Жанр: Наука
Крылья феникса Введение в квантовую мифофизику
...ание носит, в общем,
прагматический характер. Скажем, рассчитать точную траекторию падения
монетки с учетом ее вращения, сил сопротивления воздуха и т. п. в рамках
классической физики в принципе возможно, хотя это — достаточно сложная
физическая задача. Вместо того, чтобы решать ее в каждом конкретном случае,
мы прибегаем к вероятностным соображениям, когда говорим, что при достаточно
большом числе испытаний приблизительно в половине случаев монетка упадет
«орлом», а в половине — «решкой». Тем не менее,
если нам очень уж захочется, мы вполне можем сделать гораздо больше, а
именно, рассчитать движение монетки полностью и предсказать, как она упадет
в данном конкретном случае. Другое дело, что во многих реальных задачах
такая возможность остается
только принципиальной — скажем, в задачах
молекулярной физики, где нужно рассматривать совместно уравнения движения
для колоссального числа частиц. Для многих физически важных задач движение к
тому же оказывается неустойчивым, и уже малая неопределенность в задании
начальных условий приводит к сколь угодно большой неопределенности в решении
через большие промежутки времени. В таких случаях
прагматическииспользование понятия вероятности оказывается не только возможным, но и
неизбежным. Однако
в принципе нет никаких ограничений на сколь угодно точное
определение начальных условий и сколь угодно точное решение задачи.
В рамках «ньютоновско-картезианской парадигмы» казалось
бесспорным, что в принципе можно предсказать или объяснить любое явление,
если знаешь достаточно детально все причинно-следственные связи в системе. В
квантовой механике основной математический объект — волновая функция --
тоже подчиняется
детерминистскому уравнению (уравнению Шредингера) и тем
самым может быть в принципе найдена сколь угодно точно. Однако
непосредственно она
неизмерима и определяет лишь
вероятности исхода
различных физических экспериментов («статистическая
интерпретация» М. Борна). Важно подчеркнуть, что, в отличие от
классической физики, никаких предсказаний для результатов
индивидуальногофизического эксперимента в квантовой механике сделать нельзя. Например,
квантовая механика может в принципе рассчитать, с какой вероятностью ядро
радиоактивного изотопа распадется в определенный день с 10 утра до 5 вечера,
и эти статистические предсказания при наличии достаточно большого числа ядер
будут точны (скажем, если указанная вероятность была 20%, то в 5 вечера
действительно останется лишь 80% ядер данного типа от числа бывших в 10
утра). Но она
не может ответить на вопрос, когда именно распадется данное
конкретное ядро, и распадется ли оно вообще в указанный промежуток времени.
Более того, утверждается, что ответ на этот вопрос невозможен
принципиально.
Внезапно они умирают; среди ночи народ возмутится, и они исчезают; и
сильных изгоняют не силою... Он сокрушает сильных
без исследования и
поставляет других на их места.
(Иов 34:20,24)
В этом смысле фундаментальное для всей европейской науки понятие
причинности радикально пересматривается. Скажем, данное конкретное ядро
распалось ровно в 12 часов 37 минут 00 секунд;
причину этого события,
объясняющую, почему оно не произошло, скажем, на две минуты раньше или
позже, указать нельзя — оно
вполне могло произойти раньше или позже, а вот
произошло именно сейчас — и бессмысленно спрашивать «почему».
Эту особенность квантовой механики в особенности подчеркивал В. Паули.
Для Паули свобода, характерная для индивидуальных событий, есть
наиболее важный урок квантовой механики. Он часто ссылался на философию
Шопенгауэра, базовыми элементами которой были воля (Wille) и представление
(Vorstellung), т. е. (иррациональная) свобода выбора и (рациональная) идея.
(
K. V. Laurikainen. The message of the atoms. Essays
on Wolfgang Pauli and unspeakable. Berlin, 1997)
Современному человеку, принадлежащему к европейской (в широком смысле
слова) культуре и воспитанному в почтении к науке (часто без реальной
потребности в понимании ее методов и результатов!), понятие причинности
кажется самоочевидным. На простом понятии кармы как всеобщей механической
связи явлений основана «популярная» эзотерическая традиция,
восходящая к индуизму. В то же время многие канонические тексты (особенно
буддийской традиции) подчеркивают невозможность говорить о причинах на самом
глубоком уровне реальности. Логико-философское опровержение категории
причинности дано в трактате Нагарджуны «Двенадцать врат» (см.
главу 3). К этой проблеме рано или поздно подходит человек в процессе
духовного роста.
Бхагаван: На что опираешься ты, Манджушри, когда осуществляешь
праджняпарамиту [запредельную мудрость]?
Манджушри: Я совершенно не имею опоры в то время, когда осуществляю
праджняпарамиту.
Бхагаван: Когда ты безопорен, Манджушри, то это и есть осуществление
праджняпарамиты?
Манджушри: Когда не опираются ни на что, то это, о Бхагаван, и есть
осуществление праджняпарамиты... Потому, что осуществление праджняпарамиты
не имеет под собой опоры в виде любой дхармы, которую можно оставить или
схватить.
(Сутра запредельной мудрости в 700 строк)
Подобное ощущение не чуждо и «светской» культуре, по
крайней мере, в ее высших проявлениях. Как писал А. Пушкин, «Случай --
мощное оружие Провидения». Развивая эту мысль, А. Синявский в
«Прогулках с Пушкиным» подчеркивает принципиальный
«индетерминизм» мира великого поэта:
Идея рока... действующая с мановением молнии, лишена у него [Пушкина]
строгости и чистоты религиозной доктрины. Случай — вот пункт, ставящий эту
идею в позицию безликой и зыбкой неопределенности, сохранившей тем не менее
право вершить суд над нами. Случай на службе рока прячет его под покров
спорадических совпадений, которые, хотя и случаются с подозрительной
точностью, достаточно мелки и капризны, чтобы, не прибегая к метафизике,
сойти за безответственное стечение обстоятельств... Случай и рубит судьбу
под корень, и строит ей новый, научный базис. Случай — уступка черной магии
со стороны точной механики, открывшей в мельтешении атомов происхождение
вещей и под носом у растерянной церкви исхитрившейся объяснить миропорядок
беспорядком, из которого, как в цилиндре факира, внезапным столкновением
шариков, образовалась цивилизация, не нуждавшаяся в творце... Бездомность,
сиротство, потеря цели и назначения — при всем том слепая случайность,
возведенная в закон, устраивала Пушкина. В ней просвещенный век сохранил до
поры нетронутым милый сердцу поэта привкус тайны и каверзы. В ней было нечто
от игры в карты, которые Пушкин любил.
М. Мамардашвили в «Психологической топологии пути» (лекция
7) подробно объясняет, что для наиболее важных понятий (добро, понимание)
причин нет и быть не может: «отсутствие причин и называется
Богом». В этом смысле квантовая физика, порвав с классическим
(«лапласовским») детерминизмом, кажется, действительно проникла
в какие-то более глубоко лежащие пласты реальности, чем классическая физика.
...Причин на свете нет,
есть только следствия. И люди жертвы следствий.
(
И. Бродский)
Применения вероятностного языка в квантовой и классической физике
отличаются еще и вот чем. В классическом случае всегда складываются
вероятности независимых событий. В квантовом же случае складываются
амплитуды — комплексные числа, квадрат модуля которых и дает значения
вероятности того или иного события. Именно это и приводит к появлению
интерференционных, то есть волновых, явлений. При этом основным законом
квантовой механики является сформулированный П. Дираком
принцип
суперпозиции: если система может находиться в двух различных состояниях, то
она может находиться и в произвольной суперпозиции (говоря математически --
линейной комбинации) этих состояний. Например, если электрон может
находиться в состоянии с определенными значениями пространственных координат
(то есть, попросту говоря, быть локализованным в какой-то точке), то
возможно и такое его состояние, когда он (с разными вероятностями) обладает
всеми этими значениями координат
одновременно. Аналогичное утверждение
справедливо и для скоростей: существует бесчисленное множество состояний, в
которых электрон не имеет определенной величины и направления вектора
скорости. Более того, оказывается, что
не существует таких состояний, в
которых электрон одновременно имел бы точные значения и координат, и
скоростей (принцип неопределенности Гейзенберга).
Важно подчеркнуть, что в тех случаях, когда квантовая механика
«соглашается» отвечать на тот или иной вопрос, ее ответы
неизменно подтверждались всеми до сих пор выполненными экспериментами.
Например, она способна вполне успешно рассчитывать характеристики различных
спектральных линий в атомах, молекулах и твердых телах, расстояния между
атомами в молекулах, и т. д., и до сих пор физики нигде не столкнулись с ее
неадекватностью. Разумеется, в каждом конкретном расчете приходится делать
какие-то дополнительные приближения, которые приходится контролировать
отдельно, но в ряде случаев мы имеем точное решение задачи, например, для
спектра атома водорода. При этом никаких расхождений между результатами
экспериментов и предсказаниями квантовой механики обнаружить не удается.
Более того, квантовая механика имеет множество успешных
практическихприменений (транзисторы и лазеры — два, пожалуй, наиболее очевидных и
эффектных примера). В то же время на ряд вопросов, традиционно считавшихся
вполне допустимыми (например, о значении координаты
и скорости электрона в
данный момент времени), она никакого ответа не дает. В такой ситуации не
приходится говорить о «неправильности» квантовой механики, но
кажется уместной постановка вопроса об ее «неполноте», то есть
неокончательном характере, и существовании более фундаментальной теории,
способной дать ответы на вопросы, лежащие за пределами квантовой физики.
Такую позицию, в частности, занимал первооткрыватель корпускулярно-волнового
дуализма Эйнштейн. Известно его высказывание «Бог не играет в
кости», означающее отказ признать чисто статистическую теорию за
истину в последней инстанции. Приведем более полную цитату (которая явно
вызывает библейские и даже «каббалистические» ассоциации) и ряд
связанных с ней:
Квантовая механика заслуживает всяческого уважения, но внутренний голос
подсказывает мне, что это не настоящий Иаков. Теория дает много, но к
таинствам Старого она не подводит нас ближе. Во всяком случае, я убежден,
что Он не играет в кости.
(Из письма А. Эйнштейна М. Борну 4.12.1926)
Очевидно, никогда в прошлом не была развита теория, которая, подобно
квантовой, дала бы ключ к интерпретации и расчету группы столь разнообразных
явлений. Несмотря на это, я все-таки думаю, что в наших поисках единого
фундамента физики эта теория может привести нас к ошибке: она дает,
по-моему, неполное представление о реальности, хотя и является единственной,
которую можно построить на основе фундаментальных понятий силы и
материальных точек... Неполнота представления является результатом
статистической природы (неполноты) законов.
(
А. Эйнштейн. Собр. научн. трудов. Т. 4. М., 1967. С. 220)
Целью теории является определение вероятности результатов измерений в
системе в заданный момент времени. С другой стороны, она не пытается дать
математическое представление того, что действительно имеет место, или того,
что происходит в пространстве и времени. В этом пункте современная квантовая
теория радикально отличается от всех предшествующих физических теорий как
механических, так и полевых. Вместо того, чтобы дать модель для изображения
реальных пространственно-временных событий, она дает распределения
вероятности для возможных измерений как функций времени... Некоторые физики,
и в том числе и я сам, не могут поверить, что мы раз и навсегда должны
отказаться от идеи прямого изображения физической реальности в пространстве
и времени или что мы должны согласиться с мнением, будто явления в природе
подобны азартным играм.
(Там же, С. 238, 239)
Поднятый Эйнштейном вопрос о «неполноте законов»
чрезвычайно важен, если вспомнить двойственную роль
Закона в Библии,
особенно в Новом Завете. С одной стороны, Закон свят:
Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить
пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и
земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не
исполнится все.
(От Матфея 5:17-- 18)
Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем.
(К Римлянам 3:31)
В то же время Закон «производит гнев, потому что, где нет закона,
нет и преступления» (Рим. 4:15). Евангелие предлагает смело отбросить
Закон, доверившись благодати и непредсказуемому Духу.
И от
полноты Его все мы приняли и благодать на благодать, ибо закон дан
чрез Моисея; благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа.
(От Иоанна 1:16-- 17)
Но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от
него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве.
(К Римлянам 7:6)
Не имея возможности останавливаться на этой, очень непростой, проблеме
подробно (см. нашу книгу «Уставы небес», гл. 6), отметим ее
связь с индетерминизмом квантовой механики. Законы классической физики --
это, если можно так выразиться, «законы прямого действия»: они
буквально «предписывают» природным объектам, как вести себя в
той или иной ситуации, скажем, как перемещаться под действием приложенных
внешних сил, и т. д. Основной закон квантовой механики — уравнение
Шредингера — вполне детерминистичен в том смысле, что позволяет в принципе
строго вычислить изменение состояния системы. При этом, однако,
«состояние» (технически говоря, волновая функция) — это всего
лишь набор величин, позволяющих определить
вероятности тех или иных исходов
экспериментов. Сама волновая функция
не измерима, но лишь определяет
(вероятностно!) возможные исходы различных измерений. Уместно здесь
процитировать Алмазную Сутру:
Знающий, что я проповедую Закон, подобный плоту, должен оставить
восхваление законов (
dharma), а тем более не-законов. Нет никакого
установленного Закона, который проповедовал бы Так Приходящий. Тот Закон,
который проповедовал Так Приходящий, нельзя взять, нельзя проповедовать. Он
не есть ни Закон, ни не Закон. И по какой причине? Все мудрые личности
отличаются тем, что опираются на
недеятельные законы... Если люди говорят,
что есть Закон, который проповедовал Так Приходящий, то они клевещут на
Будду по той причине, что не могут понять то, что я проповедую. Субхути,
проповедующий Закон не имеет Закона, который можно было бы проповедовать.
Это и называется проповедью Закона.
Конечно, многогранный смысл любого священного текста гораздо более
важен, чем его любые «естественнонаучные» применения, но
все-таки трудно удержаться от искушения применить слова «...не есть ни
Закон, ни не Закон» к уравнению Шредингера — закону, описывающему
изменение неких связанных с системой
возможностей!
Обратимся теперь к писаниям индуистской традиции, снова давая
комментарий с нужных нам позиций.
Господь — это всепроникающая причина творения. Он самодостаточен и
независим от других. Его познают через слушание откровения и прямое
восприятие. Он самосветящийся.
(Бхагавата-пурана 5.12)
В высших квантовых пространствах (а вовсе не в тварном мире, как
считается в классической науке) сознание исследователя встречается только с
причинами, но эта категория еще не понята физиками, хотя она подробно
описана в канонических текстах как высший принцип или мотив Бога.
Всепроникающая Причина — неизмеряемая основа, самодостаточная, не имеющая
начала и конца, но вмещающая все остальные причины. Причина не может
существовать в виде энергии, которая вторична. Истинное теоретическое знание
достигается через слушание откровения, прямое восприятие, переход к
концепции
квантовой причинности (которая, если вспомнить Алмазную Сутру, не
есть причинность...). Хотя не все знают классическую физику, все пользуются
ей в практической жизни. Существуют разные уровни понимания науки --
школьный, инженерный и академический, однако все это — изучение слов,
исследование
проявленного, прямое же восприятие — за их пределами.
Самосветящийся Бог — источник света, который сам
неизмерим, но может быть
исследован лишь в своих проявлениях. Творение Бога — это проявленный мир,
жертвенное тело Адама-Христа, составные части которого — элементы
классической механики.
Так как эта вселенная в конце концов не имеет реального существования,
все вещи и понятия в ней — подобие и различие, грубость и тонкость,
ничтожество и величие, причина и следствие, жизненные признаки и вещество --
воображаемы. Все это — как горшки, сделанные из одной и той же субстанции
— земли, но названные по-разному... Знай, что все вокруг — просто
механические проявления субстанции первоматерии.
Высшей истиной является знание о Едином. Оно не загрязнено
гунами[тремя свойствами] и дарует освобождение. Оно превосходит все двойственности
и всепроникающе. Вначале происходит осознание трансцендентного,
всепроникающего Брахмана. Вторая ступень — осознание имманентного Высшего
Духа, Параматмы. Высшее осознание Абсолютной Истины состоит в осознании
Высшей Личности, Господа Васудевы, ибо Он — причина Брахмана, Параматмы и
других божественных проявлений. Существует много путей, ведущих к постижению
Абсолютной Истины, но Истина открывается только тем, кто получает милость
великого преданного.
(Там же)
Мир имеет общую энергетическую основу, первоэлемент в классической
физике один — единое поле, нейтральная субстанция земли. Знание о
едином не
предопределено предшествующими знаниями, и квантовая механика дает
возможность постигать эту истину. С другой стороны, тот, кто поймет
состояние единого, может упорядочить свои представления о квантовом мире.
Квантовую физику следует изучать не по научным книгам, а с чистого пустого
листа, на котором нужно изложить последовательность изучения единого через
свое сознание. По мере продвижения по этому пути ошибки двойственности
исчезают, происходит освобождение от незнания (или, что то же самое, от
ложного знания). Для физика это означает избавление от веры в запутанный
клубок классических законов, способность мыслить подобно ребенку, не
опираясь на опыт предшествующих поколений и плеяд ученых, отрицая его. Новый
физик есть убийца всех физиков прошлого. Квантовый мир проникает в наш мир,
но лишен двойственности. Трансцендентный всепроникающий Брахман — это
квантовые законы, которые начинает постигать физик. Затем осознаются причины
и их проявления, находящиеся в высших квантовых мирах, то есть атрибуты
Бога, которые готовы войти в наш мир.
Великий преданный — это князь мира
сего, эгоизм Бога (библейский Авраам). Он диктует законы мира своим рабам,
но сам не в силах вырваться из него, хотя и может помочь в этом деле другим,
поскольку знает все о высшем.
В связи с отличием классических законов (смертоносных, по ап. Павлу) от
квантовых уместно вспомнить греческий миф о Персее: прямой взгляд на Медузу
Горгону убивает (подобно букве Писания), поэтому необходимо
зеркало.
Волновая функция, как
отражение физической реальности, играет роль такого
зеркала. Несомненно, зеркальное постижение реальности соответствует более
глубокому уровню проникновения в Суть, чем «буквалистское». Бог
(реальность, непреходящий свет) виден человеку только в зеркале.
Вот, наше зеркало Господь,
Откройте глаза и увидьте их в Нем.
(Оды Соломона 13)
Премудрость есть «отблеск вечного света и чистое зеркало действия
Божия, образ благости Его» (Прем. 7:26). Полупрозрачное зеркало
(кстати, один из основных элементов конструкции лазера) одновременно
соединяет и разделяет наш мир с запредельным, служа своеобразной границей.
Через зеркало происходят многократные отражения человека и Бога — оба они
пребывают друг в друге (см. Евангелие от Иоанна).
Проводя параллель с религиозной символикой, можно сказать, что физика
включает троицу
атомы-- волны-- кванты, соответствующую христианской троице
тело-- душа-- дух, которая рассмотрена в посланиях Павла.
Атомы означают
абсолютно дискретный закон, а динамика их отношений описывается волновыми
процессами.
Волна — это объединяющий (христианский, женский, софийный)
принцип.
Кванты — безотносительные, причинно необусловленные
пространственно-временные переходы. Определенный уровень (высокий или
низкий) достигается и извлекается измерением. Кванты — самый высокий
уровень предположения, но не исследования. Это — законы за областью
причинно-следственных связей. После инверсии,
за зеркалом находятся те же
три уровня высших законов, исследуемые духовными инструментами.
Так и вы, когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы ничего
не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать.
(От Луки 17:10)
Рабами здесь называются физические законы, или судьбы людей, поскольку
и те, и другие реализуются в одном энергетическом пространстве, где
находится живой и неживой мир. Классические законы этого мира — это
дискретные и фиксированные состояния минимальной протяженности, описание
комбинаций
атомов. Аналогично, элементы людских судеб одинаковы, они лишь
вступают в разные комбинации.
Закон имеет тень будущих благ, а не самый образ вещей.
(К Евреям 10:1)
Закон — это твердое основание для всех процессов, в том числе для
проявления чего-то скрытого. Он сам существует поэтому не в непосредственно
видимой форме, а через свои проявления (на уровне осмысления, идейных
построений или деяний). Закон двухчастен — у него есть и скрытые, и
проявленные основания. Закон (а в квантовой механике — выражающая его
волновая функция, «амплитуда вероятности» или «вектор
состояния») предстает как тень всех
предстоящих процессов — потенция,
внеэнергетическая субстанция, которая ненаблюдаема и экспериментально
неопределима. Закон преодолевает хаос, энергетическую неупорядоченность и
выходит в категорию будущих благ. Физическая система переходит в должное
состояние (повышается энергетический уровень и т. д.). Однако эта
«накачка» еще не является законом, она также подвержена
воздействию тени невидимого закона. Сам же образ вещей — развернутое
действие упорядоченной таким путем системы. Бог проявляет себя в первую
очередь через закон Моисея, который невидим, но ведет к некому высшему
порядку. При этом происходит сразу переход с нулевого энергетического уровня
на максимальный, потенциально заряженный. Дальше система существует не в
категории закона, а в категории
беспорядка: качество закона начинает
утрачиваться, поскольку хаос вступает в противодействие с порядком. Так
происходит коррозия
металла, чистого в своем основании.
...Где для красоты были сооружены жертвенные столбы из драгоценных
камней и жертвенники из золота, прекрасные, хотя они не были сделаны
согласно установленным образцам.
(Махабхарата. Сабхапарва)
Красота — совершенство изначальной идеи творения. Первичное
энергетическое состояние есть желательное, необходимое, прекрасное. Затем
оно становится жертвой.
Жертвенные столбы — опорные состояния тех
процессов, которые пойдут дальше и будут приносить пользу всему
происходящему через жертву. Эти столбы-законы являются составными — они
состоят из драгоценных камней, дискретны, хотя и действуют в огромных
пространствах. Происходит разбиение на частицы, учения, главы, разделы
знания — живые бесплотные организмы, программы, действующие в мире. Исходно
они не живые, но наделяются жизнью в ходе самого жизненного процесса --
разворачивания закона. Все, что обладает качеством жизни, видит ее
проявления в других. Жизнь и не-жизнь объединены. Тем самым энтропия --
условно тоже живое существо; живыми являются также время и пространство, в
рамках которых все проис
...Закладка в соц.сетях
