Жанр: Научная фантастика
Дрей Прескот 01. Транзитом до скорпиона
...раз я
опускал Делию наземь, чтобы, выхватив меч, отразить атаку какого-нибудь разъяренного
чудища.
Я прилагал непрерывные усилия, хитрость и грубую силу. Я рубил всех этих гигантских
пауков, червей, жуков, что выползали, выпрыгивали или сваливались сверху. Все это время
Делия оставалась спокойной и невозмутимой, будто в трансе, и, освобождая меня для
беспрепятственной схватки, двигалась следом с болезненными стонами, которые вызывали у
нее подобные усилия.
Холодная сталь моего клинка не парализовывала. Она убивала.
Чудовища были умными и свирепыми. Но я был умней и свирепей, и в любом случае у
меня было больше шансов - потому что я охранял Делию с Синих гор.
Мы достигли небольшого песчаного амфитеатра среди скал и вошли в пещеру.
Я взял Делию на руки, когда растаяло розовое свечение и выросло сверхъестественное
синее сияние, - и рассмеялся.
Я - рассмеялся!
Делия не в силах была идти дальше и плотно сжимала губы, чтобы не дать вырваться
стонам боли. Поэтому мне пришлось на руках отнести ее к молочному бассейну. Клочковатые
испарения все так же поднимались с его поверхности. Я спустился по широкой лестнице.
Жидкость лизнула мне ступни, ноги, потом грудь. Я нагнулся к Делии.
- Вдохни поглубже и задержи дыхание. Я вынесу тебя обратно.
Она кивнула и прижалась ко мне.
Я прошел последние несколько ступенек и постоял какое-то время, погрузившись с
головой в молочную жидкость, которая не была обычной водой. Я снова почувствовал легкие
поцелуи и покалывание миллионов иголочек по всему телу. Прикинув, что у Делии скоро
закончится воздух, ибо она, в отличие от меня, не могла долго оставаться под водой, я поднялся
обратно вверх по лестнице.
Вся наша одежда, а также мой меч и пояс - все растаяло. Мы вышли из бассейна такими
же нагими, какими нам следовало войти в него.
Делия повернула голову и посмотрела мне в глаза.
- Я чувствую, - проговорила она. - Поставь меня на пол, Дрей Прескот.
Я опустил Делию из Дельфонда на каменный пол.
Ее покалеченная нога стала округлой, твердой - и грациозной, как ни одна другая ножка,
когда-либо существовавшая во вселенной. Делия светилась красотой. Она выгнула спину,
глубоко вздохнула, откинула назад прекрасные волосы и улыбнулась мне, ослепленная чудом.
- Ах, Дрей!
Но я сознавал только ее - улыбку, светящиеся глубины в глазах. В тот миг во всех мирах
для меня существовало только лицо Делии с Синих гор; все остальное исчезло в мареве,
потеряв какое-либо значение.
- Делия, - выдохнул я и неудержимо задрожал.
- О, несчастный город! А теперь должно свершиться предопределенному! - пронесся в
неподвижном воздухе шепот.
Позади Делии из молочного бассейна поднялось огромное тело. По гладкой коже стекала
жидкость. Сквозь белизну просвечивала розовая плоть. Мы были карликами по сравнению с
ним. Делия вскрикнула и прижалась ко мне. Я обнял ее и вызывающе поднял голову. В этот
момент я испытывал странное ощущение. Если первое погружение в бассейн крещения сделало
меня новым человеком, то второе крещение омолодило и укрепило меня свыше всех пределов.
Если раньше я чувствовал себя сильным, то теперь моя сила, казалось, выросла в десятки раз. Я
пульсировал жизнью, здоровьем и энергией - вызывающий, дикий, ликующий.
- Покалеченная исцелена! - крикнул я.
- Убирайся, Дрей Прескот! - в голосе, исходящем из огромного тела, шелестела
печаль. - Ты был почти готов, а саванты крайне нуждаются в людях вроде тебя! Но ты
обманул ожидания! Убирайся вон и никогда не возвращайся. Рембери !
В моих объятиях была мягкая обнаженная фигурка Делии. Я наклонил голову и прижался
губами к ее устам, а она ответила - радостно и с любовью, потрясшей меня до глубины души.
Я почувствовал, как вокруг меня сгущается, смыкаясь, синее свечение. Я уносился прочь
от этого мира, от Крегена. И я закричал:
- Я вернусь!
- Если сможешь, - вздохнул голос. - Если сможешь!
Глава 7
ЗВЕЗДНЫЕ ВЛАДЫКИ ВМЕШИВАЮТСЯ
- Эй, Джок! - крикнул хриплый голос. - Вон какой-то бедолага выполз из джунглей!
Я открыл глаза. И понял, где нахожусь. Увешанный черепами деревянный частокол.
Крытые листьями крыши. Дым костров. К берегу и поджидающим каноэ гнали вереницы
черных невольников. Посередине реки бросил якорь в вонючую коричневую воду бриг. И
вообще запахи были отвратительно знакомыми. О да, я понял, где нахожусь.
Резкий желтый свет солнца вызывал резь в глазах.
Я не считаю необходимым и даже разумным рассказывать о нескольких последующих
годах. Мне удалось отплыть из фактории работорговцев, а потом в некотором смысле вернуться
к прежней жизни. Продвижение к следующему званию все еще ускользало от меня; но теперь
мне было все равно. Я жаждал вернуться на Креген. Я не держал зла на савантов, зная, что по
существу они добры, и считал, что просто не понимаю ответов на вопросы. Я не смог
уразуметь, почему они отказывались лечить Делию - мою Делию! Делия из Дельфонда, Делия
с Синих гор! Сколько ночей я стоял на шканцах, глядя на звезды, - и всегда, всегда мои глаза
искали красную звезду, называемую Антаресом. Там находилась моя надежда, единственное
счастье, какое я хотел найти во вселенной.
Я знал, что со мной случилось. Меня вышвырнули из рая.
Из Рая. Я нашел свое царствие небесное, но мне не дали войти.
После моей жизни, полной боев и трудов, Афразоя была раем.
Теперь, когда я прожил долгие годы и много раз навещал Землю, всегда кажется, попадая
в годы напряжения и потрясений, я могу спокойно говорить о своих тогдашних чувствах.
Поэтому, чтобы вы могли лучше понять, кем я являюсь сейчас, говоря в ваш маленький
звукозаписывающий аппарат, мне следует заметить, что за минувшие годы я нажил на Земле
немалое состояние путем обычных деловых инвестиций. Но обладай я хоть в сто раз большей
суммой в те дни, когда я опять ходил по шканцам и бросался в пороховой дым на Земле, я отдал
бы все до последнего гроша, чтобы только вернуться на Креген под Антаресом.
Когда Патриотический фонд Ллойда вручил мне пятидесятифутовый почетный меч, я
стиснул эту мишурную штуку с ее позолотой и искусственным жемчугом, испытывая острое
желание вновь ощутить в руке твердую рукоять меча савантов.
Я считаю, что никто на Земле не может представить себе моего состояния души при
мысли об алом и изумрудном солнцах Крегена, о пылающих в ночном небе семи лунах на фоне
созвездий, совершенно чуждых небу Земли. Мучительные сожаления толкнули меня на
странный шаг. Я приобрел скорпиона и держал в клетке. Часто я подолгу пялился на
безобразное создание, надеясь, что меня охватит знакомая дремота. Матросы ругали тварь,
когда приходилось готовиться к бою. И когда убирали и сносили переборки и перегородки
между каютами, я отправлял скорпиона в трюм вместе с прочим добром.
Началась война на Пиренейском полуострове, и меня назначили первым лейтенантом на
борту "Роскоммона" - семидесятичетырехпушечной старой лохани, где капитаном служил
один из знаменитых безумных капитанов из командного состава Королевского флота.
Совершенно очевидно, меня ждала карьера вечного лейтенанта, пока я не поседею и меня не
выбросят под конец жизни гнить на берегу с половинным жалованьем. Не предполагалось
одного - волосы у меня не поседеют еще тысячу лет.
Мы провели множество операций - интересных только тем, что представляли собой
сильное успокаивающее средство от моей душевной боли. Однажды мы взяли
восьмидесятипушечный французский корабль и торжествовали по этому поводу. Я слышал, как
офицеры отмечали мою поразительную свирепость и неистовство во время абордажа. Меня это
не трогало. После боя, истощив эмоции, я стоял на юте, держась за поручни, как обычно,
обратив взор к небесам. Альфа Скорпиона насмешливо светила в глаза рубиновым огнем.
Не глядит ли на меня злым взглядом синий силуэт скорпиона?
Я поднял руки к небесам.
Услышав крики квартирмейстера и вахтенного гардемарина, звавших старпома, я не
обратил на это внимания. Синее свечение усилилось. Есть. Есть!
Я потянулся к нему, чувствуя, как синий свет вбирает в себя мое сознание, - и закричал,
громко и торжествующе:
- Креген! Делия! Делия из Дельфонда! Моя Делия с Синих гор! Я вернусь! Вернусь!
Я открыл глаза на песчаном пляже, слыша рокот огромных волн. Меня охватило
болезненное отчаяние. Встав, я взглянул на бушующее море, берег, линию кустов вдали, а за
ней огромную и широкую равнину, раскинувшуюся до горизонта.
Сила тяжести... Ощущение воздуха! Да! Этот мир - Креген под Антаресом. Но где же
город? Где река Аф? Где Афразоя, город савантов, Качельный город?
Мои глаза быстро приспособились к теплому розовому свету, но я не видел того, что
хотел увидеть. Я врезал кулаком по песку. В каком же месте этого мира я, черт возьми,
очутился? Может, на Лоше, континенте тайн, вуалей и спрятавшихся за стенами садов? Или на
Гахе, жалком подобии болезненных мужских грез, где женщин приковывают к кроватям? А
ведь были еще Хавилфар и Турисмонд - континенты, о которых я ничего не знал, а также
девять больших островов и моря между ними.
Как же я клял несовершенство своего знания Крегена!
Между мной и огромным палящим красным солнцем пронеслась тень. Я увидел алую
птицу с золотым оперением на шее и голове и вытянутыми черными лапами с грозными
когтями (ну прямо имперский орел!!!), неподвижными и величественными широкими
крыльями. Она описывала надо мной круги. Я встал и погрозил Гдойнаю кулаком. Он издал
резкий каркающий крик. Понаблюдав какое-то время, он начал подыматься по спирали все
выше и выше, лениво взмахивая мощными крыльями. Когда он превратился в крошечную точку
в небе, я услыхал внезапно оборвавшийся крик. Женский крик.
По пляжу позади меня бежала девушка.
Это могла быть только Делия.
С громким криком радости я бросился к ней.
Дьявол меня побери, если меня волновало, в какой точке этого мира я очутился, если
рядом со мной будет Делия с Синих гор.
С дюн позади Делии выскочила группа всадников. Они скакали на странных животных, с
коротким телом и четырьмя длинными тонкими ногами, из-за которых рост в холке был куда
выше, чем у любого коня. Изо лба у каждого рос винтовой рог. На всадниках горели золотом
высокие шлемы. Одеты они были в кожаные безрукавки лилового цвета с медными заклепками.
В руках было оружие. Они настигали Делию намного быстрее, чем я мог добраться до нее. Она,
как и я, бежала совершенно обнаженная.
Воздух в легких опалял, как огонь. Я совершал фантастические прыжки, мои земные
мускулы насмехались над притяжением Крегена. Снова я дал своей земной мускульной мощи
встать на защиту этой девушки. Теперь мои скачки покрывали поистине фантастическое
расстояние. При каждом прыжке во все стороны летел песок. Но всадники настигали Делию, и
теперь я разглядел, что это не люди, хотя они и обладали двумя руками и двумя ногами. Их
лица больше напоминали морду памятного мне по дому большого пестрого кота. Глаза-щелки
так и горели. Я закричал, а потом поберег дыхание для бега.
Делия выбросила вперед обе руки, споткнувшись о выброшенный на берег плавник, и
упала. Я услышал ее крик:
- Дрей Прескот!
Всадник протянул мохнатую руку вниз, обхватил Делию за талию и перекинул поперек
седла лицом вниз. Я ринулся вперед как сумасшедший. Я не мог, в конце концов, так просто
потерять ее. Только не теперь, едва только вновь нашел!
Всадник натянул поводья, и мускулы его длинных конечностей с силой напряглись.
Полетели тучи песка. Скакун осадил назад, пронзительно заржав, восстанавливая равновесие.
Но этих нескольких драгоценных мгновений мне хватило, чтобы дотянуться до стремени.
Схватив всадника за сапог, я рванул так, словно собирался оторвать ногу.
Он завизжал, и что-то сильно хлопнуло меня по плечам. Я поднял горящий взгляд. Делия
застонала. Всадник в ярости отшвырнул плеть, выхватил длинный изогнутый меч и занес его
над головой, Я вскинул руку, зажал локоть противника меж пальцев, вывернул и услышал, как
хрустнули, ломаясь, кости. Всадник снова пронзительно завизжал.
Делия открыла глаза. Они потемнели от ужаса.
- Сзади!
Я резко обернулся, успел увернуться, и кривой меч рассек воздух. Теперь всадники
гарцевали вокруг меня, мечи взлетали, плетя стальную сеть. Я снова потянулся к существу,
которому искалечил руку. Он испустил режущий уши визг и отчаянно натянул поводья. Зверь
встал на дыбы, пытаясь сбросить меня. Молча, увертываясь от разящего меча, я снова прыгнул,
очутившись на крупе скакуна. Он был настолько велик, что я наполовину висел, обвив левой
рукой талию всадника, а правой отводя назад его голову в надменном золотом шлеме.
Услышав, как хрустнули, ломаясь, позвонки, я сбросил тело прочь. Скользнув в седло, я
схватился за поводья и ударил пятками бока зверя. Тот задрожал, фыркнул и скакнул вперед. А
затем мир вдруг завертелся в снопах искр. Я увидел, как подымается ко мне песок, и
почувствовал твердость врезающейся в лицо почвы.
Должно быть, они решили, что я убит.
Когда я очнулся с болью и головокружением и огляделся, берег был безмолвен и пуст,
только жалкое куцее тело убитого животного да растянувшийся за ним всадник напоминали о
развернувшейся недавно трагедии.
В миг успеха, на грани спасения подо мной убили скакуна. Оружие все еще торчало из
бока бедного животного. Это было копье длиной футов восемь, с тяжелым бронзовым
наконечником, не особенно острым. Весьма неудобная штука.
Под всадником - впоследствии я узнал, что этих подобным кошкам полулюдей называли
фрислами - я нашел его кривой меч, похожий на шамшер. Несмотря на сломанный локоть, он
не выпустил рукоять. Когда я сбросил его с седла, он упал так, что рукоять ударилась оземь и
острие клинка вошло в живот. Окровавленное острие выступало из спины чуть не на восемь
дюймов. Кровь почернела и запеклась. Несколько мух - ибо они существуют везде - улетели,
когда я приблизился.
Ногой перевернув убитого на спину, я вынул эфес из его руки и, упершись ногой в тело,
вытащил меч, после чего тщательно вычистил лезвие песком. Мыслил я еще не вполне четко.
Пользоваться одеждой этого существа я не хотел, поэтому только отрезал кусок лиловой кожи
и сработал набедренную повязку на манер охотничьей одежды савантов, затем отрезал от
туники столько, чтобы хватило обмотать вокруг левой руки. Сапоги мертвеца оказались мне
почти впору. Меч в кожаных ножнах я повесил на перевязи за спину. Я чувствовал, что как
только снова наткнусь на этих кошко-людей, убью очень многих, прежде чем они снова смогут
отнять у меня Делию из Дельфонда.
Раздался стук копыт, приглушавшийся песком. Услыхав этот звук, я выхватил меч и
повернулся лицом к приближавшемуся всаднику. Ветер уже засыпал песком следы копыт, и не
было возможности понять, куда увезли Делию.
- Лахал , - поздоровался всадник. - Лахал, Джикай .
- Лахал , - ответил я. Слово "Джикай ", произнесенное с различной интонацией,
могло означать просто "бей!", а также "воин", "благородный воинский подвиг" или множество
других родственных понятий, связанных с честью, гордостью, статусом воина и, как неизбежно,
убийством. Делия с Синих гор тогда произнесла его, не только чтобы выразить восхищение, но
и как команду. Я изучил незнакомца взглядом, а затем произнес:
- Лахал, Джикай .
Ибо он явно был воином.
Я допустил ошибку. На его лице появилась недовольная гримаса. Он указал на мертвого
воина и скакуна.
- На самом деле это я должен называть тебя "Джикай ". Что я сделал такого, о чем ты
знаешь?
- Я нисколько не сомневаюсь, что ты могучий воин, - ответил я. - Я ищу девушку,
которую забрали эти... существа.
У незнакомца было открытое честное лицо, загоревшее под лучами Антареса, и
выцветшие светлые волосы. На луке седла висел стальной шлем, а скакун был из породы тех же
странных длинноногих созданий, что лежало мертвым у моих ног. Незнакомец носил
красновато-коричневую кожаную одежду, отделанную кисточками и бахромой на манер,
модный в Новой Англии. Он сидел подтянуто и в то же время расслабленно; его вид говорил о
мастерстве всадника.
- Я Хэп Лодер, джиктар из клана Фельшраунг, - последнее слово он произнес глухо, с
громким призвуком, будто откашливался. Это прозвучало угрожающе, гордо и высокомерно.
- Я - Дрей Прескот.
- Теперь, когда мы совершили паппату , я немедленно сражусь с тобой.
Меня теперь могло поразить очень немногое. И в любое другое время я с удовольствием
сразился бы с ним. Но сейчас мне было настоятельно необходимо найти Делию.
Он спешился.
- Ты не сказал мне, видел ли ты девушку, - начал было я. Перед глазами у меня
сверкнула пика.
- Варвар неотесанный! Разве ты не знаешь, что мы не можем говорить ни о чем, кроме
оби , пока не сразимся и не дадим или не возьмем оби ?
Меня охватил гнев. Паппату , понял я, означало представление друг другу.
Формальности были соблюдены. Теперь этот идиот ничего не скажет о Делии, пока не сразится
со мной. Ну что же... Мой трофейный клинок сверкнул. Я не заставлю себя упрашивать.
Хэп Лодер вернулся к высоконогому животному, прикрепил тонкую упругую пику к
стремени и вернулся с двумя мечами. Теперь в одной руке у него был длинный, тяжелый
прямой палаш, в другой - короткий меч для нанесения колющих ударов, наподобие гладиуса.
- Я вызвал тебя на бой. Какой меч против того, что у тебя есть, ты выберешь?
Я посмотрел Хэпу Лодеру в глаза. Пусть мне не терпелось покончить с этим делом, но я
умел узнавать честь, когда сталкивался с ней. Этот молодой человек предлагал мне шанс
остаться в живых, а себе - умереть. Мощный палаш, конечно, не устоит против моего
шамшера, разве что на песке. Я кивнул на гладиус.
Он улыбнулся.
- Для меня это не имеет значения, - сказал я. - Но давай поспешим.
Хэп Лодер был мне весьма симпатичен - и явно, как подтвердилось позже, отличался
честностью и бесстрашием.
- Думаю, ты сам выбрал бы короткий меч, - добавил я.
- Да, - согласился он и, взяв меч за рукоять, отправил длинный палаш обратно в ножны,
пристегнутые к седлу скакуна. - Если ты победишь, я буду не прочь дать оби . Но я не желаю
умирать без надобности.
На этом изящном логическом доводе наша беседа закончилась.
Хэп Лодер был прекрасным фехтовальщиком, и все же самые прекрасные преимущества
быстрого и стремительного гладиуса пропадали теперь втуне. Гладиус лучше всего применять
вместе со щитом, особенно в рядах сражающейся армии, где каждый полагается на своего
соседа, в тесной и потной свалке ближнего боя, когда короткий меч - господин и повелитель.
В принципе большой палаш хитрый и ловкий противник в силах переиграть, и думаю, Хэп
Лодер сделал лучший выбор. Но он не мог тягаться с демонической одержимостью,
подгонявшей меня.
- Джикай ! - крикнул он и сделал выпад.
Я тоже сделал несколько быстрых выпадов, заставивших клинок противника остановиться
и заколебаться, а затем старым приемом "крученой петли" отправил гладиус в полет. Мое
острие взлетело к горлу Хэпа. Его глаза широко раскрылись от неожиданности.
- А теперь, Хэп Лодер, рассказывай побыстрей! Ты видел девушку, увозимую тварями
наподобие этой падали?
- Нет, Дрей Прескот. Я говорю правду. Не видел.
Он выпрямился, отступив, и встал по стойке "смирно". Затем приложил ладони к глазам,
ушам, рту и, наконец, сцепил на груди, возле сердца.
- Я приношу тебе оби , Дрей Прескот. Глазами я буду видеть в тебе только хорошее,
ушами слышать о тебе только хорошее, устами говорить о тебе только хорошее. И, если
хочешь, вот тебе мое сердце - хоть ешь его.
- Не надо мне твоего сердца, - разозлился я. - Мне нужно знать, где девушка, Делия с
Синих гор!
- Знай я об этом, мои знания были бы твоими.
Я стоял, растерянно глядя на него. Это был гордый, честный молодой человек и
прекрасный фехтовальщик. Он наверняка сражался много раз и, похоже, все время брал оби .
Он неловко пошевелился, потом нагнулся и поднял меч. Я бдительно следил за ним.
Однако он взял клинок за лезвие и направился обратно к своему скакуну. С минуту он
разговаривал с животным, успокаивая его. Я ощутил легкий укол от воспоминаний об отце.
Хэп Лодер вернулся, ведя скакуна под уздцы.
- Мой зорк - твой, Дрей Прескот, поскольку ты пеший, а это недопустимо для
кланнера.
Зорк ! Так вот, значит, животное, упав с которого Делия повредила ногу!
- А разве ты сам не кланнер? И разве тебе не придется быть пешим?
- Да. Но я принес тебе оби .
- Хмм...
Следующий вопрос родился сам собой:
- В какой стороне находится Афразоя, город савантов?
Лицо кланнера выразило недоумение.
- Тут только один город. Я никогда не слыхал ни о каком другом.
Именно такого ответа я и ожидал. Меня, должно быть, высадили в каком-то отдаленном
изолированном районе Крегена. Потом болезненно открылась правда. Как раз Афразоя и была
изолированной и спрятанной. Эти же люди принадлежали планете Креген и жили обычной
человеческой жизнью.
Все, что я мог сделать, - это отправиться вместе с Хэпом Лодером и узнать у него все,
что в моих силах. Я найду Делию, найду! И чтобы найти ее, я должен разузнать как можно
быстрее, чертовски быстро, все, что только сумею.
Я изучал взглядом зорка с единственным витым рогом. Седло на нем было богато
изукрашенное, но вполне функциональное и удобное, а стремена низкие - значит, здесь не
будет ничего похожего на согнутые ноги и спины жокеев со скачек с препятствиями на
Роттен-Роу . В таком седле можно ехать долго. Я решил, что вполне справлюсь.
Кроме пары мечей и упругой пики Хэп Лодер имел также секиру особого типа,
выглядевшую весьма впечатляюще - обоюдоострая, увенчанная шестью дюймами стального
плоского лезвия, а также короткий составной лук. Я с изумлением посмотрел на его арсенал,
затем снова на лук, и ощутил уважение. Он мог застрелить меня задолго до того, как я до него
доберусь. Я вскинул бровь и поглядел на него.
- Покажи, как ты умеешь стрелять, Хэп Лодер.
Он охотно выполнил просьбу. Быстрым тренированным движением натянув тетиву, он
взглянул на меня, словно оправдываясь.
- Это легкий охотничий лук, Дрей Прескот. Мощность его невелика. Но я с радостью
покажу тебе свое умение, брат по оби .
На песке, в пятидесяти ярдах от нас, валялся кусок плавня.
Хэп Лодер всадил в деревяшку четыре стрелы с такой быстротой, с какой он только мог
натягивать и отпускать тетиву. Это произвело на меня впечатление.
Может быть, в конце концов, ему требовалось только это оружие.
К седлу также было приторочены разные доспехи. По большей части стальные, хотя
попадались кое-какие из бронзы. Все это выглядело так, словно он собирал доспехи в разные
времена по всему свету. Он объяснил мне, что джиктар - это командир тысячи воинов, и мое
уважение к нему возросло. От клана Фельшраунг нас отделяло меньше десятка миль. Пока я
говорю о расстояниях, пользуясь земными мерами. Когда придет время, я поподробнее
расскажу вам о крегенских способах измерения расстояний, времени и количества. Последние,
связанные с двумя солнцами и семью лунами, сложны и очень интересны.
Годами я рвался вернуться на Креген. Теперь нельзя терять времени.
- Жди меня здесь, Хэп, - сказал я и вскочил в седло. Ощущение было странное и
одновременно знакомое, но в целом бодрящее. Не то же самое, конечно, что взлетать и
опускаться на афразойских качелях, но, когда я скакал и ветер развевал мои волосы, то
испытывал похожее ощущение свободы и торжества.
Я найду Делию. Найду!
Я вернулся, осадил скакуна перед Хэпом Лодером и спрыгнул на землю.
- Мы пойдем пешими, Хэп.
И мы направились к клану Фельшраунг.
Прежде чем покинуть место нашей встречи, Лодер вытащил копье фрислов из бока
убитого зорка .
- Негоже зря терять оружие, - сказал он.
- Откуда они взялись, Хэп? Куда они могли увести Делию?
- Не знаю. Возможно, мудрецы ответят тебе. Мы лишь недавно обосновались в этих
краях. За год мы преодолеваем много миль. Мы вечно кочуем по прериям.
Вскоре мы оставили море позади, и тут я сообразил, что за все это время не видел ни
одного паруса.
Я узнал, что по равнинам этого континента, называвшегося, по словам Хэпа Лодера,
Сегестесом, кочевало много кланов, и между ними шла непрерывная война, когда огромные
скопища людей и животных перемещались с одних пастбищ на другие. Город же, который был
единственным известным Хэпу городом и которого он ни разу не видел, назывался Зеникка. В
голосе и словах кланнера, когда он говорил о Зеникке, сквозила не только ненависть, но и
презрение.
Пройдя несколько миль в глубь материка, мы наткнулись на охотничью партию, с которой
Хэп Лодер расстался, погнавшись за зверем, - которого, между прочим, так и не догнал, - и
меня представили. В тот же миг, как мы совершили паппату - необходимую прелюдию к
вызову на поединок, Хэп крикнул, что он принес мне оби .
Я увидел растущее уважение на бронзовых лицах кланнеров. Отряд насчитывал дюжину
охотников. Двое из них, судя по всему, все равно вызовут меня на бой - по обычаю кланнеров,
всякий мог вызвать другого на взятие оби . Но остальные признали, что если я побил Хэпа
Лодера, то побью и их. Хэп надменно смотрел на сдавшихся. Среди кланнеров правили честь и
гордость. Слабость сразу же замечали и искореняли. В дальнейшем я узнал о сложных
ритуалах, управляющих жизнью кланнеров, о том, что существуют не только дуэли, но и
выборы. Но в то время я оглядывался, готовый, если понадобится, драться со всеми и каждым.
И, согласно обычаю, сочти я нужным это сделать, Хэп сражался бы рядом со мной, пока нас не
убьют либо пока нам не принесут оби .
Один из охотников, угрюмый великан, все-таки решился. В любой группе, похоже, всегда
найдется один такой - негодующий на свое поражение, виня в этом случай или невезение, и
всегда мстительно высматривающий случай вернуть то, что считает своим по праву. Этот, как
потом выяснилось, был смещенным джиктаром . Сразу же по завершении паппату он
спрыгнул с зорка и насмешливо бросил мне:
- Я немедля сражусь с тобой.
Хэп напрягся и произнес:
- Согласно обычаю, да будет так.
Этот парень, его звали Ларт, стоял, покачиваясь на пятках, выставив копье со стальным
наконечником. Я поймал взгляд Хэпа.
...Закладка в соц.сетях
