Жанр: Электронное издание
Livad18
...перь уже не
автоматным прикладом меж лопаток, а рукой в плечо.
Он не стал сопротивляться и уже через двадцать шагов смог разглядеть дальнюю
часть сумеречного помещения. Глухая переборка была тщательно задрапирована тканью,
скрывая за собой фактуру стены, из пола выступала покатая полусфера объемного
монитора, рядом стояло несколько кресел, в стену, противоположную овальным окнам,
был врезан камин с черными подпалинами копоти на верхних элементах искусно
выполненной инкрустации. Именно от него исходили мятущиеся отсветы пламени,
которые Андрей заметил еще у дверей.
Впрочем, это был лишь фон - все внимание Кречетова приковал к себе сидящий в
одном из кресел человек, чей голос только что приструнил конвоиров.
Старость наложила неизгладимый отпечаток на его черты, коротко остриженные
волосы белели сединой, будто шапочка, натянутая на морщинистую кожу черепа, глубоко
запавшие глаза, прятавшиеся среди морщин, казались водянистыми, но это было ложным
впечатлением: стоило старику поднять взгляд, как Андрей увидел твердый, холодный
блеск его зрачков и понял, что перед ним сидит личность, о характере которой глупо и
опасно судить по внешности...
Конвоир, подчиняясь легкому кивку, подтолкнул Андрея к креслу и заставил сесть
напротив хозяина этого странного помещения.
- Сними с него наручники, - лаконично приказал тот.
Охранник выполнил приказ и отошел на шаг, оставаясь за спиной Кречетова.
- Свободен, - отправил его прочь старик, внимательно, испытующе глядя на
Андрея, который разминал затекшие от оков запястья.
Некоторое время в длинном сумеречном зале висела тишина, потом старик
усмехнулся, видимо в ответ своим мыслям, и произнес:
- Хорошо вошел. Дерзко. - В его тоне прозвучало иррациональное
удовлетворение, будто Андрей являлся как минимум его воспитанником, а не внезапным
пришельцем.
Кречетов покосился в сторону темной полусферы компьютерного монитора, с
холодком подумав при этом: к чему бы оно здесь?..
- Пытаешься проанализировать свои ошибки?
Андрей вновь поднял взгляд.
- Только одну, - скупо ответил он, решив во что бы то ни стало придерживаться
прежней линии поведения. - Я недооценил численность гарнизона.
- Ты зря обозначил свои намерения, сынок... - наставительно произнес старик. -
Нужно было добить пятерых караульных и двигаться быстрее, тогда бы я решил, что ты
какой-нибудь свихнувшийся одиночка из местных и рейд организован по мою душу...
Андрей нахмурился, изобразив непонимание.
- Что мне толку в покушении на вас? - угрюмо спросил он, демонстрируя полное
безразличие к личности сидящего напротив человека.
Старик удивленно посмотрел на него.
- Ты не знаешь меня? - напрямую спросил он. Кречетов лишь пожал плечами,
давая понять, что он не может знать поименно всех обитателей Храма. Его собеседник
понимающе кивнул.
- Вот она, цена забвения, лейтенант, - задумчиво произнес он и вдруг добавил
резким голосом, в котором звучали нотки гнева и властности одновременно: - Перед
тобой Тиберий Надыров, щенок!
Жизнь в такие моменты измеряется миллисекундами...
Мозг вдруг начинает работать с невероятной скоростью, но это происходит на
уровне подсознания, а ощутимая нервная реакция похожа на ледяную тень прошлого,
которая внезапно касается разума...
Тиберий Надыров... Адмирал Земного альянса, командующий Вторым ударным
флотом, наиболее одиозная, жестокая и загадочная фигура той эпохи. Он воевал всего год,
но за этот отрезок времени успел натворить немало бед. На его совести были тотальные
бомбардировки планеты Дабог, именно он, как утверждают, несет ответственность за
атаку беззащитной межзвездной станции, которую беженцы с разных планет превратили в
космический корабль, и, наконец, вершиной его карьеры стал жестокий захват планеты
Кассия, где флот Надырова провел первые боевые испытания шагающей планетарной
техники, созданной конструкторами Земного альянса по прототипу аграрных машин
Дабога...
Память Кречетова работала безупречно: флагман Второго ударного флота Земли
пропал в спонтанном гиперпереходе, когда его внезапно атаковали на орбитах Элио
крейсера военно-космических сил планеты Кьюиг...
Это происходило в 2609 году...
Тиберию Надырову было тогда тридцать лет, а сейчас Андрей видел перед собой
старика, который смотрел на него пронзительным взглядом, ожидая, что же скажет ему
пленник в ответ на прозвучавшее имя, и чувствовал, как почва уходит у него из-под ног, в
переносном смысле, разумеется, но легче от этого не становилось...
- Сколько вам лет, адмирал? - наконец спросил Кречетов, нарушая тягостную
тишину.
- Сто тридцать два года, - с металлической дрожью в голосе ответил ему
Надыров. - Значит, ты хорошо знаешь историю? Похвально... - Он помолчал, глядя на
угли в камине, и добавил: - Десять к одному... Такова пропорция временной разницы
между реальным космосом и этим пространством. - Он усмехнулся. - Ты уже давно
вычеркнут из списков своей части, лейтенант Кречетов.
Вот он, тот фактор непредсказуемости, который способен разрушить самый
тщательно проработанный план...
- Не напрягайся, лейтенант, тебя я знаю лишь заочно, не так близко, как твоего
дядю, который возомнил, что может жрать из двух чашек одновременно. - Надыров в
упор посмотрел на пленника и добавил тем же резким, неприязненным тоном, отвечая на
невысказанный, но предательски промелькнувший в глазах Андрея вопрос: - Я держу
под контролем всю южную часть континента, и если по запретным зонам расхаживают
сумасшедшие старухи, то это происходит с моего ведома и лишь до тех пор, пока мне это
выгодно, ясно?
Андрей кивнул, потому что все его карты внезапно оказались смешаны, - он
рассчитывал встретить во главе храмовников уроженца Первого Мира, преемника тех
офицеров Земного альянса, чьи корабли срывались на вертикаль гиперсферы во время
космических сражений Первой галактической войны, а получилось, что, спровоцировав
встречу, он сам сунул голову в пасть седого, битого жизнью зверя, пережившего свою
эпоху, но не утратившего смертельной хватки и образа мышления той далекой поры.
У него оставался лишь один шанс выбраться отсюда - принять брошенный вызов.
- Зачем вы убили профессора, адмирал? - напрямую спросил он.
Надыров пристально посмотрел на него, а затем ухмылка тронула краешек его губ.
- Держишь удар? Молодец. Я думал, ты открестишься от него.
- И все же? - Андрей выдержал его взгляд. - Мы действительно не были близки,
но профессор...
- Он был предателем, - оборвал его Надыров. - Трусливым, алчным и глупым. -
Адмирал тяжело встал и прошелся по пространству, ограниченному креслами. - Эти
старухи, что ползали по древним постройкам, искали чуждые знания, уничтоженные
моими людьми... - Надыров говорил хрипло, с придыхом. - Я долго наблюдал за ними,
потому что после полувека прозябания в этом мире понял, что совершил ошибку, уповая
лишь на свой технический потенциал. - Он с откровенной досадой указал на камин,
дрова в котором уже прогорели, а угли начали подергиваться прахом золы, проглядывая
из-под пепла, как множество злобных глаз затаившихся там тварей. - Видишь? Это
только малая часть бед. Обычно я не сетую на скверное отопление, отсутствие
электричества, но, Фрайг меня раздери, под старость мерзнут кости и в определенный
момент начинаешь испытывать моральную усталость от тщетных попыток оживить хоть
один компьютер, зло берет, когда под рукой полно импульсного оружия, но нет
возможности применить его в деле, а низкочастотные генераторы на твоих глазах
постепенно превращаются в покрытый окислами хлам... - Надыров вернулся к креслу и
сел, откинувшись на его спинку.
Сердце Кречетова билось глухо и неровно, но разум работал четко, не сообразуясь
со стрессовыми ощущениями. Смертельные обстоятельства вкупе с аномальной
реальностью в течение полугода не позволяли лейтенанту расслабиться - он многое
постиг за этот отрезок времени, а постоянный психологический прессинг со стороны
чуждого мира действительно научил его рассудок держать информационные удары,
проводя мгновенный анализ стесняющих обстоятельств...
Вырвать нить разговора у Надырова, поймать того на алогизме, заставить его
нервничать...
- Адмирал, я успел вкусить "прелестей" этого мира, - нарушил он наступившую
паузу. - Я убивал ваших людей и видел сущности, отлетающие от бьющихся в агонии
тел. - Он пошел на осознанную дерзость. - Не надо внушать мне мысль о
беспомощности Храма.
Надыров пронзительно посмотрел на Кречетова.
- Ты жив, пока я не разочаровался в тебе, понятно?! - подавшись вперед, с
угрозой произнес он. - Будешь пытаться вести двойную игру, как твой дядя, - сдохнешь
раньше, чем успеешь осмыслить это...
Андрей пожал плечами.
- Я шел не за информацией, - с упрямым безразличием ответил он. - Мне нужен
был корабль. Вы взяли меня - так радуйтесь. Ползать на коленях не стану, но зачем
делать из меня идиота?
- Хочешь знать, как вышло с профессором? - сощурился Надыров.
- Раз уж я здесь - почему бы нет? - угрюмо ответил Андрей. - Я видел его
записи и хорошо понимаю, что те "полоумные старухи" не передали ему ничего, кроме
общих сведений да туманных картинок. От этого не умирают...
Надыров долго молчал, словно в его душе шла внутренняя борьба, потом хмуро
посмотрел на Кречетова и произнес:
- Ты умнее, чем я ожидал. Это радует... - с непонятным, леденящим душу
удовлетворением усмехнулся он. - Что ж... - Надыров кивнул, будто разговаривал сам с
собой. - Бессмысленно отрицать, я многое уничтожил... но за столько лет только слепец
не постигнет элементарных явлений и закономерностей этого пространства. - Он
вскинул на Андрея тяжелый пронзительный взгляд. - Я знал, что рано или поздно
наверху, - он сделал неопределенный жест, - найдется умник, который откроет дорогу
сюда. Поэтому я ждал, терпеливо отслеживал, как эти предатели рода людского кочуют по
запретным местам.
Последняя фраза адмирала вызвала в душе Андрея недоуменный вопрос, но он
промолчал, оставив его при себе.
- Когда твой дядя сделал свое открытие, я сразу же узнал об этом. Старухи не
ведали, что их постоянно держат под наблюдением мои люди, и потому безупречно
исполнили отведенную им роль - осуществить первый контакт, не оттолкнув и не
напугав пробившегося сюда человека. - Надыров говорил медленно, взвешенно. -
Конечно, профессор испытал шок, осознав, что в недрах аномалии есть населенный мир,
но постепенно он свыкся с мыслью об этом, не подозревая, кто на самом деле правит
планетой.
- Вы использовали его вслепую? - глухо спросил Андрей.
- Поначалу... - мрачно кивнул адмирал. - Старухи передали достаточно
сведений, чтобы у твоего дяди появилась возможность подумать над конструкцией
корабля, способного не только погрузиться в эти пучины, но и выбраться назад. К этому
его подталкивало здоровое желание приобрести неоспоримые доказательства своей
теории, превратить уравнения в практическое, бесспорное открытие, которое вознесло бы
его на вершины славы и успеха. Меня вполне устраивал такой расклад - зная
предполагаемое место посадки, я бы овладел кораблем в любом случае.
Надыров замолчал, видимо, вновь переживая какие-то неприятные для себя события.
Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил вновь.
- Срыв произошел внезапно... - тем же глухим голосом продолжил адмирал. -
Эти чертовы ведьмы передали ему информацию о Храме, и он попросту испугался лететь
сюда. Твой дядя метался между страхом и амбициями, не зная, что ему делать - рискнуть
или оставить все как есть, удовольствовавшись достигнутым. Мне пришлось самому идти
на контакт... - досадливо поморщился Надыров, словно воспоминания ассоциировались
у него с чем-то гадостным. - Я вылетел в район древнего капища, в то время как мои
люди получили приказ захватить либо уничтожить этих зарвавшихся мерзавок...
- Не понимаю... - Воспользовавшись паузой, Андрей рискнул
продемонстрировать полную неосведомленность. - Я видел эти каменные столбы, но что
в них толку?
Надыров подозрительно посмотрел на него, но потом все же ответил:
- Через них проходит линия напряжения аномалии, связанная с Землей. - Он
продолжал пронзительно смотреть на Кречетова. - Что, боишься спросить, почему я до
сих пор нахожусь тут? - Он криво усмехнулся. - Это знание ничего не стоит без
источника энергии. Нужен низкочастотный генератор, а без него аномалия проводит лишь
энергетические импульсы. Старухи использовали тепло, формируя фантомный образ,
который подхватывала линия напряжения и проецировала на том конце вертикали, я
продвинулся дальше в своих прежних попытках вырваться отсюда - вертикаль проводит
не только тепловую энергию, но и световые волны, а также спокойно захватывает
сущности...
Андрея пробила короткая дрожь... Он подумал в этот миг, что наступил момент
истины, ради которого он рисковал своей жизнью...
- Я вступил в контакт с твоим дядей, - действительно продолжил Надыров. - Для
этого я использовал нехитрое устройство, состоящее из двух зеркал. Отражение
написанного на бумаге текста перевернуто, потому я направлял его в центр очерченного
камнями круга через второе зеркало. Твой дядя быстро усвоил урок и ответил мне
аналогичным образом. Зрелище впечатляющее: на поверхности какой-либо из каменных
глыб вдруг появляется изображение букв...
Андрей молча слушал его, ощущая, как мурашки ползут по коже.
Надыров ничего не знал об истинном способе перемещения по вертикали
материальных тел, но он, сам того не подозревая, раскрыл одну из мифических загадок
древности - адмирал только что обрисовал ему элементарную физику, при помощи
которой возникали "пылающие письмена", упоминающиеся во множестве преданий
древней Земли...
- ...Мы заключили сделку, - ворвался в его мысли голос Надырова, возвращая
разум Андрея в реальность сумеречного зала. - Профессор получил от меня гарантии
безопасности и исчерпывающую информацию об аномальном пространстве, в ответ он
дал мне слово, что экспериментальное погружение в гиперсферу будет осуществлено в
ближайшие дни. - Надыров насупился. - Он не учел разницы во времени. Я выждал
сутки у капища, но корабль не появился и профессор не вышел на связь. В реальном
времени Земли мое ожидание составляло более десяти дней, и я понял, что он решил
просто обрубить концы, исчезнуть, присвоив себе всю информацию об этой планете,
полученную от обеих сторон. Он считал себя недосягаемым в пространстве реального
космоса, но ошибся. Вертикаль захватывает и проводит любую энергию, ей безразлично,
что попадает в ее тенета - световая волна или сущность.
Андрей знал, что адмирал говорит правду, - он хорошо помнил изуродованное
тело, сгоревший офис, но тут возникал явный нонсенс.
- Убить и найти - это не одно и то же, адмирал, - скептически произнес он. - А
уж угон флаера и механическое изъятие кристаллодисков...
- Да, - спокойно кивнул Надыров. - Неподготовленные сущности в пространстве
реального космоса живут недолго, обычно они исчезают с восходом, когда их структура
распадается под воздействием световых волн. Исполнители моей воли были другими. Они
знали, как защитить себя, умели обращаться с компьютерами, были способны питаться и
действовать разумно. Более того, они жаждали попасть на Землю... Они хотели видеть,
что стало с планетой, которую они защищали...
- Первая галактическая давно закончилась, адмирал...
- Не тебе судить!.. - с непонятной вспышкой гнева оборвал его Надыров. -
Никто из вас не знает, что здесь тоже шла ВОЙНА! Вы развивались там, в нормальном
пространстве, а тут... - Он сделал резкий жест, подзывая охранников, и приказал им: -
Откройте окно и убирайтесь!
Андрей повернул голову, чтобы видеть происходящее за спиной.
Храмовники, которые привели его сюда, послушно принялись вручную поднимать
тяжелые броне-жалюзи, которые закрывали панорамное окно.
Ландшафт, постепенно открывшийся взору, заставил Кречетова оцепенеть: за
овальным окном простирался ровный участок обнаженного, остекленевшего базальта в
виде вытянутой многокилометровой воронки с отлогими краями, в которой стоял
исполинский космический корабль.
Его клиновидный корпус сразу же напомнил Андрею виденную когда-то хронику
времен Первой галактической войны, а когда взгляд Кречетова различил буквы на
скошенном скате лобовой брони титанического крейсера, которые складывались в два
слова: "Тень Земли", то исчезли последние сомнения. Перед ним в естественной
посадочной воронке, образованной от адских температур, которые извергали планетарные
двигатели, стоял совершенно не тронутый временем флагман Второго ударного флота.
Крейсер "Тень Земли". Тот самый космический корабль, с борта которого были
нанесены первые ядерные удары по Дабогу...
- Ты видишь только половину реальности, лейтенант, - раздался голос Надырова.
Убедившись, что охранники уже вышли, оставив их один на один, адмирал встал и,
подойдя к глухой стене, дернул за шнур, раздвигая плотную драпировку.
Андрей увидел такое же овальное окно, из-за которого сочился неяркий красноватый
свет.
- Подойди сюда, - приказал ему Надыров.
Он повиновался.
Два разноликих пространства столь сильно отличались друг от друга, что у
Кречетова мгновенно исчезли те чувства, что пробудил в нем вид исполинского крейсера,
- картина за вторым окном была еще более впечатляющей.
За толстым стеклом располагался накрытый непрозрачным куполом каньон.
Очевидно, это углубление образовалось в результате неудачной, катастрофической
посадки космического корабля, схожего по своим размерам с "Тенью Земли". Андрей
видел глубокий разлом, дно которого хранило следы плазменных двигателей: спекшийся
от адских температур базальт превратился в стекловидную массу, которая светилась,
источая тускло-красное сияние.
- Это след от падения "Интерпрайза", второго корабля моей эскадры, - раздался
за спиной Кречетова голос адмирала. - Свет, который ты видишь, источает нагретый
базальт. Крейсер при падении прожег кору планеты на глубину залегания магматических
пород. Идеальные условия для сущностей, не находишь?
Андрей и сам видел это.
Раскаленная базальтовая плита, под которой, по всей вероятности, располагалась
каверна планетной коры, заполненная магмой, источала достаточно тепла для подпитки
сущностей, а купол из освинцованного материала наглухо перекрывал доступ в каньон
всем видам разрушительных, вредоносных излучений.
- Перед тобой мой личный ад, лейтенант. Присмотрись внимательнее. Их осталось
слишком мало, чтобы различить сразу, а раньше они липли к стеклу, как рыбы в
аквариуме...
Надыров говорил о сущностях. Андрей видел несколько из них, сидящих на
разогретых планетарным теплом выступах оплавленного базальта.
- Кто они? - с содроганием спросил Андрей.
- Офицеры моего корабля, - ответил ему Надыров. - Те, кто вместе со мной вел
войну с пришельцами, пока твоя драгоценная цивилизация спокойно развивалась там,
наверху... Полноценные, осознающие себя сущности, по-прежнему преданные своему
адмиралу. Они сильны и опытны, для них ничего не стоит отыскать человека в
многомиллионном городе или аккуратно вытащить кристаллодиск... Это ответ на твой
вопрос, а теперь смотри, я покажу тебе настоящую реальность этой адской планеты...
Надыров отошел в сторону от окна и потянул за какой-то рычаг, расположенный в
стене.
В красноватый свет искусственного разлома внезапно выдвинулась внушительная
платформа, на которой, образуя круг, стояло девять цилиндров: восемь из них
располагались по периметру плиты, а один, пустой, возвышался в центре.
- Смотри, Кречетов, смотри внимательно, перед тобой твари, с которыми я
столкнулся на этой планете.
Восемь расположенных по периметру плиты цилиндров действительно содержали в
себе бледно-голубые сущности.
Это были призраки, оставшиеся от существ иных рас. Андрей узнал двух логриан,
инсекта, но пять остальных жизненных форм оказались абсолютно незнакомы ему.
Смутные, расплывчатые фигуры хранили лишь общую форму тел, по которой можно
было судить, что две из них принадлежали гуманоидам, еще одна, наиболее крупная,
походила на звероящера и, наконец, две последних обладали явно выраженными
крыльями. Большего количества подробностей невозможно было различить из-за красного
сияния, змеящихся по стеклам бликов и расплывчатости форм самих созданий...
- Вот настоящая реальность этого мира. - Надыров застыл у окна с перекошенным
лицом, словно вид нечеловеческих форм вызывал у него отвращение или страдание. -
Теперь здесь живут только люди, - произнес он, жестом указывая на бледные призраки
иных существ. - Я дрался с этими тварями, не понимая, куда занесла аномалия "Тень
Земли", я основал Храм, чтобы очистить этот мир для людей, а когда стало ясно, что
планета расположена не в материальном космосе, я понял, что эти твари прибывают сюда
по каким-то каналам транспортировки...
Адмирал тяжело закашлялся, а потом продолжил глухим надтреснутым голосом:
- Хуже всего было осознавать, что предатели рода людского заодно с этими
исчадиями чужих эволюции, которые наверняка искали способ, чтобы вырваться отсюда
на простор наших человеческих миров. Они хотели получить Землю и другие планеты, но
я встал им поперек глотки. Я загнал всю свору в древнюю крепость и уничтожил одним
ударом. Видишь их? - Надыров вдруг цепко ухватил Андрея своими старческими
пальцами и подтолкнул к стеклу. - Смотри внимательно, лейтенант. Это их проклятый
Круг, который безраздельно правил планетой до моего прибытия. Когда мои войска
штурмовали цитадель, я уже знал, что они ускользают в виде сущностей, и приказал
изготовить ловушки. Нехитрое приспособление, как видишь. Двойной цилиндр из
поляризованного стекла с вакуумной прослойкой. Они не могут видеть нас, не в
состоянии просочиться наружу, они не умирают, но и не живут...
Адмирал еще несколько мгновений смотрел на чуждые сущности, а потом вдруг
резко задернул штору, будто вид нечеловеческих жизненных форм приносил ему
страдание.
- Садись... - указал он Кречетову на кресло.
Андрей молча подчинился. В первую минуту после столь наглядной и одновременно
чудовищной демонстрации он потерял способность адекватно реагировать на события.
Адмиралу удалось не просто нарушить его душевное равновесие - он смешал все мысли
Кречетова, думая, что теперь окончательно раздавил своего пленника, и на минуту это
было именно так...
Андрей сидел, не поднимая взгляда, а мысли в его голове совершали хаотический
танец, перескакивая с одного на другое...
Он понял, что бесполезно объяснять Надырову историю возникновения Первого
Мира, бессмысленно рассказывать о том, что в современном космосе люди мирно
сосуществуют с логрианами и инсектами, - разум адмирала пожирала ксенофобия, и его
рассудок не воспринял бы никаких доводов или пояснений.
Надыров действительно вел войну и свято верил в ее справедливость, в то, что он
заслонил человечество от вторжения иных жизненных форм... Да, он был жесток,
циничен, но в его извращенном войной мышлении присутствовала толика здравого
смысла. Космос необъятен, и в нем царят законы выживания видов. Стоило взглянуть на
сущности нечеловеческих созданий, чтобы осознать. Первый Мир - это граница,
которую действительно нужно контролировать, иначе, кроме древних существ, которым
открыли путь сюда первые поколения логриан, могут появиться иные, не столь лояльные
к людям расы, чьи миры расположены в далеких, недоступных пока областях
галактического диска.
- Почему вы столь откровенны со мной, адмирал? - наконец глухо спросил
Андрей.
Надыров, очевидно, ждал этого вопроса.
- Я ждал тебя, Кречетов, - спокойно признал он. - Ждал, что ты придешь за
своим кораблем. К сожалению, я не техник и уже достаточно стар, чтобы возиться с
непонятным мне аппаратом.
Разум Андрея постепенно отходил от шока, и он уже мог отвечать здраво и
взвешенно. Да, ситуация резко менялась прямо на глазах, но это не значило, что он теперь
побежит на коротком поводке у престарелого адмирала.
- Вы пытались убить меня на Элио, - напомнил он. - Почему я должен теперь
сотрудничать с вами?
- Забудь, - отмахнулся Надыров, откидываясь на спинку кресла. - Это была
перестраховка. Я поддерживал связь с отправленными на Землю сущностями и от них
узнал, что дядя отправил своему племяннику маленькую посылку. Я не знал, что
находится в ней, и, естественно, был озабочен.
- Элио не Земля...
- Ты забыл, где находишься? - резко оборвал его адмирал. - Здесь сходятся
вертикали, ведущие к миллионам миров, и я за сотню лет тщетных попыток вырваться
отсюда успел отследить многие из них, по крайней мере те, что связаны с памятными мне
планетами... Мы говорим не о том, лейтенант. Да, мои сущности покушались на тебя, но
ведь ты жив, а я понес ощутимые потери благодаря твоей воинственности. - Надыров
проницательно посмотрел на Кречетова. - Мы квиты...
Андрей придерживался иного мнения на сей счет, но предпочел промолчать. В
сложившейся ситуации ему оставалось одно - идти до конца.
- О чем в таком случае мы должны говорить? О корабле профессора?
- Да. Я хочу вернуться на грешную Землю. Пусть она уже не такая, какой была
тысячу лет назад, но я тоже стар, и желание умереть на родине, а не в этих проклятых
недрах аномалии, должно быть вполне понятным для тебя.
- Я не понимаю, адмирал, - покачал головой Андрей. - Вы сделали собственные
открытия, разгадали, что вертикаль способна передавать информацию посредством
светового потока. Почему вы не дали о себе знать, не послали сигнал бедствия, наконец?
- Ты забываешь, кто я... - Адмирал криво усмехнулся. - Твоя цивилизация все
еще помнит ту войну. Нет, лейтенант, я могу вернуться только инкогнито, как частное
лицо. Иначе я обреку себя на то, чтобы провести остаток дней в комфортабельной
тюремной камере, а перед смертью буду судим как военный преступник. Я слишком
хорошо понимаю это, потому и уничтожал всю информацию, которую твой дядя хотел
опубликовать отдельным изданием.
- Вы всерьез надеетесь на то, что, вернувшись на Землю, я буду молчать и не
выдам вас?
Надыров медленно повернул голову, пристально посмотрев на Андрея.
- Т
...Закладка в соц.сетях
