Жанр: Психология
Избранные философско-психологические труды.
..., а чисто
физиологический процесс; он совершается в голове человека. Восприятие как
образование, отделенное от процессов, в результате которых оно возникает, от мозга,
от субъекта, подставляется на место его предмета^. Таким образом, "материализм"
тезиса, согласно которому восприятие совершается лишь в голове, оказывается не
очень опасным, поскольку он тотчас перекрывается другим, по которому голова и весь
материальный мир объявляются состоящими из восприятий. Эта операция,
совершаемая над ощущениями и восприятиями, предваряется у Рассела еще другой,
посредством которой он все несводимое к ощущению (в частности, желания, чувства,
инстинкты, навыки), солидаризируясь с крайним бихевиоризмом, непосредственно
сводит к внешнему поведению.
Таким образом если в период господства психологии сознания у Вундта и Авенариуса
"нейтральный" эпистемологический монизм сочетался с дуализмом в решении
психофизиологической проблемы (в вопросе о соотношении психических и физиологических
процессов), то у Рассела идеалистический монизм в решении гносеологической
проблемы сочетается с механистическим сведением психического к физиологическому,
или к поведению в духе "радикального", уотсоновского бихевиоризма. Так,
анализ различных постановок проблемы психического показывает, что в них на
передний план выступает то гносеологический, то психофизиологический аспект
проблемы и, как правило, отсутствует правильное их соотношение.
Вслед за неореализмом свою разновидность "нейтрального", по существу идеалистического,
монизма выдвинул прагматизм, тоже блокирующийся с бихевиоризмом, но
уже не "радикальным" уотсоновским, а изощренным "социальным" (Мэд). Основным
инструментом этой разновидности монизма, претендующего на "нейтральность" по
отношению к материализму и идеализму, является "семантика" - понятие значения,
символа. Предпосылки для этого семантизма создал в американской философии еще в
70-80-х годах прошлого столетия Пирс (Ch. Peirce); следующий шаг в том же
направлении сделал в начале XX столетия Вудбридж, утверждавший,-что дух или
"CM.: Russell В. The analysis of matter. P. 388.
"Ibid. P. 382.
^Для того чтобы открыть себе возможность этой подстановки ощущения, восприятия и т.д. на место
объекта, Рассел в "Анализе духа" подвергает специальной критике концепцию "актов" Брентано,
Мейнонга, с тем чтобы осуществить отчуждение психического от субъекта. Продолжая линию Джеймса,
который сводил сознание к потоку мысли.' Рассел стремится доказать, что не человек (субъект) мыслит, а
ему мыслится (The analysis of mind. P. 17-18). В связи с этим в посвященной Джеймсу главе своей "Истории
западной философии" он объявляет главной заслугой Джеймса как философа то, что он отверг понятие
субъекта-объекта как основное для познания. (Russell В. A history of western philosophy. N.Y., 1945.
P. 812).
сознание - это сами явления, поскольку они обозначают или представительствуют
друг друга^.
Эта семантическая концепция была затем развита и широко использована Дьюи и
Мэдом^. Их основной тезис по этому вопросу заключается в том, что вещи и мысли
или образы сотканы из одного и того же материала (Stuff), различие между ними -
только функциональное и сводится к роли, которую они выполняют; явления опыта
становятся духовными, поскольку они вступают в отношения знака и обозначаемого,
поскольку они обозначают или символизируют друг друга по отношению к поведению
(или органическим функциям)^. Таким образом, с одной стороны, сознание сводится к
значению явлений, с другой - эти последние и вообще бытие в качестве опыта
посредством семантических отношений идеализируются и превращаются в нечто
духовное.
В связи с такой проекцией духовного в сферу опыта и здесь делается попытка
отвергнуть особую связь психических явлений с мозгом. В частности, Мэд подчеркивает
то обстоятельство, что возникновение ощущений обусловлено физическим процессом
в воспринимаемом объекте (являющемся, например, источником звука), средой, в
которой выходящий из него физический процесс распространяется, процессами в периферических
рецепторных путях, по которым распространяется возбуждение, прежде
чем дойти до мозга, и после того, как оно через него проходит, ответной реакцией
организма. Ведущим звеном в этой цепи событий или процессов, с которыми связано
формирование ощущений, Мэд признает ответную поведенческую реакцию организма,
а не мозг. Отожествляя сознание с опытом, в частности, с социальным окружением
индивида, Мэд - в силу той же "логики", которая обусловила борьбу Авенариуса с
"интроекцией", - стремится оторвать психику от мозга^. (Как будто сама эта
ответная реакция осуществлялась не мозгом и притом с учетом отражаемых в
ощущении раздражителей!)
Таким образом, несмотря на все "новшества" - на связь семантики с бихевиоризмом
и прагматизмом, основная линия "нейтрального" монизма в вопросе о материи и
сознании остается в принципе все той же.
Наряду с монизмом, якобы "нейтральным", все больший вес приобретает и откровенный
спиритуалистический монизм.
За спиритуалистический монизм в начале XX столетия выступает ряд руководящих
представителей идеалистической психологии и философии. По мнению Кречмера,
спиритуалистический монизм - это мировоззрение, которое наилучшим образом
соответствует современному мышлению. Некоторые, как, например, с одной стороны,
Клагес^, с другой - Кассирер^, - усматривают решение психофизической проблемы в
том, что тело человека является символическим выражением его духовной сущности.
Спиритуалистические тенденции в психологии в начале XX столетия проводят также
виталисты (Дриш^ и др.). Опираясь на Аристотеля, они стремятся противопоставить
декартовскому дуализму спиритуалистический монизм^. В противоположность "нейт^См.
Woodbridge FJ.E. The nature of consciousness // 1. of Philosophy. 1905. Nil. P. 1 19-125.
"К истории вопроса см.: Morris Ch. Six theories of mind. (Ch.V.). Chicago Univer. Press. 1932. P. 282-327.
^См.: Dewey J. Experience and nature. L., 1925. P. 291, 303, 307, 308; Mead G. A behavioristic account of the
significant symbol // J. of Philosophy. 1922. N XIX; Mead G. Mind, self and society from the standpoint of a social
behaviorist. Part II - Mind and the symbol. Chicago Univer. Press, 1946. P. 117-125.
^См. Mead G. Mind, self and society.
15 - Behaviorism and psychological Parallelism. Chicago Univer. Press,
1946. P. 112,
^См. Klages L. Von Wesen des Bewusstseins. Dritte Auflage. Leipzig, 1933.
^Cassirer E. Philosophic der symbolischen Formen. Dritter Teil. Phanomenologie der Erkenntnis. Кар. III. Die
Ausdnicksfunktion und das Leib-Seelen Problem. Berlin, 1929. S. 108-121.
^Drisch H. Leib und Seele: Eine Untersuchung iiber das psychophysische Problem. Leipzig, 1920.
^ He приходится спрашивать, - писал Аристотель в трактате "О душе", - едины ли тело и душа или
они раздвоены - человек единен, а он и душа и тело". (О значении этого положения в истории "психофизической
проблемы" и его месте в психологии Аристотеля см.: "Die Geschichte der Philosophic" ("Lehrbuch
der Philosophic" hrsg. von Max Dessoir. Zweiter Teil, параграф о психологии; см. особенно с. 192 и ел.).
19
ральному" монизму, являющемуся монизмом "эпистемологическим", в этих концепциях
спиритуалистического монизма проблема психического вновь целиком превращается
в вопрос о взаимоотношениях духовной и материальной природы человека;
гносеологический аспект проблемы психического, его специфическое познавательное
отношение к окружающему миру как объективной реальности опять отпадает.
Значительную роль в развитии спиритуалистических тенденций, крепнущих с
, нарастанием реакции, сыграл Джеймс^, давший сперва толчок к появлению новых
разновидностей "нейтрального" монизма. Спиритуалистические тенденции Джемса
проявились уже в его солидаризации с концепцией Бергсона, согласно которой мозг -
это не орган мышления, а лишь инструмент, посредством которого мышление переходит
в действие. Мозг это, по Бергсону, аппарат, посредством которого мысль управляет
движением и воплощается в материальном мире (Бергсон пытается доказать это
положение, отвечающее его исходным позициям, интерпретацией ряда патологических
фактов нарушения деятельности мозга - апраксии и т.д.). Таким образом, мысль
связана с мозгом; наличие этой связи и порождает, согласно Бергсону, иллюзию
правильности материалистического положения, что мозг - орган мышления; но связь
эта имеет, по Бергсону, совсем другой характер, отвечающий не материалистическому,
а спиритуалистическому взгляду на вещи. (Эта философская концепция
определяет его психологическое учение о памяти и восприятии^.) Джеймс полностью
солидаризируется с бергсоновским пониманием соотношения мысли и мозга.
После первой мировой войны в связи с усиливающейся политической и идеологической
реакцией спиритуалистические тенденции сильно развиваются. Их наиболее
воинствующим носителем становится католическая томистская психология, приобретающая
значительное влияние во Франции, Италии и особенно в США. Эта философия
воскрешает идеи главного авторитета средневековой схоластики - Фомы Аквинского^.
(Одним из наиболее активных представителей и пропагандистов этой томистской
психологии в США является Бреннан^.)
Не очень свежий запас своих психологических идей томизм стремится подкрепить
блоком с фрейдизмом^.
^В идейной эволюции Джеймса прослеживается неоднократная смена вех.
Некоторый фактический материал об идейной эволюции Джеймса можно найти в кн.: Perry R.B. In the
spirit of William James, New Haven: Yale Univer. Press, 1938. Перри различает в эволюции Джеймса три фазы:
психологическую, феноменологическую и метафизическую. См, в указанной книге раздел III - The
Metaphysics of experience, с. 75-123.
См. особенно его работу "Материя и память". (Bergson Н. Mature et memoire: Essai sur la relation du corps
et de l'esprit. P., 1914. Русск, пер.: Бергсон А. Материя и память // Бергсон А. Собр. соч. / Пер. В, Базарова.
СПб., 1914. Т. 3.
^Появление спиритуалистических тенденций у Джеймса тоже было, несомненно, связано с религиозными
мотивами, но только не католического, томистского, а лютеранского толка. Многообразные тому
доказательства дает его переписка, опубликованная его сыном (См.: The letters of William James / Ed. by
Н. James. Boston, 1920. Vol. 1-11.). См. также: Perry R.B. The thought and character of William James. Boston,
1935. Vol. II. P. 330. См., в частности, письмо Джеймса от 31 мар. 1901 г. к профессору Бостонского
университета, методисту Borden P. Boune, в котором Джеймс пишет, что "старинное лютеранское чувство"
у него в крови.
^См.: Brennan R.E. General psychology: An interpretation of the science of mind based on Thomas Aquinas.
N.Y., 1937; Его же. History of psychology from the standpoint of a thomisL N.Y., 1945. Эти книги вышли с разрешения
католической цензуры, с грифами на обложке титульного листа: на первой из них - архиепископа
нью-йоркского, на второй - монреальского. Другим образчиком "томистской психологии" может служить
книга: Donceel J.H. Philosophical psychology. N.Y., 1955, вышедшая с санкции католической церкви за
подписью епископа скраитонского. Эта книга также представляет собой попытку использовать некоторые
экспериментальные данные для закрепления позиций католической, томистской концепции в психологии.
^Поучительным показателем этого блока может служить книга Мортимера Адлера. См.: Adler М. What
man has made of man. N.Y., 1938. В этой книге томист Адлер всячески поднимает на щит Фрейда (см. особенно:
Lecture 4. Psychoanalysis as psychology, P. 94, 123), а директор Психоаналитического (фрейдистского)
института в Чикаго Алекеандер снабжает книгу Мортимера Адлера предисловием, в котором поддерживает
позиции ее автора (см. там же. С. IX-XVI).
Этот блок католической церкви с фрейдизмом на первый взгляд представляется
удивительным ввиду позитивистических тенденций Фрейда и роли, которую в
системе его идей играет сексуальность. Однако блок этот не случаен. Фрейдистское
решение проблемы психического носит, по существу, спиритуалистический характер.
В самом деле, Фрейд, как известно, утверждает строжайший психологический
"детерминизм"; все психическое, по Фрейду, всегда детерминируется психическим же
(бессознательное отчасти потому и нужно Фрейду, что в плане сознания такая
непрерывность ряда психических явлений явно отсутствует) - это, во-первых. Вовторых,
по-своему толкуя и неправомерно обобщая случаи психогенных заболеваний,
Фрейд рассматривает психические явления как первичные, а соматические, телесные
изменения как вторичные, производные от психических. Таким образом, телесные
явления определялись психическими, а психические - всегда психическими же. Это, по
существу, спиритуалистическая постановка вопроса о психическом. Она-то и роднит в
теоретическом плане фрейдизм со спиритуалистическим религиозным мировоззрением^,
подобно тому как в плане практическом, политическом реакционные круги
прельщает во фрейдизме то, что он выдает якобы неизменную психологическую
природу человека, его органические инстинкты, влечения за причину всего
поведения людей не только в личной, но и общественной жизни. Усматривая
основание господствующего политического строя, войн и т.д. во влечениях,
заложенных в природе человека, а не в общественных отношениях, фрейдизм
является, таким образом, наиболее действенной разновидностью реакционной
идеалистической психологизированной социологии, выступающей под именем
социальной психологии.
В противоположность всем разновидностям идеалистического монизма - как "нейтрального",
маскирующегося, так и откровенного, спиритуалистического - и всем формам
психофизического параллелизма, т.е. дуализма, материализм всегда утверждает
первичность материальных процессов и вторичность, производность психического. В
обосновании этого положения заключается большая историческая заслуга великих
материалистов XVII-XVIII вв. Их идеи получили дальнейшее творческое развитие у
русских революционных демократов второй половины XIX столетия. Вульгарный
материализм конца прошлого столетия (Бюхнер, Молешотт), трактуя психические
явления как отправление мозга, подобно выделению желчи печенью, не видит качественной
специфики психических явлений; он поэтому не столько решает, сколько
пытается упразднить требующую решения проблему психического. Материализм
Бюхнера - Молешотта рассматривает проблему психического в замкнутой сфере
внутриорганических отношений; познавательное отношение к внешнему миру для него
никак не входит в исходную характеристику природы психического. Поскольку при
этом психическое как изнутри детерминированное отправление организма обособляется
от бытия, отражением которого оно на самом деле является, психическое
лишается всякой объективности. Вульгарный материализм поэтому легко соскальзывает
на позиции субъективно-идеалистической трактовки психического. Борьба
материализма и идеализма в решении проблемы духа и материи, души и тела, сознания
и природы продолжается и по сей день. И хотя в философии капиталистических
стран преобладают различные идеалистические течения, в ней выступают и
передовые мыслители, которые стремятся обосновать "новый" естественнонаучный
^См. Nicholl D. Recent thought in focus: A catholic looks at recent developments in existentialism, logical
positivism, freudianism and other modern philosophies. N.Y., 1953. Николь пишет: "Фрейд заметил, что большое
число физических недугов происходит от душевных конфликтов пациента. Он видел, что душевные
конфликты могут привести к болезни тела. Поэтому в противоположность широко распространенному
мнению Фрейд показал неадекватность чисто физического подхода к человеку, солидаризируясь в том
вопросе с Фомой Аквинским" (С. 197). Психоаналитические концепции кладет в основу своей трактовки
личности и томистская психология Донсиля (см.: Donceele J.F. Philosophical psychology. (Part 5 - Man as a
person.
20). N.Y., 1955. P. 288-317).
материализм (как, например, Селларс^); а такие, как Баллон прямо становятся на
позиции диалектического материализма".
Этот краткий обзор - конечно, в крайне беглых чертах - показывает, как
ставилась проблема психического дуализмом, "нейтральным" эпистемологическим
монизмом и монизмом спиритуалистическим. Каков будет наш путь? Мы видим свою
задачу не в том, чтобы в противовес всем этим "и з мам" - догматически
преподнести ряд хорошо известных конечных, итоговых формул диалектического
материализма, в которых обычно резюмируется решение так называемого основного
вопроса философии. Сделать так - значило бы продемонстрировать верность букве,
но не духу марксизма. Марксистская философия неразрывно связана с наукой, т.е. с
исследованием конкретных явлений; ее положения - это итоговое философское
обобщение результатов научных исследований. Поэтому мы начинаем не с итоговых
формул, а с выяснения существенных связей, в которых реально выступают
психические явления, с тем чтобы дать характеристику психического в каждой
системе связей и таким образом в результате соответствующего исследования придти
к обобщающим философским положениям о природе психического.
Такой анализ вопроса о природе психического и месте психических явлений в
системе существенных для них связей намечает принципиальную основу для его
решения. Этой основой служит диалектико-материалистическое понимание взаимосвязи
всех явлений в мире как их взаимодействия. Принцип детерминизма, в котором
диалектико-материалистическое понимание взаимосвязи явлений получает свое
методологическое выражение, лежит в основе и рефлекторной теории психической
деятельности и гносеологической теории отражения, которые, таким образом,
смыкаются в единое, монолитное целое.
Этот предварительный анализ определяет также и узловые вопросы дальнейшего
исследования. В качестве таковых выступают прежде всего два взаимосвязанных
вопроса: о гносеологическом отношении психических явлений к материальному миру
как объективной реальности и о их связи с мозгом как органом психической
деятельности. Поскольку мозг представляет собой орган, осуществляющий взаимоотношения
организма, индивида, человека с внешним миром, правильно поставленный
вопрос о связи психических явлений с мозгом неизбежно переходит в вопрос о
зависимости психических явлений от взаимодействия человека с миром, от его жизни.
Взаимодействие человека с миром, его жизнь, практика - такова реальная основа, в
рамках которой раскрывается и формируется психическая деятельность как
деятельность, осуществляющая познание мира и руководство действиями людей.
Из двух узловых вопросов дальнейшего исследования - как выше уже отмечалось -
анализу должен будет сперва подвергнуться вопрос о познавательном отношении
психических явлений к миру как объективной реальности; затем, идя в процессе
познания от конечного результата к природным причинам, его обусловливающим,
анализ обращается к раскрытию связи психических явлений с мозгом как органом,
служащим для осуществления взаимодействия человека с внешним миром. Соотнося
результаты исследования обоих этих вопросов, можно будет сформулировать итоговую
философскую характеристику психического.
"CM. Sellars R.W. The philosophy of physical realism. N.Y., 1932. (Ch. XVI- Consciousness and the brain
mind). P. 406-443.
"CM. Wallon H. Psychologie et materialisme dialectique: Estratto dalla Rivista "societ^". Giugno, 1951. Anno
VII, N 2. CM. также: Encyclop^die Francaise (T. VIII - La vie Mentale). P., 1938; Wallon H. Introduction a l'Etude
de la vie mentale.
ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
И ОБЪЕКТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
ПРОБЛЕМА ПОЗНАНИЯ
1. ТЕОРИЯ ОТРАЖЕНИЯ
Познавательное отношение человека к миру возникает с появлением психической
деятельность мозга как органа, служащего для осуществления взаимоотношений организма
с окружающим миром. Взаимодействие индивида с миром - жизнь, у человека -
практика образуют онтологическую предпосылку возникновения познавательного отношения
индивида к миру. В специфическом смысле как общественный, исторический
процесс познание человека связано с появлением языка. Только возникновение слова
дает возможность фиксировать результаты познавания и создает преемственность в
познании, которое не сводится лишь к повторяющимся и по существу изолированным
актам; появляется исторический процесс познания.
С возникновением познавательного отношения индивида к миру как объективной
реальности встает гносеологическая проблема.
На вопрос о том, что представляет собой познание, теория отражения диалектического
материализма отвечает так: познание - это отражение мира как объективной
реальности. Ощущение, восприятие, сознание есть образ внешнего мира.
Понятие образа ("image", "bild", "picture") имеет широкое хождение в философской
литературе различных направлений. Мало, значит, просто повторить исходную (или
итоговую) формулу, согласно которой психические явления - ощущения, восприятия и
т.д. - суть образы внешнего мира, существующего вне сознания и независимо от него.
Надо еще - и это главное - уточнить то позитивное гносеологическое содержание, которое
связывается с этой формулой в теории отражения диалектического материализма.
Конечно, все разновидности Bildtheorie имеют и общие черты. Они заключаются
прежде всего в признании существования вещей, независимых от и?
образа, в противоположность идеалистическому "эпистемологическому" монизму (бер
клеанству, махизму и т.д.), подставляющему ощущение на место вещей. Само 00601
разумеется, никак не приходится недооценивать фундаментального значения это1
общей черты всякой теории отражения. Но задача, стоящая перед нами, заключаете;
в том, чтобы, учитывая эту общую черту, выявить специфические особенност]
теории отражения диалектического материализма, отличающие ее от стары:
разновидностей теории образов.
То, что ощущение, восприятие, сознание -образ внешнего мира, в теории o^
ражения диалектического материализма означает, что их гносеологическое содер
жание неотрывно от их предмета. Образ - не идеальная вещь, существующая наряд
с предметом, а образ предмета. Теория отражения диалектического материализма
это реализация линии материалистического монизма в решении гносеологическог
вопроса о соотношении образа и вещи. Это существеннейшим образом отличае
теорию отражения диалектического материализма от picture-theory (или Bildtheorie
так называемого репрезентативного реализма (Декарта, Локка и из продолжателей)
Образ - это всегда образ чего-то, находящегося вне его. Самое понятие обра:
предполагает отношение к тому, что он отображает. Образом ощущение, восприят1
и т.д. становятся лишь в силу своего отношения к предмету, образом которого oi
являются. Поэтому образ - не идеальная вещь, существующая во внутреннем ми]
' О так называемом репрезентативном реализме см.: Sellars R.W. The philosophy ofphisical realism. (Ch.
- Idealism an Interlude,
Traditional representative realism). N.Y., 1932. P. 31-38.
сознания наподобие того, как реальная вещь существует в материальном мире, и
вещь - это не экстериоризированный образ. Образ как таковой конституируется
познавательным отношением чувственного впечатления к реальности, находящейся
вне его и не исчерпывающейся его содержанием.
В центре современной гносеологической дискуссии в зарубежной, особенно англоамериканской
философии стоит борьба репрезентационизма и презентационизма, т.е.
теории, согласно которой познается лишь непосредственно данное, так называемые
sense-data (см. дальше в главе о восприятии). Спор между этими теориями по существу
воспроизводит борьбу Беркли против Локка. Репрезентационизм объявляет себя
"реализмом"; он признает, что объектом познания являются вещи, но поскольку для
него идеи - это чисто субъективные состояния, отношение идей, ощущений, мыслей к
вещам оказывается лишь соответствием между разнородными по существу членами
двух параллельных рядов. Презентационизм, пользуясь слабостью репрезентационизма,
пытается доказать, что единственными объектами, действительно доступными
познанию, являются непосредственные чувственные данные - sense-data; таким
образом презентационизм - это феноменализм.
Так называемый репрезентативный реализм исходит из обособления и внешнего
противопоставления образа и предмета, вещи. Образ превращается в некую
идеальную вещь, которая существует сначала безотносительно к предмету в сознании,
подобно тому как материальный предмет, вещь существует в материальном
мире. Образ и предмет представляются как две вещи, принадлежащие к двум мирам:
первый - к внутреннему духовному миру сознания, второй - к внешнему миру
материальной действительности. Такое понятие образа является вместе с тем и
основным понятием интроспективной психологии. Репрезентативный реализм стремится
доказать, что эти субъективные образы, идеи все же представительствуют -
"репрезентируют" вещи и "соответствуют" им. Однако указанное соответствие идей
вещам - при дуалистических предпосылках, из которых исходит этот реализм,
- повисало в воздухе. Установить наличие такого соответствия, исходя из представления
"репрезентативного" реализма об "идеях" как чисто субъективных состояниях
сознания, представлялось невозможным: сознание, замкнутое в сфере своих "идей",
никак не могло "сличить" их с вещами. Идеализм, стремящийся свести истину к
соответствию идей с идеями же, использовал это обстоятельство.
Основной аргумент идеализма: в процессе познания нам никак не "выпрыгнуть" из
ощущений, восприятий, мыслей; значит, нам не попасть в сферу вещей; поэтому надо
признать, что сами ощущения и восприятия - единственно возможный объект познания.В основе этого "классического" аргумента идеализма лежит мысль, что для
того, чтобы попасть в сферу реальных вещей, надо "выскочить" из сферы ощущений,
восприятий, мыслей, что, конечно, для познания невозможно.
Этот ход мыслей заранее предполагает доказанным то, что
...Закладка в соц.сетях
