Жанр: Электронное издание
Livad18
...овом вырывались облачка
пара. - Природа сама хочет этого, - тихо добавила она.
- Но... - Он хотел сказать, что подразумевал несколько иное, однако, заметив, что
Лана вся дрожит, подумал, что сейчас не лучшее время для споров. Что-то действительно
надломилось в ней, а зловещие признаки непогоды, надвигающейся со стороны гор, не
несли для Андрея столь очевидных последствий, чтобы проявлять упрямство и
жестокость в ту минуту, когда Лана в отчаянии пришла к нему, стараясь перекинуть
маленький мостик через растущую бездну внезапно возникшего отчуждения.
- Пойдем вниз, - предложил он. - Ты замерзла. - Он снял порванную куртку и
накинул ее на плечи Ланиты. Она инстинктивно прижалась к нему, ища защиты от холода,
и Андрей вдруг почувствовал, насколько она одинока, растерянна и беззащитна, несмотря
на кажущуюся твердость и силу характера...
Внизу горел огонь - это Ромель натаскал достаточно сухих веток с необъятного
пространства пустоши и, приготовив пищу, вновь растопил нехитрый камин, который
выглядел как простая квадратная ниша в стене комнаты. От него веяло теплом, и контраст
с ледяным уличным ветром подействовал на них обоих одинаковым образом. Небольшая
комната без окон показалась отрезанной от всего внешнего мира, в ней было уютно, и
даже заваленный чуждыми предметами стол, гротескные, преувеличенно большие кресла
из твердых пород дерева, неярко сияющий форсфайт и изогнувшийся над ним иероглиф
логрианского устройства - все это больше не раздражало.
- Ромель, посторожи наверху, - попросила Лана, с усилием придвигая к огню
одно из огромных кресел.
Андрей помог ей, и они уселись в него вдвоем, благо места хватало.
- Ромелю не будет там холодно?
Лана склонила голову на плечо Андрея и, глядя в мятущиеся языки пламени, нашла
его руку, спрятав свои озябшие пальцы в его ладонь.
- Нет, - ответила она. - Зима - лучшая пора для энергетических сущностей.
- Ты говоришь, что...
Лана повернула голову, и слезы в ее глазах заставили Андрея замолчать. Он не
понимал, что происходит с ней.
- Не уходи... - Ее губы дрожали. - Я знаю... Ты хочешь уйти, со мной или без
меня, но поверь - храмовники сейчас собрали на плоскогорье подле святилища свои
лучшие силы, чтобы уничтожить источник проблем...
По ее щеке сбежала слеза, но Лана не смахнула ее, продолжая смотреть в глаза
Андрею.
- Почему ты плачешь? - не выдержав внезапно возникшего молчаливого
напряжения, спросил он.
- Я не хочу тебя терять... Я в первый раз за все годы почувствовала, что живу...
Ты... - Ее голос прервался... - Ты сделал для меня больше, чем думаешь...
- Не преувеличивай...
- Я не преувеличиваю. - Глаза Ланы влажно блеснули. - Я всю жизнь была
воином, неважно, той или иной стороны, но рядом никогда не было человека, кто взял бы
и стал тащить меня умирающую... через горы... Я всегда была одна, и во мне всегда жила
ненависть...
Их пальцы сплелись. Говорить больше не хотелось. После всего пережитого это
инстинктивное доверие друг к другу, внезапно возникшее взаимопонимание, которое
родилось на уровне озябших, измученных душ, отгораживало их от всей остальной
вселенной, будто не они, а кто-то другой бился насмерть с отрядами храмовников, а
сейчас у огня сидели просто мужчина и женщина, два безмерно усталых человека,
позабывших, что судьба свела их вместе, проведя его через сотни световых лет и десять
энергоуровней аномалии космоса, а ее через кровь и смерть...
Не было той пропасти, что лежала между ними еще час назад, - она истаяла,
исчезла, будто ее растопило тепло от нехитрого очага...
- Я пойду с тобой... - тихо сказала Лана. - Если мои учителя живы, то их
содержат там же, куда увезли твой корабль.
- Ты больше не веришь в неприступность центрального Храма? - негромко
спросил Андрей.
- Я росла там и знаю, что он неприступен... - произнесла она. - Но жить без
ответа на вопросы еще мучительнее...
- Ты говоришь, что завтра пойдет снег, - напомнил Андрей, медленно перебирая
ее пальцы.
- Все указывает на это, - ответила Лана, теснее прижимаясь к нему.
- Но если нас отрежет от остального мира, что станет с твоими учителями?
- Мы ничего не можем сделать сейчас, - тихо, но настойчиво повторила Лана. -
Храмовники ждут внизу, они постоянно настороже, и проскользнуть мимо них будет
невозможно. Очень просто умереть... - внезапно добавила она. - Труднее жить и ждать.
- Ее глаза при мысли о плененных Учителях потемнели. - К храмовникам в плен редко
попадают существа, владеющие истинным знанием, - пояснила Лана. - Их не убьют -
храмовники будут искать способ заполучить информацию, но им не удастся этого сделать
легко и быстро. Я росла в Храме и знаю, что узники томятся там годами. Это вне стен
Храмов их воины кичатся своей техникой и кричат, что им не нужны древние истины. На
самом деле они жаждут тех знаний, что по глупости отвергли до начала войны. Поэтому
они будут терпеливы и бережны с членами Круга - их станут склонять к
сотрудничеству...
Андрей молча выслушал ее. Слова Ланы показались ему здравыми, но он не привык
уповать на мудрость и терпеливость тех людей, кто уже наглядно продемонстрировал ему
свою жестокость и бескомпромиссность.
Нужно уходить завтра утром... - думал он. - Выспимся, соберемся и отправимся
вниз. Если действовать осторожно, то заслоны храмовников можно пройти, тем более
что с нами будет Ромель...
Эти мысли успокоили его. У Андрея накопились свои вопросы к загадочным
существам, которые перевернули его жизнь, вторгшись в сознание Кречетова той
памятной ночью. Он знал, что не успокоится, пока не встретится с ними.
Огонь догорал, но им не хотелось вставать, нарушая возникшую близость, проще
было теснее прижаться друг к другу, впитывая тепло согревшихся тел.
За толстыми стенами, завывая, дул ветер, и мрачные тучи затягивали небо,
прорываясь через заслон горных хребтов, но это буйство стихии наблюдал лишь Ромель,
удобно устроившийся меж каменных зубцов.
Ему действительно было хорошо - он радовался своей новой жизни и не хотел
мешать двум живым людям, которые с таким трудом нашли дорожку друг к другу...
Утром, когда Лана еще спала, Андрей открыл глаза.
Огонь в камине давно погас, и стены их убежища источали холод.
Укрыв Ланиту, он оделся и поднялся на площадку бастиона.
Шел снег. Ветер стих, и все обозримое пространство от низкого неба до близкой
земли затягивала сплошная пелена медленно кружащихся белоснежных хлопьев.
Сделав шаг, он утонул по щиколотку в выпавшем за ночь снегу и понял: Лана была
права - вольно или невольно им придется остаться тут, чтобы переждать период зимней
непогоды.
Нельзя сказать, что он был удручен этим, - после того, что произошло между ним и
Ланой, жизнь этим утром представлялась в немного ином свете. Одного Андрей не знал:
как тяжела окажется для них эта вынужденная зимовка.
Часть 4
РАЗОРВАННЫЙ КРУГ
Первый Мир.
Три месяца спустя...
Прошла зима, и первые талые ручьи уже сбежали с гор, орошая растительность
долин, пробуждая ее к новому циклу сезонной жизни. Размытый по краям диск
энергетического сгустка с каждым днем посылал все больше тепла, и горные склоны
зазеленели, хотя по утрам еще чувствовались легкие заморозки.
Три существа продвигались этим теплым весенним днем по старой логрианской
дороге, что вела от плоскогорий к зеленеющим внизу долинам. Два человека и скользящая
вслед им энергетическая сущность шли открыто, потому что вокруг на десятки
километров не было никого, кроме дикой, просыпающейся после зимы природы.
До ближайшего Храма лежали сотни километров пути, а люди, наученные горьким
опытом, больше не селились в предгорьях, зная, что воинствующие храмовники
уничтожат любое поселение, стихийно возникшее около запретных мест.
Лана и Андрей двигались спокойным, размеренным шагом - после долгой и
трудной зимовки в горах оба заметно похудели, но выглядели гораздо лучше, чем в
первые дни после встречи. Их раны окончательно затянулись, уже не напоминая о себе, да
и разум обоих вырвался из стесняющих обстоятельств. Для Ланы это были тяжкие
воспоминания, связанные с потерей наставников и внезапными, обрывочными образами
прошлого, с которыми она попросту смирилась, принимая их к сведению, но уже не
пытаясь мучительно восстановить некое утерянное "я", от которого в ее душе остались
лишь эти тревожащие обрывки образов, мыслей и чувств.
Андрей также сумел преодолеть свой собственный кризис - в этом ему помогли те
трудности и лишения, которые преподнесла суровая зима, - в заботах летело время, а
разум постепенно свыкался с новой реальностью, исподволь начиная воспринимать
большинство явлений Первого Мира за данность.
Однако это не означало, что они оба напрочь забыли, откинули прошлое и
превратились в рядовых обитателей затерянной в глубинах аномалии космоса планеты.
Нет. Далекой осенней порой, когда отряды храмовников, откатившиеся от стен цитадели,
окончательно потеряли их из вида, им пришлось смириться с силой обстоятельств, - не
оправившиеся от ран, изможденные морально и физически, слабо знавшие друг друга и
запутавшиеся в странных явлениях, они не могли снова ринуться в гущу событий - такой
шаг для обоих был равносилен самоубийству...
Теперь все обстояло иначе, и они с первыми признаками наступающей весны
покинули укрывшую их цитадель, чтобы выйти навстречу своей судьбе, действуя уже не
по слепой воле обстоятельств, а осознанно и целеустремленно.
... Миновав последние горные отроги, они вышли к пологим зеленеющим склонам, и
теперь настала пора свернуть с проторенных в древности дорог: с каждым новым днем
небо, обычно хмурое, облачное, постепенно прояснялось, да и высота уже была не та,
чтобы не опасаться вертолетов храмовников, которые с улучшением погоды могли в
любой день возобновить патрульные полеты над территориями, объявленными Храмом
запретными для любых посещений.
На деревьях уже появилась первая зелень, и клейкая нежная листва, распускающаяся
из набухших почек, обещала надежно скрыть путников от посторонних глаз.
Лана, которая хорошо знала прилегающую к святилищу местность, уверенно повела
Андрея и Ромеля по известным ей тропам, где им не грозило внезапное обнаружение с
воздуха.
Чем ниже они спускались, тем теплее становилось вокруг, зелень, казалось, набирала
силу и цвет с каждым пройденным километром пути, кое-где уже виднелись ранние
весенние цветы, распустившиеся сразу, как только сошел снег.
Во время очередного привала, когда отряд остановился под сенью деревьев,
окружающих небольшое лесное озерко, Кречетов, положив на землю автомат и
обернувшись, чтобы помочь Лане снять тяжелый рюкзак, заметил:
- Тут много растительности, которую я знаю.
Ланита села, вытянув уставшие ноги, и снизу вверх посмотрела на Андрея.
- Это имеет какое-то особое значение? - спросила она.
Кречетов огляделся по сторонам.
- Думаю, да, - ответил он. - За полтора века флора Земли, завезенная на борту
колониальных транспортов, не могла распространиться по таким огромным площадям. К
тому же этот лес не похож на искусственные насаждения, - добавил он, глядя на
дремучие заросли хвойных и лиственных деревьев, плотно окружавшие озерко.
- Почему ты решил, что эти деревья с Земли? - Лана тоже огляделась вокруг, но
ее взгляд, привычный к природе Первого Мира, не мог подметить тех особенностей, что
бросались в глаза ее спутнику.
- Не все, но многие, - уточнил Андрей, присаживаясь рядом с ней на мшистый
валун, выступающий из-под узкой полоски прибрежного песка. - Моя родная планета
тоже была заселена колонистами, - объяснил он, - и на Элио встречаются многие из
растущих тут кустарников и деревьев. Ну а исходный посевной материал, которым
комплектовались хранилища космических кораблей, естественно, имел земное
происхождение... - Он на минуту умолк, продолжая внимательно изучать окрестности, а
затем признался, мысленно сопоставляя накопившуюся информацию: - Мне не дает
покоя та запись на логрианских кристаллах. - Андрей сорвал травинку и машинально
надкусил ее. - Я думаю, мы упускаем важный момент в ее осмыслении.
- Послушай, разве не за этим мы отправились в путь? - спросила Лана. - Я
согласилась с тобой, так наберись терпения и ты. Если нам удастся освободить моих
Учителей, думаю, они ответят на все вопросы.
- А знают ли они ответ? - неожиданно спросил Андрей.
Ланита удивленно посмотрела на него. Он взял ее за руку и сказал, глядя в глаза:
- Милая, нам было необходимо отключиться от глобальных проблем, просто ради
того, чтобы выжить, перенести эту зимовку, но теперь то время прошло, верно?
- Да... - согласилась она, потому что знала - их обоюдное молчание, отказ от
обсуждения многих тем был лишь временным пактом, но все равно, добывая пищу,
заготавливая дрова, собирая снег, чтобы растопить его для получения воды, согревая друг
друга в постели, каждый из них невольно продолжал мысленно возвращаться к событиям
осени, искать ответ на поставленные жизнью вопросы. - И что ты думаешь по этому
поводу? - спросила она, не отнимая руки от теплой ладони Андрея.
- Скажи, сколько еще на территории Первого Мира святилищ, подобных тому,
расположенному на плоскогорье?
Лана задумалась, потом пожала плечами.
- Я могу припомнить десяток Мест Силы, но, вероятно, их намного больше.
- А что такое Место Силы? - Он сделал ударение на двух последних словах.
- Круг древних камней, обычно отмечающий место, где энергетика обладает
особыми свойствами, открывающими доступ в бесконечность... - ответила Ланита, явно
повторяя формулировку, часто слышанную ею из чьих-то уст.
- То есть мегалиты лишь отмечают конкретное место, сами не являясь источником
энергии? - уточнил Андрей.
- Наверное, так... Я не думала над этим, - созналась Лана, для которой святилища,
разбросанные по территориям Первого Мира, не являлись чем-то из ряда вон выходящим.
Андрей встал, подошел к кромке воды и посмотрел на свое отражение.
- Помнишь, что я рассказывал тебе про гиперсферу и вертикальные линии
напряжения? - не оборачиваясь, спросил Андрей.
- Да, - раздался за спиной ее ответ.
- Так вот, я думаю, что через каждый круг камней проходит одна из вертикалей.
Святилищ на территории Первого Мира должно быть ровно столько, сколько разумных
рас нашей Галактики сумели в своем развитии постичь суть аномалии и хотя бы раз
скользнуть по вертикали от собственной планеты к центру всего сущего, то есть сюда, в
пространство десятого энергоуровня. Вспомни последнюю фразу несчастного Майстера:
"Кто бы ты ни был, слушающий меня, - беги, ибо демонов множество, они многолики и
свирепы, а искусившие меня - самые слабые и трусливые из них..." - на память
процитировал он.
- Я не встречала чуждых рас, - выслушав его, ответила Лана. - По крайней мере,
не в этой жизни... - с грустью добавила она.
Андрей вернулся к ней и опять сел рядом.
- Ты часто думаешь об этом?
- Да, - созналась она. - Порой мне кажется, что все это выдумка, но потом
приходит миг, и я начинаю вспоминать образы, события - они такие четкие и ясные, что
невозможно воспринимать их как свою фантазию.
В кустарнике мелькнул и тут же пропал призрачный силуэт Ромеля. Верная
сущность, - подумал Андрей, глядя, как едва заметно затрепетали ветви одного из
раскидистых кустов - это Ромель встряхивал древовидное растение, собирая с него
плохо различимые в дневном свете капли энергетической ауры.
Вскоре он уже не сможет так вольготно передвигаться. Придется надеть
тяжкую для призрачной сущности одежду и уподобиться нам...
Мысли Андрея вернулись от Ромеля к Ланите, и он спросил, возобновляя
прерванный разговор:
- Ты можешь объяснить, почему в древний Круг и в Круг сегодняшний входили
девять членов? Это просто традиция или число участников несет в себе практический
смысл?
Она задумалась, перебирая свои воспоминания, потом вдруг привстала, взяла
палочку и, ни слова не говоря, принялась чертить знаки на влажной полоске прибрежного
песка, при этом черты Ланы внезапно омрачила тень, которая сразу перешла в выражение
предельной сосредоточенности, словно ее разум в этот миг отрешился от реальности
физического мира...
Символы, которые выходили из-под ее руки, были знакомы Андрею. В силу образа
жизни, который он вел на Элио, и сформированного склада мышления он не мог
покривить душой, сказав, что относился к ним серьезно, - для него две начерченные
Ланой разновеликие звезды, круг и математический знак бесконечности являлись, с одной
стороны, простыми геометрическим фигурами, а с другой - неизменной атрибутикой
голографических фильмов определенного сорта, которые он если и видел, то мельком,
считая данный вид кинопродукции вздором...
Никогда не говори "никогда"... - невольно подумалось ему, в то время как Ланита
закончила рисунок и теперь напряженно смотрела на собственное произведение.
- Первым, элементарным концентратором силы является звезда, - наконец,
нарушив молчание, пояснила она. - Для ее работы нужны пять существ. Далее, по
возрастающей, - шесть и девять, - она поочередно указала на гексаграмму и круг.
Андрей неотрывно смотрел на криво начерченную пентаграмму, поражаясь той
гамме мыслей и чувств, что вдруг возникла, заставив в один миг пересмотреть множество
знакомых с детства понятий...
Неужели нужно было потонуть в неизведанных пучинах аномалии космоса, пройти
через тяжкие испытания, чтобы его разум сопоставил две очевидные, известные любому
технически грамотному человеку схемы?
Сколько раз он видел этот затасканный в веках символ, осмеянный одними и
почитаемый другими, но разве могло прийти ему на ум, что настанет день - и он увидит
в простой пятиконечной звезде ясный практический смысл, четко описанный известными
ему математическими уравнениями?!
- Лана, объясни мне смысл первых двух построений... - чувствуя, что стоит на
пороге потрясающего личного открытия, попросил он.
Ланита покорно закрыла глаза.
Некоторое время она сидела, углубившись в пучину своих мыслей, ассоциаций и
образов, по большинству связанных с неразгаданным прошлым и потому мучительно, с
трудом выходящих из глубин подсознания.
Наконец она заговорила, не открывая глаз, чуть хрипловатым голосом, словно
медиум, работу которого однажды наблюдал Андрей во время одного из шоу на
Омикроне:
- Пентаграмма собирает энергию, необходимую для отсыла существа в
бесконечность... - глухо произнесла она. - Гексаграмма... - ее рука безошибочно
указала на шестиконечную звезду, хотя глаза Ланы оставались по-прежнему закрыты, -
предназначена для вызова существ или предметов из иного пространства бесконечности...
Круг, как и символ непрерывности, служит для накопления энергии в особых случаях...
Она умолкла так же внезапно, как и заговорила. Некоторое время Ланита сидела, попрежнему
закрыв глаза, потом ее веки дрогнули, и она посмотрела на Андрея. В ее
расширенных зрачках медленно таяло запредельное напряжение, они сужались, и
одновременно в выражении глаз Ланы все явственнее проступал упрек.
- Никогда больше не делай так!.. - с неожиданной необъяснимой яростью
выдохнула она.
- Извини. - Андрей понял, в чем она его упрекнула, но внезапное озарение стоило
тех нервных усилий, которые пришлось приложить Лане, чтобы вырвать из своего
подсознания необходимую информацию.
- Ты использовал меня, как... - Она вдруг умолкла, не сумев подобрать
адекватного слова.
Андрей сел рядом с ней на песок и обнял Лану за плечи.
- Я не использовал тебя, - произнес он. - Но, боюсь, тебя использовали другие
люди, - добавил он, кивнув в сторону рисунков. - Твои Учителя объясняли тебе
значение этих фигур?
- Нет, - с трудом приходя в себя, ответила Ланита.
- Значит, информация была скрыта в твоем подсознании? - предположил Андрей.
- Это память... Память той женщины, - глухо произнесла она.
- Я это понял. Остается лишь выяснить - откуда она в тебе?
- Не знаю... - Лана нервно, порывисто встала, отойдя к кромке воды, а Андрей
остался сидеть, напряженно глядя на незамысловатые рисунки.
Жизнь часто преподносит нам уроки, и Кречетов только что получил один из них -
столь очевидный, что его трудно было бы не воспринять...
Во что сейчас превращены в нашем мире ничтожные обрывки древних знаний,
чудом уцелевшие под прессом техногенной успешно развивающейся цивилизации? - с
горькой самоиронией думал Андрей, вспоминая массу дешевой видеопродукции,
различные встречавшиеся на его боевом и жизненном пути религиозные секты... да тот же
балаган шоу-ярмарки Омикрона-6, где тучная женщина вещала глухим потусторонним
голосом, сидя в центре начерченной на полу пятиконечной звезды...
Он провел целые месяцы в невольных мучительных размышлениях; мысленно он
уже начал постигать изначальную суть возникновения Первого Мира, сопоставив запись с
полученного по пневмопочте логрианского кристалла с той информацией, которую ему
удалось собрать тут, но цепь его рассуждений каждый раз обрывалась в одном и том же
месте. Он не представлял, как при отсутствии элементарных технических средств могла
осуществляться внепространственная связь затерянной в глубинах аномалии планеты с
иными мирами...
...А ведь настоящим первоисточником доступных, но непонятых знаний являлась
история Земли, которая до сих пор молчаливо и верно хранит их. Не смогли приумножить
или хотя бы правильно истолковать эти знания поколения докосмической эры, а потом,
когда взрывообразное движение через аномалию космоса расселило человечество по
территории сотен иных миров, о них просто забыли, - новая реальность рождала новые
мифы, а древнейшая история прародины человечества осталась пылиться на полках...
И вот сейчас, сидя на берегу небольшого лесного озерка, Андрей Кречетов,
убежденный сторонник технического прогресса, не веривший до определенной поры ни
во что, кроме выводов собственного рас судка, с очевидной, болезненной ясностью
понимал каждая религия древней Земли, каждое верование, предание, легенда несли в
себе крупицу истинных событий, - их смысл был потерян под позднейшими
наслоениями домыслов, и каждое новое поколение, не обладая необходимыми знаниями,
вносило свою лепту в данный процесс, окончательно превращая отзвук реальных фактов в
сказки, слепые верования или сомнительные оккультные науки...
...Лана, окончательно придя в себя, обернулась.
Андрей сидел, сосредоточенно глядя на ее рисунки, а его рука той же самой
палочкой чертила на влажном песке какие-то схемы.
Забыв про внезапно накатившее бессилие и иррациональную обиду, она вернулась к
нему, посмотрев на схематичные изображения.
- Что это? - спросила она, разглядывая пять заштрихованных квадратов,
соединенных между собой двойными линиями, копирующими начерченную ее рукой
пентаграмму.
- Схема стандартного генератора низкочастотного поля, - ответил Андрей. - Это
устройство предназначено для обратного перехода космического корабля из пространства
аномалии в трехмерный континуум. - Его рука опять принялась чертить подобные
квадраты, но уже под гексаграммой: два треугольника, наложенные друг на друга,
образовали копию шестиугольной звезды, только все линии опять оказались двойными, а
в каждой вершине присутствовал заштрихованный условный знак. - Это генератор
высокой частоты, - пояснил он, - двухконтурный пробойник метрики, современное
компактное устройство, генерирующее импульсы, которые по своей мощности
превышают энергетический порог, свойственный нормальному космосу. В результате
разряда возникает воронка гиперпространственного перехода, и космический корабль
затягивает сквозь нее в пространство энергетической вселенной, которую ты называешь
бесконечностью, я - гиперсферой, а наши с тобой предки, жившие на Земле, именовали
термином "астрал"...
Лана, для которой большинство технических терминов было лишено практического
смысла, с трудом поняла суть сказанного. Она посмотрела на Андрея точно так же, как он
смотрел на нее, когда Ланита объясняла ему принципы формирования энергетических
сущностей.
Да, они олицетворяли собой две половины единого знания, но им было неимоверно
трудно соединиться, чтобы наконец обрести истину...
В этом мире, где остовы рухнувших с небес космических кораблей соседствовали с
артефактами миллионолетней давности и энергетическими сущностями, такой синтез
знаний был единственно возможен...
Истина...
У Андрея от этого слова вдоль позвоночника кралась медленная щекотливая дрожь.
- Ты понимаешь, что это значит?
Лана долго смотрела на него, а потом ответила:
- Догадываюсь...
- Тебе знаком термин "астрал". - Андрей произнес последнее слово с шипящим
звуком, и Ланита вздрогнула.
- Логрианский язык?
- Да. Звучит немного странно, но, несомненно, это их понятие, обозначающее
"бесконечность". Насколько я знаю, логриане были первыми разумными существами
иной расы, кто посещал Землю около трех миллионов лет назад.
- Они оставили людям знания о бесконечности?
- Да. Но наши первобытные предки не смогли осмысленно удержать их, и
конкретные практические сведения постепенно исказились, превратившись в мифы, или
стали основами религий, а реальные приспособления приобрели статус мест культового
поклонения дохристианской эпохи...
- А Первый Мир? Он существовал в то время? Как логриане могли открыть и
заселить его, если не обладали свободой перемещения через аномалию? - спросила Лана,
разом высказав внезапно возникшие у нее вопросы. - Ты же сам рассказывал мне, что
древние расы не смогли изобрести гипердрайв и оттого пользовались только
стационарными устройствами, связывающими конкретные планеты... - напомнила она.
- В этом и кроется разгадка, - ответил Андрей. - Логриане не открыли Первый
Мир, а создали его.
- Как?! - потрясенно спросила она.
- Думаю, при определенных условиях в гиперсферу можно отправить объект
любой массы, - ответил Андрей. - Нужны лишь соответствующие энергетические
мощности.
- Не могу себе представить... - сокрушенно покачала головой Ланита.
- Зато я могу, - произнес он, расстегнув ворот и снимая со своей шеи цепь
логрианских кристаллов, которые он привык носить таким о
...Закладка в соц.сетях
