Жанр: Научная фантастика
Позитронные роботы 4.Роботы и империя
...бы защитить вас. К счастью,
мишенью были не вы: бластер был направлен в голову Жискара.
- Почему в Жискара?
- Разве робот мог стрелять в человека? По какой-то причине робот стрелял в Жискара.
Поэтому, если мы будем рядом с вами, это только увеличит опасность для вас. Не забывайте,
что разговоры о вчерашнем событии распространяются, и хотя земное правительство пыталось
умолчать о деталях, все равно пойдут слухи, что робот стрелял из бластера. Это возбудит
общественное негодование против роботов - против нас, и даже против вас, если вы упорно
станете показываться с нами. Вам будет лучше без нас.
- Надолго?
- По крайней мере, до того времени, как закончится ваша миссия, мадам. Капитан сумеет
лучше чем мы помочь вам в это время. Он знает землян, он о них высокого мнения... и очень
высокого мнения о вас, мадам.
- Откуда ты знаешь, что он высокого мнения обо мне?
- Хоть я и робот, но мне так кажется. И мы, разумеется, вернемся, как только вы
пожелаете. Но сейчас, мы думаем, самый лучший способ служить вам и защищать вас - это
оставить вас в руках капитана Бейли.
- Я об этом подумаю, - сказала Глэдис.
Дэниел повернулся и тихо спросил Жискара:
- Она захочет?
- Не только захочет, - ответил Жискар. - Она всегда была чуточку беспокойна в моем
присутствии и не будет страдать от моего отсутствия. А вот к тебе, друг Дэниел, у нее
противоречивые чувства. Ты напоминаешь ей друга Джандера, дезактивация которого так
травмировала ее много десятилетий назад. Это и привлекает, и отталкивает ее, так что мне надо
было сделать немногое: я уменьшил ее влечение к тебе и увеличил и так сильное влечение к
капитану.
Она легко обойдется без нас, друг Дэниел, - сделал вывод Жискар.
- Тогда пойдем к капитану, - сказал Дэниел, и они вышли в коридор.
94
И Дэниел, и Жискар уже бывали на Земле, причем Жискар сравнительно недавно. Они
умели пользоваться компьютеризированным справочником, который указал им сектор, крыло и
номер квартиры, отведенной Диджи, и понимали цветные коды в коридорах, указывающие им
правильные повороты в лифты.
Для большого движения было еще рано, но встречные были, и ошеломленно посмотрев на
Жискара, затем подчеркнуто равнодушно отворачивались.
Шаги Жискара стали неровными, когда они подошли к двери квартиры Диджи. Это было
почти незаметно, но привлекло внимание Дэниела.
- С тобой что-то не так, друг Жискар?
- Мне пришлось отгонять изумление, подозрительность, даже просто внимание во
многих мужчинах и женщинах и в одном подростке, с которым было труднее. Я не имел
времени полностью удостовериться, не нанес ли я им вреда?
- Но сделать так было необходимо: мы не должны позволить остановить себя.
- Я понимаю, но Нулевой Закон плохо работает во мне. У меня нет твоей легкости в этом
отношении, - он продолжал, как бы желая отвлечься от своего дискомфорта: - Я часто
замечал, что гиперсопротивление на позитронных путях действует сначала на ноги, а потом
уже на речь.
Дэниел нажал кнопку звонка и сказал:
- У меня тоже так, друг Жискар. Поддерживать равновесие на двух опорах трудно при
самых лучших обстоятельствах. Контролировать устойчивость при ходьбе труднее. Я слышал
однажды, что когда-то были попытки производить роботов с четырьмя ногами и двумя руками.
Их называли "кентаврами". Работали они хорошо, но их не приняли из-за их явно
нечеловеческой внешности.
- В данный момент, - сказал Жискар, - я был бы рад четырем ногам. Но я думаю, что
чувство дискомфорта проходит.
В дверях показался Диджи и посмотрел на роботов, широко улыбаясь. Но когда он бросил
взгляд в обе стороны коридора, его улыбка исчезла.
- Что вы здесь делаете без Глэдис? Она не...
- Капитан, с мадам Глэдис все хорошо, - сказал Дэниел. - Мы можем войти и
объяснить?
Диджи сердито сделал приглашающий жест. Голос его стал грубым, так обычно говорят с
капризничающей машиной.
- Почему вы оставили ее одну? Какие обстоятельства могли позволить вам оставить ее в
одиночестве?
- Она не более одинока, чем любая особа на Земле, и не в большей опасности. Если вы
потом спросите ее, она вам скажет, что не может эффективно действовать здесь, на Земле, если
по ее пятам ходят космонитские роботы. Я уверен, что она скажет вам, что ей вполне хватит
вашего руководства и защиты, и вы это сделаете лучше, чем роботы. Мы уверены, что она
желает этого - по крайней мере, сейчас. Если через какое-то время она пожелает нас вернуть,
то мы вернемся.
Диджи снова заулыбался.
- Значит, она желает моей защиты?
- В данный момент, капитан, она больше заинтересована в вашем присутствии, чем в
нашем.
Улыбка Диджи превратилась в ухмылку.
- Кто бы стал порицать ее? Я пойду к ней, как только смогу.
- Но сначала, сэр...
- О, - воскликнул Диджи, - есть еще что-то?
- Да, сэр. Мы встревожены насчет робота, который стрелял вчера.
Диджи снова напрягся.
- Вы ожидаете новой опасности для мадам Глэдис?
- Ни в коем случае. Тот робот стрелял не в леди Глэдис. Как робот он не мог этого
сделать. Он стрелял в друга Жискара.
- Зачем это ему?
- Вот это мы и хотели бы узнать. И для этого нам нужно поговорить с мадам Кинтаной,
заместителем министра по энергетике. Это может оказаться очень важным и для вас, и для
правительства Бейли-мира, если вы попросите ее позволить мне задать ей несколько вопросов.
Мы просим вас постараться убедить ее согласиться на эту встречу.
- И только-то? Больше вы ничего не хотите? Чтобы я убеждал земное и очень занятое
официальное лицо подвергнуться перекрестному допросу со стороны роботов?
- Сэр, - сказал Дэниел, - она, наверное, согласится, если вы достаточно
заинтересованы в расследовании. И еще: поскольку она, возможно, находится далеко отсюда,
было бы полезно нанять для нас дартер, чтобы доставить нас туда. Мы, как вы понимаете,
спешим.
- Кроме этих мелочей, больше ничего?
- Не совсем так, - сказал Дэниел. - Нам еще нужен водитель, и вы, пожалуйста,
заплатите ему как следует, чтобы он согласился везти друга Жискара, явного робота. Меня-то
он за робота не примет.
- Надеюсь, вы понимаете, Дэниел, - сказал Диджи, - что вы просите о совершенно
немыслимом.
- Я надеялся, что это не так, сэр. Но, поскольку вы так считаете, говорить больше не о
чем. Нам придется вернуться к леди Глэдис, и она будет очень недовольна, потому что хотела
быть только с вами.
Он повернулся к выходу, но Диджи сказал:
- Подождите. В коридоре есть общественный коммуникатор. Я попробую. Оставайтесь
здесь и ждите меня.
Два робота остались. Дэниел спросил:
- Ты многое сделал, друг Жискар?
Теперь Жискар вроде бы крепко держался на ногах.
- Я ничего не мог. Он очень сильно противился иметь дело с мадам Кинтаной и так же
сильно - чтобы нанять машину. Я не мог изменить эти чувства, не нанося ущерба. Но когда ты
намекнул на наше возвращение к мадам Глэдис, его настроение внезапно и драматически
изменилось. Ты предчувствовал это, друг Дэниел?
- Да.
- Похоже, что ты едва ли нуждаешься во мне. Есть разные способы исправления мозгов.
Но кое-что я все-таки сделал. Изменение в мыслях капитана сопровождалось сильными и
благоприятными эмоциями по отношению к мадам Глэдис. И я их усилил.
- Это и есть причина, по которой ты нужен. Я не мог бы этого сделать.
- Ты еще будешь способен к этому, друг Дэниел. Может быть, очень даже скоро.
Диджи вернулся.
- Как это ни невероятно, но она хочет увидеть вас, Дэниел. Дартер и водитель будут
через минуту, и чем скорее вы уедете, тем лучше. Я сразу же отправлюсь к Глэдис.
Оба робота вышли в коридор и стали ждать там. Жискар сказал:
- Он очень счастлив.
- Так и должно быть, друг Жискар. Но я боюсь, что легкие дела для нас кончились. Мы
легко устроили все так, чтобы мадам Глэдис предоставила нас самим себе. Затем мы с
некоторым трудом убедили капитана устроить нам встречу с заместителем министра. Но вот с
ней как бы нам не придти к печальному концу.
Водитель бросил один взгляд на Жискара и его решимость как рукой сняло.
- Послушайте, - сказал он Дэниелу, - мне обещали заплатить вдвое, если я повезу
робота, но роботам не разрешается быть в Городе, и я могу нарваться на кучу неприятностей.
Монета мне не поможет, если я потеряю лицензию. Может, я отвезу только вас, мистер?
- Я тоже робот, сэр. Сейчас мы уже в Городе, и это не ваша вина. Мы собираемся
выехать из Города, и вы поможете нам. Мы едем к высокому правительственному чину,
который, я надеюсь, это устроит, и ваш гражданский долг помочь нам.
Если вы откажитесь везти нас, водитель, вы таким образом оставите нас в Городе, и это
могут счесть противозаконным.
Лицо водителя стало спокойным. Он открыл дверцу и ворчливо сказал:
- Садитесь!
Тем не менее он тщательно задвинул толстую прозрачную перегородку, отделявшую его
от пассажиров.
Дэниел тихо спросил:
- Много пришлось исправить, друг Жискар?
- Очень мало. В основном сработали твои слова. Просто поразительна коллекция
утверждений, которыми можно правильно пользоваться как индивидуально, так и в
комбинации, чтобы добиться эффекта, какого истина не дала бы.
- Я часто замечал это в человеческих разговорах, друг Жискар, даже среди обычно
правдивых людей. Я полагаю, мозг таких людей оправдывает это как служащее высокой цели.
- Нулевой Закон, ты хочешь сказать.
- Или его эквивалент, если человеческий мозг имеет такой эквивалент. Друг Жискар, ты
сказал недавно, что я буду иметь твои силы и, возможно, скоро. Ты готовишь меня для этой
цели?
- Да, друг Дэниел.
- Зачем? Могу я спросить?
- Опять же Нулевой Закон. Недавний эпизод со слабостью ног показал мне, насколько я
уязвим, когда пытаюсь применить Нулевой Закон. До этого дня я собирался действовать по
Нулевому Закону, чтобы спасти мир и человечество, но наверное, не смогу. В этом случае ты
должен быть в состоянии сделать работу. Я постепенно готовлю тебя, так что в нужный момент
я передам тебе последние инструкции, и все встанет на место.
- Не понимаю, как это может быть.
- Поймешь, когда настанет время. Я пользовался этой техникой в очень малой степени
на роботах, которых использовал на Земле в давние времена, когда их еще не изгоняли из
Городов, и они помогали мне направлять земных лидеров на одобрение отправки поселенцев.
Водитель, дартер которого был не на колесах, а плыл примерно в сантиметре от пола, вел
его по специально предназначенным для таких машин коридорам. Машина шла очень быстро,
оправдывая свое название.
Она появилась в обычном коридоре, идущим параллельно экспресс-путям, свернула
влево, нырнула под экспресс-пути, вышла с другой стороны и, пропетляв с полкилометра,
остановилась перед богато украшенным зданием. Дверь дартера открылась автоматически.
Дэниел вышел, подождал Жискара и протянул водителю монету, которую получил от Диджи.
Водитель внимательно рассмотрел ее, резко хлопнул дверцей и быстро умчался, не сказав ни
слова.
Дэниел дал сигнал, но дверь открылась не сразу. Дэниел подумал, что их проверяют.
Наконец дверь открылась, и молодая женщина проводила их в главную часть здания. Она
избегала смотреть на Жискара, но с большим интересом поглядывала на Дэниела.
Заместитель министра мадам Кинтана сидела за большим письменным столом. Она
улыбнулась и сказала с несколько натянутым смехом:
- Два робота без сопровождения человека. Мне не грозит опасность?
- Абсолютно никакой, мадам Кинтана, - серьезно сказал Дэниел, - это нам
непривычно видеть человека, не сопровождаемого роботами.
- Уверяю вас, у меня есть роботы, - сказала Кинтана. - Я называю так помощников, и
одна из них встретила и привела вас сюда. Я поражена, что она не упала в обморок при виде
Жискара. Она могла бы, если бы ее не предупредили и если бы вы, Дэниел, не имели такой
интересной внешности. Но речь не об этом. Капитан Бейли был так настойчив в своем желании,
чтобы я увиделась с вами, а поддерживать добрые отношения со значительным Поселенческим
Миром в моих интересах, поэтому я согласилась на эту встречу. Но день у меня очень загружен,
так что я буду очень благодарна, если мы проведем это дело быстро. Что я могу сделать для
вас?
- Мадам Кинтана... - начал Дэниел.
- Минуточку. Может, вы сядете? В прошлый вечер вы сидели.
- Мы можем сесть, но нам все равно, сидеть или стоять.
- Но мне не все равно. Мне стоять неудобно, а если я сяду, я должна задирать голову,
чтобы видеть вас. Так что, пожалуйста, возьмите стулья и садитесь. Спасибо. Ну, Дэниел, в чем
дело?
- Мадам Кинтана, вы, я думаю, помните инцидент с бластером после банкета.
- Конечно. Я знаю, что из бластера стрелял гуманоидный робот, хотя официально мы не
признали этого. Но сейчас я сижу против двух роботов и не имею защиты. А один из вас тоже
гуманоидный.
- У меня нет бластера, мадам, - сказал с улыбкой Дэниел.
- Я верю. Тот гуманоидный робот вовсе не был похож на вас, Дэниел. Вы -
произведение искусства, вы это знаете?
- Я очень сложно запрограммирован, мадам.
- Я имею в виду вашу внешность. Так вот насчет инцидента с бластером?
- Мадам, у того робота есть где-то на Земле база, и я должен знать, где она. Я приехал с
Авроры с приказом отыскать эту базу и предупредить инциденты, могущие нарушить мир
между нашими планетами. У меня есть основания считать...
- Вы приехали? Не капитан? Не мадам Глэдис?
- Мы , мадам, Жискар и я. Я не имею права сказать вам, каким образом мы пришли к
пониманию задачи, и не могу назвать вам имя человека, по приказу которого мы действуем.
- Подумать только! Межзвездный шпионаж! Очаровательно! Какая жалость, что я не
могу помочь вам. Я не знаю, откуда взялся тот робот, не имею представления, где может быть
его база. И даже не понимаю, почему вы пришли именно ко мне за такой информацией. На
вашем месте я обратилась бы в Департамент Безопасности, - она наклонилась к Дэниелу. -
На вашем лице настоящая кожа, Дэниел? Если нет, то это изумительная имитация, - она
протянула руку и осторожно дотронулась до его щеки. - Она даже на ощупь настоящая.
- Тем не менее, мадам, это не настоящая кожа. Если ее разрезать, она сама собой не
зарастет. Но, с другой стороны, ее легко зашить и даже наложить заплату.
- Ох! - сказала Кинтана, сморщив нос. - Но ваше дело закончено, поскольку я не могу
помочь вам. Я ничего не знаю.
- Позвольте мне кое-что объяснить, мадам. Тот робот, по-видимому, был частью группы,
заинтересованной в ускорении энергопроизводящего процесса, который вы вчера описали -
расщепления. Допустим, что это так и есть. Кто-то интересуется расщеплением и содержанием
урана в земной коре. Какое место подошло бы этим людям в качестве базы?
- Старые урановые рудники, возможно. Но я не знаю, где они расположены. Поймите,
Дэниел, у Земли почти суеверное отвращение ко всему ядерному, в особенности к
расщеплению. В наших популярных работах по энергии вы не найдете почти ничего насчет
расщепления, а в технических изданиях для специалистов - только голую суть. Даже я очень
мало знаю об этом, тем более что я администратор, а не ученый.
- Тогда еще кое-что, мадам. Мы допрашивали робота-убийцу насчет местонахождения
его базы, и допрашивали очень строго. Но он был запрограммирован на дезактивацию, на
полное замораживание мозга в случае допроса, и он так и сделал. Однако перед этим, в
последней борьбе между дезактивацией и приказом отвечать, он трижды открыл рот, вроде бы
собираясь сказать три слова, три группы слов, три слога или любую комбинацию этого. Второй
слог или слово был "миль". Означает ли это что-нибудь как имеющее отношение к
расщеплению?
Кинтана медленно покачала головой.
- Нет, не могу сказать, что это значит. Такого слова вы не найдете в словаре
Галактического Стандартного. Простите меня, Дэниел. Приятно было встретиться с вами снова,
но мой стол завален бумагами, которые нужно обработать. Надеюсь, вы поймете и извините
меня.
Дэниел сказал, как бы не слыша ее слов:
- Я слышал, мадам, что "миль" - какая-то древняя мера длины, кажется, больше
километра.
- Даже если это и правда, это слово тут совсем неуместно. Откуда аврорскому роботу
знать старинные... - она неожиданно замолчала. Глаза широко раскрылись, лицо потеряло
краски. - Постойте! Неужели...
- Что, мадам?
- Есть место, которое избегают все - и земляне и роботы. Драматично выражаясь -
заклятое место. Настолько зловещее, что начисто вытравилось из сознания. Его нет даже на
картах. Это квинтэссенция всего, что означает расщепление. Я помню, что наткнулась на него в
очень старом фильме еще в самом начале работы здесь. Та говорилось насчет местоположения
"инцидента", который навеки отвел мысли землян от расщепления, как источника энергии. Это
место называлось "Трехмильный остров".
- Значит, место абсолютно изолированное, - сказал Дэниел, - свободное от какого бы
то ни было вторжения. Место, где наверняка есть расщепляющиеся материалы, идеальное для
тайной базы, и с трехсложным названием, где "миль"
- средний слог. Именно это место и есть, мадам. Не скажите ли вы нам, как туда
добраться, и не поможете ли с разрешением выйти из Города и попасть на этот Трехмильный
остров?
Кинтана улыбнулась. Улыбка молодила ее.
- Ясно, что если вы имеете дело с интересным случаем межзвездного шпионажа, вы не
можете терять времени, верно?
- Действительно, не можем, мадам.
- Ладно, сочтем, что в круг моих обязанностей входит повидать этот Трехмильный
остров. Почему бы мне не взять с собой вас в автокар? Я умею управлять им.
- Мадам, но ваша куча бумаг...
- Ее никто не тронет. Она так и будет тут, пока я не вернусь.
- Но вам придется выехать из Города...
- Ну и что? Сейчас не старые времена. В древние тяжелые дни космонитского
господства земляне никогда не выходили из Городов, но теперь мы почти два столетия
выходим и даже заселяем Галактику. Есть, конечно такие, кто придерживается старых обычаев,
но большинство стали вполне мобильными. Наверное, мы всегда думаем, что со временем
присоединимся к какой-нибудь Поселенческой группе. Сама я не намерена этого делать, но
часто летаю в собственном автокаре, и пять лет назад летала в Чикаго и обратно. Посидите, я
сейчас отдам распоряжение.
Ее как ветром сдуло. Дэниел взглянул ей вслед и прошептал:
- Друг Жискар, это вроде бы не характерно для нее. Ты что-то сделал?
- Чуточку. Когда мы входили, мне показалось, что проводившая нас сюда молодая
женщина была привлечена твоей внешностью. Я был уверен, что тот же фактор присутствовал
в мозгу мадам Кинтаны вчера на банкете, хотя и был очень далеко от нее и было много другого
народа. Здесь, как только ты начал с ней разговор, влечение было безошибочным. Я
мало-помалу усиливал его, и каждый раз, когда она намекала на конец встречи, она была все
менее решительной и всерьез не возражала против продолжения разговора. И, наконец, когда
она сказала насчет автокара, ей, я уверен, не хотелось упускать шанса побыть с тобой
подольше.
- Это может осложнить мне дело, - задумчиво сказал Дэниел.
- Все это ради доброй цели, - сказал Жискар. - Думай об этом в пределах Нулевого
Закона.
Казалось, он улыбнулся, говоря это, хотя его лицо не могло иметь такого выражения.
Кинтана облегченно вздохнула, когда посадила автокар на подходящее для этого место.
Тут же подошли два робота - осмотреть машину и при необходимости перезарядить.
Кинтана перегнулась через Дэниела и показала вправо:
- Вон там, в нескольких километрах отсюда река. Какой жаркий день, - она
выпрямилась с явной неохотой и улыбнулась Дэниелу. - Это самое плохое, когда покидаешь
Город. Окрестности совершенно не контролируются. Подумать только - позволить быть такой
жаре! Вы ее не чувствуете, Дэниел?
- У меня внутренний термостат, мадам, он хорошо работает.
- Чудесно. Хотела бы я иметь такой. В этих местах нет дороги, Дэниел, и нет роботов,
которые проводили бы вас, потому что они никогда туда не ходят. И я не знаю, где именно
нужное место. Мы должны идти наугад и можем пройти мимо базы, даже если она окажется
совсем рядом.
- Не "мы", мадам. Вам надо остаться. Дальнейшее может быть опасным, но и в любом
случае вы без кондиционера, и путешествие будет для вас физически непосильным. Могли бы
вы подождать нас, мадам? Для меня это было бы очень важно.
- Я подожду.
- Но мы можем затратить несколько часов.
- Здесь есть кое-какие развлечения в расположенном неподалеку маленьком Городе
Гаррибург.
- В таком случае, мы пошли, мадам.
Дэниел легко вышел из автокара, и Жискар последовал за ним. Был полдень, и яркое
солнце отражалось в полированных частях тела Жискара.
- Любой признак мысленной активности, который ты заметишь, будет тем, что мы
ищем, - сказал Дэниел. - Здесь на много километров вокруг нет никого другого.
- Ты уверен, что мы сможем остановить их, если найдем?
- Нет, друг Жискар, не уверен, но мы должны.
Ленуар Мандамус хмыкнул и, скупо улыбнувшись, посмотрел на Амадейро.
- Поразительно, - сказал он. - И более чем удовлетворительно.
Амадейро вытер лицо концом полотенца и спросил:
- Что это означает?
- Это означает, что все релейные станции в рабочем состоянии.
- Значит, вы можете приступить к усилению?
- Как только рассчитаю правильную концентрацию частиц.
- И долго это продлится?
- Минут пятнадцать. Может, тридцать.
Амадейро ждал, все более хмурясь, пока Мандамус не сказал:
- Все в порядке. Я хочу установить на произвольной шкале 2,72. Это даст нам полтора
столетия, прежде чем высший уровень равновесия достигнет того, что будет поддерживаться
без существенных изменений миллионы лет. При этом уровне Земля, в лучшем случае может
иметь лишь несколько разбросанных групп людей в относительно мало радиоактивных
районах. Нам останется только подождать полтора столетия, и дезорганизованные групп
Поселенческих Миров станут нашей легкой добычей.
- Я не проживу еще полтора столетия, - сказал Амадейро.
- Сочувствую, сэр, - сухо ответил Мандамус, - но мы сейчас говорим об Авроре и
Внешних Мирах. Появятся другие, которые возьмут на себя вашу задачу.
- Вы, например?
- Вы мне обещали главенство в Институте и, как вы знаете, я жаждал этого. С этой
политической базы я могу надеяться стать когда-нибудь Председателем, и я поведу такую
политику, которая обеспечит растворение анархических миров поселенцев.
- Приятно слышать. А что, если вы установите поток V-частиц, а кто-нибудь возьмет, да
и понизит его еще на полтора столетия?
- Невозможно, сэр. Как только прибор включится, внутриатомный сдвиг застынет в этом
положении. После этого процесс становится необратимым, что бы ни случилось. Все это место
может испариться, а земная кора все равно будет медленно гореть. Полагаю, что можно
построить целиком новую систему, если кто-то на Земле или из поселенцев смог бы
сдублировать мою работу, но даже в этом случае доза радиоактивности только увеличится, но
не уменьшится. Второй закон термодинамики присмотрит за этим.
- Мандамус, вы сказали, что жаждете быть Главой. Однако, это зависит от меня, значит,
я и должен решать ЭТО дело...
- Нет, сэр, не вы, - холодно сказал Мандамус. - Детали этого процесса известны мне, а
не вам. Эти детали закодированы в том месте, которого вы не найдете, и к тому же оно
охраняется роботами, которые скорее уничтожат их, чем отдадут в ваши руки. Вы не можете
повлиять на них, а я могу.
- Тем не менее, - сказал Амадейро, - вам очень важно будет получить мое одобрение.
Если вы вырвете главенство из моих наделяющих рук каким бы то ни было способом, вы
будете иметь постоянную оппозицию среди других членов Совета, что будет мешать вам все
ваши десятилетия на этом посту. Вы хотите только титула Главы или возможности
пользоваться всем, что связано с истинным лидерством?
- Разве сейчас время говорить о политике? Минуту назад вы рвали и метали, что я
задержусь на пятнадцать минут над компьютером.
- Да, но сейчас мы говорим об установлении потока частиц. Вы хотите поставить его на
2,72 - что это за цифра? - а я гадаю, правильно ли это. Какой высший ряд вы можете
установить?
- Шкала от нуля до двенадцати, но требуется 2,72и 0,06, если вы желаете большой
точности. На основании рапортов со всех четырнадцати реле, это даст нам промежуток на
полтора столетия до равновесия.
- Но я думаю, что правильной цифрой будет двенадцать.
Мандамус с ужасом уставился на него.
- 12? Да вы понимаете, что это означает?
- Да. Это означает, что Земля станет радиоактивной для жизни через десять-двенадцать
лет, и в этом процессе мы убьем несколько миллиардов землян.
- И развяжем войну с разъяренной федерацией поселенцев. Зачем вам эта резня?
- Повторяю вам: я не надеюсь прожить еще полтора столетия, но хочу при жизни
увидеть уничтожение Земли.
- Но вы также обеспечите искалечение - это в лучшем случае - Авроры. Не может
быть, чтобы вы говорили серьезно.
- Вполне серьезно. У меня два столетия поражения и унижения.
- Их принесли вам Хэн Фастальф и Жискар, но не Земля.
- Нет, их принес землянин Илия Бейли.
- Он умер более полутора столетий назад. Чего стоит момент мести давно умершему
человеку?
- Я не хочу спорить об этом. Я сделаю вам предложение: главенство немедленно. Как
только мы вернемся на Аврору, я уйду со своего поста и назначу вас на свое место.
- Нет. Я не хочу главенства на таких условиях. Смерть миллиардов!
- Миллиардов ЗЕМЛЯН. Ну, тогда я не могу доверить вам действие. Покажите мне -
МНЕ - как включить контрольный прибор, и я возьму всю ответственность на себя. Но все
равно по возвращении я уйду со своего поста и отдам его вам.
- Нет. Это все равно будет означать смерть миллиардов и, кто знает, скольких
миллионов космонитов. Доктор Амадейро, поймите, пожалуйста, что я ни в коем случае не
сделаю этого, а вы без меня не сможете сделать. Механизм включается отпечатком пальца моей
руки.
- Я прошу вас.
- Вы не в своем уме, если просите, несмотря на то, что я вам сказал.
- Это, Мандамус, ваше личное мнение. Я не настолько безумен, чтобы не сообразить
разослать всех здешних роботов по разным местам. Мы с вами здесь одни.
Мандамус приподнял
...Закладка в соц.сетях
