Жанр: Психология
Общественное животное. Введение в социальную психологию.
...но добился успеха.
Франклин, обеспокоенный политической оппозицией и нескрываемой враждебностью
одного из членов законодательного собрания штата Пенсильвания,
вознамерился победить его следующим способом:
"Я не... ставил себе целью достичь его благорасположения путем оказания
ему любого подобострастного уважения, но по прошествии некоторого
времени применил совсем иной метод. Прослышав, что в домашней библиотеке
моего недоброжелателя хранится одна редкая и удивительная книга, я написал
ему письмо, выразив желание внимательно ознакомиться с ней и попросив
его оказать мне услугу - предоставить книгу всего на несколько дней.
Он немедленно прислал мне ее, а спустя неделю я вернул книгу с запиской,
в которой выразил величайшую признательность. При нашей следующей встрече
с этим человеком в здании Парламента он первым заговорил со мной (чего
никогда до того не делал), причем очень учтиво, и даже выразил готовность
оказать мне другие услуги, как только понадобится. Вскоре мы стали хорошими
друзьями, и наша дружба не прерывалась вплоть до его смерти. Это еще
один случай проявления правоты некогда заученной мною старой максимы,
которая гласит: "Тот, кто однажды сделал тебе добро, будет более готов повторить
его, нежели тот, кому ты сам оказал услугу" [19].
Хотя сам Бенджамин Франклин был явно доволен успехом своего
маневра, я, будучи ученым, не до конца убежден в справедливости сформулированного
им правила. Не совсем ясно, стоит ли приписывать успех
Франклина выбранной им стратегии, или успех был достигнут благодаря
какой-либо одной из многих привлекательных черт его личности. Чтобы
быть уверенным, необходим хорошо контролируемый эксперимент. Именно
370
таковой и был проведен Джоном Джекером и Дэвидом Лэнди [20] спустя
более 230 лет после "неформального" эксперимента Бенджамина Франклина.
В их эксперименте студенты выполняли задание, связанное с формированием
понятий, что позволяло им заработать солидную денежную сумму. После
того как эксперимент завершился, к одной трети испытуемых обратился экспериментатор,
который объяснил им, что для финансирования эксперимента он
использовал собственные средства, а сейчас деньги кончились, и он вынужден
остановить эксперимент. После этого он спросил студентов: "Не могли бы вы в
качестве особой услуги вернуть мне те деньги, которые заработали?" Ко второй
трети испытуемых обратился не экспериментатор, а секретарь учебной части,
которая попросила студентов вернуть заработанные деньги в виде особой услуги
"протратившемуся" исследовательскому фонду факультета психологии. Оставшуюся
треть никто не просил возвращать деньги. Наконец, всех испытуемых
попросили заполнить анкету, которая предоставляла возможность высказать свое
отношение к экспериментатору. В результате тем студентам, у которых выпросили
деньги под видом оказания услуги экспериментатору, он понравился больше,
чем другим, потому что, оказав ему услугу, они успели убедить себя в том,
что экспериментатор - порядочный человек и вполне заслужил ее.
Похожие результаты были получены в эксперименте Мелвина Лернера
и Кэролайн Симмонс [21], в котором группам испытуемых предоставили
возможность наблюдать за студентом, который в рамках эксперимента на
научение якобы получал серию ударов током. Дав испытуемым насмотреться
на его мучения, экспериментаторы затем разрешили некоторым группам
проголосовать, используя индивидуальные бюллетени, следует ли продолжать
удары током. Другим группам такого права дано не было. Все испытуемые,
получившие право проголосовать, выступили за прекращение наказаний
током, однако лишь некоторые группы добились прекращения наказаний,
в то время как мнение других групп ни к чему не привело и наказания
током продолжались. В результате те люди, голоса которых повлияли на решение
о прекращении наказаний ударами током, прониклись наибольшей
симпатией к жертве.
Индивидуальные свойства человека
Как я уже упоминал, существует несколько индивидуальных характеристик,
которые играют важную роль в определении того, в какой степени тот или
иной человек может нам понравиться [22]. Так, люди склонны испытывать
симпатию к тем, кто отличается искренностью, компетентностью, умом,
энергичностью и так далее.
Большинство исследований, в которых был выявлен этот результат,
проводилось в форме опросов общественного мнения, иначе говоря, людей
просто просили описать свойства индивидов, которые им нравятся, и свойства
индивидов, которые им не нравятся. В подобных исследованиях трудно
установить направление причинно-следственных связей: нравятся ли нам
люди, обладающие приятными свойствами, или же мы склонны убеждать
себя самих, что наши друзья именно этими приятными чертами и обладают?
Есть шансы, что причинно-следственные связи действуют в обоих направлениях.
Однако, чтобы быть уверенным в том, что людей, обладающих определенными
позитивными качествами, любят больше, чем других, нам необходимо
изучить эту связь в более контролируемых условиях, чем те, которые
существуют при проведении опросов общественного мнения. В этом разделе
мы внимательно изучим две из числа важнейших индивидуальных характеристик:
компетентность и физическую привлекательность.
Компетентность. Кажется, не должно бы вызывать сомнений, что при
прочих равных условиях чем более компетентен человек, тем больше он должен
нам нравиться. Возможно, причиной тому служит потребность людей
быть правыми; у нас появится больше шансов оказаться правыми, если мы
окружим себя в высшей степени способными и компетентными людьми.
Однако факторы, определяющие межличностную аттракцию, - и это
один из главных уроков данной главы - часто весьма сложны и не всегда их
можно выразить в простых утверждениях.
Что касается компетентности, то в научной литературе существует
огромное количество явно парадоксальных фактов, демонстрирующих следующее:
считающиеся наиболее компетентными и генерирующими самые
блестящие идеи члены групп, занятых решением задач, - это, как правило,
совсем не те люди, которые вызывают наибольшую симпатию [23]!
Как же можно объяснить этот очевидный парадокс? Одно из возможных
объяснений заключается в том, что, хотя нам и нравится быть среди компетентных
людей, однако человек, обладающий значительными способностями,
может вызвать у нас дискомфорт: этот человек может показаться
нам недоступным, держащим дистанцию, сверхчеловеком. Возможно, он
понравился бы нам больше, если бы проявил какие-то доказательства того,
что на самом деле он не является абсолютно непогрешимым. Например,
если Сэм является блестящим математиком, да к тому же отлично играет
в баскетбол и одевается с безупречным вкусом, то я бы проникся к нему
большей симпатией, если бы он время от времени ошибался в простых
вычислениях, "мазал" по корзине в выигрышной ситуации или появлялся
на публике с пятном от соуса на галстуке.
Мне пришлось раздумывать над этим феноменом более тридцати лет
назад, когда я случайно наткнулся на поразительные данные одного из
опросов, проведенных Институтом Гэллапа: в бытность Джона Кеннеди
президентом его личная популярность по-настоящему возросла в 1961 г.-
сразу же после предпринятой им неудачной попытки вторжения на Кубу в
заливе Свиней. Это было поразительно, если учесть, что данная акция была
феноменально грубой ошибкой и немедленно получила до сих пор сохраняющееся
за ней название "фиаско в заливе Свиней"! Как же нам свести концы
с концами? Налицо ситуация, когда президент совершает одну из грубейших
ошибок за всю историю страны, а люди по какой-то загадочной причине
сразу после этой ошибки начинают любить президента больше! В чем дело?
Одним из возможных ответов будет следующий: причина в том, что
Джон Кеннеди мог казаться "слишком совершенным". Но что это значит? Как
человек может быть "слишком совершенным"?
Действительно, в 1961 г. личная популярность Джона Кеннеди находилась
на чрезвычайно высоком уровне. Практически он был сказочным героем,
и его правление сравнивали с легендарным Камелотом*. Кеннеди был
молод, красив, блестящ, мудр, обаятелен и атлетичен; он был ненасытным
читателем, автором книги-бестселлера, мастером политической стратегии,
героем войны и мужественным человеком, мучимым постоянной физической
болью, но не подававшим виду; он был женат на талантливой и красивой
женщине, свободно говорившей на нескольких иностранных языках,
имел двоих умных и очаровательных детей (мальчика и девочку) и происходил
из достойной, крепко спаянной семьи. В этой ситуации свидетельство
его несовершенства (а именно его ответственность за крупную политическую
неудачу) могло послужить тому, что в глазах общественности Кеннеди становился
как бы более человечным, а значит, и более симпатичным.
Увы, это только одно из множества возможных объяснений, а реальный
мир, как теперь прекрасно знает читатель, - это совсем не то место, где
можно проверить подобные гипотезы. В реальном мире слишком много событий
происходят одновременно, и каждое из них потенциально могло бы
послужить увеличению популярности президента Кеннеди. Например, такое:
сразу же после того, как президент потерпел фиаско, он не предпринял
попыток искать оправдания или сваливать свою вину на кого-то другого,
наоборот, он храбро принял на себя всю ответственность за допущенную
ошибку. Этот самоотверженный поступок мог сильно повлиять на рост симпатии
к Кеннеди у населения страны.
Чтобы проверить наше предположение о том, что свидетельство погрешимости
высококомпетентного человека может увеличить симпатию к нему,
необходим эксперимент. Одним из великих преимуществ эксперимента является
то, что он исключает или держит под контролем побочные переменные
(например, самоотверженное признание своей ответственности за допущенную
ошибку) и, следовательно, позволяет нам более точно оценить
воздействие одной переменной на другую.
Я осуществил такой эксперимент в соавторстве с Беном Уиллерманом
и Джоанной Флойд [24]. Испытуемым - студентам Миннесотского университета
предлагалось прослушать аудиопленку, на которой, как сообщали
экспериментаторы, было записано интервью с молодым кандидатом на участие
в популярной в то время телевикторине "Кубок колледжей". Испытуемым
предлагали один из четырех вариантов интервью: 1) с человеком "близким
к совершенству"; 2) с человеком "близким к совершенству", но совершившим
грубую ошибку; 3) с посредственным человеком; 4) с
посредственным человеком, совершившим грубую ошибку. Все эти интер*
Замок Камелот - резиденция легендарного короля Артура, место, где был
установлен знаменитый Круглый стол, за которым король восседал со своими верными
рыцарями. В переносном смысле - средоточие благородного рыцарства, оплот
добродетели и мужества.
вью содержали очень трудные вопросы, которые обычно задаются в реальной
телевикторине, и испытуемому предлагалось оценить кандидата по таким
параметрам, как производимое им впечатление, симпатичность и тому
подобным.
Итак, на одной из пленок молодой человек демонстрировал высокий
уровень компетентности: действительно, его показатели были близки
к совершенству - правильные ответы на 92% вопросов. Кроме того, в
ответ на вопрос, чем он занимался в старших классах школы, данный
кандидат скромно признался, что был отличником, редактором школьного
альманаха и членом сборной школы по легкой атлетике. На другой
пленке кандидат (на самом деле это был тот же актер, говоривший тем же
голосом!) был представлен как человек со средними способностями: он
правильно ответил только на 30% вопросов, а в процессе интервью признавался,
что получал в школе средние отметки, в редакции школьного
альманаха занимался корректурой и пытался занять место в сборной по
легкой атлетике, но безуспешно.
Наконец, на двух других пленках, на которых были записаны те же
самые интервью - соответственно, с "совершенным" и с посредственным
молодыми людьми, - в обоих случаях отвечавший на вопросы кандидат
совершал досадный промах: ближе к концу интервью он неловко
проливал на себя чашку кофе. "Посадка в лужу" кандидата была организована
следующим образом: на пленке были слышны звуки какой-то суматохи,
шума, отодвигаемого стула и, наконец, доносился страдающий голос
молодого человека: "О Боже, я пролил кофе на новый костюм!" Чтобы
обеспечить одинаковые условия, фрагмент пленки с записью инцидента
с пролитым кофе был продублирован, после чего одна копия была вклеена
в запись интервью с "полным совершенством", а другая - в интервью
с "посредственностью".
Таким образом, перед нами четыре типа экспериментальных условий:
1) человек с превосходными способностями, совершавший грубую
ошибку; 2) тот же человек, не совершавший ошибки; 3) человек со средними
способностями, совершавший ошибку; 4) тот же человек, не совершавший
ошибки,
И вот каковы оказались результаты. Наиболее привлекательным был
назван человек с превосходными способностями, но совершивший ошибку;
наименее привлекательным был назван "посредственный" человек,
совершивший ту же ошибку. Вторым по параметру привлекательности был
человек - "безошибочное совершенство", а третьим - человек - "безошибочная
посредственность". При этом ясно, что в самом по себе проливании
кофе на свой костюм ничего привлекательного не было. Однако с помощью
указанного поступка образ "совершенного" человека пополнился симпатичными
чертами, добавив ему привлекательности; а среднего человека тот же
поступок превратил в "еще более среднего" и, соответственно, в менее привлекательного.
Данный эксперимент дает дополнительные аргументы в пользу нашего
утверждения, что, хотя высокий уровень компетентности повышает
нашу привлекательность, еще более привлекательными мы станем, если появится
хотя бы какое-то доказательство того, что и мы способны на ошибку.
Данный феномен был назван эффектом "посадки в лужу".
Интересные уточнения этого общего результата были получены в
более поздних и более сложных экспериментах. Выяснилось, что эффект
"посадки в лужу" проявляется наиболее четко в тех случаях, когда у наблюдателя
возникает неявное ощущение угрозы конкуренции с оцениваемым
человеком.
Так, эксперимент Кэй До [25] продемонстрировал, что эффект "посадки
в лужу" наиболее сильно проявляется у мужчин. Исследовательница
обнаружила, что, хотя большинство мужчин в ее исследовании предпочитало
высококомпетентного мужчину, совершившего грубую ошибку, у
женщин наблюдалась тенденция к предпочтению высококомпетентного
неошибающегося человека, вне зависимости от того, мужчина это или женщина!
Аналогичным образом, мы с коллегами обнаружили, что мужчины
со средним уровнем самооценки с большей вероятностью предпочтут высококомпетентного
человека, совершившего грубую ошибку, в то время
как мужчины с низкой самооценкой, испытывающие, очевидно, слабые
конкурентные чувства к подобной фигуре, предпочтут высококомпетентного
неошибающегося человека [26].
Следует особо подчеркнуть, что ни одна сколько-нибудь заметная по
объему группа испытуемых, вне зависимости от их собственного уровня
самооценки, не предпочла "середнячка". Я специально обращаю на это
внимание из-за одного дикого политического события, имевшего место
в конце 70-х гг. Тогда президент Никсон, будучи на вершине своей
популярности, попытался, хотя и безуспешно, провести в Верховный
суд двух новых, на редкость посредственных по своим достоинствам
судей. Так вот, защищая их кандидатуры, сенатор Роман Хруска доказывал
(боюсь, что он делал это на полном серьезе!), что да, это верно
- данные два человека относятся к "середнячкам", однако граждане-"середнячки"
также хотят, чтобы кто-то представлял их в Верховном
суде! Снова повторюсь: полученные нами данные не подтверждают
его аргументы.
Физическая привлекательность. Представьте, что у вас первое свидание
с незнакомцем или с незнакомкой. Вечер кончается, и вы начинаете
задумываться, захотите вы или нет еще раз встретиться с этим человеком.
Какие из характеристик вашего партнера окажут наибольшее воздействие
на ваше решение: душевность? чувствительность? ум? сочувствие? А как насчет
приятной внешности РТочно! Вы угадали!
Большинство из нас склонны отнестись к такому предположению с
опаской и недоверием. Нам не хотелось бы, чтобы это было правдой, ведь
гораздо удобнее по-прежнему верить, что красота поверхностна и потому
является несущественной детерминантой наших симпатий. Кроме того,
сделанное предположение кажется еще и несправедливым: почему такое
качество, как физическая привлекательность, в большей части неподконтрольная
человеку, должно играть столь важную роль в нашем выборе?
Действительно, опрошенные студенты-мужчины, отвечая на вопрос, что они
ищут в потенциальных подругах, поставили "физическую привлекательность"
в самый конец списка [27].
Однако, боюсь, эти результаты отражают лишь то, что студенты думают
по поводу того, во что они должны верить! Потому что исследование
за исследованием демонстрирует прямо противоположное: на студентов,
как и на все население в целом, оказывает всеохватывающее влияние как
раз физическая привлекательность другого человека [28].
Например, в одном из экспериментов Элайн Уолстер (Хэтфилд) и
ее сотрудники [29] наугад составили пары из только что поступивших в
Миннесотский университет студентов и организовали им свидания, до
этого проведя их через батарею личностных тестов. Как вы думаете, какая
из множества характеристик явилась определяющей в вопросе о том, понравятся
ли встретившиеся на свидании молодые люди друг другу? Этим
определяющим качеством оказались не ум, не мужественность, не женственность,
не властность, не подчиненность, не зависимость, не независимость,
не сенситивность, не искренность и тому подобное! Единственной
детерминантой того, понравились или нет друг другу студент и студентка,
составляющие пару, и встречались ли они еще раз, являлась физическая
привлекательность. Если красивый мужчина оказывался в паре с прекрасной
женщиной, то вероятность того, что они захотят встретиться снова
была выше, чем в других случаях.
Сфера действия этого общего феномена не ограничена свиданиями
с незнакомыми людьми, Грегори Уайт [30] изучал относительно длительные
романтические отношения среди молодых пар в Калифорнийском
университете в Лос-Анджелесе. Как и Уолстер (Хэтфилд), Уайт обнаружил,
что физическая привлекательность действительно является чрезвычайно
важным фактором, однако в исследованной им ситуации решающую
роль в определении того, будет ли данная связь устойчивой или нет,
играла одинаковая степень привлекательности мужчины и женщины, составляющих
пару. Спустя девять месяцев после того, как пары начали встречаться,
более глубокая связь наблюдалась там, где мужчина и женщина
имели близкие оценки физической привлекательности, и менее глубокая
- в парах, в которых мужчина и женщина отличались друг от друга по
параметру физической привлекательности.
Данные исследования отношений мужчины и женщины со всей ясностью
показывают важность той роли, которую играет физическая привлекательность
при определении, кто кому нравится, причем как в ситуации краткого,
так и длительного знакомства. Более того, вышеописанные исследования
указывают на существование ясных и четких культурных стандартов этой привлекательности,
по крайней мере, в Соединенных Штатах Америки, где и проводилось
большинство исследований. Оценивающие без всякого труда судили о
степени физической привлекательности, и их оценки совпадали одна с другой,
иными словами, оказывались в высшей степени надежными.
Более того, при прочих равных условиях физическая привлекательность
людей не только помогает предсказывать, захотят ли с ними встречать376
ся другие люди или нет, но она также влияет на широкий диапазон атрибуций.
Например, в одной из работ Карен Дайон и ее коллеги [31] показывали
студентам фотографии трех человек такого же студенческого возраста, причем
фотографии были специально подобраны так, чтобы представлять три
степени физической привлекательности: на одной - был изображен привлекательный
человек, на другой - менее привлекательный, на третьей -
непривлекательный. Испытуемым предлагалось оценить людей на фотографиях
по двадцати семи различным чертам личности, а также предсказать,
насколько счастливы будут эти люди. В результате физически привлекательным
людям досталось подавляющее большинство самых желанных черт и
больше всего предсказанного счастья в будущем. Причем результат не зависел
оттого, оценивали ли мужчины мужчин, мужчины женщин, женщины мужчин,
или женщины женщин.
Удивитесь ли вы, если узнаете, что большинство согласно с тем, что
так называемым "красивым людям" присущи и соответствующие черты
личности? Вероятно, нет. С раннего детского опыта мы учимся тому, что с
добродетелью ассоциируется определенный эталон красоты. Диснеевские
фильмы и иллюстраторы детских книжек научили нас, что мягкие и очаровательные
героини - такие, как Белоснежка, Золушка и Спящая Красавица,
впрочем, как и принцы, ухаживающие за ними и завоевывающие
их сердца, - выглядят на одно лицо! У них у всех обычные черты, маленькие
дерзкие носики, огромные глаза, хорошо очерченные губы и стройные
атлетические тела без каких бы то ни было недостатков. Они все выглядят
как популярные куклы Барби и Кен - на одно лицо! Нет необходимости
подробно останавливаться на том, как в таком случае изображают
злых мачех, сводных сестер, великанов, троллей и злых королев.
В дополнение ко всему, эти культурные стандарты всячески поддерживает
и телевидение: для исполнения ролей героинь и героев популярных
телевизионных "мыльных опер" и комедий положений, идущих в "праймтайм",
специально подбираются актеры и актрисы, совпадающие с американским
стереотипом красоты. А кроме того, есть еще и рекламные ролики!
Всякий, кто значительное время проводит у телевизора, подвергает
себя продолжительному воздействию потока пропаганды, нацеленной на
то, чтобы продать потребителю красоту, упакованную в тюбик или флакон.
Шампуни, кремы для кожи, дезодоранты, зубная паста - все это
раскупается за счет распространения одной простой идеи: именно эти товары
сделают вас прекрасными, желанными и в конце концов удачливыми!
И показ подобных вещей действительно оказывает воздействие. Например, в
одном из экспериментов [32] девушкам в возрасте от 16 до 18 лет систематически
показывали около пятнадцати телевизионных рекламных роликов,
превозносящих достоинства различных косметических средств. В то
же время контрольная группа девушек-подростков смотрела пятнадцать
рекламных роликов, никак не связанных с товарами, "делающими вас
красивой". Некоторое время спустя всех девушек-испытуемых попросили
проранжировать относительную важность десяти индивидуальных свойств
- таких, например, как сексуальность, ум, приятное личико, трудолю377
бие и так далее. В результате те девушки, которые смотрели рекламу косметических
средств, чаще, чем члены контрольной группы, считали свойства,
связанные с красотой, более важными, чем другие качества.
Как выясняется из нашей дискуссии, культурным стандартам красоты
обучаются с раннего детства. Если мы учимся тому, что такое красота, по
диснеевским фильмам, или по картинкам в детских книжках, или глядя на
экран телевизора, то из этого с неизбежностью должно следовать, что влиянию
подобных культурных норм будут подвержены даже самые маленькие.
Так оно и есть: в своем поразительном исследовании Карен Дайон и Эллен
Бершейд [33] обнаружили, что уже в детском саду дети чутко реагируют на
физическую привлекательность своих сверстников!
В своей работе Дайон и Бершейд сначала поручили нескольким независимым
экспертам (аспирантам) оценить физическую привлекательность
детей, посещавших детский сад. Затем экспериментаторы определили: кто
кому из детей нравится? Они обнаружили, что для детей важную роль
играла все та же физическая привлекательность. Наиболее четкие результаты
были получены для мальчиков: физически привлекательные мальчики
нравились другим детям больше, чем физически непривлекательные.
Более того, непривлекательных мальчиков считали более агрессивными,
чем их привлекательных приятелей, и когда детей просили назвать тех,
кого в группе они больше всего "боятся", то в первую очередь они обычно
указывали на внешне непривлекательных мальчиков.
Конечно, вполне могло случиться, что менее привлекательные дети
на самом деле вели себя более агрессивно, однако поскольку экспериментаторы
не следили за реальным поведением детей в детском саду, эта возможность
осталась неисследованной. В то же время существует независимое
подтверждение тому, что люди склонны возлагать меньше вины на
физически привлекательных детей вне зависимости от их конкретной ответственности.
Этот результат получен в еще одной работе Карен Дайон [34]. Она
попросила испытуемых-женщин изучить отчеты о достаточно бурных беспорядках
в классе, составленные, очевидно, учителем. К каждому отчету
была приколота фотография ученика, про которого было сказано, что
именно он выступил зачинщиком беспорядков. В одних случаях с фотографий
глядели лица физически привлекательных мальчиков или девочек, в
других - непривлекательных мальчиков или девочек. Испытуемые-женщины
были склонны винить в происшедших беспорядках менее привлекательных
детей, а также полагать, что такое поведение типично для данных детей.
Однако в случаях, когда на фотографиях были представлены физически
привлекательные дети, эти же женщины были склонны искать своего рода
оправдания их "подрывным" действиям. Как заявила одна из женщин по поводу
изображенной на фото девочки: "Она хорошо играет со всеми остальными
детьми, но, как это бывает со всеми, день на день не приходится. Не
стоит воспринимать ее жестокость слишком серьезно". Когда те же "обстоятельства
дела", описанные теми же словами, сопровождали фотографию
/^привлекательной девочки, типичный комментарий респонденток звучал
приблиз
...Закладка в соц.сетях
