haydon
... выбрал обстановку, и мы оказались, как я предположил, на его крейсере. Концентрация сна была наивысочайшая, когда разница с реальностью становилась минимальной. Если бы это зависело от меня, я бы предпочёл менее плотный сон, но выбор был сделан. С другой стороны, наше окружение тоже было реальным, поскольку в таком состоянии оно плохо поддавалось модификациям.
- Это твой кабинет? - спросил я, оглядываясь по сторонам.
Сходство с кабинетом Виктора было минимальное. Ни тот, который был на хайдонском крейсере, ни его постоянный на Рэдоне, в котором я успел изучить всё до последней мелочи, не походили на помещение, в котором я оказался. Здесь было только самое необходимое: большой чёрный стол, на поверхности которого можно было рассмотреть детали отражающегося потолка, светло-серые пластиковые стены и тёмно-серый пол, начищенный до блеска. Стол находился слева от двери, а справа было длинное свободное пространство, заканчивающееся окном на всю стену с видом на звёзды. В стене, между окном и дверью, была небольшая ниша, в которой примостился длинный чёрный диван. Сидя на диване можно было некоторое время оставаться незамеченным для вошедших, что давало выгодное преимущество. Естественно, во сне не могло быть никаких нежданных визитёров, но я невольно потянулся туда и расположился у изголовья, ближе к двери. Сев на согнутую ногу, я постарался принять удобную позу, чтобы хоть как-то снизить ощущение дискомфорта.
- А почему здесь такая пустота? - спросил я, наконец, взглянув на него.
Дрэмор всё это время стоял в стороне и наблюдал за моими перемещениями, слегка прищурившись. Он не удостоил меня ответом на заданный вопрос, и сосредоточенно направился к дивану. Сел он в двух локтях от меня, развернувшись спиной к звёздам, и загораживая весь вид. Я почувствовал напряжение, исходившее от него, и решил дождаться, пока он сам нарушит молчание.
- Сколько времени ты собираешься оставаться на Рэдоне, - наконец спросил он, остановив на мне свой холодно-проницательный взгляд.
Он снова застал меня врасплох, поскольку я не был готов к подобному разговору. Я напряжённо застыл, глядя в пол.
- Ты даешь мне право самому принять решение о сроках? - решил я ухватиться за соломинку.
- Мне нужно знать, как ты сам оцениваешь свою готовность, - не сводя взгляд, продолжил он.
Готовность? Она была нулевая. Конечно, если сравнивать с тем, что было 3 тарса тому назад, то я начинал осознавать, что, возможно, это когда-нибудь произойдёт. Но какие я мог дать оценки? С другой стороны, не значило ли это, что назвав какой-то срок, я мог больше не переживать по поводу возможных будущих столкновений с ним? Такая перспектива была весьма заманчивой.
- Один год, - смог я, наконец, остановиться на чём-то более или менее конкретном.
Он остался невозмутим, его лицо продолжало выражать прежнюю сосредоточенность без тени эмоций. Выдержав небольшую паузу, он спокойно сказал:
- Это слишком долго.
Боюсь, его ответ был бы таким же, даже если бы я ограничился одним тарсом. Тем не менее, называть другие сроки я не собирался.
- И как долго вы с Виктором собираетесь решать судьбу Циена? - решил я переменить тему.
Дрэмор выпрямился, поняв, что я не стану больше возвращаться к вопросу о сроках, и сел глубже, приняв менее напряжённую позу.
- Тебе ещё долго придётся ощущать моё присутствие, - сказал он с заметной издёвкой.
Значило ли это, что Империя не собиралась идти на уступки?
- Неужели Империя всё ещё надеется вторгнуться в Циен? - задал я вопрос, понимая, что он вполне мог остаться без ответа.
Дрэмор медленно покачал головой в знак отрицания.
- Я думаю, всем уже ясно, что на этом этапе мы оба проиграли. Ни Империи, ни Хайдону тут уже ничего не светит.
Если все это понимали, почему же продолжали тянуть время? Задавать ему более конкретные вопросы я поостерёгся, учитывая, что он мог расценить их как неумелую попытку выпытать конфиденциальную информацию.
Тут я вспомнил про осколок камня, который мне хотелось ему показать. Я попытался передать его во сне как можно достовернее, в особенности те ощущения, которые он у меня вызывал.
- Ты что-нибудь знаешь о том, чем это могло быть? - спросил я, протягивая ему осколок.
Некоторое время он смотрел на мою ладонь, пытаясь точнее почувствовать моё представление о камне.
- Откуда это у тебя? - наконец отреагировал он, нахмурив брови.
- Из одной подземной пещеры на Керефе.
- Пещера? Может, ты хотел сказать подземный храм? - его голос прозвучал немного резче, чем я ожидал.
Взгляд Дрэмора приобрёл какой-то засасывающий эффект. Как я понял, он пытался отчётливее уловить мои воспоминания.
- Может и так, - быстро сказал я, пытаясь отрезать его поползновения.
- Как ты попал в сардский храм? - строгим тоном спросил он.
Так вот что это было.
- Случайно, - почувствовав необходимость добавить что-то ещё, я сказал, - Он был весь разграблен, и ничего кроме осколков там не оставалось.
Некоторое время он продолжал впитывать мои воспоминания о храме, несмотря на то, что я сделал попытку остановить его.
- Тебе не следовало так бездумно подбирать неизвестные предметы. В подобных храмах каждый камень может нести в себе отпечаток какой-нибудь силы. И, если не знаешь, с чем имеешь дело, лучше к ним не прикасаться.
В моей памяти снова всплыли образы из храма, таившие в себе какую-то неразгаданность.
- В данном случае, тебе повезло, что это был всего лишь осколок, - продолжил он, - Если там что-то и было заключено, то оно скорей всего потеряло свою силу. Но, несмотря на это, в нём осталось частичка самого храма, которая все ещё может давать о себе знать.
- Я ничего не почувствовал, - пытаясь вспомнить что-либо, сказал я.
- Достаточно того, что вдалеке от храма он вызывает те же ощущения, которые ты испытывал, находясь внутри.
Мне не очень нравилось, как он вытягивал из меня детали о храме, но я не мог начать на него сердиться, т.к. собирался задать ещё много вопросов.
- Откуда ты столько знаешь о сардах?
Мне показалось, что он задумался, над тем, что именно стоит мне рассказать.
- На протяжении определённого периода времени я изучал некоторые аспекты их учения.
- А разве остались какие-то источники с тех пор, как Империя уничтожила их? - спросил я с удивлением.
- Сарды не были уничтожены, так же как и их материалы, - чётко проговорил Дрэмор, - Перестало существовать их государство, но не учения.
- То есть сейчас где-то они всё ещё могут существовать?
Это идея мне показалась какой-то дикой.
- Они существуют по сей день, - утверждающе заявил он, - Это факт, и они контролируют небольшие сектора.
Мне было трудно в это поверить. Оказывалось, что нечто давно забытое из древней истории, продолжало существовать и в наши дни.
- А почему об этом никто не знает? - спросил я.
- Это известная вещь, - сказал он сухо, - хоть и не афишируется перед широкими массами.
- И Виктор в курсе?
- Он об этом знает, но вряд ли ему приходилось с ними сталкиваться непосредственно.
- А Империи приходилось? - я искоса посмотрел на него, пытаясь угадать по его реакции.
Лицо его посуровело, но он всё же ответил после небольшой паузы.
- Приходилось.
Мне хотелось порасспросить его подробнее, но понял, что он не станет рассказывать. Некоторое время мы сидели молча, и, казалось, каждый ушёл в свои мысли.
Мои размышления потекли несколько в ином направлении, чем я ожидал от себя, и они повергли меня в некоторое уныние, поскольку говорили о том, что я впитал в себя куда больше рэдонских качеств, чем ожидал. А размышлял я вот о чём - если Империи приходилось справляться с угрозой сардов, значит, она не могла позволить себе использовать всех своих боевых бенайтов в войне с Хайдоном. Но действительно ли существовала подобная угроза? Возможно ли, что источника конфликтов больше не существовало? Если конфликт с сардами всё же был, то война Империи с Хайдоном им, конечно же, была на руку.
- А разве, в наши дни, учение сардов чем-то отличается от бенайтского? - спросил я, вспомнив наш предыдущий разговор на эту тему.
- Отличаются источники знаний, - прозвучал ответ, - Материалы, собранные в Империи, когда-то прошли тщательный пересмотр. Это было сразу после войны с сардами, и неизвестно какими критериями тогда руководствовались бенайты, когда решали, какие именно куски своего учения стоит выкинуть, а какие оставить. Но суть остаётся в том, что за тридцать тысяч лет наши источники сильно обеднели, и мы потеряли много ключевой информации. С этой стороны, сардские материалы сохранили больше достоверности и представляют для нас некоторую ценность.
- Вы пытаетесь восстановить учение бенайтов на основе сардского? - мои брови поползли вверх от удивления.
- Нет, - резко осадил меня Дрэмор, - Интерес к сардским материалам всего лишь исторический.
- Т.е. бенайты не готовы официально принять учение сардов?
- Такой вопрос никогда не поднимался, - снова отрезал он, - Те сардские материалы, которые попались мне в руки, были переданы на Ниарну всего лишь для более тщательного изучения. Они позволяют воссоздать полную картину, и интересны исключительно с исследовательской точки зрения.
Я понял, что в моей голове начала возникать путаница. Так кем же были сарды в наши дни? Враги или хранители древних знаний? Дрэмор, похоже почувствовал моё смятение.
- Не стоит связывать воедино современных сардов и материалы, которые оказались у них в руках. Среди них можно встретить таких же необразованных и зацикленных на чём-то одном людей, как и среди бенайтов. Они не задумываются ни об учениях, ни о законах, которым, по идее, должны были бы следовать. В наши дни, большинство бенайтов и сардов живут, не обременяя себя тем, чтобы следовать учениям, пришедших к нам из древности. Каждый из них использует свои возможности по мере того, как может, не согласуясь ни с чем.
Я ошибался, или он, таким образом, наехал на рэдонцев? Зацикленных на чем-то одном? Однако думаю, в Империи это встречалось не реже.
- Наверное, это значит, что древние законы не совсем применимы к современности, и всего лишь претерпевают естественные изменения, - решил я хоть как-то оправдать текущие устои.
Дрэмор некоторое время смотрел на меня исподлобья, и я начал думать, что сморозил какую-то глупость.
- Я имею в виду, что, наверное, стоило бы разработать какой-нибудь новый свод законов, на основе старого, который было бы легче донести до всех.
Он, наконец, перевёл взгляд, и я почувствовал некоторое облегчение.
Было ясно, что многого он не договаривал, но я иного и не ожидал. Я стал понимать, почему он так охотно отвечал на мои вопросы до какой-то определённой степени. В результате, во мне разгоралось жгучее желание узнать больше. Дрэмор знал, что Хайдон предоставлял куда более скудные знания, чем Империя, и он махал перед моим носом чем-то, что было в новинку даже имперским бенайтам.
Поняв, что времени у нас осталось немного, я решил затронуть более насущную тему.
- Теперь ты каждый раз будешь посещать мои сны, если я не буду их блокировать?
На его лице снова появились следы иронии.
- У меня достаточно других дел, и я не могу позволить себе так часто выпадать из своего режима.
Это вселяло надежду.
- А как на счёт щитов? - решил я разъяснить и это, - Если не будет щитов, ты сможешь моими глазами видеть всё, что происходит на нашем крейсере? - осторожно спросил я.
Его лицо всё ещё оставалось серьёзным, но в глазах промелькнула лукавая искра веселья.
- Нет, я не смогу выведывать через тебя ваши секреты. Я могу видеть только те образы, которые ты сам мне посылаешь.
Это определённо было хорошей новостью - я наконец-то мог расслабиться и не думать постоянно о злосчастных щитах. Однако, проснувшись, я понял, что отсутствие щитов отнюдь не подразумевало избавление от рассеянности.
Тем временем, ситуация с Циеном никак не желала проясняться. Наши локальные ежедневные совещания никоим образом не могли сдвинуть положение с мёртвой точки, но Виктор продолжал настаивать на проведении собраний в небольшом кругу. Однако спустя десять минут после начала, они плавно перетекали в горячие споры между двумя-тремя участниками, а остальным приходилось мириться с ролью простых слушателей. Я считал это пустой тратой времени и не особо старался следить за ходом. Я заметил, что Брэнд с Фоссером на этот раз не присутствовали, вероятно, занимались другими практическими проблемами.
Почему же имперцы так долго тянули с решением? Какой был смысл продолжать весь этот цирк? Или проблемы была не только в них? Я никогда не был свидетелем самих переговоров Виктора с Дрэмором, и не был в курсе деталей, по которым можно было бы понять, которая из сторон представляла больше проблем. Я даже не знал, кто из хайдонцев присутствовал на конференц-связях, и вообще подобная информация не оглашалась.
Ко всему прочему, мне было крайне любопытно посмотреть на процесс общения Виктора с Дрэмором. Как часто им приходилось выходить на связь? Насколько официальная при этом бывала обстановка? В следующую секунду в моей голове всплыли образы того, как это могло бы быть на самом деле - быстрые сеансы связи по зашифрованному каналу; изоляция от ненужных свидетелей; утомление от напряжённых переговоров один на один... Переговоров один на один? ... Это не могло просто так прийти мне в голову. Я секунду переваривал информацию, и первой моей реакцией было обозлиться за такое грубое вмешательство, но потом понял, что сам инициировал его, сконцентрировавшись на соответствующих мыслях.
Я попытался быстро восстановить щиты, но знал, что пользы от такого, наспех сколоченного, щита будет немного. В этом была своя загвоздка. Обычные поверхностные блоки, которые были достаточно хороши для остальных, в том числе и для Виктора, не срабатывали в случае с Дрэмором. Впрочем, с Брэндом они срабатывали тоже менее эффективно, но в моём текущем положении они были просто бесполезны. В голове возникла мысль, что любая эмоциональная связь ослабляет щиты. Я и сам догадался! Лишние напоминания мне были ни к чему! Я постарался подавить в себе мгновенную вспышку, поскольку злиться всё равно было бессмысленно. Подумав о другой крайности, я пришёл к выводу, что невозможно было представить, во что превращалась жизнь бенайтов, когда они умудрялись жениться друг на друге? Через пару секунд, на меня нахлынуло ощущение единства, покоя и душевного равновесия вперемешку с сильными чувствами. Подобное я не испытывал никогда в жизни, и это невольно вызвало улыбку. Понятно, почему бенайты в большинстве случаев заключали браки между собой. В душе всё ещё оставался отпечаток чего-то очень светлого и окрыляющего, когда я понял, что какой-то надоедливый раздражитель всё отчётливее даёт о себе знать. Когда я, наконец, сфокусировал свой взгляд на носке своего ботинка, я понял, что уже несколько секунд кто-то пытался до меня достучаться. У меня ёкнуло сердце. Быстро оглядевшись, я заметил, что внимание всех присутствующих было переключено на меня. Я напряжённо остановил свой взгляд на Викторе.
- Тебе показалось, что мы здесь обсуждаем нечто очень забавное? - спросил он, сопровождая вопрос едким взглядом.
Я попытался восстановить душевное равновесие и сформулировать хоть какой-то ответ.
- Я обдумывал кое-какие идеи, - неубедительно сказал я.
На лице Виктора проступило столь знакомое мне раздражение.
- Если они касаются обсуждаемой темы, может, соизволишь поделиться с нами?
Некоторое время мне пришлось собираться с мыслями. Виктор, похоже, решил запастись терпением и, во что бы то ни стало, дождаться ответа.
- Я думаю, на данном этапе стоило бы больше сконцентрироваться на составлении договора о нейтралитете Циена, нежели рассматривать сценарии вторжения, учитывая, что подобный исход с каждым днём становится менее вероятным, - переведя дух, я продолжил, - Что же касается переговоров с Империей, наверное, не помешало бы пригласить представителей с Циена. Это помогло бы остудить аппетиты обеих сторон и подтолкнуло бы к конструктивным решениям.
Выдав как на духу всё, что я думал по этому поводу, я замолк, в ожидании дальнейших препирательств. Идеи, конечно, были не новые, но до этого их не пытались озвучить, собрав воедино. При других обстоятельствах, я не стал бы вылезать с какими-либо предложениями, но, придумать что-нибудь другое, у меня не было времени.
В комнате повисла тишина - спорщики ожидали, когда Виктор, наконец, переключит своё внимание обратно, а остальные, которым тоже надоели эти бесконечные обсуждения, оживились, надеясь, наконец, увидеть конец совещания. Виктор не спешил с ответом, крутя какой-то предмет в руке, вытянутой на столе.
- Я не вижу смысла продолжать совещание в том же составе, - наконец выговорил он, - дальнейшее обсуждение переносится на другое время и в другое место.
Виктор начал вставать, и раздался скрежет раздвигаемых стульев. Мне оставалось только гадать, насколько отрицательную реакцию вызвали мои слова. Впрочем, как правило, я привык рассчитывать на худшее. Свою вину я тоже осознавал - контактировать с Дрэмором во время совещания с Виктором - это уже был перебор! Можно было ожидать, что добром это не закончится.
Несколько часов спустя мне всё же пришлось заглянуть к Виктору. Первый же вопрос, который он мне задал, поставил меня в тупик.
- Что ты имел в виду, когда заявил: "остудить аппетиты обеих сторон"?
Он был настроен крайне серьёзно, и я долго подбирал слова, прежде чем хоть что-то сказать.
- Я предположил, что во время переговоров и Хайдон, и Империя всё ещё держат в голове свои далеко идущие планы по поводу Циена, которым не суждено сбыться. Потому, присутствие представителей третьей стороны могло бы благотворно подействовать на ход так сильно затянувшихся переговоров.
Закончив разъяснения, я ждал его реакции, пытаясь не встречаться с ним взглядом.
- Ты считаешь, что Хайдону пристало бы умять свои амбиции?
Это был провокационный вопрос, и я предпочёл оставить его без ответа.
- Я всё ещё лелею надежду услышать твоё мнение на этот счёт, - с резкими нотками в голосе, сказал он.
- Я имел в виду те случаи, когда нет возможности претворить их в жизнь, - попытался я сгладить ситуацию.
- Ты хочешь сказать, что владеешь всей необходимой информацией и обладаешь нужными знаниями для того, чтобы сделать правильные выводы насчёт того, что именно достижимо, а что нет?
Я знал, куда он вёл - он уже не раз оборачивал всё таким образом. Виктор в очередной раз решил указать мне на моё место, и показать всю ограниченность моего кругозора. У меня не было ни желания, ни настроения выслушивать его речи на эту тему снова и снова.
- Не обладаю, - решил я лишить его возможности ораторствовать на сей раз.
Виктор презрительно сузил глаза, не ожидая такого безоговорочного согласия.
- Я рад, что ты это понимаешь, - решил он всё же добить, - Но в таком случае, можешь ли ты мне объяснить, на каком основании ты делаешь такие смелые заявления перед всеми собравшимися?
Я делал смелые заявления? Кто же, как не он заставил меня поделиться своими мыслями? То было даже не сформировавшееся мнение, а всего лишь идеи! Да кому я пытался что-то доказать, он и сам всё это прекрасно знал.
- Я неправильно оценил свои возможности, - сказал я коротко.
У Виктора даже дёрнулась бровь. Я надеялся, что он достойно оценил мою шутку. Он отклонился назад, и, как мне показалось, стал обдумывать новую тактику дальнейших действий.
- Я понимаю, неделя рутины и бездействия плохо на тебя влияют, - начал он ровным голосом, - Тебе, наверное, хочется новых ощущений, чтобы хоть как-то разнообразить повседневную действительность.
Я перестал что-либо понимать, или это было такое преддверие к новой интриге? Что бы он ни говорил, я не пытался нарываться, и тем более не от скуки.
- Но не стоит переживать, у тебя вскоре будет повод для получения массы новых впечатлений. Через пару дней нас посетит генерал с имперского крейсера для решения ряда вопросов с глазу на глаз.
Я всё ещё не понимал, куда он клонил, и каким боком это касалось меня.
- Естественно, для Империи это риск - посылать одного из своих генералов с минимальным сопровождением на хайдонский крейсер. В итоге, было принято решение совершить двухсторонний обмен, и отдать имперцам нашего человека в качестве временного заложника.
Виктора можно было поздравить с быстрым и успешным поиском решения. Его меркантильность как всегда была на высоте. Я так и замер, не в силах представить себе реакцию Дрэмора. Виктор некоторое время изучал мою неестественно прямую позу и слегка заметную бледность.
- Я думаю, этот опыт пойдёт тебе на пользу, - сказал он менее строго, - Остальные ребята уже успели побывать в плену, и для них это будет не так познавательно.
Если бы не очевидные причинно-следственные связи, я бы предположил, что Дрэмор приложил палец к принятию этого решения.
- Сколько времени будет длиться визит этого генерала? - спросил я как можно спокойнее.
- Один день. По договорённости, ты не будешь помещён в камеру, но, скорей всего, с тобой захотят побеседовать, - ответил он безразличным тоном, - Перед отбытием, пройдёшь краткий инструктаж с Фоссером.
После небольшой паузы он добавил официальным тоном:
- У тебя есть вопросы?
Я отрицательно покачал головой.
- Тогда свободен, - торопливо сказал он.
Брэнд узнал о решении своего отца только в последний момент, когда мне уже предстояло отбыть на имперском челноке.
- Надеюсь, тебе там не понравится больше, чем у нас, - пошутил он, пытаясь приободрить меня.
Я криво усмехнулся, гадая, откуда он вечно выискивает самые неподходящие темы для шуток.
На имперском крейсере, прямо в ангаре, меня встретила небольшая делегация, в основном состоящая из труперов, которые проводили меня до следующего уровня. В широком коридоре, при выходе из лифта нас встретил офицер высшего ранга.
- Мэт Реон? - спросил он, как будто ему ещё требовалось какое-то подтверждение.
Я кивнул головой, внимательно изучая своего собеседника.
- Меня зовут Коррис Найм, и я буду курировать процесс вашего пребывания на корабле, - сухо отчеканил он, - Прошу следовать за мной, - добавил он, проследовав к ближайшей двери.
Это оказалось небольшим кабинетом для переговоров. Посередине был длинный стол, обставленный по периметру мягкими стульями.
- Располагайтесь, - сказал он, указывая на стулья, - К нам вскоре присоединятся ещё несколько человек.
Я выбрал место, позволяющее держать дверь в поле зрения, и погрузился в размышления. Это было неплохо, что мой визит был оформлен настолько официально - не придётся ничего выдумывать, отвечая на вопросы Виктора или Фоссера, но с другой стороны, провести весь день, отвечая на нежелательные вопросы, не самое увлекательное занятие.
Через несколько минут дверь разъехалась, и Найм приготовился встречать своих коллег, но в последний момент так и застыл в оцепенении. Очухался он быстро и сразу же принял стойку "смирно". Дрэмор безразлично скользнул по нему взглядом и развернулся в мою сторону.
- Можете идти, - коротко бросил он ему.
Найм отдал честь и поспешно покинул комнату.
Можно было с самого начала не тешить себя иллюзиями, что что-то пойдёт по плану.
- Я думаю, бессмысленно спрашивать, что ты натворил, раз Виктор решил послать сюда именно тебя? - спросил он, но, несмотря на риторический характер вопроса, он явно ожидал ответа.
Ещё чего! Мои отношения с Виктором уж точно его не касались. Я предпочёл вместо ответа рассмотреть картину, которая висела справа от меня. Картину слева, к сожалению, загораживал Дрэмор.
Он не стал настаивать и направился к двери.
- Иди за мной, - сказал он второпях, и так же быстро исчез за дверью.
Мне пришлось догонять его бегом, гадая, как бы он отреагировал, если бы я решил остаться в кабинете.
Мы снова воспользовались лифтом и поднялись на несколько уровней вверх. Пройдя немалое количество поворотов, мы, наконец, оказались перед очередной дверью. Войдя в неё, я так и обомлел - это была знакомая мне комната, с окном вместо стены и чёрным диваном в нише справа. Но я также заметил детали, которых не было раньше. В частности, в противоположной стене была ещё одна дверь, и вела она, как я предположил, в личные апартаменты.
Дрэмор, не обращая на меня внимания, несколько раз выходил на голосовую связь и раздавал кое-какие распоряжения. Последнее невольно привлекло моё внимание.
- Рови, поднимись, пожалуйста, ко мне в кабинет.
После этого он направился к двери, которая я заметил с самого начала, и скрылся за ней. Мои догадки оказались верны, сквозь проём я сумел разглядеть комфортное просторное помещение.
- Здесь есть всё, что может тебе понадобиться в течение дня, - услышал я голос Дрэмора из глубины.
Я подошёл ближе в поисках лучшего обзора. Апартаменты оказались больше, чем я предположил вначале, и первое, что бросалось в глаза - это их многофункциональность. Но что он имел в виду? Он собирался оставить меня здесь одного?
- Я буду в командной рубке, - ответил он на мой невысказанный вопрос, - в случае чего, ты сможешь со мной связаться, - добавил он, разворачивая проекции своего наручного компьютера, - сейчас я дам тебе мои контакты.
Файлов пришло больше, чем я ожидал. Среди них я заметил также навигационную карту, позволяющую автоматически определить своё точное местонахождение на крейсере. Значило ли это, что мне не придётся отсиживаться здесь целый день?
В этот момент я услышал из кабинета шум раздвигаемой двери. Дрэмор быстро прошёл туда, и я последовал за ним.
Это была девушка. Худая, невысокая, и такая же рыжая, как и Брэнд. Именно не просто рыжая, а с тёмно-медным оттенком. На счёт возраста, трудно было сказать сразу, но скорей всего ей было примерно столько же, сколько и мне.
- Познакомься, это Мэт, - как бы между делом сказал Дрэмор, обращаясь к ней.
Она быстро скользнула по мне взглядом и слегка кивнула.
- Это Мирован, - на этот раз комментарий предназначался мне.
Я настороженно смотрел на неё, ожидая дальнейшего хода событий.
- Рови, пожалуйста, устрой ему небольшую экскурсию по кораблю, - между делом сказал Дрэмор, переключившись на свои дела, и затем добавил с ир
...Закладка в соц.сетях
