Жанр: Электронное издание
PETROVIC
...О фабуле. Мы против фабулы. Быть может, потому, что слово не нра-
вится, а может, потому, что не знаем, что это такое ... В общем, см.
рис.1.
О воспитательном значении произведения. Наш опус содержит бездну
полезного и нужного. В этом вопросе до нас явно недотягивают такие
шедевры человеческой мысли, как "Война и мир", "Красное и черное",
"Волк и семеро козлят", "Курочка и Ряба" и др. Конечно, дотошный и
эрудированный читатель может корректно и аргументированно с нами пос-
порить, но лучше пусть обратится к рис.1.
Единственное замечание от критиков можно принять без огворок, так
как авторы, пусть и неохотно, должны признать его справедливым:
- ЧТО-ТО ОНИ У НАС СЛИШКОМ РАЗВЕСЕЛИЛИСЬ ...
...Итак, в двенадцать часов ночи Толян открыл левый глаз. Он сидел
в большой луже, один, посреди площади. Жизнь в деревне уже давно за-
мерла до утра, только в домах лиц, пострадавших при подготовке к ве-
ликому празднику спорта раздавался тихий вой, да и тот какой-то дели-
катный, уютный, домашний, что ли ... Над селом висела ухмыляющаяся
рожа луны, которая с тупым безразличием освещала распатланные крыши,
покосившиеся ставни, заборы, грозящие рухнуть в любую минуту. В ка-
ком-то дворе гавкнула собака, но подавилась слюной и заглохла навсег-
да... На недобитого ночного мотылька из последних сил спикировала ле-
тучая мышь, но промахнулась, ударилась оземь и осталась лежать непод-
вижно. Рядом с Толяном в луже что-то заворочалось. Поскрипывая пере-
ломанными ребрами , Толян решил посмотреть, что произошло, но оперся
на сломанную руку и с жалобным воем плюхнулся назад, в воду. Краем
глаза он успел заметить, что рядом с ним в луже лежит свинья чудной
фиолетовой окраски. Судя по доносившимся от нее звукам и запахам,
последней было явно нехорошо. "Помереть бы!",- захлебываясь от слез,
подумал Толян и уцелевшей рукою приставил к виску пейджер ...
Ну как, читатель, круто? Неужели такое можно писать в тот момент,
когда государство ... А, впрочем, какая тебе, читатель, разница ?
Вместо того, чтобы каждый день, открывая газеты, включая ящик или
просто заглядывая в кошелек, смотреть на рис.1, сиди и читай - не все
ж тебе на фазендах гробиться или квасить, как в последний раз . А что
касается стиля - можно и по-другому. Сейчас все можно.
- 19.1 -
... Когда Толян открыл свой левый глаз, то не увидел перед собой
вообще ничего. Усиленно поморгав , пораскинув мозгами и сопоставив
свои умозаключения с непрерывным бульканьем, доносящимся из района
ноздрей , он пришел к нескольким интересным выводам:
1. Ему выбили левый глаз и окунули нос в емкость с водой;
2. На улице безлунная ночь, а бульканье ему только мерещится;
3. Он схватил настолько сильный насморк, что ничего не видит.
Критически взвесив и рассмотрев свои выводы, Толян решил немного
поспать, поскольку для проверки любой из версий нужно было, как мини-
мум, открыть правый глаз, а делать это крайне не хотелось.
Разбудил Толяна истошный рев кабана где-то совсем рядом. Толян
машинально отжался на руках и обнаружил, что всю ночь провалялся ли-
цом вниз в большой илистой луже. Помянув добрым словом старика на
протезе (тот, когда уходил, отечески шлепнул Толяна ребром ладони по
седьмому шейному позвонку, отчего Толян сразу и вырубился, точнее,
врубился мордой в эту грязь), наш юный герой осмотрелся, выковыривая
жижу из всех отверстий в черепе, и обнаружил в этой же луже, в трех
шагах от него, превосходный экземпляр местного кабана благородного
защитного цвета с тоскливым и каким-то задумчивым выражением лица,
который периодически испускал заунывные вопли на частоте 1250 Гц со
звуковым давлением около 150 децибел. "Во шпарит!", - подумал восхи-
щенный Толян. "Ватт семьсот выдает - не меньше", - решил он , подойдя
к кабану и отвешивая ему доброжелательный пинок в район плотно прижа-
той к земле кормовой части. Кабан укоризненно посмотрел на агрессора,
с видимой неохотой поднял зад из лужи, расправил заляпанные грязью
крылья и тяжело взлетел, направляясь на все четыре стороны. Проводив
глазами разлетающихся крестообразно кабанов, Толян подошел на место
происшествия и поковырял носком валенка место взлета. Там ничего не
было. "Чего ж он орал, как Фредди Меркьюри?",- озадаченно подумал То-
лян, сел в лужу и принялся размышлять. Но размышлялось как-то не
очень, все время чувствовался какой-то дискомфорт, и, наконец, пода-
вив в себе несколько воплей на частоте 1250 Гц, Толян сообразил:" Да
ведь этот недоумок на яйцах сидел!"...
Да, читатель, да! Пришло время говорить народу правду! Мы, конеч-
но, понимаем, дорогой читатель, что большинство народонаселения нашей
геоэтнографической зоны было найдено после 1917 г в капусте, заква-
шенной по последнему слову партии, и ничего с этим не поделаешь. Воз-
можно, аист и несколько лучший вариант, но лично я, как соавтор,
этих носатых и горбатых тварей не перевариваю и давно уже предпочитаю
размножаться естественным путем. Да здравствует здоровая эротика (по
одной хлебательной ложке 3 раза в день до еды)! А кто не согласен, ...
...Приведя себя в физиологический порядок путем занятия верти-
кального положе ... Короче, Толян вылез из лужи, как мог, отряхнулся,
одел замызганный и обшворканный до малинового цвета пиджак под нижнее
белье (чтобы грязь в глаза не бросалась) и пошел искать вчерашнего
крутого инвалида.
Село активно пробуждалось. По улицам забегали ребятишки, весело
швыряя друг в друга сюрикенами и томагавками; по дворам замычали вы-
гоняемые на пастбище куры; прямо посреди улицы с неба плюхнулся кабан,
держа в клюве буханку хлеба, что-то возбужденно чирикнул утробным го-
лосом и поскакал под забор - разбираться с добычей. Во дворе справа
какой - то дед с энтузиазмом палил из старой, ржавой берданки в паца-
ненка , залезшего в его сад, а тот, весело хихикая, снимал кольцо с
противопехотной гранаты. Из двора напротив вышла похоронная процес-
сия; уже пьяный гармонист что-то наигрывал на порядком изношенном са-
унд-бластере в стиле "Bad Boys Blue", бабы хихикали, покойник мочил
вприсядку, невзирая на завернутую за спину ногу... "Где-то я его уже
видел !",- подумал Толян ... и не заметил, как к нему тихим ходом
подкрался жилистый мужик с торчащим из спины топором, сгреб могучими
лапами, дохнул перегаром (отчего у Толяна наполовину вырубилась под-
корка), и, требовательно глядя в глаза, просипел зловещим голосом:
- Слышь ты, недоносок! А ну-ка дай мне в морду, и побыстрее!
Обалдевший предприниматель, не желая спорить с таким бугаем,
мгновенно исполнил требуемое. Встав с земли и изумленно помотав голо-
вой, тот авторитетно заявил:
- Сотри ты, пацан вовсе, а долбанул, как наш барин! А ну, ногой по
ребрам! А теперь - головой в живот, и разбегись пошустрее, лишенец!
Гммм-охх...Да ты не такой дохлый, как на вид кажисси ... А ну-ка, бе-
гом поднял энтот кирпич - и по темечку! да не себе, а мне, дубина!
Очумевший Толян начал тихо пятиться. Мужик это заметил, и ноздри
его уже начали раздуваться от праведного гнева, но из проходящей мимо
похоронной процессии сквозь музыку донеслось:
- Эй , Акафест , кончай пацаненка тиранить ! Пойдем лучше с нами на
кладбище, мы тебе там лопатой по горбу дадим !
Обрадованный мужик припустился вслед за процессией, мелькая, как
маятником, ручкой торчащего между лопаток топора ...
"Это не деревня, а просто чума!",- подумал юный бизнесмен, прово-
жая взглядом улетающую, видимо, в теплые края, чью-то крышу. "Где же
энтот гадский дед ?"
- 20 -
" Сам ты просто чума !",- подумала обиженная деревня. " А энтот
гадский дед за пригорком добрым людям крыши срывает !"
Так оно и было. За пригорком происходил 3-й сход управленческих
структур. Вокруг огромного стола с явной претензией на круглость соб-
рались шишки Злопукино. Петровича с ними не было...
Выступал Борис Ёлкин - отставной хорунжий женсовета.
- Расияне ! Я ... вчира ... составил ... ну ... этот ... ...
как ево ... указ, понимаишш составил я ... И согласна этому указу
каждый житиль Злапукина дол-жин !.. а-аабязан, панимаиш , дол-жин ми-
не триста рублёв !
Доклад прервал сынишка местного адвоката Вовка Жиряковский - не
по годам несмышлёный пацанёнок:
- Шо вы этово тупера слушаете, та он же тормоз, однозначно !
Вовка швырнул Борису гранёным стаканом в харю. Ёлкин увернулся и
стакан угодил на лысину Мишке Горбунковскому, но тот не проснулся...
- Когда я буду президентом, а я буду президентом - это однознач-
но, никаких указов не будет воще! Мы будем жить очень круто ! Мы бу-
дем мыть свои валенки сугубо в Тихом Океане , и мне от души наплевать
сколько арабов мы замочим водой по пути к нему ...
Вовка действительно демонстративно харькнул в Ёлкина, тот увернулся
и темный сморчок приземлился, вернее прилысинился, на голову Мишке.
На этот раз Горбунковский не вытерпел и проснулся:
- Ну это, товарищи, уже слишком ! Мало того, шо , как говорится ,
спать не дают, так ещё и анархию тут развели. Надо с этим, надо с
этим кончать, товарищи, и пора бы, пора бы уже начать жить по но-
вому ! Вот мы с Райкой Максимильяновной начали ... Ведь шо главное,
товарищи ? Я считаю, шо главное начать, и я думаю, шо выражу, шо вы-
ражу общее мнение, товарищи !
В дискуссию вступает Саня Лебединский, на днях громогласно про-
возгласивший своё повышение по службе - из генерала-майора он произ-
вёл себя в генерала-генерала:
- А я считаю так : ррряз, ррряз, ррррряз - два - ттри , левой ,
левой !!!!!
(Горбунковский,поправляя очки):
- Так, вы по процедурному вопросу ??? Тогда обождите !!!
(Жиряковский,навязываясь в драку):
- Та шо ты нам рот затыкаешь ! Козёл ты, козёл однозначно !!!
(Ёлкин,встав и нахмурясь):
- Расияне ! Злопукяне !!! Не нада, панимаишш, ругаться !
(Лебединский,посадив Ёлкина и маршируя):
- Рряз ! Рряз !! Песню запеее-ее-ВАЙ !!! Саюууз нерушиимыыых!...
(Жиряковский,тыча пальцем в Лебединского):
- Та заткнёт кто-нибудь этого профессора или нет ?!!!
(Лебединский Жиряковскому, басом):
- Сам ты лодочник !!!
(Жиряковский Лебединскому,льстиво):
- Ну, погорячился, Санёк, чё ты ? Налей водички лучше ...
(Лебединский наливает в стакан воду. Жиряковский берёт стакан и сра-
зу же выплёскивает его содержимое Лебединскому на табло):
- Ты лучше помалкивай, а не то это будет твоей последней лебе-
динской песней !!!
(Лебединский Жириновскому, утираясь рукавом и сжимая кулаки):
- Упал, десять раз отжался !!!!!!
(Ёлкин, втискиваясь между этими двумя искателями консенсуса):
- Зла-пу-кин-цы! Ну чево это вы ссоритись как Какашенко с журна-
листами ! Дав-но, понимаишш, пора по-нять, чтаа-ааа ...
(Горбунковский,перебивая Ёлкина):
- Борис, ты не прав ! Ну шо это за слово "злопукинцы", таких сло-
вов не бывает, Это жи бестактно, как говорится, так бизграмотно гово-
рить, товарищи. За красотой речи надо бороться ! Вот я вам щас урок
правильной речи даду! Даду-даду ! Даду-дадуда !! Даду-даду !!!!!
(Ёлкин,хватаясь за сердце):
- #Ё)(*к+"+##, мать-перемать !!!
Все подрываются, хватают Ёлкина и уносят на операцию.
На пустыре остаётся один Толян. Он медленно хватается за перебин-
тованную собственными портянками голову и тихо стонет:" Это дурдом!".
Даже не успев как следует прийти в себя, Толян понял, что это еще
далеко не конец крутой силовой разборки, невольным свидетелем которой
он оказался. Его юная , но уже достаточно потрепанная в житейских пе-
редрягах интуиция властно заявила ему , что эту мелкоплавную шушару ,
развернувшую тут дикую активность, можно выставлять в межволостном
музее восковых фигур им. Двухсотлетия освобождения Московского Госу-
дарственного Университета от М.В. Ломоносова в качестве подпорок для
экспонатов. Сердце чуяло , что настоящего хозяина Злопукина и его ок-
рестностей (инвалид был крут, без сомнения, но ...), настоящего тене-
вого монстра , этакого паука в банке , ему еще предстоит увидеть. И с
каким блеском,дорогой ты мой читатель,эти его опасения подтвердились!
Из-за бугра, куда все потащили Елкина, донеслись какие-то шлепки,
вздохи, глухие удары и через несколько мгновений вся изрядно потре-
панная кодла (колонной по четыре, строем и в ногу, с дистанцией на
одного линейного и с песней "Ты не бойся меня, уркагана!") стройными
рядами перевалила через бугор уже в обратном направлении и чинно за-
няла свои места за столом. Ноздри отцов и детей демократии нервно по-
дергивались, руки машинально проверяли наличие пуговиц и подшитость
воротничков; Лебединский, схватив Горбунковского за шиворот, поливал
тому лысину пятновыводителем, Жиряковский , поставив Елкина по стойке
"смирно", скупыми , но эффективными тумаками подравнивал тому осанку.
Все ждали - чего-то или кого-то. И это что-то или кто-то появилось.
Послышался шорох осыпающейся под чьими-то ногами сухой земли, и
на бугре воздвигся мужик. Высокого роста, лысый, с карими глазами,
длинным носом и выступающей нижней губой, двигался он, как-то притан-
цовывая, руки постоянно совершали какие-то движения, напоминающие
хватательные. Одет он был в выкрашенную дегтем кожаную куртку и синие
портки, под курткой определялась линялая майка, на которой сквозь
легкий налет грязи просматривался загадочный рисунок в виде кулака с
отставленным средним пальцем и надписью "United States off Zlopukino"
На могучей в некоторых местах груди, на правом и левом лацканах курт-
ки, на поясе и, как потом выяснилось, на спине болтались довольно
большие позолоченные значки, с барельефом Геракла, разрывающего пасть
турецкому султану и надписью вокруг барельефа "Serve & Protect.
Zlopukinskaya state policy". "Минтяра!",- догадался Толян. "Сам ты
минтяра!", - обиженно догадался в ответ местный городовой, любимец
женщин и пенсионеров, гроза и по совместительству глава местной мафии
Степка Сягайло ...
Степка Сягайло был коренным злопукинцем, несмотря на то, что его
родители были молдаване и никогда в Злопукино не были, да, к тому же,
у них и детей-то никогда не наблюдалось (читатель , если ты можешь
представить реальный расклад этого феномена - тащи нам, ей-богу, на-
печатаем!). Еще с босоногого детства в нем проявились такие замеча-
тельные качества, как хватание чего попало за что попало и задержание
схваченного максимально долгое время. Варлам Сосипатыч, отнимая у се-
мимесячного Степки вытащенную из его дома кувалду и упираясь валенком
в лоб юному созданию, произнес историческую фразу. "Шоб ты
сд**, ****, **** **** ****, ******** * ***** ***** ** **** *****! Не
иначе - лягавым будет, когда вырастет!", - сказал он. Степке это за-
пало в душу, и, дожив кое-как до двадцати лет, он убедил Петровича
направить его в губернию, учиться на городового. Петрович, которому к
тому времени уже начали надоедать захваты за что попало и задержания
из-за угла по любому поводу, с радостью согласился и направил Степку
не в губернию, а в столицу ("Авось сгинет быстрее!", - мудро решил
он). Далее Степкина жизнь пошла наперекосяк. Прибыв в Москву, ошелом-
ленный размахом столичного города, он, дабы сберечь психику от разла-
да, пропил деньги, выделенные на обучение и из последних сил присел
прикорнуть на буфер какого-то вагона, с которого Степку согнали уже в
Пекине, причем, что с ним было все те две недели, пока поезд тащился
по Восточно-Сибирской железной дороге, он абсолютно не помнил ... По-
болтавшись по Пекину, физически ощутив бремя конкуренции со стороны
местных нищих, он решил уйти в провинцию, поближе к народу, где и
набрел на полуразвалившийся монастырь, настоятель которого был из-
вестным мастером айкидо. Всех своих монахов он уже давно замучил пос-
тоянными тренировками по выдергиванию рук и ног, и, поэтому, на Степ-
ку он накинулся с особенным энтузиазмом. Степка, сообразив, что может
научиться хватать и не пущать, как никто, учился охотно, и, в свою
очередь, чтобы сделать монахам хоть что-то приятное, научил их гнать
самогон из любого подручного материала. Через несколько лет после
этого эпохального обмена достижениями культуры в монастыре было про-
пито все, что имело хотя бы малейшую ценность и Степка решил уйти.
Провожаемый рыдающими монахами, он сел на пароход и отчалил в неиз-
вестном направлении, прихватив с собой портативную модель самогонного
аппарата в качестве платы за проезд ... Дальнейшие похождения бравого
молодца остаются тайной. Злопукинский историк Варлам Сосипатыч при
вопросах о них принимает загадочный вид и начинает что-то бормотать о
гибели "Титаника", первой мировой войне, падении Тунгусского метеори-
та и Великом Токийском землетрясении, но достоверно известно лишь од-
но: при попытке расспросить об этом Степку у того начинается неукро-
тимая рвота. На родную землю он ступил через восемь лет после отъезда
в столицу, со справкой лос-анжелесской полиции о том, что "...Стивен
Сигал с отличием прослушал курсы по ведению полицейской работы среди
населения средней полосы России и впредь имеет право работать поли-
цейским везде, кроме территории Соединенных Штатов", которую гордо
предъявил Петровичу. В результате дружеской проверки, которую Петро-
вич решил устроить новому блюстителю порядка, рухнула церковь и три
новых дома, был спущен деревенский пруд и разнесена вдребезги старая
мельница. Когда Петрович, шатаясь от усталости, удостоверился, что
оппонент еще держится на ногах, он был крайне удовлетворен и дал
"добро" на новую Степкину должность.
Порядок в селе Степка навел довольно быстро. Местных "крутых" он
заставил отчислять себе ровно половину нелегальных доходов, а вторую
половину забирал сам, объясняя при этом, что воровать плохо . Местная
"верхушка" без боя сдаваться не хотела и наняла Акафеста на предмет
поучения нехорошего блюстителя порядка. После того, как они из камы-
шей на берегу пруда двадцать минут поналюдали, как Степка глушит Ака-
фестом рыбу, единогласно было решено:"Платить!" На следующий день им
еще и поддал Акафест - за то, что натравили на хорошего человека ...
... Степка воздвигся на пригорок, и, иронически щурясь, оглядел
притихших демократов:
- Лысый, я те чо говорил ? Пач-чему лысина не по форме одежды ? Я ж
тебе, *****, говорил - выведи это пятно, **** **** ***, тоже, понима-
ешь, Михаил-Меченый нашелся ! Я тянуть резину в долгий ящик не допущу
- я ведь тоже - когда нормальный, а когда и беспощадный ! Елкин ! До-
ложите отделению о теме занятий и составе отделения !
Елкин торопливо принял подобие "стойки смирно" в исполнении стра-
дающего геморроем верблюда и торопливо произнес:
- Граждынин, панимаиш, начальник! Зылапукинскойе... нну, отдиллени-
йе народной, панимаиш, дружины ...
- ** **** ****, ******** ***** ... , - раздраженно произнес началь-
ник, и Елкин торопливо закончил:
- Ннууу... для провиденийя строевых, панимаиш, занятий по рукопаш-
ному бою постройенна! Присутствують усе!
Степка прошелся вдоль строя, пристально посмотрел на потеющего
Горбунковского, открыл было рот ... но передумал, и вновь зашагал
вдоль строя, собираясь с мыслями. Процесс этот закончился быстро, и
Степка размеренным голосом попа на проповеди начал излагать тему за-
нятий:
- Настоящий боец народной дружины не имеет право теряться перед
опасностью. Он всегда должен быть настолько собран, что его ничто не
должно застать врасплох; говоря фигурально, настоящий мастер должен
успеть понюхать цветок, написать поэму и порадоваться хорошей погоде,
а потом уже отбивать кирпич, летящий ему в голову ... Всем понятно?
Горбунковский, повторите!
- Настоящий мастер, перед тем, как отбивать кому-то голову, должон
успеть понюхать кирпич, а потом уже писать на цветок! , - отбарабанил
Горбунковский, сверкая лысиной.
- * ***** , - растерянно произнес Степка. Желая исправить положе-
ние, вперед вывалился Жиряковский и затараторил:
- Во дурак однозначчно ! настоящий мастер должен успеть пописать и
порадоваться, занюхать цветком, шоб в голову дало, а потом уже кирпи-
чом отбивать што попало однозначчно ...
Жиряковский улетел со сцены, и вперед строевым шагом вышел Лебе-
динский. Сягайло обреченно посмотрел на него уже начавшими тускнеть
глазами, а тот, гордый возможностью отличиться, медленно и весомо на-
чал:
- Везде должен быть полный порядок. Я сам прослежу. Если мастер,
перед тем как пописать, не успевает написать поэму - нечего ему де-
лать в органах. Я так считаю, и все так считать будут. Говно он, а не
мастер. Такого к кирпичам и близко нельзя подпускать, и я в этом уве-
рен ...
Только Елкин ничего не говорил. Он растерянно оглядывался в поис-
ках поэмы - Степка пер на их шеренгу с кирпичом в руках, а Елкин был
до сих пор о себе как о мастере очень высокого мнения.
"Надо срочно что-то предпринимать!", - лихорадочно раздумывал То-
лян ...
... Он мгновенно достал свой обтрёпанный карандаш и начал натужно
писать ( ударение по желанию читателя ) на бумажки ... Исписав их до
неузнаваемости, Толян спрятал огрызок карандаша и выскочил из-за при-
горка прямо перед вскипавшим Стёпкой...
Степан не очень любил, когда всякие козлы неожиданно выпрыгивают
перед ним из-за пригорка и, на всякий случай, метнул кирпич в голову
незнакомцу...
Толян как-то тоже был не особым любителем приёма кирпичей на го-
лову, и увернулся. К несчастью при выполнении этого финта он вступил
левой ногой в лужу, подскользнулся, и со всего размаху упал лицом в
клумбу декоративных кактусов, которую Степан всегда носил с собой,
чтобы успевать понюхать её в минуты опасности...
- От, блин, погодка, разломай твою кочерыжку !,-вырвалось у Толя-
на,- третий раз в лужу наворачиваюсь ...
Обомлевшая кучка руководства тупо выпучила умные глаза.
Толян выдернул десятисантиметровый шип из щеки и тихо, но очень
отчётливо сказал:"Какой кретин тут поставил это вонючее фуфло!", по-
дошёл к Сягайло и протянул ему листок бумаги.
Машинально взяв листок в руки, Сягайло попытался взять туда же и
себя. Он был в шоке. Он встретил, наконец, человека, который не прос-
то не упал, хватаясь за башку, а к тому же увернулся от кирпича ,
порадовался природе и понюхал цветок.
Дрожащими руками Стёпка развернул лист и невольный стон заполонил
окрестности. Так он и знал - это была поэма. На листочке древними
японскими иероглифами было написано :
------------------ П О Э М А ----------------------
_____________Про Зиму____________
Вот началась опять зима, но это,блин , не так уж круто !
Ведь валенок моих нема - я их пропил. И нет тулупа,
Который б душу согревал ночами тёмными и в прорубь
Вчера я с бодуна попал. И весь промок до нитки. Бродит
Пурга ... И Федька Лысый бродит деревней нашей - колобродит ...
Такой уж он лихой породы, что как нажрётся - сразу бродит!
Как алкоголь с нево выходит, тогда домой приходит, входит
В избу и канитель заводит с женой Марусею... Уходит
Последний день осенний в небо. Вроде похолодало резко ... Мне бы
Побить бы Федьку, так пасодют ментяры, блин, на хлеб на воду!
А эта сволочь снова ходит ! Пойдёт налево - песнь заводит,
Направо - сказку говорит. Когда не пьян - мопед заводит,
Как упадёт - три дня лежит! На стороне - роман заводит,
Назад - уводит лошадей. Вперёд - опять коней уводит.
(уж очень любит их, злодей!) Он каждый месяц псов заводит
И продаёт их на завод. А тех, кто в гости не зовёт,
Он по ночам в кусты заводит, заводит с ними разговор,
И этим так он их заводит, что с них потов семнадцать сходит,
(пока не смоют свой позор...) Эх, за окном собаки воют !
Видать несладко тоже им... Мороз и мне, блин, лапы ломит,
Так я ж не вою громко, блин!!! Мешают,псы ,писать поэму
Своим вокалом на луну ! Возьму - и калом брошу в стену
Квартиры Федькиной. Как пну его спины пониже . Ножкой .
Он удивится, ну и пусть ! Ведь как-то ж надо хоть немножко
Мне разгонять тоску и грусть!!!
--------------------- КОНЕЦ ПОЭМЫ ---------------------
---------------- начало постскриптума -----------------
Зловещие тучи сгущались над нами, тоску навевая
И жалость.
А мне так комфортно меж брёвен прогнивших сарая
Лежалось.
Смотрелось
Как звёзды, мелькают в загадочных пятнах земной стратосферы.
Хотелось
Заделать хотя-бы дыру в потолке надо мною фанерой.
Но перехотелось !
--------------------- конец постскриптума ------------------
- Ты ... хто ??? , - ошеломленно выдохнул Степка. Толян, всегда с
определенной долей уважения относившийся к властям, с готовностью
открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент из-за пригорка донесся
дикий, раздирающий душу рев:
- Встав... вв... ввай, пррррокллятьем закллейме - о - нный ...
Заколыхались кусты на пригорке , зашатались молодые деревья , по-
дул ветер перемен и на поляну не вышла, не выползла, а, скорее, в ы -
в а л и л а с ь баба Ульяна, она же вождь пролетариата всей Галакти-
ки, она же непревзойденный духовный лидер всех времен и народов, она
же ... Окинув поляну хитрым, с прищуром, без проблеска мысли взгля-
дом, она понимающе кивнула и основательно приложилась к большой буты-
ли с самогоном, которую держала в правой руке. Осушив ее содержимое в
три больших глотка, предводитель пролетариата молодецки запустил ее в
лысину Горбунковскому, который, видимо, не считал себя мастером: не
пробуя писать и нюхать, он вульгарно плюхнулся в лужу, что-то запоз-
дало бормоча по поводу дождливой погоды и чьей-то
...Закладка в соц.сетях
