Жанр: Электронное издание
SPACEODY
...личественно, однако их стычка с Таней зашла слишком далеко.
- Таня, Василий! Можно поговорить с вами? Думаю, решение есть.
Слова Флойда были встречены с облегчением. Вскоре все трое были уже в
каюте Орловых.
- Спасибо, Вуди, - сказала Таня, наливая Флойду "шемахи" - его любимого
вина. - Я так и знала, вы что-нибудь придумаете.
- Кажется, придумал, - ответил Флойд, смакуя напиток. - Допустим, мы
принимаем предложение Чандры. Есть две возможности. Первая - ЭАЛ точно
выполняет команды и управляет работой двигателей на активных участках.
Первый из них, как вы помните, не критический. Если даже что-нибудь случится
при уходе от Ио, времени для коррекций останется вдосталь. И мы проверим,
насколько ЭАЛ послушен.
- А облет Юпитера? Мы сожжем там основную часть топлива. И результирующая
траектория очень критична к времени и направлению тяги.
- Но у вас есть ручное управление.
- Не хотелось бы. Ничтожная ошибка - и мы либо сгорим в атмосфере, либо
превратимся в искусственную комету с периодом в тысячу лет.
- Ну, а если не будет выхода?
- Если заранее просчитать возможные варианты и перехватить управление
вовремя, может получиться.
- Зная вас, Таня, я уверен - получится. Теперь вторая возможность.
Малейшее отклонение ЭАЛа от программы - и мы берем управление на себя.
- Отключаем его?
- Да.
- В прошлом полете это было не так легко.
- С тех пор мы кое-чему научились. Обещаю вам сделать это за полсекунды.
- Надеюсь, ЭАЛ ничего не заподозрит.
- Не впадайте в паранойю, Василий. ЭАЛ не человек. Но Чандре, конечно, ни
слова. Мы полностью принимаем его план и полагаемся на ЭАЛа. Верно, Таня?
- Да, Вуди. Этот приборчик - отличная идея.
- Какой приборчик? - спросил Василий.
- В свое время узнаешь. Извините, Вуди, но больше я "шемахи" не дам.
Оставим до Земли.
Глава 46
Последние секунды
Никто не поверит мне без фотографий, подумал Макс, наблюдая корабли с
расстояния в пятьсот метров. Картина попросту неприличная: "Леонов" на
"Дискавери" - сценка из сексуальной жизни космолетов... Вспомнилось, как
много лет назад кто-то схлопотал выговор за слишком красочный подбор слов в
момент завершения стыковки.
Насколько он мог судить, все было в порядке. На соединение кораблей ушло
больше времени, чем предполагалось.
К счастью, на "Леонове" нашлось несколько километров троса из
углеродистого волокна - толщиной со швейную нитку, но выдерживающего
многотонную нагрузку. Трос предназначался для фиксации приборов на
поверхности Большого Брата. Теперь корабли слились в объятии, достаточно
прочном, чтобы выдержать вибрацию и толчки при ускорении в одну десятую
земного - а большего максимальная тяга и не обеспечивала.
- Что еще посмотреть? - спросил Макс.
- Все в порядке, - отозвалась Таня. - Не будем терять времени.
Согласно предупреждению, а ему теперь верили все, стартовать надо было в
течение суток.
- Извини, но я отведу "Нину" в стойло.
- А разве она лошадь?
- Я этого не утверждал. Но не бросать же ее в космосе ради нескольких
метров в секунду!
- Они нам понадобятся, Макс. А за ней мы еще вернемся.
Сомневаюсь, подумал Макс. Или все же оставить ее на этой орбите в знак
того, что здесь побывал человек?
Он аккуратно подвел "Нину" к командному отсеку "Дискавери". Коллеги
видели, как он проплывает перед иллюминаторами. Распахнулся люк ангара, и он
опустил "Нину" на вытянутую ладонь посадочной площадки.
Разгон в космосе - весьма скучная операция. Ничего общего с громом, огнем
и отчаянным риском, которые сопутствуют старту с поверхности планеты. Если
двигатели не выйдут на полную тягу, период ускорения можно продлить. Или
дождаться на орбите следующего удобного момента и попробовать еще раз.
Но сейчас, с отсчетом последних секунд, напряжение на борту "Леонова"
стало почти ощутимым. Все понимали, что это первое испытание ЭАЛа в деле. О
подстраховке знали лишь Флойд, Орловы и Курноу.
- Удачи вам, "Леонов", - за пять минут до старта напутствовал их Центр. -
Надеемся, все пройдет хорошо. И если вас не затруднит, взгляните на экватор
Юпитера, долгота 115. Там возникло любопытное круглое пятнышко диаметром в
тысячу километров. Похоже на тень спутника, но это не тень.
Таня подтвердила прием сообщения и попыталась кратко, но убедительно
оповестить Центр об утрате экипажем всякого интереса к юпитерианской
метеорологии. ЦУП бывал иногда бестактен до изумления.
- Все системы работают нормально, - доложил ЭАЛ. - Две минуты до
зажигания.
Странно, подумал Флойд, насколько живуча терминология! Ведь лишь на
ракетах с химическими двигателями было что зажигать. Он рассеянно поискал
другие примеры. Многие люди, особенно старшего поколения, до сих пор
говорят: "зарядить камеру", "заправить машину"... Даже в студиях звукозаписи
можно услышать, например: "подрезать пленку", - однако реальность, стоящая
за этими выражениями, перестала быть таковой уже полвека назад.
- Одна минута до зажигания.
Голос ЭАЛа вернул Флойда к действительности. На протяжении полувека эта
минута была на космодромах и в центрах управления полетами самой длинной.
Сколько раз она заканчивалась катастрофами! Правда, запоминаются только
победы. А что суждено нам? Рука непроизвольно потянулась к карману, где
лежала "гильотина", но разум подсказал, что времени на такое движение
хватит. Если ЭАЛ и ослушается, это будет неприятно, но не более того.
Критической ситуация станет вблизи Юпитера.
- Шесть. Пять. Четыре. Три. Два. Один... ЗАЖИГАНИЕ!
Спустя еще примерно минуту двигатель вышел на полную тягу. Все
разразились аплодисментами, но Таня тут же успокоила страсти. Пусть даже ЭАЛ
и работает безукоризненно, очень многое оставалось пока неясным. Например,
могло не выдержать основание главной антенны "Дискавери", служившее сейчас
опорой "Леонову", - хотя главный конструктор (давно ушедший в отставку) и
уверял, что запас прочности вполне достаточен... Однако минуты текли
спокойно. О том, что двигатель работает, говорили сейчас лишь ощущение
тяжести да легкая вибрация корпуса корабля. Ио и Юпитер "висели" в
иллюминаторах на прежних местах, точно напротив друг друга.
- Десять секунд до отсечки двигателя. Пять. Четыре. Три. Два.
Один... ЕСТЬ!
- Спасибо, ЭАЛ.
- Орбита расчетная, - доложил Василий. - Корректировка не потребуется.
- Прощай, иноземная Ио, мечта торговца землей, - сказал Курноу. - Мы
будем скучать по тебе - причем с большим удовольствием, Сейчас он был снова
похож на прежнего Курноу. А в последнее время странно притих, словно что-то
задумал, и проводил часы в беседах с Катериной. Флойду оставалось надеяться,
что его коллега не заболел. Пока что экипажу "Леонова" в этом отношении не
на что было жаловаться. У всех было легко на душе. Торжествовать,
разумеется, рано - решающий маневр еще впереди, но первый шаг на пути к дому
сделан. Это давало повод для радости...
Правда, длилась она недолго. Таня приказала всем свободным от работы
отдыхать - до встречи с Юпитером оставалось девять часов. Уходить никто не
хотел, и Саша очистил палубу криком: "Вас за это повесят, бунтарское
отродье!" (Двое суток назад в выпавшие минуты отдыха все смотрели последнюю
версию "Восстания на "Баунти"". Многие, кстати, считали, что Тане фильм не
стоит показывать, дабы она не почерпнула оттуда кое-какие идеи.) Спустя
несколько часов - заснуть так и не удалось - Флойд вернулся на обзорную
палубу. Юпитер стал гораздо больше, но превратился в серп - корабли выходили
на его ночную сторону. Глаз был бессилен фиксировать все детали сверкающего
ущербленного диска: пояса облаков, пятна всех цветов от белого до красного,
темные таинственные провалы, овал Большого Красного Пятна. На облаках лежала
круглая тень; от Европы - определил Флойд. Через шесть часов надо быть в
лучшей форме, но тратить время на сон преступно: все, что он видит, он видит
в последний раз. Где же пятно, о котором упоминал ЦУП? Вероятно, уже вышло
из-за горизонта, только вряд ли его различишь невооруженным глазом. Василий
наверняка занят. Придется ему помочь на правах астронома-любителя - всего
тридцать лет назад Флойд был в этом деле профессионалом. Он включил главный
50-сантиметровый телескоп и тут же увидел пятно - к счастью, "Дискавери" не
мешал обзору. Обстоятельства сложились так, что Флойд входил сейчас в первую
десятку специалистов по Юпитеру в Солнечной системе, причем остальные девять
были рядом. Но не требовалось быть специалистом, чтобы заметить в пятне
нечто странное. Оно было настолько темным, что казалось дырой в облаках.
Флойд усилил увеличение:
Юпитер с готовностью придвинул пятно поближе. И чем больше Флойд
вглядывался, тем меньше понимал.
- Василий, когда будет время, взгляните на монитор главного телескопа.
- Это так важно? Я сейчас проверяю орбиту.
- Там пятно, о котором упоминал Центр. Спешить, конечно, некуда, но
выглядит оно странно.
- Черт! Совсем забыл. Хороши же из нас наблюдатели, если мы не можем без
подсказки с Земли... Но дайте мне пять минут - оно, надеюсь, не убежит.
Верно, подумал Флойд. Только в подсказках нет ничего зазорного: земные и
лунные телескопы во много крат мощнее нашего. Пятно тем временем становилось
все необычнее. Флойд ощутил беспокойство. До сих пор он был убежден, что это
всего лишь какой-то каприз юпитерианской погоды, теперь появились сомнения.
Слишком уж черным и симметричным оно было, хотя граница вроде бы не
отличалась резкостью... И главное - оно действительно увеличивалось или это
был обман зрения? Флойд прикинул в уме: диаметр пятна достиг двух тысяч
километров. Ошибка исключена - оно было чуть меньше тени Европы.
- Ну-ка, посмотрим, что вы такого нашли, - раздался снисходительный голос
Василия. - О-о-о...
Орлов замолчал. Это "оно", с внезапной убежденностью понял Флойд, - то
самое. Чем бы ни было...
Зажигание
Понять, однако, какими опасностями грозит черная клякса на юпитерианской
облачности, было непросто. Да, она невероятна, необъяснима, но впереди,
через какие-то семь часов, события более важные. И самое главное из них -
разгон в ближайшей к планете точке орбиты.
Заснуть Флойд уже не пытался. Хотя ощущение опасности, опасности вполне
очевидной, и было гораздо слабее, чем при первом сближении с планетой, сон
не шел, мешали возбуждение и предчувствия. И причины у этих предчувствий
были куда сложнее. Флойд давно уже приучил себя не тревожиться о вещах,
изменить которые не в его власти. Однако его мучил вопрос: все ли сделано
для безопасности кораблей? Тросы, связывающие "Дискавери" с "Леоновым",
держали пока надежно, но главное испытание впереди. И не совсем ясны
последствия близкого взрыва зарядов, предназначавшихся для исследований
Большого Брата. И, конечно, ЭАЛ...
Сход с орбиты он выполнил безупречно. Моделирование перехода на
траекторию полета к Земле прошло также без каких-либо замечаний. И тем не
менее... Чандра, как и было договорено, все ему объяснил. Но понимал ли ЭАЛ,
что происходит?
В последние дни Флойда преследовала одна и та же навязчивая картина:
Юпитер заслоняет собою все небо, корабли завершают маневр, все идет
нормально - и тут ЭАЛ прочищает свое электронное горло и произносит: "Доктор
Чандра, можно задать вопрос?" На деле получилось не совсем так.
Большое Черное Пятно, как его сразу окрестили, уходило за горизонт.
Корабли, постепенно набиравшие скорость, встретятся с ним спустя несколько
часов, но уже на ночной стороне. Оно продолжало увеличиваться - за два часа
площадь возросла почти вдвое; Оно вело себя как чернильная капля в воде,
только интенсивность черного цвета не уменьшалась. Края пятна были слегка
размыты, но в этом не было ничего удивительного, если не забывать о высокой
скорости телескопа... Впрочем, открылась и другая причина. В отличие от
Большого Красного Пятна оно не было единым целым, его составляли мириады
отдельных точек. Они почти соприкасались, но по краям располагались
просторнее.
Загадочных точек было около миллиона, форма их была вытянутой. Катерина,
самый, казалось бы, прозаический человек в экипаже, удивила всех, сравнив их
с выкрашенными в черное рисинками, высыпанными на Юпитер.
Сейчас Солнце опускалось за узкий серп дневной стороны. Во второй раз за
короткое время "Леонов" приближался к юпитерианской атмосфере, чтобы
встретить свою судьбу. До включения двигателей оставалось всего полчаса.
Флойд подумал, что ему, возможно, стоило быть сейчас на "Дискавери",
рядом с Курноу и Чандрой. Но его помощь им не нужна. "Гильотина" у Курноу, а
в его реакции Флойд не сомневался. Малейшее ослушание - и ЭАЛ будет отключен
за секунду. Когда Чандра собственноручно принял участие в отработке перехода
на ручное управление, Флойд понял, что ему можно доверять. Однако Курноу не
разделял этого мнения. Более того, утверждал, что ему нужна вторая
"гильотина" - для Чандры. Посмотрим, как будет в действительности. Солнце в
последний раз вспыхнуло За кормой и скрылось за гигантской планетой, вокруг
которой мчались сейчас корабли. Когда оно появится вновь, все будет уже
позади.
- Двадцать минут до зажигания. Все системы работают нормально.
- Спасибо, ЭАЛ.
Любопытно, подумал Флойд, был ли Чандра до конца честен, когда запретил
остальным обращаться с ЭАЛом? Он говорил, что такие беседы могут повредить
компьютеру. Однако сам Флойд неоднократно разговаривал с ЭАЛом, когда рядом
никого не было, и тот всегда прекрасно все понимал..... И все же: что думает
ЭАЛ - если он думает - о цели полета? Всю свою жизнь Курноу открещивался от
абстрактных, философских проблем. "Мое дело болты да гайки", - говаривал он,
хотя таковых на борту корабля практически не было. "Что думает ЭАЛ?.." В
любое другое время он посмеялся бы над этой мыслью, но сейчас ему было не до
смеха. Понимает ли ЭАЛ, что его вот-вот бросят на произвол судьбы? И если
понимает, то способен ли возмутиться? Рука непроизвольно потянулась к
карману с "гильотиной".
В сотый раз Курноу мысленно проиграл то, что должно произойти час спустя.
Как только на "Дискавери" кончится топливо, они с Чандрой, выключив все
ненужные больше системы, перейдут на "Леонова". Сработают пирозаряды,
корабли разделятся, и "Леонов" начнет самостоятельный полет. Разделение
произойдет в ближайшей к Юпитеру точке орбиты...
- Пятнадцать минут до зажигания. Все в порядке.
- Спасибо, ЭАЛ.
- Между прочим, мы снова приближаемся к Большому Черному Пятну.
Видит ли кто-нибудь нечто новое?
"Надеюсь, что нет", - подумал Курноу, бегло взглянув на монитор. Василий,
вероятно, усилил увеличение. Черное Пятно состояло теперь из множества
отдельных элементов, и форма их была отчетливо различима.
- Боже мой! - подумал Курноу вслух. - Это невозможно!
Он услышал восклицания с "Леонова" - там увидели то же самое.
- Доктор Чандра, - сказал ЭАЛ. - Я ощущаю сильные голосовые вибрации.
Что-нибудь произошло?
- Нет, ЭАЛ, - быстро ответил Чандра. - Полет проходит нормально.
Просто мы кое-чему удивились. Как ты оцениваешь изображение на мониторе
номер 16?
- Я вижу темную сторону Юпитера. Вижу круглое пятно диаметром 3250
километров, почти сплошь покрытое прямоугольными предметами.
- Сколько их?
После неуловимой задержки ЭАЛ высветил на дисплее цифры: 1 355 000 +- 1
000.
- Они тебе что-нибудь напоминают?
- Да. Они идентичны объекту, который вы называете Большим Братом.
Десять минут до зажигания. Все системы работают нормально. Кроме моих,
подумал Курноу. Итак, чертова штука спустилась на Юпитер и размножилась. В
скоплении черных монолитов было что-то смешное и зловещее одновременно - и,
что самое удивительное, нечто знакомое. Конечно же! Мириады черных
прямоугольников походили на домино! Много лет назад Курноу смотрел
документальный видеофильм. Несколько японцев, очевидно не вполне нормальных,
создали конструкцию из миллионов таких костяшек. Крайняя из них падает на
соседнюю; постепенно в этот процесс вовлекаются остальные. Костяшки
располагались так, чтобы при падении образовывать узоры; часть конструкции
находилась под водой, часть - на ступенях. Процесс падения домино
продолжался несколько недель, в первых попытках его прерывали
землетрясения...
- Восемь минут до зажигания. Все системы работают нормально. Доктор
Чандра, у меня есть предложение.
- Да, ЭАЛ?
- Это явление достаточно необычно. Возможно, следует остановить отсчет,
чтобы вы задержались и исследовали его? Флойд торопливо направился к рубке
"Леонова". Тане и Василию он наверняка понадобится, хотя он предпочел бы
оказаться сейчас рядом с Чандрой и Курноу. Ну и ситуация! Что, если Чандра
поддержит ЭАЛ? У него, кстати, есть для этого все основания. Ведь именно для
таких исследований они сюда и прилетели!
Если прекратить отсчет времени, корабли обогнут Юпитер и через
девятнадцать часов окажутся в той же точке. Отсрочка сама по себе ничем не
грозит. Если бы не полученное предупреждение, Флойд и сам поддержал бы
предложение.
Но дело не только в предупреждении. Внизу, по лику Юпитера, расползается
космическая чума. Возможно, они улетают от самого загадочного явления во
всей истории космической эры. И все-таки лучше изучать его с безопасного
расстояния...
- Шесть минут до зажигания, - сказал ЭАЛ. - Все системы работают
нормально. Если вы согласны, я готов остановить отсчет. Напоминаю, что моя
главная задача - исследовать любое явление в районе Юпитера,
предположительно связанное с иным разумом.
Флойд узнал эту формулировку: он сам ее когда-то придумал. А сейчас хотел
бы стереть из памяти ЭАЛа. Секунду спустя он был уже в рубке, рядом с
Орловыми. Они смотрели на него с тревогой.
- Что вы посоветуете? - быстро спросила Таня.
- Боюсь, все зависит от Чандры. Могу я поговорить с ним?
Василий протянул микрофон.
- Чандра? Надеюсь, ЭАЛ нас не слышит?
- Да, не слышит.
- Времени у нас нет. Убедите его продолжать отсчет. Объясните, что мы
высоко ценим его научный энтузиазм и уверены - он способен продолжить работу
без нас. Скажите, что мы будем держать с ним связь.
- Пять минут до зажигания. Все системы работают нормально. Я жду ответа,
доктор Чандра.
Как и все мы, подумал в командном отсеке "Дискавери" Курноу. Если мне
все-таки придется нажать эту чертову кнопку, станет, вероятно, полегче.
- Хорошо, ЭАЛ. Продолжай отсчет. Я верю, ты способен самостоятельно
исследовать систему Юпитера. Мы будем поддерживать с тобой связь.
- Четыре минуты до зажигания. Все системы работают нормально.
Давление в топливных баках расчетное. Пусковой механизм плазменного
реактора готов к работе. Вы уверены в правильности своего решения, доктор
Чандра? Мне нравится работать с людьми, это меня стимулирует. Курс корабля
точен до одной миллиардной.
- Нам тоже нравится работать с тобой, ЭАЛ. И мы будем поддерживать связь,
даже через миллионы километров. - Три минуты до зажигания. Все системы
работают нормально. Утечек радиации нет. Как быть с проблемой временного
запаздывания, доктор Чандра? Может возникнуть необходимость срочной
консультации. Это безумие, подумал Курноу, нащупывая в кармане "гильотину".
Я же готов поверить, что ему действительно... одиноко. Или он воспроизводит
сейчас какую-то часть личности Чандры, о существовании которой мы и не
подозревали?
На панели замигали лампочки, но лишь тому, кто разбирался во всех
тонкостях поведения "Дискавери", был понятен этот язык. Курноу бросил взгляд
на Чандру. Лицо у него было настолько измученное, что Курноу впервые
почувствовал жалость. Вспомнился рассказ Флойда о пугающем предложении
Чандры - остаться на три года в компании ЭАЛа. Потом, правда, эта тема не
поднималась; возможно, и сама идея забылась. Однако не исключено, что сейчас
искушение вернулось к Чандре; впрочем, даже если это и так, у него ничего не
получится. Пусть запуск двигателей будет отсрочен, пусть они сделают лишний
виток... Времени на подготовку к такому предприятию нет. А если бы оно и
было, Таня бы не позволила.
- ЭАЛ, - сказал Чандра так тихо, что Курноу еле его расслышал, - мы
должны улететь. Я не могу объяснить всех причин, но это действительно так.
- Две минуты до зажигания. Все системы работают нормально. Жаль, что вы
не можете остаться. Не могли бы вы сообщить мне хотя бы некоторые причины,
самые важные?
- Не за две минуты, ЭАЛ. Продолжай отсчет. Мы будем еще больше часа...
вместе.
ЭАЛ не ответил. В отсеке повисло неустойчивое молчание. Курноу взглянул
на часы. Боже мой, неужели ЭАЛ прекратит отсчет? Его палец нерешительно лег
на кнопку "гильотины". Хоть бы Флойд сказал что-нибудь - но он, вероятно,
боится усугубить ситуацию. Ждать можно максимум минуту, потом придется
нажать кнопку и переходить на ручное управление.
Издалека донесся свист - пока еще слабый, будто от зародившегося где-то
за горизонтом торнадо. "Дискавери" пронзила вибрация. Появились первые
признаки возвращения силы тяжести.
- Зажигание, - сказал ЭАЛ. - Полная тяга - через пятнадцать секунд.
- Спасибо, ЭАЛ, - ответил Чандра.
Над ночной стороной
Флойд в этот момент находился на полетной палубе "Леонова". Из-за
вернувшейся гравитации палуба казалась чужой. Происшедшее представлялось ему
кошмарным сном. Лишь однажды, на заднем сиденье потерявшего управление
автомобиля, испытал он подобное чувство: ощущение безысходности и неприятие
того, что это происходит именно с ним. Он постепенно возвращался к
реальности. Все идет по плану, ЭАЛ разгоняет корабль к Земле. Флойд позволил
себе немного расслабиться, не упуская, впрочем, из внимания происходящее. В
последний раз он - и кто знает, когда вообще вернется сюда человек, -
пролетал над ночной стороной планеты, тысячекратно превосходившей Землю.
Корабли были ориентированы так, чтобы из "Леонова" открывался вид на Юпитер.
Десятки приборов все еще собирали информацию; когда "Леонов" уйдет отсюда,
ЭАЛ продолжит эту работу. Да, кризис миновал. Флойд, с трудом привыкая к
ощущению тяжести, спустился на обзорную палубу. Таня и Катерина были уже
тут. Горели лишь тусклые аварийные лампочки, так что ничто не мешало
любоваться ночной стороной планеты. Флойд мысленно посочувствовал Максу и
Саше, запертым в воздушном шлюзе, - созерцать это зрелище они не могли. Они
готовились к тому, чтобы вручную разделить корабли, если не сработают
пирозаряды. Юпитер заполнял все небо; с расстояния в пятьсот километров
можно было видеть лишь ничтожную часть окутывающей его облачной пелены.
Когда глаза Флойда привыкли к полутьме, он понял, что свет дает в основном
ледяной панцирь Европы. Как ни слабо было освещение, удавалось рассмотреть
довольно многое. Цвета, правда, были практически неразличимы - лишь редкие
отблески красного, - зато облачные пояса вырисовывались четко, и Флойд
заметил даже край циклона, напоминавшего отсюда гигантский ледяной остров.
Большое Черное Пятно давно осталось позади, экипаж "Леонова" вновь увидит
его лишь с траектории полета к Земле. Юпитерианские облака время от времени
подсвечивались вспышками молний. Однако были там и более постоянные
источники света: природа их оставалась неясной.
В одних случаях свечение расходилось волнами, в других - лучами или
веером. Легко было представить себе, что планета заселена - горят под ее
облаками огни городов, светятся аэропорты... Но радары и автоматические
зонды давно доказали, что на тысячи километров вглубь, до самого ядра,
твердой материи нет и не может быть.
Полночь на Юпитере! Флойд будет вспоминать это волшебное зрелище всю
жизнь. А сейчас можно им наслаждаться, спокойно и беззаботно, поскольку
случиться уже ничего не может. По крайней мере, он сделал для этого все, что
было в его силах.
Внизу расстилался ковер облаков. На обзорной палубе царила тишина, лишь
каждые несколько минут Василий или Таня докладывали о ходе маневра. Однако
по мере того как исчерпывалось топливо "Дискавери", напряжение нарастало.
Окончание топлива - критический момент, но никто не знал, когда он наступит.
Расходомеры могут давать неверные показания, потому разгон будет
продолжаться до тех пор, пока баки не опустеют.
- Отсечка двигателей предположительно через десять секунд, - сказала
Таня. - Уолтер, Чандра, готовьтесь к переходу. Макс, Саша, внимание. Пять,
четыре, три, два, один, ноль! Ничего, однако, не изменилось. По-прежнему
тихо выли двигатели "Дискавери", небольшая сила тяжести все также прижимала
людей к полу. Повезло, подумал Флойд, топлива оказалось больше, чем
показывали приборы. А сейчас важна каждая капля, от нее может зависеть
жизнь... Таня продолжала диктовать цифры. Удивительно: сейчас они
возрастали, а не уменьшались, как бывает обычно.
- ...Пять секунд... Десять... Тринадцать... Есть - на чертовой дюжине!
Вернулась невесомость и на какой-то миг тишина, тут же сменившаяся
взрывом восторга на обоих кораблях. Но всеобщее ликование длилось недолго -
слишком многое нужно было сделать, причем как можно быстрее. Флойд дернулся
было к шлюзу - встретить Чандру и Курноу, но передумал. В шлюзе тесно и без
него - предстоит отсоединить связывающий корабли туннель. Макс и
...Закладка в соц.сетях
