Жанр: Электронное издание
MALAHOVS
..., - Это первое, что я увидел. Федор
Тимофеевич лежал на полу. Горло его...
- Это я знаю, - перебила Ярова, - Но что насчет зеркала?
- Его горло было перерезано осколком зеркала. А само зеркало разбито.
- И больше ничего?.. Необычного?..
- Да вроде ничего особенного... Вот только лицо его...
- Как будто он увидел дьявола во плоти, да? - Ярова внимательно
посмотрела на Рывкина.
- Да.
- Он не дьявола увидел, - сказала пожилая женщина и нервно затянулась, -
Он брата своего увидел... Который умер много лет назад..., - Ярова опустила
голову, - Кима.
- В смысле? - В прямом. Ким погиб в дорожной катастрофе, когда ему было
четырнадцать лет. Феденьке тогда только-только исполнилось одиннадцать.
Прошло всего два дня после дня рождения Феди... У Кима ночью случился острый
приступ аппендицита. Мы тогда находились на даче. А дача, сами понимаете,
есть дача.
Пришлось сына везти в больницу своими средствами. Мой муж был пьяный,
отоспаться особенно не успел.
Но хорохорился, скотина... Орал, что сам отвезет, что за помощью бежать
не надо. Я, дура, и не побежала. Вот он и отвез... Себя и Кима на тот свет.
Феденька неделю в горячке лежал. Мне хоронить, сплошные заботы, а тут такое
дело... Еле отошел он тогда. С тех пор у него все это и началось...
- Что началось? - осторожно спросил Альберт Семенович.
- Видения разные. Говорил, что Ким не умер, что он рядом с ним. Врачи
сказали - мальчик испытал сильнейший шок, предлагали поместить его в
клинику. А я отказалась... Думала, что сама его вытяну... Но не смогла. Это
с ним так и осталось. Однако он учился... Учился хорошо... Потом обнаружился
его талант к музыке. Что меня совсем и убило.
- Почему?
- Дело все в том, что Федя с детства не имел слуха. Музыку не очень
любил. А талант был у его брата... Кима...
- женщина умолкла. Ее взгляд уперся фотографию, висевшую на стене.
- Я закурю? - тихо спросил Рывкин.
Ярова повернула голову к Альберту Семеновичу и кивнула.
- Пожалуйста... - и прибавила, - Вы несколько лет работали с Федей,
охраняли его. Теперь вот пришли поинтересоваться обстоятельствами его
смерти... Я считаю, что просто обязана вам все предельно откровенно
рассказать. Вы удивлены моим рассказом?
- Более чем, - ответил Рывкин, - Мне и в голову не приходило, что у
Федора Тимофеевича не все в порядке с психикой... Было...
- Но это так, - Ярова вздохнула, - Так на чем я остановилась?.. Федя
начал писать музыку. И неплохую... Я понимала, что во всем этом есть
какая-то аномалия и однажды прямо сказала ему об этом. Надо сказать, что
отношения у нас были крайне доверительными. Федя делился со мной всегда и
всем. Он не очень удивился моим словам. Хотя смутился. И также прямо сказал,
что это Ким помогает писать ему музыку. Рассказал про зеркало в спальне,
через которое Ким общается с ним. В детстве они вдвоем часто сидели у этого
зеркала.
Вечером, когда было темно, и они думали, что их никто не видит. Сидели и
воображали, какими они будут, став взрослыми, кеми станут. А потом Федя
как-то по секрету мне сообщил, что изображения в зеркале иногда оживали. И
они вели беседу с ними. Своими зеркальными двойниками. Ким, я помню, узнав,
что Феденька раскрыл мне их тайну, жутко обиделся на брата. Даже ударил его
за это. Федя всегда был ближе мне, чем Ким.
А Ким был более близок к своему отцу. Хотя, временами, мне казалось, что
он никого не любит. Ни свою маму, ни своего папу. И даже брата не очень
любит. Ким рос замкнутым ребенком. Каким-то нелюдимым...
Злым на все и на всех. Наверное, у него изначально были отклонения в
развитии. Ким был очень талантлив в области музыки... Во всем же остальном
отставал от сверстников... Когда я услышала, что Федя общается с братом
через зеркало, то поняла, что болезнь прогрессирует. Но ничего предпринимать
не стала. - А почему?
- Ведь, в принципе, он был вполне нормальным. Федя абсолютно нормально
чувствовал себя среди людей. У него было много друзей. Не близких,
конечно... В двадцать лет началась его музыкальная карьера. И я решила
плюнуть на все странности. А зря... Видимо, что-то произошло в тот день,
неделю назад. Но вот что именно, я не понимаю.
Ярова снова отвернулась к фотографии на стене. Затем спросила:
- Вы никогда не видели Кима?.. В смысле, его фотографию?
- Нет. Я вообще о нем первый сегодня услышал, - ответил Рывкин.
- Фото висит перед вами. На нем Федя, мой муж и Ким. Снимала я. У нас на
даче. На том самом дне рождения, о котором я вам уже говорила. Это последний
снимок Кима.
Ярова тяжело встала и сняла фотографию со стены.
- Вот, взгляните, - она протянула ее Альберту Семеновичу.
Рывкин взял фото в руки. На него смотрело счастливое семейство.
Улыбающийся папа, улыбающийся маленький Федя. И только Ким портил эту
картину. Он не улыбался, взгляд его застывших навеки глаз был устремлен
куда-то поверх фотографа. У Альберта Семеновича возникло ощущение, что
мальчик видит нечто такое, чего не дано увидеть остальным. Нечто странное,
нечто неведомое простым смертным. По телу Рывкина пробежал легкий озноб...
" - Вот такая история, сынок, - сказала мама, - Тебе понравилось?
- Ага, - ответил мальчик, - Но ты же обещала рассказать историю с плохим
концом...
- Ну, куда уж хуже... Завтра мама еще что-нибудь интересное придумает, -
улыбнувшись, произнесла мама, А теперь ложись спать... Утро вечера мудренее.
- Расскажи еще что-нибудь! - капризно потребовал мальчик.
- Завтра, - почти прошептала мама, - Сейчас тебе пора спать... Спокойной
ночи, сыночек. Спокойной ночи, любимый...
- Спокойной ночи, мамочка, - сказал мальчик, - А ты поцелуешь меня перед
сном?
- Ну, конечно, - с этими словами мама подвинулась вперед, и ее губы
коснулись холодной и гладкой поверхности ЗЕРКАЛА..."
09.01.99.
О КОМ ПЛАЧЕТ ОСЕНЬ?
Олег МАЛАХОВ и Андрей ВАСИЛЕНКО
Пасмурное, неприветливое небо большого города, проливало горькие слезы на
серые тротуары. Было сыро, противно, одиноко. В такую погоду всегда
забываешь о том, что осень не вечна, как и все на свете. Она давит своим
серым, угрюмым сводом на грудь и затрудняет дыхание. Она навевает такую
смертную тоску, что ты никуда не можешь уйти от самых нежеланных мыслей, ты
никуда не можешь убежать от воспоминаний, которые рвут душу на части. И даже
сильным людям, способным преодолеть бесчисленное множество трудностей, людям
с оптимизмом относящимся к жизни, кажется, что этот дождь вечен, и
хочется... плакать.
Наверное, также хотелось плакать маленькой дворняжке - грязной, голодной
и продрогшей. Она с надеждой бежала за каждым человеком, который выходил из
"молочного" магазина. За каждым человеком, спешившим куда-то по своим делам,
спрятав голову под зонт и подняв воротник. Но никто не обращал на бедное
существо внимания. Никого не беспокоила судьба кем-то и когда-то
приобретенной на птичьем рынке, а потом брошенной из-за своей беспородности,
собаки. Жалобно поскуливая, она заглядывала в глаза прохожим, пытаясь
отыскать в них хотя бы каплю сострадания, но тщетно... Нет, не то, чтобы
люди зачерствели, не то, чтобы в них не осталось жалости к другим живым
существам. Нет... Просто каждый считал в такую злую погоду самым несчастным
именно себя, и, углубившись в самоутешение, не замечал вокруг никого и
ничего другого. Каждому казалось, что на свете есть только он - брошенный и
забытый. А собака все надеялась на то, что среди этих людей, добрых от
природы, но испорченных жизнью, найдется тот единственный, кто не даст ей
умереть от голода и холода. Она не раз уже пыталась спрятаться от холодного
дождя в магазин. Но охраннику, видимо, было и тепло, и хорошо, поэтому он с
трудом понимал бездомную дворнягу, которая хотела того же, что и все...
Хотела жить. И на долю слабого животного пришлись только ряд грубых слов и
несколько пинков. В то время как дождь все усиливался. И вот, когда собака
уже готовилась принять свою безрадостную собачью смерть, из магазина
показалась бабушка - женщина давно уже пенсионного возраста.
По ее зашитому в нескольких местах пальто, по старым изношенным ботинкам,
была очень хорошо видна забота государства о людях, отдавших лучшие свои
годы процветанию страны. В ее потрепанной годами сумке виднелся пакет
молока, половина батона хлеба и небольшой кусок сыра, по-видимому, к
празднику. Все, что позволяла скромная пенсия. Прихрамывая, бабуля пошла к
троллейбусной остановке. Собачка, поняв, что это ее последний шанс, слегка
взвизгнула и, завиляв своим мокрым, как и вся остальная шерсть, хвостом,
бросилась за старушкой. Забежав чуть вперед, она села перед ней, глядя прямо
в глаза. "Что, маленькая, замерзла?" - сочувственно поинтересовалась бабуля,
- Наверное, голодная?" При этих словах собака тихо заскулила... "Так что же
я могу тебе дать? Разве что..." - сказав это, бабушка полезла в пакет,
отломила кусок еще горячего белого хлеба и подала его собаке. Та с жадностью
проглотила этот кусок и снова своим молящим взглядом посмотрела на старушку.
"Господи, какая же ты голодная! - запричитала та, - Ну на тебе еще кусочек".
И, отломив еще больший кусок, отдала его дворняжке. После чего продолжила
свой путь.
Пройдя еще немного, бабушка почувствовала на себе чей-то взгляд, а,
обернувшись, она увидела все те же молящие глаза следовавшей за ней собачки.
"Куда же ты идешь глупая? - уже со слезами в голосе проговорила старушка,
которая близко к сердцу приняла несчастье дворняжки, - Ведь мне тебя даже
кормить нечем. Иди, найди еще кого-нибудь, кто сможет дать тебе приют". Но
собака, как бы отдавая себе отчет в том, что выбирать ей не из кого, а
единственный выбор для нее - это выбор между жизнью и смертью, продолжала, в
надежде на чудо, плестись за старушкой. На остановке, где бабушка
остановилась, дожидаясь троллейбуса, собачка подошла к ней, села, прижавшись
к ее ноге, и снова тихо заскулила. Бабуля почувствовала, как вздрагивало от
холода тельце забитого, никому не нужного животного, и сердце у нее сжалось
в комок. Подошел троллейбус.
Бабушка вошла в него, сглатывая душившие ее слезы жалости. Как бы все ни
случилось, пусть даже ей придется сократить до мизерной нормы свой и без
того скудный рацион, чтобы делиться с собакой, но нельзя было бросать это
жалкое существо на верную смерть. Так думала старушка, когда троллейбус
отошел от остановки. Она уже порешила для себя сойти на следующей, и
вернуться за собакой, но вдруг заметила, что та уже залезла в троллейбус.
Старушка вздохнула, но в душе ее появилось нечто похожее на давно позабытую
ею радость. Теперь она будет совсем не одинока. Теперь рядом будет существо,
которому она сможет отдать всю свою любовь, и собака отплатит ей той же
монетой. На нужной остановке бабушка вылезла из троллейбуса и окликнула
животное: "Пойдем, маленькая". Хотя, дополнительное приглашение псине,
видимо, не требовалось, поскольку она и так выскочила вслед за человеком,
приласкавшим ее.
Без приключений добрались они до скромной однокомнатной квартиры бабули.
Все в этой квартире напоминало о том, что ее хозяйка не обременена излишними
доходами, но было ясно, что она исключительно аккуратный человек. Весь
нехитрый скарб покоился на строго отведенных местах. Пол, давно уже не
видевший ковров, явно часто протирался и блестел чистотой. Негромко тикали
часы с кукушкой. Кто знает, сколько лет они уже висели на этой стене? Но,
тем не менее, до сих пор еще исправно служили владелице, которая всегда
своевременно отдавала их в ремонт. "Что ж, теперь это и твой дом, - с
улыбкой проговорила бабушка, склонившись над мокрой гостьей, - По-моему,
тебе надо помыться". Собака не возражала против этого и, кажется, даже с
удовольствием полезла в ванную, где старушка отмыла ее дешевым шампунем,
хранившимся среди старых запасов порошка и мыла. Самой-то ей этот шампунь
особенно не был нужен - она, по старой привычке, пользовалась исключительно
мылом, но сейчас это моющее средство пришлось в самый раз. Достав из комода
аккуратно сложенную тряпку, и постелив ее рядом со своей кроватью, старушка
сказала: "Это твое место. Здесь ты будешь спать". Будто бы поняв ее слова,
собака завиляла хвостом и легла на кусок мягкой ткани. Бабушка же
направилась на кухню, где вытащила из сумки свои покупки. Открыла пакет
молока, налила немного себе в чашку, а остальное отправила прямиком в
мисочку, которую поставила рядом с мокрой, но теперь уже не бездомной,
собачкой. Та с благодарностью посмотрела на благодетельницу и принялась
шумно лакать молоко. Старушка тоже скромно трапезничала, радостно поглядывая
на собаку. Ее собаку... Это существо, не успев появиться в доме, сразу же
принесло в него теплоту и радость. "Что, милая, поела?.. Скоро ляжем спать",
- сказала бабушка и пошла к раковине, чтобы помыть чашку. Когда она
закончила свои дела, собака уже устроилась на законном месте и теперь
благодарно смотрела в глаза новоприобретенной хозяйки. "Ну, спокойной ночи",
- сказала старушка и начала готовиться ко сну... Старики вообще засыпают или
очень быстро, или чрезвычайно долго. Бессонница - враг номер один для многих
из них. Но бабушке этот недуг был совершенно не знаком. Поэтому, спустя
минут десять, она уже безмятежно спала. Собака же, видимо, никак не могла
уснуть на новом месте. Животное ворочалось на подстилке, не издавая, правда,
при этом ни звука. Наконец псина решилась и залезла к хозяйке на кровать. А
потом, издав сдавленное рычание... остервенело вцепилась бабушке в горло.
Старушка моментально проснулась и, ничего не понимая, начала кричать. Но
озверевшая тварь в считанные секунды отправила ее на тот свет... Кровь
хлестала из страшной раны, а крепкие зубы перемалывали сухожилия и кости.
Что-то съедалось, что-то разбрасывалось вокруг. ***
Пасмурное и неприветливое небо большого города, все никак не могло
остановить поток своих горьких слез.
Его рыдания раскатами грома звучали в ушах куда-то спешащих людей. Около
магазина стояла маленькая, мокрая, продрогшая собака и грустно заглядывала в
глаза прохожим. Маленький мальчик, увидев ее, подбежал к ней и погладил.
Существо в ответ радостно замахало хвостом и заскулило. "Мама, посмотри
какая хорошая собачка", - обратился ребенок к женщине лет двадцати пяти,
подошедшей к своему сыну, чтобы взять его за руку. "Собака, как собака.
Таких в каждой подворотне хватает, - недовольно проговорила женщина и
прибавила, - "Не трогай ее. Пойдем, Сашенька". "Нет, мамочка, посмотри! Она
же совсем мокрая, она замерзнет на улице! Давай ее возьмем", - взмолился
мальчик. "Ты что, Саша, вдруг она больная", - наотрез отказалась мама. "Ну,
мамочка, пусть она у нас хоть переночует! Ведь она умрет здесь! - на глазах
у мальчика показались слезы - Пожалуйста". Женщина была хорошей мамой и
прекрасно понимала, что в некоторых случаях следует уступить ребенку.
Особенно, когда дело касается проявления у него по-настоящему добрых
чувств. "Хорошо, - сказала она, - Но только на ночь... Пойдем, животное", -
обратилась женщина к собаке, и та послушно засеменила за людьми. А пасмурное
небо стало почти черным, и все сильнее надрываясь, продолжало рыдать, будто
оплакивая кого-то...
Осень 1999-го.
ОКЕАН ПРОТИВОПОЛОЖНОСТИ
Олег МАЛАХОВ и Андрей ВАСИЛЕНКО
Жарко... Видимо, запоздалое лето попыталось немного компенсировать
холодную погоду июня, завысив среднесуточную температуру градусов на десять.
Птицы, изможденные жарой не меньше, чем люди, совсем перестали чирикать.
Даже комары, осы и другие насекомые, которые постоянно надоедают отдыхающим,
и представляют собой ложку дегтя в бочке меда, коей и является отпуск для
человека, все забились по каким-то прохладным щелям. На улице было
исключительно тихо, и, казалось, сам воздух страдает от жары, обливаясь
потом... Тридцать пять градусов по Цельсию выше нуля, шутка ли? Но, похоже,
жара была вовсе не помехой для молодого мужчины, уютно устроившегося в
гамаке под сенью огромных дубов, что росли рядом с его домом. В руках
мужчина держал газету, но чувствовалось, что она совсем ему не нужна -
просто, если бы он улегся в гамак без прессы, то наверняка выслушал бы от
любимой жены нотацию о бесцельно потраченном времени. А так, с виду
погруженный в чтение, он мог с полной самоотдачей предаваться своим мыслям.
Слыша окружавшую его тишину, он искренне ей наслаждался. Дело в том, что в
городе, где он проживал с женой и ребенком, обычно было очень шумно.
Поэтому, только приехав сюда на дачу, он мог спокойно расслабиться и
насладиться загородной тишиной. Однако даже здесь время от времени
вспыхивали различные междоусобные конфликты, в которых от нечего делать
всегда принимали участие его соседи. Ему же до конфликтов дела было мало,
ведь он всегда придерживался точки зрения, что их следует избегать, и лучше
уж двигаться туда, куда вынесет течение, - течение судьбы... Действительно,
зачем пытаться что-то изменить? Своими поступками, плохими или хорошими, мы
нарушаем идеальный баланс сил, установленный природой. Допустим, сделали вы
хороший поступок. Думаете, что мир станет от этого чуть лучше?.. Нет!.. Для
того чтобы мир стал снова замкнутой системой, кто-то должен делать кому-то
зло. Иначе никак. Пора бы всем понять закон сохранения энергии! Тогда бы на
всей планете закончились разрушительные войны, во время которых люди ради
благих целей уничтожают себе подобных. Добро или зло эти войны?.. И то, и
другое... Если бы каждый человек, как вот сейчас, например, ничего не делал,
то баланс оставался бы неизменным. А следствием того было бы счастье всех на
Земле живущих... Предаваясь таким мечтаниям, мужчина опустил газету себе на
грудь, и закрыл глаза. Ему уже начинали представляться картины мира
настоящего счастья, мира полного бездействия. Но... - Милый, ты спишь? -
спросил приятный женский голос, и с мужчины тут же слетел всякий сон.
- Нет, дорогая, это я задумался, - быстро ответил мечтатель и, в
принципе, был не столь далек от истины - Зая, можно тебя попросить кое о
чем? - вкрадчиво произнесла привлекательная женщина, подходя и - целуя
мыслителя. Мужчина весь напрягся.
- Нельзя ли приехать сюда твоей маме?! Нет, упаси Боже!.. - Но почему?
- После прошлой недели я был, как выжатый лимон... - пояснил мужчина, - И
вообще мы собирались - провести отпуск втроем. Втроем, понимаешь?! - он
говорил так резко, потому что точно знал, - если - жена начнет его также
мило упрашивать и дальше, то он не устоит.
- Нет, лапочка, тебе не придется терпеть мою маму, - сказала женщина и
грустно улыбнулась, - Сходим с - Димкой в парк аттракционов, а?
- Куда? - переспросил мужчина.
- В парк, - повторила женщина.
- Ой, дорогая, - заныл он, - Ты посмотри только какая жара! Пока доедем
до города, машина превратится в - пластилин, а мы в шашлык.
- А мы бы поехали на электричке - снова улыбнувшись, предложила женщина.
- Только не это, - еще сильнее захныкал автолюбитель, - Ты же знаешь, что
я даже за хлебом на машине - езжу. - Ну, не пугайся, солнышко, это я просто
пошутила, - произнесла женщина и погладила мужа по голове, - Тут всего в
семи километрах от нас построили новый парк развлечений. - Это где?
- Помнишь такой здоровенный пустырь у шоссе? Мы еще все гадали, чего это
его не покупают. А потом - там стройка началась... - Да.
- Вот там. Суперсовременный парк аттракционов!.. Так говорится в рекламе.
- Откуда ты знаешь, что он суперсовременный? - продолжал упрямиться
мужчина, - Небось, опять - автодром, американские горки, иллюзион и тому
подобное. - Нет, зая, вчера этот парк показывали по телевизору. Там
действительно что-то невероятное сделали. Я - тебе серьезно говорю! Кроме
того, сказали, что седьмого июля будет открытие парка... А это завтра.
- И что?
- Дима будет страшно рад. Должны же мы его как-нибудь развлечь. Ему тут
скучно.
- Чего же ты сама его не хочешь развлекать? Почему обязательно вместе со
мной?
- Женщина выразительно посмотрела на своего мужа.
- Ох, ладно! А что я с этого буду иметь? - хитро глядя на нее, спросил
мужчина - А чего ты хочешь? - проворковала она.
- Тебя! - выпалил мужчина... Остается только позавидовать их любви. Все
таки на улице было уже тридцать семь градусов выше нуля по Цельсию.
Банников поудобнее устроился за рулем и крикнул в открытое боковое окно
машины:
- Димка, давай быстрее!.. Сколько тебя можно ждать?!
- Погоди чуть-чуть, - мягко произнесла Света, - Куда так торопиться?
Сейчас он соберется... - Ты говорила, что открытие парка в двенадцать
часов?! - прервал ее муж и взглянул на часы, - Сейчас - уже два. Аттракционы
будут бесплатными до пяти. Сколько у нас времени осталось, соответственно?
- Целых три часа, - ответила Света.
- Не целых три часа, - поправил ее муж, - А всего три часа!.. И очередь
там уже, наверное, обалдеть какая.
- Чуток постоим. Ничего страшного.
- Кому как! - мрачно отозвался Банников.
- Успокойся, родной мой, - сказала женщина и дотронулась до его руки, -
Ты тоже удовольствие - получишь.
- Да?!
- Непременно... И, кроме того, удовольствие ты совсем недавно получил.
- Ты, кстати, тоже.
- И я тоже, - произнесла Света, улыбнувшись.
- Папа, я тут! - прокричал мальчик, подходя к автомобилю.
- Наконец-то, - протянул Банников, - Садись быстрее!
- Уже сажусь, - проговорил Дима и проворно заскочил на заднее сиденье.
- Теперь можно ехать, - констатировала женщина.
- Дмитрий, ты дверь плотно закрыл? - как можно строже спросил отец.
- Да, папочка, - ответил Дима, - Не вывалюсь.
- Не шути! - прикрикнул Банников и, увидев огорченно-удивленное лицо
своей жены, добавил, обращаясь - к ней, - Его же надо научить делать такие
элементарные вещи.
- Он всегда плотно закрывает дверь, - сказала Света, отвернувшись к окну.
- Не всегда, поверь мне!..
- Мы поедем? - задала вопрос женщина.
- Обижаешься? - вопросом на вопрос отреагировал Банников, - Конечно! Я
ведь постоянно бываю не - прав... - Поедем? - повторила Света.
- Папа, поехали, - подал голос мальчик.
- Заткнись! - бросил Банников сыну и снова обратился к жене, - Не прав я,
значит?
- Прав, - тихо произнесла Света.
- Не слышу... - Прав! - громко и отчетливо проговорила женщина.
- Чудесно, - заключил Банников, - Теперь поехали.
Автомобиль тронулся с места... Половина дороги, которую им предстояло
проехать, представляла собой хорошо утрамбованный гравий. Вторая половина
состояла из нормального и привычного для горожан асфальта, который, как
известно, является чуть ли не единственным воочию виденным городскими
школьниками полезным ископаемым. Банников злился на жену, злился на сына.
Света никогда не воспринимала всерьез его взгляды на жизнь. А он ведь
неотступно следовал этим взглядам. Не понимая того, каким образом строятся у
него в голове мысли, нельзя понять и мотивы его поступков. Потому-то жена
так часто обижалась на Банникова. Правда, любая обида длилась не очень долго
- максимум, минут пятнадцать.
Но все равно ему было неприятно. Он считал, что любит Свету. Во всяком
случае, как женщина, она за одиннадцать лет супружеской жизни не перестала
его интересовать. Да ей и сейчас-то всего двадцать девять!..
А ему уже целых тридцать шесть. Он знал, что постареет гораздо раньше
нее. К тому же, мужчины живут меньше, чем женщины. Он и умрет, скорее всего,
раньше, нежели Света... Несправедливая штука - жизнь!
- Ух, ты! - воскликнул Дима и тут же прибавил, глядя на Светлану, -
Мамочка, смотри как классно!
Банников отметил про себя, что сын в первую очередь обратился все-таки к
матери, а не к нему, и нахмурился.
- Здорово! - сказала Света, - Саш, а тебе как?
- Никак, - тихо процедил сквозь зубы Банников. Однако, здесь
действительно было чем восторгаться... Перед их взором предстал парк во всем
своем великолепии. Парк с большой буквы! Огромная территория, огороженная
высоким железным забором, цвету которого трудно было подобрать
соответствующее название (что-то ультрасовременное, сияющее даже в тени);
всевозможные аттракционы - от всем хорошо известных до совершенно необычных;
потрясающей красоты лужайки и большие деревья, посаженные в центре каждой из
них; детские площадки... - Мам, я на машинах хочу! - крикнул мальчик и
бросился вперед. - Подожди! - окликнул сына Банников, - Не убегай вперед!
- Светлана взяла мужа под руку и прошептала ему на ухо:
- Не кричи. Пусть побегает... - Ты только посмотри, сколько здесь народа,
- прошипел в ответ мужчина, - Мы его потеряем. Я же - говорил, что раньше
выезжать нужно было.
- Чуток в очереди постоим. Это ничего, - спокойно возразила Света.
- Чуток?! - снова повысил голос Банников, - Тут в каждой очереди,
наверное, человек по пятьдесят.
- И что?.. Не злись, - мягко произнесла женщина.
- Тебе легко говорить. Ты полдня дома сидела. А я на солнцепеке был.
- Никто тебя на солнце не тянул. Ты же по своей воле уже второй день в
гамаке лежишь и делаешь вид, - что читаешь.
Банников вспыхнул. Жена его раскусила. Хоть бы промолчала для приличия.
- Я действительно читал, - громко сказал он, отчеканивая каждое слово.
- Ладно, - согласилась Света, - Не спорю.
- Вот и не спорь, - веско проговорил ее муж и
...Поділитися у соцмережах
