Жанр: Электронное издание
tupik
...ту, Питер, - нетерпеливо перебил его профессор. - Это
действительно очень важно, и именно сейчас. Неужели ты до сих пор не понял,
что сила, способная повернуть время вспять, а затем придать ему истинное
направление, - это ты, Питер, твоя власть над временем, твоя способность
изменять скорость и направление его течения?! Ведь в твоих руках судьба
всего мира!
Питер вскочил, словно ужаленный. Глаза его светились огнем одержимого.
- Это... это правда? - сдавленным шепотом произнес он.
- Правда, Питер, истинная правда! - профессор встал и торжественно
положил свои длинные руки на плечи юноши.
- Боже, знать бы раньше!.. - схватился за голову Питер. - Но как,
как это сделать?
- Слушай дальше, - произнес профессор, улыбаясь, - самое важное еще
впереди...
- Осталось пять минут!.. - проскрипел полицейский репродуктор.
- Скорее, профессор! - вскричал Питер, в нетерпении хватая
профессора за руку. - Говорите скорее!
- Фантастика!.. - пробормотал корреспондент, ошалело переводя взгляд
с одного мужчины на другого.
- А сделать это можно только одним способом, - торжественно
продолжал профессор. - Нужно уничтожить причину, создавшую два
альтернативные временные русла. Исчезнет причина - исчезнет и возможность
тупика, и время примет свое истинное направление. Уничтожить же эту причину
может только сила, ею же самой порожденная! Вот такой парадокс.
- И эта сила - я? - шепотом спросил Питер.
- Ты, Питер! Только ты можешь остановить мир на краю пропасти.
- А эта причина... - начал понимать юноша.
- Т-поле! - воскликнул профессор. - Вернее, установка "ТТТ",
создавшая это поле. Твоя способность - продукт косвенного Т-излучения,
результат деятельности установки "ТТТ", и именно ты должен стать ее
могильщиком. Потому что только ты способен вернуться в прошлое.
- Фантастика!.. - снова пробормотал бывший гонщик.
- Но где та развилка, та точка поворота, откуда время свернуло на
тупиковое направление? - с жаром спросил Питер. - Говорите, профессор!
- Семь лет назад, праздник Святого Габриэля, одиннадцать часов утра,
- медленно, но внятно проговорил профессор Магнус.
- Но ведь это... - сильно побледнел Питер.
- Это время проведения последнего, пятнадцатого эксперимента.
- Профессор! - закричал Питер, сжимая своего друга в крепких
объятиях. - Вы... вы гений! Вы волшебник! Вы - Господь Бог!
- Ну, это уж слишком, - смущенно ответил тот, в глубине души
польщенный похвалой молодого человека.
- Значит, я спасу свою мать! - радостно орал Питер. - Отца!
Слышишь, Лилиан? Твоя мать будет жива! Все будут живы! Все!.. Все!..
Юноша засуетился, забегал по комнате, одержимый новой идеей.
- Все, решено! - твердил он. - Я сейчас же отправляюсь в прошлое!
Сейчас же!
- Остуди свой пыл, дорогой Питер, - прервал бурный поток эмоций
профессор Магнус. - Ты действительно отправишься в прошлое, если ты так
решил, но не сейчас. Ты забыл о Лилиан.
- Ваша правда, профессор, - опомнился Питер и радостно подбежал к
девушке. - Прости, хорошая моя, я совсем обезумел от счастья и возможности
действовать. Конечно же, мы сначала спасем тебя, а потом...
- Я не о том, - тихо сказал профессор.
- О чем же? - Питер внезапно обернулся к нему и замер.
И тут он понял. До него дошел страшный смысл слов профессора. Он
словно прозрел. Лилиан! Ведь там, в прошлом, Лилиан не будет. Не будет!..
Какое страшное слово! Он никогда, никогда не увидит эти бездонные, любящие
глаза, никогда не почувствует прикосновения ее нежных рук, никогда не
услышит ее звонкого смеха... Никогда!.. Оттуда нет возврата. Время потечет
по другому пути; может быть, этот путь будет новым, счастливым, без войн,
без страха смерти, без проклятого чуда-оружия и Т-лучей, может быть, снова
будут живы его мать и отец, его земляки, его старые, забытые друзья, и
многие, многие люди, которых постигла страшная смерть в день Святого
Габриэля и которые могли бы еще жить и жить. Может быть... Но там не будет
места его Лилиан. Эти семь лет, прошедшие со дня страшной трагедии в горах,
будут перечеркнуты, исчезнут, потеряют смысл, станут недействительными. И
вместе с ними исчезнет она, самый близкий, самый дорогой ему человек на
свете. Может быть, не стоит и затевать все это? Оставить все, как есть?
Пусть время течет по этому руслу, и это русло станет единственным,
истинным. И почему профессор Магнус решил, что оно - ложное? Ведь все
относительно. Кто знает, возможно тот путь приведет к еще большим
несчастьям и потерям. Но... Если прав профессор, то на Питере лежит
ответственность за те десятки жизней, которые могут быть спасены, за его
мать и отца, мать Лилиан, многих других матерей. Да, тот путь лежит во
мраке неизвестности, но имеет ли Питер право отказываться от спасения
людей, которым нет места в этой жизни? Что важнее: спасти их и потерять
навсегда Лилиан, или сохранить любимую и до конца дней своих терзаться
угрызениями совести, знать, что мог спасти, но не спас их?..
Питер терзался в сомнениях. Что же делать? Вот перед ним стоит Лилиан,
та, которая так крепко держит его в этом мире. Правда, там, в том мире,
тоже будет Лилиан, но другая, совсем другая: маленькая хрупкая девочка
десяти лет, - не его Лилиан. А его обречена на бесследное исчезновение...
Теперь Питер понял: Лилиан уже видела ту страшную пропасть, готовую
разъединить их, и смирилась с этим. Она неподвижно стояла посреди комнаты и
не отрываясь смотрела на своего любимого. В ее глазах, полных горьких слез,
стояла такая тоска и печаль, что Питер еле сдержал готовые вырваться из
груди рыдания.
- Лилиан, ты думаешь, я должен?.. - тихо спросил он.
- Да, Питер, - ответила она чуть слышно. - Там моя мама. Я готова
пожертвовать нашей любовью ради ее жизни. И ради жизни тех несчастных.
Ступай! Я буду помнить о тебе.
- Спасибо, любимая, за все, за все, - сказал он, стараясь до
мельчайших подробностей запомнить ее образ и унести его в своем сердце в
прошлое.
- И тебе, милый, спасибо... - ответила она и спрятала свое лицо на
его груди.
Он поцеловал ее и крепко прижал хрупкое тело к себе.
- Прощай, Лилиан!..
- Прощай, Питер...
Он снова терял ее, и теперь навсегда.
- Я готов, профессор! - решительно заявил юноша и обернулся к
профессору.
Глаза профессора Магнуса как-то подозрительно блестели, а нос
неестественно распух и покраснел.
- Не могу я смотреть на подобные сцены, - шмыгнул он носом.
- Питер Селвин! Александр Магнус! - послышался с улицы усиленный
репродуктором голос комиссара Формена. - Ваше время истекло!
- Значит, ты решился, Питер? - торопливо спросил профессор.
- Да, - твердо сказал юноша. - Я вернусь в прошлое и уничтожу эту
проклятую установку. Клянусь, я сделаю это!
- Спасибо, мальчик мой, - с чувством произнес профессор. - А теперь
- идем! Полиция ждать не любит.
Профессор и Питер направились к выходу. У двери профессор обернулся.
- Молодой человек, - обратился он к корреспонденту. - В ваших руках
жизнь этой бедной девушки. Выполните свой долг.
- Можете на меня положиться, - с жаром заверил корреспондент.
- Вот и отлично, - ответил удовлетворенный профессор. - Прощай,
Лилиан, девочка моя!..
Но девушка, казалось, ничего не слышала. Она не отрываясь смотрела на
Питера. Питер ответил ей долгим взглядом и решительно вышел из номера вслед
за профессором Магнусом.
Спускаясь по лестнице вымершего отеля, профессор шепнул юноше:
- Слушай, Питер, внимательно, что я тебе скажу, и запоминай. Когда ты
вырвешься из их лап, - а ты вырвешься, я знаю, - не думай обо мне. Я
позабочусь о себе сам, им меня не одолеть. Ступай сразу же на Центральный
городской вокзал; там в камере хранения, из ячейки под номером 1350, ты
возьмешь дипломат. В нем бумаги. Код ячейки такой же, только наоборот -
0531. Бумаги передашь отшельнику Магнусу. Понял? Ты знаешь, где его найти.
Среди бумаг, с которыми ты, кстати, можешь ознакомиться, ты найдешь два
письма, одно из которых предназначено тебе. Прочтешь его, когда будет
время. Сделаешь? Это очень важно.
- Сделаю, - пообещал Питер.
- Номер ячейки и код запомнил?
- 1350 и 0531.
- Правильно, - профессор кивнул.
Они спустились на первый этаж, пересекли холл и вышли на улицу. Солнце
ударило им в глаза, с порога отеля им хорошо была видна полицейская машина
с репродуктором, комиссар Формен возле нее и десятки ощерившихся стальных
стволов, направленных в их сторону. Стояла жуткая тишина.
- Ну что, идем? - бодро сказал профессор и весело подмигнул Питеру.
- Идем, - машинально ответил Питер, погруженный в невеселые думы.
Две фигуры направились к машине.
- Я понимаю, Питер, - вздохнул профессор, - это нелегко. Но если ты
не сделаешь этого, ты не сможешь жить. И Лилиан тебе никогда не простит.
- Да, я знаю, - ответил Питер.
- Тогда - выше нос, и хвост держи морковкой! - воскликнул
профессор, подбадривая юношу. - Ничего, мы еще повоюем! Узнают они еще,
почем фунт лиха!
Они остановились в трех шагах от комиссара Формена.
- Здравствуйте, комиссар, - беззаботно произнес профессор Магнус. -
Хорошая погода, не правда ли?
- Я выполнил свое обещание, - обратился к комиссару Питер. - Теперь
ваша очередь.
- Хорошо, - кивнул комиссар и отдал какое-то распоряжение своему
помощнику. Тот исчез в недрах отеля.
- Прошу вас, комиссар, - сказал Питер, - не преследуйте девушку.
Она ни в чем не виновата. Ей и так уже досталось от жизни.
- Обещаю, - ответил комиссар.
Через несколько минут из отеля вышли Лилиан и корреспондент в
сопровождении полицейского. Корреспондент предусмотрительно куда-то спрятал
фотоаппарат и диктофон, справедливо полагая, что полиция может
реквизировать эти профессиональные принадлежности его деятельности. Проходя
мимо Питера, Лилиан в последний раз подняла на него глаза. Сколько
страдания и боли было в этом взгляде!
- Кто это? - удивленно вскинул брови комиссар, кивая на
корреспондента.
- Предприимчивый представитель прессы, сумевший опередить вас, -
ответил профессор.
- Вот как! - нахмурился комиссар.
- Не трогайте его, комиссар, - попросил Питер, провожая девушку
взглядом. - Он позаботится о Лилиан.
- Ладно, - махнул рукой представитель власти, - мое дело -
выполнить приказ. А теперь прошу в машину! - и он предупредительно
распахнул дверцу автомобиля.
В этот момент раздался визг тормозов, и рядом с машиной комиссара
остановился большой черный автомобиль. Из него уверенно вышли трое плотно
сколоченных мужчин.
- Комиссар Формен? - спросил один из них.
- Да, я комиссар Формен, - ответил полицейский. - Что вам угодно?
Мужчина достал из кармана какую-то бумагу и небрежно сунул ее в руки
Формену.
- Мы из политической разведки, - развязно произнес он. - У нас
приказ: доставить арестованных по назначению. Прошу вас выдать их нам.
- Проклятие! - заскрежетал зубами профессор.
Комиссар не спеша прочитал бумагу и вернул ее представителю
политической разведки.
- Прошу прощения, господа, - обратился он к Питеру и профессору
Магнусу, - я вынужден передать вас в руки этих парней. Приказ есть приказ,
- и он беспомощно развел руками.
- А где девица? - вдруг спросил мужчина.
Питер не сразу понял, о какой девице говорит представитель разведки,
но когда он догадался, что под девицей тот подразумевает Лилиан, у юноши
непроизвольно сжались кулаки.
- Спокойно, Питер, - прошептал профессор, сам еле сдерживаясь, чтобы
не ударить этого наглого типа.
- В приказе о девушке ничего не сказано, - возразил комиссар Формен
и твердо добавил: - Я несу ответственность за ее безопасность и не советую
вам вмешиваться не в свои дела. Иначе я вынужден буду применить силу, - он
кивнул на окруживших их плотным кольцом полицейских, - а мне бы этого не
хотелось, сэр.
- Спасибо, комиссар, - с благодарностью произнес Питер. - Вы
честный человек.
Представитель разведки недобро усмехнулся.
- Ну, ну, посмотрим, комиссар. Мы еще поговорим - потом. А пока, -
он сощурился, угрожающе сверкнув белками глаз, - чао!
Вслед за черным автомобилем к отелю подъехала еще одна машина,
специально предназначенная для перевозки заключенных. Она напоминала
автофургон в миниатюре, но в отличие от последнего была обита
бронированными листами во избежание возможного побега, а задняя часть
представляла собой решетку.
- Карета подана, - мрачно пошутил профессор Магнус.
- Верно, - подтвердил представитель разведки, - но только не для
вас, профессор. Вы поедете со мной, в моей машине. А эта роскошная карета
предназначена для нашего юного авантюриста, убийцы и растлителя малолетних,
- и он жестом пригласил Питера проследовать в бронированный автофургон. -
Ну, живо!..
Но Питер не трогался с места.
- Профессор, - сказал он в раздумье, - я давал обещание комиссару,
и я готов его выполнить, но этим псам, - он кивнул на представителей
политической разведки, - я ничего не обещал.
Мужчина выхватил пистолет и направил его на профессора Магнуса.
- Питер Селвин! - сказал он с угрозой. - Профессор Александр Магнус
будет тут же застрелен, если я увижу, что вы намерены проделать одну из
ваших штучек. Не пытайтесь, Селвин, у меня отличная реакция, и я успею
всадить пулю в вашего друга прежде, чем вы попытаетесь одурачить меня. Живо
в машину! Ну!
- Иди, Питер, сейчас еще не время, - шепнул профессор и легонько
подтолкнул юношу к автофургону.
- Ладно, иду, - скрепя сердце согласился юноша, - но была б моя
воля...
- Давай, двигай, - грубо толкнул его представитель разведки.
Питер поднялся в автофургон, и решетка тут же захлопнулась за ним.
- Птичка в клетке, - ухмыльнулся мужчина, пряча пистолет. - А
теперь вы, профессор.
Профессор Магнус не заставил себя долго упрашивать. Оба автомобиля
развернулись и исчезли в глубине улицы.
- Подонки, - прошептал комиссар Формен, и не ясно было, кого он
имеет в виду: арестованных или их конвоиров.
Питера и профессора Магнуса привезли во двор мрачного пятиэтажного
здания. Профессора вывели первым. Перед тем, как вывести Питера, к
автофургону подкатили клетку на колесах, и только после этого подняли
решетку. Таким образом, юноша из одной клетки сразу попал в другую.
- Заметь время! - крикнул профессор.
Питер взглянул на часы. 16.40.
- Заметил, - ответил он и понимающе кивнул.
- Отлично! - профессор остался доволен.
- Это еще зачем? - подозрительно спросил представитель разведки.
Но ни Питер, ни профессор не удостоили его ответом.
Два конвоира с автоматами повезли клетку с Питером вглубь здания по
широкому, сырому, плохо освещенному бетонному коридору. Третий конвоир вел
сзади профессора.
- Смотри! - шепнул профессор чуть слышно, так, чтобы его услышал
только Питер.
В углу клетки, на полу, сидел человек. Это был двойник Питера.
- Понял? - снова шепнул профессор Магнус. Юноша кивнул.
- Прикрой его, чтобы тот тип не заметил.
Питер заслонил двойника своим телом.
Миновав несколько поворотов, клетка остановилась в полутемном тупике.
Запахло плесенью и сырым погребом. Следом появился представитель разведки,
тот самый, что угрожал профессору пистолетом. И тут же за ними с потолка с
грохотом и лязгом опустилась решетка, отгородив тупик от остальной части
коридора.
- Клетка в клетке, - горько усмехнулся Питер. - Не слишком ли много
предосторожностей?
- Нами приняты все меры, чтобы ты, щенок, не смог применить свою
дьявольскую силу, - грубо ответил представитель разведки. - Как бы ты не
изощрялся, сквозь решетку тебе не пролезть. Так-то!
- Логично, - согласился профессор и незаметно подмигнул Питеру.
Только им двоим было известно, что никакая решетка, никакие запоры не
смогут остановить Питера. Именно эта клетка навела профессора на мысль, что
ни разведка, ни Хамберг не знают о способности Питера возвращаться в
прошлое. Если бы не эта способность, Питер, действительно, был бы под
надежным запором.
Питер за себя не беспокоился. Он знал, что выберется отсюда.
Беспокойство вызывала в нем лишь судьба профессора. Но профессор запретил
ему думать об этом. Возможно, он прав, Питер не имел права рисковать собой,
ведь на нем лежит миссия спасителя человечества. Тем более, что весь этот
мир ни что иное, как миф, ирреальность, которой суждено скоро исчезнуть,
кануть в небытие по воле безвестного юноши. Бесследно исчезнуть вместе с
профессором, вместе с Лилиан... Значит, нужно думать о главном.
Представитель политической разведки нетерпеливо ходил вдоль решетки и
чего-то ждал, то и дело поглядывая на противоположный конец коридора.
Видимо, арестованных должны были перевести в другое помещение, более
приспособленное для содержания под стражей. К счастью, двойник Питера
оставался пока незамеченным ни представителем разведки, ни конвоирами.
- Питер, - вполголоса произнес профессор, оказавшись рядом с
клеткой, - мы с тобой не решили еще один вопрос. Тебе придется вернуться в
прошлое на семь лет назад, но ты наверняка ускоришь этот переход, сжав
абсолютное время в тысячи, а то и сотни тысяч раз. Самое сложное - это
выяснить, во сколько раз тебе нужно ускорить ход времени и как
продолжителен будет твой переход в прошлое. Одно зависит от другого. Часы в
это время тебе не помогут, так как они будут идти назад с бешеной
скоростью. Единственными верными часами в момент перехода будет твой
организм, вернее, твой...
- Пульс! - догадался Питер.
- Правильно, пульс, - кивнул профессор. - Посчитай его сейчас, это
очень важно.
- О чем вы там шепчетесь? - насторожился представитель разведки.
- Не ваше дело, - оборвал его профессор.
- Сто двадцать ударов в минуту, - сказал Питер через некоторое
время.
Профессор покачал головой.
- Многовато, - сказал он. - Нервы, видать, у тебя на пределе.
- Еще бы!
- Прекратить разговоры! - потребовал представитель разведки и
выхватил пистолет.
Но друзья не обращали на него никакого внимания. Профессор наморщил
лоб и что-то считал в уме.
- Ты помнишь дату дня Святого Габриэля?
Питер на минуту задумался.
- Десятого июля.
- Так, - пробормотал профессор, - а сейчас двадцать пятое мая.
Значит... Семь лет плюс сорок шесть дней... это... учесть два високосных
года... выходит... так... две тысячи семьсот три... в сутках двадцать
четыре часа... получается... получается...
- Молчать! - завизжал представитель разведки и, размахивая
пистолетом, подскочил к профессору; он почувствовал, что пленники что-то
затевают, и не на шутку испугался.
- ...получается, - продолжал профессор, лихорадочно умножая в уме
огромные числа. - Питер, мальчик мой! Ты должен сжать время в 3748320 раз,
чтобы за 120 ударов своего пульса попасть на праздник Святого Габриэля
семилетней давности, при условии, конечно, что частота твоего пульса не
изменится. Запомнил? Отсчитываешь ровно сто двад...
Сильный удар в лицо поверг профессора Магнуса на бетонный пол. Тонкая
струйка крови полилась из его разбитой губы.
- Собака! - яростно зашипел представитель разведки, потирая
ушибленный кулак. - Я тебе устрою день Святого Габриэля пополам с
Варфоломеевской ночью! Ты у меня еще не так научишься считать!.. Вы что
задумали, мерзавцы?!
- Профессор! - заорал Питер и вцепился в решетку, пытаясь вырваться
на свободу.
- Запомнил, Питер? - прокричал профессор, не обращая внимания на
боль в скуле и на ствол пистолета у своих глаз. - Три миллиона семьсот
сорок восемь тысяч триста двадцать! Сто двадцать ударов пульса! Ячейка
номер одна тысяча триста пятьдесят!.. Повтори...
Глотая слезы, Питер повторил.
- Ну, вот и все, - с облегчением вздохнул профессор. - Теперь и
умереть не жалко.
А двойник Питера тем временем все так же сидел в углу клетки,
оставаясь незамеченным. Тень, отбрасываемая Питером, скрывала его от
посторонних глаз. И даже наши герои, казалось, забыли о его существовании.
А ведь его появление означало благополучный исход задуманной ими операции.
- Вы что, спятили? - кричал представитель разведки, смутно
предчувствуя, что пленники уходят из-под его власти. - Куда это вы
собрались, сволочи?
Профессор поднялся и, вытирая кровь носовым платком, гневно произнес:
- А теперь я отвечу на все твои вопросы, подонок. Ты хочешь знать,
что мы затеваем? Так вот, знай: этот молодой человек, чистый и честный
юноша, которого вы посадили в клетку, словно дикого зверя, сейчас исчезнет.
А, испугался... Думал, клетка сможет удержать его? Как же, держи карман
шире! Через минуту он отправится в прошлое, и тогда вам всем конец
настанет. И вам, мерзавцам, и мне, грешному, и всему этому несчастному
миру...
- Остановитесь, профессор! - испуганно закричал Питер, заметив, что
представитель разведки трясется от ярости.
- Нет, Питер, мальчик мой, теперь меня ничто не остановит, -
печально произнес профессор Магнус, с нежностью глядя на юношу.
- Я застрелю вас обоих! - захрипел их противник. - Как собак!..
Профессор презрительно скривил губы.
- Только на это ты и способен.
- Застрелю!!
Профессор повернулся к Питеру и сказал:
- Пора, Питер, пора, дорогой. Счастья тебе и счастливого пути. А то,
чего доброго, этот кретин и правда выстрелит.
- Никуда он не исчезнет!.. - прошипел представитель разведки и с
каким-то звериным наслаждением прицелился в юношу.
- Берегись, Питер! - в страхе заорал профессор и бросился на врага.
Но было поздно. Выстрел прогремел под сводами коридора, и профессор
краем глаза увидел, как Питер пошатнулся и схватился за грудь.
- А-а-а-а-а!.. - в исступлении заорал профессор Магнус и нанес такой
силы удар своему противнику, что тот оторвался от пола и без единого звука
рухнул на бетон в трех метрах от профессора.
- Вы убили его!..
Трое конвоиров не успели опомниться, как профессор, словно вихрь,
налетел на них и обрушил на их головы серию молниеносных и точных ударов.
Овладевшие им ярость и отчаяние придали ему силы. Ему хватило всего лишь
нескольких секунд, чтобы враги его были повержены. В который уже раз
профессору помогает его мастерство и знание древней японской борьбы! Но
Питер! Что с ним? И этот его двойник... В противоположном конце коридора
послышался топот множества кованых сапог. И вот из-за поворота показалось
человек десять-двенадцать с автоматами; они быстро приближались к решетке.
- Гады! - закричал профессор, яростно вращая глазами и до боли
сжимая кулаки. - Вам мало его смерти! Вы хотите еще и моей! Так нет же,
так просто я вам не дамся! Вы мне еще ответите за моего мальчика!..
С этими словами профессор схватил с бетонного пола автомат одного из
конвоиров и направил его в сторону приближающегося врага.
- Получите!..
Он нажал на спусковой крючок. Раздалась оглушительная очередь, эхом
отразившаяся от многочисленных стен петляющего коридора, и несколько
бежавших впереди конвоиров упало.
- Есть!.. - радостно закричал профессор.
Но тут ответная очередь наискосок прошила его грудь, и отважный
профессор, шатаясь, прислонился к стене.
- Как жаль!.. - прошептал он, и слезы закапали из его глаз. -
Питер...
В последний раз он оглянулся на своего друга.
Клетка была пуста. Ни Питера, ни его двойника.
- Успел все-таки, - блаженно улыбнулся умирающий профессор. -
Мальчик мой...
Силы изменили ему, и он упал, сжимая в руках автомат.
Когда решетку подняли, профессор уже не дышал.
Глава одиннадцатая
Пуля прошла между ребер и замерла в двух сантиметрах от сердца, когда
Питер остановил время. Острая боль пронзила все тело, красное пятно
проступило на рубашке и быстро расплывалось. Он вцепился в решетку, пытаясь
удержаться на ногах, но силы оставляли его с каждым мгновением. Лишь бы не
потерять сознание, лишь бы успеть... Что успеть? Что он должен сделать?..
Питер забыл. Мысли стали путаться, в глазах появился туман, пальцы
разжались и... Вспомнил! Время, назад!..
Питер видел, как красное пятно постепенно уменьшается и исчезает, а
пуля, вылетев из его груди, уносится в пистолет того мерзавца из разведки;
боль тут же исчезла.
Он сидел в углу клетки. Его двойник стоял тут же, рядом, и о чем-то
говорил с профессором Магнусом; тип из разведки ругался и махал пистолетом.
Потом клетку поволокли к выходу. Миновав сеть полутемных коридоров, ее
вывезли во двор. Профессор, пятясь, шел впереди, перед клеткой. Питер
взглянул на часы... Через две минуты, в 16.40, клетку откроют, и тогда он
выберется отсюда... И вот, наконец, долгожданный миг. Конвоиры отодвигают
решетку и... Стоп, время!..
Питер спрыгнул на асфальт, оттолкнул конвоира и оказался на свободе.
Все вокруг замерло в неподвижности. Обняв на прощание долговязую фигуру
своего друга, Питер бросился к воротам. Теперь - на Центральный вокзал, в
камеру хранения!
Выбравшись на улицу, юноша направился к площади Семи Президентов.
Миновав здание военного министерства, он оказался у входа в метро. Но метро
стояло, как и все вокруг. Что же делать? До вокзала далеко, пешком туда
добираться не один час, а водить автомобиль он не умел. Тут он заметил у
табачной лавки одинокий велосипед, видимо, оставленный хозяином на пару
минут, чтобы купить сигарет. Вот что ему нужно!.. Мысленно извинившись
перед хозяином велосипеда за вынужденную кражу, Питер сел за руль и стрелой
полетел по замершим улицам. За полчаса он домчался до вокзала. Там он не
без труда нашел камеры хранения и, долго проплутав по их многочисленным
лабиринтам, обнаружил, наконец, ту самую ячейку. 1350. Именно это число
назвал профессор. Набрав нужный код, он открыл массивную дверцу и в недрах
глубокого четырехугольного отверстия обнаружил дипломат. Вынув его оттуда,
он вернулся к брошенному велосипеду, сел на сие нехитрое транспортное
средство и через пятнадцать минут был уже в городском парке. Питер
расположился на свободной скамейке, напротив молодой пары, обнявшейся в
неподвижности посредине посыпанной гравием дорожки. Положив дипломат на
колени, он с трепетом раскрыл его. Толстая стопка бумаги, исписанная мелким
почерком, была перевязана веревкой крест накрест. На первом листе
красовалась надпись: "Трактат о тупике". Тут же лежал небольшой сверток,
аккуратно упакованный в полиэтиленовый пакет. Развернув его, Питер к
удивлению своему обнаружил пачку печенья, несколько сухарей и кусок сыра,
...Поділитися у соцмережах
