Жанр: Научная фантастика
Рассказы
...он отстучал слова извинения:
- Я очень сожалею... Надеюсь, это не очень дорогая машина.
Второй робот добавил извиняющимся тоном:
- Наш приятель часто бывает неуклюж. Простите его, пожалуйста.
А Третий робот сделал робкую попытку починить вагон.
Первый робот попытался еще раз извиниться:
- Стенка вагона была не очень прочная. Глядите...- Он поднял
метровую плиту трехдюймовой толщины из армированного металлом
пластика и слегка надавил ее пальцем. Плита тотчас раскололась
пополам.- Я учту это впредь,- пообещал он.
Представитель юпитерианского правительства, немного сбавив тон,
сказал:
- Все равно вагон был бы уничтожен после того, как вы
осквернили его своим пребыванием.- Он помолчал, а затем
продолжал: - Жалкие создания. Нам, юпитерианам, чуждо
вульгарное любопытство касательно низших существ, но наши
ученые нуждаются в фактах...
- Мы целиком согласны с вами,- приветливо отвечал ему Третий
робот,- мы тоже интересуемся фактами.
Юпитерианин проигнорировал его слова.
- У вас, видимо, нет органов ощущения массы. Каким же образом
вы опознаете отдаленные предметы?
Третий робот сразу заинтересовался:
- Вы хотите сказать, что вы ощущаете массу тела
непосредственно?
- Я здесь не затем, чтобы отвечать на вопросы всяких... на ваши
наглые вопросы относительно нас.
- Я понял так, что предметы с очень малой массой для вас
прозрачны даже при отсутствии излучения.- Третий робот
обернулся ко Второму и сказал: - Так вот, оказывается, как они
видят. Их атмосфера так же прозрачна для них, как космическое
пространство.
Юпитерианин вновь начал отстукивать:
- Отвечайте на мой вопрос, или мое терпение истощится и я
прикажу вас уничтожить!
Третий робот тотчас сказал:
- О юпитерианин, мы ощущаем лучистую энергию и при желании
можем настроиться на любую длину волны по всему
электромагнитному спектру колебаний. В настоящий момент мы
видим на далекое расстояние путем излучения радиоволн, а на
близкое - посредством...- он замолчал и обратился ко Второму
роботу: - В коде есть обозначение для гамма-лучей?
- Насколько мне известно, нет,- отвечал Второй.
Третий робот опять обратился к юпитерианину:
- На близком расстоянии мы используем другой вид излучения, для
которого в коде нет соответствующего слова.
- Из чего состоит ваше тело? - спросил тот.
Второй робот шепнул Третьему:
- Он, видимо, хочет узнать, почему его орган ощущения массы не
может проникнуть сквозь нашу кожу. Ты же знаешь, высокая
плотность. Следует ли сообщать ему об этом?
Третий робот неуверенно ответил:
- Люди нам ничего не говорили о том, какие сведения нам нужно
держать в секрете.- А потом отстучал юпитерианину: - Мы состоим
главным образом из иридия. Кроме того, в нас есть и медь, и
олово, немного бериллия и масса других элементов.
Юпитериане отшатнулись, и по еле уловимому трепету различных
сегментов их невыразимо страшных тел было видно, что они о
чем-то оживленно переговариваются, хотя никто не издал и звука.
Затем правительственный чиновник вновь обратился к роботам:
- Существа с Ганимеда! Мы решили провести вас по некоторым
нашим фабрикам, чтобы показать вам хотя бы ничтожную часть
наших величайших достижений. Потом мы отпустим вас назад на
Ганимед, с тем чтобы вы там сеяли уныние и страх среди
остального сбро... остальных живых существ.
Третий робот шепнул Второму:
- Заметь особенность их психического склада. Им обязательно
нужно доказать свое превосходство. И все лишь ради поддержания
собственного престижа.
А затем он отстучал с помощью кода: - Благодарим за
предоставленную возможность.
Однако престиж был поддержан, в чем роботы довольно быстро
убедились.
Демонстрация сил была похожа на поездку и осмотр Всемирной
выставки. Юпитериане показывали каждую мелочь и объясняли
буквально все, охотно отвечая на вопросы, так что Первый робот
сделал сотни заметок, весьма неутешительных для землян.
Военный потенциал только этого так называемого захолустного
города в несколько раз превышал потенциал Ганимеда. Десяток
таких городов мог произвести столько продукции, сколько не
производило все межпланетное государство землян. А ведь это
была ничтожная часть той военной силы, которую мог выставить
весь Юпитер.
Первый робот толкнул Третьего локтем, и тот обернулся:
- Ну, что тебе?
Первый серьезно спросил:
- Если у них есть силовые поля, то людям на Земле несдобровать,
ведь так?
- Боюсь, что так. А почему это тебя вдруг заинтересовало?
- Да потому,
что они не показали нам правое крыло здания. Может быть, именно
там изготавливаются силовые поля. Если так, то, видимо, они
хотят сохранить это в тайне. Хорошо бы выяснить. Ведь ты сам
понимаешь, это основное.
Третий мрачно посмотрел на Первого:
- Может, ты и прав. Во всяком случае, упускать ничего нельзя.
Они как раз шли по огромному сталеплавильному заводу,
разглядывая стофутовые балки из стойкой к воздействию аммиака
кремнистой стали, которые завод выдавал по двадцать штук в
секунду.
Третий робот равнодушным тоном спросил юпитерианина:
- Скажите, а что находится в том крыле?
Правительственный чиновник проконсультировался у администратора
завода и сказал:
- Там термический цех. Множество технических процессов требует
высоких температур, которых не выдержит ни один живой организм.
Вот почему этими процессами управляют дистанционно.
Он направился к перегородке, от которой так и несло жаром, и
показал на маленькие круглые отверстия, закрытые каким-то
прозрачным материалом. Сквозь эти отверстия проникали
дымчато-красные нити света - за стеной сквозь густой,
мглистый воздух цеха виднелись пылающие горны.
Первый робот бросил недоверчивый взгляд на юпитерианина и
отстучал:
- Ничего, если я зайду внутрь и осмотрю все как следует? Меня
это очень заинтересовало.
Третий робот сказал:
- Брось дурить. Они не соврали. Впрочем, если хочешь, то валяй,
только не задерживайся, нам надо еще многое успеть посмотреть.
- Вы, видимо, не представляете, какая там жара,- сказал
юпитерианин.- Вы же там сгорите.
- О нет,- пренебрежительно заявил Первый робот,- нам жара
нипочем.
Юпитериане немного посовещались между собой, затем ритмичная
работа завода была нарушена столь непредвиденным случаем и
началась суматоха. Установили экраны из теплопоглощающих
материалов и открыли заслонку, которую до этого во время работы
горнов ни разу не открывали. Первый робот вошел внутрь, и за
ним тут же закрыли заслонку. Юпитериане прильнули к прозрачным
окошечкам. Робот подошел к ближайшей плавильной печи и пробил
летку. Поскольку он ростом немного не вышел и не мог сверху
заглянуть в печь, то он наклонил ее и выпустил часть жидкого
металла в разливочный ковш. Он с любопытством взглянул на
содержимое ковша, затем погрузил в него руку по локоть и начал
мешать расплавленный металл, желая установить его консистенцию.
Покончив с этим, он вытащил руку из ковша, стряхнул капли
сверкающего металла на пол и обтер кисть руки об одно из своих
шести бедер. Затем медленно прошелся вдоль плавильных печей и
просигналил, чтобы его выпустили.
Когда он вышел из термического цеха, юпитериане отступили на
приличное расстояние и обдали его струей жидкого аммиака,
который, шипя и пенясь, испарялся до тех пор, пока температура
тела у робота не снизилась.
Первый робот, не обращая ни малейшего внимания на аммиачный
душ, сказал:
- Они не соврали. Никаких силовых полей там нет.
Третий робот начал было отчитывать его:
- Понимаешь ли...- но Первый немедленно прервал его:
- Не зря же я старался. Люди приказали нам выяснить все, разве
не так? - И обратившись к юпитерианину, он отстучал решительно:
- Послушайте, а юпитерианская наука получила силовые поля?
Прямота Первого робота была естественным следствием менее
развитых умственных способностей. Два его товарища знали об
этом и поэтому решили, что возражать бесполезно.
Юпитерианский чиновник постепенно выходил из состояния транса;
невольно создавалось впечатление, что он тупо уставился на руку
робота, ту самую, которую тот опускал в расплавленную сталь.
Наконец он медленно произнес:
- Силовые поля?! Так это они вас главным образом интересуют?
- Да,- отчеканил Первый робот.
К юпитерианину прямо на глазах возвратилась самоуверенность, и
он резко отстучал:
- Эй вы, сброд, пошли!
Третий робот заметил Второму:
- Ну вот, мы опять сброд. Похоже, что нас ждут неприятные
вести.
Второй с грустью согласился.
События разворачивались на самой окраине города - в той
части жилого массива, которую на Земле назвали бы
пригородом,- в одном из взаимосвязанных между собой зданий,
весьма отдаленно напоминавших земной университет.
Никаких ответов и объяснений не давалось. Официальный
представитель юпитерианского правительства быстро шел впереди,
а роботы следовали за ним в полном убеждении, что сейчас они
увидят самое худшее.
Конечно, не кто иной, как Первый робот, остановился перед
раздвинутой частью стены, после того как остальные прошли.
- Что это такое? - спросил он.
Помещение было заставлено низкими маленькими скамейками,
юпитериане крутились возле странных приборов, основную часть
которых составлял мощный электромагнит длиной в дюйм.
- Что это такое? - опять спросил Первый робот.
Юпитерианин нетерпеливо обернулся.
- Это учебная биолаборатория для студентов. Вам она ни к чему.
- Но чем они тут занимаются?
- Изучают микрофлору. Вы что, микроскопа никогда не видели?
В разговор вмешался Третий робот:
- Видели, но другого типа. Наши микроскопы помогают органам
зрения, чувствительным к энергии, и действуют за счет
преломленных лучей. Ваши же, очевидно, основаны на принципе
расширения массы. Весьма остроумно.
Первый робот спросил:
- Можно, я посмотрю некоторые ваши образцы?
- Да что в этом проку? Вы не можете пользоваться нашими
микроскопами из-за своих сенсорных ограничений, и нам придется
выкинуть образцы. Бросьте ерундить.
- Но мне и не нужен микроскоп,- удивленно возразил робот.- Я
легко могу перестроиться и буду видеть не хуже, чем в
микроскоп.
Он подошел к ближайшей скамейке, а все студенты отступили в
дальний угол, чтобы не осквернить себя. Первый робот отодвинул
юпитерианский микроскоп в сторону и начал внимательно
разглядывать предметное стекло. Озадаченный, он отошел, взял
второе стекло, третье... четвертое...
Вернувшись к ожидающим, он спросил юпитерианина:
- Я полагаю, образцы под микроскопами - живые, не так ли? Я
имею в виду тех маленьких червячков...
Юпитерианин ответил:
- Разумеется.
- Странно, стоит мне на них взглянуть, как они тут же подыхают.
Третий робот обратился к двум своим товарищам:
- Мы же забыли, что испускаем гамма-лучи. Первый, пойдем-ка
отсюда поживей, а то все образцы под микроскопом передохнут.- И
он повернулся к юпитерианину: - Боюсь, что наше дальнейшее
пребывание здесь может оказаться гибельным для более слабых
форм жизни. Лучше нам уйти отсюда. Надеюсь, образцы не слишком
трудно будет заменить. И коли на то пошло, вам тоже лучше
держаться подальше от нас, а то как бы наше излучение не
подействовало и на вас. Как вы себя чувствуете, нормально?
Юпитерианин двинулся прочь в гордом молчании, однако следует
заметить, что с этого момента он стал держаться от них
подальше.
Больше не было сказано ни слова, пока роботы не вошли в
огромный зал. В самом центре его, несмотря на мощные силы
притяжения Юпитера, висели в воздухе без всякой поддержки
(точнее, с невидимой поддержкой) огромные бруски металла.
Правительственный чиновник отстучал:
- Вот вам ваше силовое поле в его окончательном виде. Внутри
этой сферы вакуум, так что поле выдерживает давление нашей
атмосферы плюс такое количество металла, вес которого равен
массе двух больших космических кораблей. Ну, что вы на это
скажете?
- Скажу, что теперь вы получили возможность выйти в космос,-
ответил Третий робот.
- Правильно. Ни один пластик, ни один металл не удержат вакуум
при нашем атмосферном давлении, а силовое поле - пожалуйста. И
сфера силового поля будет нашим космическим кораблем. В течение
года мы построим сотни тысяч таких кораблей. Затем тучей
двинемся на Ганимед и расправимся с так называемыми разумными
тварями, которые претендуют на мировое господство.
- Люди на Ганимеде никогда не претендовали...- начал было
Третий робот.
- Молчать! - цыкнул на него юпитерианин.- А теперь
возвращайтесь на свой Ганимед и расскажите всем, что вы тут
видели. Те маломощные силовые поля, какие, к примеру, имеются
на вашем корабле, не устоят против наших, потому что самый
маленький наш корабль по величине и мощи будет в сотни раз
превосходить ваши корабли.
- Тогда нам ничего больше не остается, как вернуться с этим
сообщением,- ответил Третий робот.- Пожалуйста, доставьте нас
обратно к нашему кораблю, и мы распрощаемся. Но между прочим,
да будет вам известно, вы кое-что недопоняли. У нас на
Ганимеде, конечно, есть силовое поле, но на нашем корабле его
нет. Нам оно просто не нужно.
Робот повернулся и знаком приказал своим товарищам следовать за
ним. Некоторое время они молчали, а потом Первый робот
удрученно пробормотал:
- Давайте попробуем разрушить эту установку.
- Не поможет,- ответил Третий робот.- Они задавят нас числом.
Так что бесполезно. В течение ближайшего десятилетия с нашими
хозяевами будет покончено. Устоять против юпитериан невозможно.
Их слишком много. Пока они были привязаны к Юпитеру,
человечество находилось в безопасности. А сейчас, когда у них
силовые поля... Мы можем лишь доставить людям эту печальную
весть. Часть людей, конечно, еще сможет продержаться некоторое
время в тайных убежищах, ну а потом...
Город остался позади. Роботы вышли на открытую равнину
неподалеку от озера, туда, где на горизонте темным силуэтом
вырисовывался их космический корабль, когда юпитерианин вдруг
произнес:
- Эй вы, сброд! Вы сказали, что ваш корабль не имеет силового
поля?
Третий робот равнодушно ответил: - Нам оно не нужно.
- Как же тогда ваш корабль выдерживает космический вакуум? Ведь
разность давлений должна разорвать его на куски!
И он изогнул щупальце, словно желая этим немым жестом дать
понять, какова юпитерианская атмосфера, которая давит на вас с
силой двадцать миллионов фунтов на квадратный дюйм.
- Все это очень просто,- ответил ему Третий робот.- Наш корабль
не герметизирован. Давление, что внутри, что снаружи -
одинаковое.
- Даже в космосе? В вашем корабле вакуум? Вы лжете!
- Пойдите и убедитесь сами. Ни силового поля, ни герметичности.
Что же в этом удивительного? Мы не дышим. Свою энергию мы
получаем прямо из атомной. Есть воздух, нет его - нам это
безразлично, и в вакууме мы чувствуем себя не хуже, чем рыба в
воде.
- Но абсолютный нуль?
- Какое это имеет значение? Мы стабилизируем температуру своего
тела. Окружающая температура нас не интересует.- Он помолчал, а
затем добавил: - Ну, мы пойдем на корабль. Прощайте. Мы
передадим людям на Ганимеде ваше заявление: война не на жизнь,
а на смерть!
Однако юпитерианин сказал:
- Подождите немного. Я скоро вернусь.
Он повернул назад и поспешил в город.
Роботы остановились и стали молча ждать.
Прошло не меньше трех часов, прежде чем вернулся представитель
центрального правительства Юпитера, а вернулся он запыхавшись.
Он остановился, как обычно, в десяти футах от роботов, а затем
пал ниц и в такой униженной позе пополз к ним. Он ничего не
говорил до тех пор, пока его резиноподобная серая кожа не
коснулась их, а затем отстучал покорно и уважительно:
- Досточтимые сэры! Я связался с главой нашего центрального
правительства, который лишь теперь узнал обо всех
обстоятельствах дела, и смею вас заверить, Юпитер хочет только
мира.
- Прошу прощения, что вы сказали? - безучастно спросил Третий
робот.
- Мы готовы возобновить контакты с Ганимедом и рады сообщить
вам, что никаких попыток выйти в космос мы предпринимать не
будем. Наши силовые поля будут использованы только для нужд
самого Юпитера.
- Но...- заикнулся было Третий робот.
- Наше правительство охотно примет любого человека, которого
наши досточтимые братья, люди на Ганимеде, пожелают к нам
послать. Милостивые государи, если вы теперь удостоите нас
чести и поклянетесь жить в мире...
К Третьему роботу протянулось покрытое чешуей щупальце
юпитерианина, и тот, словно ошеломленный, пожал его. То же
самое сделали Второй и Первый, когда им были протянуты два
других щупальца.
Юпитерианин торжественно провозгласил: - Да здравствует вечный
и нерушимый мир между Юпитером и Ганимедом!
Космический корабль, протекавший как решето, вновь находился в
открытом космосе. Давление и температура опять упали. Роботы
все смотрели на огромный, постепенно уменьшающийся шар под
названием Юпитер.
- Они, конечно, искренне предлагали мир,- заметил Второй
робот,- и мне очень приятно, что они повернули на 180"198", но
я никак не могу понять, в чем тут дело.
- Я думаю, юпитериане вовремя опомнились и поняли, сколь
пагубна мысль о причинении зла людям, нашим хозяевам,- заметил
Первый робот.- Так что все объясняется весьма просто.
Третий робот глубоко вздохнул и сказал:
- Видите ли, тут проблема чисто психологическая. Эти юпитериане
обладают комплексом превосходства толщиной в милю, так что,
когда им не удалось уничтожить нас, они пошли на все, только бы
спасти свой престиж. Всякие их выверты, объяснения и рассказы
были типичным бахвальством, чтобы пустить нам пыль в глаза,
чтобы мы смирились перед их мощью и превосходством.
- Все это понятно,- прервал его Второй робот,- и все же
почему...
Третий продолжал:
- Но получилось совсем не так, как они рассчитывали. Они
преуспели только в том, что убедились - мы их во всем
превосходим: мы не тонем, не едим и не спим, расплавленный
металл нам не вредит. А отсутствие герметичности на нашем
корабле потрясло их, сыграло роковую роль. Их последним козырем
было силовое поле. Но когда выяснилось, что мы в нем вообще не
нуждаемся и можем жить в вакууме при абсолютном нуле,- это их
совсем доконало, тут все и рухнуло.
Третий робот помолчал, а потом философски изрек:
- Когда комплекс превосходства так вот рушится, то это уж
навсегда.
Второй робот после некоторого раздумья сказал:
- Но все это еще ничего не объясняет. Чего им беспокоиться о
том, что мы можем или не можем? Ведь мы всего лишь роботы.
Воевать-то им придется с людьми.
- В этом-то все дело, приятель,- мягко ответил Третий робот.-
Мне это пришло в голову, только когда мы покинули Юпитер. Ты
знаешь, по своей оплошности, совершенно непреднамеренной, мы
совсем забыли им сказать, что мы только роботы.
- Так никто же нас об этом не спрашивал,- сказал Первый робот.
- Правильно. Поэтому они считали, что мы и есть настоящие люди
и что остальные земляне подобны нам.
Он взглянул еще раз на Юпитер и глубокомысленно заметил:
- Не удивительно, что они решили поджать хвост.
ТАКОЙ ПРЕКРАСНЫЙ ДЕНЬ
Двенадцатого апреля *** года в _д_в_е_р_и, принадлежащей миссис
Хэншоу, по неизвестным причинам поляризовался тормозной клапан модулятора
поля. В результате день у миссис Хэншоу был напрочь испорчен, а у ее сына
Ричарда возник странный невроз.
Это был не тот тип невроза, о котором можно прочитать в обычных
учебниках, и, конечно, маленький Ричард в общем-то вел себя так, как и
должен вести себя хорошо воспитанный двенадцатилетний мальчик в обычных
обстоятельствах.
Однако с 12 апреля Ричард Хэншоу лишь с большим трудом мог заставить
себя пройти через _д_в_е_р_ь.
Миссис Хэншоу проснулась утром, как обычно, когда ее домашний робот
неслышно проскользнул в комнату, неся чашечку кофе на маленьком подносе.
Миссис Хэншоу планировала днем съездить в Нью-Йорк, а до этого ей
нужно было сделать кое-что из того, что нельзя доверить роботу, поэтому,
выпив несколько глотков, она встала с постели.
Робот отодвинулся назад, неслышно скользя по диамагнитному полю,
которое удерживало его овальное тело в полудюйме от пола, и направился
обратно в кухню, где нажал на соответствующие кнопки различных кухонных
приборов, и вскоре был готов стандартный завтрак.
Миссис Хэншоу, одарив обычным сентиментальным взглядом кубографию
своего покойного мужа, с обычным удовольствием прошла через все стадии
обычного утреннего ритуала. Она слышала, как в конце залы ее сын совершает
свой туалет, но знала, что ей нет нужды вмешиваться. робот сам присмотрит
за тем, чтобы Ричард принял душ, сменил одежду и хорошо позавтракал.
тергодуш, который она установила в прошлом году, делал умывание и сушку
такими быстрыми и приятными, что она не сомневалась, дики умоется даже без
уговоров.
Единственное, что ей предстояло сделать, - это чмокнуть мальчика в
щеку перед его уходом. Она услышала, как робот издал мягкий звон,
означавший, что приближается время начала занятий в школе, и опустилась в
силовом лифте на нижний этаж, чтобы исполнить свой материнский долг.
Ричард, с карманным проектором и роликами учебных фильмов,
болтавшимися на плече, стоял у _д_в_е_р_и. Вид у него был очень хмурый.
- Послушай, мам, - сказал он, - я набрал координаты школы, но ничего
не получилось.
Почти автоматически она сказала:
- Чепуха, Дики. я никогда не слышала ни о чем подобном.
- Тогда попробуй сама.
Миссис Хэншоу попробовала несколько раз. Странно. _Д_в_е_р_ь школы
всегда была настроена на общий прием. Она стала набирать другие координаты
- тоже безуспешно. _Д_в_е_р_и ее друзей, возможно, и не были настроены на
прием, но в этом случае появился бы сигнал и все было бы понятно. Но в
этот день, несмотря на все ее манипуляции, _д_в_е_р_ь_ оставалась
безжизненным серым барьером. несомненно, _д_в_е_р_ь_ сломалась, а ведь
прошло всего пять месяцев после ежегодного осеннего осмотра, проводимого
фирмой.
Миссис Хэншоу не на шутку рассердилась.
И почему эта поломка произошла именно в тот день, на который она
запланировала так много дел? Миссис Хэншоу с обидой вспомнила, как месяц
назад отказалась от установки дополнительной _д_в_е_р_и, чтобы избежать
лишних расходов. Откуда ей было знать, что _д_в_е_р_и_ стали такими
ненадежными?
Она подошла к видеофону, все еще кипя от гнева, и сказала Ричарду:
- Дики, пройди по дороге и воспользуйся _д_в_е_р_ь_ю_ Уильямсонов.
Как ни странно - если учесть последующие события, - Ричард
воспротивился:
- Да, но, мам, я запачкаюсь. Может, я лучше останусь дома до тех пор,
пока не починят _д_в_е_р_ь?
И тоже, как ни странно, миссис Хэншоу настояла на своем решении. Не
отрывая пальца от наборного диска видеофона, она сказала:
- Ты не испачкаешься, если оденешь на ботинки галоши, и не забудь
хорошенько почиститься перед тем, как войдешь в дом.
- Но...
- И никаких возражений, Дики. Ты должен быть в школе. Я посмотрю, как
ты уходишь. Только побыстрее, а то опоздаешь.
Робот - это была очень сообразительная машина новейшей модели - уже
стоял перед Ричардом, услужливо протягивая галоши.
Ричард натянул на ботинки прозрачные пластиковые щитки и с явной
неохотой двинулся к выходу.
- Я даже не знаю, как открыть эту штуку, мам.
- Просто нажми вон на ту кнопку, - показала миссис Хэншоу. - Красную
кнопку. На ней написано "аварийный выход". И не копайся. Ты не хочешь,
чтобы робот пошел с тобой?
- Нет, черт возьми, - угрюмо ответил Ричард. - Кто я, по-твоему,
ребенок? - его бормотание оборвал звук захлопнувшейся двери.
Едва качаясь пальцами диска видеофона, миссис Хэншоу набрала нужный
номер и довольно громко высказала фирме свое мнение о ее продукции.
Джо Лум, скромный молодой человек, за плечами у которого были
техникум и курсы повышения квалификации в области механики силовых полей,
прибыл в резиденцию хэншоу меньше, чем через полчаса. он действительно был
весьма компетентен, хотя у миссис Хэншоу его молодость вызвала
инстинктивное недоверие.
Она открыла подвижную панель дома, как только Джо Блум посигналил, и
увидела, что он энергично отряхивается, стараясь удалить уличную пыль.
Галоши он уже сбросил. Миссис Хэншоу закрыла панель, избавившись таким
образом от резкого солнечного света, проникавшего в дом.
- Я рада, что хоть кто-то явился, - резко ответила миссис Хэншоу на
приветствие механика. - У меня весь день пропал.
- Мне очень жаль, мэм. Так что же случилось?
- Она просто не работает. Вообще ничего не происходит, когда
набираешь координаты, - сказала миссис Хэншоу. - И это началось без
всякого предупреждения. Мне пришлось отослать сына к соседям через эту...
эту штуку.
Она указала на "аварийный выход", у которого встретила механика.
Он улыбнулся и заговорил тоном человека, получившего специальные
знания о _д_в_е_р_я_х.
- Это тоже дверь, мэм. Только это слово пишется не с заглавной буквы.
Это нечто вроде механической двери. Раньше других-то и не было.
- Ну, по крайней мере она работает. Моему мальчику пришлось выйти в
грязь и стать добычей микробов.
- На улице неплохая погода, мэм, - сказал механик с видом знатока -
человека, профессия которого вынуждает
...Закладка в соц.сетях
