Жанр: Научная фантастика
Концепция лжи
...па, - зевнул Леон и проследил, как тот закрывает дверь.
- Чего это он по ночам разъездился? - удивился дед. - Что у вас там случилось в
самом деле? Ты что, умудрился подставить наших?
- Ничего я не умудрился, - хмуро отозвался Леон, выбираясь из кресла. - А Пинкас
твой - сволочь, так и знай. Впрочем, скоро ты в этом убедишься воочию. Все, мне пора.
- Куда это? - Дед тяжело поднялся из кресла.
- Туда! - рявкнул Леон и указал пальцем на потолок. - Или я должен выбирать между
смертью и мечтой? Все! Не ищите меня, я скоро позвоню.
- Откуда? - В глазах деда стоял ужас.
- Не волнуйся, с того света пока еще не звонил никто...
Прихватив с собой бутылку, Леон вихрем промчался в свою комнату и достал коннектер.
- Жасмин? - позвал он. - Наверное, за мной уже выехали...
Он застегнул пояс с кобурой, еще раз проверил крепление подаренной дедом сабли, потом
раскрыл объемистый стенной сейф и вытащил оттуда свой табельный офицерский электромат
- уезжая в Москву, он оставил его дома за явной ненадобностью - и два магазина. Ругаясь,
разодрал предохранительную упаковку свежей батареи и загнал ее в рукоять, потом воткнул
магазин.
Внизу стоял отец.
- Надеюсь, ты не станешь останавливать меня, папа, - скривился Леон и повесил
ремень элекгромата на правое плечо - пальцы сомкнулись на рукояти.
Отец попятился.
- Вот и хорошо, - констатировал Леон. - Не бойся, у меня все будет в порядке. Я
вернусь героем в шрамах и с половиной задницы, но вы еще будете мной гордиться...
Он аккуратно захлопнул за собой дверь дома и быстро зашагал к задней калитке. Сабля
колотила его по ноге, но сейчас Леон не замечал этого. Его интересовало одно - кто успеет
раньше? Он вышел в слабо освещенный переулок, на который выходили зады еще нескольких
богатых домов, и встал под давно облетевшей яблоней. Держа электромат наготове, он сделал
пару глотков из дедовой бутылки и закурил. Ждать ему пришлось недолго.
Судя по звуку, к воротам подъехали сразу два автомобиля. Вот звонко клацнул
электрический замок ворот. Леон посмотрел в небо. Сигарета догорала.
Леон продернул затвор электромата, затушил окурок и присел за яблоней на корточки. Со
стороны ворот раздались шаги, слишком хорошо слышные в ночной тишине.
- Пан Макрицкий! - крикнул кто-то. - Выходите, нам нужно срочно поговорить!
- Сейчас, - прошептал Леон. - Поговорим.
- Он либо к озеру удрал, - донеслось до него, - либо как-то проскочил к перекрестку.
Вызывайте Ахлупко, пусть перекрывает все вокруг. Не мог этот козел уйти далеко, даже с
оружием.
Снова послышались шаги - шли два или три человека. Они шли вдоль забора, и Леон
знал, что сейчас эта публика вынырнет из-за угла. Ему почему-то стало смешно. Сейчас они
налетят на поток крохотных пулек и начнут нелепо переламываться пополам...
За его спиной звонко хлопнуло, он мгновенно обернулся и увидел посреди переулка
тускло светящийся желтоватый столб, который, истончаясь, терялся в темноте на высоте
десятка метров. И тогда ему стало совсем весело.
- Пока, хлопцы! - крикнул он, выходя из-под яблони.
Трое мужчин с такими же, как у него, электроматами замерли возле забора, не в силах
двинул он с места. Леон махнул им рукой и шагнул в желтый свет, в глубине которого
почему-то танцевали веселые искрящиеся пылинки.
Харьков-Санкт-Петербург, 1999-2005.
Утопия для индивидуалиста
...Из породы одиноких волков,
С каждым метром наживая врагов,
Тем гордясь, что себе он не врет,
Он против шерсти живет
"Мой приятель беспечный ездок", из репертуара группы
"Секрет"
Алексей Бессонов родился слишком поздно - и не в той стране. Появись он на свет в
США в разгар "Золотого века" американской фантастики, его книги заняли бы достойное место
на одной полке с сочинениями классиков той прекрасной бурной эпохи, когда научная
фантастика была молодой и яростной. Есть в его романах и азимовский размах, и
хайнлайновский драйв... По понятным причинам Бессонову не довелось войти в число
первопроходцев, самоотверженно прокладывавших путь для следующих поколений. Но в
знании традиций научной фантастики и умении этими знаниями пользоваться среди
представителей "поколения девяностых" равных писателю найдется немного.
Алексей Игоревич Ена, известный читателям как Алексей Бессонов, появился на свет 16
декабря 1971 года в городе Харькове, в семье медиков. Как пишет в биографической статье,
посвященной его творчеству, профессор Игорь Черный, главными увлечениями будущего
фантаста со старших классов были рок-н-ролл и автомобили (см. справочник "Фантасты
современной Украины". - Харьков: Мир детства, 2000). Алексей до сих пор слушает тяжелый
рок и может часами обсуждать разнообразную технику - колесную и гусеничную, летающую
и плавучую... Естественно, эти увлечения нашли отражение и в текстах писателя. Именно
космический суперкорабль со скандинавским именем "Валькирия" становится одним из
главных героев романов "Наследник судьбы" (1998) и "Ледяной бастион" (1998) - наравне с
членами команды звездолета и его капитаном. А в "Алых крыльях огня" (1999) Бессонов
демонстрирует еще и прекрасное знание истории авиации времен Второй мировой войны...
Впрочем, небо всегда манило советских писателей - эта традиция передалась и их
наследникам, фантастам России и Украины.
Главное место в творчестве Бессонова занимает эпический цикл, начатый книгой "Ветер и
Сталь" (1997). В масштабных "космических операх", отчетливо напоминающих азимовское
"Основание", Алексей живописует далекое будущее нашей цивилизации. Становление и распад
межзвездных держав, истребительные войны с негуманоидными пришельцами, возникновение
новых государств, снова войны, сделавшие homo sapiens самой опасной и могущественной
расой Галактики... Человечество, впрочем, не слишком изменилось за все эти тысячелетия: не
забило Галактику "сферами Дайсона", не эволюционировало в сверхчеловеков-люденов, не
построило коммунизм. Правда, от ядерной войны и экологической катастрофы оно тоже не
вымерло, напротив - успешно колонизировало множество звездных систем и сумело создать
единое галактическое общество, именуемое Империей. Впрочем, это лишь условное название:
на самом деле социум, описанный Бессоновым, имеет мало общего с классическими империями
Земли. Здесь проводятся демократические выборы, отсутствует фигура наследственного
верховного правителя, бывшие колонии давным-давно обрели равные права с метрополией...
Это государственное образование можно назвать Империей лишь в самом расширительном,
метафорическом смысле - так же, как Советский Союз времен расцвета или нынешние
Соединенные Штаты. Впрочем, если профессиональные историки и культурологи до сих пор не
могут договориться, что же такое на самом деле империя, стоит ли требовать чеканных
формулировок от писателя-фантаста?..
Герои Бессонова - личности не менее грандиозные, чем события, в которых они
участвуют. Особенно это справедливо в отношении персонажей ранних произведений. Им нет
равных в любви и на войне, машины и женщины послушны любому их жесту, а в рукопашной
схватке эти могучие воины как щенков раскидывают тяжело вооруженных супостатов.
Классические супермены, рыцари без страха и упрека в видавших виды космических
скафандрах... Однако автор не ограничивается штампами - постепенно его персонажи
эволюционируют, усложняются. Герой ранних книг Бессонова действует под влиянием
импульса. Сотрудника галактической безопасности Анатолия Королева ("Ветер и Сталь" и др.)
ведут по жизни в основном чувства и эмоции: любовь, ненависть, чувство мести, и так далее, и
тому подобное. Он живет преимущественно ради себя самого - его любимые женщины,
например, на этом свете надолго не задерживаются. Поступки его пра-пра-пра-...внука,
Торвалда Королева ("Наследник судьбы", 1998), уже во многом продиктованы чувством долга:
долга перед предком, завещавшим мощнейшую боевую машину, долга перед давным-давно
сгинувшей Империей человечества. Его непобедимый звездолет "Валькирия" не просто
пиратский корабль - это своего рода зародыш нового общества, основанного на иных
межличностных отношениях, и Торвалд со товарищи - первые граждане этого общества. А вот
Андрей Огоновский из "Змей Эскулапа" (2001) служит людям уже в силу самой своей
профессии. Судовой врач, принесший клятву Гиппократа, заслуженный боевой офицер,
спасший за операционным столом больше жизней, чем можно представить, он просто не может
спокойно смотреть, как в мирное время гибнут его друзья и земляки. И он берет
ответственность за их жизнь - и их судьбы - на себя, отважно ставя на кон репутацию и
жизнь. Так же поступает генерал Ланкастер из "Стратегической необходимости" (2004),
личность в высшей степени противоречивая и неоднозначная. С одной стороны - убийца,
палач, стоящий во главе легиона, подавляющего мятежи, затеянные инопланетными
диверсантами на окраинных мирах, он по локти в крови, причем в крови своих собратьев. С
другой стороны, именно Ланкастер не дает врагу нанести сокрушительный удар в спину
рассеянному между звезд человечеству, стремясь при этом свести к минимуму человеческие
потери. Невольно приходят на память моральные дилеммы, мучавшие героев блестящей
повести Владимира Покровского "Парикмахерские ребята". Нельзя добиться процветания
земной цивилизации, не извалявшись по уши в грязи и крови, - но значит ли это, что к
процветанию не стоит стремиться?.. Ответ Бессонова прост: да, игра стоит свеч. Тем более что
ведется она не ради процветания, а ради выживания.
Бессонов не пытается обелить своих героев - он предлагает принять их такими, каковы
они есть. Легко быть беспечным и веселым в обществе, где все значимые решения принимают
за тебя другие. Там, где существует множество государственных структур, которым по статусу
своему положено приглядывать за гражданами, холить их и лелеять, чуть ли не нос вытирать.
И, не будем скрывать, большинство обывателей это вполне устраивает. Другое дело, что
госструктуры не всегда выполняют свои функции на достаточно высоком уровне... Совсем
иначе обстоит ситуация в мире, где отсутствует сильная централизованная власть. Здесь
каждый вынужден сам брать на себя ответственность и принимать решения. Если ты сделал
ошибочный выбор, несовместимый с жизнью, - что ж, это твои проблемы. Но в то же время
именно такая эпоха, смутная и жестокая, приводит к появлению породы людей, готовых
взвалить на свои плечи тяжесть принятия решений. За себя - и за тех, кому это оказалось не по
силам. Отсюда, кстати, и крайне негативное отношение писателя к религиозным сектам, жестче
всего регламентирующим жизнь своих членов и карающим за любое отступление от
общепринятой схемы поведения. Не зря самое страшное преступление в мире, который
описывает Бессонов, - религиозный геноцид, а самые страшные и отвратительные люди -
религиозные фанатики.
...Итак, звездная Империя человечества (поддерживающая самые тесные отношения с
рядом других гуманоидных цивилизаций), истощенная войной с Чужими, постепенно
растаскивается сепаратистами на части. Мафиозные кланы занимают место вымирающих
дворянских родов. Неожиданную объединяющую роль сыграла следующая война, на сей раз с
расой "воспитателей"-эсис, всего-навсего стремившихся наставить человечество "на путь
истинный" - разумеется, в своем собственном понимании. "Теперь, когда нам грозила не
гибель, а УНИЖЕНИЕ, - пишет Бессонов, - мы враз позабыли и мораль и гуманизм". И
оказывается, что в новую эпоху, эпоху Конфедерации, безопасность и независимость можно
сохранить, только объединившись вокруг сильного, великодушного лидера - или таким
лидером став. Автор предельно далек от сантиментов: если не умеешь постоять за себя, не
сетуй на удары судьбы. Не могу сказать, что этот ницшеанский мир, в котором слабый целиком
и полностью зависит от доброй воли сильного, выглядит особо привлекательным. Слишком уж
многое здесь отдано на откуп случаю. Одно дело, если лидер - мудрый и интеллигентный
офицер космофлота. Но так уж устроен мир, что гораздо чаще на эту роль претендуют
откровенные отморозки. Примерно так происходит на планете Оксдэм, где бандиты,
поддерживаемые транснациональной корпорацией, начинают диктовать свои условия местным
шахтерам. Туго бы тем пришлось, если бы не доктор Андрей Огоновский... Кстати, вторая
часть романа "Змеи Эскулапа", в которой описываются эти невеселые события, принадлежит к
редкому в отечественной литературе (а тем более в отечественной фантастике) жанру
"судебной драмы". И то, что суд в итоге принимает-таки сторону отставного флотского
офицера, а не гигантской компании, подтверждает, что социум постепенно дрейфует в
направлении бессоновоской утопии - то есть к тому, что сам писатель называет "обществом с
глубоко индивидуалистичным осознанием гражданской ответственности".
Может создаться обманчивое впечатление, что творчество Алексея Бессонова однородно
и монолитно. Однако это не совсем так. В романе "Алые крылья огня", например, значительная
часть действия происходит во время Второй мировой войны: под прикрытием военных
действий на Западном фронте пришельцы из далекого будущего обделывают свои темные
делишки и продолжают разборки, суть которых непросто понять современному человеку. На
страницах романа "Черный хрусталь" (2002) писатель, напротив, отдает должное
романтической литературе XIX века, на которой выросло не одно поколение советских
школьников. Это самый настоящий авантюрно-приключенческий роман в духе Александра
Дюма и Роберта Льюиса Стивенсона, Майн Рида и Луи Буссенара - в книге почти нет
космических пришельцев и совсем нет межзвездных баталий, зато много парусных судов,
пушек, палящих чугунными ядрами, прекрасных дам и отважных фехтовальщиков. Кстати, сам
писатель утверждает, что этот роман обязан своим появлением на свет еще и немецкой
рок-команде "Running Wild", точнее их альбому "Black hand inn", на обложке которого можно
увидеть всех центральных персонажей книги. Отдельная история - бессоновские рассказы,
мало похожие на его романы. Есть среди них и лиричные, неожиданно поэтические новеллы
("Тени желтых дорог"), есть и юмористические истории с ударным финалом в духе раннего
Шекли ("Табачный соус", "Достижения цивилизации", "Приключения в консервах"). Я уж не
говорю о сценарии компьютерной игры-симулятора "Т-72. Балканы в огне", созданной
харьковской группой разработчиков "CrazyHouse" по сценарию А.Бессонова в 2003-2004
годах. Но новый роман Алексея, "Концепция лжи", на мой взгляд, - самая необычная из работ
писателя.
Начнем с главного - с героя. Едва ли не впервые в творчестве Бессонова в центре
повествования оказывается не супермен-мачо "со стальными яйцами", а вполне обычный
офицер земного космофлота. Да, он прекрасный пилот, прирожденный космонавт, но на Земле
эти его качества, по большому счету, никому не нужны. Леон Макрицкий вызвал интерес
могущественных спецслужб (и одновременно - крупных корпораций) лишь в силу редчайшего
стечения обстоятельств - по сути, на его месте мог оказаться кто угодно. В то же время он
имеет возможность остаться "над схваткой", на него ничто не давит, поскольку Макрицкий
является одновременно и привилегированным госслужащим (офицером космофлота), и прямым
наследником многомиллионного капитала. Но в этом опять-таки нет его заслуги: просто так
сложились звезды...
Между тем от выбора офицера зависит не только его судьба. Именно Макрицкому
предстоит определить, куда двигаться человечеству: по пути неослабевающего госконтроля -
или в направлении "бесконечной и страшной свободы". Выбор этот чрезвычайно важен и для
автора. Видимо, именно поэтому Алексей Бессонов на сей раз отошел от любимого
миллионами жанра космического боевика и постарался вникнуть в ситуацию по-взрослому, без
дураков. Бесконечные разговоры, споры, дискуссии - чтобы читатель подобного текста не
заскучал, писатель должен затронуть действительно животрепещущую и актуальную тему. И,
на мой взгляд, Бессонову это удалось. После того, как 21 июня 2004 года в пустыне Мохаве в
Калифорнии стартовал первый ракетоплан, построенный частной компанией и способный
выйти в космическое пространство, о перспективах частной космонавтики всерьез заговорили
многие известные аналитики. В том числе и в нашей стране. "Я очень положительно отношусь
к частным суборбитальным полетам и думаю, что и в России это возможно", - заметил по
этому поводу Анатолий Перминов, глава Федерального космического агентства РФ. Успешный
полет корабля "SpaceShipOne", сконструированного Бертом Рутаном, уже успели поставить в
один ряд с полетом аэроплана братьев Райт. Таким образом, предпосылки для возникновения
конфликта, о котором пишет Бессонов, существуют уже сегодня. Кто станет активно осваивать
космическое пространство в XXI и XXII веках - государство, как прежде, или представители
частных фирм и фирмочек? Вопрос, как ни странно, не такой уж и праздный.
Писатель выбрал удачную и действительно актуальную тему, чтобы в очередной раз
вернуться к вечному конфликту "человек-общество". Однако в отличие от большинства коллег,
работающих в этом направлении, Бессонов искренне верит, что человечество способно не
только выжить, но и динамично развиваться, вырвавшись из тесных объятий Единого
Государства. Этакий антиглобализм, доведенный до крайнего градуса кипения. Идеальный
вариант будущего в представлении наиболее симпатичных героев "Концепции лжи" выглядит
примерно так: "...откушав коньячишки, пан академик говаривал: "Еще чуть-чуть - и мир
перевернется!" А теперь представь себе - сидим это мы в Судаке, шашлычки, все в наилучшем
виде, а он и говорит: "Если я сейчас дам человечеству сверхсветовой привод, полпланеты
смоется в первый же день. То-то смеху будет - завтра выборы, а голосовать-то и некому!"
Увы, трудно поверить, что победа корпораций над Государством автоматически приведет
к возникновению индивидуалистической утопии. На ум приходят скорее картинки из
"Нейроманта" Уильяма Гибсона и других романов американских киберпанков. Тотальный
контроль корпораций над умами и поступками исследователей и инженеров, промышленный
шпионаж, непрекращающиеся войны на истребление - всеми доступными способами... Тот,
кто остается неподконтролен корпорациям, в таком мире действительно имеет гораздо больше
степеней свободы, чем имел бы в глобальном Государстве. Но это совсем другая утопия, мечта
андеграунд ной молодежи, для которой летовское "Я всегда буду против" - не звук пустой, а
руководство к действию. Однако герои Бессонова - люди совершенно другого склада.
Слишком социально активные, слишком уверенные в себе, чтобы удовлетвориться ролью
подпольщиков.
Леон Макрицкий не исключение: он с одинаковым высокомерием относится к
представителям обеих партий - и к радикальной молодежи, стремящейся свергнуть диктат
Государства, и к консервативным "старикам", обеими руками держащимся за унизительный
договор с Триумвиратом пришельцев, гарантирующий статус-кво. Однако вспомнив
предыдущие произведения писателя, нетрудно догадаться, какое именно решение примет
герой. В книгах Бессонова этично и оправдано любое действие, которое расширяет поле
выбора, увеличивает степень свободы отдельно взятого человека. Простого же обывателя, выше
всего ценящего стабильность, покой и комфорт, в этом "прекрасном новом мире" просто не
существует. За отказ от договора с эггли землянам придется заплатить другим союзом,
по-своему не менее позорным, но (как следует из повести 2005 года с классическим названием
"Извне") дающим человечеству ключ к звездной Конкисте. Герой "Концепции лжи" готов
рискнуть. Недаром Макрицкому, смысл жизни которого состоит в космических полетах,
нагадали, что он умрет в глубокой старости, в ста световых годах от Солнца.
Увы, для того, чтобы жить по этическим принципам, постулированным в книгах Алексея
Бессонова, и не превратиться в полного и окончательного эгоиста, надо быть очень сильным
человеком и обладать железным внутренним стержнем. Индивидуалистическая утопия -
штука жестокая, пожестче иной антиутопии. Невольно задумаешься: а заслуживает ли она
воплощения? Впрочем, будущее не спрашивает у нас, каким ему быть, оно просто наступает -
и все. И все наши надежды, все наши страхи и чаяния, как показывает опыт, не отдалят и не
приблизят его ни на минуту.
12.12.2005 Василий Владимирский
придурков - укр.
Пацюк- крыса (укр.) - Примеч автора.
7
Алексей Бессонов: "Концепция лжи"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
