Жанр: Политика
На пути к сверхобществу
...ют свои условия другим, а
также с точки зрения преимуществ одних перед другими. И самым, пожалуй,
значительным фактором структурирования экономики становится развитие
денежного механизма. Вся экономика разделяется на вещный и символический
уровни, причем во многих измерениях.
СФЕРЫ ЭКОНОМИКИ
Большинство известных мне авторов разделяют экономику западных стран на
три сферы: сельское хозяйство, промышленность и обслуживание. Некоторые
авторы дают несколько иную классификацию. В первую сферу они включают
сельское хозяйство, добычу руд и лесоводство. Во вторую сферу включают
переработку сырых материалов в готовую продукцию. В третью сферу включают
услуги, в том числе медицинское обслуживание, обучение, управление, церковь.
Научная ценность классификации такого рода невелика. Переработка сырого
мяса в бифштексы и антрекоты есть переработка сырых материалов в готовую
продукцию, но вряд ли это отнесешь к сфере промышленности. Понятие "сфера
обслуживания (услуг)" вообще является бессмысленным. В эту сферу не попадают
те люди из промышленности и сельского хозяйства, которые заняты не
непосредственным производительным трудом, а трудом по его обслуживанию. По
некоторым данным в промышленности таких большинство. В одну категорию
обслуживания (услуг) объединяются разнокачественные предприятия и
учреждения, одни из которых обслуживают непосредственно людей (магазины,
рестораны, парикмахерские и т.п.), а другие - другие предприятия, в том
числе - промышленные и сельскохозяйственные (транспортные фирмы,
исследовательские и информационные учреждения и т.п.). К тому же вообще
нелепо включать в экономику больницы, школы, университеты, церковь и
административные учреждения. В таком случае с не меньшими основаниями в эту
сферу можно включать органы власти, полицию и армию.
Но если оставить в стороне то, что конкретно зачисляется в ту или иную
сферу экономики, и рассмотреть это разделение как на сферы производительные
и распределительные, то исследования их дают важную информацию о структуре
современных обществ.
Социологи характеризуют соотношения упомянутых сфер экономики количеством
занятых в них людей. В различных источниках приводятся различные величины,
чаще такие. От 20 до 25 процентов работающих заняты в промышленности, от 3
до 6 процентов - в сельском хозяйстве, от 70 до 75 процентов - в сфере
обслуживания.
Согласно приведенным данным, в сфере производства материальных ценностей
в странах Запада занято меньше одной трети работающих граждан. Причем
процент занятых в материальном производстве имеет тенденцию к сокращению.
Есть основания предполагать, что лет через пятьдесят, если не произойдет
ничего из ряда вон выходящего, он упадет до десяти или даже до пяти.
Бесспорно, это говорит о росте производительности труда. Но какого? Труда
работающих людей. Назову такую производительность абстрактной.
Производительность труда общества в целом, однако, характеризуется также
многими другими факторами, в том числе наличием массы трудоспособного
населения, не занятого в хозяйстве. Если его присоединить к той части
работающих, которая занята в сфере производства материальных ценностей, то
картина будет уже не такой радужной. А эта часть населения имеет тенденцию
увеличиваться. Я предполагаю, что через те же самые пятьдесят лет, если
опять-таки процесс не будет прерван из ряда вон выходящими событиями, она
вырастет до таких размеров, что пропадут выгоды от сокращения
производительной части населения, т.е. выгоды от роста абстрактной
производительности труда. Думаю, что тут Запад достиг некоторого потолка,
преодолеть который невозможно.
Из тех 20 - 25 процентов работающих, которые заняты в промышленности,
отнюдь не все заняты непосредственно производительным трудом. Большинство из
них занято в сфере обслуживания производительной части в собственном смысле
слова. Если их включить в сферу обслуживания, то, наоборот, суждения о
высоте производительности труда западных стран будут еще восторженнее. И еще
бессмысленнее, поскольку никаких вразумительных критериев различения
производительного и непроизводительного труда не существует. Да и вряд ли
они возможны в принципе. Если, например, считать производительным трудом
производство материальных ценностей, то как быть с производством вооружений,
предметов роскоши и вещей, которыми пользуются паразиты и преступники?
От 3 до 6 процентов работающих занято в сельском хозяйстве. Но
характеризует ли это реальную социальную структуру западного общества
существенным образом? Почему бы, например, не подсчитать, сколько людей
вообще занято в той сфере экономики, в которой продукты сельского хозяйства
производятся, хранятся, транспортируются и вообще достигают потребителя,
причем не только внутри данной страны, а и во всем мире, кормящем эту
страну? Думаю, что картина получилась бы иная.
ПРОИЗВОДСТВО, РАСПРЕДЕЛЕНИЕ, ПОТРЕБЛЕНИЕ
Самой абстрактной схемой всякой экономики является такая: производство
готовой к потреблению продукции (включая услуги) - приобретение этой
продукции потребителем (включая использование услуг). Короче: производство -
потребление. В западной экономике эти два компонента схемы разделены и
обособлены так, что наибольшую часть того, что люди производят, они не
потребляют сами, и наибольшую часть того, что они потребляют, они не
производят сами. Эта часть настолько велика, что можно сказать: люди
производят то, что сами не потребляют, и потребляют то, что не производят
сами.
Приведенная выше схема усложняется тем, что производство готовой к
потреблению продукции дифференцируется и возникает отношение между
производством материалов для окончательной продукции или частичной продукции
(деталей) для нее. Эта схема может усложняться еще более за счет того, что
производству готовой к окончательному потреблению продукции может
предшествовать два и более этапов производства. Важно здесь то, что
некоторые производители здесь выступают также и в роли потребителей.
Например, в схеме "производство материалов - производство деталей -
производство более сложных частей - производство окончательной продукции"
второе, третье и четвертое звено являются и потребителями.
Усложнение отношений производства и потребления происходит также
вследствие того, что между производством окончательной продукции и ее
потребителем вклиниваются посредники, задача которых - довести готовую
продукцию до потребителя. Это, например, магазины. Задача таких посредников
- распределить готовую продукцию по потребителям. Посредник, в свою очередь,
может дифференцироваться, т.е. распределение будет осуществляться в два и
более этапов. Например, первым этапом распределения может быть крупная
фирма, а вторым - магазины, приобретающие у нее товары.
Все элементы этих схем атомизированы, т.е. состоят из множества отдельных
предприятий производителей и множества отдельных потребителей. Окончание
одних цепочек движения вещей и услуг может стать началом других. Цепочки
перекрещиваются. Продукция от производителей может расходиться по многим
различным линиям (к разным посредникам и потребителям). К потребителям
продукция может сходиться по разным линиям (потребитель приобретает
различные вещи и пользуется различными услугами). Образуются пункты
распределения, в которые продукция стекается по разным линиям и откуда она
уходит точно так же по разным линиям.
В обществе складывается густая сеть производителей, распределителей и
потребителей. Отношения между ячейками этой сети находятся опытным путем и
строятся на основе договорных соглашений. Это индивидуальная сеть в данном
районе страны и в стране в целом. В стране складывается множество таких
более или менее обширных и до известной степени автономных сетей, которые
переплетаются в сети более сложные и в конечном счете в единую хозяйственную
сеть страны.
Рассмотренная сеть образует основу экономики общества. На ней вырастает
формальный (денежный) аспект экономики, включая капитализм. Капитализм
возникает не в стороне от нее, а над ней. Завоевав ее, он расширяет ее,
придает ей удобный для себя вид. Если он вторгается извне в данный
человейник, он должен ее так или иначе создавать, иначе человейник не станет
обществом западного типа.
СПРОС И ПРЕДЛОЖЕНИЕ
Пункты распределения, о которых я говорил, это - рынок, на котором
происходит встреча потребителей и производителей. Здесь имеет место взаимное
влияние потребителя и производителя. Потребитель воздействует на
производителя путем выбора из множества предлагаемых вещей и услуг того, что
ему хочется или что он может позволить себе. Производитель воздействует на
потребителя, предлагая и так или иначе навязывая ему то, что он хочет сбыть.
Чем детерминируется выбор, осуществляемый потребителем? Тут играют роль
привычки, вкусы, реклама, случай, покупательные возможности, отсутствие
времени на более тщательный выбор, отсутствие опыта, безразличие и другие
факторы. Выбор того, что сделано лучше при той же цене, и того, что дешевле
при том же качестве, образует основу так называемой свободной конкуренции
производителей. Это лишь одно из правил, которым руководствуется покупатель,
причем не всеобщее. К тому же разница в предлагаемых вещах и услугах,
которые может себе позволить потребитель, обычно не настолько велика, чтобы
вообще осуществлять какой-то сознательный и расчетливый выбор. Да и разница
в ценах вещей и услуг, которыми себя ограничивает потребитель, обычно
незначительна. Так что фактически роль свободной конкурентной борьбы за
покупателя на некоем свободном рынке не является всеобъемлющей, как это
изображают апологеты свободного рынка и свободной конкуренции. Их роль
ограничена прежде всего не какими-то мерами государства, монополиями,
картелями и другими внешними факторами, а самим конкретным процессом жизни
людей, пользующихся рынком. Только в тех случаях, когда дело касается
больших покупок, осуществляемых профессионально занятыми этим делом людьми,
действует коммерческий расчет в чистом виде. Но каков объем таких покупок в
общем объеме покупок?
Ассортимент производимой продукции и услуг детерминирован исторически
сложившимися потребностями потребителей, а последние, в свою очередь,
детерминированы привычно производимыми вещами и услугами. Тут исторически
складывается определенный жизненный стандарт, который, с одной стороны,
стимулирует производство (т.е. предложение) товаров и услуг, а с другой
стороны, он же и ограничивает производство. Спрос не безграничен. Тут
складывается более или менее устойчивое и динамичное равновесие спроса и
предложения (потребления и производства), лишь время от времени и лишь
частично нарушаемое привходящими обстоятельствами и новаторством
производителей. Одним словом, в западной экономике в ее глубине существует
некий твердый "стержень" ("скелет"), вокруг которого становится возможной ее
динамика.
Сказанное также может служить примером, иллюстрирующим одну особенность
процессов в социальном организме: они являются не линейными, а циклическими
в том смысле, что в них причины и следствия меняются местами, взаимно
стимулируют друг друга, так что в них невозможно найти концы. Эти
циклические процессы, конечно, получают какой-то "толчок" (имеют начало) в
истории организма и постоянно поддерживаются какими-то внешними и
внутренними "толчками". Но в основном они приобретают некоторую автономию,
подобную обмену веществ в живом организме.
Одним словом, хозяйство как процесс производства, распределения и
потребления вещей и услуг имеет свои собственные закономерности, независимые
от его денежного облачения. Оно образует определенный "обмен веществ" между
организмом общества и его средой, а также между частями организма довольно
высокой степени интенсивности уже само по себе, независимо от его денежной
формы.
ФОРМАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ЭКОНОМИКИ. ДЕНЬГИ
Формальный или денежный аспект экономики во всех обществах, за
исключением обществ западнистских, играл и играет роль именно формы или
средства экономических явлений в содержательном (вещественном) аспекте,
какую бы власть ни приобретали деньги над людьми. В западнистском обществе,
которое считается капиталистическим, форма экономики берет верх над ее
МЕНТАЛИТЕТНАЯ СФЕРА ОБЩЕСТВА
Нам предстоит рассмотреть, пожалуй, одну из самых запутанных проблем в
понимании общества, а именно - выделение и описание его менталитетной сферы.
Эта сфера в современных высокоразвитых обществах сложилась в результате
длительного и многомерного исторического процесса. Она является тут огромным
и необычайно сложным образованием, разобраться в социальной структуре
которого без соблюдения правил логической социологии в принципе невозможно.
Менталитетная сфера общества есть компонент социальной организации именно
общества. Это означает, что она узаконена, живет и действует в рамках
государственных (юридических) законов данного общества. Если какое-то
явление менталитетного аспекта (обращаю внимание - аспекта, а не сферы!)
выходит за рамки юридических законов общества или даже запрещено законом, но
все-таки существует нелегально, оно не есть компонент социальной организации
этого общества. К числу таких явлений относятся, например, запрещенные
религиозные секты и революционные организации, стремящиеся к свержению
существующей социальной организации.
Приведенное ограничение важно, конечно, для выделения менталитетной
сферы. Но оно само по себе ничего не говорит о том, как эта сфера устроена и
как функционирует. Чтобы выяснить это, необходимо считаться с такими
обстоятельствами. Менталитетная сфера есть явление эмпирическое, т.е.
подлежащее наблюдению как определенная совокупность фактов, а не
выдумываемое априорно, до фактов и вопреки им. А тут имеет место смешение
самых различных феноменов, начиная от первобытных форм и кончая самыми
современными. Причем первые тут порою выглядят как новейшие, а вторые - как
возрождение дремучего прошлого. Так что решить стоящую перед нами задачу
путем чисто эмпирического сравнения частных случаев конкретных обществ в
принципе невозможно. Тут нужна совокупность исследовательских приемов иного
рода.
Я исхожу из следующих эмпирических предпосылок. Когда число людей в
человейнике невелико, и менталитетный аспект развит слабо, один человек в
одиночку или с несколькими помощниками может выполнять все то, что требуется
для жизни и самосохранения человейника в этом аспекте. В больших и развитых
человейниках происходит разрастание и усложнение менталитетного аспекта,
возникает особая сфера из множества людей, каким-то образом организующихся,
происходит разрастание и усложнение этой сферы как особого компонента
социальной организации человейника. Первоначально это - одна единая сфера.
Со временем происходила ее дифференциация на ряд различных сфер и
отпочкование от нее в виде самостоятельных сфер, отчасти выходящих за рамки
менталитетного аспекта, а то и вообще теряющих исторически исходные функции.
Таким путем на уровне общества произошло отпочкование сфер науки, искусства,
образования, развлечения, информации. В современных обществах в
менталитетной сфере функционируют религиозные организации, школы,
университеты, газеты, журналы, книжные издательства, театры, кино, музеи,
галереи, писатели, художники, всякого рода творческие союзы, научные
учреждения, радио, телевидение и т.д. и т.п. Если принять в расчет огромное
число людей, обслуживающих тех, кто профессионально занят в менталитетной
сфере, то в этой сфере оказываются заняты до 20 процентов работающих членов
общества (если не больше).
В результате дифференциации менталитетной сферы и образования различных
сфер со своей особой специализацией произошло то, что основная функция
исторически исходной единой (недифференцированной) менталитетной сферы стала
функцией одной из ее частных сфер, образовавшихся в ее развитом состоянии.
Будем называть эту сферу идеологической или идеосферой.
Описанное состояние менталитетной сферы характерно для социальной
организации человейника типа общества. Это не означает, будто конкретные
общества возникают сразу в таком виде, и будто во всяком обществе это
выражено явно. Такое состояние можно наблюдать в высоко развитых обществах,
да и то лишь с определенным "поворотом мозгов". Западные страны суть высоко
развитые общества. Но тут даже среди специалистов широко распространено
(если не общепринято) убеждение, будто с крахом национал-социализма, фашизма
и после серьезного поражения коммунизма окончилась эпоха идеологий и
наступила постидеологическая эпоха, будто западное общество вообще является
неидеологическим или свободным от идеологии. А между тем по степени
развитости и засилия идеологии западные страны превосходят все общества
прошлого и современности. Чтобы "увидеть" это, необходим аппарат логической
социологии.
ИДЕОСФЕРА И РЕЛИГИОЗНАЯ СФЕРА
Прежде чем перейти к обобщенному описанию идеосферы общества, остановлюсь
на отношении ее к религиозной сфере. Западные мыслители, считающие западное
общество неидеологическим и говорящие о конце эпохи идеологий, полностью
игнорируют идеологический аспект и идеологическую роль религий и религиозных
организаций, хотя эта роль, казалось бы, очевидна, - пример тому, что сами
эти мыслители находятся во власти идеологии.
Хотя литература, посвященная религии, необъятна и я просмотрел довольно
значительную ее часть, я не встретил ни одного определения религии, которое
удовлетворяло бы, на мой взгляд, требованиям логики. Пока речь идет о
"великих" религиях, тут вроде бы все ясно. Но когда требуется ограничить
религию от близких к ней явлений, возникают неясности именно логического
порядка. Это касается дорелигиозных форм верований, а также различного рода
верований и сект, претендующих на статус религиозных. Вспомните, какая
борьба в прошлом шла против явлений, считавшихся ересями и псевдорелигиями.
И в наше время происходит нечто подобное. Например, в Германии не только
религиозные организации, но даже государственные отвергают претензию
сайентологии на статус религии. И никто из бесчисленных специалистов в
отношении такого рода явлений не может предъявить точное и бесспорное
определение, с которым согласились бы все участники дела.
Да и в отношении "великих" религий ясность ограничивается лишь
религиозными учениями и ритуалами. Но как быть со случаями, когда
религиозные организации (например, христианская церковь) владеют огромными
богатствами, включая земли, имеют предприятия и банки, ведут себя как
хозяйственные феномены? Как быть со случаями, когда эти организации имеют
вооруженные силы, ведут войны, имеют свой суд и захватывают высшую власть в
человейниках (как это имеет место до сих пор в ряде арабских стран)? Как
быть со случаями, когда эти организации создают политические партии и
активно участвуют в политических событиях? Одним словом, религии, взятые с
их организациями и реальной жизненной активностью, без которых они теряют
смысл, а не только с учениями, храмами и религиозными ритуалами, выходят
далеко за рамки менталитетной сферы.
Как бы мы ни определяли религию, взятую с людьми и организациями и их
реальной активностью, этот социальный феномен возник задолго до обществ и
служил одним из условий их возникновения по крайней мере в ряде случаев.
Хотя он вырос в менталитетном аспекте и в качестве менталитетной сферы
человейника, со временем функции менталитетной сферы стали лишь одними из
его фактических функций.
Религия и религиозные организации суть элементы менталитетной сферы
общества лишь в той мере, в какой они суть элементы этого общества. Ватикан,
например, не есть элемент социальной организации Англии, Франции, Германии и
даже Италии как конкретных обществ, подобно тому, как иностранные посольства
не являются элементами социальной организации тех стран, в которых они живут
и действуют.
В наше время можно видеть три варианта положения религии (включая
организации и их деятельность, напоминаю) в обществе. Первый вариант
наиболее отчетливо выражен в ряде мусульманских стран (например, в Иране).
Тут менталитетная сфера вообще не отпочковалась от сферы государственности.
Последняя здесь принимает религиозную форму, а религия является
государственной идеологией, играет главную роль в идеологической сфере. В
прошлом в России, когда было слабо развито образование и светская культура,
церковь была подчинена государству, была государственной. Она выполняла роль
идеологической сферы, последняя была слабо развита и составляла одну из
функций церкви.
Второй из упомянутых вариантов имеет место в западном мире. Исторически
тут произошло следующее. В Римской империи имела место высоко развитая
государственность. Была государственная религия, исполнявшая функции
менталитетной сферы. Вместе с тем тут сравнительно высокого уровня достигали
светская философия и культура, тоже входившие в менталитетную сферу. Имели
место элементы науки, политические и правовые идеи и учения. Возникло
христианство. Со временем оно стало государственной религией и стало
доминировать над светским аспектом менталитетной сферы. Церковь настолько
усилилась, что возвысилась и над светской властью и стала феноменом всего
западноевропейского мира, т.е. вышла за рамки отдельных человейников. В
рамках этого мира возникали человейники с признаками обществ. Одни
объединялись, другие распадались. Созревала и усиливалась светская
государственность. Шла борьба за высшую власть между церковью и
государствами. Последние постепенно брали верх. Происходило своего рода
раздвоение церковной власти. С одной стороны, церковные власти были
подразделениями власти церкви всего западного мира. А с другой стороны, они
стали частью социальной организации в отдельных человейниках, делили власть
со светской властью и даже становились подчиненными ей.
Возникновение религий и религиозных организаций было в свое время шагом
вперед в эволюции менталитетного аспекта человейников. Но всему свое время.
Законы диалектики неумолимы, как бы к ним ни относились мыслители. И в
западном мире христианская религия и церковь какое-то время безраздельно
господствовали над душами людей, держали в своих руках весь менталитетный
аспект зарождающихся обществ. Этот аспект был сравнительно беден. Массы
людей были невежественны, имели весьма ограниченный жизненный опыт. И людей
не так уж много было. Но постепенно происходило разрастание и усложнение
обществ, появление и усиление явлений менталитетного аспекта, выходивших за
рамки церковной власти, - разрастание светского образования, культуры, начал
науки, философии, социальной светской литературы, социальных исследований,
этики, эстетики, педагогики, исторических исследований, медицины и т.д.
Возникали очаги светской культуры при дворах правителей. Возникали
государственные университеты. Церковь не могла уже удержать в своих руках
полностью дело формирования человеческого менталитета, контроля за ним,
манипулирования им. Она сохранила за собой лишь часть этого дела.
Упомянутые выше нерелигиозные элементы менталитетной сферы приобретали в
западных обществах доминирующее значение. Отделение церкви от государства,
гонения на религию, веротерпимость и религиозный плюрализм - все это было
признаками того, что общество становилось или уже являлось нерелигиозно
идеологическим. Религия становилась второстепенным компонентом менталитетной
сферы, выполняя фактически идеологические функции наряду с нерелигиозной
идеологией и даже уступая ей. Возникновение и усиление нерелигиозной
идеологии было опять-таки колоссальным шагом вперед в эволюции
менталитетного аспекта человейников по отношению к состоянию безраздельного
господства религиозной идеологии. Этот шаг был сделан, я думаю, в эпоху
Возрождения. Нерелигиозная идеология явилась в мир как борьба против
религиозного мракобесия, как просвещение масс людей, как новый взгляд на
бытие, на человека, на общество. Она опиралась на те фактические перемены,
которые произошли во всех аспектах западных человейников. Она вносила свой
творческий вклад в социальный прогресс. Прошли века. В мире произошли
грандиозные перемены. Изменилось состояние и историческая роль западной
идеологии.
Третий из упомянутых вариантов можно было наблюдать в Советском Союзе и
других коммунистических странах, где господствующая роль в менталитетной
сфере перешла к антирелигиозной идеологии и к идеологическим государственным
организациям.
Можно, таким образом, констатировать два уровня в эволюции менталитетной
сферы человейников. Низший - недифференцированная менталитетная сфера.
Назовем ее
...Закладка в соц.сетях
