Жанр: Научная фантастика
Тропа 5. Хозяева острога
...ательница. Такую с собой брать опасно.
- Наоборот. Ты уже раскаялась и осознала свою низость. Знаешь, почем фунт лиха. В
следующий раз будешь осмотрительней. Опыт - великое дело. Даже печальный опыт.
- И в качестве кого я пойду?
- В качестве вольного человека. Как и все остальные.
- Я другое имела в виду. Вот если бы ты меня женой взял...
- Там видно будет. Пока об этом рано говорить.
- А за стенами Острога страшно?
- Всякое бывает. Придётся научиться пересиливать свой страх.
- А как?
- Не обращать на него внимания. Искать в ужасном смешное.
- Что смешного в нашем нынешнем положении?
- Да всё подряд. Посмотрела бы ты на себя в зеркало. Лицо сажей перепачкано. Волосы
растрепались. Ну прямо лахудра с улицы Киселя.
- А у тебя шишка на лбу! Будто бы второй нос вырос. Только синий-синий, - она
рассмеялась.
- Вот видишь, уже веселее стало. Ну а теперь представь ceбe, как здешняя Хозяйка будет
гонять своих слуг, когда выяснится, что мы сбежали.
- А мы правда сбежим? - Зурка захлопала в ладоши.
- Правда.
- Скоро?
- Думаю, к ночи уже будем дома.
- От Стервозы нам не влетит?
- Наоборот. Нас же похитили её враги. Из меня хотели сделать... как бы это лучше
выразиться... живого носителя смерти. Да ничего не вышло. Как не извивалась здешняя
Хозяйка, а меня одолеть не сумела.
- Какой ты молодец! Дай я тебя поцелую.
- Сколько угодно.
Они поползли навстречу друг другу, и поскольку выпрямиться здесь было нельзя,
обнялись, сидя на корточках. Это вызвало у них новый приступ смеха.
За какие-нибудь три-четыре часа, проведённых в заключении, Темняк пересказал Зурке
все веселые истории, какие только знал, спел песни о блохе, чудо-юде и бабках-Йошках, срочно
переведенные на язык острожан, и даже сплясал вприсядку матросский танец "Яблочко",
который в последний раз исполнял ещё в детском саду.
Короче, время летело не только весело, но и с пользой для обоих. Не понадобились даже
амурные забавы, к которым Зурка упорно пыталась склонить Темняка (не хватало ещё зачать
ребеночка в этом радиоактивном бардаке).
Конец веселью положил шумок, раздавшийся снаружи. В стену опять скреблись, словно
подзывая кота. На сей раз Темняк и Зурка подползли к щели уже вдвоём.
- Был я у вашей Хозяйки, - доложил тайный сторонник беспределыциков. - Как
увидела твою одежду, винтом завилась. Всю душу из меня вымотала, но, похоже, суть дела
уяснила. Скоро здесь будет.
- Теперь я тебе по гроб жизни буду обязан, - произнес растроганный Темняк.
- Какие между нами счеты! Я помог тебе, а ты поможешь кому-то ещё. Главное, чтобы
общее дело делалось... Теперь слушай меня внимательно. Наша Хозяйка, конечно, будет от
всего отказываться и, заметая следы, постарается вас уничтожить. Здесь, чтобы вы знали, пол
может смыкаться с потолком.
- И он раздавит нас? - ахнула Зурка.
- Раздавит, если заранее не принять нужные меры. Поставьте вот эту подпорку и ничего
не бойтесь, - он просунул в щель металлический стержень толщиной примерно с запястье
Зурки.
- А он выдержит? - с сомнением поинтересовался Темняк.
- Один не выдержит. А штук шесть - наверняка. Уже проверено на деле.
Когда в камере смертников очутилось с полдюжины этих стержней, неизвестный
благодетель поспешил распрощаться:
- Побегу. Как бы меня раньше срока не хватились. Я ведь не ты. Из меня Хозяйка при
желании всю подноготную мигом вытянет.
Когда снаружи опять наступила тишина, Темняк сказал, поглаживая Зурку по щеке:
- Вот видишь, как всё счастливо обернулось. Мир не без добрых людей.
Он шагами измерил пол, на глазок определил места вероятного приложения сил,
смыкающих пол с потолком, и расставил стержни с таким расчётом, чтобы на них действовали
только давящие, но ни в коем случае не изгибающие нагрузки.
Длины стержней чуть-чуть не хватило, и вместо клиньев пришлось использовать остатки
собственной одежды, благо она была сделана из достаточно плотного и эластичного материала.
Когда работа завершилась, у них остались одни штаны на двоих. Зурка настояла на том, чтобы
они достались Темняку.
- Если ты заметил, я вообще люблю голышом разгуливать, - заявила она. - Любуйся
мной, пока есть возможность. Это тебе вместо приза.
Впрочем, вскоре девушка замерзла, и Темняку пришлось согревать её теплом
собственного тела. Забавы, не такие уж и невинные, были прерваны сильным толчком снизу.
Раздалось грозное гудение, которое Темняк уже слышал после гибели Цвиры, и пол
мелко-мелко задрожал.
Стержни держались, как влитые, хотя и испытывали колоссальное напряжение. Капли
воды, попавшие на них, отлетали, словно от раскалённой сковородки. Пол даже поднялся на
вершок, но лишь за счет того, что концы стержней вдавились в потолок. Гудение снизу всё
чаще срывалось на пронзительный вой и грозный скрежет.
Как Темняк ни ломал голову, но ничего смешного в этой ситуации так и не нашел. На
помощь ему пришла Зурка, которая кончиками ногтей стала выстукивать на вибрирующем
стержне какую-то незамысловатую мелодию.
Сейчас её самообладанию и оптимизму можно было только подивиться. Впрочем, если
разобраться, истинным источником всех этих замечательных свойств, вдруг прорезавшихся в
девушке, был не кто иной, как Темняк. Зурка уверовала в него, как в бога, а кто же будет
предаваться унынию, находясь под божественной опекой.
Внезапно вся передняя стенка камеры улетела, словно сорванный ветром листок (хотя
шум, поднявшийся при этом, отнюдь не соответствовал подобному сравнению).
Темняку и Зурке открылось весьма любопытное зрелище - невдалеке, под прикрытием
мерцающей защитной стены, маячили фигуры сразу двух Хозяев, похожих друг на друга, как
яйца, снесенные одной курицей, а позади толпились слуги Шишки, уже успевшие отмыть свои
рожи от чёрной краски.
Чем-то эта немая сцена напоминала знаменитый финал гоголевского "Ревизора". Все
присутствующие были явно поражены представшей перед ними горькой истиной, хотя по
крайней мере двое - один человек и один Хозяин - заранее знали о возможном сюрпризе.
Хозяева, до этого имевшие абсолютно идентичный облик, мгновенно преобразились.
Первый принял форму громадной запятой с торчащим вверх загнутым хвостом, другой
превратился в почти идеальный шар.
- Которая из них Стервоза? - шепотом спросил Темняк. - Ты можешь её опознать?
- Круглая, - ответила девушка, - неужели не понятно!
Шар стремительно напал на запятую (всех людей, находившихся поблизости, словно
ураганом смело), но та устояла и даже накрыла противника своим хвостом.
Тогда Стервоза вытянулась в длину и опутала тело Шишки сложным узлом. Та поступила
аналогичным образом, и образовался один общий шевелящийся клубок, распавшийся на две
части уже в виде бублика и гантели.
Схватка происходила столь стремительно и изобиловала такими невероятными
метаморфозами, что неискушённый человек (а Темняк таковым, по сути, и являлся) просто не
мог уследить за её ходом. Зато Зурка улавливала любой нюанс этого поистине фантастического
поединка.
- Наша-то молодец! - Всё происходящее она комментировала со страстностью и
непосредственностью, свойственной молодости. - Как она эту тварь прихватила! Ну-ну-ну!
Ещё немного! Ах ты, сволочь, вырвалась!... Вот не повезло! Теперь она нашу давит... В
лепешку её распластала... Люди добрые, да что же это делается! Конец Стервозе приходит!
- А может, вмешаться? - поинтересовался Темняк, до сих пор не научившийся отличать
одну соперницу от другой. - Помочь ей?
- Да ты что! - отмахнулась от него Зурка. - От тебя и воспоминаний не останется!
Даже подумать страшно, какие силы там сейчас сошлись... Смотри, смотри! Выкрутилась
Стервоза! Ай да умница! Треплет чужую почем зря! На куски её рвёт! Чужая сдается! Наша
взяла!
Клубок, на протяжении доброй четверти часа ежесекундно менявший свои очертания и
сокрушавший вокруг себя всё, что только можно было сокрушить, окончательно разделился. На
замызганном полу остался валяться бесформенный, жалко подрагивающий мешок, а рядом с
ним гордо возвышалась изящная колонна, в которой Темняк никогда бы не узнал Стервозу.
- Что теперь будет с чужой Хозяйкой? - полюбопытствовал Темняк. - Подохнет?
- Ничего с ней не станется, - с презрением сказала Зурка. - Хозяева свои схватки до
смертоубийства не доводят. Зато позор-то какой! На весь Острог ославилась!
Механизм, поднимавший пол, уже давно заглох. Часть подпорок рухнула, а часть осталась
торчать в потолке. Темняк осмотрел одежду, но она превратилась в никуда не годные лохмотья.
- Пошли, - Зурка потянула его за руку. - Нас Стервоза зовёт.
- Как ты можешь её слышать? - удивился Темняк.
- Слышу - и всё. Ты в этом смысле, наверное, глухой. Но зато и Хозяева над тобой не
властны.
- Совсем не властны?
- Ну нет! В любой момент они могут раздавить тебя, как клопа. А вот душу не тронут.
Понимаешь?
- Кое-что понимаю. Да только какая польза покойнику от неуязвимой души?
Назад они возвращались дружной компанией. Впереди, почти не касаясь пола, важно
плыла Стервоза - бесспорная героиня нынешнего дня. Сзади, взявшись за руки, вышагивали
Зурка и Темняк. Она совершенно голая, а он в одних коротких штанах.
Ни в этот день, ещё только клонившийся к ночи, ни на следующий, добавивший в
сладость торжества горечь трезвого осознания, никаких мер в отношении Темняка и Зурки
предпринято не было. Стервоза отсыпалась сутки напролет, словно мартовский кот,
вернувшийся домой после долгого отсутствия. Похоже, что поединок с коварной Шишкой
изрядно обессилил её.
На какое-то время наша парочка была предоставлена самим себе. Зурка смотрела на
Темняка глазами влюбленной тёлки, и ему стоило немалых трудов объяснить ей, что забавы ни
в коем разе не должны мешать делу.
- Надо довести до конца то, что ты сама недавно начала, - втолковывал он девушке. -
Иначе ты останешься у охранителей под подозрением, и нам обоим это может выйти боком.
Немедленно разыщи их и расскажи всё, как было. Нам скрывать нечего. Объясни, что на них
напали слуги одной из Хозяек, имеющей претензии к Стервозе. А ты сама здесь совершенно ни
причем.
- Да плевала я на этих придурков! - отмахнулась она.
- Никогда не говори так! - Темняку даже пришлось повысить голос. - Нет ничего
хуже, чем наживать себе врагов. Тем более, если для этого нет никакого серьёзного повода.
Скажи охранителям, что я готов встретиться с кем-то из них. Желательно, чтобы это был
человек по имени Тыр Свеча. Мы с ним давние знакомые и, надеюсь, быстро найдем общий
язык.
- После того, что случилось с Цвирой, его единомышленники вряд ли согласятся
встретиться с тобой наедине, - засомневалась Зурка.
- Если они чего-то опасаются, пусть приходят целой компанией. Я не возражаю. Но ты
всё же им втолкуй, что Цвира погиб только потому, что сам собирался погубить меня. И не по
причине идейных разногласий, а исключительно из-за ревности к одной небезызвестной особе.
- Постараюсь в точности следовать твоим советам, - пообещала Зурка. - Но ты же сам
знаешь этих людей. Они имеют собственную точку зрения по любому вопросу и зачастую не
могут понять самых очевидных истин.
- Почаще улыбайся, и всё у тебя получится, - напутствовал её Темняк.
Зурка отсутствовала довольно долго, что могло косвенно свидетельствовать о
плодотворном диалоге, однако новости, доставленные ею, нельзя было однозначно отнести ни к
плохим, ни к хорошим.
Охранители внимательно выслушали версию случившегося, предоставленную девушкой,
но никак её не прокомментировали. Человека по имени Тыр Свеча они якобы вообще не знали.
Предложение Темняка, касавшееся личной встречи, было принято к сведению, но ни о каких
конкретных сроках не упоминалось.
Если говорить в общем, то у Зурки создалось следующее впечатление: охранители ставят
её слова под сомнение и в самое ближайшее время намерены досконально проверить каждый
упомянутый факт.
- Это их право, - сказал Темняк. - Надеюсь, они вели себя с тобой вежливо?
- Более чем вежливо. Ближе пяти шагов боялись подойти.
- Значит, наука пошла им впрок. И это радует.
Вечером того же дня Стервоза вплыла в комнату, где Темняк и Зурка коротали время в
невинной болтовне. Подобный визит был великой редкостью. Гора сама пришла к Магомету.
По-видимому, настала пора держать ответ за все проделки последних дней, хотя Темняк даже и
не представлял себе, как это будет выглядеть на деле.
К сожалению, настроение Хозяев нельзя было предугадать ни по форме тела, ни по
окраске кожи, что было так удобно в общении с Годзей. Ничего определенного не могло
подсказать и сияние, временами исходившее от них - для недостаточно зоркого человеческого
глаза признаки гнева были неотличимы от признаков любопытства.
Тем не менее чувствовалось, что разборка намечается серьёзная, а иначе зачем бы
Стервозе понадобился призрачный двойник, без промедления возникший в центре комнаты.
Молчание затягивалось. Внезапно Зурка вскрикнула и шепотом пожаловалась:
- Она меня ущипнула!
- Что бы это могло значить?
- Наверное, надо виниться.
- А как?
- Сама не знаю. Попробуй сначала ты. У тебя грехов больше.
- Ладно...
Однако как Темняк ни старался, никакого конкретного эпизода, заслуживающего
покаяния, ему на память так и не пришло. Перед его мысленным взором мелькали одна за
другой самые разные картины: и стычка с Цвирой, ставшая для карлика роковой, и печальное
происшествие с "букетом", и драка с лизоблюдами, и страсти-мордасти, пережитые в плену у
чужой Хозяйки, и не совсем приличные для посторонних глаз эксперименты, которые он с
согласия Зурки ставил над её гибким, прельстительным телом - но, похоже, Стервозу
интересовало нечто совсем иное.
Оставалось лишь констатировать, что общение с Хозяевами относится к числу
практически неразрешимых проблем. То ли дело отношения человека с собакой! Хороший пёс
всегда знает, когда следует вильнуть хвостом, а когда гавкнуть. Человек, в свою очередь,
прекрасно понимает, когда четвероногому другу надо дать что-нибудь вкусненькое, а когда
достаточно просто почесать за ухом.
Стоило только Темняку подумать об этом, как беспорядочное мельтешение световых
бликов сложилось в расплывчатую, но достаточно ясную картину - человек гладит сидящую у
его ног собаку. А поскольку Темняк своей собственной собаки никогда не имел, её портрет
получился несколько обобщённым - немного от овчарки, немного от дога, немного от таксы.
Короче говоря, типичная дворняга. И чем, интересно, она могла заинтересовать Стервозу?
- Кажется, она начинает менять мнение о людях, - прошептала Зурка. - Если нам
служат другие животные, значит, сами мы уже не животные. Думай дальше.
- О чем?
- Как будто бы я знаю! Попробуй вспомнить свои родные места.
- Да я уже всё давно забыл.
- Вспомнишь, если надо будет!
Сосредоточившись, Темняк принялся воскрешать в памяти чудеса человеческой
цивилизации: железные дороги, океанские лайнеры, самолеты, автомобили - но у светового
столба, являвшегося как бы продолжением сознания Стервозы, куда она пускала далеко не всех
и не по любому поводу, это опять не вызвало никакой ответной реакции.
Тогда, памятуя о склонности Хозяев к зодчеству, нашедшему воплощение в грандиозном
и неприступном Остроге, Темняк стал представлять себе общеизвестные шедевры человеческой
архитектуры - египетские пирамиды на фоне желтой бесплодной пустыни, фарфорово-белый
Тадж-Махал, отражающийся в воде бассейна, Кёльнский собор, словно бы сотканный из
каменных кружев, Эйфелеву башню, подсвеченную огнями иллюминации, небоскрёбы
Нью-Йорка, сверкающие на солнце всеми своими гранями.
По сдавленному вздоху Зурки Темняк сразу догадался, что это именно то, что надо (сам
он для пущего эффекта вынужден был закрывать глаза).
Загадочную душу Стервозы задели не циклопические здания, не ажурные мосты, не
причудливые дорожные развязки, забитые массами самого разнообразного транспорта, а солнце
- пылающий золотой шар, застывший в голубом небе.
Солнце, которое никогда не посещало выхолощенные, ублюдочные миры Тропы.
Кажется, Темняк попал, что называется, "в цвет". Астрономическая тема продолжалась.
Луна не произвела на Стервозу впечатления, зато звёзды надолго привлекли её внимание.
К счастью, здесь для Темняка особых проблем не было. Очертания важнейших созвездий
он выучил назубок ещё в те времена, когда простым матросом скитался по всем широтам
земных морей и океанов.
Светящийся столб последовательно отобразил и ковш Большой Медведицы, и
замысловатую петлю Дракона, и близко посаженные глаза Близнецов, и крест Лебедя, и зигзаг
Эридана, и почти квадратное полотно Паруса, и стрелу Жертвенника, и овал Персея.
Создавалось впечатление, что Стервоза искала что-то хорошо знакомое ей, но так ничего
и не находила, хотя к некоторым картинам возвращалась по нескольку раз.
Дальше Темняк действовал уже по счастливому наитию. Он представил себе
золотисто-кровавого Феникса, парящего над затянутой изумрудными туманами Вершенью.
Стервозу словно бичом стеганули. Светящийся столб стремительно разросся, и вместе с
ним выросло изображение мудрой, бессмертной птицы, некогда пославшей Темняка в этот
долгий и трудный поход.
Ещё большее возбуждение вызвало у Стервозы появление высокой, изломанной фигуры
Незримого, переливавшейся волнами ирреального света. Даже у Темняка дрогнуло сердце при
виде этого всемогущего призрака, живущего во многих пространствах сразу.
Неужели Стервозе знакомы все эти сверхъестественные существа? Или она знает о них по
воспоминаниям далеких предков, некогда обитавших в мире, над которым днём сияло
золотистое солнце, а безлунное небо расцветало ночью мириадами ярчайших звёзд?
Как бы то ни было, но она никогда не расскажет об этом жалкому муравью,
принадлежащему к вездесущему человеческому роду и при жизни наречённому самыми
разными именами, первое из которых - Артём - звучало для слуха острожан столь
непривычно, что его пришлось заменить другим, близким по звучанию, но отнюдь не по
смыслу.
После этого памятного случая отношение Стервозы к Темняку заметно изменилось.
Нельзя сказать, чтобы она признала его за равного себе, но, по крайней мере, перестала
воспринимать, как забавную зверушку. Он получил почти полную свободу, хотя даже и не знал,
как ею лучше всего воспользоваться.
Не будешь ведь целый день праздно валяться в мягкой постели или кататься верхом на
Зурке! Пора бы и делом заняться.
Темняк стал всё чаще подумывать о том, что неплохо было бы собрать вокруг себя
команду из крепких и преданных парней, способных противостоять любой здешней шайке. Тем
более формальный повод для этого имелся - Стервоза продолжала нуждаться в слугах.
Вот только где этих парней взять? Редкие герои, поступавшие с Бойла, были нарасхват, а
до работяг, вкалывавших на вредных производствах Острога, надо было ещё добраться.
Тем временем дали о себе знать лизоблюды, то бишь, охранители. Похоже, что их интерес
к Темняку ещё не угас, а тщательная проверка подтвердила полную невиновность Зурки.
Темняк уже освоился не только в покоях Стервозы, но и во всех прилегающих к ним
подсобных помещениях, а потому на встречу с лизоблюдами отправился один, отказавшись от
услуг Зурки. Нельзя сказать, что он не доверял девушке, но лишние уши, как и лишний рот, ещё
никому не пошли на пользу.
В сумрачном лабиринте, где сходились вместе не только многие коридоры, но и
вертикальные шахты неизвестного назначения, Темняка ожидал человек, которого он уже не
однажды поминал недобрым словом. Короче, это был Тыр Свеча собственной персоной.
- Давно не виделись, - сказал Тыр с едва заметной улыбкой, которая как бы приглашала
к взаимной откровенности.
- Не виделись мы давно, - согласился Темняк. - Хотя вести о тебе доходили до меня
частенько. И все сплошь неприятные.
- Такого быть не может! - Тыр скорчил удивлённую физиономию.
- Увы, может, - Темняк последовал его примеру, но гримасу для себя избрал
скорбную. - Не ты ли приложил руку к похищению моего воздушного шара?
- Нашёл что вспомнить! Это ведь когда ещё было!
- Не так и давно, как ты хочешь представить. Скажи, зачем тебе это понадобилось?
- Разве ты незнаком с воззрениями охранителей?
- Знаком. Но объясни только, чем вам помешал мой шар? Свет застил? Или воздух
портил?
- Твой шар сам по себе нам, конечно, не мешал, - улыбочка окончательно покинула
лицо Тыра. - Но представь, что случится, если каждый острожанин по твоему примеру заведёт
собственный воздушный шар и будет летать на нем везде, где ему только заблагорассудится?
Вряд ли это понравится Хозяевам.
- Неужели мнение Хозяев стало мерилом всех вещей? - возразил Темняк. - А вдруг им
не понравятся сами люди? Как быть тогда? Призывать острожан к массовому самоубийству?
- Не надо сгущать краски. Давай лучше поговорим спокойно.
- Давай, - Темняк напустил на себя постное выражение. - Тем более что я совершенно
спокоен.
- Это верно, что ты присоединился к беспредельщикам? - По тону вопроса было ясно,
что шуточки закончились.
- Откровенно?
- Желательно.
- Нет, не верно. Но это вовсе не значит, что при определенных обстоятельствах я не
воспользуюсь их помощью. Кстати, к вам у меня точно такое же отношение.
- Ходят слухи, что в прошлом ты частенько общался со Свистом Свечой, не последним
человеком среди беспределыциков.
- Как помнится, на Бойле мы общались все вместе.
- Я спрашиваю не о Бойле, а о более позднем времени.
- Было дело. Не отрицаю. Общались. И Свист даже предлагал мне присоединиться к его
единомышленникам. Но я отказался.
- Нельзя ли узнать почему?
- По нескольким причинам. Основная из них - личная. Я здесь чужак и, собственно
говоря, в Остроге задерживаться не собираюсь. Все мои устремления направлены сейчас на то,
чтобы покинуть ваш распрекрасный город... Другая причина имеет, так сказать,
принципиальный характер. Только человек, утративший всякую связь с реальностью, может
надеяться на то, что Хозяева согласятся пойти на уступки. Свист Свеча и его окружение
относятся к довольно распространенной категории прекраснодушных идеалистов, для которых
призрачная цель дороже всех доводов разума.
- Если ты и в самом деле думаешь так, твое место в наших рядах, - вкрадчиво произнес
Тыр.
- Увы! - Темняк развел руками. - Ваша позиция видится мне ещё более сомнительной.
Какие задачи вы ставите перед собой? Сохранение нынешнего положения вещей на
неопределенно долгий срок. Бальзамирование того, что есть. А это невозможно без борьбы с
инакомыслием самых разных мастей, что уже само по себе занятие неблагодарное. Многие
пытались снискать себе славу на этом поприще, но потерпели крах. Перемены в жизни
неизбежны, и их невозможно контролировать. Нельзя замедлить взросление и отсрочить
старость. Нельзя пальцем заткнуть дырку в стенке колодца, из которой хлещет вода. Рядом
возникнет другая дырка, и вода хлынет из неё с удвоенной силой.
- Но согласись, кто-то ведь должен противостоять беспределыцикам!
- Хорошо, соглашусь... И давай представим, что из этого в конце концов получится. Вы
начнёте пресекать деятельность беспределыциков. Они, естественно, ответят тем же. Мелкие
стычки, которые уже и нынче не в редкость, постепенно перерастут в настоящую войну.
Острожанам поневоле придётся разделиться на два лагеря. А про Хозяев вы вообще забудете.
- Не хватало ещё, чтобы подобными речами ты накликал на нас беду!
- Да вы сами готовы её накликать! То, о чем я предупреждаю тебя, случалось уже не
единожды. Любая братоубийственная война начинается под каким-нибудь благовидным
предлогом... Вернём себе исконные земли! Восстановим истинную веру! Поровну разделим
нажитое! Уравняем всех в правах! Свободу рабам! Богатство - нищим! Крышу - бездомным!
Жизнь - мёртвым! Долой инородцев! Долой грамотеев! Ну и так далее. Итог всегда бывает
один и тот же - кровь и разруха. А власть над уцелевшими людьми захватят самые
бессовестные и жестокие из них.
- Нет ничего проще, чем осуждать кого-то, - с упреком вымолвил Тыр. - А вот дать
добрый совет - желающих мало.
- Отчего же! Вот вам и совет. Если в горшке кипит вода, надо вовремя снять крышку.
Пар получит долгожданную свободу, а горшок уцелеет. Этот пример касается и нынешней
ситуации. Надо повести дело так, чтобы все недовольные во главе с беспределыциками
покинули Острог. А те, кого нынешняя жизнь вполне устраивает, пусть себе остаются.
- И кипение в горшке сразу прекратится? - Саркастическая улыбка тронула губы Тыра.
- Не навсегда, конечно, а только на некоторое время. Но в этот срок уложится жизнь
нескольких поколений. Проблемы, которые кажутся сейчас неразрешимыми, утратят свою
остроту.
- Спору нет, говоришь ты складно. Но от праздных слов пользы не больше, чем от
вчерашнего дыма.
- В отличие от других, я за свои слова отвечаю. И готов хоть сейчас взяться за их
претворение в жизнь. Но без посторонней помощи мне не обойтись.
- Какую помощь ты имеешь в виду?
- Так сразу и не скажешь... - Темняк задумался. - Прежде всего мне потребуются
люди для внедрения в среду беспределыциков. Много людей. Ваши единомышленники для
этого не годятся, все они известны наперечёт.
- Зачем тебе много людей? Укрепить ряды беспределыциков?
- Наоборот. Ослабить их. Когда на одного истинного беспределыцика будет приходиться
двое-трое моих людей, бешеный зверь превратится в ручную киску. Тебе понятно такое
сравнение?
- Более или менее... Но где же взять нужных тебе людей?
- Среди работяг. Я знаю, что вы проложили туда надежную дорожку, - Темняк в упор
глянул на Тыра.
- Ну ладно, - тот слегка смутился. - С людьми мы что-нибудь придумаем. Но ведь это
ещё не все?
- Конечно, не всё! Надо будет найти возможность покинуть Острог. У меня прекрасные
отношения с нашей Хозяйкой, и, вполне возможно, что она поможет мне.
- А если нет?
- Тогда я отыщу выход сам. Надеюсь, тебе известно, что я сумел сбежать с Бойла?
- Известно. Вне всякого сомнения, это характеризует тебя с самой лучшей стороны.
Известно нам и то, что многие в Остроге сейчас просто боготворят тебя.
- Так в чем же дело? Как ни верти, а я для вас человек нужный. Почему бы нам не
объединить усилия
...Закладка в соц.сетях
