ГЛАВА VIII

страница №2

...т не декларативный, как в
средневековом христианстве, а реальный монизм на основе интерсубъективности.
Субъектные отношения задают форму и направленность
мотивационных полей, а направленность партисипационного
переживания уже не носит однозначно экстравертивного характера.
Партисипация осуществляется по механизму идеального полагания
субъектом своего собственного образа как особой модальности самореализ
ации в культурном целом (мораль успеха). Для личности этот уровень
выступает неразложимым. Буржуазная личность не может раскультуриться
до признания отчуждения гражданских прав, собственности

Эволюция субъекта культуры 285

и свободы, т. е. тех форм культуры, которые обеспечивают упорядочение
личностного космоса и партисипацию в форме диалогической
интерсубъективности.

В цивилизациях, где синкрезис остался как доминирующее системное
качество (Дальний Восток), все последующие цивилизационные
формы организации носят обратимый характер. В таких обществах постоянно
воспроизводится более или менее устойчивый компромисс между
родовыми принципами цивилизации индивидов и манихейской госуд
арственной вертикалью, поскольку имманентная глобализация оппозиций
вследствие силы синкретических связей недостаточна, а ряд других
разнообразных исторических обстоятельств требует интеграции
культурного космоса в социально-государственных формах.

Эти три цивилизационных типа не выстраиваются в примитивнопоступ
ательную цепь и, тем более, в дискретную историческую последов
ательность. В каждой цивилизации присутствуют все три слоя. Разниц
а лишь в доминанте. Отсюда бессмысленно пытаться привести вектор
эволюции к общему знаменателю, беря за точку отсчста ценностные
ориентиры того или иного исторического субъекта культуры. Прогресс
не в самом восхождении от индивида к личности, - прогресс в эволюции
типа отношений между разными субъектами культуры и
созданными ими типами цивилизаций. Здесь содержится ответ на вопрос
об эволюционизме и циклизме, а также прояснение по поводу того
невразумительного и по сути хаотического "многоголосия культур", о
котором сегодня говорят многие, преподнося этот бессодержательный,
доходящий порой до абсурда релятивизм ниспровергнутому
европоцентризму.

Пока что доминантой отношений между разными типами цивилиз
аций был конфликт - взаимное противостояние. Последнее есть
способ манифестирования собственного цивилизационного качества как
единственно возможного. (Эта же ситуация, кстати, отрабатывалась на
заре истории, но в другом масштабе, когда граница "наших" и "ненаших"
проходила между первобытными селениями. Когда спор о том,
чей род древнее, чей бог старше и т. п., перестал быть поводом для
взаимного убийства, начался диалог. Или иначе говоря, стали развив
аться продуктивные формы медиации. (Убийство - тоже форма медиации,
но непродуктивная.) Сегодня принцип конфликта ещс доминирует
в макрокультурном диалоге. И хотя налицо признаки сознания необходимости
более продуктивной медиации, не стоит обольщаться надеждой
на то, что эпоха конфликта завершилась. В ряде ситуаций конфликт
является единственной адекватной формой диалога. Более
продуктивные формы медиации возможны при наличии не только иници
ативы, ной способности к медиации с обеих сторон.

286 Глава VIII

3.4. О трсх великих революциях как макропарадигме периодизации
истории.

Начиная разговор о трсх стадиально последовательных типах цивилиз
аций, необходимо сделать одну важную оговорку. Когда мы говорим
о трех типах цивилизаций, то не имеем в виду их совпадения или
жесткой связки с этническими, географическими или узко историческими
параметрами определения цивилизационных сообществ. Ц и -
вилизация в данном случае - это прежде всего
специфический способ жизнеустройства и
система устойчивого воспроизводства экзистенци
альных ценностей. Или, иначе говоря, особая количественно-к
ачественная структура культурного ресурса. Поэтому в рамках
тех общностей, которые традиционно полагаются как самостоятельные
цивилизации - античная, европейская, китайская, исламская, - в современную
эпоху присутствуют в виде сложной амальгамы все три цивилиз
ационные формы. Их рассмотрение служит основанием для внутреннего
дифференцирования целокупных цивилизационных общностей,
традиционно маркируемых по этническому (этнорегиональному), геогр
афическому, геополитическому, конфессиональному признакам.

Итак, три типа культурных субъектов, три соответствующих им
типа цивилизаций определяют три основных этапа мировой истории.
Каждый из этих этапов отмечен особым периодом революции, когда
новое качество, пройдя имплицитную фазу, эксплицируется и устан
авливается как устойчивая и воспроизводящ
аяся доминанта в той или иной части историко-культурного
пространства.

Первая революция - неолитическая. Разворачивается в
полном объеме в VIII-VII тыс. до Р. X.

Неолитическая революция порождает индивида как стадиально
первого субъекта культуры и исторического процесса. Стоит отметить
основные вехи этого процесса:

а) великий цивилизационный прорыв - переход от архаической
первобытной культуры к государственности и утверждение письменности;

б) переход от доминанты магической стратегии к собственно цивилиз
ационной.

Вторая революция - манихейская. Начинается с периода
стабилизации после падения первого поколения государств "бронзового
века" в конце II тыс. до Р. X. Длится до возникновения ислама, т. е. до
VII в.

Цивилизованный мир, стабилизировавшийся после нашествия кочевников
(эта стабилизация заняла тысячелетие), стал миром п а лл
иат а. Победа паллиата как доминирующего субъекта культуры стал
а очевидной в 1 тыс. до Р. X. Новые ориентиры обозначились с

Эволюция субъекта культуры 287

предельной ясностью, хотя далеко не синхронно в различных ареалах.
Исходной посылкой выступала идея испорченности мира. А жизнь в
нем переживалась как страдание. Путь, избавляющий от страданий, был
осознан двояко. Либо через религию спасения, либо через партисипацию
к социальному абсолюту в лице соответствующих социальных инст
анций, который репрезентировал Должное в его метафизическом противостоянии
испорченному миру. В этом пункте трансцендирование
путсм религии и трансцендирование посредством социального проект
а совпадают. Именно на этой стадии истории метамиф триад ического
принципа модифицировался в свою более частную и конкретную форму
- мономиф, по Кэмпбеллу: исход - инициация - возвращение. В
результате доминирующее положение захватил государственный человек.

Третья революция - буржуазная. Границы ее могут быть
обозначены сравнительно точно: 1500-1648 гг. Разумеется, в каких-то
культурных ареалах она продолжается и по сей день и, как можно заметить,
не всегда успешно.

Буржуазная революция, вызвавшая к жизни цивилизацию личности,
началась в Европе в эпоху Ренессанса и Реформации. Личность,
имевшая до этого точечный и эпизодически-периферийный статус,
становится здесь доминирующим социокультурным типом. Тем
самым механизм самоотрицания манихейской парадигмы, изначально
заложенный в монотеистической доктрине, принес закономерный результ
ат. Монотеизм, решая задачи универсальной социокультурной меди
ации между глобальными оппозициями манихейского космоса, с неизбежностью
презумпировал личность в качестве пространства этой
медиации. Личность, о которой идет речь, изначально была бесконечно
отчуждена не только от личности в нашем понимании, но и от всякой
человеческой субъектности вообще. Это была абсолютная личность, несущ
ая партисипационное переживание истиноблага лишь тому, кто способен
был растворить в ней свою субъективность. То есть собственное
личностное начало. Однако если исходно такая концепция была вполне
безопасна для манихейского культурного космоса, то в дальнейшем (на
протяжении первого тысячелетия) процесс подспудно диалектически
перетекал. В результате чего личностное начало становится ядром религиозного
сознания.

Эти имманентные диалектические процессы смены парадигматических
ориентиров в культуре выступали в свою очередь планом выражения
еще более глобальных и скрытых процессов. Можно сказать, что
макроуровень самоорганизационного процесса культуры как системного
целого представляет собой последовательную выработку форм интегр
ации перманентно распадающегося синкрезиса. В этом смысле палли
ат, интегрирующий в своем глобальном дуалистическом космосе
горизонтально рассыпающийся мир архаического индивида и подчиняю288

Глава VIII

щий его макросоциальным иерархиям, выступал агентом самоорганиз
ационного процесса. Макрокультурный императив придавал силы агент
ам манихейской революции. И их устами воистину говорил Бог.

Естественно, что генезис личности как социокультурного субъекта
внутри своего системного качества имеет определенные стадии. Им
соответствуют стадии цивилизационной самоорганизации. Самое главное
состоит в том, что личность являет собой следующую ступень интегр
ации, противостоящей процессу распада синкрезиса. Иначе говоря, бесконечно
умножающиеся оппозиции снимаются на субъектном уровне.
Процесс распада синкрезиса вызывает к жизни эволюцию культурных
субъектов. И каждый раз рождается форма, соответствующая уровню
этого распада. То есть - определенный тип трансцендирования, тип
партисипации и, соответственно, тип цивилизационной организации
бытия.

Возможно, что личность, известная нам в своих исторических форм
ах, не является последним типом субъекта культуры. Во всяком случае
в современной ситуации, характеризуемой специфическим несинкретическим
состоянием, когда измельченные, атомизованные и высоковалентные
смыслы и феномены оказываются пропущены через фронт рефлексии
и организованы в новый синкрезис. Возможно, что эта ситуация
потребует новых форм и способов интеграции. И, соответственно, нового
исторического субъекта.

---

Эволюционная логика цивилизационного процесса самым непосредственным
образом связана с механизмами партисипации и трансцендиров
ания, поскольку они выступают как фундаментальные координаты
мотивационных полей в культуре. Таким, образом, эволюционные фазисы,
особенно на микроуровне, т. е. на уровне частных и локальных историко-культурных
общностей, могут быть прослежены посредством анализ
а типологии аксиологических доминант. Последние в свою очередь
связаны не только с механизмами самоорганизации культурного целого,
но и с имманентной эволюцией ее субъекта, о которой говорилось выше.

В частности, одним из важнейших факторов изменения ценностных
доминант является постепенный дрейф мотивационной самоидентифик
ации субъекта от идеи служения к идее самореализ
ации. Разумеется, представления субъекта о характере своих ценностных
мотивов не следует принимать за чистую монету. Человек может дум
ать, что самореализуется, а на самом деле служит, и наоборот. Уровень
самореализации в собственном смысле достигнут лишь в XX веке с
окончательным отпадением собственного я от всякого рода иноположенных
ему априорных ценностей.

Эволюция субъекта культуры 289

Можно сказать, что отпавший от всяких абсолютов субъект заново
проходит лестницу эволюции ценностей. В основании ее лежит принцип
биологической избыточности. Если жизнь человека не обусловлена
причастностью к неким метафизическим ценностям, то вся мотивационн
ая активность разворачивается в горизонтальной плоскости такой избыточности.
Эта сфера не имеет естественных границ и по понятию
переходит в дурную бесконечность. В реальности же границы принцип
а "шкурного интереса" задаются противодействием других субъектов,
реализующих тот же самый принцип, статусно-институциональными
ограничениями культуры и тому подобным. Проще говоря, парадигма
подгребания под себя не имеет внутренних ограничений. Именно в нашу
эпоху эта парадигма смогла проявиться в полной мере, ибо в отличие от
эпох более ранних для соответствующего типа сознания не существует
никаких иных ценностей, кроме презумпции бесконечного
самоудовлетворения субъективного Я.

Эта ситуация вырастает из тотальной отчужденности и тотального
конформизма. Человек, у которого нет ничего, кроме своего маленького
и жалкого я, весь мир пропускает сквозь призму этого самого я. Такое я
может природнить и пропустить через себя только уровень биологической
избыточности. То есть уровень наиболее имманентных ценностей,
самый имманентный слой. Выход на следующую ступень связан в широком
смысле с идеей власти. Здесь имеет место партисипационное
удовлетворение я уже на других дистанциях - власть, манипулиров
ание людьми, подчинение их своей воле и т. д., то есть достижение
истиноблага посредством взятия под свой контроль социальных процессов
(в том или ином масштабе) и качественно более широкого освоения
социальных технологий. Наша эпоха породила предельный волюнт
аризм. Никогда раньше волюнтаризм столь явно и откровенно не
вырастал из человеческой субъективности. Всем известно, насколько
кажущиеся всесильными властители древности были зажаты ритуально-т
абуативной системой. Весь прежний волюнтаризм осуществлялся
либо от имени, либо по поводу, либо во имя. Эти идеологические обертки,
на первый взгляд совершенно недвусмысленно сорванные ницшеанством,
не исчезли полностью и в XX веке. Они лишь истончились и
превратились в маразматические декорации. СССР тратил свои достаточно
ограниченные ресурсы на вовлечение в орбиту своего политического
влияния стран Африки во имя мировой революции и торжества
дела мирового пролетариата (?1).

Последний рубеж ценностной вертикали связан с достижением
такого уровня, когда человек становится не агентом, а субъектом культурной
самоорганизации. Принцип самореализации содержательно совп
адает с самоорганизационным принципом культуры, что приносит
субъекту переживание высших трансцендентных ценностей, вплоть до
ощущения духовного бессмертия. Снимаются субъектно-объектные от'/1
к) - 2Ч6Ч

290 Глава VIII

ношения, гений творит не от имени Бога, а вместе с ним, что бы
он сам ни думал по этому поводу.

Каждая из последующих ступеней может быть полноценно проявлен
а только по достижении и снятии предыдущей. Уровень имманентных
ценностей достигает снятия на уровне достаточности. Возможно
движение в дурную бесконечность, но возможен и выход на следующий
уровень. Уровень достаточности - условие выхода на следующую ступень.
Уровень "волюнтаристический" приводит к внутреннему снятию
по достижении уровня внутренней свободы. У человека пропадает стремление
самоутверждаться в господстве над другими. Здесь также возможен
путь в дурную бесконечность, но какая-то часть субъектов переходит
на третий уровень.

На третьем уровне самореализация достигает партисипации к мет
афизическим ценностям и наиболее полному трансцендированию (поскольку
все имманентное снимается). Эти три уровня присутствуют в
культуре постоянно, но реализуются всякий раз различным культурным
субъектом, что порождает соответственно различающиеся культурные
ситуации. Для архаика один рисунок, для манихея - другой,
для буржуазного обывателя - третий.

Триумф своекорыстного личного интереса как доминирующ
ая ценность в сегодняшней России указывает нам на стадиальный
уровень исторического субъекта. Когда отпали и облетели,
как фиговые листки, несобственные, внешние, наведенные ценностные
ориентиры, попер тупой, бесконечно жадный и ненасытный
зверь. Он с равной степенью отчетливости обнаружился в
министре, генерале, политике, простом обывателе, наконец в модельном
для значительной части остального общества персонаже
блатного мира. Такое, впрочем, уже случалось в мировой истории
не раз и не два. Подобные ситуации вполне закономерны
в переходные эпохи, когда самоорганизационные процессы, исчерп
ав исторический ресурс исходного паттерна, ещс не настроились
на новые формы партисипационного трансцендирования.
Когда же это происходит, типология ценностных ориентиров
вновь начинает цикл восхождения по указанным уровням, и
только тогда в обществе появляются реальные, а не мнимые или
по инерции декларируемые ценности, которые в сомнительном
противопоставлении ценностям материальным обычно называют
духовными.

Нельзя не отметить и то обстоятельство, что все три указанных
типа субъекта в истории культуры с соответствующими им экзистенци
альными ориентациями существуют не в герметичных кластерах, а в
диффузном смешении.

Применительно к современному обществу имеет смысл говорить о
разделении по:

Эволюция субъекта культуры 291

1) доминированию одного из трех базовых типов экзистенциальных
ориентаций и

2) степени выявленности этой доминанты.
В случае ярко выраженного доминирования можно говорить о
выходе на культурно-антропологический уровень различий. В случаях
менее ярко выраженного доминирования, типа экзистенциальных ориент
аций, помимо доминирующего возможна актуализация и второго,
компонентного, типа. В этом случае характеристические черты не выр
ажены так ярко, но поле изменчивости шире.

' Разумеется, мы не видим в культуре самоосознающего субъекта. Речь идет
о процессах самоорганизации культуры, реализуемых в поведении ее носителей,
которые легче всего описываются в конструкциях, предписывающих объекту
исследования субъектный характер и осознанное поведение. Описательные конструкции,
элиминирующие эту субъектность, оказываются гораздо более громоздкими,
тяжеловесными и менее естественными. Сама эта ситуация наводит
на размышления об укорененности присущей человеку потребности в антропоморфиз
ации космоса и может рассматриваться как иллюстрация к предшествующим