Жанр: Электронное издание
yonder
... к Вестерну?
- Ответ напрашивается сам собой, не так ли? - спросила она, близко
наклонившись к нему. - Я понимаю, что не имею никакого права просить вас
об этом... Вам ведь будет предоставлен только один сеанс... Вы, скорее
всего, пожелаете поговорить со своей женой, или родителями, или с
кем-нибудь еще, кто вам дорог. Или, может быть, вам, как преподавателю
истории, захочется выяснить... ну, скажем... был ли замешан военный
министр Стентон в убийстве Линкольна...
- Над этим уже работает Лассаль из Чикагского университета. Он
получил государственную субсидию. Но выяснение того, был или не был убит
ваш отец, было ли это убийство умышленным и кто его совершил, кажется мне
более важным, чем убийство Линкольна. По сути, это может стать вообще
наиболее важным из всех дел об убийстве.
- Так вы согласны! - выпалила она.
- Подумаю.
Коварно замаскированным побочным эффектом этого разговора, подумалось
ему, явилось то, что его исподволь подвели к решению, противоречащему его
собственной теории. Вместо того, чтобы придерживаться мнения об этих
существах, как о живых, но не имеющих ничего общего с людьми, он начал
думать о них, как об умерших людях. Патриция, взывающая о помощи,
Патриция, убежденная в истинности утверждений Вестерна...
5
Когда-то давно Гордон Карфакс решил никогда не возвращаться в
Лос-Анджелес.
И вот он уже на борту реактивного лайнера, совершающего посадку в
международном аэропорту "Риверсайд".
Сверху кажется, что территория Западной Аризоны окутана густой
серо-зеленой дымкой. Очертания гор размыты - так выглядят океанские хребты
в окне подводной лодки. Где-то там расположен заповедник Кофа, где еще,
как сообщают, бродят последние дикие североамериканские пумы со
слезящимися от смога глазами и непрерывно кашляющие. Там же произрастают и
последние гигантские кактусы. Правда, в их, почти повсеместном,
исчезновении виновато не только загрязнение атмосферы.
Президент обещал, что в течение десяти лет, каковы бы ни были
затраты, смог будет уменьшен до уровня 1973 года.
Пока Гордон размышлял, самолет, приземлившись, подкатился к одной из
вышек. Телескопический переход соединил его салон со зданием аэровокзала.
Карфакс прошел в это, похожее на кондиционированную пещеру, здание и сразу
же узнал высокого худого мужчину с широким лицом и коротко остриженными
седыми волосами - Эдварда Тоурса, с которым говорил по видеотелефону,
когда звонил Вестерну.
Встречающий и прибывший обменялись рукопожатиями и несколькими
короткими фразами о погоде. Насколько все не любили смог, он все же
представлял собой нечто такое, о чем можно было всегда поговорить.
От смога они как-то незаметно перешли к повышению налогов, к пляжам,
куда пускали только участников конкурсов красоты, вспомнили о
филадельфийском побоище, иранском кризисе и снижении уровня грамотности.
Когда они поговорили на эти темы (по крайней мере, пробежались по ним),
багажный автомат выплюнул два чемодана Карфакса. Небольшая трехколесная
тележка-робот подкатилась под чемоданы, поднятые в воздух стальными
манипуляторами; захваты опустились, ставя их плашмя; тележка покатилась к
Карфаксу и стала в полуметре от него. Он опустил в прорезь на пульте
тележки свой пластиковый жетон, и двое молодых парней подхватили багаж.
Тележка развернулась и укатила.
Тоурс, как и оба его сотрудника, был одет в ярко-оранжевый летний
деловой костюм. На серебряной цепочке висел большой серебряный медальон, в
верхней части которого кружком была обведена золотая буква "М" - "Медиум".
Карфакс заметил, что такой же фирменный знак выдавал принадлежность к
"Медиуму" почти половины толпившихся в здании людей.
- Нам придется воспользоваться монорельсом, - сказал Тоурс. -
Извините, но теперь запрещено ездить неэлектрическими видами транспорта.
Особенно за пределами аэропорта. Мало того, что нас заклеймят
отравителями. Придется еще уплатить штраф. Поймите...
- Я и не ожидал увидеть лимузин с водителем, - улыбнулся Карфакс.
Кроме того, монорельс развивает большую скорость, нежели автомобиль.
Они прошли в вестибюль станции монорельсовой дороги. Минутой позже,
скрипя и шипя тормозами, к перрону подкатился голливудский экспресс. Они
вошли в один из яйцеобразных вагончиков, и еще через несколько минут уже
мчались со скоростью 250 километров в час. Карфакс, заняв место у окна,
осматривал местность.
Смог оказался далеко не таким густым, как это представлялось с высоты
двенадцати тысяч метров, и пока что не доставлял особых неудобств,
поскольку в вагоне работали кондиционеры.
Городские кварталы продвинулись еще почти на 35 километров на восток.
Теперь там, где раньше были выжженные солнцем пустыни, простирались улицы
с громадными жилыми домами и другими бетонными сооружениями. В старой
части города небоскребы еще больше вытянулись ввысь, а многие улицы стали
двухъярусными и имели несколько уровней для транспорта. Некоторые из них
исчезли под зданиями. Почти все пешеходы украсили свои лица противогазами
или кислородными масками. В остальном же город изменился мало.
Через пять минул экспресс уже остановился на станции
"Хайлэнд-Сансет". Карфакс отметил, что бульвары Сансет и Голливуд стали
двухъярусными.
Все четверо с Тоурсом во главе спустились эскалатором в пластмассовый
туннель, который вывел их на верхний ярус улицы. Внутри небольшого
павильончика они сели в ожидающий такси-кэт - новинку, работающую на
топливных элементах, колеса которой имели индивидуальный электропривод.
Вся одежда бритоголового водителя состояла из ядовито-голубых шортов и
ярко-красного платочка на шее.
С невероятным трудом машина втиснулась в медленно ползущую по
путепроводу через Никольс-Каньон прямо на частную объездную дорогу,
которая шла вдоль горного склона к особняку Вестерна. Примерно через
полкилометра машина остановилась возле домика охраны перед подъемным
мостиком. Тоурс вложил кодовый жетон в прорезь опознающего аппарата,
шлагбаум поднялся и мост опустился. Они поехали дальше.
Путепровод поддерживали массивные опоры. Он огибал крутую гору,
разветвляясь на множество дорог, которые оканчивались перед особняками,
возведенными прямо на склонах. Естественная красота этих склонов была
изрядно подпорчена пластиком, металлом и бетоном, которые, однако, большей
частью покрывал плющ.
Сквозь густое ограждение вдоль дороги Карфакс различил большую
автостоянку у подножья горы, расположенную рядом с высоким белым жилым
домом. Множество людей, разбившись на четыре группы, держали в руках
огромные плакаты. По краям стоянки было припарковано немалое количество
полицейских автомобилей.
- Вестерниты и антивестерниты, - пояснил Тоурс. - Большая группа -
это сторонники Вестерна. Остальные - его противники, но враждующие между
собой: католики, баптисты, представители церкви, проповедующей преклонение
перед науками и небольшая группа карфаксистов. Прошу прощения, если этот
термин покажется вам не совсем удачным.
- Я не давал согласия пользоваться моим именем ни одной организации,
- сказал Карфакс. - До сих пор, по крайней мере.
- Неплохо было бы, если бы вы сами сказали им об этом, - заметил
Тоурс.
Дом Вестерна располагался на самой вершине холма. Это было
трехэтажное здание из дерева и кирпича в стиле, характерном для эпохи
Гражданской войны. Перед огромным крыльцом на лужайке и среди цветущих
кустов, окружающих дом, работали негры во всем белом. Карфаксу
представилось, что сейчас на крыльцо выйдет отставной полковник с козлиной
бородой и женой в криолине.
- Садовники на самом деле являются охранниками, - объяснил Тоурс. -
Растительность же сделана из пластика.
- А косилки и ножницы?
- В косилках нет ножей, ножницы - тупые. Мистеру Вестерну не нравится
атмосфера полицейской службы, но иметь охрану необходимо. Слишком многие
заблуждающиеся люди, вроде Филлипса, например - вы, наверное, о нем читали
- желают его смерти. Некоторые фанатики считают, что сумеют уберечь свою
религию от дискредитации, если устранят создателя "Медиума". Все они,
разумеется, сумасшедшие.
- Как я понял, м-р Вестерн беседовал с Филлипсом всего лишь через
шесть часов после его смерти?
- Да, Филлипс был обнаружен и опрошен, хотя и коротко. Он еще не
оправился от потрясения, которое получил, осознав, что стал эмсом. Поэтому
хорошего контакта не получилось. Однако м-р Вестерн намерен поговорить с
ним еще раз, поскольку считает, что показания Филлипса могут убедить
других приверженцев этой веры, что "Медиум" - не мошенничество.
Такси остановилось перед массивными металлическими воротами в конце
подъемной рампы. Через несколько секунд ворота отворились, машина обогнула
дом и проехала в цокольный этаж здания. Позади такси захлопнулись
эластичные двери, и пассажиры покинули его. Тоурс протянул водителю свою
кредитную карточку. Тот засунул ее в прорезь счетчика и вернул владельцу.
Через полминуты такси уже выехало через распахнувшиеся на мгновение двери.
Карфакс заметил, что всякий раз, когда двери открывались, серо-зеленый
смог отгонялся от входа сильной струей воздуха.
Тоурс повел его по лестнице (20 ступенек - сосчитал на всякий случай
Карфакс) наверх, в огромную, красиво обставленную комнату. Четверо
находившихся в ней человек, казалось, ничего не делали, слоняясь с
непроницаемыми лицами. Карфакс ожидал, что здесь его обыщут, но никто не
позаботился это сделать. Наверное, детектор металла находится где-нибудь
на лестнице, подумал он.
Потом они прошли через зал с высоким потолком и росписью на стенах в
стиле этрусских фресок в направлении лифта, который доставил их на третий
этаж. Тоурс не прикасался к пульту управления. По всей вероятности, пульт
находился в кабине только для видимости, а управлял лифтом человек,
следящий за ними с помощью скрытой камеры. Карфакс подумал, не ведет ли
лифт в самый низ - в гараж.
Они вышли прямо в огромное помещение, где за двадцатью столами
мужчины и женщины разговаривали по телефонам, диктовали автоматическим
пишущим машинкам, просматривали газеты и прослушивали магнитофонные
записи. Личная секретарша Вестерна, миссис Моррис, статная женщина средних
лет, улыбаясь, провела их через небольшой холл в кабинет с пустым
письменным столом и компьютерной стойкой. Дальше виднелся длинный коридор
и узкий вход в небольшую комнату.
Тоурс взмахнул рукой перед телекамерой, установленной под самым
потолком, и раздвижная дверь скользнула внутрь стены.
Открывшаяся за ней комната с виду была очень прохладной - может быть,
такое ощущение создавалось ярко-белым цветом стен. На них висели какие-то
большие карты, назначение которых Карфакс не смог определить. Кроме
небольшого письменного стола и нескольких кресел, никакой другой мебели в
комнате не было.
В центре ее стоял Вестерн, положив руку на свое детище - "Медиум".
Надо отдать должное - Вестерн не делал никаких попыток создать
таинственную атмосферу. Атрибуты мистицизма, такие обычные для помещений
спиритов, здесь отсутствовали начисто. В комнате не было ничего лишнего, с
потолка лился яркий свет. Перед темно-серым десятиметровым кубом
располагался консольный пульт управления со множеством панелей, приборов,
переключателей, ручек регуляторов, сигнальных ламп и видеоэкранов. Кабеля,
переплетаясь уходили под пол.
Вестерн, наблюдая за гостем, улыбался. На нем не было ниспадающих до
пола одежд, испещренных астрологическими символами, не было и строгого
костюма делового человека. Можно было подумать, что он только что покинул
теннисный корт. На эту мысль наводила и белая безрукавка. В глубоком
вырезе на груди виднелись густые курчавые волосы; такими же волосами были
покрыты мускулистые ноги.
Медальона с эмблемой фирмы на нем не было.
Улыбаясь, Вестерн сделал несколько шагов навстречу Гордону и протянул
ему крепкую волосатую руку.
Когда он улыбался, он становился очень похож на Патрицию.
Следующие несколько минут хозяин непринужденно беседовал с гостем:
расспросил, как прошел полет, сделал обычные замечания в отношении смога.
Жизнь в Лос-Анджелесе, жаловался он, может быть терпимой только в том
случае, если вы очень богаты и сидите дома, по крайней мере, шесть месяцев
в году.
- А теперь, ближе к делу. Позвольте задать вам один вопрос. Наша
двоюродная сестра была у вас?
Карфакс не ожидал такой прямоты. Весь его тщательно разработанный
план рухнул в одну секунду.
Конечно, нужно было сказать правду, но не всю - просто добиться чтобы
Вестерн убедился в том, что он не лжет. Скорее всего, ему известно, что
Патриция летала к нему в Бусирис.
- Да, - ответил он, стараясь выглядеть столь же непринужденно, как и
Вестерн. - Она прилетела, по сути, без предупреждения. И гостила у меня
около недели.
Карфакс очень тщательно осмотрел в те дни свой дом, стараясь отыскать
скрытые микрофоны, но никаких следов подслушивающей аппаратуры не
обнаружил. За Патрицией, скорее всего, следовали до самого Бусириса, или
же просто выяснили, куда она летит у администрации авиакомпании. Ну, а
догадаться, кого именно она решила навестить в Бусирисе, труда не
составляло.
- Я не слишком удивлен этим, Гордон, - сказал Вестерн. - Не знаю,
каково ваше мнение о ней, но лично мне кажется, что бедняжка до глубины
души была потрясена гибелью своего отца. Она очень его любила. Пожалуй,
даже слишком. А обстоятельства его трагической смерти были таковы, что
смогли бы вывести из себя даже очень уравновешенного человека.
Догадываюсь, что она вам поведала - что я украл чертежи "Медиума" и,
поскольку одно вытекает из другого, убил ее отца. Ведь так?
Вестерн определенно знал, как обезоружить Карфакса.
- Да, - пришлось признаться ему.
- И вы ожидали или, во всяком случае, надеялись воспользоваться
"Медиумом" для выяснения правды?
- Вы слишком мнительны, - с невольной резкостью произнес Карфакс. По
правде говоря, а мне хочется верить, что мы оба правдивы друг перед
другом, я не был уверен в том, что попрошу вас отыскать дядю. У меня есть,
видите ли, свои собственные интересы.
Вестерн рассмеялся.
- Я предоставлю вам два сеанса, Гордон. Признаться, это будет стоить
мне немало, но не такой уж я эгоист. Мне просто хочется убедить вас и,
само собой, ваших последователей в своей правоте. Думаю, что ваша гипотеза
и другие, ей подобные, будут опровергнуты начисто. Уже завтра здесь
появится целая толпа моих оппонентов, которым будет разрешено бесплатно
поработать с "Медиумом". Среди них будет троица иезуитов: выдающийся
физик, видный богослов и специалист по изгнанию нечистой силы. Причем
экзорцисту дано разрешение попрактиковаться в изгнании дьявола, если он
того пожелает. Наряду с иезуитами я пригласил известных священников
англиканской и методистской церквей, двух раввинов, православного попа,
лютеранина, известного атеиста, являющегося также автором
научно-популярных книг, главу африканского анимического культа...
нигерийца, если я не ошибаюсь. Собственно, насколько объективной будет эта
комиссия, я не знаю. Ведь их религии, включая и атеизм, поскольку он
является одной из форм верований, будут, скорее всего, разрушены до самого
основания. Когда это случится, они сами должны будут испытать глубокое
душевное потрясение. Вера человека часто является глубинным проявлением
его сущности. Возникнувшие сомнения в истинности представляют угрозу
цельности личности, уверенности в себе. Очень немногие в состоянии
выдержать такое испытание.
Улыбка снова осветила его лицо.
- Надеюсь, вам это не грозит. Не знаю, откуда вы почерпнули свою
гипотезу. Разве что начитались научной фантастики...
Карфакс вздрогнул.
- Извините, - опять улыбнулся Вестерн. - В действительности
предпосылки, на которых вы строите свою гипотезу, нельзя назвать нелепыми.
И все же, я уверен, что факты развенчают ее.
Голос его стал громче, лицо чуть-чуть раскраснелось.
- Господи! Да что еще нужно людям? Федеральная комиссия провела
тщательнейшее, подробнейшее расследование, и вам должно быть известно
С трудом поднявшись на ноги, он прислонился к стене и на мгновение
ощутил себя в безопасности. Но тут же подумал, что стены не могут служить
преградой для привидений. Нет ничего непроницаемого на атомно-молекулярном
уровне. В микрокосмосе расстояния между атомами огромны, и слишком многое
может проскользнуть между ними.
Он отшатнулся от стены, словно опасаясь, что сверкающие щупальца
протянутся сквозь щели невидимых миров и утащат его.
- Мне показалось, что эта штука... дядя Руфтон вот-вот выпрыгнет из
экрана и обволочет меня.
Вестерн отнесся к его словам серьезно.
- Давайте выпьем кофе.
Они прошли по светлому коридору, завернули за угол и вошли в
небольшую комнату. Стены ее украшали яркие сцены морской жизни,
скопированные с критских росписей - голубые осьминоги, желтые дельфины.
Пол устилал роскошный ковер. В одном из углов торжественно сиял огромный
серебряный кофейник. Вестерн подошел к нему и взял большую керамическую
чашку.
- Сливки или сахар?
- Спасибо, я не хочу кофе.
Он положил в свою чашку два кусочка сахара, налил изрядное количество
сливок и принялся энергично перемешивать. Затем подул, сделал несколько
глотков и произнес:
- Теперь вы понимаете, почему мы требуем от клиентов подписывать
некоторые бумаги, освобождающие нас от ответственности. И почему прежде,
чем рассмотреть заявление, знакомимся с заключением о состоянии здоровья
клиента, подписанным дипломированным врачом.
- То есть все люди, арендовавшие до сих пор "Медиум", были
практически здоровы?
- Ни у кого из них не было признаков прогрессирующих
сердечно-сосудистых заболеваний или умственного расстройства.
- А старуха, которая хочет побеседовать со своей совестью?
- Ей будет отказано.
- А что вы скажете насчет моего опыта?
Вестерн поднял густые брови.
- Вы не первый, кому показалось, что светящийся шар представляет
угрозу. Это чисто зрительная галлюцинация, смею вас в этом заверить. Эмс
не имеет ни малейшей возможности вырваться из своей колонии и проникнуть
сквозь барьер между их вселенной и нашей. Не знаю, что является причиной
этого явления. У меня нет даже простейшей гипотезы на этот счет, хотя я
уверен, что это чисто психологическое явление.
- Существуют ли другие явления, подобные этому?
- Да. Иногда клиент испытывает нечто прямо противоположное - ему
кажется, что его затаскивают в экран.
- Почему же я ничего не знал об этом? - удивился Карфакс. - Ведь
прочел относительно "Медиума" все, что только можно было достать.
- Мы не скрываем неблагоприятные факторы - по крайней мере, не
запрещаем клиентам говорить о них. Но и не афишируем - подобная информация
будет соответствующим образом настраивать клиентов перед сеансом. Вообще
же мы намерены обнародовать это в будущем, но только тогда, когда у нас
появится приемлемая теория на сей счет. Не забывайте, что "Медиум"
является новинкой, к его услугам прибегло только около 600 человек, мы
многого пока не знаем, и перед публикацией хотели бы провести всестороннее
исследование.
Это объяснение не показалось Карфаксу удовлетворительным, но у него
не было веских опровержений.
- Вы все время говорите "мы", - сказал он. - Я считал, что решения
здесь принимаете только вы.
Вестерн улыбнулся.
- Да, коллектив возглавляю я. И "Медиум" принадлежит мне. Принципы
его работы я храню в строгой тайне, он даже не запатентован, потому что
мне не хочется, чтобы его чертежи были выкрадены из патентного управления.
А это непременно произошло бы, поскольку "Медиум", как вы, наверное, уже
устали слышать - величайшее открытие со дня сотворения мира.
- Мне, кажется, пора, идти, - сказал Карфакс.
Вестерн поставил чашку.
- Пожалуйста. Но мне хотелось бы еще побеседовать с вами - попозже,
когда у меня будет больше свободного времени. К тому же вам нужно прийти в
себя, отдохнуть. Думаю, уже завтра вы сможете принять или отклонить мое
предложение о втором бесплатном сеансе.
По коже Карфакса забегали мурашки. Не потому, что ему неприятен был
намек Вестерна. Он вынужден был признаться самому себе, что боится.
Действительно боится второго сеанса. Но и отказываться от еще одной
возможности он не собирался.
- Не обязательно ждать до завтра. Я принимаю ваше предложение. И,
думаю, сумею высидеть до конца.
- Хорошо.
Взгляд Вестерна был каким-то странным, но Карфакс подумал, что это -
отражение его собственного растревоженного состояния.
- Вы хотите еще раз вступить в контакт с дядей Руфтоном?
Карфакс сглотнул слюну и медленно произнес:
- Нет. Я хотел бы поговорить с Френсис.
- Вашей женой?
- С существом, которое выдает себя за мою жену, - поправил Гордон.
Вестерн улыбнулся.
- Вы продолжаете цепляться за свою гипотезу. Что ж, почему бы и нет?
Вы не видели еще ничего такого, что могло бы доказать обратное.
- Очень беспристрастное признание.
- Я просто пытаюсь мыслить в пределах логики. Объективным быть
непросто, поскольку я очень сильно связал свою жизнь с "Медиумом". Но
понимаю, какие требования предъявляются к научным доказательствам, и сколь
мало я могу их представить. Да, я продемонстрировал, что существует некое
явление - еще одна вселенная; что в этой вселенной имеются разумные
существа. В этом нет ни малейших сомнений. "Медиум" не имеет с
жульничеством ничего общего. Но, с другой стороны, являются ли эти
существа "душами", как их называете вы, на самом ли деле это "эмсы", как
называю их я? Если это не так, то каким образом им удалось так много
узнать о людях, которыми, по их утверждению, они являются? Как им удается
воспроизводить не просто литературный или общепринятый язык, а речь дяди
Руфтона. Разумеется, некоторое искажение неизбежно, поскольку наши приборы
пока еще очень примитивны. Но вы узнали его голос, не так ли? Лично я
узнал сразу.
- Да, ваши доказательства представляются мне достаточно вескими, -
согласился Карфакс. - И все же возможно, что эти существа располагают
способами разузнавать все о людях. Как им это удается, я не знаю. Но вы не
можете отрицать, что такая возможность существует.
- Да, не могу, но все же настаиваю на том, что она очень
маловероятна. С какой целью они это делают? Чего могут достичь посредством
этого?
Карфакс почувствовал раздражение. Ему был понятен его источник -
Вестерн совершенно не соответствовал описанию Патриции. Хотя, может быть,
он просто отличный актер и владеет искусством располагать к себе людей,
обзаводиться друзьями. Карфаксу очень хотелось верить рассказу сестры, но
теперь он был в затруднении. У него возникло ощущение, что он предаст
Патрицию и самого себя.
Вестерн проводил его в главную конторку и передал на попечение миссис
Моррис. На прощание Карфакс задал ему еще один вопрос:
- Будет ли проверка "Медиума" религиозной комиссией показана по
телевидению?
- Только в том случае, если телекомпании добьются снятия цензуры с
передачи, - ответил Вестерн. - Я категорически против малейшего
редактирования, чтобы не создавалось ложного впечатления. Заметили, что я
не говорю "неблагоприятного"? Мне хочется только одного - чтобы все было
представлено так, как оно есть на самом деле. Однако существует мощное
противодействие показу опыта. Вы ничего об этом не слышали? Многие
авторитетные религиозные организации борются против телевизионного показа,
даже не зная, какими будут результаты. Ну, да хватит об этом. До встречи,
в четверг, в десять. - Он повернулся, остановился в нерешительности и еще
раз, улыбаясь, обратился к Карфаксу: - Скажите Патриции, что она тоже
может прийти, если пожелает.
Карфакс ничего не ответил. Он чувствовал, что ситуация полностью
ускользает из его рук. Вестерн разнюхал, что Патриция прилетела другим
рейсом из Бусириса и должна была позвонить ему в гостиницу.
Поездка в гостиницу в Уиллшире не позволила ему предаться
размышлениям - телевизор в такси постоянно передавал последние известия.
"...Сегодня в 15.35 Крауфорд Гултон, проживающий в доме 6748 на
Вестминайдской спирали, квартира 6G, был якобы убит при продаже ручного
набора "Сделай сам устройство для общения с душами" Анастасия Родригес из
Крюэлс Кастл Тауэрс, N_99653, квартира 89F. Предполагаемый убийца, Мауи
Алеакала, из Нью-Пэрэдиз Кабаньяс, N 347-А4-D, как сообщают, напал на
Гултона с ножом. Причиной явилось то, что набор, проданный ему Гултоном на
прошлой неделе, якобы не выполнял предписываемых ему функций..."
Каким образом, удивился Карфакс, можно "якобы убить"? Человека или
убивают, или не убивают. Но средствам массовой информации приходилось быть
очень осторожными при составлении сообщений. Иски о клевете и умышленном
злословии наводнили суды в таких же масштабах, как лет десять до этого -
дела о злоупотреблении марихуаной. Результатом явилось то, что средства
массовой информации прибегали ныне к весьма своеобразно сформулированным
утверждениям. В ту эпоху, когда полная нагота не являлась чем-то
исключительным в дневных телевизионных передачах, а сексуальные ф
...Поділитися у соцмережах
