ральфу в лицо.
Но она промолчала.
- О, кого мы видим! - воскликнул Ральф. - Сегодня вход бесплатный! Специально
для старых клиентов!
Карлик взглянул на него снизу вверх, и
...Закладка в соц.сетях
