Жанр: Стихи
Стихи
... Велит неугомонность,
И радость не сулит,
И шлет порой беду,
Чтобы мазок бросать
На этот холст огромный,
Который всем открыт
И вечно на виду.
1993
x x x
Пока перо бумаги не коснется
Тревожно медлит первая строка,
На первый шаг купальщицы похожа,
Но вдруг решится -
И наверняка
Подать сестре доверья рифму может.
Не ошибись, подругу ей послав,
Не обмани, случайно бросив слово,
Не разделить уже отлитый сплав,
Как не прожить однажды прожитого.
x x x
И все же к простоте ломились
И Эренбург, и Пастернак,
Она далась им не как милость
И не явилась просто так.
Но объяснить никто не сможет,
Ну, разве что искусствовед
На счетах время подытожит
И какова цена побед.
Строка короткая беспечна
И остроигла, как ерши,
Зато как формулы - навечно
Их откровения души.
И если грянет катастрофа
Среди стремительных планет,
То смогут вновь по этим строфам
Восстановить наш горький свет.
x x x
От бытия ему икается,
И с прошлым все
Перекликается,
И ныне он без интереса
До прагматичного прогресса,
И все внутри без затруднения
Находит он для обновления.
И это не простят ему,
Понятно точно - почему:
Всегда он неблагополучен
Поскольку нестандартно штучен.
x x x
То ли сидя во дворе кемарить,
То ли сочиняет "Ревизор",
А двойник на именном бульваре,
Не стесняясь, вышел на позор.
Что бессмертному до этой доли -
Он уже при жизни все сказал судьбе,
Скульптор знать забыл, что поневоле
Он ваяет памятник себе.
Может быть, рассерженной толпою
Вынесет сидящего на люд,
А пока что в Гоголя, не скрою,
Правда, целясь в скульптора, плюют.
x x x
Вас прикроет строчка Блока,
Фраза выручит из Ницше,
Светский вид придаст Набоков,
И поднимет Блейк всех выше.
Врите смело, непохоже,
Им предоставляя слово,
Кто проверить это может -
Пусть звучат свежо и ново.
За душою, что сыскалось,
Им отдайте, не жалея,
Пригодится даже малость -
Формулируйте смелее.
Приобщайте круг к высотам -
Дорог друг вдвойне, что вечен,
Разыграйте, как по нотам,
Память мира в эту встречу.
Стоит лишь остерегаться,
Что однажды ... плоть от плоти
Могут классики собраться
И за все вас поколотят!..
x x x
На грани боли и отчаянья,
Когда не совладать с собой,
Стихи придут совсем нечаянно,
Неотвратимо, как прибой.
Они раскатятся разрядом
Меж этих тягот грозовых
И выйдут из тебя и рядом
С тобой улягутся живым.
И свежесть одурманит сразу,
Заставит легкость все забыть,
Ничто не значащую фразу
Из жизни целой полюбить.
Ты пуст, здоров и недоволен
Стихотвореньем и собой,
Весь век неизлечимо болен
Своею собственной судьбой.
x x x
Вот и пишется, как дишится,
Ни полслова, ни строки,
Год рожденья снова слышится,
Дни его недалеки.
Мало в дом вложили разве мы,
Или совесть не чиста,
Столько сердца, столько разума,
Но без веры пустота.
А она всего запретнее.
Мы поземкой на пути
Пробежим,
гонимы ветрами,
Чтобы время занести.
И не вынести, не выстоять,
Не оставить, не понять,
Не согрев,
погаснуть искрами,
Не поднявшись,
лечь опять.
Мы судьбы уставшей узники
В ожидании свинца,
Все опять начнется с Грузии -
Боль девичьего лица.
На затопленной, истерзанной
Места хватит нас сложить,
Совесть ходит под обрезами,
И нельзя поземкой жить.
x x x
А для чего же эти занавески
Пустячных дел, незначащих забот,
Когда могу оставить людям фрески,
И это мне известно наперед.
За ними там нешуточное дело,
Стихии гром, раздумий тишина,
Ужели так эпоха одолела,
Ужели одолжила так страна.
Я был уверен, что неисчерпаем,
Поскольку Бог водил моей рукой,
Но где-то притаился видно Каин,
Кому разбой он, а кому покой.
И вот она - беспомощность навстречу,
Предательства не в силах одолеть,
Я дни теперь не тихой датой мечу,
Не заношу над ними рифмы плеть.
Соперницы - удача и разлука-
Меня как раз не могут поделить,
Но если не исчезла сердца мука,
За занавеской не сумею жить.
x x x
Лицо подставил листопаду,
Настигнут истиной простой:
За что-то осень мне награду
Монетой платит золотой.
И в шелестящее молчанье
Твержу прозрение свое:
За то, что я ее сознанье,
За то, что зеркало ее.
x x x
Счастья краткое мгновенье -
В нем судьба заключена,
Не пркормит вдохновенье,
Но к нему ведет она.
Это вальс на голой льдине
И рисунок на песке,
Это только миг единый
В нескрываемой тоске,
Это тихая улыбка
Над родившейся строкой,
Это в черном зале скрипка,
Обманувшая покой.
Так ручей не умолкает,
Зная горький свой конец,
Так безудержно сверкает
Солнца пламенный венец,
И не кормит вдохновенье,
Возвышая час любой,
Но слагаются мгновенья,
Становясь твоей судьбой.
x x x
Как Библию читай
Прошедшие печали
И мудрости земной,
Дивясь, не прекословь,
Мы в жизни столько раз
За бедами встречали
И благостные дни,
И радость, и любовь.
Пусть зависть изведет
Швыряющих камнями -
Да, пращуры мои
Писали книгу книг,
И сколько будем жить
Пребудет между нами
Печали и любовь
Питающий родник.
x x x
Ужели хватит нам воспоминаний
На тот безвестный срок, что нам остался,
И никаких не требовать скитаний;
И никаких пустот не заполнять,
И не краснеть за то, где ты скитался,
И не вздыхать о радости желаний,
И не стремиться встретить их опять!
Я не хочу на прошлом словно чага
Висеть на умирающем стволе,
Царапины и пятна на столе,
И снова - белоснежная бумага,
Тот чистый лист, что крови ждет моей,
Стекающей через перо на строки,
И новые ошибки и уроки
Уходят в память за судьбой скорей,
Чем успеваю их я записать,
Не вовремя кончается тетрадь,
И прошлое - да вот оно - сейчас:
Мой каждый день, мой каждый новый час.
x x x
Ничто убить не в силах строчку,
Которую поэт родил.
Ссылай в именье за Опочку,
Приблизь и званьем награди,
В затылок пулю на Лубянке,
В подарок знойной Колыме,
Или в Калитники останки
И в яму тайную во тьме...
Она ничем не истребима -
Сама разит, казнит и жжет...
И ненавистна и любима
Незнамо как живет -
живет!
x x x
У снега нет ни прошлого, ни завтра,
И скрип его исчезнет без следа,
Какая бесполезная затрата
Материала; времени, труда!..
А впрочем труд не так уж энтропиен,
Задумка повторяется века,
Материал, когда б не торопили,
Мог попрочнее быть наверняка.
А все же снег...
из зависти возможно
Хочу, как он, лететь, лететь, упасть...
И так лежать, как будто бы возложен,
И так сверкать, как будто солнца часть!
1991ТЫ
Покажется грядущее знакомым 19
Монолог 20
Любил, а счастья так и не изведал 21
Тело 21
Что значит простить? 22
Силы трачу на тихие игры 22
Стареет город и ветшает 22
Быть может, я живу не в первый раз 23
Может я и выдумал тебя 23
Теряет память нежные детали 23
Я могу кого-то оттолкнуть 24
Постой, постой 24
Вечер встречает меня ворожбой 25
Р.С 25
Ревнуй меня ко всем стихам 26
Жемчужный день - весны осколок 26
Чем пахнет первый снег лесной 26
Колеблется чаша весов 27
Не отдаю тебе ни грана 27
Вот так стоять: к тебе лицом 28
Колдунья, девочка, глазастик 28
Гладко волосы, пучок 28
Ты местью сделала любовь 29
Чуть-чуть в сторонку отойти 30
Не говори, когда поймешь 30
Прошу тебя, не опоздай 30
Когда пророчества сбываются 31
Угли охлаждаются снаружи 31
Нет. Не признаньем 32
Крепко запутались строчки 32
Подыхаю от жадности 33
Нет в твоем молчанье 33
Из ничего, из пустоты 33
Когда в душе возникли тайно 34
А если бы все совместилось 34
Тихий серенький денек 35
Бог "Песнь песней" каждому поет 35
Расстанусь верно я с тобой 35
Что может случиться с тобою 36
Ты зачем, зачем ушла 36
Что ты делаешь сейчас 37
В ошибке есть одна свобода 37
Когда поверить трудно в лето 38
Пусто. Стук пустых ветвей 38
Можно петь под дудочку сирокко 38
В этой местности когда-то 39
Найти так трудно и так просто 39
Читать чужие дневники 40
Капризы уведут свободу 40
Движение души 41
Не покидай меня 41
Какая безделица 41
Нет, пауза совсем не остановка 41
Все женщины, которых я любил 42
ВОТ ЧИСТЫЙ ЛИСТ
Спасибо, Бог 43
Успех любимца выбирает 43
Биография поэта 43
Нельзя поэтов обижать 44
Был прост, как ямб 44
В искусстве право меньшинство 45
Бальзак 45
В день рождения А.С. Пушкина 46
За чьи грехи страдают дети 46
Павловск 46
Вот чистый лист 48
Не делай этого, не делай 48
Вильям Блейк 49
Был Пушкин беден 49
Про запас зажато в горсти 50
Удачи в ямбе 50
Легко изложишь сказку и роман 51
Понять попробуй птичье пенье 51
Улетела песня 52
Тексты производи 52
Как страшен до сих пор Везувий 53
Я никогда не верю в это чудо 53
Рукописи рвут с досады 54
Не прячься за строку стиха 54
Художник, наград не преследуя 54
Достоинства модели 55
Чтоб каждое пятно 55
Пока перо бумаги не коснется 56
И все же к простоте ломились 56
От бытия ему икается 57
То ли сидя во дворе кемарит 57
Вас прикроет строчка Блока 57
На грани боли и отчаянья 58
Вот и пишется, как дышится 59
А для чего же эти занавески 59
Лицо подставил листопаду 60
Счастья краткое мгновенье 60
Как Библию читай 61
Ужели хватит нам воспоминаний 61
Ничто убить не в силах строчку 62
У снега нет ни прошлого 62
Михаил Садовский. Унисоны
© Copyright Михаил Садовский
Email: marksadovsky@hotmail.com
Date: 05 Jul 2001
Изд. "Власта", Тула, 2001
к н и г а с т и х о в
М о с к в а 1 9 9 9 г о д
ОТ АВТОРА
Рано или поздно каждый задумывается: ради чего я живу? Кроме ненормальных и
фанатиков все приходят к одному - ради жизни. А все эти "ради детей", "ради
внуков", "во имя искусства" или, упаси бог, "ради отчизны"... хороши для
оболваненных дураков, озвучивания в разговоре с соседями и как аргументы в
семейном споре.
Вслед за первым неизбежно возникает второй вопрос: как я живу? На него
столько ответов, сколько людей, потому что все зависит от созвучия души той
любви, ненависти, равнодушию, боли, радости, горю... всему, что окружает
нас, да и наполняет нас.
Вечное стремление к гармонии предполагает точный и недостижимый унисон с
любым событием, происходящим в мире. Недостижимый... но мы стремимся к этим
унисонам невольно и постоянно именно потому, что живем не ради выдуманной, и
уже потому порочной идеи, а ради жизни.
Я ничего не придумал, но только почувствовал все, о чем написал, в
благословенном плаче младенца, кладбищенской тишине и глухоте кричащего
мира.
Читатель, спасибо, что ты открыл эту книгу. У меня только одна просьба: не
читай стихи подряд - делай паузы между ними подольше. Чтобы хватило времени
почувствовать, можеть быть, наши сердца хоть иногда бьются в унисон, а это,
по-моему, большое счастье.
Мих. Садовский
Москва
x x x
Умираю, как дерево старое,
В неухоженном нашем саду.
Может, людям еще что-то дарую,
Для себя ничего уж не жду.
Не отравлен беды равнодушием,
Я боюсь до конца не успеть
Хоть еще одной строчкою душу им
Словно яблоком спелым согреть...
ВРЕМЕНА
Времена застоя?
Времена разгула.
Мрачного запоя
Черного, как дуло.
Времена значкистов,
Времена чекистов,
Тайн, ОВИРа, пушек,
Взяток и психушек.
Времена застоя -
Времена разгула.
Из гнезда такое
По стране раздуло!..
Времена глушилок,
Времена грешилок,
Замов, ЗИЛов, залов,
Серых кардиналов.
x x x
В чаду устройства и аврала
За кружевом добра и зла,
Кого Россия потеряла,
Кого случайно обрела.
Одна лишь истина в итоге
Без права выбора и мест,
Для всех неотделимо строгий
Жил параллельно наш подтекст.
Пускай анкетная оплошность
Могла перекосить наш путь,
Но он, не огорченный ложью,
Был наша исповедь и суть.
Как антимир, он вечно с нами
Незримо сосуществовал,
Хранимый бережно, как знамя,
Как полный золота подвал.
То ли грядущим оправданьем,
То ли для нынешних друзей
Был принудительною данью
В неоценимости своей.
И ныне не спешит, не веря
И не найдя еще пути,
Сторожко с недоверьем зверя
Открыто рядышком идти.
А вдруг на чаше недостало,
И вновь следят из-за угла,
Кого Россия потеряла,
Кого случайно сберегла.
x x x
По-русски горько ты звучишь, свобода,
Быть может, для тебя велик наш дом.
Мы всем народом вышли из народа,
Да вот куда теперь толпой придем...
Какую славу мы себе стяжали?
Мы жгли мосты, топили корабли,
И попирали каждый век скрижали,
И лишь людьми за все платить могли.
Духовностью божились и кичились,
Без принужденья сокрушая храм -
Когда ж на перепутье очутились,
И Бог своей руки не подал нам.
Зато поэтов били и стреляли,
И гнали в даль их со своей земли.
И от всего теперь свободны стали,
На что бы опереться мы могли.
Быть может, нам такой свободы надо? -
Мир избавлялся от нее века.
А нам непостижимая награда
Не просто так дана наверняка.
x x x
Все кладбища да кладбища в снегу -
Глаз видит только то,
что сердце хочет....
Дома, машины, магазины -
прочерк,
В них вникнуть и проникнуть не могу.
Единый исцеления порог,
Один владелец вечности беспечный,
Неведомый и горький
Путь свой Млечный -
Нам цель его известна и итог!..
И не жалея ничего вокруг,
забыв, что нам не вырваться из круга,
отчаянно и дерзко
бьем друг друга,
и превращаем смысл слова
в слог!..
x x x
Медовая пора. Телега.
И звздопад. И звездопад.
Сады от грозного набега
Орды безжалостной трещат.
В ночном безмолвье одиноко
Визгливый голос так смошон,
И без последствия и срока
Во тьме разбоя тонет он.
Трещат стволы. Плодов не взяли.
Стрясли, втоптали и ушли.
И никогда бы не узнали,
За что и где они, вдали.
Оставшиеся звезды крупны,
Весною обновится сад.
И божьи кары неподкупны,
Но время не вернуть назад.
x x x
Слышно стрелок движенье -
Не времени бег -
И ворчание утренней каши.
За окном утекает
Разнузданный век,
Унося биографии наши.
Быстротечнее дни,
И мельчает любовь,
Стали мели,
Где были глубины,
И обманчив по-прежнему
Снежный покров
Дорогой среднерусской равнины.
x x x
Уходит век без славы и наград,
И силятся разгневанные боги,
Назначив неспроста планет парад,
Скрыть в вечности печальные итоги.
Но в вышине опять рассеют зло
Осколки обезвреженной планеты,
И прорастут они, чтоб тяжело
Искали те же вечные ответы.
Окружности никак не распрямить
И уповать напрасно на везенье,
Одна лишь память, тоненькая нить,
Связующая тленье и цветенье.
x x x
Прогресс без всякого стесненья
Идет по душам и телам.
Среди людей все шире мненье,
Что он страшней чем дикость нам.
А тем, кто выживет на свете,
Когда мы будем век кончать,
За окончание столетья
Медали надо выдавать.
x x x
Прыжок безумный затяжной,
Не чую тверди под собою,
Мы рождены одной весной,
А связаны одною болью.
Все несбыванья, все "потом",
Неверьем безразличны стали,
И ожидание кнутом
Уже сумеет быть едва ли.
Так горек и так прост итог,
И сожаление не гложет:
А все ли сделал то, что мог,
Да и хотел ли сделать, может...
Для плута наступает час
В обмна день, а мы устали,
И это время в самый раз
Отдать, чего не наверстали.
Так долго ранняя весна
С трудом переползает в лето,
Что обманула всех она,
Лишь почки - ни тепла, ни света.
Обратно невозможен путь,
Рывок, прижаты мы к преграде,
Но не по силам нам чуть-чуть...
Перешагнут нас те, что сзади.
x x x
Если дни разложить, как шпалы,
И по ним провести мой путь:
Взлеты, горести и опалы...
Только в завтра, как заглянуть.
Вот уперлась в меня дорога.
Снова риск - не глухая кладь.
Только мне бы узнать, как долго
Будет в спину меня толкать.
И какою отметит метой,
Где венок менять на венец.
Все пока по дороге этой
Ездят только в один конец...
x x x
На волю вышли лица и наряды
за много лет накопленные им,
из плена плоской памяти другим
кому в укор, куому-то, как награды.
Но страшно среди них себя найти
в стыде и боли горького сравненья,
что нам дают минуты откровенья
в конце неисправимого пути!?.
Тут не собрать уже, не починить,
не склеить, не вернуть, не сделать снова,
прожитое за плоскостью былого
бессмыслено и хаять и чернить...
На что такая емкость зеркалам?
Зачем их так беречь, и что в них прока?
Жестока плата так за взгляд пророка,
что никогда не расплатиться нам!
1997.
x x x
Перемешали небыли и были -
меж них напрасно не ищи черту,
спасибо вам, что вы на свете жили,
что вы ценить умели красоту.
Музей - ваш дом - разграблен и запущен,
в нем бой часов, свидание картин,
другие ныне ад и рая кущи,
чистилища кровавый карантин.
И кажется: в тревожной анфиладе
сейчас мелькнет шуршащий кринолин
и благородством горечь дней разгладит
под бой часов под взглядами картин.
x x x
Исчезли сотни стран в огне,
Душа завалена вещами,
Как прежде книга книг вполне
Серьезно о любви вещает.
Все, что построено, сгорит,
Задумайся - увидишь: скоро
Еще оплавится гранит,
И станут облаком озера.
Нетленно то, в чем тела нет,
Извечно дух страшил тирана,
О площадях других планет
Еще мечтать землянам рано.
Уходят города во тьму,
Пусть некому почистить сутки,
Слова бессмертны потому,
Что выражают предрассудки.
x x x
Еще остались старые пруды,
не переделанные парки,
в зеленом зеркале воды
ворот разрушенные арки.
Фундамент, где стоял господский дом,
церквушка робкая с подклетом.
Тут тишина зимой и летом
и благолепие кругом.
Настоян на достоинстве покой,
изящны старые аллеи,
и неожиданно белеет
сквозь ветви флигель над рекой.
Остатки давних славных дней,
но сколько в них очарованья,
как ясно в них иносказанье
следов смятенья и страстей.
Как полно жили здесь, в глуши!
Уже минуло два столетья
и сквозь какие лихолетья! -
А не убило их души!
Спасибо, предки милые, за то,
что просто вы на свете были,
что жили здесь, что просто жили
и так дышали красотой.
Вхожу в затерянный негаданно в лесах
неподражаемый Акрополь,
он вечен, словно в небесах
светил немеркнущий некрополь.
x x x
Мать Сталина мне жалко.
Кто она?
Принесшая земле
Исчадье ада.
И если есть загробный мир,
Как больно
В проклятье жить,
Как горько сознавать,
Что ведь могла, могла
Не допустить
Его до света белого,
О, Боже!
Не ведая, творим
Но оттого
Расплата нам не легче...
Жаль мне, жаль...
Так где же справедливость?
Нет ее!
И быть не может,
Если от любви
Добро и зло
Родятся
Равноценно...
НЕРОН
О чем он думает,
Нерон,
Сандали сняв
И пальцами босыми
Лениво шевеля,
На солнце щурясь
И опершись на тогу локтем,
Вот уж час?..
Сенаторы толпятся -
В этот день
Он им придти велел.
Уже и камни,
Тепло скопив,
Пришедших опаляют.
Они с утра
Не пили и не ели -
Вдруг позовет...
Он отложил дела,
Как тунику,
И щурится,
Как дремлет...
А что - убить бы их,
Всех там внизу,
Нет-нет, не он -
А солнце
Сожгло бы разом
Эти сотни ртов,
Послушных головам
Ему подвластным,
Но...
каждая свое
таящая надежно...
Нет...
хорошо бы крылья...
Улететь,
Бабенку подцепить,
Вина и фруктов...
Боже!
Они кричали то же
Так похоже!...
Простолюдины,
Граждане?
Рабы...
А тут такая кровь?!.
Нет, хорошо бы
Их всех убить...
Оставить только тех,
Что потешают,
Кормят ,
Услаждают,
Воюют,
Охраняют,
Нежат,
Любят...
Оставить их,
не много ли?
Оса!..
Не приближайся, ну,
К особе венценосной!
Ее обходят все и лишний раз
Ей на глаза попасться
Не желают!
Хлоп!..
Мимо...
Жалить!..
Эй, болван!
Поди скажи,
Что я сегодня ...
За... нет - болен!
Пусть ужинать придут,
Когда луна
Коснется гор...
Да факелы прихватят...
Ступай!
Но, черт возьми,
И на ноге
Один большой лишь палец
Шевелится один,
А остальные - все вместе
Снова против одного...
А может, всем
В вино подсыпать яду...
Солнце,
Как же трудно
Пройти свой путь
С восхода до заката...
x x x
Так мало накоплено за зиму.
Так быстро сходили снега...
Все вытекло, высохло, замерло -
другие вокруг берега.
Знакомо... и неузнаваемо,
привычно... и необжито...
Я вместо удачного займа
купил себе что-то не то...
Привычным и старым вопросом,
убрав вопросительный знак,
судьбу надоевших обносок
решить не умею никак.
А эта обновка не лезет
пока я не скинул хламье...
России наверно полезней
под грудой молчанье мое.
Но я то пророчески слышу
движенье воды под стерней,
и кто-то уверенно свыше
рисует мне берег иной,
куда утекло неизбежно,
что за зиму долго копил,
пусть луг не отыщется Бежин,
но все же недаром он был.
И пыль на копытах, мычанье,
тугая струя молока...
молчанье, молчанье, молчанье,
молчанье - но это пока...
x x x
Властители не любят падать,
хранят величие свое.
Уносит время в море-память
навеки их - в небытие!
А там равны и безымянны,
как августовские дожди,
давно ушедшие тираны,
еще недавние вожди.
Реки теченье обозначить
мы можем лишь по берегам,
великими нельзя назначить -
река времен диктует нам
Обозначение эпохи -
наш неподдельный интерес.
Все возрождается до крохи
и вырастает до небес.
Так из укрытого в подвале
потомки выудят на свет
портреты всех, кто проживали,
и вещи их за много лет.
Приметами земля богата...
Но всем сестрам да по серьгам:
дни Пушкина и дни Булата
навек присвоены годам!
x x x
Жить как будто завтра умереть -
это надо попросту уметь.
Это подлый фарс самосожженья,
а гордыню не прощает Бог,
пьянь и смрад - не время разложенья,
а его торжественный итог.
Врите мне статистики и воры
в тронах, креслах, у дверей палат...
Тронут ли нас эти наговоры -
знаем все, чем этот сук чреват...
x x x
За годом год и день за днем
По вечной Via de la Rossa
Идут к тахаре босиком
И прикасаются без спроса.
Не пропустить бы лишь им знака
Того, чем в день последний жил...
Но крестный путь его, однако,
Никто еще не повторил.
УНИСОНЫ
x x x
Я тебя в строку пускаю -
Больше места не осталось,
Ты заполнила ее.
Я тебя в строфу пускаю -
Больше места не осталось,
Ты заполнила ее.
Я тебя в судьбу пускаю -
Больше места не осталось,
Ты заполнила ее. . .
x x x
Паузы считать и не роптать,
только бы себя не затоптать,
это очень просто - незаметной
для себя в своей гордыне стать.
А когда плывешь ты по судьбе,
не суди, как о ее рабе,
лучше верь, что припасет подарок
за твое доверие тебе.
x x x
Кончаю век
и на закате
достиг предела своего -
тщеславен так я стал,что хватит
мне лишь признанья твоего!
И это так неуязвимо,
так абсолютно и тепло,
как в марте тающие зимы,
как капель звонкое стекло.
Там где для нас берет начало
печальной повести конец,
где навсегда нас повенчало
одно стремление сердец!
x x x
Вот и поздно. И решать не надо.
Тайны, встречи - прежнему конец.
Но не смолкла сердца кононада,
если б знать еще, что двух сердец.
Я пошел бы выстрелам навстречу,
опрокинув застарелый страх,
я упал бы лучше под картечью,
почернел бы на чужих устах.
Может, и хотел бы оглянуться -
разве не был счастлив я, а все ж...
Я вдохнул бы так, чтоб захлебнуться
счастьем тем, что на меня прольешь...
x x x
И дождик лил, и нехотя плелась
такая скань загадочности дивной...
Ты вдруг из ниоткуда-то взялась,
из вечера,
из воздуха,
из ливня.
И так уже осталась навсегда,
ничуть в материальном не утратя,
и обжигала как бы та звезда,
что с неба вдруг свалилась бы на скатерть.
Я ничего поделать не могу,
И в волшебстве нет моего участья,
но лишь одно - я и теперь не лгу
полуживой от горя и от счастья.
x x x
На мартовском сером холсте
Весны наступающей тени,
Заметишь ли их в суете,
Пропустишь ли мимо из лени,
Они независимо тут
И, не обращая вниманья,
В ту весть о прибытье растут,
Что просится в зал ожиданья.
Назначит прибытия час
Не общеапрельское вече,
А то, что вернется для нас
С весной в наступающей встрече...
x x x
В той мартовской влажной метели
У запертых крымских ворот
Мы разом с тобою влетели
В нежданный судьбы поворот.
Все пройдено порознь прежде
Затем лишь, чтоб только понять,
Что время настало
надежде
"Сбылось!" унисоном сказать.
Все гены слились в этом миге -
С него наше время считать,
Об этом в заоблачной книге
Поврозь нам придется читать.
Счет века безжалостно грубый,
Но что б ни творилось вокруг,
Ты не отрывай свои губы
И не размыкай своих рук.
Не верь ни в обман, ни в измену,
Что смог проболеть, одолеть -
Вранье. . .
Потому что на смену
Одно лишь теперь: умереть.
x x x
Я пошел за тобой,
Как идут на убой,
Как без смысла
Да и без расчета
По приказу пехотная рота,
Чтоб расходы сберечь
Умудряется лечь
Под огонь без помина
В болото.
Но от сонной нужды
И от горькой беды
Ощущал у тебя я спасенье
И не мог отвернуть
Беззащитную грудь -
Это высшее было
Веленье.
И добрел, и дошел,
И отдал, и забрал,
И былое забыл,
И пустое предал,
И держал, что есть сил,
И прощенья просил,
И мне голос пришел:
- Ты в начале пути -
поднимайся, пора,
тебе снова идти!
Но куда и зачем -
Чтобы все повторить?
Я не понял затей,
Я не в силах разбить.
Но вращенье планет -
Бесконечный пример.
Ты сказала мне "нет" -
На особый манер.
Но обратно черту
Я не смог пересечь,
В дом и быт твой врасту,
Вот я - жаркая печь,
Стол, молитва, твой сон...
Я не в силах уйти,
Я теперь расщеплен
До молекул почти.
До пустот, до тревог,
До предчувствий дорог,
До зачатья усталого мига,
И как диполь един,
Как дуэт впереди.
И проста и
...Поділитися у соцмережах
