Жанр: Политика

Экспорт революции. Ющенко, Саакашвили...

сторінка №37

ый с нашей темой. Авторы пишут:
"Коммунисты ни в коем случае не должны уходить с улиц. В любом городе и селе
есть масса "больных" проблем, коммунисты призваны стать во главе их решения... Не
будем забывать, что любое массовое движение всегда действует по своей
собственной, вполне определенной, логике. Партии необходим особый,
соответствующий моменту, язык: емкий, краткий, образный и близкий для человека
улицы".

Это многозначительный абзац. Итак, от категорий классовой борьбы КПРФ отходит и
предлагает нового социального субъекта - человека улицы. Это скачок в царство
свободы. На каком же языке будут с ним говорить коммунисты ХХI века? Определение
интригует - это особый язык: емкий, краткий, образный и близкий для человека
улицы. Судя по набору определеннй, это язык матерный.

По мнению аналитиков КПРФ, любое массовое движение всегда действует по своей
собственной, вполне определенной, логике. Почему же тогда коммунисты должны
оставаться на улице? Видимо, чтобы наконец-то приобрести какую-то логику, пусть
и логику человека улицы - иначе понять невозможно. И как могут коммунисты "стать
во главе решения" больных проблем любого города и села? Они что, уже повсюду
пришли к власти? И разве больные проблемы решаются на улице?

Похоже, что с такой логикой и вообще с таким подходом руководство КПРФ не сможет
определить свою позицию в момент реализации угрозы "оранжевой" революции - так
же, как не смогла ее определить для себя коммунистическая партия Украины. В
целом, по данному вопросу в руководстве КПРФ на конец апреля 2005 г. наблюдается
разброд. Примечательно противоречивое рассуждение одного из руководящих
работников КПРФ А.Фролова.

Он пишет: "Сегодня в широком ходу версия о том, что акции протеста
левопатриотической оппозиции льют воду на мельницу импортируемой с Запада
"оранжевой революции", цель которой - окончательно разрушить Россию. И хотя я
полагаю, что запущена эта версия не без стараний путинских пропагандистских
служб, тем не менее отвергать ее с порога никак нельзя. Одно дело - "оранжевая
чума" как пропагандистский жупел, призванный дискредитировать левопатриотическую
оппозицию. И совсем другое - угроза превращения оппозиции в "пристяжную" в
"оранжевой" тройке. Здесь, не отказываясь ни в коем случае от борьбы, необходимо
суметь "пройти по лезвию". Как это сделать, должна подсказать практика.

Что же показывает практика? Мощный митинг КПРФ прошел в Уфе отдельно от акции
"оранжевых". С его трибуны было четко сказано: "Мы все очевидцы того, что
происходило под "оранжевыми" знаменами в Грузии и на Украине, кто финансировал
"оранжевых" и кто сейчас ставленники в правительстве этих стран. Это ставленники
Америки. Мы родились и присягали красному знамени и верны будем ему до конца
жизни. КПРФ не входила ни в какой блок "оранжевых" и "голубых". Коммунисты
всегда были верны своему народу и своей Родине и всегда в бой шли первыми".

Затем протестанты двинулись к Дому республики, где соединились с участниками
"оранжевого митинга" и приняли участие в пикетировании"335.

А.Фролову с самого начала не удается "пройти по лезвию". С одной стороны, опять
тезис о шантаже оппозиции - "запущена эта версия не без стараний путинских
пропагандистских служб". Значит, читатели "Советской России" должны эту версию
отбросить? Нет, "отвергать ее с порога никак нельзя". Если нельзя, значит,
угроза реальна? Так скажите ясно, как будет действовать КПРФ и как должны вести
себя ее сторонники.

Вместо ясного ответа следует странный пример, который надо принять как урок
практики. Митинг КПРФ разоблачает "оранжевых" как ставленников Америки.
Заявляется даже, что "коммунисты всегда в бой шли первыми". Казалось бы, они
должны были бы пойти в бой именно против ставленников Америки, против
"оранжевых". Нет, как сообщает Фролов, они "соединились с участниками
"оранжевого митинга" и приняли участие в пикетировании". Да что же это такое?
Тут есть признаки глубокого поражения рационального сознания.

Фролов считает, что так реализуется старый принцип РСДРП: "Врозь идти, вместе
бить". Он даже проводит аналогию с Февралем 1917 года - "именно это и породило
тогда ситуацию двоевластия Временного правительства и Советов, разрешенную лишь
в Октябре". Каковы основания для такой аналогии? Разве в Сербии или на Украине в
результате "оранжевой" революции возникло двоевластие "американских
ставленников" с Советами? С кем должны коммунисты "врозь идти" и кого "вместе
бить"? Фролов утверждает, что "дело в различии социально-классовых интересов и
целей тех, кто "врозь идет, но вместе бьет". И важнейшая сегодня практическая
задача коммунистов - разъяснить массам эти различия, завоевать массы на свою
сторону, вырвать их из-под влияния оранжевых".

Прежде чем такие вещи объяснять массам или "человеку улицы", надо их объяснить
сначала читателям газеты или хотя бы узкому активу КПРФ. Но даже таких
объяснений получить не удается. А ведь вопрос простой: если власть ("путинский
клан") будет пытаться устоять против "американских ставленников", то в чем будет
социально-классовый интерес российских рабочих, крестьян и трудовой
интеллигенции? В том, чтобы "вместе со ставленниками" покрепче ударить власть?
Или "вместе с властью" покрепче ударить "оранжевых"? Тут с помощью демагогии
выкрутиться нельзя, надо отвечать.

От ответа на этот вопрос уходит и один из левых идеологов "новой волны"
С.Строев336. Сначала он дает вводную в радикально-классовом стиле: "Начиная с
2000 года, то есть с момента прихода к власти В.В. Путина правящий буржуазнокриминальный
режим начал свое стремительное злокачественное перерождение в
фашистскую диктатуру, завершившееся в конце 2004 г ... В условиях, когда главной
политической угрозой стала прямая фашистская диктатура, началось сближение всех
противников фашистского режима из обоих антагонистических лагерей -
коммунистического и "демократического"... На наших глазах формируется единый фронт
противников фашистской административной вертикали от "комитета 2008" и
сторонников Хакамады до анпиловцев и лимоновцев включительно".

Итак, главной политической угрозой С.Строев считает прямую фашистскую диктатуру
(перерождение в которую, по его мнению, завершилось в конце 2004 г.). Казалось
бы, отсюда и вытекают все остальные выводы - "оранжевая" революция, свергающая
"прямую фашистскую диктатуру", должна рассматриваться как благо или во всяком
случае как меньшее зло, устраняющее главную угрозу. На этом фоне дальнейшие
сомнения приводят в недоумение. Вот в чем сомнения: "На первый взгляд такая
ситуация [образование единого антифашистского фронта] может вызвать определенный
оптимизм. На самом же деле она несет в себе огромные риски и угрозы, как для
Компартии, так и для России в целом. Фактически в России начал реализовываться
"оранжевый" сценарий, уже обкатанный и отрепетированный на Украине".

Как это понять? Ведь "оранжевый" сценарий, даже если он и несет риски и угрозы,
все же представляет угрозу низшего уровня по сравнению с главной угрозой. Нельзя
же в условиях войны с фашистской диктатурой отовсюду получать одни удовольствия.
Да и в чем, по мнению Строева, угроза "оранжевой" революции? В чем "огромный
риск для России" победы "оранжевых"?

Строев пишет: "И путинский режим, и либеральная "СПСовско-ходорковская"
оппозиция выражают интересы одного и того же слоя - консолидированной олигархии,
извлекающей сверхприбыли из распродажи российских недр. Конфронтация между
"путинской вертикалью" и "демократической оппозицией", в сущности, исчерпывается
разборкой между двумя криминальными кланами. Социальная и классовая их природа
тождественна - консолидированный слой компрадорской буржуазии и высшего
чиновничества... Кто бы ни победил в этой борьбе, принципиально вектор политики
государства не изменится".

Смысл этого абзаца напрочь отрицает смысл прежнего. Если "оранжевые" побеждают
"фашистскую диктатуру" и при этом "принципиально вектор политики государства не
изменится", то радоваться надо. Ну, разобрались два криминальных клана,
социальная их природа тождественна - зато мы освобождаемся от диктатуры и можем
восстановить "демократические институты", которые у нас были до 2004 г. В чем же
тут риск? Да здравствует революция!

Строев пытается разрешить это противоречие с помощью риторических вопросов:
"Можем и должны ли мы воспользоваться конфликтом двух буржуазных кланов для
дестабилизации ситуации в стране и инициирования революционной ситуации? Или
даже так: можем ли мы использовать фронду олигархов для подрыва откровенно
фашистского режима? Итак, какова же цена предлагаемого нам политического
апельсина?

1. Потеря политического лица и морального авторитета... Когда первый секретарь
горкома КПРФ оказывается на митинге в одной компании с гражданами, держащими
плакаты "Свободу Ходорковскому", Партия явным образом дискредитируется - и это
неизбежная цена участия в "общепротестных мероприятиях".

2. Идеологическое влияние... В ходе совместных акций происходит взаимное
идеологическое и стилистическое влияние. И ключевой вопрос: кто здесь пересилит...

3. Вовлечение в "общедемократический" проект потребует от нас отмежеваться и
отказаться от достигнутого нами стратегического союза с "белыми" державниками,
русскими националистами, консервативными и традиционалистскими кругами
Православной Церкви. Иными словами, КПРФ окажется вовлечена в разрушение
национального единства русского народа...

Не слишком ли велика цена за временный и неустойчивый альянс с заведомо классово
и социально враждебной силой?"

Риторикой тут не поможешь. Боязнь, что КПРФ потеряет невинность, побыв "в одной
компании с гражданами, держащими плакаты "Свободу Ходорковскому"", ничтожна по
сравнению с той картиной битвы богов с титанами ("олигархов с фашистами"),
которую поначалу нарисовал Строев. Классовый анализ, даже сдобренный
гипертрофированными ругательствами, тут обнаруживает полную беспомощность.
Какая, к дьяволу, фашистская диктатура? Совсем забыли азы истории - или лавры
Швыдкого с его пугалом "русского фашизма" уязвили самолюбие?

В целом, мышление нынешних российских "левых" пока что ограничено довольно
жесткими рамками ортодоксального исторического материализма с упором на
долговременные (формационные) классовые противоречия и действие "объективных
законов общественного развития". Например, компартия Украины во время
"оранжевой" революции действовала, исходя из марксистской установки о ведущей
роли борьбы классов в истории. Они представляли обострение кризиса как
столкновение между буржуазией и пролетариатом, а на деле имел место
гипертрофированный средствами манипуляции конфликт между малороссийской
цивилизацией, ориентированной на Россию, и западно-украинской цивилизацией,
ориентированной на Запад.

Особый характер украинско-российских отношений не нашёл отражения ни в
программных документах, ни в практической деятельности КПУ. Компартия "выпала"
из реального конфликта, связанного с историческим выбором Украины. Это привело к
разброду в ее рядах. Часть украинских коммунистов почти открыто работала на
Ющенко, доказывая, что между ним и Януковичем нет разницы. 4 ноября Пленум
призвал всех сторонников партии во втором туре выборов не голосовать ни за
одного из кандидатов.

А. Бузгалин пишет: "Во время декабрьского противостояния социалисты
(поддерживаемые в основном украиноязычной интеллигенцией) поддержали Ющенко,
мотивируя это необходимостью борьбы за демократию, против олигархобюрократической
власти. КПУ заняла позицию "чума на оба ваших дома", а ряд
сталинистких групп выступил (с массой оговорок) за Януковича. Небольшое число
троцкистских и анархических организаций, а также независимой демократической
левой (стоящей левее социал-демократов) интеллигенции проявили себя крайне
слабо, как правило, в общем и целом поддерживая демократические лозунги Майдана,
но не поддерживая Ющенко"337. Таким образом, можно считать, что левые
марксистские партии в условиях острого общественного противостояния оказались
без методологической основы для того, чтобы определить свою позицию.

Более того, самые ортодоксальные марксисты, в общем, весьма благосклонно
отнеслись к "оранжевой" революции, видя в ней признак подъема политической
активности трудящихся масс. По мнению А. Бузгалина, "Майдан стал не просто
массовой общедемократической акцией гражданского неповиновения. Он стал
прообразом мирной народно-демократической (антиолигархической) революции, столь
необходимой народам Украины"338. Конечно, любой открытый социальный протест -
необходимая школа для воспитания гражданского чувства и обучения гражданским
навыкам. Но в данном случае этот протест был инструментом для достижения вполне
жесткой и ограниченной цели, не имеющей ничего общего с "мирной народнодемократической
(антиолигархической) революцией". Чтобы не увидеть этого, надо
было иметь на глазах фильтр, резко искажающий реальность.

Часть левых видит в "оранжевой" революции удобный трамплин для того, чтобы с нее
прыгнуть в революцию "красную". Б. Кагарлицкий пишет: "Урок и вызов украинского
кризиса для российских левых предельно ясен. Мы стоим перед историческим
распутьем. Если мы сегодня не возьмем на себя исторической ответственности, то
упустим шанс, предоставленный нашему поколению, нашей стране, нашему классу.
Предадим свою историю, свою идеологию и своих товарищей в бывших советских
республиках. Мы должны принять самое активное участие в борьбе за
демократические преобразования. Но не в качестве придатка никчемной и лживой
либеральной оппозиции, а в качестве самостоятельной и независимой силы. Отказ от
самостоятельности - даже хуже, чем отказ от борьбы.

Левые выступают за демократию не для того, чтобы обслуживать либералов, а для
того, чтобы при поддержке большинства народа отправить либералов на свалку
истории. Следовательно, наш выбор - борьба и независимость. Наш принцип -
демократия в интересах трудящихся классов. И каким бы трудным ни казался путь,
как бы далека ни казалась от нас победа, мы не должны отчаиваться. Мы должны и
можем победить"339.

Симпатии к "оранжевой" революции как активному действию против "олигархов и
буржуазного государства" идут рука об руку с неодобрением по отношению к
трудящимся, никак не желающим порвать пуповину советских общинных связей. А.
Бузгалин как ортодоксальный марксист сожалеет о том, что рабочие Украины никак
не сбросят с себя цепи советского мировоззрения и не превратятся в "пролетариев,
не имеющих Отечества". Он пишет: "Рабочий класс... далеко еще не вырос из
полуфеодальных-полукриминальных пут внеэкономического принуждения и
патерналистских пережитков, не осознал в полной мере противоречий между своими
интересами и интересами хозяев (одна из господствующих до сих пор линий -
совместное спасение администрацией и рабочими "нашего" кризисного предприятия,
уже давно ставшего совершенно чужим для рабочих). Похоже, что рабочие Украины
пока еще не превратились до конца в класс наемных рабочих даже объективно,
будучи сращены с местом жительства, "дачами", пост-советской привязанностью к
"своему" заводу и т.п. Отсюда слабость его классового самосознания".


Идейная слабость левых видна уже в том, что они не нашли языка, на котором можно
верно описать главные угрозы нашему бытию, порождаемые нынешним кризисом.
Марксистские и торжественно-державные понятия, которыми полны программы и
выступления левых политиков, скользят мимо, не выражают той беды, которую
интуитивно чувствуют люди.

Сейчас положение организованных левых сил резко осложняется. Тот альянс, который
в 1991 г. добился ликвидации СССР, начал новую военную операцию в бывших
советских республиках. Преследуется много целей, и одна из них - пресечь попытки
к восстановлению хозяйственных и культурных связей. На наших глазах проведена
замена стоявших у власти группировок в Грузии и на Украине. И это была вовсе не
косметическая замена, а разновидность радикального переворота с резким усилением
антироссийских установок новой власти. Недаром эти акции получили название
"революций". Никакого отношения к классовой борьбе они не имеют, никаких
социальных противоречий не разрешают, но ведь и противоречия, и борьба бывают не
только классовыми.

Глава 23. Позиция умеренных либералов и лево-центристов


Спектр политических организаций, которые склоняются или уже склонились к тому,
чтобы поддержать "оранжевую" революцию в РФ, очень широк. Это не значит, что в
решительный момент все они займут определенную активную позицию, но даже
нейтрализация какого-то сегмента общества в такие моменты бывает очень важна
(так это было на Украине, например, в результате нейтралитета коммунистической
партии).

Американский эксперт по России Л. Арон пишет: "На страницах газет и журналов (а
зачастую и на телевидении) лидеры общественного мнения как правого, так и левого
толка и сегодня безоглядно и яростно критикуют режим. Все крупные издания,
большинство политических партий, движений, группировок, и даже многие частные
лица имеют собственные вебсайты, а доступом к интернету обладает уже как минимум
15% населения, и число пользователей растет безудержными темпами"340.

Французская "Ле Фигаро" так представляет нашу радикальную либеральную
журналистку А.Политковскую в статье "Готовится революция": "Российская
"пустыня", в которой раздавался ее [Анны Политковской] "глас", похоже, в
одночасье наполнилась оппозиционерами: "В регионах возникают антипутинские
движения, где вместе выступают коммунисты, пенсионеры, националисты и
либералы", - говорит Политковская в Париже на презентации своей книги "Путинская
Россия", "живо свидетельствующей о рабском положении российского народа". Эта
взрывная волна, по ее мнению, вызвана революциями на Украине и в Киргизии: "Наши
сказали - как? Разве мы не сможем сделать то, что получилось у наших младших
украинских и киргизских братьев?"341.

Ю.Громыко резюмирует выводы многих политологов, которые анализируют этот
процесс: "Итак, развёртывается борьба между двумя процессами за перехват власти
у Путина и за сохранение власти у Путина. Ряд потенциально "оранжевых"
бесконечно расширяется, включая в эту группу все спектры политических партий и
движений".

Что касается претендентов на роль организаторов "оранжевой" революции, то их
позиция уже вполне определенна - это "Комитет- 2008", СПС, "Яблоко" и "Открытая
Россия". Московские либералы и консультировались с украинскими
"революционерами", и консультировали их. В Киеве работали члены политсовета СПС
Иван Стариков и Борис Немцов.

Группа "яблочников" во главе с лидером молодежного "Яблока" Ильей Яшиным
выезжала на Украину и участвовала в акциях на Майдане. "Начинают появляться
активисты, маленькие студенческие инициативные группы, которые "в принципе не
против", - рассказывает Яшин, - но пока главным партнером организации "Пора" в
России остается молодежное "Яблоко"342. Ассоциация "Поры" и "Яблока" уже
воспринимается как нечто само собой разумеющееся. В интервью А.Н.Яковлева
"Независимой газете" его спрашивают: "Как вы оцениваете возросшую активность
молодежных движений? Таких, как "Пора!", молодежное "Яблоко"? Заменят ли они в
будущем старые либеральные партии?" Он отвечает: "Возможно. Я знаю, например,
молодежную организацию "Яблока" - мне многие ребята там нравятся. Это люди с
состоявшимися демократическими взглядами, желающие что-то понять"343. Прав
архитектор перестройки, хорошие кадры растут - "желают что-то понять" (это
называется "состоявшиеся демократические взгляды").

М.Чернов ("RBC daily") пишет: "Эмпирическое свидетельство того, что "процесс
пошел", - резкий рост активности оппозиционных партий и политиков. На
телеэкранах все чаще стали мелькать уже почти канувшие в небытие "политические
трупы" Бориса Немцова и Ирины Хакамады, свои президентские амбиции обозначил и
Михаил Касьянов. Совершив неубедительный кульбит с голодовкой-голоданием,
неожиданно перешла в декларативную оппозицию считавшаяся "пропутинской"
"Родина", возрождается Народно-патриотический союз России (НПСР) Семигина.

Понятно, что все это не случайно, и вряд ли можно допустить, что вдруг у кого-то
из уже набивших оскомину политиков внезапно "проснулась совесть" и они "перешли
на сторону народа"... Активность возросла не только в секторе "официальной"
политики. Открыто, например, действует движение "Пора", "Молодежное Яблоко",
которые практически работают на повторение украинского сценария в России...

Суть начавшихся процессов - реструктуризация российского политического поля,
создание системы, которая могла бы стать эффективным инструментом для дальнейшей
раскачки корабля "государство Россия" до тех пор, пока он не грохнется днищем о
скалу... Для начала система будет, скорее всего, приведена к общему знаменателю.
Ее контуры вполне проглядываются уже сейчас. Организация на базе "Яблока",
Национал-большевистской партии (НБП) и более мелких организаций и группировок
станет работать на крайне левом фланге. Это будет небольшой, но реально
способный на эффективные действия и готовый к ним блок. Более умеренным крылом,
по-видимому, станет декларативно пропутинский НПСР Геннадия Семигина...

По той же схеме "радикалы и умеренные" будет структурирован и правый фланг.
Радикалы сплотятся под крайне националистическими, практически фашистскими
лозунгами "очищения" России от иммигрантов, гастарбайтеров и евреев. В новое
движение войдут куски разваливающейся "Родины" и традиционные националистические
движения. Более умеренная правая фракция, которая не будет выдвигать на первый
план погромные лозунги, может быть сформирована на базе части "Родины" и даже
депутатов из "ЕдРа"... Такая схема может вполне эффективно работать - одна часть
будет заниматься парламентской борьбой, а "боевые отряды" выйдут под лозунгами
свержения власти на московские и петербургские "майданы". По мнению члена совета
Ассоциации политологов и экспертов-консультантов (АСПЭК) Владимира Горюнова,
населением востребована только лево-националистическая идеология, и именно она
будет на знаменах российских "майданов"344.

В обзоре молодежных "антипутинских" движений выделены такие. "Идущие без
Путина", созданное студентом из Петербурга М. Обозовым. У этой организации есть
московское отделение, которое возглавил Р. Доброхотов. "Идущие без Путина"
планируют открыть региональные ячейки в Казани, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде
и Омске. "Наш план-максимум - смена режима в стране и свободные выборы-2008,
"оранжевая революция" в России", - отмечает Доброхотов. Движение "Пора"
возглавляет бывший спецпредставитель Березовского в партии "Либеральная Россия"
А. Сидельников. "Пора" поддерживает М. Касьянова как кандидата в президенты. На
правом фланге возникла молодежная коалиция "Оборона", в которую вошли
представители молодежного "Яблока", СПС, студенческой ассоциации "Я думаю",
института "Коллективное действие" и др.345

Вот репортаж о январской демонстрации в Петербурге: "Объединились те, кого
доселе считали несоединимыми. Вместе, под ярким многоцветьем флагов, шли молодые
люди из "Яблока" и НБП, анархисты и коммунисты, предприниматели и пенсионеры - в
общем, фактически весь народ. Которому, по Конституции, и принадлежит верховная
власть... Наш оранжевый десант - группу питерских журналистов, видевших своими
глазами торжество революции в братской стране - обычно встречали довольно
приветливо. Многие участники марша повязывали себе на руку революционные
"стрiчки", а кто-то даже устанавливал символические "майдановские" палатки.
Здесь оранжевый цвет не ассоциируется персонально с Ющенко - он стал просто
символом народного сопротивления и общей победы над зарвавшейся властью. А также
- соединения идеалов Свободы и Справедливости - которые в России, увы, зачастую
противопоставляются...

Именно эта инерция проявилась в паре случаев встречи с краснознаменными
старушками, которые смотрели на наши солнечные шарфы, как Ленин на мировую
буржуазию. Их просто искренне жаль - выступая против ограбившего их Путина, они
при этом все же заразились путинской антиоранжевой пропагандой. Жаль, что у нас
с собой не было веселых американских валенок! И потому их злобное шипение: "Вы
еще завоете!" приходилось неполиткорректно обламывать: "Да вы уже воете!"

А вот нацболы, напротив, воспринимали оранжевую символику с живым интересом. И
мы охотно дарили им стикеры "Мир вам!" Они - молодые, яркие, размахивавшие
своими эпатажными флагами - парадоксальным образом, оказались на этом митинге
самыми близкими по духу киевскому Майдану. Когда кажущееся всесилие власти
преодолевается волей к победе и свободному историческому творчеству.

Метафизика революции вообще состоит в резком освобождении от "правильных"
иллюзий. Поэтому особенно круто звучала на митинге кричалка: "Долой "Единую
Россию"!" - ведь кавычки-то не произносятся... Наверное, русская история
действительно возобновится лишь тогда, когда рухнет эта лунная пародия на
великую империю, с ее ненасытной чиновничьей вертикалью, полицейским террором и
медиа-ложью. И новую эпоху вновь начнут те, кто думает не о сроках и границах, а
о началах и открытиях..."346.

Если позиция право-либеральных политиков ясна и логична, то намерения левоцентристских
и националистических организаций понять пока трудно. Вот, на левом
интернет-сайте pravda.info выложена статья о том, что "на этапе революционной
борьбы, когда будут решаться общедемократические задачи, российские левые должны
консолидироваться со всеми оппозиционными силами, в том числе и с экс-премьером
Михаилом Касьяновым". Какова программа Касьянова? Каковы основания для того,
чтобы левым заключать с ним не просто союз, но даже "консолидироваться"?
Основания смехотворные: "его аппарат состоял из действительно высококлассных
профессионалов с преимущественно левыми взглядами... Здесь достаточно упомянуть
главного экономического советника Касьянова, знаменитого Михаила Делягина, чтобы
составить впечатление

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.