Жанр: Научная фантастика
Путь шута
... объемнее, превратившись в настоящие звезды. Ардиан неуверенно двинулся по
направлению к ним, старательно огибая встречавшиеся на пути препятствия.
- Не бойся. - Голос Миры долетал из невообразимой дали. - Не надо обходить
подушку, через нее можно просто переступить... вот ты уже и пришел.
Хачкай с облегчением опустился в глубокое кресло, вытянул руки и положил их на панель
управления. Углубления, о которых говорила Мира, выглядели двумя глубокими темными
расщелинами, на дне которых клубился туман. Туман этот немедленно облепил запястья
Ардиана, оказавшись на ощупь теплым и мягким, как вата.
- Это сенсорные манжеты, - объяснила Мира. - Постарайся не снимать руки с панели
и не делай резких движений. Ноги поставь на педали, они под столом. Сейчас я включу шлем, и
ты отправишься в путешествие.
- Куда? - спросил Ардиан. Собственный голос показался ему чужим и механическим -
впрочем, возможно, виновата была акустика внутри шлема.
- А куда бы тебе хотелось? В Европу? На дно морское? К звездам?
- В прошлое, - глухо ответил Ардиан. - Туда, где был жив Раши...
Он услышал тяжелый вздох и понял, что пожелал невозможного.
- Ну, это же не машина времени, Арди... Я могу включить тебе демонстрационную
программу или поставить какой-нибудь фильм. Хочешь побыть героем фильма?
Ардиан промолчал. Ему было все равно. Только это еще и удерживало его от
превращения в хнычущее, беспомощное существо. Равнодушие. Почему Мира этого не
понимает?
Что-то щелкнуло, и темное стекло смотрового щитка растаяло в воздухе. В глаза ударил
яркий солнечный свет, заставивший Ардиана зажмуриться. В то же мгновение он услышал
рокот прибоя и ощутил на лице дуновение свежего морского ветерка.
Он осторожно открыл глаза и увидел, что стоит на белом песке в десяти шагах от кромки
волн. Над ослепительно синим морем плыли неправдоподобно белые облака. Слева в море
уходила песчаная коса, поросшая гибкими пальмами с тонкими перистыми листьями.
- Где я? - пробормотал пораженный Ардиан, осматриваясь вокруг. Иллюзия
тропического острова была полной. "Она закончится, как только я сделаю хотя бы шаг, -
подумал он. - Я же сижу в кресле, а значит, не могу ходить..."
Он шагнул вперед и по щиколотку провалился в горячий песок, Иллюзия осталась на
месте. Большая волна с шумом ударила в лежавшую на берегу каменную глыбу и рассыпалась
на тысячу крохотных брызг. Ардиан почувствовал у себя на языке жгучую соль океана.
- Ничего себе! - сказал он громко, чувствуя, как трещит и рассыпается панцирь его
искусственного равнодушия, - Вот это игрушка! Интересно, а можно здесь купаться?
Ответа Хачкай не получил. Вероятно, Мира осталась где-то в другой реальности, куда не
долетал его голос. "Что ж, - подумал он, - проверим".
Ардиан подошел к линии прибоя и, опустившись на корточки, попробовал рукой воду.
Вода оказалась не слишком теплой, но это его не остановило. Он решительно стянул с себя
цветастые шорты (откуда они взялись? никогда у него таких не было!) и бросился навстречу
вырастающей из моря волне.
Волна подхватила Ардиана, подняла на своей мягкой широкой ладони и потянула прочь
от берега. Он попытался повернуть назад, но над ним уже поднималась новая волна, куда выше
первой. Тяжелая водяная гора обрушилась Ардиану на плечи, у него перехватило дыхание, и он
отчаянно заработал руками, стараясь удержаться на поверхности. Чем бы ни являлся в
действительности этот мир - иллюзией, фата-морганой, виртуальной реальностью, - но
утонуть в нем Ардиану совсем не хотелось.
Поднырнув под очередную волну, он неуклюже развернулся и поплыл по направлению к
берегу. Вода была похожа на непрозрачное зеленое стекло. Откатывавшиеся в море волны
трижды отбрасывали Ардиана от кромки прилива, но с каждым разом он чувствовал себя все
более уверенно и в конце концов выбрался на твердую землю, плюясь и отряхиваясь, как
собака, искупавшаяся в речке. На дрожащих ногах отошел подальше от линии прилива и
рухнул на раскаленный песок. "Это все взаправду, - изумленно думал он, потихоньку приходя
в себя. - Этот мир - настоящий! Я действительно купался в море и действительно чуть было
не утонул! Но если я - здесь, то где тогда Ардиан, оставшийся в квартире Миры?"
Солнце палило все сильнее. Ардиан обсох почти мгновенно, кожу на ногах туго стянуло
белой коркой соли. Отдышавшись, он поднялся и побрел к пальмам, надеясь найти там
спасительную тень. Ноги вязли в горячем песке.
Девушку он увидел, только подойдя совсем близко. Она сидела, скрестив ноги, на
ярко-красном коврике, расстеленном под пальмой, и держала в руке высокий запотевший бокал
с соломинкой. В первое мгновение ему показалось, что это Мира, непонятным образом
попавшая в мир его иллюзии, но он быстро понял, что это невозможно.
- Привет, - дружелюбно поздоровалась девушка. - Искупался? Может быть, хочешь
соку?
Ардиан, остановившийся в десяти шагах от нее, молча кивнул. Пить ему действительно
очень хотелось. Но ещё больше ему хотелось понять, кто эта девушка и откуда она взялась
- Иди сюда! - Девушка поманила его рукой и улыбнулась. - Да не бойся, я тебя не
укушу. Вот твой сок.
Ардиан так и не понял, откуда взялся второй бокал. Кажется, девушка наклонилась и
достала его откуда-то из-за ствола пальмы. Возможно, там у нее был спрятан целый
холодильник. В любом случае, когда он подошел и принял бокал из рук девушки, этот вопрос
уже перестал его интересовать.
Девушка была прекрасна.
Она действительно очень напоминала Миру - густые рыжие волосы, ниспадающие на
плечи, зеленые глаза, похожие на прозрачные изумруды, длинные шелковистые ресницы. Но
Мира была просто очень красива, а девушка, сидевшая под пальмой, казалась невообразимо
прекрасной. Шелковую, теплую даже на вид кожу покрывал ровный золотистый загар. Ардиан
с трудом заставил себя отвести взгляд от ее груди, предательски подчеркнутой тонкой полоской
бикини.
- Арди, Арди, - засмеялась девушка. - Все мужчины одинаковы: обращают внимание
только на внешность. Ну что, нравлюсь я тебе в таком облике?
- Мира? - недоверчиво спросил Хачкай. - Ты изменилась... очень...
- В лучшую сторону, надеюсь? - усмехнулась она.
- Да, конечно! Стала такая... такая... - Он не нашел слов и сконфуженно замолчал.
- Ослепительная? - подсказала Мира. - Таково свойство иллюзии, Арди. Ты, кстати,
здесь тоже выглядишь получше, чем в реале.
- Правда? - недоверчиво спросил Ардиан. - А можно как-нибудь посмотреть?
- Да ради бога! - Мира снова наклонилась к пальме и извлекла откуда-то (Хачкаю
показалось, что прямо из песка) большое овальное зеркало. - Смотрись сколько угодно!
Он опустился на корточки и осторожно заглянул в зеркало. Оттуда на Ардиана глядел
дочерна загорелый худой юноша лет восемнадцати. Коротко остриженные волосы имели
пепельный оттенок, как будто кто-то щедро посыпал голову Ардиана перцем и солью.
- Ого! - с трудом выговорил он, рассматривая в зеркале свой новый облик. - А как это
получается, ты знаешь?
- Не спрашивай меня ни о чем, Арди! - запротестовала Мира. - Иначе иллюзия
рассыплется, сказка закончится, а это всегда очень грустно...
- Но как тогда узнать, что здесь можно, а что нельзя? Ведь я первый раз в...
- Тс-с! - прошептала она, зажав ему рот ладошкой. - Не произноси здесь этого слова!
В мире иллюзии можно все, кроме одного - вспоминать, что это иллюзия!
Ладошка Миры была теплой и почему-то пахла клубникой. Ардиан поцеловал ее.
- Вот это можно. - Рука Миры взъерошила его волосы. - И даже, пожалуй, нужно...
Он укусил ее за палец. Мира взвизгнула.
- Жестокий мальчишка! Мне же больно!
Тогда он по очереди поцеловал ее пальчики - один за другим.
- Так - лучше?
- Намного. - В голосе Миры все еще звучала обида. - А теперь оставь в покое мою
руку и допивай свой сок, а то он вскипит.
- Не хочу, - пробормотал Ардиан, уткнувшись носом в ее ладонь. Он вдруг
почувствовал себя очень маленьким, очень беззащитным. Так, наверное, чувствуют себя щенки,
когда их отнимают от матери. Сейчас Ардиан вполне мог представить себя таким вот щенком.
Ему позарез нужно было приткнуться к чему-то мягкому и теплому, ощутить ласку и любовь. В
глубине души он понимал, что нуждался в этом уже давно, по крайней мере с момента своего
бегства из Тираны, что все это время он отчаянно мечтал прижаться к Мире и утонуть в ее
пышных волосах и что до сих пор не сделал этого лишь потому, что боялся потерять над собой
контроль. Но здесь, в иллюзорной реальности фата-морганы, все выглядело совсем по-другому.
Как во сне, подумал Ардиан. Как в прекрасном, цветном и реальном сне...
- Не хочешь? - засмеялась Мира, продолжая ерошить ему волосы на затылке. Чем
дольше она это делала, тем более слабым и беспомощным он себя чувствовал. - А чего же ты
хочешь, мой милый мальчик?
"Тебя", - хотел ответить Ардиан, но не смог выговорить ни слова. Он обнял колени
девушки, глубоко вздохнул и заплакал.
Все слезы, которые скопились в нем за эти долгие дни, вырвались наружу. Он плакал,
неумело всхлипывая и шмыгая носом, стыдясь и мучительно пытаясь остановить этот потоп.
Но слезы лились и лились, а Мира даже не пыталась вытереть их, просто держала его голову у
себя на коленях и нежно-нежно поглаживала по затылку.
Так прошло много времени - может быть, полчаса. Потом Ардиан почувствовал, что
больше уже не плачет - как будто где-то в глубине его глаз иссяк родник. Соленая влага
высыхала на его горячих щеках. Он ощутил восхитительную свободу и легкость - будто с ног
его упали тяжеленные кандалы. Тогда Ардиан поднял голову и улыбнулся Мире.
- Мальчик, - произнесла она с необычной нежностью, - маленький мальчик... Нельзя
так мучить себя, слышишь? Если тебе плохо, если хочется плакать - надо плакать, если
хочется пожаловаться - надо жаловаться... А ты пытаешься выглядеть таким невозмутимым,
таким непроницаемым, как эти герои из голливудских боевиков... Арди, в жизни так не
бывает... у всех есть чувства... и у тебя они тоже должны быть.
- У меня есть, - не стал спорить Хачкай. - Я люблю тебя!
Он снова обнял Миру - на этот раз за талию. Девушка наклонилась к нему и легонько
поцеловала в лоб.
- Тебе так кажется, милый Арди. Ты ведь меня совсем не знаешь. То, что ты принимаешь
за любовь, на самом деле всего лишь желание...
- Нет, - запротестовал он. - Я действительно тебя люблю... несмотря ни на что...
- На что несмотря? - улыбнулась Мира. - На то, что ты вчера подсмотрел из чулана?
Ардиан запнулся. Странно было в этом тропическом раю вспоминать о том, что
происходило между Мирой и толстым интендантом где-то далеко-далеко отсюда.
- И это тоже, - пробормотал он. - Но вообще-то я имел в виду то, что ты старше...
- Тебя это пугает? Пугает, да? Ну, скажи, скажи всю правду тете Мире!
- Перестань меня тормошить! Ничего меня не пугает... Просто я понимаю, что тебе со
мной неинтересно... ты привыкла совсем к другому...
- А откуда ты знаешь, к чему я привыкла? Ты что, следил за мной? Нет уж, не двигайся,
пожалуйста, я все сделаю сама... Кто здесь старший, а?
- А разве можно?.. Я имею в виду, здесь, в фата-мор...
- Тс-с! Я же тебя предупреждала - никогда не упоминай здесь об этом! Вот так, лежи и
молчи. Какой ты тощий, это просто ужас... кожа да кости... И на что я, дурочка, польстилась...
Нравится тебе так, Арди? Не молчи, когда я спрашиваю, говорить можно!
- Нравится... но я не понимаю, наяву это или...
- Тебе это так важно? Считай, что все это сон. Иллюзия, Просто очень жизненная...
- А значит, мы с тобой на самом деле ничего сейчас не делаем?..
- Аллах милосердный, если это по-твоему называется "ничего", то да, мы ничего не...
- А ты разве мусульманка?
- С чего ты взял? Прекрати вертеться, песок попадет куда не надо... А, это из-за того,
что я Аллаха помянула? Нет, я неверующая, в смысле не хожу ни в мечеть, ни в церковь. Как-то
не чувствую необходимости... Ого-го, это что такое?
- Это я... Если не хочешь, я перестану... может быть, тебе не нравится?..
- Глупый мальчишка. Что здесь может не нравиться? Из тебя определенно выйдет
толк... дай только время... Арди, Арди, хватит, нельзя с девушкой сразу так... Ох. ох, мама!..
- Тебе не больно? Мира, милая, я тебе сделал больно?
- Дурачок, какой же ты дурачок... как это тебе вообще в голову пришло, глупенький?..
- Но ты плачешь... я же вижу слезы... Прости, я не хотел...
- Эти слезы не от боли, Арди, а совсем наоборот... Ты так ничего и не понял в прошлый
раз...
- Я просто боюсь... боюсь опять сделать что-то плохое... Я всегда причиняю людям
боль...
- Кто тебе это сказал, дурачок? Какую боль?
- Не хочу об этом говорить, Мира. Если бы я мог все забыть... А правда, что человек
может забыть все, что с ним было раньше? Все-все?
- Может, конечно. Есть такая болезнь, она называется амнезия. Но почему ты решил, что
так будет лучше? Тебе четырнадцать лет, Арди! Что тебе забывать?
- Ох, Мира... ты все равно не поверишь... а если поверишь, прогонишь меня.
- Глупый, глупый Арди! Что ты выдумываешь? Я не стану тебя прогонять, но ты, если
не хочешь, ничего мне не говори! Я же не выпытываю, просто не понимаю, из-за чего можно
так страдать в твоем возрасте...
- Я говорил тебе, что Раши убили из-за меня?
- Да, милый. Но давай не будем снова об этом. Попробуй хотя бы ненадолго забыть...
Неужели тебе совсем не нравится это место?
- Нравится. Только оно не настоящее. Красивое, но ненастоящее.
- Но я-то - настоящая, - шепнула Мира, прижимаясь к нему всем телом. Он
задохнулся в ее волосах и вдруг почувствовал, как мир вокруг вздрогнул и растекся
расплавленным маслом. Ощущение было страшноватое: пальмы, песок, солнце и море
стремительно блекли, сдвигаясь куда-то вверх и влево, открывая взору неприглядную изнанку
реальности. Тропический рай в одно мгновение превратился в цветную переводную картинку,
которую чья-то безжалостная рука стирала с грубого серого картона. У Ардиана закружилась
голова, и он непроизвольно зажмурился, а когда вновь открыл глаза, от чудесного острова не
осталось даже воспоминаний. Он снова был в квартире Миры, но не под куполом
фата-морганы, а на огромном Мирином ложе. Вокруг клубились подушки, нежнейшая
простыня ласкала кожу подобно теплой морской волне. Он был совершенно голым. Загорелая
нога Миры лежала у него на бедре.
- Я - настоящая, - повторила Мира и поцеловала его. В левой руке у нее был шлем, от
которого тянулся длинный белый провод. - Прости, что вытащила тебя оттуда. Я хочу, чтобы
ты знал, что есть вещи, которые не исчезают после выхода из фата-морганы.
Ардиана вдруг замутило. Ощущение было тянущее, неприятное, похожее на ноющую
боль в зубе. В глаза словно насыпали песка, воздух стал спертым и тяжелым. Он вспомнил
свежесть океанского бриза и прикусил губу.
- А можно... шлем... еще ненадолго?
- Что, зацепило? - засмеялась Мира. - Всех цепляет по первому разу. Потом будет
полегче, привыкнешь. Ну и, конечно, выходить нужно постепенно, не так, как сейчас. Ладно,
извини, в следующий раз буду поаккуратнее... Но сейчас попробуй обойтись без шлема,
увидишь, тебя скоро отпустит. Полежи с закрытыми глазами, постарайся расслабиться. Я тебе
помогу.
Ардиан с трудом повернул голову и ткнулся лицом в подушку. Кровать под ним
покачивалась, как палуба корабля. Нежные пальцы Миры осторожно погладили его по плечу,
пощекотали шею и вдруг скользнули вниз, к ягодицам. Ардиан вздрогнул и попытался
перевернуться, но получилось только хуже. Рука Миры незамедлительно отыскала новую цель
и крепко обхватила ее. Ардиан почувствовал, как мечты о возвращении в мир виртуальной
реальности уступают место другим, куда более земным желаниям, Вновь переживать то, что
еще несколько минут назад казалось волшебным сном, было невыносимо приятно и в то же
время невыносимо стыдно. Он лежал на спине, мертвой хваткой вцепившись в шелковую
простыню и не мог заставить себя открыть глаза. Волосы Миры падали ему на грудь словно
занавес. Там, за этим занавесом, Мира творила какой-то колдовской обряд, видеть который ему
совсем не хотелось. Она то наклонялась, покрывая его подрагивающий живот легкими,
дразнящими поцелуями, то проводила острыми ноготками у него между ребер, то играла со
своей все более увеличивающейся в размерах добычей. Когда Ардиану почудилось, что он не в
силах больше выносить эту игру, девушка разжала пальцы. Хачкай успел сделать только один
глубокий вздох, и в этот миг занавес упал окончательно. Он ощутил прикосновение горячих
жадных губ Миры и застонал от обессиливающего блаженства. Глаз Ардиан так и не раскрыл.
...Он проснулся внезапно, как от удара. Было очень темно, и Ардиан не сразу заметил
мерцающий в изножье кровати экранчик электрических часов. Половина третьего. Судя по
падающему через щель в шторах свету луны, ночь. Глубокая ночь.
- Мира... - сонно прошептал Ардиан, отворачиваясь от окна. - Мира, ты спишь?
Нет ответа. Мирина половина кровати пустовала. Правда, холодной она не была - запах
и тепло девушки еще чувствовались под одеялом. Значит, она ушла, и ушла совсем недавно.
- Мира, - почему-то шепотом позвал Ардиан. - Мира, ты где?
Тишина. Тишина и пустота. Каким-то внутренним чутьем он ощутил, что Миры нет в
комнате. Закрыл глаза, попытавшись снова соскользнуть в темное пространство сна, но тут же
понял, что не уснет. Тогда он вылез из-под одеяла, натянул трусы и почти на ощупь побрел в
сторону двери.
Мира была на кухне. Она стояла у окна спиной к Ардиану и тихо говорила что-то в
телефонную трубку, прикрыв микрофон рукой. Свет она не включила, и в темноте хорошо
видно было, как подмигивает зеленым огоньком база радиотелефона на столе. Почему-то
именно этот огонек заставил Хачкая замереть на месте и, затаив дыхание, прислушаться к
Мириному шепоту.
- ...нет сомнений, господин майор, - расслышал он. - Тот самый итальянец, которого
пасли миротворцы. Использовали мальчишку-киллера. На кого именно он работает, я пока не
выяснила, но эти люди почти наверняка находятся в Тиране. Позавчера они попытались
ликвидировать его, но неудачно. Он сбежал. Сейчас у меня, я стараюсь его разговорить...
Мира замолчала. Ардиан вжался в стену, чувствуя, как в желудке стремительно растет
ледяной комок. Он заморгал, тщетно надеясь вырваться из объятий кошмарного сна. Но это был
не сон.
- Не думаю, господин майор, - сказала Мира. - Мне кажется, мои методы в данной
ситуации эффективнее. Он скажет, кто заказал ему итальянца. К тому же он не понимает,
почему его хозяева решили от него избавиться... Нет, ничего о ящике он не знает...
"Если она сейчас повернется, - подумал Хачкай, - я пропал. Она меня увидит...
предупредит своего майора... Черт, мало мне Скандербега и бандитов из Скопье!"
Мира не повернулась. Она очень внимательно слушала то, что говорил ей невидимый
собеседник.
- Без оружия, - ответила она наконец. - Мне абсолютно ничего не угрожает. Господин
майор, ему четырнадцать лет! Если что-то пойдет не так, я успею дать сигнал. Да, я уверена.
Обещаю. Не нужно, это только привлечет внимание... Хорошо.
"Без оружия, - повторил про себя Ардиан. - Это обо мне. Она играла со мной, как
кошка с мышью. Заставила унести из дома пистолет, спрятать его в сарае... А потом вытянула
из меня все, что хотела, и выдала этому сраному майору. Но как? Как у нее получилось?"
Он даже скрипнул зубами, припоминая. О чем он рассказывал Мире вчера вечером, после
возвращения с тропического острова? В памяти остались обрывки бессвязных признаний,
ласковый шепот Миры, ее нежные прикосновения, от которых кружилась голова и сладко
замирало сердце... Ардиан не помнил деталей, но отчетливо понимал, что мог рассказать ей
все. Путешествие во вселенную фата-морганы и волшебство Миры превратили его в
послушного ребенка. Даже удивительно, что он так и не признался ей, по чьему заказу убил
Джеронимо.
Зеленый огонек на панели базы сменился красным. Мира закончила разговор.
Ардиан начал медленно пятиться в глубь коридора, стараясь производить как можно
меньше шума. К счастью для него, девушка не торопилась поворачиваться. Она стояла,
уткнувшись лбом в темное оконное стекло, как будто высматривала что-то во дворе.
Воспользовавшись ее промедлением, Хачкай отступил в прихожую и шагнул к входной двери,
но тут же остановился. Он уже не сомневался, что Мира предала его и квартира ее из надежного
убежища превратилась в опасную ловушку. Но убегать из ловушки в одних трусах - более чем
глупо. Нужно было одеться, забрать телефон и деньги, а на все это требовалось время. Время,
которого у него почти не осталось...
Ардиан заставил себя вернуться в комнату. Глаза уже попривыкли к темноте, и он без
особого труда отыскал свои вещи. Начал натягивать брюки и тут услышал приближающиеся
шаги Миры. Хачкай замер, стоя на одной ноге.
Щелкнул выключатель в коридоре, скрипнула дверь. Несколько секунд спустя он с
облегчением услышал приглушенный шум воды - Мира зашла в ванную.
Ардиан оделся стремительно - теперь он уже не боялся, что его услышат. Метнулся в
прихожую и тут, около двери, вдруг заколебался. "Сейчас я уйду, - подумал он, - и больше
никогда не увижу Миру. Прекрасную, лживую, родную, грязную предательницу Миру. Не
увижу ее золотисто-рыжих волос, ее огромных глаз, ее мраморной груди и загорелого живота...
И никогда больше не испытаю того волшебства, которое она подарила мне вчера..."
Вода в ванной прекратила литься. Не раздумывая больше, Хачкай откинул щеколду,
повернул колесико замка и выскользнул из квартиры.
Тихо как тень он сбежал по ступенькам, осторожно приоткрыл дверь, выглянул, убедился,
что двор абсолютно пуст, и только после этого бросился вон из дома. В два прыжка пересек
двор, прыгнул в заросли лопухов и, стараясь не поднимать голову, понесся к ограде пакгаузов.
Он был почти уверен, что Мира каким-то образом отыскала его тайник и забрала пистолет.
"Пожалуйста, - молился он на бегу, - сделай так, чтобы пистолет остался на месте... ни о
чем тебя больше не прошу, только пусть мое оружие будет там, куда я его спрятал..."
Сверток был на месте. Хачкай дрожащими руками развернул тряпку, выщелкнул обойму,
проверил боекомплект. Прикосновение к оружию оказало магическое действие: движения стали
собранными и скоординированными, сердце забилось ровнее и спокойнее, в голове
прояснилось, как после глотка свежего морского воздуха. Ардиан поставил "БП" на
предохранитель и засунул за пазуху. Присел на выпиравшую из штабеля балку, прикидывая,
где ему безопаснее всего переждать оставшееся до рассвета время. В заброшенном пакгаузе
оставаться было нельзя: это место подсказала ему Мира, она же могла навести на его след
загадочного майора. Идти через ночной незнакомый город означало почти наверняка нарваться
на полицейских или "голубые каски". Оставалось затаиться где-то неподалеку, а наутро
выбираться на трассу Дуррес - Тирана и ловить попутную машину.
Где-то неподалеку, повторил про себя Ардиан. Найти повое убежище среди складов
заманчиво, но опасно. Пакгаузы обнесены высоким забором, перебраться через который можно
только в одном месте. Во всяком случае, ему известно только одно такое место. Если дыру в
заборе перекроют, он окажется заперт на большой, но все же ограниченной территории.
"Нужно затаиться там, откуда будет хорошо виден дом Миры, - подумал он. - Если
Мира сообщит своим хозяевам о моем исчезновении, они наверняка туда явятся. Тогда у меня
будет преимущество - я смогу наблюдать за ними со стороны".
Ардиан прикрыл глаза, вспоминая, есть ли в окрестностях Мириного дома подходящие
для этой цели места. Но вспомнить ничего не успел.
Что-то изменилось. Что-то произошло снаружи, за стенами пакгауза. Что-то, заставившее
Ардиана мгновенно насторожиться и соскочить с балки.
Звук. Тихий, на пределе слышимости, но, несомненно, приближающийся звук. Звук
работающего двигателя... например, автомобильного мотора. Ардиан замер, превратившись в
слух. Да, это был, несомненно, автомобиль. И приближался он по рруга Бериши - других улиц
поблизости просто не было.
Хачкай бросился к дверям. Не хватало еще, чтобы его накрыли здесь, в этой
полуразрушенной кирпичной коробке. Нужно скорее выбираться за ограду, тогда у него будет
шанс скрыться незамеченным.
Он добежал до дыры в заборе как раз в тот момент, когда автомобиль остановился
напротив подъезда Миры. Водитель не стал глушить мотор, но фары выключил; тускло
светилась только лампочка в салоне. Тихо щелкнули дверцы. Машину на миг заслонили два
массивных силуэта. Когда они исчезли в темном прямоугольнике подъезда, Ардиан лег на
землю и пополз наискосок через пустырь, направляясь к контейнерам для мусора. Пистолет
из-за ремня он вытащил и держал теперь в правой руке.
"Спрячусь за мешками с тряпьем, - решил он. - Вряд ли они сунутся проверять
помойку, уж больно там воняет... А я пересижу, ничего, не протухну... Нет такой грязи,
которую нельзя было бы смыть водой и мылом..."
Там тупик.
Ардиан вздрогнул и перестал ползти. На мгновение ему показалось, что тот, кто так
отчетливо произнес эти слова, стоит прямо над ним. Но он был один в траве; ближайший
человек находился в двадцати метрах впереди, в машине. Голос, который он услышал,
принадлежал Силе. Покровителю, как выражалась Черная Фатима.
Там тупик, болван, ты ползешь из одной ловушки в другую.
Хачкая прошиб холодный пот. Он действительно совершенно забыл о том, что
контейнеры с мусором находятся в тупике между домом и оградой территории порта. А ведь
несколько часов назад, вынося мусорное ведро, он по своему обыкновению взял это
обстоятельство на заметку...
"Спасибо, - едва слышно прошептал он. Кем бы ни был его Покровитель, он
действительно давал дельные советы. - Я постараюсь больше так не глупить..."
Ардиан принялся медленно отползать к забору, надеясь, что издаваемый им при этом
шорох не слышен за неумолчным стрекотом цикад, устроивших в траве ночной концерт. Новый
его план состоял в том, чтобы обогнуть стоявшую во дворе машину по большой дуге и
укрыться за углом дома Миры. Самый опасный участок этого маршрута пролегал по откр
...Закладка в соц.сетях
