Жанр: Электронное издание
LIR2
... что
ты послала ее к нему.
- А разве нельзя было? Пегги показала мне его имя в регистрационном
журнале...
- Нет, нет, с этим все в порядке. Просто у меня были некоторые сомнения
на его счет.
- Можешь не сомневаться, он действительно тот самый Пол Моллинсон.
- В этом я как раз не сомневалась, - сухо ответила Марти. - А что меня
смущало, так это причины, по которым он пришел сюда. Мне показались его
объяснения неискренними, и я хотела бы их проверить, но в суматохе с
больницей забыла.
- Тебе совершенно не о чем беспокоиться. Подожди, пока увидишь лицо мисс
Дональде... Она преобразилась.
- Мне не надо ничего другого, лишь бы она устроилась. Только бы... -
Марти оборвала фразу, потому что в дверь заглянула Пегги.
- Там в приемной мисс Дональде, - прошептала она. - Говорит, что ей
необходимо срочно вас видеть.
Энн подпрыгнула на стуле.
- Вот! Что я тебе говорила? Проводите ее сюда, Пегги. Я умираю от
нетерпения: хочу услышать новости от нее.
Но как только Розали Дональде переступила порог кабинета, стало очевидно,
что случилось что-то из ряда вон выходящее. С ее лица исчезло выражение
надежды, счастливой уверенности, что ты нужна кому-то. Вместо этого она
казалась усталой и постаревшей, лицо осунулось, глаза покраснели от слез.
Марти посмотрела на обеих девушек и поняла, что ей надо брать дело в свои
руки.
- Здравствуйте, мисс Дональде, рада снова видеть вас. Как идут ваши
дела?
- Неплохо, спасибо. - Розали села на краешек стула и стала скручивать в
руках перчатки. - Я рада, что вы поправились. Мисс Лестер рассказала мне..,
рассказала мне... - Бледные губы ее задрожали, и она закрыла лицо руками. -
О, мисс Мак Брайд, я так несчастна. Мне просто хочется умереть! Я никогда не
думала, что это будет так. Никогда! Никогда!
Энн сделала шаг к ней, но Марти первой оказалась рядом с ней и обняла ее
за плечи.
- Расскажите мне обо всем. Я уверена, что дело обстоит не так уж плохо.
- Плохо. Очень плохо! Мне в жизни не было так стыдно.
- Расскажите мне. Я не смогу вам помочь, если не узнаю всего Сначала
медленно, а потом все быстрее и быстрее Розали стала рассказывать. Проводив
Джека в Ирландию, она отправилась прямо к Полу. Он был, как всегда,
внимателен и во время одной из встреч на неделе предложил провести вместе
выходные дни за городом у друзей. Поверив, что он принял, наконец, решение
насчет нее, она охотно согласилась.
- Неужели он стал приставать к вам? - не удержалась от вопроса Энн.
- Ой, нет, ничего похожего! Мы гостили у Коры и Эдмунда Риис в их доме в
Саррее, и там было много всех других... Ну, знаете, из театрального мира.
Они все были так любезны со мной. Теперь я понимаю почему, - горько заметила
Розали. - Могу поспорить, что они все это время знали, почему Пол видится со
мной. Он объяснил это мне вчера вечером, когда привез меня обратно домой, -
тихий голос стал вообще неслышным. - Понимаете, ему больше не нужно было
притворяться. Он уже получил всю информацию, которая была ему нужна.
Энн и Марти переглянулись.
- Какую информацию?
- О таком сорте девушек, как я, и почему я обратилась в брачное агентство
искать мужа. - Лицо Розали сморщилось. - Его пьеса посвящена неудачнице,
девушке, такой некрасивой и скучной, что ни один мужчина не обращает на нее
внимания. Поэтому она и должна идти в агентство. - Слезы полились ручьем. -
Я никогда в жизни так ужасно себя не чувствовала. Когда он рассказал мне всю
правду, я вдруг увидела себя, какая я есть на самом деле: некрасивая,
неуклюжая и глупая.
Энн резко села на стул, в ней кипела такая ярость, что она слова не могла
произнести. Говорить пришлось Марти.
- Моя дорогая, не стоит об этом плакать... Ведь есть еще мистер Адаме. Из
того, что я о нем помню, видно, что он очень милый молодой человек.
Рыданья Розали только усилились.
- И Джека у меня тоже нет. Он кого-то встретил в Ирландии, и они
собираются сразу пожениться!
- Какая жуткая неудача! - Энн подняла брови, обернувшись к Марти, а затем
пододвинула стул к Розали. - Но вам надо посмотреть на все это с другой
стороны. То, что произошло, неприятно, но ничего не случилось, вы просто
оказались там, где были вначале.
- Мне понравился Пол, - шмыгнула носом Розали. - Мне казалось, что я в
него влюбилась.
- Раз вы употребляете слово "казалось", значит не влюбились.
Энн продолжала говорить мягко, с юмором, давая девушке время оправиться,
и спустя несколько минут Розали высморкалась и достала пудреницу.
- Я, наверное, ужасно выгляжу. Простите, что я так сорвалась, но мне было
так горько, - она попудрила нос. - Я думаю, что больше ни с кем не буду
встречаться.
- Не надо так сдаваться, - убеждала ее Марти. - Мы вам еще кого-нибудь
подберем.
- Я больше не смогу встречаться ни с кем. Вы в этом не виноваты. Вы
постарались все для меня сделать, но...
- Тогда еще потерпите, побудьте с нами еще немножко, - прервала ее Энн. -
В третий раз вам должно повезти.
Розали покачала головой. Лицо ее было бледным, решительным.
- Это мне Божье наказанье. Я уверена. Я не должна была оставлять свою
тетку, ведь за ней некому ухаживать.
- Если вы так считаете, - сказала Марти, - мне нечего вам возразить. Но
по крайней мере возьмите обратно ваши деньги.
Только когда они остались одни, Марти дала волю своим чувствам:
- Я знала, что права! Я все время знала это! Никогда не прощу себе, что
не проверила его рекомендаций.
- Это не твоя вина, - медленно проговорила Энн. - Кроме того,
рекомендации у него были в порядке.
- Но если бы я копнула поглубже. Я так всегда делаю, когда сомневаюсь. Я
должна была бы съездить к нему домой, снова поговорить с ним и попытаться
понять, чего он действительно хочет.
- Он никогда не назвал бы тебе причину, по которой обратился сюда.
- Может, и нет, но если бы я дала ему представление, почему некоторые
люди ко мне приходят... Я уверена, что он затеял всю эту интригу, не
подумав, как скажется она на жизни другого человека.
- Энн ничего не ответила, потому что в глубине души сомневалась в правоте
Марти. Из того немногого, что она знала о Поле Моллинсоне, она могла себе
представить, что его никто не мог заставить отклониться от намеченной цели,
особенно если этой целью был сбор материала для пьесы.
Марти закурила сигарету и выпустила облако дыма.
- Никогда в моей практике не случалось ничего подобного. И чтобы такое
произошло из всех людей с мисс Дональде! Она теперь вернется к тетке и будет
там медленно угасать.
- С ней и так могло это случиться.
- Но теперь я чувствую себя виноватой!
- Ты сама беседовала с мистером Моллинсоном, когда он сюда пришел?
- Да. Он сочинил целую историю о том, как хочет встретиться с простой
девушкой, не очень опытной в жизни. Естественно, я была удивлена, но
записала его и сказала, что посмотрю, что можно сделать.
- И что потом?
- Я не сделала ничего. После того как он ушел, я поразмышляла об этом и
почувствовала, что в этой истории что-то не так. Тогда я решила поехать и
поглядеть на него еще раз, прежде чем представлю ему кого-либо из наших
клиенток. А потом я должна была лечь в больницу, и все это как-то
выскользнуло у меня из головы. Он даже как-то позвонил мне, что тревожится
из-за задержки и не могу ли я как-нибудь ускорить это дело. - Она мрачно
усмехнулась. - Я и подумала, что, может быть, он действительно собрался
жениться, а теперь вижу, что он волновался только из-за того, что не хватало
материала для пьесы.
Она взялась за телефон:
- Когда я с ним закончу, он будет так напуган, что побоится ее куда-то
предложить.
- Марти, не надо! - Энн положила руку на трубку. - Это не поможет. Что
нужно Моллинсону, это попробовать собственной похлебки.
Глаза Марти сощурились.
- Ты так это говоришь, словно уже что-то придумала.
- Придумала, - Энн встала и решительно прошлась по комнате. - Что ты
скажешь о моей внешности?
- Мне тебе ничего не надо говорить: ты и так достаточно самоуверенная!
Энн улыбнулась.
- Сойдемся на том, что я неплохо выгляжу. А теперь я собираюсь показать,
какая я актриса.
- Ты что, собираешься пойти к Моллинсону и притвориться, что ты это я?
- Нет, я не настолько хороша, - покачала головой Энн. - Но я
действительно собираюсь пойти и повидаться с ним.
- Зачем? Мне не нравится выражение твоего лица, моя дорогая. Что ты
собираешься сделать?
- Я собираюсь навестить нашего дорогого драматурга и притвориться, что
ищу мужа. - Энн вскинула голову. - Мистеру Моллинсону удалось легко
отделаться от Розали, но со мной ему будет потруднее справиться. От меня ему
так просто не отделаться!
Глава 2
Хэмпстед Мьюз, где проживал Пол Моллинсон, расположен в тупичке между
высокими узкими домами, выходящими на Пустошь. Тихий уголок, находящийся
рядом с Хай Стрит, но создающий полную иллюзию удаленности от суматохи
повседневной лондонской жизни.
Перед воротами с номером 3 Энн остановилась в нерешительности. Она была
уже на месте, а еще не придумала плана, как ей влюбить в себя Пола
Моллинсона. Если он откажется видеть кого-либо из агентства Мак Брайд, что
ей делать? Ей снова придется придумывать подход к нему.
Она прошла по дорожке, обсаженной геранью и лобелиями, к черной двери с
медной ручкой звонка и, уже протянув к ней руку, в нерешительности
остановилась. Она никогда раньше не занималась защитой униженных и
оскорбленных. Выросшая в доме достаточно обеспеченном, она не рвалась
поставить себя на место людей, не имеющих материального достатка, и, если
говорить честно, будь мучителем Розали кто-нибудь другой, а не Пол
Моллинсон, вполне возможно, она не кинулась бы так бурно на ее защиту.
Любопытство и желание самой увидеть, что представляет собой этот человек,
которого так хорошо знал ее отец, привело ее сюда. Сейчас была последняя
возможность выбора: продолжать притворство или немедленно прекратить его.
Нервно облизав губы, она сделала шаг назад и повернулась уходить, когда
дверь отворилась, и женщина с пушистыми волосами в белом рабочем халате
позвала ее.
- Простите, мисс. Вам кто-то нужен? Энн покраснела:
- Я.., я...
- Если вы из агентства, вам лучше зайти в дом. Эти слова настолько
поразили Энн, что она не удержалась от вопроса.
- Вы меня ждете?
- Я не знала, что придете именно вы, - рассудительно проговорила женщина.
- Но кто-то должен был прийти. Проходите скорее, он ждет.
Она ввела Энн в квадратный холл с полом, выложенным белым и черным
мрамором и постучала в дальнюю дверь.
- К вам молодая леди, сэр.
- Проводите ее ко мне, Смизи, - произнес низкий голос, и Энн вступила в
гостиную с французским ковром в цветах и несколькими большими креслами.
Первое ощущение от комнаты было - свет и воздух, потому что стены были
белыми, а сквозь окна, выходящие в маленький садик позади дома, лился
солнечный свет. Прямо перед ней за письменным столом сидел обладатель
голоса.
- Ну, не стойте там, - раздраженно проговорил он. - Подходите сюда, чтобы
я смог вас увидеть, и давайте, пожалуйста, ваши рекомендации.
Энн удивленно уставилась на него.
- У меня их нет.
- Зачем тогда было приходить? Я четко сказал, что без рекомендаций ни с
кем даже разговаривать не буду. Это пустая трата времени.
- Я может быть, тоже теряю свое время, - вспылила Энн. - А как насчет
вас? У вас есть рекомендации?
- Вы в своем уме? - От злости он вскочил из-за стола, солнце очертило его
худощавый силуэт, ярко осветило спадающие на лоб черные прямые волосы. - Я
сталкивался за свою жизнь со многими людьми, - ледяным тоном заметил он, -
но никогда секретарь не спрашивала о моих рекомендациях.
Внезапно поняв, что произошло, Энн отвернулась в сторону, чтобы скрыть
улыбку.
- Очевидно, нет смысла продолжать этот разговор, - холодно продолжал
Моллинсон. - Будьте добры, закройте, уходя, за собой дверь.
Энн сделала шаг вперед.
- Боюсь, что произошло недоразумение. Я не из секретарского агентства, я
из брачного агентства Мак Брайд.
- Господи! - Пол Моллинсон ошарашенно уставился на нее, нахмурив густые
брови. - Но вы не можете быть.., вы совсем не тот тип, который я просил!
- Может быть, хотите позвонить в агентство и проверить?
- Нет, нет, просто вы гораздо красивей... - На его лице промелькнула
улыбка. - Это нелепо.., они должны были вычеркнуть меня из своих журналов.
- Я не виновата, что они этого не сделали, - напряженно произнесла Энн. -
Мне предложили прийти сюда, потому что.., они сказали, что вы хотите.., вы
хотите.., право, мне очень неловко, мистер Моллинсон, но я уверена, вы
знаете причину, по которой я здесь очутилась.
Его брови снова сошлись.
- Мне так же неловко, мисс...
- Лестер, - быстро проговорила Энн. - Энн Лестер.
- Спасибо. Боюсь, что вы опоздали, мисс Лестер. Я больше не ищу жены.
- Но они сказали, что ищете!
- Ничем не могу помочь, но я решил остаться одиноким. Мне очень жаль, что
ваше путешествие оказалось напрасным, было бы разумнее сначала позвонить. А
теперь, простите меня, но мне надо работать.
Он повернулся к ней спиной, как бы показывая, что разговор закончен, и
Энн опустила голову. Если она сейчас уйдет, у нее больше не будет
возможности увидеться с ним. Она стиснула руки, и этот жест напомнил ей о
Розали Дональде. Стиснув зубы, она поднялась на ноги.
- Вы не можете так просто прогнать меня! Если вы это сделаете, я буду
жаловаться. Он с удивлением оглянулся.
- Это ничего не даст. Я ведь уже попытался объяснить вам, что я
передумал. Очень жаль, мисс Лестер, но приходится говорить прямо.
- Да уж, это действительно прямо. - Если вы сможете найти дорогу к
двери... Я очень занят.
Энн помедлила, прикидывая, может ли она еще что-нибудь сказать или
сделать, чтобы заставить его посмотреть на нее, как на человека, а не на
раздражающую помеху, напоминающую об уже сделанном и забытом проступке.
- Я не буду вам больше мешать, - слабым голосом произнесла она и
двинулась к двери. Дойдя до середины комнаты, она остановилась и
покачнулась, подняв руки к голове.
- Комната.., кружится. Я.., я боюсь, что я сейчас... - со вздохом она
грациозно опустилась на ковер, не забыв расслабить тело и закрыть глаза.
- Что с вами стряслось? В чем дело? Энн не открывала глаз и не отвечала.
Она услышала, как он отодвинул стул и подошел к ней. Потом последовала
пауза, когда он наклонился и посмотрел ей в лицо. Затем он выпрямился и
поспешил к двери.
- Смизи! - крикнул он. - Нюхательную соль.., скорее!
Он вернулся назад, и Энн почувствовала, что ее поднимают и осторожно
кладут на кушетку. Странный запах ударил ей в ноздри, какую-то жидкость
вливали ей в рот. Она задохнулась, закашлялась и села.
- Где я? - Она оглядела комнату и снова опустилась на кушетку. - О,
мистер Моллинсон, мне очень жаль, простите меня.
- Нечего прощать. Вы часто так падаете в обморок?
- Нет. Когда я хорошо себя чувствую, я никогда не падаю в обморок. Это
потому, что я.., потому, что я не ела, вот почему. Если бы вы позволили мне
выпить чашку чая...
Женщина с разлетающимися волосами заторопилась к ней, и Энн вздохнула:
- Извините. Может быть, мне лучше все вам объяснить.
- Не сию минуту. - Пол Моллинсон сел на стул напротив кушетки. -
Подождите, пока не поедите чего-нибудь. Потом расскажете.
- Но вы так заняты...
- Я не смогу работать, если буду думать, что вы падаете в обморок вдоль
всей Хэмпстед Хай Стрит! Бога ради, помолчите, пока Смизи не вернется.
Энн подчинилась, незаметно наблюдая за ним На фотографиях он выглядел
моложе и жизнерадостней, а здесь, дома, он выглядел таким, каким был на
самом деле: обеспеченным, уверенным в себе и циничным. Он был гораздо худей,
чем она себе представляла, а впадины под скулами и необычайно глубоко
посаженные серые глаза придавали ему аскетический вид, который она нашла
весьма привлекательным. Широкий тонкий рот и решительный подбородок
несколько нарушали это благоприятное впечатление. Да и профиль его,
обрисовавшийся на белой стене, когда он повернулся на стуле, был суров и
мрачен. Неудивительно, что Розали назвала его привлекательным. На человека
робкого и нервного он должен был произвести впечатление надежности и силы.
Энн лихорадочно обдумывала, что ей следовало сказать Моллинсону, когда
вошла экономка с полным подносом, и ей надо было с трудом приподняться на
кушетке.
- Вот, мисс. Вы будете есть здесь или сядете за стол?
- Поставьте ей поднос на колени, - коротко произнес хозяин квартиры. -
Если она сейчас встанет, то может снова потерять сознание!
Энн взяла поднос и с тоской поглядела на него. Так как незадолго до
прихода сюда она основательно позавтракала, то есть с аппетитом ей было
трудно, но она решительно взялась за дело и не остановилась, пока не
опустошила все тарелки.
Все это время он наблюдал за ней, положив ногу на ногу, облокотившись
одной рукой на спинку стула, держа сигарету в другой.
Энн допила чай и спустила ноги с кушетки.
- Спасибо, я чувствую себя гораздо лучше.
- Хорошо. А теперь вы можете рассказать мне, почему вы ничего не ели.
- Это вопрос денег.
- Поэтому вы и пришли повидаться со мной? От гнева ее голос зазвучал
холодно.
- Мне не нужно от вас денег, мистер Моллинсон. Если вы скажете мне,
сколько я вам должна за ленч...
- Не глупите!
- Я не глуплю. - Она встала с кушетки.
- Тогда сядьте снова. - Медленно он выгнулся на стуле. - Знаете, мисс
Лестер, вы, пожалуй, заинтриговали меня. Мне любопытно услышать вашу
историю.
- Историю?
- Да. Слишком много неувязок. Вы теряете сознание от голода, потому что у
вас нет денег купить еды, и вместе с тем вы, если мне будет позволено
заметить, неплохо одеты.
- Это объясняется очень просто, - торопливо ответила она. - Я не всегда
была бедной. Но я.., я убежала из дома. Мой отец умер, а моя.., мачеха
ужасно обходилась со мной, - она посмотрела на него из-под ресниц и
заметила, что не убедила.
- Видите ли, - продолжала она, - она не намного меня старше. Они только
недавно поженились, и когда отец умер, он все оставил ей. Я должна была
выпрашивать у нее каждый пенни, как будто снова стала ребенком. Я
выдерживала все это, пока не закончила секретарские курсы, а затем ушла из
дома. Меня там больше ничего не держало. Когда умер отец, моя жизнь
кончилась вместе с ним. - Энн вспомнила о своем отце, и в ее голосе
зазвучали слезы. - Я хотела забыть прошлое, все эти счастливые годы, которые
мы провели вместе. Поэтому я и убежала.
- А что случилось потом?
- Я не могла найти приличной работы, потому что у меня нет рекомендаций.
Наконец я устроилась в молодежной гостинице - смотритель рекомендовал меня.
Однако несчастья преследовали меня: пару месяцев назад я получила воспаление
легких. Заболевание оказалось серьезным, - внезапно охрившим голосом
добавила она, - и у меня кончились все деньги. Я вернулась на работу, еще не
окрепнув как следует, и со мной произошло что-то вроде нервного срыва: я не
могла ездить на работу, а сама мысль о том, что я буду печатать в одной
комнате со всеми остальными девушками... Поэтому я отдала последние свои
пять фунтов агентству Мак Брайд, может, они меня с кем-нибудь познакомят.
Пол Моллинсон оглядел ее внимательно от блестящих белокурых локонов до
начищенных кожаных туфелек.
- Я полагал бы, что такой девушке, как вы, несложно с кем-то
познакомиться.
- Я никогда не вышла бы замуж ни за кого из мужчин с моей теперешней
работы. Я выросла в большом доме в окружении интересных людей и красивых
вещей.
- Вы могли бы вернуться домой, - сухо заметил он.
- Никогда! Я лучше умру.
- Мне очень жаль, - голос его звучал почти ласково. - Но, как я уже
говорил вам, я не собираюсь жениться.
- Вы хотите сказать, что вы вообще никогда не женитесь?
- По крайней мере, не сейчас.
- Тогда я лучше пойду. Мне жаль, что я вас побеспокоила. Вас ведь не
касается, что со мной будет.
- Куда вы пойдете?
- Снова в молодежную гостиницу. К счастью, за комнату у меня уплачено до
конца месяца.
- А потом?
- Я попытаюсь найти работу где-нибудь за городом, - голос Энн истерически
зазвенел, - Все эти толпы людей, вечно толкающихся, дурно воспитанных.., я
не могу выносить их. - Она поднесла руку к горлу. - Может быть, мисс Мак
Брайд еще сможет познакомить меня с кем-нибудь. Это очень хорошее агентство,
и они очень стараются.
- Но не можете же вы выйти замуж за какого-то мужчину только потому, что
он предложит вам, где жить. Это непристойно! Я себе представить не мог, что
люди, обращающиеся в агентство, так рассуждают.
- А почему бы нет? Когда вы больны и бедны, то схватитесь за соломинку.
Он нахмурился.
- Что ж, ваша точка зрения мне понятна. Это интересно, очень интересно.
Пожалуй... - Он нерешительно замолчал. - Присядьте еще ненадолго, мисс
Лестер...
Энн сделала, как ей велели, и стала разглядывать свои руки. Пол Моллинсон
закурил следующую сигарету и какое-то время курил, быстро затягиваясь.
Каким-то не вполне понятным образом она поняла, о чем он думает, поняла, что
ее история его заинтриговала, заставив внезапно понять, что в брачные
агентства обращаются не только робкие и нервные девушки, вроде Розали
Дональде.
Он бросил наполовину выкуренную сигарету и подошел к письменному столу.
- Моей вины в том, что вы сюда пришли, нет, - быстро сказал он. - Я хочу,
чтобы это было абсолютно ясно. Однако я чувствую, что частично несу за вас
ответственность. Я должен был сообщить секретарю агентства, чтобы мое имя
вычеркнули из списка клиентов.
- Да, так было бы разумнее, - тихо ответила она. - Иначе вы можете
навредить кому-нибудь.
- Женщинам так легко не навредишь, - проговорил он и замолчал. - Так о
чем я говорил? А, да.., если вы достаточно быстро печатаете, то можете
временно остаться работать здесь. Моя собственная секретарша неожиданно
попала в больницу с аппендицитом, и сейчас мне отчаянно нужен секретарь. Так
вот я подумал, что вы могли бы даже жить там, где жила мисс Финк. Уверен,
что ее домохозяйка с восторгом возьмет вас.
Энн стиснула руки.
- Вы очень добры, мистер Моллинсон. Я совершенно не ждала ничего
подобного.
- Только не воображайте ничего, - он снова заговорил раздраженным тоном.
- Вы меня не интересуете с матримониальной точки зрения. Часы работы с
десяти до шести, жалованье десять фунтов в неделю. Подойдет?
- Изумительно!
- Подождите восхищаться, пока не поработаете со мной, - он полуулыбнулся.
- Я в работе не самый легкий человек.
Энн дипломатично воздержалась от комментариев.
- Когда вы хотите, чтобы я начала работать?
- Сразу же. Попросите Смизи показать вам комнату для гостей. Можете
держать там свои вещи.
Энн вышла в холл и, обойдя лестницу зашла в большую кухню, выходящую
окнами на гараж. Женщина с разлетающимися волосами наполовину залезла в
холодильник, доставая что-то. Она вы нырнула оттуда с миской вишен.
- Я ваш новый секретарь, - объявила Энн. Мистер Моллинсон просил передать
вам, чтобы вы были так добры и показали мне, где мне положить пальто.
Она поднялась вслед за экономкой по узкой лестнице с элегантными коваными
перилами на второй этаж. По одной стороне узкого белостенного коридора
располагались спальни. Маленькие китайские эстампы с изображениями яростных
коней украшали стены, их черные рамки резко выделялись на белом фоне.
- Мистер Моллинсон их обожает, - заметила, указывая на них, Смизи. -
Нашел их в какой-то старой лавчонке за Хай Стрит.
Энн улыбнулась:
- Вы так говорите о Хай Стрит, с такой интонацией, будто это деревня.
- А мы и живем.., в Хэмпстед Вилледж. Вы представить себе не можете,
какая здесь замкнутая среда. Здесь все писатели, художники и тому подобное.
Утром пойдешь в магазин, кого только не встретишь. Меня уже тошнит от
немытых лиц и вельветовых штанов.
- Тогда мне лучше на работу в брюках не приходить, - со смехом заметила
Энн.
- Не обращайте внимания на мои слова, - торопливо проговорила Смизи. -
Если мистер Моллинсон говорит, что вы можете носить брюки, носите. Ему не
понравится, если он узнает, что я говорила вам, как себя вести.
Она толкнула одну из дверей и ввела Энн в маленькую спальню, выходящую
окнами в сад. Так как это был второй этаж, то из окон открывался
изумительный вид на Пустошь, начинавшуюся сразу за изгородью.
- Как красиво! - воскликнула Энн. - Действительно, ощущение, будто живешь
в деревне.
- А что я вам говорила! - Маленькая экономка, продолжая говорить, куда-то
исчезла и вернулась с полотенцем в одной руке и куском мыла в другой. - Вот.
Это для вас. А спальней этой можете пользоваться, пока вы здесь работаете.
- А мистер Моллинсон не будет против?
- Только не он. У нас на этом этаже еще три комнаты, а наверху мои. -
Смизи положила полотенце на кровать. - Теперь я вас оставляю. Дорогу вниз вы
сможете найти сами.
Возвращаясь в гостиную после того, как она причесалась и подкрасила губы
помадой, соответствующей ее цветастому платью, Энн знала, что выглядит
прекрасно. Она потратила времени больше, чем обычно, на причесывание:
зачесала волосы назад в манере девушки, которая хочет, чтобы ее ценили на
работе. А то, что такая прическа делала ее еще моложе на вид, было
незапланировано, но доставило ей удовольствие. Пока
...Закладка в соц.сетях
