Жанр: Электронное издание
REALITY
...зному выражению комиссара-два Рыкова. Музыка Глеб Максимович
вообще отказался связываться с Куполом, резко осудив инициативу Графа. Завьялов
передал это Горшину после недолгих колебаний, будучи уверенным, что Граф и так
все узнает. Комиссары "Чистилища" не хотели рисковать своим положением, полагая,
что время открытой войны с мафией еще не пришло. К тому же они втайне надеялись
на ослабление влияния Графа на деятельность "Стопкрима" и укрепление собственных
позиций после всех событий. Каждый из них, в особенности Рыков, исключая разве
что Завьялова, мечтал об абсолютной власти над криминальным, да и чего греха
таить, - над остальным миром, не понимая при этом, что все их "мечты"
инспирированы "монархом тьмы", так же лелеющим мечту о Сверхвласти, но уже на
неизмеримо более высоком уровне.
В результате у дачи Ельшина Тарасу удалось собрать всего две монады и два
мейдера - шестнадцать человек, и хотя все они были профессионалами боя,
мастерами разведопераций и операций захвата, справиться с батальоном охраны дачи
генерала ФСК они, конечно, не могли. Но попытаться помешать сделке - могли. И
хотели.
О том, что рано или поздно их вычислят, командиры групп знали и разработали
план, по которому три группы - две монады и мейдер - не слишком маскировались и
не скрывали своих намерений, в то время как четвертая группа из пяти человек
должна была незаметно подойти к даче со стороны реки и ударить по охране в тот
момент, когда она увлечется охотой за теми, кого обнаружит.
План сработал, и бой начался в четверть восьмого вечера, сразу изменив
ситуацию во всей сложной системе взаимодействий мафии, государственных структур,
военного комлекса и правоохранительных органов.
Четвертой группе удалось подобраться к даче скрытно, в то время как три
остальные делали вид, что атакуют дачу в лоб, со стороны главного въезда на
территорию. "Чистильщикам" удалось преодолеть заграждение "частного владения" и
обезвредить проволочные ловушки, но дальше второй линии защиты - лазерных
батарей - они не прошли, потеряв одного из бойцов.
В этот момент им на помощь пришел Горшин, который час назад проводил
инструктаж со всеми участниками операции. Он провел группу мимо замолчавших по
неизвестной причине лазеров и велел держать оборону в районе бани-сауны до
прихода основных сил или его команды, после чего тихо отойти и рассеяться. Сам
Горшин через минуту исчез за хозяйственными строениями дачи, не обращая внимания
на заговорившие со стороны главного корпуса пулеметы. У него была своя цель.
Матвею очень бы пригодилась помощь Василия, потому что он до сих пор не
вышел из состояния "выжатого лимона", все приходилось делать с неимоверными
усилиями; чуть ли не на грани беспамятства, а подпитать себя через канал ментала
не удавалось из-за отсутствия времени: счет уже шел на минуты и секунды, Матвей
это чувствовал.
Обратно наверх он поднялся сравнительно легко: дождался лифта с отрядом
погони, высланным Ибрагимовым, "отключил" охранника, оставленного стеречь лифт,
и поднялся в подземный гараж дачи, где с ходу "вырубил" еще двух "горилл" в
черном. Переоделся в форму одного из них, прихватил автомат и кинжал и по
лестнице поднялся на первый этаж. Именно в этот момент началась атака
"чистильщиков" на дачу и отвлекла внутреннюю охрану, что позволило Матвею
пересечь холл и в общей суматохе преодолеть лестницу на третий этаж.
Здесь он встретил лишь одного человека - стюарда с подносом, на котором
стояли напитки и вазы с фруктами, безмолвно пропустил его, готовый, однако,
применить силу, если понадобится, но стюард прошмыгнул мимо на полусогнутых,
даже не глянув на попавшегося на пути "охранника". Видимо, на него сильно
подействовала начавшаяся пальба.
В спальню Ельшина Матвей проник неожиданно легко: дверь оказалась не
запертой. Матвей, исходя из этого факта, ожидал засады или в крайнем случае
надеялся застать самого хозяина, но ни засады, ни Ельшина в сверхроскошной
спальне, способной поразить воображение не только провинциала, но и любого
принца, не обнаружил. Выглянул в окно с пуленепробиваемыми стеклами, которые
закрывались автоматически. Стрельба поутихла, по двору перемещались "черные
береты" в количестве до взвода, еще один отряд быстро готовил к бою огнеметы. Ни
Ельшина, ни Ибрагимова нигде видно не было.
Сердце заныло от нехорошего предчувствия.
Матвей не знал, кто и зачем затеял стрельбу, хотя и догадывался, что это
могли быть "чистильщики", но считал свою задачу невыполненной до тех пор, пока
не отыщет генерала. Все остальное отходило на второй план, в том числе и
переговоры по продаже украденного оружия, особенно отвечающего целям террористов
всех мастей. С этим можно разобраться потом, после "гашения" главного босса
Купола, который в своих действиях перешел уже все границы.
Обойдя спальню и не отыскав второго выхода, Матвей подкрепился фруктами и
попытался заставить себя выйти на уровень турийи, но удержался в этом состоянии
всего несколько секунд. Правда, ему удалось в момент сосредоточения обнаружить
лифт, замаскированный под квадрат пола, что несколько скрасило горечь неудачи.
Однако воспользоваться тайной "кабиной" он не успел: в комнату ворвалась группа
вооруженных "беретов" под командованием вездесущего Ибрагимова.
В принципе Матвей был готов к такой ситуации и шестеро автоматчиков не
могли бы заставить его сдаться в плен без сопротивления. Остановило его не
количество нападавших, а выражение глаз Ибрагимова: в них тлела ненависть и
скрытое торжество, будто он знал нечто такое, что для противника наверняка
окажется страшным сюрпризом.
Снова в тревоге сжалось сердце, и Матвей, уже понимая, в чем дело, опустил
автомат.
- Не стрелять! - поднял руку Ибрагимов. Змеиная улыбка скользнула по его
жестким узким губам. - Я знал, ганфайтер, что ты вернешься. Но лучше бы ты этого
не делал. Впрочем, своим друзьям ты бы тоже вряд ли помог.
Матвей молча смотрел на него, и начальник службы безопасности Купола
продолжал:
- Их взяли на развилке, так что, увы, надежды твои не сбылись. Да и чего ты
ждал, собственно? Вам и так везло слишком долго.
- Что.., с ними? - разлепил губы Матвей. Майор засмеялся. От его смеха,
наверное, свернулось бы молоко.
- Шеф подкинул хорошую идею: мы из них сделаем "зомби", как вот из этих
ребят, и выпустим. Даже если ты вывернешься и на этот раз, что маловероятно.., и
даже совсем невероятно, твои друзья в один прекрасный момент убьют тебя. А потом
и друг друга. Как тебе нравится перспектива?
И Матвей сразу поверил Хасану: именно так и случится, если он не успеет
предотвратить кодирование.
Бесшумная и не видимая никем "молния" ментального разряда вонзилась в
голову, растеклась по жилам, запульсировала странным, жгучим и одновременно
приятным огнем в нервных узлах, включила экстрасенсорное видение и сферу
парачувств, перевела энергетику организма на прямое "сгорание" эритроцитов,
изменила внутреннее течение времени.
Матвей "вышел" из общего потока времени, и для него внешний мир перестал
быть динамичным, застыл, как в проекторе слайд.
Нет, парни в черном, конечно, двигались, как и Хасан Ибрагимов, чей
пистолет, словно по волшебству, начал стрелять почти одновременно с первым шагом
Матвея, но все равно их реакция уступала реакции Соболева на порядок, если не
больше.
Убивать Ибрагимова собственноручно Матвей не стал, просто у двух "беретов"
направил стволы автоматов таким образом, что стрелять они начали в своего
командира и друг в друга, а оставшихся в живых "взял на удар", впервые в жизни
действуя в полную силу, не дозируя силу и не чувствуя при этом ни малейших
угрызений совести.
Бой закончился в течение пяти-шести секунд "по внешнему времени", и отряд
"зомби" во главе с Хасаном Ибрагимовым перестал существовать. А Матвей с
"плеском" нырнул в омут беспамятства, внезапно выходя из состояния
паранормальной активности с мыслью, что еще одного пси-включения он не выдержит.
Очнулся через минуту, чувствуя себя столетним стариком, с которого вдобавок
содрали кожу и заменили ее слоем цемента. Оглядел невеселую картину боя:
автоматные очереди распороли кровать под балдахином, пуфы, кресла, разбили
зеркала и фарфоровые светильники, понаделали дыр в красивейших панелях из
резного красного дерева. Трое из отряда "зомби" были еще живы, но стрелять уже
не могли, остальные, в том числе и главный киллер Купола Хасан Ибрагимов, ушли в
другую реальность, закончив свой земной путь далеко не лучшим образом.
И вдруг Матвей почувствовал тяжкий удар - не физический, извне, а изнутри,
на уровне колебаний атомов, молекул, нервных тканей, на уровне пси-чувствования,
- удар, потрясший организм до тошноты. Секунды хватило, чтобы понять: "монарх
тьмы" вышел наконец в трехмерный мир Земли!
Можно было попытаться отгородить сознание от чужого пси-взгляда
энергоинформационным барьером, и частично Матвею это удалось, но ощущение
тяжести в голове и в теле оставалось. "Монарх" держал его в фокусе своего
сверхчувственного "локатора" с небрежной легкостью Гулливера, знающего, что
лилипут от него никуда не спрячется, как бы ни старался.
Едва слышно свистнул лифт, квадрат пола опустился вниз, открыв колодец
шахты, и вернулся уже с пассажиром: в разгромленную спальню шагнул начальник
Управления "Т" Федеральной службы контрразведки генерал Елынин. Впрочем, по
усилению "взгляда изнутри" Матвей сразу понял, что это в оболочке генерала
появился Конкере, "монарх тьмы".
Он скользнул взглядом по готовой к прыжку фигуре Матвея, поднял брови
полунасмешливо-полупренебрежительно, оглядел комнату, качнул головой:
- Похоже, Хасан переоценил свои силы.
В следующее мгновение Матвей открыл огонь из автомата вопреки уверенности,
что "монарх" легко справится с этим. Так и случилось. Конкере - Ельшин выбрал
самый простой метод демонстрации своих возможностей: он легко.., поймал рукой
все выпущенные пули! Равнодушно бросил их на пол, подошел к окну. Голос его
остался негромким, как шорох камыша, и в то же время объемным и гулким, как звук
царь-колокола:
- А финал не в вашу пользу, генерал.
Матвей не сразу понял, что Конкере обращается к Ельшину, чье тело и разум
он временно занял. Или не временно?
- Чего вы ждете? - хрипло спросил Матвей. - Кот решил поиграть с мышью?
- К сожалению, ты не мышь, ганфайтер. Да и я не кот - не те масштабы.
Просто у тебя есть шанс стать кем-то большим, чем волкодав-перехватчик.
На мгновение глаза Ельшина засветились, как тлеющие угли, темная сила сжала
голову Матвея, стены комнаты пошли рябью, будто вода под ветром, сдержанный гул
ушел в пол, стек по стенам в фундамент, качнул здание дачи.
Матвей пристально глянул в эти страшные глаза и смотрел в них, пока красное
сияние не погасло, хотя сам почти ничего не видел из-за набежавших слез.
- И какова же цена.., моего шанса? Перейти в твой лагерь?
- Почему бы и нет?
Матвей покачал головой, расслабился, еще раз качнул головой, словно отвечая
самому себе, бросил автомат под ноги Ельшину.
- Вряд ли меня можно назвать свободным от меркантильных расчетов, но друзей
своих я все же не предаю. Говоря словами д'Артаньяна, обо мне плохо подумали бы
там и плохо приняли бы здесь. У нас разные понятия о добре и зле.
- О добре и зле тебе судить еще рано. Да и кто ты такой, собственно, чтобы
судить? Один из баранов стада, которое гордо называет себя человечеством.
- Почему же это человечество - стадо?
- Потому что люди - слабые существа, которые сбиваются для защиты в стада и
требуют, чтобы ими управлял не закон, а пастух. Хочешь быть пастухом?
- Не хочу. Уж не ты ли.., этот пастух?
- Все не так просто, мой милый, как ты себе представляешь, начитавшись
книг. Ты вон даже с собой разобраться не можешь, а уже пытаешься навязать миру
свое мнение. Оглянись на путь свой. Неужели не видишь, что все, кто начинает
контактировать с тобой, плохо кончают? По вашим земным законам, конечно. Но ведь
и судишь ты по земным, человеческим меркам? Ивакин и Дикой погибли. Илья Муромец
- убит. Старушка эта, Мария Денисовна, умерла. Кристина потеряла полжизни, и
неизвестно, что будет с ней дальше. Список можно продолжать вверх и вниз по
времени, в будущее и в прошлое, но стоит ли?
- Что ты.., что вы хотите сказать?
- Да ничего особенного. Ты не человек, Матвей Соболев, хотя и рожден
людьми. И путь твой - не среди людей и не с Тарасом Горшиным, который стал
отступником ради глупой и смешной традиции - мести, не сумев подавить эмоции. В
результате Внутренний Круг для него оказался закрыт, его отвергли Хранители и не
приняли иерархи. Но речь не о нем - о тебе. Чем дольше ты будешь жить среди
людей, подчиняясь их законам, но сообразуясь со своими понятиями о мироздании,
тем больше причинишь несчастий и страданий. А ведь ты этого не хочешь?
Матвей ответил не сразу, сбитый с толку миролюбивым и даже участливым тоном
Конкере.
- Я не хочу быть ни бараном, ни пастухом...
- Пастухом хочет быть каждый, - усмехнулся "Ельшин".
- Я не каждый. Да, я живу среди людей, из которых многие мне просто
несимпатичны, а иные, по моему мнению, и вовсе не должны жить. И уж совсем мало
тех, буквально единицы, кого я уважаю и люблю. И вот ради них я никогда не приму
сторону того, кто причинил им зло. Какие бы высокие цели он ни преследовал.
- Зло не бывает абсолютным, мой милый, оно всегда относительно, и стоит
лишь посмотреть на него с другой стороны...
- Да плевать я хотел на ваши оценки, генерал.., или кто ты там! Одно мне
непонятно: почему иерархи мирятся с твоим существованием? Или даже в тех
реальностях, где они являются равными среди равных, закон допускает двоякое
понимание истины? То есть те же самые два полюса - добро и зло?
- Конечно, нет. - "Елышш" выглянул в окно. - Но борьба есть и там, вернее,
не борьба - игра законов. Судьбы личностей в этой игре не имеют особого
значения. Что ж, ты выбрал тупик, больше нам не о чем говорить. Вряд ли мы
встретимся в какой-нибудь из будущих жизней. Но прежде чем расстаться, я покажу
силу, от которой ты отказался. Мой друг, - "Ельшин" тонко улыбнулся, - министр
обороны Галкин, дабы перестраховаться, от испуга выслал сюда звено "Черных акул"
и звено "Оборотней". Знаешь, о чем речь?
- Волки от испуга скушали друг друга... - Матвей кивнул. - Он что же,
собирается высадить десант?
"Черными акулами" называли новейшие военные вертолеты, равных которым не
было ни в одной армии мира. Ракетный залп одного такого вертолета мог уничтожить
город с населением в сто тысяч! А каждый "Оборотень" мог нести в своем чреве до
батальона десантников.
- Вот они, над лесом, заходят для атаки.
Матвей подошел к окну и в самом деле разглядел около двух десятков
низколетящих металлических стрекоз. Одна из них пыхнула дымком, и во дворе вырос
веер огня, дыма и земли. Вертолеты начинали обстрел.
В то же мгновение Матвей пережил еще один внутренний пси-удар и временно
оглох, перестал слышать какие-либо звуки.
"Ельшин" причудливым образом превратился в "букет" из полупрозрачных
человеческих фигур, увеличился в объеме, заполнив собой чуть ли не всю спальню,
одной из множества рук продавил окно, так что оно застыло в форме прозрачного
кратера. Воздух в комнате загустел, завибрировал, задрожали стены, пол, дрожь
вошла в ноги, передалась позвоночнику, достигла головы, и Матвей с ужасом
увидел, как из распухшего тела "Ельшина" вылетел призрак, похожий на динозавра,
устремился в окно и метнулся к вертолетам. Второй залп они дать не успели.
Матвею не нужно было напрягать зрение, чтобы разглядеть, что творится в
радиусе двух-трех километров от дачи. Если у него что и осталось от паранорма на
данный момент, так это способность видеть в более широком диапазоне спектра.
Драму в воздухе он рассмотрел до мельчайших подробностей, стоя за спиной
Ельшина-"монарха" в полной прострации.
Огромные пятнистые машины с четырьмя подвесками НУРС под короткими крыльями
и четырьмя управляемыми ракетами типа "воздух - земля" вдруг стали зыбиться,
плыть, деформироваться, превращаться в зловещие черные сосульки, опали на землю
редкими каплями странного и страшного дождя! В три секунды от двух десятков
боевых винтокрылых аппаратов остались быстро испаряющиеся на земле черные
кляксы. Ни одному человеку из экипажей "Акул" и десанта "Оборотней" спастись,
конечно, не удалось.
- Ну вот и все, - обернулся "Ельшин" на слабый возглас Соболева. - Не
передумал, ганфайтер? Э-э, какой ты впечатлительный. Ну, не передумал, тогда
прощай.
Матвей не ответил, все еще находясь под впечатлением происшедшего.
Только что на его глазах были уничтожены ни в чем не повинные люди,
солдаты, молодые ребята, которым едва исполнилось девятнадцать-двадцать лет.
Вряд ли они знали, куда и зачем летят, за кого и против кого их послали воевать,
но ни один не заслужил такой смерти!
И как бы в ответ на мысли и чувства Соболева его внутренняя вселенная сама
собой соединилась с внешней, образовав канал связи с менталом и мгновенно
изменив энергетическое состояние реципиента, переведя его на уровень,
практически недоступный обыкновенному человеку. Правда, как оказалось, уровень
этот был все же гораздо ниже того, который требовался для схватки с "монархом
тьмы" на равных.
Видимо, Елылин - Конкере был занят своими мыслями и решал какие-то иные
задачи, не связанные с делами Земли, потому что не сразу отреагировал на
изменившееся поведение ганфайтера, которого не считал серьезным соперником. Для
"гашения" обычного человека, по его мнению, достаточно было мысленного приказа
"Умри", чтобы сердце у того остановилось, но Матвей сумел блокировать приказ и
даже ответить таким же, правда, в несколько ином диапазоне и с иной
эмоциональной окраской. Его пси-ответ можно было перевести как: сам сдохни, гад!
"Ельшин" удивленно оглянулся, в свою очередь легко парировав удар, затем
нахмурился, выбирая, каким образом лучше наказать наглеца, но в это время в
спальне возник Тарас Горшин.
Волна оцепенения, накрывшая Матвея, отхлынула, вернулся пульс
паранормального чувствования, а с ним появилась и способность психокинетического
воздействия на предметы. Словно в подсознании открылась вдруг незаметная дверца
и суфлер, высунувшийся оттуда, шепнул Матвею-актеру заветную магическую фразу:
сим повелеваю!
Дальнейший поединок "монарха" с молодыми магами - если воспользоваться
терминологией мифов и сказаний, почти адекватно отражающих точность термина для
земных условий, - проходил с применением пси-энергетических ударов в иновременье
и частично в ином пространстве с другим количеством измерений. Закончился бой
спустя десятую долю секунды по земному времени, хотя, по впечатлениям Матвея,
длился не меньше часа.
В результате не ожидавший отпора Конкере, базой которому служило
обыкновенное человеческое тело генерала Ельшина, сковывающее его, как тесный
костюм, отступил, мобилизуя резервы и перестраивая организм.
Матвей огляделся и не поверил своим глазам: от дачи не осталось камня на
камне! Они стояли посреди причудливой формы развалин, словно в руинах
инопланетного города, и ползли среди искривленных, сочащихся зеленым дымом
столбов и стен полупрозрачные языки светящейся пыли, вспыхивающие голубыми и
зелеными искрами.
Горшин воспользовался паузой, бросил Матвею в пси-диапазоне:
- Уходи!
- Я помогу.
- Уходи, дурак! Спасай свою Кристину. Кому ты будешь нужен, состарившись за
минуту на полета лет?
- Я помогу, - упрямо повторил Матвей.
- Это моя проблема, и решать ее я буду сам. Беги!
И Матвей повиновался. За что потом себя возненавидел. Убежал он недалеко и
тут же вернулся, но бой между "монархом тьмы" и Тарасом уже закончился. Конкере
ответил на вызов, и даже человеку Внутреннего Круга, коим считал себя Горшин, не
удалось отбить атаку.
Когда Матвей глянул на то, во что превратилось тело Тараса, к горлу
подступила тошнота. Пси-взрыв не потревожил только головы Горшина, остальное
трансформировалось в кошмарную мешанину трех десятков живых существ, проросших
друг в друге, и весь этот конгломерат еще жил, вздрагивал, копошился, царапал
сам себя, расползался в разные стороны. Глаза Тараса были открыты, но ничего не
видели. Губы шевельнулись, и Матвей услышал шепот:
- Она была.., всегда свежа и приятна.., и верна.., и всегда - неизменно
добра.., моя Елинава.., лю-би-ма-я.
Шепот стих.
Матвей снизу вверх глянул на убийцу, не особенно удивившись тому, что
Ельшиных стало двое: один в два раза выше другого. Конкере создал себе другую
оболочку, освободив тело генерала, хотя и сохранил его облик.
- Будь ты проклят!
Псевдо-Ельшин только отмахнулся, и этот его небрежный жест мог стать
последним для Матвея, если бы в действие не вмешались силы, превосходившие мощь
"монарха".
Кто-то прикрыл Соболева прозрачным колпаком пси-поля. Рядом возникли такие
же прозрачные пузыри с фигурами внутри, лопнули, и взору представились трое
людей. Двоих Матвей узнал сразу - это были инфарх и его спутница, приходившие к
нему во снах. Одетые во все белое, они походили на библейских ангелов, только
что без крыльев. От мужчины веяло скрытой мощью и мужественностью, женщина была
молода и прекрасна.
"Монарх тьмы" стал таять, исчезать, распадаться на множество "капустных
листьев", которые попытались охватить появившихся иерархов со всех сторон,
однако сделать этого не смогли. Всплеском пси-поля, который Матвей ощутил, как
упавший на голову кирпич, иерархи остановили трансформацию Конкере. Женщина
кивнула Матвею и наклонилась над телом Горшина, а мужчина постарше, инфарх,
подошел к "монарху тьмы". Их спутник, с виду не уступавший Матвею по молодости,
повернулся к нему, разглядывая лицо ганфайтера пронзительными серыми, почти
прозрачными глазами.
- Значит, вы и есть Матвей Соболев. Я представлял вас другим.
- А вы кто? - с трудом выговорил Матвей. Как всегда, выход из состояния
пси-резонанса сопровождался приступом слабости, и больше всего в данный момент
ему хотелось лечь и уснуть.
- Я декарх, - сказал прозрачноглазый незнакомец. - Хранитель десятой
ступени Внутреннего Круга. В мои обязанности входит контроль границ запрещенных
реальностей.
Матвей смотрел непонимающе, и декарх добавил с едва заметной улыбкой:
- Земля данной трансфузии входит в число запрещенных реальностей. Вселенная
тоже иногда ошибается, порождая подобные аномалии.
- И кто же нас.., нашу реальность.., запретил?
- Закон. Однако на земной язык он непереводим, не существует даже
приближенного понятия. Но этот Закон сработал по известной причине: из-за
появления человека! Вернее, из-за расщепления его души на дьявола и ангела.
Вселенная уже рождала подобных существ, в том числе и на Земле, и заканчивалась
их эпоха вселенскими катастрофами.
- Вы говорите так.., легко! Разве вы сами не человек?
- Чисто внешне. - Декарх тихо рассмеялся. - Но рожден я, как и вы, земной
женщиной, в месте, которое вы называете Шамбалой, около трех тысяч лет назад.
Поэтому я еще достаточно молод.
Матвей проглотил ком в горле, перевел взгляд на женщину, склонившуюся над
тем, кто называл себя человеком Круга.
- Что с ним? Он.., умер?
Декарх тоже посмотрел в ту сторону.
- Для данной реальности - да. Но мы постараемся, чтобы он прошел свой путь
до конца в другой запрещенной реальности, несмотря на свои ошибки.
- Какие же ошибки он совершил?
- О, достаточно серьезные, чтобы перекрыть ему доступ к информации Круга.
- Например?
Декарх смерил Матвея взглядом, снова улыбнулся:
- Почему вас это интересует?
- Потому что он погиб и потому что я, возможно, изберу его путь.
- Ваш путь - ваша карма, ганфайтер. Что касается Горшина, то он нарушил
много законов Круга, из-за чего и стал отступником. Например, он проигнорировал
закон минимальных последствий, преступил закон ненасилия, отверг принцип
недеяния, известный на Земле под названием увэй и мугэ "Увэй (кит.), мугэ (яп.)
- даосский принцип недеяния, действие, не мешающее естественному ходу событий,
не является деянием", исповедуемый даосской философией. Кроме того, он
изначально не принял закона интеллектуальной чистоты, по которому мышление
человека Круга не должно нести эмоциональной окраски.
- В чем же это выразилось?
- Он любил женщину Земли, и когда она погибла...
- От руки "монарха"?
- Можно сказать и так. После ее гибели он дал клятву отомстить, а месть
несовместима с поиском и хранением истин.
Матвей криво усмехнулся:
- Тут у меня с ним полное совпадение взглядов. А как выглядит нарушение
принципа недеяния в его исполнении?
- Создание организации под названием "Стопкрим", например. Или коррекция
вашей пси-сферы.
Со стороны, где инфарх "беседовал" с укрощенным "монархом", раздался
звонкий щелчок, будто выстрелил арбалет. Матвей напряг зрение, пытаясь
разглядеть, что делают иерархи, но ничего особенного не увидел. Исполинская
фигура Конкере колебалась, как облако дыма, и готова была растаять окончательно.
Матвей кивнул на нее:
- Что вы с ним делаете?
- Ничего, - ответил декарх флегматично. - Если бы не деятельность
незавершенного.., я имею в виду Горшина, "монарх" никогда не послал бы своего
эмиссара - Конкере - в запрещенную реальность, зная об ответственности.
- Так это.., не "монарх"?! - Матвей был ошеломлен.
Декарх с любопытством глянул на него, покачал головой, но ответил без
насмешки или пренебрежения.
- Конечно, нет. "Монарх тьмы" живет в иных реальностях, или, как у вас
принято говорить, в иных пространственно-временных континуумах. Даже появление
его "призрака" - серьезное нарушение пси-экологии вашей Вселенной, а появись он
здесь константно, как личность...
Еще один струнно-металлический щелчок прервал декарха.
Фигура Конкере исчезла. Инфарх спрятал что-то сверкающее в складки своего
плаща, подошел к женщине, склонившейся над Горшиным, тоже наклонился, и оба
распрямились, повернувшись к беседующим молодым людям. Между ними произошел
мгновенный мысленный обмен, который Матвей все же уловил своим еще несовершенным
"телепатическим приемником". Инфарх кивнул, а глаза женщины стали печальны
...Закладка в соц.сетях
