Жанр: Научная фантастика
Змеи Эскулапа
... И тут он увидел их. Сперва, разглядев катер, Халеф с ужасом подумал, что
началась война и по реке поднялись регулярные подразделения Свободных
Солдат. Но люди, которые брели, нагруженные какими-то тюками, по улице,
никак не походили на солдат или матросов. Разношерстная компания, кто в
кожаных куртках, кто в теплых комбинезонах, все с разномастным, большей
частью старым оружием, они более всего напоминали обычных бандитов. Их было
много, человек сорок; Халеф еще раз сплюнул и поднял ствол пулемета.
В первые мгновения он не понял, что происходит, и едва не отвлекся, чтобы
проверить, стреляет ли его оружие. Пулемет в его руках заговорил почти
бесшумно, словно шлепал по воде ребенок: не было ни пламени, ни привычной
Халефу отдачи тяжелого оружия.
Но люди, шедшие вдоль улочки, повалились наземь один за другим, забились
в страшных судорогах, побежали, бросая свою добычу, в поисках укрытия. Рыча,
Халеф бил короткими очередями и видел, как крупнокалиберные пули вырывают
целые клочья из тел незваных пришельцев, видел, как влажная почва
смешивается с их горячей кровью, и забывал про холод сам.
Он не почувствовал, как его коротко ударили по шее.
- Вот гад, - зло произнес над ним чей-то хриплый голос. - Человек десять
уложил.
- Десять? - спросил другой. - Да, кажется, больше. Что ж, парень крепкий.
Раз десять - теперь ему придется сражаться за десятерых.
- Ты что же, хочешь взять его с собой?
- У тебя есть другие предложения? У нас и так мало людей. Кто будет
волочить все наше дерьмо, когда мы потащимся по горам? Бери его, пошли...
2
Бен Рукка ошарашенно молчал, не сводя расширившихся от восторга глаз с
темного овала главного экрана. Оптика давала приближение: почти прямо по
курсу медленно плыла черная, заостренная махина чужого корабля. Его размеры
потрясали воображение, он был в сотни раз больше "Кронга", еще недавно
казавшегося Рукке громадным. Корабль чужаков подавлял своим величием.
- Невозможно, - шептал, кусая в отчаянии губы, навигатор, - мы теряем
скорость так быстро, что в это невозможно поверить. При таком торможении мы
все уже давно должны были погибнуть... что же происходит? Что все это
значит?
- Они тормозят нас, - ответил командир, по-прежнему глядя на экран. - Не
знаю как, но они нас тормозят.
В центральном посту управления собрался почти весь экипаж корабля, за
исключением моториста, по-прежнему находившегося в двигателях. Бледные,
неспособные поверить в то, что видят, астронавты стояли, до боли вцепившись
пальцами в спинки кресел. Их била дрожь.
"Кронг" уже почти остановился. Где-то сверху тихонько щелкала установка
искусственной гравитации. Навигатор все еще продолжал какие-то расчеты,
теперь уже явно ненужные. Корабль чужаков приближался, бен Рукка отчетливо
видел узкие, слабо светящиеся щели, распахнутые в нижней части его немного
приплюснутого носа. Обшивка гиганта выглядела совершенно гладкой, на ней не
было никаких следов люков или надстроек. Если она и имела какие-либо
отверстия, то их крышки пригонялись настолько плотно, что различить их на
расстоянии было невозможно.
- О Святое утро!.. - слабо промычал бен Рукка. - Что это?
В носу черного чужака вспыхнули три ряда ослепительно ярких белых огней.
Моргнув, они вдруг замигали, словно выплясывая некий сложный танец. Опять
вспыхнули все разом... опять замигали!
- Это какой-то сигнал, - догадался навигатор Казис. - Но какой?
- Попробуй пропустить его через главный вычислитель, - подсказал кто-то.
- Ты думаешь?.. - удивился Казис. - На это наверняка потребуется много
времени...
- Которого у нас нет, - глухо перебил его бен Рукка. - Смотрите.
Нос черного корабля проплыл совсем рядом с "Кронгом" - казалось, до него
можно дотянуться рукой, - и теперь мимо них, заняв собой весь экран,
двигалась глухая черная стена, на которой Рукка с изумлением заметил
несколько вмятин и даже проломов, имевших странные, словно оплавленные края.
- Мне кажется, они побывали в настоящем бою, - вполголоса произнес Рукка.
- Но что же за оружие могло нанести им такие раны?
Черная стена борта все так же неторопливо ползла по экрану. Теперь все
видели не только вмятины. Промелькнула и исчезла, уйдя из поля зрения
оптики, перекрученная и обгорелая решетчатая конструкция, торчащая из
полуоткрытой ниши в стене, затем проползла удлиненная, похожая на глаз,
надстройка, на которой мигали два красных огонька.
- Неужели они уходят? - вырвалось у Казиса.
- Нет, - помотал головой Рукка.
Он оказался прав.
Менее чем через минуту чужак остановился. Прямо напротив "Кронга" в его
корпусе возникла ярко светящаяся щель. Она быстро расширялась, и вот все
увидели залитое бело-голубым светом помещение, настолько громадное, что в
нем запросто мог поместиться весь их звездолет.
Бен Рукка замер, холодея. В глубине этой странной ниши зашевелились
какие-то механизмы. Не веря своим глазам, он увидел, как медленно движутся к
его кораблю две огромные механические клешни.
Кто-то испуганно вскрикнул.
"Может, они - гиганты? - с запоздалым ужасом подумал Рукка. - А мы для
них - не крупнее насекомого?"
"Кронг" мягко качнулся.
- Они затягивают нас! - истерически заорал Казис.
Клешни осторожно, словно живые, внесли "Кронг" в светлый зал и замерли,
держа его на весу. Ломая пальцы, Рукка успел выпустить посадочные опоры.
Манипуляторы качнулись, и "Кронг" мягко опустился на палубу. Двери трюма
начали закрываться.
- Все механизмы стоп! - приказал Рукка, трясущейся рукой вытирая со лба
холодный пот. - Наверное, они сейчас накачают сюда свой воздух. Лалле,
приготовьте скафандры, а вы, Огин, возьмите анализы забортной атмосферы.
Люди засуетились. Рукка тем временем переключил оптику на круговой обзор
и принялся осматриваться. Любопытство все еще смешивалось в нем с ужасом.
"Кронг" стоял в длинном узком зале. Прямо перед его носом в сероватой
стене Рукка разглядел какие-то двери, по размерам вполне подходящие для
человека среднего роста. У командира слегка отлегло от сердца, и он даже
рассмеялся, вспомнив свою нелепую мысль о гигантах. Над дверями мерно
вспыхивало табло с какой-то красной надписью. Пока никакого движения не
наблюдалось. Влияния корабельного поля тяготения Рукка тоже не ощущал, и это
было странно - выходило, что чужаки поддерживают на своем корабле такой же
уровень, что и установки "Кронга"?
- У меня готово, - услышал он удивленный голос биохимика Огина, - но это
очень странно...
- Что - странно? - рывком повернулся к нему бен Рукка.
- Они дышат таким же воздухом, как мы. Состав совпадает до мелочей...
может быть, они как-то узнали...
- Если это Отцы, - начал кто-то, но Рукка остановил его нетерпеливым
взмахом ладони.
- Молчите. Лалле, скафандры готовы?
- Да, Светлый. Мы можем выходить. Рукка покачал головой. "Наверное, они
именно этого и ждут", - мелькнула мысль.
- Готовьте шлюз, - распорядился он.
Десять минут спустя, облаченный в неудобный полужесткий скафандр, бен
Рукка стоял на рифленом сером материале, покрывавшем пол, и с удивлением
оглядывал зал, в котором они очутились. Странное дело, сейчас ему стало
казаться, что тяготение усилилось, прибавив ему веса.
По своим размерам зал почти идеально подходил для "Кронга". Механические
манипуляторы, затащившие сюда их корабль, скрылись в стене. Здесь было
светло (свет шел прямо из потолка, не имевшего каких-либо отдельных ламп) и,
как показывал датчик внешней температуры, довольно тепло для человека.
Давление также было в норме, и Рукка испытывал огромное желание стянуть с
головы свой дурацкий шлем, сильно сдавивший ему виски.
Рядом с ним, такие же ошарашенные, Казне и Огин переминались с ноги на
ногу.
- Я думаю, что мы сможем здесь жить, - тихо заметил биохимик. - Если у
них...
Он не договорил. Одна из дверей, находившаяся буквально в нескольких
метрах от заостренного носа "Кронга", неожиданно раскрылась, впуская в зал
четыре фигуры в странном черном облачении.
Бен Рукка не удержался от короткого вскрика.
Несомненно, это были люди! Довольно низкорослые, словно облитые каким-то
черным материалом, они держали в руках оружие - массивное, такое же черное,
как и они сами. Лица их были скрыты глухими непрозрачными шлемами. Они
встали возле двери, угрожающе направив в сторону "Кронга" свои стволы, а в
помещение медленно вплыло удобное высокое кресло, в котором сидел плюгавого
вида мужичонка, одетый в темно-синий наряд со множеством золотых побрякушек
- Ага, - сказал майор Мелеш, с удоволетворением разглядывая высокие и тонкие
фигуры гостей, - вы выбрали мир с низкой гравитацией.
- Ну, я так и думал. - Огоновский выпустил из ноздрей две синие дымные
струйки и победно зыркнул глазами в Либиха. - Там уже живут. Последний
Айоранский мир, надо же. Сколько столетий его искали, и вот вам, пожалуйста.
Жаль, что мы не можем прямо сейчас сообщить эту новость на Бифорт и Аврору.
Помимо Огоновского и Либиха, в ординаторской сектора общей хирургии
находились майор Остен из ожогового центра и второй штурман "Парацельса"
Мороз. Все, за исключением Андрея, были изрядно шокированы последними
новостями - "Сакс" затормозил и принял на борт субсветовик с этой, будь она
неладна, планеты, населенной людьми, которых восемь тысяч лет назад вытащили
с древней Земли загадочные Айорс. Основной темой разговора были, как и
следовало ожидать, ближайшие перспективы, уже, конечно, успевшие потерять
былую радужность.
- Как вы считаете, док, они сильно отличаются от нас? - спросил Мороз,
ерзая в своем кресле.
- А хрен его знает, - флегматично отозвался Андрей. - Все зависит от
условий - гравитация, излучение светила... Восемь тысячелетий - срок для
мутаций вроде бы небольшой, но это смотря в каких условиях. В любом случае,
они люди, и с ними можно хоть как-то, но договориться, Не исключено,
конечно, что у них там такой бардак, что черт ногу сломит... Вы не бывали на
Альдарене?
- Нет, не приходилось. Так, слышал кое-что. Они там, кажется, совсем
дикие?
- Совсем, Марк, совсем... Сколько веков пытаются их хоть как-то
цивилизовать - а все без толку. И каждые десять лет - карательные операции.
Лучше бы уж их оставили в покое, пусть живут себе как хотят. Если б не
чертовы рудники, наверное, так бы и было. Но!..
- Интересно будет узнать, о чем они там, на "Саксе", с ними толкуют, -
произнес Остен. - А представляете себе реакцию этих несчастных? Летели себе
куда-то, а тут бах - мы! Бедные парни, у них, должно быть, глубочайший шок.
- Я слышал, у них произошла какая-то авария, - возразил Мороз. - Что-то
там такое с движком, в общем, они не могли лететь дальше. Именно поэтому
Волльмер и распорядился притормозить их корыто.
- Ну, по-любому, - мрачно подытожил Либих, - отпуск на берегу океана
накрылся с громом и музыкой. Теперь будем сидеть в своем собственном корыте,
словно в одиночной камере. Знаю я эти порядки...
- Вот теперь как раз шансы на отпуск возрастают, - усмехнулся в ответ
Огоновский, - все-таки цивилизованная планета. Наверняка там есть где
покупаться или полазить по горам. Без риска быть съеденным, а? Наверное, у
них имеются чудные маленькие мотели где-нибудь на побережье: я и сам с
удовольствием позагорал бы у моря, мне порядком поднадоели оксдэмские
болота.
- Вы не знаете Волльмера, - фыркнул Либих, - а я знаю. Раз там имеется
аборигенская, будь она неладна, цивилизация, он ни одной живой души с борта
не выпустит, перестраховщик. Волльмер даже в сортир ходит строго по уставу,
а что там, в уставе, сказано про контакты с представителями инопланетных
цивилизаций? Контактами должны заниматься специальные комиссии. Где у нас
такая комиссия? Нет комиссии. Раз нет, значит, все" - сидим и делаем вид,
что нас не видно и не слышно.
- Ну, мне все-таки кажется, что у нас с вами случай беспрецедентный, -
пожал плечами Андрей. - Как мы можем вызвать сюда такую комиссию? Что же,
Волльмер упрется рогом и ограничит перемещения по планете, основываясь на
совершенно неприменимой в данном случае статье устава ВКС? Это же абсурд!
Либих едко скривился и обменялся с Остеном понимающими взглядами.
- Сразу видно резервиста, - заявил он. - А вы знаете, юноша, что половина
флотских с детства молится на этот, как вы говорите, абсурд? Причем в жизни
они приятные, милые люди. Но стоит подняться на борт, как такой миляга
превращается в рычащего демона - для тех, кто не понимает.
Огоновский с усмешкой вспомнил свою давнюю службу во флоте. Таких милых
людей он навидался по уши. Особенно запомнился ему старший офицер его
корабля майор Галушко, редкостный "уставник" и потрясающий идиот. Кончил
Галушко плохо - получив под командование свой собственный фрегат, он четко
выполнил все требования устава и угробился вместе со всем экипажем в
довольно безобидной ситуации.
- Устав также предполагает наличие определенной инициативы, - заметил он,
- особенно тогда, когда дело касается откровенно внештатных ситуаций.
- Это не к Волльмеру, - отрезал Либих. - Даже не знаю, как он будет
налаживать контакты с местным населением. В конце концов, нам придется
где-то садиться, верно?.. Значит, на чьей-то территории. А что в данном
случае гласит устав?
- Что без разрешения аборигенов садиться нельзя.
- Верно, Андрей. Вот и думайте, что он там предпримет. Я, честно говоря,
предпочел бы, чтобы всеми этими контактами занимался кто-нибудь из наших.
По-моему, в регенерационном секторе есть кто-то из Дипкорпуса - возможно,
навыки этого специалиста могли бы нам помочь. Да и вы сами, насколько мне
известно, имеете некоторый опыт по налаживанию отношений...
Огоновский мрачно покачал головой. Если честно, он не имел ни малейшего
желания налаживать отношения с представителями местной цивилизации. У этих
"вроде бы людей" могли обнаружиться заскоки, напрочь отбивающие всякую тягу
к общению. Он представлял себе, как может развиваться из колыбельного
состояния достаточно узкий человеческий социум, заброшенный в совершенно
чужой и весьма враждебный мир. С другой стороны, раз они смогли дорасти до
такого уровня развития... ни на одной из открытых Айоранских планет люди не
дошли до звездолетов. Даже самый вроде бы цивилизованный Рогнар, на момент
его открытия, только-только начинал экспериментировать с опасными атомными
преобразователями энергии. С другой стороны, открыли-то его давно, и кто
знает, до чего бы они там добрались к сегодняшнему дню?
- Ладно, - хлопнул по столу Андрей, - что нам попусту гадать? Там видно
будет, сперва надо еще сесть. Пойду я, пожалуй, к себе, мне перед вахтой не
помешает выспаться.
Бен Рукка ощущал себя подавленным. Нет-нет, со стороны хозяев не было и
намека на какую-либо агрессию, и все же шок был слишком ощутим. Все, начиная
с широких светлых коридоров, по которым их вели, и заканчивая непостижимым
аппаратом-переводчиком, который транслировал прямо в мозг, заставляло его
сжиматься, как перед поркой в родительском доме.
Первым делом весь экипаж был доставлен в медицинский центр корабля, где,
кстати, Рукка, окончательно убедился в том, что его догадки были верны -
когда они шли мимо приоткрытых дверей отдельных помещений центра, Рукка
видел множество людей, лежащих в подвесных койках. Некоторые из них были
забинтованы, многие висели на каких-то сложных растяжках. В медицинском
центре экипаж разместили в просторном белом отсеке, который тотчас же
оказался намертво отделен от внешнего мира. Потом все тот же механический,
свербящий виски голос попросил снять скафандры.
- Они отравят нас! - вскрикнул Казне, сжимая руками голову.
- Прекратить панику! - приказал Рукка. - Неужели вам непонятно, что они
просто хотят обследовать нас на предмет наличия болезней? Подчиняйтесь без
пререканий. Я уверен, что они не причинят нам зла.
Обследование - впрочем, совершенно невидимое и даже никак не ощущаемое -
заняло у хозяев приблизительно полчаса, после чего гостям было заявлено, что
скафандры больше не нужны.
Из медицинского сектора их забирал все тот же мужчина в
антигравитационном кресле, представившийся как Мелеш. Каким-то странным
образом он сразу же признал в Рукке старшего и обращался только к нему,
совершенно игнорируя всех остальных.
- Вас ждет беседа с командиром нашей эскадры, - заявил он. - Я думаю, нам
удастся договориться.
Пока уютная многоместная капсула скользила в необозримых дебрях чужого
корабля, бен Рукка ломал голову, о чем хочет договариваться с ними неведомый
командир. Какую помощь они могли оказать этим людям, подавляющим своей мощью
и совершенством? Рукка прекрасно понимал, что низкорослые крепыши, хозяева
этих невероятных звездолетов, обогнали их в своем развитии на много
столетий. Об этом говорили и размеры кораблей, и их невероятные скоростные
характеристики, и, наконец, та уверенная легкость, с которой звездолетчики
провели свою неправдоподобную операцию по захвату "Кронга".
Капсула наконец остановилась. Мелеш нажал клавишу на потолке, и широкие
двери раздвинулись, открывая выход в ярко освещенный коридор.
- Идемте, нас ждут, - проговорил он, выплывая из капсулы вместе со своим
креслом.
Долговязые, одинаково тонкие в кости астронавты нерешительно выбрались из
уютного полумрака и теперь неловко топтались, щурясь от яркого света и
разглядывая кремовую обивку стен.
- Сюда, - пригласил Мелеш и подплыл к высоким дверям кают-компании.
Бен Рукка первым шагнул через высокий порог и замер, удивленно
разглядывая интерьер просторного помещения, в котором оказался. Стены были
отделаны панелями из полированного дерева, на полу лежало какое-то ворсистое
покрытие, напоминавшее звериную шкуру, с потолка лился мягкий золотистый
свет: В глубоких креслах сидели три человека в похожих темно-синих нарядах,
украшенных, как и одежда Мелеша, множеством блестящих деталей. Два десятка
таких же кресел были расставлены в центре этого мрачноватого зала.
- Мы ждем вас, - услышал Рукка.
Он инстинктивно поискал глазами говорившего: им оказался крупный мужчина
с длинными волнистыми волосами, в черном блеске которых просвечивала седина.
- Садитесь же. Мелеш, они что, до сих пор боятся?
- Да вроде нет, генерал, они вполне адекватны. Я думаю, все будет
нормально.
В течение следующего получаса бену Рукке пришлось отвечать на великое
множество вопросов, большей частью довольно конкретных и не допускающих
каких-либо вывертов. Лгать ему и в голову не приходило - если у них есть
аппараты, способные переводить с незнакомого языка и наоборот, то где
гарантия, что тот же аппарат не настроен на фильтрацию его лжи? Наконец
Волльмер, Варнезе и Соич - так представились те трое, что вели эту похожую
на допрос беседу, умолкли. Они узнали уже почти все, что хотели узнать о его
планете, которую бен Рукка привык называть Тройтеллар. Он готов был
поклясться, что они ничего не поняли, когда он говорил о цели их полета, но,
по-видимому, эта тема их не слишком волновала, так как никаких уточняющих
вопросов не последовало.
Незаметным движением полковник Варнезе отключил общий транслинг и с
улыбкой повернулся к Волльмеру: - Вам не кажется, что религиозная истерия не
слишком сочетается с постройкой звездолетов?
- Тут что-то не так, - задумчиво вставил Мелеш. - Если их на полном
серьезе послали искать Айорс, и это через столько-то лет... мне это не
нравится.
- Может быть, вам удастся расспросить их более подробно, - предположил
Волльмер. - Я и в самом деле мало что понял из объяснений этого типа.
Никогда еще не видел, чтобы епископы командовали разведывательными
звездолетами.
- Он обычный священник, генерал.
- Вообще бред. Как священника могли допустить к пульту управления
звездолетом?
- Мне понадобится время. Может быть, несколько часов...
- И, конечно, бочка коньяка? Ладно, давайте перейдем к более конкретным
вещам.
Волльмер вновь включил транслинг и повернулся к Рукке. Тот неловко
улыбнулся, ожидая очередного вопроса, но генерал заговорил спокойным,
вежливым тоном, каким говорят с равными: - Видите ли, любезный Рукка, с нами
произошло несчастье. Военная фортуна весьма переменчива, и случилось так,
что сейчас нам придется выступить в роли просителей...
Лицо командира "Кронга" начало вытягиваться в гримасе недоумения. Слушая
Волльмера, он беспрестанно ловил себя на мысли о том, что этот черноволосый
воин либо лукавит, либо откровенно врет ему. Их корабли повреждены
настолько, что им требуется немедленный ремонт, для которого желательно
опуститься на его планету? У них госпиталь, до отказа набитый ранеными? Но
чем же сможет помочь им его родной Трайтеллар?! И почему, в конце концов,
они не могут вернуться домой?
На последний вопрос Волльмеру отвечать не хотелось.
- Все, что нам нужно, - какая-нибудь пустыня с твердыми, желательно
каменистыми грунтами, - говорил он, продолжая вежливо улыбаться. - Времени
нам понадобится немного, что-то около двух-трех месяцев.
"А потом, - думал в ответ бен Рукка, - вслед за вами прилетят ваши
собратья, и кто знает, хорошо это или плохо? Как отреагируют на это Сыновья,
не очень-то благоволящие к тем, кто не разделяет их Верность? Хотя, конечно,
о какой верности можно говорить в данной ситуации!" Рукка почувствовал, что
у него кружится голова. Он уже почти забыл, с какой целью его послали в эти
безграничные дали, забыл о неминуемом, о том, что было сказано в древнем и
туманном пророчестве о конце его мира. Слушая мягкий, даже вкрадчивый голос
Волльмера, он, как завороженный, соглашался со всем тем, что ему говорили,
совершенно забыв о том, что помощь сейчас требуется ему и его миру.
- Ну, ладно, пока хватит, - решил Волльмер, вырубая транслинг, -
передайте на "Надир" и "Парацельс": начинаем вход в систему, готовимся к
посадке. "Надир" останется на орбите для выполнения задач по наблюдению.
- Прямо сейчас? - осведомился старший офицер Соич.
- Да, зачем нам терять время? Начинайте разгон. Нам еще предстоит
обследовать эту чертову планету, чтобы выяснить, где удастся посадить наши
гробы. Не забывайте, посадка линкора вне оборудованных космодромов - дело
нешуточное. От пилотов потребуется все их мастерство.
Экипаж "Кронга" разместили в пустых офицерских каютах по двое Мелеш
получил приказ неотлучно находиться рядом с ними. Ксенолога все происходящее
волновало мало: если сперва в нем и проснулся какой-то научный интерес, то в
скором времени усталость взяла свое, и он уединился с Руккой и Огином - в их
каюте обнаружились необозримые запасы алкоголя, оставшиеся в наследство от
погибшего артиллерийского офицера "Саксона".
Бен Рукка, успевший прийти в себя, решил развлечься беседой с этим
странным типом, который назвал себя "специалистом по иным культурам". Рукка
плохо понимал, о каких культурах может идти речь.
- Ха, - сказал Мелеш, наливая себе в бокал коньяк из высокой матовой
бутылки, - да разве вы знаете, что вокруг вас существует бесконечное
множество цивилизаций? Или вы, может быть, слышали о теории спиралей?
Рукка смутился. Ему было непонятно - смеются над ним или нет.
- Мы делаем только первые шаги в освоении пространства, - робко заметил
он
Аромат коньяка неприятно щекотал ему ноздри. Было совершенно непонятно,
как можно пить эту темную жидкость, обладающую таким отталкивающим запахом.
- Из теории спиралей есть только два исключения, - заявил Мелеш, уже
изрядно подогретый, - это Айорс, которая доставила ваших предков на
Трайтеллар, и ее вечный враг Дэф. Они угробили друг друга, так и не успев
подняться на сколько-нибудь заметный Уровень культурно-технического
развития.
- Айорс? - выпучив глаза, повторил новое слово Рукка. - Отцы?' - А, у вас
их называют отцами? - улыбнулся Мелещ - Хотя... стоп...
Неистовый восторг, плескавшийся в глазах Рукки, породил в его голове
любопытную мысль. Несколько мгновений Мелеш словно бы катал ее во рту,
обсасывая так и сяк, а потом спросил - совершенно трезво и серьезно: - Отцы
готовили вас к войне? Как долго это продолжалось?
- Да, - радостно закивал головой Рукка, - они учили нас всему, что умели
сами. Это продолжалось несколько столетий, и многие из наших предков успели
уйти с ними на последнюю битву. Но, как гласит Завещание, никто так и не
вернулся - ни Отцы, ни Сыновья. И все эти годы мы ждем, когда они вновь
призовут нас...
- И после их ухода вам удалось не опуститься до каменного века, -
задумчиво произнес Мелеш. - Да, все сходится. Трайтеллар - тот самый Седьмой
Мир... Видишь ли, друг Рукка, Отцы заселили людьми целых семь планет, но
потом поняли, что на всех у них не хватит ни времени, ни ресурсов, и
сосредоточились именно на вашей колонии. Остальных они просто бросили на
произвол судьбы. Выжить удалось не всем... Но даже и на вас у них не хватило
сил. Они ушли, вероятно, тогда, когда все было решено, и ваша помощь уже не
играла никакой роли. Да, любопытная получается коллизия. Будет очень
интересно побывать у вас, порыться в библиотеках. У вас, я надеюсь,
сохранились старинные хроники?
- Очень мало, - пожал плечами Рукка. - Хотя говорят, что в Туманных
городах...
Его перебил отчаянный стук в дверь каюты.
- Вот черт, - удивился Мелеш
...Закладка в соц.сетях
