Жанр: Электронное издание
Yurin1
...ами. В толпе, как всегда, нашлись оригиналы, которые
быстро записывали вылетающие из него междометия, словосочетания, а порой и целые
предложения.
К этому моменту Рея и Лея наконец-то устали, и Герта опять начала задавать те же
самые наскучившие ему вопросы. Отвечать на них абсолютно не хотелось, и вместо этого
Дарк разразился сложносочиненной тирадой, смысл которой сводился к тому, что мамочка
Герты очень любила прогулки по лесу, где паслось стадо озабоченных горилл.
Он, конечно же, отдавал себе отчет, что злить палача не рекомендуется, но, к
сожалению, эмоции взяли верх. К счастью, Герта не разозлилась и отреагировала весьма
спокойно, видно, кто-то из ее "клиентов" уже выдвигал эту гипотезу, или предположение
было действительно правдой, на которую, как известно, не обижаются.
Подойдя поближе, она ослабила веревку, чтобы спустить висящего пленника. Его
ступни болтались теперь гораздо ниже, от поверхности их отделяло каких-то десять -
двадцать сантиметров. Такое положение тела было гораздо удобнее для использования
батогов.
"О бедные мои ребра, как мне вас жаль!" - прошептал Дарк, увидев, что поклонницы
Садо де Марко уже отдохнули и направлялись в его сторону с длинными дубовыми шестами.
Девицы уже смекнули, что их подопечный - крепкий орешек, и решили подойти к
экипировке серьезнее: надели на кисти кожаные фиксаторы и избавились от дублетов,
обнажив тем самым торсы, которые при других обстоятельствах можно было бы назвать
весьма привлекательными. Герта приблизилась к нему вплотную и злобно прошипела в ухо:
"Что, нравятся девочки?! На сегодня они твои, доставят незабываемое удовольствие..."
Терять офицеру было уже нечего, а чувствовать себя беспомощной жертвой, не
хотелось. Сопротивляться он не мог, и единственное, что оставалось - огрызаться. Картинно
развернув голову к собравшейся публике, он нарочито громко произнес: "Не извиняйся,
Герта! Я в кавалерии служу, там лошади так смердят, что запах вспотевших баб меня не
пугает..." Добавить ничего не успел, девки остервенело накинулись на него и начали
дубасить с двойной скоростью. Ругаться больше не мог, перерывов между ударами едва
хватало, чтобы вздохнуть. Ему так хотелось отключиться, потерять сознание. "Ну почему,
почему этого не происходит... только б скорее все закончилось..." - постоянно вертелось в
его голове.
Болтаясь на веревке в состоянии странного полузабытья, он видел, что Рея разводит
костер, а Лея готовится калить железо. Спектакль близился к завершению, и публика уже
покидала поляну, бурно обмениваясь между собой впечатлениями. Сквозь гул в ушах, он
расслышал скомканные обрывки фраз: "...Агнета приказала... прекратить... на сегодня все".
Веревка ослабла, и он рухнул на землю; потом почувствовал, как кто-то тащит за ноги его
обмякшее тело.
Говорят, что люди во сне часто видят будущее, точнее, один из вариантов его
реализации, к нему же почему-то приходили только призраки прошлого...
- Совсем другое дело. Ты больше не похож на беззащитного ягненка. Немного
отдохнешь, и продолжим, только запомни, фиксировать руку надо менее твердо...
чуть-чуть помягче.
Наконец-то Джер была довольна, наконец-то занятия перестали быть сплошным
избиением. Дарк преуспел во владении мечом и мог уже продержаться на ногах целый час,
упражняясь со своей строгой учительницей. Она больше не травила его и разговаривала как
с равным, ну, почти что как с равным. Вот и сейчас они вместе сидели на длинной дубовой
скамье и обтирались водой из одного чана. Пить во время занятий Джер запрещала.
- Фехтование - это не только умелые руки, сильные ноги и отменная реакция. Чтобы
хорошо владеть мечом и победить врага, нужно еще и думать, просчитывать возможные
варианты действий, как свои, так и противника. Начиная бой, не забудь, что его
обязательно нужно закончить, и закончит его только смерть.
- Странный вы народ, эльфы, мудрые, но так сумбурно говорите, что хоть удавись.
Джер загадочно улыбнулась, отчего тень грусти пробежала по ее лицу.
- Возможно, ты и прав. Наверное, мы слишком долго живем, чтобы говорить просто,
и слишком ненавидим людей... Ты никогда не обращал внимания, что старшие братья часто
издеваются над младшими? Как ты думаешь, почему?
- Ну, не знаю...
- Они видят в них себя, таких, какими они сами были несколько лет назад: глупыми,
неуклюжими, наивными, не понимающими, казалось бы, простых вещей. Вот тебе и
описание в двух словах проблемы "человеко-эльфийских отношений", а ваши ученые мужи
трактаты пишут.
- А меня убеждали, что основной вопрос - в территориях.
- И в этом тоже, но я говорю не в государственном масштабе, а про обычную жизнь,
про таких эльфов, как я, которые уже многие годы живут среди людей, в их городах, но все
продолжают в глубине сердца ненавидеть своих младших братьев.
- Разве ты меня ненавидишь... или моего отца?
- Когда вырастешь, поймешь, мой младший брат!
Джер улыбнулась и впервые ласково погладила волосы на его голове. Очнувшись от
приступа сентиментальности, она продолжила наставление:
- Так, вернемся к тому, что ты не понял. Постараюсь выразиться попроще. Во время
боя нет сильных и слабых, нет добрых и злых, женщин и детей, есть только ты и враг.
Один из вас должен умереть, третьего не дано.
Джер ненадолго замолчала, тень грусти снова омрачила ее лицо.
- Два года назад один близкий мне человек пытался пойти по третьему пути, и был
убит. Он мастерски владел мечом и быстро расправился с противником, но проявил
милосердие - не стал добивать, просто отвернулся и пошел прочь. Тот, кого он пощадил,
хладнокровно вонзил вилы ему в спину. Дело надо всегда доводить до конца. Если ты вынул
меч, то убей врага, и пускай тебя не мучают сомнения, называемые вами, людьми,
совестью.
Прервав философские размышления, они вновь обратились к практике меча. Дарк
отрабатывал нападение, и у него уже хорошо получалось. Выбрав правильную позицию и
темп ведения боя, он теснил противника. Нанося быстрые и легкие удары, принуждал
Джер к постоянной обороне, не оставляя шанса для контратаки. Вдруг произошло нечто
странное. Защищаясь, Джер внезапно сорвала жилет, обнажив красивую упругую грудь,
призывно колыхающуюся при каждом вздохе. Дарк обомлел и застыл на какую-то долю
секунды. Воспользовавшись замешательством, Джер сделала резкий глубокий выпад, сильно
ударив мечом прямо в висок. Не успевший отойти от изумления паренек рухнул на колени,
обхватив руками разбитую голову.
Джер подошла, внимательно осмотрела рану и, убедившись, что ничего страшного не
произошло, обратилась к нему снова менторским тоном:
- Ты плохо усвоил урок. В бою нет мужчин и женщин, есть лишь ты и враг. Откинь
все чувства, забудь, что ты мужчина! Враг должен всегда оставаться врагом и должен
быть уничтожен.
За всю неделю не было ни одного дня, когда бы ему удалось нормально выспаться.
Дарк уже привык просыпаться по утрам то от головной боли, то оттого, что его нещадно
трясли. Это утро не было исключением, но на сей раз его вполне деликатно пинали в живот.
Действия стражницы объяснялись просто, пленного пришли допросить, а
дотрагиваться до его грязного, всего в кровоподтеках и ссадинах тела рукой, амазонке явно
не хотелось из эстетических соображений.
Он лежал на липком от грязи полу в узкой и темной землянке, в которой неимоверно
пахло сыростью и перегноем. Посреди комнаты стояла Агнета. Судя по гримасе ее лица,
затхлый воздух заключения ей тоже не нравился.
Жестом указав стражнице на дверь, предводительница присела на узкую скамью -
единственный чистый предмет в помещении.
- У тебя есть сказать что-то новое? - прозвучал ее лаконичный вопрос.
- Конечно, есть. Я жалуюсь на условия заключения, требую просторную светлую
темницу и теплую постель, да, еще... пожрать бы не мешало.
- Заткнись! Неужели твои мозги настолько недоделаны, что не боятся смерти? Тебя
могут убить по одному моему слову, а ты продолжаешь дерзить, ничтожество!
- Благородная Агнета, за последние несколько дней меня столько били и жизнь столько
раз висела на волоске, что я прекратил обращать внимание на подобные мелочи. Если вас
интересует, убивал ли я Зулика или нет, то мне нечего добавить к уже сказанному. Можете
сделать со мной что хотите, но сказать мне действительно нечего.
В комнате воцарилось гнетущее молчание, но к несчастью, продлилось оно не долго.
- Жаль, что все так обернулось. Ты стойкий, волевой человек и мог бы нам
пригодиться. Как ни странно, но теперь я тебе верю; верю, несмотря на полное отсутствие
логики в твоих оправданиях. Но, к сожалению, это уже не имеет значения. Зулик - не просто
мальчишка на побегушках, он был единственным наследником Богорта.
Слова Агнеты прозвучали как гром среди ясного неба. Только теперь до него дошло,
насколько безвыходна ситуация, в которую он попал.
- Богорт хотел обучить сына искусству дипломатии, поэтому и посылал к нам с
донесениями. Парень подрос бы, и ему пришлось бы общаться не только с простыми
людьми, но и уметь хитроумно обходить ловушки дворцовых интриганов. Прозорливости
ума нужно учиться с детства, вот и пристроил паренька к делу...
- И что же теперь?
- А что теперь, вчера отправила письмо к Богорту, написав про смерть сына. До правды
докапываться больше не буду, не мое это теперь дело, пускай Богорт и разбирается. За тобой
уже выслали конвой, мои люди отведут тебя в нейтральный сектор леса, где и передадут в
руки охотников, только, как понимаешь, радоваться тебе нечему, быстро не умрешь.
В избушке опять воцарилось молчание. Дарку хотелось что-то сказать, но сказать было
нечего. Картина будущего была безнадежна и ужасна. Охотники вывернут его наизнанку,
мстя за смерть сына Лесничего, вчерашнее "приключение" у дерева покажется детской
забавой по сравнению с теми муками, что ожидали впереди.
Будь у него поменьше житейского опыта, он тут же рухнул бы на колени, умоляя
пристрелить его на месте или отпустить в лес. К сожалению, он знал, что это ни к чему не
приведет. Даже если амазонка сжалится над ним, то отпустить не сможет. Единственный
способ обуздать и отвести от себя гнев Лесничего - выдать убийцу сына, и непременно
живым...
Рисуя в воображении ужасные картины ожидающих его мучений, Дарк не заметил, как
Агнета ушла. Вскоре пришла стража.
Шествие по лагерю амазонок напоминало похоронную процессию, за исключением
того, что труп еще был жив и передвигался самостоятельно. Конвоируемый четырьмя
стражницами, две из которых несли его оружие, Дарк совершенно не ощущал на себе
взглядов окружающих. Находившиеся вокруг амазонки занимались своими делами, не
обращая на него никакого внимания: ни сочувствия, ни ненависти - одно сплошное холодное
безразличие.
Миновав поляну, процессия подошла к воротам лагеря, где их уже ожидала Рея,
нетерпеливо расхаживая взад и вперед. Девушка выглядела хорошо отдохнувшей после
вчерашних "трудов праведных", на лице сияла задорная обольстительная улыбка.
Привычный костюм "а-ля сама жестокость" уступил место коротким охотничьим сапогам с
отворотами, меховому подобию набедренной повязки, открывающей на всеобщее обозрение
длинные стройные ноги и... о боже... его кавалерийскому дублету, свежевыкрашенному в
непонятное сочетание зеленых и коричневых цветов, которое спустя много веков будет
названо потомками цветом хаки.
Понятно, что привлекло внимание девицы к армейскому обмундированию. Куртка
была очень легкой, но благодаря вшитым внутрь стальным пластинам, хорошо защищала
владельца, как от стрел, так и от рубящих ударов. Кроме того, прикрепленные поверх
рукавов наручи не только защищали руки, но и, как показала недавняя практика, могли быть
эффективно использованы в нападении. Нашивки и прочие знаки различия были аккуратно
срезаны, а на левом рукаве красовалась желтая повязка.
"О боже, только не это, - прошептал Дарк, осознав, что именно Рея будет командовать
конвоем, - я не выдержу еще шесть-семь часов издевательств".
Отчитав подошедших стражниц за нерасторопность, мучительница кошачьей походкой
подошла к Дарку. Кокетливо улыбаясь, ласково положила руки на плечи, а затем резко
прижалась к его груди, нежно обхватив голову.
- Привет, солдатик. Ну, как ты после вчерашнего? Курточку узнаешь? Хороша-а-а, да?
А самое главное - "потной бабе" как раз впору пришлась!
При слове "бабе" девица сильно сжала шею руками, так что края наручей чуть было не
раздавили артерии. Кровь прилила в голову и бешено стучала в висках, дышать было нечем,
и Дарк почувствовал, что теряет сознание. Неожиданно Рея ослабила хватку и тихо
прошептала ему на ухо, как будто делилась с ним загадочной тайной: "Герта просила
передать тебе привет, мно-о-ого приветов, котенок..."
Наконец-то Рея потеряла к нему интерес. Подозвав одну из стражниц, приказала
покрепче связать пленного и захватить его амуницию, которую тоже передадут охотникам.
Через пять - десять минут, ушедших на последние приготовления, отряд двинулся в путь.
Вскоре лагерь скрылся из виду, и у Реи снова улучшилось настроение. Вооружившись
уже знакомым ему дубовым шестом, она шла в двух-трех шагах позади заключенного и
методично, через равные интервалы времени, наносила резкие тычковые удары в затылок,
бок, икры, позвоночник, которые непременно сопровождались всевозможными шутливыми
комментариями и одобрительным хохотом стражниц. В общем, девчонки повеселились на
славу.
Вначале издевательства бесили Дарка, пару раз он даже прикусил губу, сдерживая
вырывающиеся крики боли и ярости, но потом, как ни странно, привык. Что-то притупилось
и в измученном теле, и в оскорбленном сознании. В конце концов "игра с телом" наскучила,
и его оставили в покое.
Он не помнил, сколько они пробрели, пока Рея не отдала отряду приказ остановиться и
приготовить оружие.
- Ну вот, кажется, и все, пришли. Знаешь, я хотела бы довести тебя до охотников, а
потом пойти с ними и насладиться, как медленно-медленно из тебя вынут кишки. Возможно,
мы бы обменялись опытом, я могла бы показать им пару интересных трюков. Но, к
сожалению, моему сожалению, нашу великую воительницу Агнету на старости лет мучают
приступы доброты.... Да, да, она вдруг решила облегчить тебе участь и пристрелить по
дороге, якобы при попытке к бегству. О... я вижу радость в твоих глазах, радость и
облегчение. Ты прав, если думаешь, что я не осмелюсь нарушить приказа. Я выполняю
указания точь-в-точь, как велит мне мой долг, но до этого... я немного отведу душу,
пройдясь напоследок по твоей спине еще пару раз за оскорбления, нанесенные лично мне и
наставнице Герте. На колени, мразь!
Весть о решении Агнеты действительно обрадовала Дарка, обрадовала как
помилование. Обнадеженный хорошим известием разум усиленно начал просчитывать
варианты, как избежать "прощальных поцелуев", и, кажется, нашел решение.
Медленно встав на колени, Дарк гордо вскинул голову и обратился с последней речью
к своим мучителям:
- Давай, выполняй свой долг, хотя, если честно, то меня тошнит, насколько вы, девки,
глупы и спесивы. Мелете языками направо да налево, словами красивыми кидаетесь:
свободные воительницы, благородная предводительница, долг, честь, свобода.... Тьфу, да вы
даже смысла этих слов понять не в состоянии. Не влезают понятия эти в ваш куриный
рассудок, так вы их под свой бабий лад приспособить пытаетесь.
Поскольку его до сих пор еще не прервали ударами палок, шанс выкрутиться все-таки
был.
- Мужиков вон терпеть не можете, их грязными похотливыми свиньями называете, а
вот ни одному мужику в голову не придет, так за честь свою бороться - безоружного,
связанного человека палками бить. У нас, грязных мужланов, по-другому за честь
поруганную да оскорбленную мстят - на поединок вызывают.... Ну что ж, бей! Видно, мне
на роду такой позор написан, от бабья неотесанного смерть принять.
Как ни абсурден был план спасения, как ни наивен, но он сработал. Злобно сузив глаза,
Рея отбросила шест прочь и выхватила из-за пояса ятаган. Одним прыжком оказалась рядом
с пленным и разрубила путы.
- Марса, дай меч подонку!
- Но как же, Агнета...
Амазонка не успела продолжить, получив по лицу стальными наручами.
- Не смей перечить, дрянь, меч говорю!!!
Нордер снова вернулся к своему хозяину. Как приятно было ощущать ладонью его
мягкую кожаную рукоять, смотреть на ровное, полированное лезвие. Права, ох права была
древняя поговорка: "Коль меч в руке, не все потеряно".
Рея яростно кинулась в бой, нанося обидчику молниеносные и сильные удары, крутясь
в пируэтах и сбивая противника с толку. Она была хороша: напориста, энергична и
непредсказуема. С первой же секунды схватки смотревшим со стороны амазонкам стало
ясно, что Дарк разозлил зверя, которого вряд ли сможет обуздать.
Он отступал, отступал, постоянно ставя блоки и пропуская скользящие удары. На его
голом торсе уже краснело несколько свежих порезов. В голове солдата крутилась навязчивая
мысль: "Продержаться, главное продержаться, хотя бы минуту... еще чуть-чуть, пока не
отойдут от оцепенения руки, пока кровь не разольется по онемевшему от двухдневных пут
телу...". И Дарк продержался.
Он вновь почувствовал силу рук и гибкость суставов, почувствовал, как проходят боль
и усталость, как нормализуется учащенное дыхание.
Рея продолжала наступать, тесня противника к краю бездонного оврага, ей осталось
совсем немного. Бой проходил в таком диком темпе, что казалось, противник вот-вот
совершит ошибку, вот-вот неправильно среагирует на безумный полет ятагана и не успеет
отразить последний, решающий удар. Но ошибку совершила она: увлекшись нападением, не
заметила, что противник уже вошел в темп боя и теперь просто ждал удобного момента для
контратаки.
Совершив ряд обманных ударов, Рея сильно рубанула с пятой позиции, сверху вниз,
надеясь разрубить пополам голову врага, не успевшего бы ни быстро отпрыгнуть, ни поднять
меч для блока. Неожиданно Дарк резко ушел вниз, присев на корточки и подняв обеими
руками меч над головой. Ятаган пролетел вниз и наткнулся на нордер всего в метре от земли.
Сила инерции потащила Рею за рукой, вперед. На какую-то долю секунды амазонка нависла
над противником, оставив незащищенной нижнюю часть тела. Резким боковым разворотом
меча Дарк перерубил икроножную мышцу на правой ноге и тут же кувырком ушел вбок.
Быстро поднявшись, он кинулся на врага, прибивая его сильными ударами к земле и не давая
встать в полный рост.
Рея слабела, из разрубленной ноги хлестала кровь. Стоя на одном колене, ей с каждой
секундой было все труднее и труднее сопротивляться. И вот наступил момент, когда рука
ослабла и выронила меч, глаза закатились, и беспомощное тело воительницы пало на землю.
Подойдя ближе. Дарк занес руку для последнего удара. "...И каждый бой завершает
смерть..." - пульсировало в голове. Но добить врага так и не удалось. Не вмешивающиеся до
этого момента в бой стражницы встали на защиту своего командира.
"А ну отойди и положь меч!" - послышался за спиной голос. Обернувшись, Дарк
увидел четыре лука, нацеленных ему в голову.
Командовала амазонка с окровавленным лицом, та самая, что получила от своей
подруги наручем: "Карпа, Инга, помогите Рее, быстро! Нома, свяжи ублюдка!"
Отданным приказаниям не суждено было сбыться, впрочем, так же, как Марсе стать
командиром. Из кустов, находившихся всего в двадцати метрах от места схватки, с шумом
вылетел болт и вонзился прямо в лоб командующей амазонке. Нома, все еще державшая на
прицеле Дарка, отпустила тетиву. Он инстинктивно пытался парировать стрелу мечом, но не
успел, уж слишком близким было расстояние, зато инерция финта отклонила тело немного
вбок и стрела пролетела мимо, содрав лишь кусок кожи над ухом.
Тем временем кусты снова зашевелились, и послышался грозный свист еще одного
болта, перешедший в душераздирающий женский крик.
Абсолютно не задумываясь над возможными последствиями своего поступка, Дарк
рванулся к краю оврага и "ласточкой" прыгнул вниз. Сильно ударившись о землю в конце
полета, он еще долго катился кубарем по пологому скату, сшибая сучья деревьев и подминая
под себя кустарники, пока не достиг дна. Немного отдышавшись и проверив целостность
костей, медленно полез вверх. Раза три-четыре он падал и скатывался обратно, но все же
вставал и упорно продолжал попытки выбраться, пока одна из них не увенчалась успехом.
Вновь оказавшись на поверхности, увидел поляну, усеянную телами амазонок. Во всех
трупах, даже в голове Реи, торчали одинаковые как братья-близнецы арбалетные болты.
Кусты больше не шевелились, видно, тайный доброжелатель пожелал остаться по каким-то
причинам неизвестным. Тишину леса нарушали лишь пение птиц да успокаивающий шепот
деревьев.
"Ну, вот и все. Я снова один, снова не знаю, куда идти и что делать, - вертелось в его
голове, - хотя нет, что делать я, пожалуй, знаю - немного поспать, часов двенадцать, не
больше..."
Глава 6
Джентльмены удачи
Один, два, три, четыре... девять и еще три в палатке, итого двенадцать. Плохо, как
плохо, - тихо шептали губы Дарка, внимательно следившего за перемещением амазонок по
стоянке. Уже три часа он лежал посреди разросшегося до неимоверных размеров куста дикой
смородины и наблюдал за отрядом, на который наткнулся совершенно случайно. Шансов
обнаружить его у амазонок почти не было, уж больно крупным был куст, а снятый с одной из
убитых стражниц маскировочный плащ делал его абсолютно невидимым посреди зелени.
Вначале он лежал без движения, боясь выдать свое присутствие малейшим звуком или
треском сучьев, однако, хороший камуфляж и ветреная погода, постоянно приводившая в
движение ветки, внушили Дарку мысль о полной безнаказанности его действий. Теперь он
много возился, часто меняя положение затекших рук и ног, и даже прихлопывал порою
назойливых комаров, пытающихся пировать на открытых участках его тела.
В принципе он мог уже давно и совершенно безнаказанно потихоньку выбраться из-под
куста, отползти на безопасное расстояние и пойти своей дорогой. Однако лежать посреди
колющейся смородины его заставлял не страх быть обнаруженным при отходном маневре, а
иное, не менее важное обстоятельство.
Проснувшись после спокойного и продолжительного сна, он впервые за несколько дней
почувствовал себя счастливым и отдохнувшим. Логика подсказывала вернуться на место боя
и собрать амуницию с убитых; и он решил последовать гласу рассудка, несмотря на полную
темень вокруг.
Обшаривать трупы пришлось впотьмах, почти на ощупь. Стащив с Реи свою же
когда-то черную куртку, он прихватил лук с полным колчаном стрел, а затем собрал
полупустые фляги с водой. Провизии, к сожалению, не было. Амазонки шли недалеко и
рассчитывали обернуться всего за один день, так что тащить с собой лишний груз смысла не
было. На следующий день, ощущая потребность утолить разбушевавшийся желудок, он
пытался охотиться, но его старания скорее походили на подвиги слона в посудной лавке...
И вот он лежал под этим проклятым кустом в надежде украсть провизию. Начинать
действовать можно было лишь с наступлением темноты, когда отряд заснет, а "на часах"
останется лишь пара полудремлющих амазонок. Сейчас же он коротал время, наблюдая за
происходящим.
Припасы были сложены прямо у костра, так что долгих поисков в потемках не
предвиделось. Тюков с едой было много, значит, до конечной цели путешествия отряду было
еще далеко. Возможно, это именно та экспедиция, к которой он должен был присоединиться
по желанию Богорта. Если так, то ему крупно повезло. Украсть провизии надо немного,
чтобы никто не заметил, затем можно было бы осторожно следовать за отрядом, прячась по
кустам и оврагам. Они идут к горе Аль-Шар, что в Кодвусе, лучших проводников ему все
равно не найти. Главное - действовать скрытно и не теряя бдительности.
Сомнения насчет цели экспедиции были внезапно развеяны. Вышедшая из палатки
амазонка откинула капюшон плаща, и он увидел длинные русые волосы с кудряшками на
концах. "Ильза... ну конечно же, такую важную и рискованную экспедицию должен был
возглавить кто-то, кто пользуется личным расположением и доверием Агнеты. Они точно
идут к Аль-Шар!" - обрадовался Дарк, одновременно морщась от очередного укуса
представителя семейства комариных.
Небо в эту ночь было на удивление ясным, и звезды ярко мерцали в просветах между
густыми кронами деревьев. Ничто не нарушало полный спокойствия сон лагеря. Караульных
было всего трое: одна амазонка сидела у костра, подкидывая дров, а две другие
прохаживались вокруг палаток, изредка подходя к своей более удачливой подруге и
обмениваясь парой слов о чем-то о своем, "о женском"... Смена троицы подходила к концу,
стражниц уже клонило в сон, и они потеряли бдительность. Наступило самое удачное время
для "ночных деяний".
Осторожно передвигая конечностями и прижимаясь как можно плотнее к земле, Дарк
медленно выполз из всего колючего укрытия. Глаза неусыпно следили за воительницами,
мирно беседующими у костра, ловили каждый их жест, пытаясь предугадать их дальнейшие
поступки. И вот, двое снова ушли на обход палаток, медлить было нельзя. Стараясь не
шелестеть травой и не задевать особо трескучих сучьев, он прополз метров пять и скатился в
неглубокую яму, где и застыл, внимательно вслушиваясь в тишину.
Казалось, что первая перебежка удалась, по крайней мере со стороны часовых не
последовало никаких действий. До заветных мешков с провизией оставалось еще пять-шесть
шагов, то есть еще один короткий бросок. Перегруппировавшись и собравшись с духом,
Дарк начал медленно ползти, прислушиваясь к приглушенным голосам часовых после
каждого неловкого, как ему казалось, движения.
Порой излишняя осторожность еще хуже, чем беспечная невнимательность. Боясь быть
обнаруженным, он двигался слишком медленно и не успел пробраться к мешкам до прихода
стражницы.
Она была всего в шагах десяти и ничего пока не заметила, но шла точно в его
направлении и через несколько секунд обязательно увидела бы распластанный на земле
силуэт вора.
И снова голову осенил извечный вопрос: "Что делать?" Отползти назад он уже не
успел бы. Чтоб
...Поділитися у соцмережах
