Жанр: Политика
Мракобесие
...г. Рамбон Гаврилов был зарегистрирован
как кандидат в депутаты Госдумы. Еще немного, и он бы получил
мандат народного избранника, а вместе с ним депутатскую
неприкосновенность и неограниченные возможности.
Необходимо было Гаврилова остановить. Но как? После
долгих раздумий мы пришли к выводу, что лучше всего отдать весь
материал на бизнесмена кому-то из журналистов. Во-первых,
напечатав это в газете, мы открыли бы избирателям глаза. Вовторых,
дали бы понять и Гаврилову, и Филатову, что живут они не
в безвоздушном пространстве и что каждый их шаг внимательно
отслеживается.
Из всех многочисленных журналистов мы остановили свой
выбор на обозревателе ИТАР-ТАСС - Ларисе Кислинской.
Кислинская - известный журналист. Одна из первых начала
писать о борьбе с преступностью. Познакомились мы с ней, когда я
еще работал в МУРе, с тех пор ни разу не имел возможности
усомниться в ее порядочности и профессионализме.
Вскоре в "Российской газете" вышла сенсационная статья
"Крыша для кунака". В материале подробно рассказывалось о
Гаврилове, Гольдберге и иже с ними. Однако имя Филатова названо
не было, в статье он фигурировал как "Покровитель".
Но Сергей Александрович понял все моментально. Тут же
вышел на Коржакова.
- Александр Васильевич, вы плохо обо мне думаете. Я предан
президенту, это все ложь и клевета.
- Сергей Александрович, - спокойно ответил шеф. - В
вашей преданности президенту я нисколько не сомневаюсь. Но то,
что вы делаете по простоте душевной, очень сильно
дискредитирует вас, а значит, и Бориса Николаевича.
Дни Филатова были сочтены. В первых числах декабря я
зашел в кабинет к Коржакову. В это время зазвонил телефон прямой
связи с президентом.
- Слушаю, Борис Николаевич, - отозвался шеф.
Через несколько минут он положил трубку и прознес:
- Видишь, как все отлично складывается. Президент
просит представить все материалы на Филатова.
Документы я готовил с особым чувством. И точно: в начале
января 1996 г. Филатов сообщил журналистам, что уходит с
должности. Его кресло занял Николай Дмитриевич Егоров
Да, чуть не забыл: Рамбон Гаврилов с треском проиграл
выборы. Обозлившись, он вместе с группой других героев очерка подал
в суд на Кислинскую. Но стоило только Ларисе заикнуться, что
материалы попали к ней из СБП, хотя все мы уже находились в
отставке, истцы моментально отозвали заявление.
Те, чья совесть нечиста, испытывали настоящий животный
страх при упоминании трех букв русского алфавита - С, Б, П...
Мутная волна демократии вынесла на поверхность немало
"политиков нового типа". В советские времена эти люди не
достигли бы и уровня депутатов райсовета. В эпоху новейшей
истории они стали лидерами великой державы.
Кадровый бог Савостьянов жил на скудную зарплату научного
сотрудника Института проблем комплексного освоения недр.
"Великий" стратег Чубайс был доцентом Ленинградского
инженерно-экономического института. Могущественный Шахрай
служил завлабом в МГУ.
Нежданно полученная власть вскружила им голову. (Никогда
не забуду, как вся московская милиция была поднята по тревоге. Нам
велели найти генеральское удостоверение бывшего рядового
сотрудника Института высоких температур, а ныне начальника
ГУВД Мурашова. Находясь под влиянием "высоких температур",
Мурашов рассекал на бешеной скорости пространство на своем
"БМВ" и посеял где-то ксиву.) Мигалки, номера, телефоны
правительственной связи, шикарные квартиры. Свора челяди,
прихлебателей и подпевал. От такой роскошной жизни у кого угодно
поедет крыша. Тем более у них. Ведь психология у этих людей
осталась прежней - завлабовской. Никакими регалиями скрыть это
было нельзя. Из грязи в князи. Словно герои Марка Твена, они кололи
орехи королевской печатью. Даже облачившись в одежды принца,
нищий все равно останется нищим.
Сергей Александрович Филатов - достойный представитель
этой волны. До 1990 г. он был зав-отделом в заштатном проектном
НИИ. Потом попал в депутаты, выдвинулся. В смутные,
непонятные времена перебежал из хасбулатовского лагеря в стан
президента, за что и получил высокий пост.
В дни, когда чеченский вопрос встал особо остро, Филатов
окончательно проявил себя. Он был в числе тех, кто убеждал
Ельцина ввести войска в Грозный. Что случилось потом - вы знаете
прекрасно.
"Кухарка может управлять государством", - кричали
большевики. Да, может. Но ничего хорошего из этого не выходит.
Для того чтобы возглавить администрацию президента, нужно
иметь не только хорошо подвешенный язык, но и кое-что еще.
Увы. Сегодня власть кишмя кишит непрофессионалами,
болтунами и бездельниками. Их становится там все больше и
больше. У Сергея Филатова - достойная смена...
ЗОЛОТАЯ МОЛОДЕЖЬ
Кремлевские старожилы помнят немало скандалов, в которых были замешаны
дети "высоких" родителей. Сын Хрущева Леонид чудом не угодил за решетку. В
пьяном угаре он застрелил человека. Василий Сталин славился своей любовью к
скандалам, оргиям и дракам. О похождениях Галины Брежневой слагали легенды.
Дочь секретаря ЦК Русакова едва не вышла замуж за агента ЦРУ Александра
Огородника. Свадьбе помешал арест шпиона.
Подобные примеры можно приводить еще долго. Золотая молодежь умела гулять
на славу во все времена. Однако ничего подобного тому, что случилось с
наследницей Филатова, история не знает. Марина Сергеевна Тихонова-Филатова
25 сентября 1995 г. была приглашена в отделение милиции. Дочь руководителя
президентской администрации подозревалась в... скупке краденого!
Когда президент дал команду собрать все, что имеется на
Филатова, мы направили запросы в параллельные структуры. Вскоре
из ФСБ пришел ответ. Прочитав его, я был по-настоящему
ошарашен. Конечно, после 20 лет оперативной работы удивить меня
чем-то было нелегко. На своем веку я повидал всякое. Но чтобы так...
21 сентября 1995 г. из автомашины "Москвич-2141" между 18
и 19 часами были похищены вещи на общую сумму 15 миллионов
рублей: новая дубленка, несколько пар обуви, упаковка женских
колготок и пять мужских демисезонных пальто.
Выйдя из магазина и обнаружив свое авто вскрытым, хозяйка
вещей очень расстроилась. За покупками она специально приехала в
Москву из города Морозовска Ростовской области. К счастью, рядом
находился ее брат, сотрудник Управления по борьбе с терроризмом
ФСК, Александр Л-ко. Чекист утешил сестру и пообещал лично
заняться поисками украденного.
Вдвоем они приехали в местное 95-е отделение милиции и
поведали дежурным о случившемся. Удостоверение ФСК сделало свое
дело. На другое утро брат с сестрой и милицейские оперативники
принялись обходить близлежащие рынки. Им повезло - на первой
же точке похищенное было обнаружено. Возле кинотеатра
"Ашхабад" неизвестная гражданка торговала тремя пальто,
которые хозяйка опознала, как в таких случаях пишется в
протоколах, "категорически".
Торговка не отпиралась. Она заявила, что вещи ей не
принадлежат, а даны на реализацию и что у нее дома лежат еще два
пальто из той же партии. Пальто из квартиры торговки были
благополучно изъяты. После этого она призналась, что получила их
от дочери Филатова - Марины Тихоновой. По словам женщины, с
Тихоновой она познакомилась примерно за месяц до ЧП. Свела их
горничная Филатова К. П. Кочнева под предлогом того, что Тихонова
занимается мелким бизнесом и ищет каналы реализации. С первой
же встречи она брала у сановной дочери "товары народного
потребления" и продавала.
Что же касается этих злополучных пальто, то торговка
заявила, что получила их от Тихоновой 21 сентября в 21.00. (То есть
через 2 - 3 часа после кражи.)
- Продай побыстрее, цену не ломи, - попросила Тихонова.
- Срочно нужны деньги.
Объяснение, собственноручно написанное этой женщиной в
присутствии чекиста Л-ко, было передано оперуполномоченному 95го
отделения.
Приглашенная в милицию на беседу горничная Филатова
подтвердила слова торговки. Она рассказала, что действительно
познакомила ее с Тихоновой. Дочь "хозяина" просила найти человека,
с которым можно было бы работать. Кочнева также сообщила, что
Тихонова с некоторого времени занимается коммерческой
деятельностью. На даче Филатова, где она постоянно обретается,
организован целый перевалочный склад для хранения товаров.
25 сентября Тихонова пришла в отделение. Вызвали ее,
понятно, неофициально - вежливо пригласили "на беседу".
- Да, - сказала Марина Сергеевна. - Я передавала продавцу
эти пальто.
И предъявила накладную на вещи, выданную в ТОО "Влана"
21 сентября (в день кражи). На вопросы Тихонова отвечала с
достоинством.
- Если бы родители воровали, я бы не занималась
коммерцией, - с чувством изрекла она. - Деньги нужны всем. А вы
не задумываетесь, что все это провокация? Что все это могли
специально подстроить, чтобы снять отца?
Вопрос дочки администратора остался без ответа.
Впоследствии, в марте 1997 г., в материале "Пять похищенных
пальто, которые чуть не потрясли мир" версию Тихоновой повторил
журналист "Московского комсомольца" Александр Хинштейн.
Корреспондент МК, раскопав историю с кражей, предложил
такой вариант: все произошедшее не что иное, как операция СБП,
которую она провела, дабы скомпрометировать Филатова.
Звучит заманчиво, но к истине не имеет никакого
отношения. Судите сами: даже если чисто теоретически
предположить, что Служба и вправду хотела втянуть Филатова в
дурно пахнущий скандал, то действовать следовало бы не так.
Во-первых, заявление, написанное потерпевшей, обязательно
было бы зарегистрировано в отделении. Все дальнейшие действия -
беседа с торговкой, горничной и Тихоновой - были бы самым
тщательным образом задокументированы.
Во-вторых, дело довели бы до конца. Раз уж СБП подкинула
Тихоновой украденные пальто, то обставить все, как полагается,
смогла бы тем более.
Ну, и в-третьих, самое главное. Особо компрометировать
Филатова не требовалось. Он достаточно скомпрометировал себя
дружбой с Рамбоном Гавриловым и безо всякой посторонней помощи.
В действительности никакого касательства к расследованию
обстоятельств преступления СБП не имела. Обо всем мы узнали
постфактум. Как это нередко случается, заявление о краже не было
зарегистрировано в отделении, как и беседа с горничной, и разговор с
Тихоновой, - на все это сотрудники милиции пошли только из
уважения к майору ФСК. Когда же пальто были найдены и
возвращены законному владельцу, а потерпевшая уехала на родину, в
Ростовскую область, в отделении моментально забыли о краже.
Я сам работал на "земле" и с подобными вещами сталкивался
неоднократно. Чисто по-человечески сотрудников 95-го отделения я
понимаю. Связываться с дочерью главы президентской
администрации никто из них не решался.
Конечно, формально они были обязаны зарегистрировать
заявление, допросить коммерсантов из ТОО "Влана", где Тихонова,
по ее словам, получила пальто, найти преступников, возбудить
уголовное дело. И так далее... Но собственное спокойствие было для
них важнее борьбы с ворами. К тому же украденное они вернули.
Майора ФСК можно было не опасаться.
Между прочим, майор Л-ко оказался совсем непростым
парнем. По стечению обстоятельств круг вопросов, которыми он
ведал, прямо соприкасался с московскими оргпреступными
группировками. Тихонова была его старой знакомой. Правда, знал он
ее заочно, как связь одного из лидеров "ореховской" группировки.
Информация к размышлению: вещи были украдены именно в
районе Орехово-Борисово. По данным 95-го отделения, преступление
опять же совершил кто-то из "ореховских". Улавливаете, о чем это
я?
Действительно ли Марина Тихонова-Филатова тесно
сотрудничала с преступниками? Торговала ли краденым или ее
просто подставили? Не знаю. Заниматься кражами в компетенцию
СБП не входило. К тому же наш интерес к Филатову вскоре пропал.
В январе 96-го он исчез из Кремля.
Мы праздновали победу. Но мог ли кто-либо тогда
предположить: пройдет меньше года - и Сергей Александрович
вместе со своей дочерью покажутся нам просто "гениями чистой
красоты" на фоне новоявленных вождей...
ГУСИНАЯ ОХОТА
В декабре 1994 г. Владимир Гусинский, один из крупнейших банкиров страны,
сбежал в Лондон. Президента группы "Мост" до смерти напугала операция СБП
"мордой в снег".
Версию этой истории, поданную прессой, пересказывать, полагаю, не нужно.
С подачи Гусинского и верных ему изданий журналисты создали ужасающий образ
"монстров" из СБП, которые повалили на землю сотрудников службы
безопасности "Моста" и держали их под стволами несколько часов. Когда же
начальник столичного управления ФСК Савостьянов попытался отбить
"несчастных", "банда Коржакова" в считанные минуты отправила его в
отставку.
Савостьянов действительно вмешался в операцию. Ему позвонил Гусинский,
истерически прокричал, что неизвестные бандиты убивают его парней. Друг
банкира даже не попытался разбираться в случившемся. Тут же послал на
выручку свое спецподразделение.
Дело дошло до стрельбы. Кто-то из чекистов выстрелил, и только чудом
пуля, задев куртку одного из наших сотрудников, не лишила его жизни. Но, к
счастью, один из контрразведчиков узрел среди "бандитов" своего бывшего
товарища и понял: что-то здесь не так.
Если же говорить о самой операции, то лично я в ней не участвовал. Прошла
она 2 декабря. Я приступил к работе в конце ноября. Впрочем, цели, которые
ставило перед собой руководство СБП, мне абсолютно понятны. Да, получилось,
может быть, и жестковато. Но как иначе можно было остановить наглое
вхождение Гусинского во власть? Он к тому времени потерял уже всякий стыд.
Открыто подкупал чиновников, заставляя их работать не на интересы
государства, а на свой карман. Открывал ногой двери во многие кремлевские
кабинеты, пропихивал на важные посты "ручных" людей, подбирался к семье
президента.
Да и та вооруженная кавалькада, которая постоянно носилась по
Новоарбатскому проспекту, по президентской трассе, не могла оставлять СБП
равнодушной.
Роль банкира явно перестала удовлетворять Гусинского. Он желал стать
серьезной, ключевой фигурой в политике и для этого не жалел ни денег, ни
сил.
Но никто, кроме Коржакова, образумить его не решался.
Операция у "Мост-банка" наконец-то показала, что миллионы решают далеко
не всё. Согласно третьему закону Ньютона, на любое действие всегда найдется
равное противодействие. Своего Коржаков добился. Гусинский из России
сбежал. Однако планы "мирового господства" по-прежнему его манили. Он
продолжал плести невидимые сети из-за рубежа.
Банкир использовал все свои силы, чтобы восстановить прежнюю мощь. Мы
знали, что он пытается выйти на семью президента. Действует через
ельцинских помощников - Сатарова, Батурина, Лившица, "писателя" Юмашева.
Кое-кто из "заступников" даже приходил к Коржакову. Например, Сатаров,
просил не трогать Гусинского, простить. Он, дескать, хороший, его просто не
так поняли.
- Давайте не будем обрубать парню надежду восстановить
доброе к себе отношение, - предложил я шефу, когда узнал о
телодвижениях ходоков.
- Мне кажется, лучше установить с ним оперативный
контакт.
Расчет был прост. Зная болтливость Гусинского, его
экспрессивность, я предполагал, что он может рассказать нам много
интересного. Коржаков с моими доводами согласился.
В мае 1995 г. я вылетел в Будапешт. Именно в венгерской
столице Гусинский пожелал встретиться с представителем СБП.
Уламывали его долго. Несколько месяцев было потрачено лишь на то,
чтобы убедить банкира в необходимости такой беседы. Сначала он
отказывался. Потом поставил условие: будет говорить только с
самим Коржаковым. Затем долго выбирал место: в России
встречаться не хотел наотрез. В итоге снизошел до меня.
Увидеться довелось в будапештской гостинице "Форум".
В назначенный день я прибыл к берегам Дуная.
Зарегистрировался, отнес в номер вещи. Сел в холле, чтобы выпить
чашку кофе. Вдруг по холлу, как комета Шумейкера-Леви, пронесся
мой будущий визави, за ним - жена, за женой - три охранника.
Словно заведенные, они метались по гостинице.
Меня, понятно, не замечали. Я-то Гусинского знал в лицо, а
он меня - нет. Глядя на "броуновское движение" банкира, я
внутренне как-то успокоился. Понял, что ЭТОГО человека
разговорить будет не трудно - не понадобится никаких особых
ухищрений.
Так и вышло. Наутро, после завтрака, мы встретились. -
Здесь слишком много людей, - сказал Гусинский, настороженно
озираясь по сторонам. - Перейдем в другое место.
Пока мы шли к соседнему отелю "Атриум", я имел
возможность рассмотреть главу "Мост-банка" получше.
Это был уже не тот вальяжный, самоуверенный господин,
которого мы видели на телеэкране. Плечи у Гусинского были
опущены, взгляд - поникший. Видно, сказывался постоянный страх
за свою жизнь.
- Владимир Александрович, вы не находите; что во всем
случившемся виноваты вы сами? - сразу же, с места в карьер начал
я.
- В чем это я виноват? - завелся он с пол-оборота.
- Интересно, а как мы, государевы слуги, должны были
смотреть на ваше поведение? На то, как вы впихиваете во власть
людей, подкупаете чиновников?
- Но мы же опора власти. Мы - капитал. На нас зиждется
всё.
При этих словах лицо его приобрело прежнюю значимость.
"С таким лицом, - подумалось мне, - надо фотографироваться для
предвыборных плакатов".
- Э-э нет, Владимир Александрович. Те методы, которыми
вы действуете, только приводят к сращиванию капитала с властью.
- А ваши методы - что, хороши? Этак вы просто
останетесь без денег накануне выборов!
Разговор явно переходил не в то русло. Следовало переменить
тему.
- Нам известно, что вы очень тесно дружите с людьми из
близкого окружения президента. Используете руководителей
правоохранительных органов в своих интересах. Нехорошо...
- Вы, наверное, имеете в виду руководство ГУВД? Ну да, мы
очень тесно с ними сотрудничаем. Не раз помогали им информацией.
Бывало даже так, что сотрудники моей службы безопасности и
ребята из РУОПа вместе выезжали на операцию. Клали бандитов
мордой в грязь, как вы тогда меня в декабре... А то, что они у меня
берут? Так уж пусть лучше берут у меня, чем у бандитов.
- Владимир Александрович, а чем, получается, вы лучше
бандитов?
- А вы кем себя окружили? - вопросом на вопрос атаковал
меня Гусинский. - Меня выпихнули. Березовского приблизили, Бойко,
Федорова. Вы же знаете, что это за люди. У меня-то весь бизнес в
России. Я в России родился и в России умру. А у Березовского -
израильский паспорт. Случись что, он тут же уедет в Израиль. Или
Бойко. Вы же сами сделали его "Национальный кредит"
уполномоченным банком правительства.
- Мы?
- А кто же... Зря вы на меня так наезжаете. Поймите, я не
враг вам. Я могу и хочу быть другом. Мне нужно с Александром
Васильевичем восстановить контакт. Я бы в страну давно вернулся,
но ведь есть приказ о моем уничтожении.
- Глупость какая, - искренне возмутился я. - Мы не
бандиты. Ни одна из государственных структур в России никогда не
станет физически устранять людей.
Беседовали мы долго. Гусинский с воодушевлением
рассказывал гадости о своих конкурентах по бизнесу - Березовском,
главе "Национального кредита" Бойко. Он так торопился как можно
больше поведать мне, что проглатывал слова, захлебывался слюной.
От волнения у Гусинского даже вспотели очки. Он буркнул в
ответ что-то нечленораздельное.
- Лучше помогите нам, - продолжил я. - Чем вы можете
подтвердить информацию по Бойко и Березовскому?
- У меня есть материалы из сейфов "Белого дома" о
признании "Национального кредита" уполномоченным банком
правительства. Постановление это с грифом "Не для печати", но я
вам его отдам. Есть еще и документы по передаче "Нацкредиту"
индийского долга.
- Владимир Александрович, видите, сами признаетесь. Как к
вам, интересно, попали эти бумаги, если они "не для печати"?
Опять подкуп? Опять коррупция?
- Но если бы я их не достал, - возмутился Гусинский, - то
не мог бы предложить вам. Бойко - страшный человек. Он
наркоман Держит ночной клуб "Метелица", а там наркотиками
торгуют. У него и паспорт на другую фамилию.
__ ?
- Я много раз пытался проконтролировать его выезд из
России. Что он вылетел из "Шереметьево" - фиксировали. А
прилет, например, в Лондон установить уже не могли. Однозначно, у
Бойко второй паспорт.
- А Березовский?
- Материалов на него у меня нет. Но за то, что у
Березовского двойное гражданство, ручаюсь на сто процентов.
Мы договорились, что при третьей встрече Гусинский
передаст мне документы по Бойко. А заодно попробует найти чтото
на Березовского.
Долго ждать себя он не заставил. В том же месяце
состоялось наше рандеву в гостинице "Балчуг", в ресторанчике на
втором этаже. Гусинский выглядел опечаленным. Его аналитики
провели исследование и пришли к выводу, что шансов выиграть
выборы у президента нет. Посему он загрустил.
Правда, как мы потом узнали, боль за президента не
помешала "Мосту" профинансировать на парламентских выборах...
КПРФ, а заодно и "Яблоко"...
- Несмотря ни на что, - изрек он, - мы контакт с КПРФ
не теряем. У нас есть надежные мосточки. Через Воротникова
держим связь. (Воротников - один из руководителей службы
безопасности группы "Мост", в прошлом - начальник Управления 3
КГБ СССР. - В. С.) Я ведь со всеми стараюсь поддерживать хорошие
отношения. И с коммунистами, и с президентской командой. Если
через вас не получится вернуть расположение Бориса Николаевича,
буду искать другой вариант. Люди уже работают. Жора Сатаров,
кое-кто еще. Просили за меня семью президента. Поймите, такими
людьми, как я, бросаться нельзя. Нас немного. Нас очень немного...
- Как же так? Вы ставите на президента, всюду кричите
об идеалах демократии, а в то же время сотрудничаете с
коммунистами, проводите в подконтрольных СМИ активную
антипрезидентскую кампанию.
- А чего вы хотите? Раньше надо было думать! Вы
упустили этот процесс. Масс-медиа - это власть. Наша задача -
взять СМИ в свои руки, иначе власть от нас уплывет. Даже на
службу безопасности "Моста" я трачу треть всех денег. На массмедиа
же готов отдавать львиную долю своей прибыли. Затраты
окупятся очень скоро.
Забегая вперед, скажу, что магнат оказался прав. Забрав под
себя СМИ, он получил возможность изощренно манипулировать
общественным мнением. А поскольку человек этот весьма
своеобразный, позицию его изданий можно сравнить с походкой
пьяного боцмана. Их все время кидает из стороны в сторону.
В советские времена Гусинский был неудавшимся
театральным режиссером. (Его дипломный спектакль - "Тартюф"
Мольера.) Качества, присущие людям искусства, остались у него и по
сей день. Я бы назвал это трагикомическим восприятием мира.
Он, например, искренне верил в то, что СБП хочет его убить.
(Точно так же, как Березовский считал, будто убийство Гусинского
- в наших силах.) Когда же я убедил его, что такими методами мы
не действуем, он уцепился за другую версию: его могут убрать враги,
чтобы потом свалить вину на СБП.
Трезвый расчет прагматика удивительно сочетался в нем с
некоторой наивностью, плюс чрезмерная болтливость и полное
отсутствие контроля за своими словами.
"Мир - театр", - утверждал Шекспир. Гусинский мог бы
двумя руками подписаться под этим изречением. На жизнь он
смотрел глазами провинциального режиссера, пришедшего на прогон
кукольной пьесы "Укрощение строптивого". Банкир был убежден:
достаточно дернуть любую строптивую марионетку за ниточку,
как она моментально замашет руками и ногами. Примерно как
Валдис Пельш в прямом эфире. Такие они, мастера культуры...
В версию о готовящемся покушении Гусинский верил
настолько истово, что заставил заниматься выяснением всех
обстоятельств свою службу безопасности.
Как-то мне позвонил его сотрудник Комаров, которого я знал
еще по работе в МУРе - тогда он служил в отделе по борьбе с
организованной преступностью. Попросил принять.
- У нас есть достоверные данные, что "солнцевские"
заказали Гусинского, - сказал Комаров. - Если что случится, все
стрелки моментально переведут на вас.
- Как ты, бывший опер, можешь такое говорить? Ты ведь
знаешь, что ни одна спецслужба "мокрыми" делами не занимается.
- Знаю. Но все равно - помогите. Проверь, правда это или
нет.
Мы проверили. Данные оказались полностью
недостоверными, о чем с легким сердцем я и сообщил Комарову.
- Да и по нашим сведениям - тоже, - ответил он.
Моя четвертая и последняя встреча с Гусинским состоялась
в одном из кафе на Новом Арбате. Говорили мы недолго.
- Мне очень нужна встреча с Коржаковым, - завел он
старую песню. - Хотя бы телефонный разговор.
- Владимир Александрович, - удивился я, - вы уже целый
месяц находитесь в Москве. Неужели вы не убедились, что вас никто
не преследует? Живите себе спокойно.
По-моему, он не поверил. Мания преследования вкупе с манией
величия - неотъемлемые спутницы банкира. Вскоре Гусинский вновь
покинул страну.
Всплыл он лишь через месяц. Позвонил из Лондона и
возмущенно выпалил:
- Я читал в гранках интервью Коржакова "Аргументам и
фактам". Он говорит, что любит охотиться на гусей. Валерий
Андреевич, зачем это? Мы же так хорошо общались? Что, опять
война?
Честно говоря, я не очень владел ситуацией.
Поинтересовался у шефа.
- Да ничего такого в интервью нет, - сказал А. В. - Ну
люблю я охотиться на гусей. И что?
Статья вышла в полном виде. Гусинский очень обиделся.
Передал через верных людей, что оскорбления сносить не намерен.
Угрозы банкира всерьез никто из нас не воспринял. Мало ли что он
там говорит!
Возможно, мы Гусинского недооценили. Через некоторое
время Владимир Александрович тесно сошелся с Березовским. Вдвоем
они стали "дружить" против Коржакова. Организовали возвращение
во власть Чубайса. Перешли к массированным атакам через СМИ.
Благо, сделать им это было нетрудно - в руках у магнатов и
телевидение, и газеты, и радио. В частности, в "Новой газете"
вышла разгромная статья друга Гусинского - А. Минкина под
назва
...Закладка в соц.сетях
