Жанр: Философия
Эволюция сознания в документах
...я и не надо
смеяться над ними.
Вот как я отвлекся — хотел тебе помочь, а
говорю почему-то о себе, потом даже о Боге. Возможно, тебе
легче будет понять себя через меня, потому как голые кухонные
рецепты в лоб приносят здесь мало пользы. Ну вот почему я
говорю "уровни систем организации информации", а не, скажем,
"умнеть" или "взрослеть"? Да потому, что слово "умнеть"
настолько привычно, что утратило свои границы, очертания, и
когда мы говорим "умнеть", неясно, что собственно говоря
имеется в виду. Незнакомый термин настораживает восприятие.
Попробую теперь для освещения этого длинного термина привести
пример, после которого, пожалуй, может показаться, что я долго
и нудно пишу дивные слова о самом банальном, что то же самое
можно было бы сказать с самого начала в двух словах. Все это
делается в попытке заставить тебя посмотреть на банальные вещи
новыми глазами, чтобы ты увидел то новое, к чему пытаешься
идти, в свете привычных, понятных как божий день приевшихся
"банальных" вещей. Вот он, пример: вспомни, как ты прочитал
сейчас Розовую Книгу. И вспомни, как ты удивлялся: ах, какой я
был поц; а поц ты был не так давно. И вспомни, скольких корчей
тебе стоило одно только то, чтобы понять, какой ты был поц.
Говоря туманным языком, ты попросту поумнел. Ты не дал Майе
обмануть себя, не дал ловушке захлопнуться. Ты поднялся на
новый уровень организации информации.
И тебе не должно быть стыдно за себя прошлого,
потому что все было ЧЕСТНО. Столкнувшись с информацией уровнем
выше, чем твой, ты честно ее не принял. И ты должен был
отстрадать разделяющую тебя от нее дистанцию, чтобы до тебя
кое-что дошло. А если бы ты принял эту информацию не в
результате естественного развития, а в своих непонятных глупых
целях, дальнейший твой "путь" превратился бы в сжимание
огромной пружины: чем большей была бы твоя энергия, тем дальше
бы она однажды отбросила тебя назад. И поэтому, зная, что ты в
своем штурме истины залазишь иногда довольно высоко (скажем
прямо — не обладая достаточным здоровьем), я боюсь за тебя.
Лестница-то гнилая. Для начала необходима элементарная
честность, как в случае с Розовой Книгой. Честность в признании
того, что твое, а что не твое. Имей дело только со своим
уровнем организации информации, только с тем, что
непосредственно дано тебе в опыте. Имеешь право размышлять
только об этом. Размышление о том, что не дано --
безболезненное на первый взгляд сжимание пружины.
Сперва должно быть то, чего у тебя нет: вера в
Бога (я вообще-то пытаюсь избегать этого слишком общего
термина; конкретнее можно было бы сказать "вера в
неслучайность, разумность происходящего"). Потом (очень
нескоро, потому что слишком велика разница между масштабом
наших мыслительных процессов и процессов мира, так что
необходимо время, чтобы охватить со стороны процесс, частью
которого ты являешься) с некоторым удивлением даже ты увидишь,
что то, во что ты верил, — явно, и вера твоя сменится знанием
того, что ничего не происходит просто так. Тут начинаются
наглые попытки войти в контакт с Процессом, знать его в
деталях. Пережив это, пройдя через это, даст Бог, ты его
почувствуешь.
Вот очень простая, голая схема из трех пунктов:
верить, знать, чувствовать. И голая схема основных ошибок: если
это так, то зачем мне верить? я знаю, что это так! — и он
ходит и знает пустым, мертвым знанием, без живого опыта веры.
Или еще хуже: человек сразу же хочет почувствовать Процесс — и
после непродолжительной концентрации на этом желании добивается
бледной имитации ощущения Единства; поскольку же эта имитация
уже сама по себе щекочуща и приятна, она принимается за чистую
монету.
А ощутив Единство — очень ненадолго, пусть
даже на миг — запомнишь его навсегда и только тогда сможешь
понять, о чем, собственно говоря, пишется в книгах, потому что
там уже будет немножко написано и о тебе. И только тогда ты
будешь способным учиться отличать то, что можно назвать Волей
Господа от твоего личного произвола — как в делах, так и в
мыслях. И тогда ты сможешь и будешь думать. Потому что западный
человек непонятно, абсолютно непонятно почему о себе слишком
большого мнения: с налету вламывается в метафизический огород,
поедает там все помидоры, а потом дню· й ночу· в сортире. Много
сказано о высших уровнях, где все, казалось бы понятно, — и
почти ничего о нижних, начальных, без понимания, без опыта
которых понимание и опыт высших уровней нам недоступны.
Попробуй поверить, что положение, в которое ты
попал, — самое оптимальное для твоего развития и постарайся
использовать все его мощности. Вспомни древнеримскую поговорку:
"Желающего подчиниться судьба ведет, а не желающего тащит".
P.S. Немного о себе: подстригся под полубокс и
теперь как гитлеръюгенд. А П.Ф.1 оказался не таким уж трудным,
может потому, что почти о всем написанном уже думано-передумано
и приятно узнавать свои собственные положения и принципы. Не со
всем согласен (сейчас уже, честно говоря, не помню, с чем, — я
такие вещи быстро забываю). Пиши, что ты обо всем этом думаешь
и попробуй не унывать.
72. Письмо к No44, 9.1975
Любий No44. Как я рад получать от тебя такие
письма и видеть, что ты потихонечку начинаешь выбираться из
чуть затянувшегося периода гениальности на свое место. Сперва
надо найти свое место, а оттуда начинается дорога. Это самое
трудное. Некоторые после периода гениальности — где мои 17
лет? — опускаются в болото, у некоторых он затягивается на всю
жизнь (быть умным? — пожалуйста! быть остроумным? — чего
легче! быть умным до всрацца? — не пройдет и полгода!), и
только угробив ее почти до конца на фейерверк они, наконец,
понимают, что занимались, в сущности, ерундой. И тогда они
говорят другим — "Вы занимаетесь ерундой", — и слывут
мудрыми. Все эти книги типа "С.Шивананда. Концентрация и
медитация. Лесная академия, Ришикеш" — не для нас в любом
случае. Я начинаю понимать, какой большой человек был
Вивекананда, который сказал все — и ничего. Если покопаться,
он же так ничего и не сказал. Он лишь толкнул, все это
рассчитано на толчок, там ничего не сказано. Все, что должно
быть сказано, нам придется услыхать самим от себя. И ты,
дорогой мой друг, лучший тому пример: все, что ты написал
сейчас, ты уже много раз и читал и слышал, но все это было
пустым, пока ты сам не реализовал это в себе. Теперь некоторые
абзацы в книгах написаны и о тебе, и ты с их помощью (но очень
осторожно, прошу тебя!) можешь систематизировать полученную
информацию, — нет, лучше сам систематизируй ее без подсказок,
по ним же просто можешь сравнивать, как подобная работа
проделывалась до тебя. Поэтому очень хорошо, что письму моему
уже нечего было объяснять, ведь услышанное и в подметки не
годится увиденному. А знание того, что то же видели другие,
укрепит тебя в намерении. Теперь держись. Сейчас, по всей
вероятности, к тебя наступит период "мотания миль на
спидометр". Пока ты был внизу, тебе просто было плохо, но ты не
знал, что значит падать сверху, а ты упадешь и не раз, ой,
кости хрустнут.
Но даже со свинцом в сердце и дырявым баком
(пардон), — рычаг на себя, как бульдог, ядри. Потому как
теперь ты человек конченый и назад тебе дороги нет; что бы ни
случилось, пережидай, как черепаха, и опять ползи вперед.
Какое-то злое письмо получается, но сейчас четыре часа ночи и я
затареный всмерть. Прости, что не ответил сразу, — работы
сейчас чортова прорва, как в свое время у Ленина, да и потом, я
уже не чувствовал у тебя такой острой необходимости в нем,
потому что ты уже имеешь опыт непосредственного опыта, т.е. что
все советы могут иметь ценность в смысле конкретизации и
систематизации полученного опыта, но не его источника. Что-то я
тут ____________________
1 "Иконостас" П. Флоренского. — прим. сост.
пишу такое... Но вот что я тебе скажу: что подобные письма
я получаю от тебя впервые и бэзумно рад, потому что
почувствовал, что в этот короткий период ты облущил с себя
дофига кожур привычек, общепринятостей (можно сказать --
клановых общепринятостей), и чуть-чуть, неуверенно, выглянул
сам. Вряд ли ты сознаешь это, не имеет значения. Это так трудно
— быть собой на своем месте, а не на принятом месте таким,
каким принято быть. Одну за другой сбрасывать кожуру
принятостей, привычек, ненужностей, казавшихся так недавно
необходимыми и закрывавших тебя для тебя самого и для других,
перестающих тебя волновать и дающих своим отсутствием волновать
тебя тому и так, о чем и как следует волноваться (голова, к
сожалению, совсем не варит), — это для меня, в данный момент,
доступный мне смысл Крийя Йоги.
В общем, я очень рад за тебя, за то, что спеси
у тебя поубавилось (поверь, с самыми положительными интонациями
сказаны эти слова), а стыдно пусть тебе не будет за обжерон
томатом, почему тебе не стыдно, что ты в свое время регулярно
пикал под себя в пеленки? Это не менее предосудительно. И еще
хочу дать совет, хотя совсем одурел и сейчас ложусь спать:
думай проще, отсюда и говори, и пиши, и делай проще. Когда
Истина придет к тебе (если ты оставишь ее в покое, что впрочем,
ты кажется уже сделал), То увидишь, что она проста, как
валенок, и еще проще, — поэтому когда говоришь ее человеку, не
знавшему ее лично, он соглашается: да, очень справедливо, но
больно уж как-то тускло, как воробей. Нет никаких райских
садов, одни общежития, но они настоящие. Тут тоже есть
настоящее, но оно так заметено ярким хламом, ищи его тут, оно
на каждом шагу, такое незаметное; мой, мой привычку как
золотоискатель, потому что настоящее — это то, что нам нужно.
Оно не только на горизонте,но и под ногами, не менее загадочное
и непонятное, но когда-таки найдешь, то безошибочно будешь
чувствовать его в руках, не зная, что, как и почему, но не
ускользающее сквозь пальцы, а маленький серый кусочек
Настоящего. Потом поймем его, но оно есть тут. Вот такие
кошмарные ночные дела... Напиши, получил ли ты П.Ф. и нужен ли
тебе Кришнамурти. Если видел Т..., то знаешь, наверное, что я
теперь воплощение довоенной Германии, фашист-тракторист,
SUPPORT LOCАЛ ГЕСТАПО, проч. Досвиданья, привет всем на свете,
прости, если что не так, но очень уж поздно.
73. Письмо к No44, зима 1975-76
Не совсем хорошо с моей стороны молчать так
долго, но начинаю подозревать, что письма обычно приходят
вовремя. Не стоит тебе так тарчать на них — через годик, если
все будет в порядке, ты сможешь писать такие же килограммами,
— принимай их как должное, ничего в этом такого нет. Гораздо
важнее то, что произошло у тебя; все, что было до того,
относится к другому человеку, и теперь ты перед полотнищем
"WELCOME", теперь тебе есть от чего оттолкнуться, есть с чем
сравнить и понять, опыт ли это переживания, или молодой собачий
бег сорвавшихся с цепи мозгов. За мили же будь спокоен: при
"праведном стремлении" подспудная работа гормонов почти
незаметна и только изредка верхушки айсбергов (психического
опыта) будут вытыкаться в сознание, приводя в восторг и поражая
тебя. Но через год или больше ты, взглянув назад, вдруг
увидишь, какую долгую дорогу прошел, сам того не подозревая.
Пытайся все время поддерживать огонь стремления, живи
стремлением, а не в ожидании результатов. Это единственно
возможный и разумный путь. Увидел же ты то, что увидел я и
многие-многие увидели и еще увидят: то, что воспринимали мы мир
только через себя, в своей оценке для себя — не каков он, а
каков он для нас. Ошибка в том, что не увидав (хоть частично,
как это у нас с тобой), каков этот мир вне нашей оценки для
себя, мы просто не имеем никаких оснований для вывода этой
оценки, т.к. выводим ее исключительно на основании "себя",
совершенно упуская из виду, что мы такая же часть этого мира
"для нас", как и все остальные части. Характерной чертой,
отличающей нас от остальных частей мира, является способность к
сознательному действию; это составляет нашу специфику как части
мира, специфику той части мира, которой являемся мы. Но эта
специфика — еще не повод для постановки "себя" в центр
происходящего. Установив свою специфику в общих чертах, следует
конкретизировать и развивать ее понимание с тем, чтобы действия
твои и правда стали сознательными, согласованными с логикой
всеобщего Процесса, целесообразными. Ведь действуя в разрез с
общей логикой направления Процесса действуешь во вред себе как
части этого Процесса. А твои прошлые представления о
"мне-хорошо-плохо" как раз статичны, ограничены местом и
временем, а не ориентированы на личное развитие (а через личное
— всей реальности).
Если же понимать Йогу как обретение законной
способности видеть и на основании этого видения действовать, то
Йама и Нийама — это та "химия", которая делает возможной
"физику" процесса обретения, то есть качественного изменения
отражательных процессов в сознании, ведущего к относительной
тождественности с отражаемым и создающего реальные предпосылки
для последующих количественных изменений. Первые две ступени
Йоги как бы включают телевизор. Но этот включенный телевизор
пока еще ничего, кроме хрипа и полос, не дает; все остальные
ступени представляют собой регулировку контраста, яркости и
четкости. Йаму и Нийаму можно красiво назвать "Обретением
Исконного Зеркала" и, само собой разумеется, обретаем мы его
весьма засиженным мухами, оплеванным, в потоках блевотины и
прочих Санскар, но без этого обретения в нашем распоряжении
имеется не более чем кастрюля, которую некоторые и драят
отчаянно песком в стремлении break on through to the other side
(yeah). Йама и Нийама — это долгий процесс освобождения от
того, что оказалось простой привычкой, что намертво присосалось
к тебе, лежащему и потному ото всех этих гирь и замочков перед
транспарантом "WELCOME". Все это уже не твое, но "привычка
вечна и присуща даже мудрому", — так говорил Патаньджали.
Задача же заключается в том, чтобы по мере
возможности зависеть от себя, а не от привычек. Одна из самых
кошмарных привычек — это привычка ставить точку над "i" всякой
вновьпоступившей информации и вкладывать ее затем в картотеку
информации, полученной прежде, нимало не заботясь о том, что
возможно, в этой информации заключен призыв срочно жечь
картотеку, т.к. "красные идут" или что-то в этом роде. Исходя
из твоего опыта могу посоветовать тебе и впредь поступать точно
так же, как ты догадался поступить с суммой пережитого опыта в
этот раз, а именно, не пытался конкретизировать его и делать
скоротечные выводы сам, а оставил дела на самотек и получил
соответствующий результат, с которым я тебя и поздравляю. Я
лично, когда сталкиваюсь с чем-то незнакомым, не влазящим в
естественно возникшие рамки прошлого опыта, незнакомым,
истинность которого болезненно чувствует спинной мозг, то
пытаюсь к нему не возвращаться и даже забыть (умом забыть, так
как такое не забывается), передав буддхическому компьютеру, --
и однажды оно всплывает оттуда, — очень хорошо, приятно и к
месту, — как в твоем случае.
Надо сказать, что от логики системы Патаньджали
я тоже порядком побалдел, а именно, от логики развертывания
психофизического процесса Аштанги. Кантам же с Гегелями ты, мне
кажется, несколько зря так замечательно дал прикурить, потому
как кто знает, чему они учили? Я, например, не знаю, хотя
понаслышке догадываюсь, что тому же самому, ну и, конечно, плюс
определенный коэффициент ментального искажения, процент
абсолютизируемой части проблемы и проч., но все они были
отличные парни и, по всей вероятности, никого не хотели
обмануть. В сущности нет и не может быть двух разных религий
или философий, как нет двух разных реальностей. Учитывая их
коэффициент личностных окрасок (искажения) можно и нужно
учиться у всех, кто когда-то что-то хотел сказать и, надо
добавить, что от этого коэффициента не свободен никто, в том
числе и мы с тобой; задача заключается в том, чтобы стремиться
постоянно его уменьшать. Тут я выпил бутылку кефира и понял,
что теоретической части больше не будет, а будет о деле.
Насчот советуемых тобой трудов, то я бы с
радостью, только где ж их взять? Сатпрем переписывать не
советую, т.к. можешь заработать гангрену на пальцах, а кому это
надо? О работках же о задуманных должен тебя огорчить тем, что
дело было давно и задумывались не работки (т.е. большие
масляные круги на ментале, конечно, расплывались, но больший
восторг в те времена вызывало само их необъяснимое появление, а
не содержание), а одни названия — по твоему способу писать
романы. Позже все это за ненадобностью было якобы забыто. В
эссе (наверняка это было эссе, хотя я и не знаю, что такое
эссе) с красивым названием "Планы: мое понимание" на высоком
дилетантском уровне была предпринята попытка связать планы
реальности с психикой, объяснить через психику, вот только не
помню, — "Человек по Йоге и Тантрам" Скарнитзла я читал до или
после. Там, кажется, все сводилось к тому, что человек является
ничем, точкой пересечения нескольких планов, из которых
доминирующим является физический план, проявляющийся в этой
точке как человеческое тело, потом так называемый астральный
план, проявляющийся в этой точке как эмоциональный, со многими
градациями, внутренний мир человека, и, наконец, ментальный,
выраженный в ступенях мышления. И тут же говорилось, что как
телом не кончается физический план, так же и астральный не
кончается нашими эмоциями, а ментальный — нашим мышлением. Ну,
и прочие рассуждения на подобном уровне. Если напомнишь
остальные названия, попробую вспомнить, что я там хотел
сказать.
То, что ты бегаешь по утрам, это очень хорошо,
и ты ошибаешься, полагая, будто КПД нуль, твой нос тут ни при
чем, главное — сердце, которое таким образом приучается к
нагрузкам. Нетренированное сердце не перенесет Асан и Пранаям,
если же ты не собираешься ими заниматься, то все равно утренний
бег способствует пониманию начал борьбы с весьма активным нашим
астралом, от которого мы зависим больше, чем он от нас. Но мы
должны быть хозяином и делать то, что мы хотим, а не то, что
хочет что-то внутри нас, что-то, которое и говорить-то не
умеет. Поэтому подъем в 6 утра покоряет астрал, укрепляет тело
и очищает мысль — во всех отношениях рекомендуем и полезен. Я
свое, к сожалению, отбегал: свернул ногу и никак она не
перестанет болеть, так что ограничиваюсь утренней зарядкой.
Под конец хочу добавить, что жизнь такая штука
— был недавно пару дней в Киеве и не смог тебя увидеть. Но это
не должно нас огорчать, т.к. теперь, похоже, мы начинаем
говорить на одинаковых языках и общение перестает сводиться к
официальным дружественным визитам. Может помнишь, как когда-то
пару лет тому я приехал в Киев и на кухне у В.Ц. что-то мямлил
об общности цели? Кажется, мы начинаем до нее добираться. И мне
кажется, что мы опять вдвоем, как когда-то, а вокруг хоть шаром
покати, кроме тебя я никого не знаю, кто бы опытно понял
необходимость того, что мы пытаемся делать.
Пиши, если есть о чем.
74. Письмо к No44, весна 1975-76
Все, что ты написал, говорит только о том, что
твоя общая кривая ( ) в этой фазе пошла вниз, что случается
непременно и регулярно, как у женщин. Из этих падений нужно
выносить сведения о состоянии линий обороны. Например, я уже
четко знаю, против кого сражаюсь, знаю, что это надолго, и что
без этой победы я реально идти вперед не смогу. Знаю и что враг
пока сильнее меня, и даже войны, собственно говоря, не ведет, а
когда я, захеканый, вылажу на крепостную глупую стену, он
скучно встает с шезлонга и лениво лупит меня по голове клюшкой
для гольфа. И я лезу опять. Ты уж прости меня за все эти
литературнодилетантские дела, но у меня сейчас иначе не
выходит. В конце концов война идет за физический план, в данном
случае за физическое тело. На этом можно построить кучу
оккультных спекуляций, как, например, это делает друг детства
О.Б., но даже исходя из подобных спекуляций это будет значить,
что тебя купили минутным успехом красного словца. Конкретизация
не важна и, я бы даже сказал, невозможна. Однако война идет за
это тело, за то, как оно будет воспринимать этот мир и
действовать в нем. В ментале, похоже, все свои, оппозиция,
правда, там очень сильна, в особенности подполье. Зато из
астрала идут все новые и новые эшелоны ощущений, заставляющих
тело действовать вопреки добрым наставлениям дядь из ментала.
Между менталом и астралом идет эта нудная война за Меня. А кто
в таком случае Я? На данном этапе полового развития я
отождествляю себя с тем неуловимым, который в конце концов
принимает решения, спровоцированные менталом или астралом, реже
— телом. Тело — наш пассивный многострадальный друг и его
желания — закон, надо только уметь отличать телесные запросы
от астральных, которые весьма умело под них подстраиваются.
Телу никогда не нужно лишнего. Ему вообще почти ничего не
нужно. Его же все время тягают и мотают из стороны в сторону,
приводя в результате в негодность и бросая на дороге. В ментале
много друзей тела. Они понимают его и любят, но пока еще
слишком слабы для борьбы с Империей чувств. Не надо, однако,
понимать, что в Империи этой одни людоеды. Просто идет борьба
за власть, сама же по себе эта империя — чудесная страна.
В твоем же случае, как мне кажется, ментал
оккупирован астралом и это, пожалуй, является объяснением
отрицательной активности мозгов. Ну, скажем, так: пришли в Рим
варвары и поубивали министров. И вот министром путей сообщения
в этом тонком государственном аппарате стал варвар. Министром
сельского хозяйства, культуры, обороны, юстиции, просвещения и
т.д. тоже стали варвары. Варвары по своей природе очень
деятельны и, возможно, сельское хозяйство и оборона даже
поднялись на должную высоту1; но ты можешь себе представить, во
что превратились остальные отрасли управления. Митинг в
обезьяннике, который с готовностью принимается за "так и должно
быть". И вот тебе нужно каким-то образом извернуться, чтобы
вырваться из этого хаоса псевдоуправляемости, что ты, кстати,
почти сделал, т.е. не почти, а таки сделал. Твое письмо
свидетельствует не более чем о "печальном наследии" старой
власти, о привычке самоуверенно болтать мозгами как, простите
за выражение, яйцами.
В моем случае все гораздо проще: ментал и астрал уже, в
основном, разделены (хотя диверсантов в ментале как грязи),
причем известно, что астрал сильнее, чем ментал. Теперь все
дело времени и праведного стремления. Что говорит Патаньджали?
Не отчаивайтесь, думайте о противоположном. Шивананда
добавляет, что следует не каяться в грехах, совершаемых
ежедневно, а вновь и вновь пытаться их не делать.
Тебе труднее. Ментал еще только-только получил
независимость и очень слаб: за 20 лет империалистического
господства в мозговых нейронах была намощена масса шоссейных,
национальных, стратегических, проселочных, больших окружных,
столбовых и т.п. дорог. Теперь придется их ломать, строить
новые. И вся сложность не в том, что ломать их больно, а в том,
что дороги эти подсознательные; это Санскары. И с каждым
спуском твоей кривой Санскары эти рельсами будут влазить в твои
бока.
Дорогой No44! К сожалению из-за природной
непонятливости к чужим словам я не понял той "печальной тайны",
долженствующей уничтожить возникнувшие было между нами
недоразумения окончательно. Тут что-то было связанное с
каким-то, как ты пишешь, "шаром замечательного распиздяйского
миропонимания", выкристаллизовавшегося во всеобъемлющее
миропонимание, которое называется "Йога", "Путь" и т.д. С такой
формулировкой я не совсем согласен. Распиздяйское миропонимание
— это количественный предел (логическое завершение,
окончательное выявление) старых качеств2, и он до того предел,
что даже может посмотреть на эти качества со стороны, отметить
их относительность, почувствовать зыбкость их
самодостаточности, не видя еще только той ЦЕЛИ, в которую на
законных основаниях входят и эти качества. Он до того
количественный предел, что создается впечатление, будто он и
качественно иной. ____________________
1 Вспомни "Желтую Книгу" и "Меловые холмы". Это ступенькой
выше обычного интеллигентского агностицизма и
духовно-идеологического вакуума, но это того же поля ягода. В
этом мире нет целей, а есть масса средств, прекрасных средств,
и понт, например, одно из таких средств. Но мы сознательно или
несознательно превращаем эти отличные, Богом данные средства в
цели — и, соответственно, получаем по башке.
2 Чтобы было понятнее, вместо "качес
...Поділитися у соцмережах
