Жанр: Электронное издание
scherb10
...тельно) проплывала глыба один вид которой уже мог внушит
тревогу. Казалось, что глыбу эту намеренно терзали, подвергали неимоверным
мученьям, от которых он непременно должна была бы разлететься в прах,
однако, каким-то злым волшебством все еще корежила взор своим жутким видом.
Это было не с чем не сравнимое нагроможденье острых углов, каких-то
причудливо, судорожно скрюченных трещин - казалось, что все это сжали с
неимоверной силой, потом изожгли до самых недр - и это, уже мертвое, все
равно летело, устрашало своим кошмарным подобием жизни.
- Скорее! Летим отсюда! Мне страшно! - выкрикнула Вера.
- Мне страшно! - плачущим голосом прокричал Санти.
Вот Вилтор взглянул на них - их контуры на фоне голубого гиганта, на фоне
вытягиваемой из него струи раскаленных газов показались такими хрупкими, и
он тоже почувствовал тогда тревогу, и уже собирался отдавать команду о
возвращении, как увидел движение. Точнее даже не увидел, а скорее
почувствовал - настолько слабой была эта крапинка, что только потому, что он
очень хотел ее увидеть, и велика была его боль - вернуться, оставить надежду
- только потому и смог увидеть ее на какое-то мгновенье. Этого мгновенья
было достаточно - он тут же ясно осознал, что эта крапинка стремительно
двигалась по прямой, как могут только двигаться рукотворные корабли. Не
оставалось никакого сомнения, кто был на этом корабле. Сердце с устрашающей
силой забилось в груди, кровь обожгла тела - Вилтору казалось, что он сейчас
разорвется в клочья, не сможет сдержать этого огромного чувства, вот
пророкотал:
- Я нашел ЕЕ! Слышите все - я нашел ЕЕ!!! - ему казалось, что его голос
раскатывается по всему космосу, он засмеялся, а потом, недоумевая, почему
это корабль еще стоит на месте пророкотал. - Вперед, за нею!
- Позвольте уточнить, за кем?
- За нею! За нею! За Звездой!
- Все звезды пребывают в движении. Позвольте уточнить, к скорости какой
именно звезды требуется прировнять мое движение.
- Эх ты, за Кэролайн!.. Чувств в тебе нету!.. Ну, за кораблем - за земным
кораблем! Скорее же!..
- Простите, но ни одним из моих датчиков не было зафиксировано...
- Бред! - нетерпеливо прервал его Вилтор. - Я же явственно видел! Вон
там!.. Ни на что ты не годная, слепая железка!.. Двигайся по направлению к
красной звезде - я точно видел, что... Немедленно - скорость максимальная!
Скорее же - ведь мы не можем упустить...
- Летим отсюда! - с ужасом воскликнула Вера.
- Папа, папа - быть может - это новая цивилизация?! Вот было бы здорово!
- захваченный новой идеей воскликнул Санти.
- Моими приборами не было зафиксировано никакого искусственного
передвижения, в радиусе ста тысяч миль. Продолжаю движение, по выбранной
капитаном траектории. Внимание - опасность - наличие большого количества
объектов допланетарного характера, в основном это глыбы - ими заполнено все
пространство - сложность маневров - вынужденное снижение скорости - велика
возможность столкновения с небольшим объектом диаметром меньше метра - ими
заполнено здесь все пространство - датчики с трудом справляются с фиксацией
всех - вынужденное снижение скорости до тысячи миль в секунду...
- Устаревшая груда железок! (корабль был одним из новейших). Я
приказываю...
Тут вновь взмолилась Вера, да и Санти вновь заплакал, теща же восклицала
что-то в ужасе не переставая - и вновь появились в Вилторе разумные чувства,
и уже собирался он повелеть кораблю поворачивать, как вновь увидел, а точнее
- почувствовал эту крошечную точечку. Только на мгновенье мелькнула она на
фоне бордовой звезды, и тут же исчезла.
- Ну, теперь то видел?! - громко вскричал Вилтор. - Не мог же не видеть!
скорее - за нею...
- Простите, капитан, но по прежнему незамечено никакого искусственного
движения. Продолжить ли полет в выбранном направлении?..
- Да, да - продолжай, и быстрее. Черт с этими опасностями - какие тут
могут быть опасности, когда нас ведет рок! Тысячи световых лет, ничтожный
шанс встречи - все это ничего не значит! Так же, как и эта безопасность
твоя! Лети же! Лети скорее! Я требую!..
И вновь отчаянно протестовала жена, но теперь Вилтор не обращал на нее
никакого внимания. Он пронзительно вглядывался вперед, к медленно
нарастающей, зловещей бордовой звезде, а в голове одно за другим поднимались
воспоминания юности - хотя бы то воспоминание, когда он писал ей стихи -
теперь он жалел, что не писал стихи все это время, ведь он уверен был в
скорой встречи - и тогда бы он передал, или прочел самые лучшие. Вокруг
мелькали уродливые глыбы, подобные той, которой увидели они первую, а
корабль сообщал:
- В системе обнаружено только одно крупное тело сравнимое с Луной. Тело
состоит из слипшихся плит, подобных тем, которые нас окружают. Процесс
планетообразования не был завершен из-за близости системы голубой гигант -
черная дыра - с неравномерными периодами здесь проходят выбросы из этой
системы. Природа их не установлена, но именно из-за них глыбы принимают
такую причудливую форму. Наличие большого количества излучений в различных
диапозонах делают...
Однако, мозг так и не успел досказать то, что хотел, потому что все
потонуло в громогласном, торжествующем вопле Вилтора:
- ВОТ ОНА!!! ТЕПЕРЬ ТО ВСЕ ВИДИТЕ?!!! ВОТ, ВОТ ЖЕ ОНА!!!!!
И, действительно, теперь уже отчетливо он видел космический корабль. Не
какой-то там инопланетный - нет - самый обычный людской корабль
предназначенный для небольшого количества пассажиров. Белеющий, словно
лебедь из старых фильмов, стремительно летел он перед ними, отдергивался в
стороны, когда на пути попадались глыбы. При этом Вилтор почувствовал еще и
сильную боль в голове - будто шило раскаленное вклинивалось в затылок - не
обратил он внимание на эту боль, слишком был поглощен. Кричал исступленно:
- Ну, что же вы молчите?! Что?! Теперь то все видите?! Вот Она! Скоро
уже!..
- Вилтор! Милый, муж - спаси! Давай повернем! - голос Веры дрожал - она
была в ужасе. - Ничего мы не видим... Здесь излучения какие-то... Страшно
здесь!.. Жутко!.. Спаси!..
- Да вы слепые!..
- По прежнему не зафиксировано никакого искусственного движения. -
отрапортовал корабль, и тут же. - Внимание - стремительно надвигается
сильное магнитное поле...
И тут Вилтор увидел - с одной стороны небес стремительно меркли звезды,
непроницаемая, без единого проблеска надежды чернота разливалась там. Что-то
невидимое, огромное стремительно надвигалось.
- Капитан, ищу пространство необходимое для гиперпрыжка, слишком высока
плотность...
- За ней! За Звездою!
Так, не в силах сдержать стона от сильной рези в голове, пророкотал
Вилтор, и вот сам, забывши, что у него есть тело, что он не дух, способный в
одно мгновенье преодолевать сколь угодно большие расстояния, метнулся через
невидимую каюту, к тому белеющему кораблю, который летел быстрее их, удался.
Он врезался в стену, упал - в то же время осталось позади крупное скопление
глыб и неожиданно открылась та самая планета лунных размеров о которой
говорил корабль. Хорошо было видно, что она была насильственно слеплена из
уродливых, кривых, похожих на клыки глыб - они дыбились делая ее больше
всего похожей на вздувшегося и распрострашенного морского ежа, которого
окружала блекло-розоватая дымка. Именно к этой планете и несся корабль
Кэролайн - Вилтор ревел, чтобы увеличить скорость преследования, мозг
отвечал, что необходим прыжок, Вера рыдала, теща кричала, Санти стонал,
схватившись за голову - в общем, гвалт стоял совершенно невыносимый. Однако,
гвалт этот продолжался совсем недолго - затем Вилтор, который все время
пристально вглядывался увидел некое стремительное движение тьмы, на
мгновенье все померкло, затем стала видна каюта в которой все они на самом
деле находились, что-то затрещало, завыла тревога, а потом - нахлынула тьма,
и Вилтор уже ничего не помнил.
Когда-то, еще в самую раннюю пору юности Вилтор был буквально влюблен в
старинную романтическую литературу - писатели прошлых веков предполагали,
что астронавты будущего будут попадать в катастрофы так же как матросы при
морских штормах. Герой выживал, а вот разбитый корабль уже не мог отвезти
его домой, вообще не мог каким-либо образом соединить с цивилизацией. И этот
несчастный (или наоборот - счастливый) оставался один на один с неизведанным
миром, попадал во всякие необычайные приключения, иногда встречал
какую-нибудь прекрасную туземку, влюблялся в нее. Обычно такие истории
заканчивались счастливо, а Вилтор зачитывался, представлял себя на месте
того или иного героя... Теперь, придя в себя, он прежде всего понял, что
попал именно в такую ситуацию.
Прежде всего он увидел смятый, искореженный, еще горящий корабль - он был
метра в ста от него, и Вилтор непременно бы погиб, если бы не успела
сработать капсула - именно в ней он и стоял. От удара капсула пробила
каменистый грунт, и он по колени погрузился в него. За покрывшимся мелкой
паутинкой трещин открывался чуждый вид: неподалеку плато рассекала
исполинская пропасть, из глубин ее подымалось бордовое свечение, с другой же
стороны высился не менее исполинский склон, вершину которого скрывала
темно-серая муть. Поверхность беспрерывно сотрясалась, иногда с иной стороны
ущелья проносились некие расплывчатые тени в глубинах которых перекатывались
бордовые блики, однако, из-за дальности и их стремительности Вилтор так не
смог разглядеть, что это такое. Кое-где на небе сияли звезды, но большая его
часть была погружена в непроницаемую черноту. Вилтор тут же вспомнил о
мраке, который и послужил причиной падения, и, поморщившись, спросил:
- Что - это невидимое вещество приближается к планете...
Что-то щелкнуло, и механический голос через шипения поведал: "Выброс из
черной дыры. Состав неизвестен. Большая интенсивность излучений - многие не
поддаются классификации. Полная поглощаемость света - плотность неизвестна -
скорость неравномерна. Возможность столкновения с планетой через пять-шесть
часов... Неточные сведения: температура на поверхности - до пяти тысяч
градусов, предположительно, наружный непроницаемый слой служит оболочкой для
внутренних, нагретых до сотен миллионов..."
Однако, Вилтор уже не слышал, что говорила ему капсула - он увидел другую
капсулу, которая шагах в тридцати от него ушла в грунт более чем на половину
- стекло все было разодрано, все залито кровью.
- Чья это капсула?!! Чья?!! - вскричал Вилтор.
- Вашей тещи. - спокойно констатировала капсула.
- Она, ведь, еще жива?!
- Жизненные процессы прекратились мгновенно...
Вилтор попытался вызвать в себе горечь, однако, тут почувствовал, что
никакой горечи нет, в какое-то мгновенье в глубине своего сознания даже
отметил, что - это даже хорошо, что тещи теперь нет, что никогда больше не
будет она надоедать ему своим ворчанием. Конечно, в то же мгновенье он очень
устыдился этаких своих мыслей - отбросил их с отвращением, и даже проговорил
несколько каких-то горестных, неискренних фраз, потребовал, чтобы капсула
определила состав атмосферы. Удивительно, почти невозможно, но атмосфера
оказалась пригодной для дыхания, разве что воздух был через чур жарким, но
не превышающим все ж допустимых пределов. Прозвучали какие-то
предупреждения, и вот капсула распахнулась - Вилтор выбрался на поверхность,
почувствовал сильную слабость в ногах, едва не повалился, и вот, проклиная
эту слабость, выкладывая все силы, почти бегом устремился к разбившемуся
кораблю. Несмотря на то, что видно было, что эта груда уже никогда не
полетит, он, все-таки, смутно еще на что-то надеялся, и только когда
подбежал к борту, когда увидел, насколько же там все искорежено, и когда
спросил у мозга относительно жены и сына и получил в ответ только треск
пламени - то смирился, понял, что всякая надежда на починку тщетна. В
какое-то мгновенье он осознал, что хочет, чтобы и Веры и Санти больше не
было, но тут же он ужаснулся собственным мыслям, назвал даже подлецом -
обернулся и увидел их капсулы. Просто удивительно, как это он не заметил их
прежде! Он подбежал к одной из капсул, взглянул за стеклянную поверхность -
там стояла Вера, бледная как смерть, смотрела на него испуганными глазами.
Он помог ей выбраться, и уже вместе они открыли капсулу с Санти. Мальчик был
еще более бледен чем его мама, и, как выбрался, так подбежал к ней, обхватил
и крепко-накрепко прижался, вздрагивая всем телом, беспрерывно рыдая,
спрашивая, когда же придет помощь, когда вызволят их из этого места.
Вилтор знал, что перед гиперпрыжком данные о нем поступили в
галактическую навигационную службу, что никаких больше сигналов из-за
сильных радиационных полей они принять не могли, и встревожатся, начнут
поиски не ранее чем через три дня - он вспомнил, что через несколько часов
заполоняющая небо чернота должна была обрушится на эту планету.
- А где мать моя? Мать мою не видел?.. - нервным голосом несколько раз
спрашивала Вера.
Вилтор пробормотал что-то про то, что он ничего не знает, так как
попросту страшно ему было говорить правду - он то знал, как тяжело переносит
Вера всякие лишение, и от одного представления, что будет, когда она узнает
правду, озноб охватывал его. Но Вера сама заметила ту капсулу, осторожно
отстранила Санти, пошла к ней сначала медленно, потом побежала, и, вдруг,
резко остановилась - увидела, что там. Жуткий ее, воистину звериный стон
потряс воздух, и бесформенные тени, которые метались на другой стороне
пропасти изменили свое движенье - стали складываться между собою, расти.
Вилтор сделал было к своей супруге несколько шагов, но тут новая волна
заунывных, адских стонов потрясла воздух, и он понял, что не выдержит еще и
этой боли, стал отступать. Вот Санти - с покрасневшими от слез глазами
медленно идет, дрожит - Вилтор ступил было к нему, хотел утешить, унести
подальше, однако сын шарахнулся в сторону как от какого-то чудища - даже
вскрикнул, и вот с распростертыми объятиями бросился к матери, которая так и
стояла, стеная у окровавленной капсулы.
Вилтор даже оглядываться на них не спел - знал, что это принесет ему
большие страдания; покачиваясь, прошел он к капсуле сына, шепотом, почему-то
боясь, что его кто-то услышит и помешает, спросил:
- Что же Кэролайн?!..
Тут новая, резкая вспышка боли пробуравила его голову, он едва не
повалился, но, все-таки, удержался на ногах, ухватился руками за эту
капсулу, и дрожащим голосом, уткнувшись в жаркую железную поверхность,
спрашивал:
- Ну, что - это, наверно, какое-нибудь космическое излучение, да?!
Повлияло на мой мозг?.. Что - верно, верно?!.. Ничего не было - да?!..
Просто очень хотел, чтобы было и вот - галлюцинация! Как все просто, да,
да?!..
Ему очень страшно было услышать ответ - он знал, что, если ответ будет
положительным, то он не выдержит, быть может, сойдет с ума. Тогда, ведь,
перед ним открывалась пучина ада - одиночество, отчаянье, безысходность. Вот
он представил, как останется с этой нелюбимой, воющей от боли жены, и сам
завыл, заскрежетал зубами - капсула начала что-то отвечать, но он не
выдержал, зажал уши, повалился, и пролежал так на поверхности неведомо
сколько времени. Потом поднялся и повторил свой вопрос. Ответ был таков:
- Местное пространство заполнено различными излучениями, однако - так и
не выяснено, каким образом они влияют на мозг. Действительно, при полете в
космосе никакого искусственного объекта зафиксировано не было, но при
приближении к поверхности удалось что-то засечь. Это продолжалось лишь
несколько мгновений, природа его не была выяснена, но, возможно, что - это
корабль...
- Где он упал?! - тут же встрепенулся, и схватился за капсулу, встряхнул
ее словно живого собеседника за плечи Вилтор. - Где этот корабль?! Что ж ты
раньше ничего не говорил?!..
- Перед столкновением все ресурсы были направлены на сохранение вашей
жизни. Извините, но я не могу указать место. Скорее всего, это поблизости, в
радиусе десяти, пятнадцати миль, но, повторяю, только предположительно, что
- это был корабль, возможно же, что и сложное органическое соединение,
местная форма жизни. Впрочем - и это только предположение - в воздухе
пролетают соединения всевозможных частиц, невозможно определить, какие из
них движутся от природных факторов, какие по собственной воле.
Нет - Вилтор сразу отбросил всякие сомнения. Он пристально стал
оглядываться, и вот обнаружил, что на другой стороне пропасти тени собрались
в медленно извивающуюся толстенную колонну, которая сливалась в верхней
своей части с укрывающей утес черно-серой дымкой - колонна вытягивала
призрачные щупальца и постепенно приближалась. Увидел он и Веру - она, вся
мертвенно бледная, покачиваясь, шла к нему, кричала что-то, но из-за
постоянного рокота подрагивающей поверхности слов было не разобрать - да и
не хотел он ничего слышать. Вот подбежал Санти, и крикнул:
- Бабушка жива - только ранена очень. Помоги маме ее вытащить! Скорее!
Скорее!..
На Вилтора эти слова повлияли раздражающе, он ничего не ответил, но
подрагивая от напряжения, продолжал оглядываться, пытаясь определить
направление в котором надо бежать к Ней, к Звезде. Когда же перед ним
остановилась наконец Вера и, с трудом подбирая слова, стала молить, чтобы он
не мешкал, чтобы скорее бежал помогать ее матери, Вилтор выпалил:
- Неужели ты не понимаешь, что через несколько часов нас не станет?!
Здесь будет несколько тысяч или миллионов градусов - это не важно! Так
скажи, к чему же пытаться мать вытащить, когда единственный выход - это
найти Кэролайн! Она здесь! Это уже точно! Это вы, неверующие, усомнились - а
она здесь, здесь! Я ни на мгновенье не усомнился!.. Только бы успеть найти
Ее, и она уж спасет! В этом то не сомневаетесь?!..
Выкрикивал он все эти слова машинально, продолжая при этом оглядываться.
Наконец, приметил, что с одной стороны поднимается едва приметное оранжевое
сияние - он даже и позабыл, что, когда он впервые увидел эту планету, она
вся была окружена подобным светом. Теперь это сияние показалось ему
искусственным, и он, конечно же, уверился, что - это корабль Кэролайн сиял.
Он даже не стал ничего объяснять Вере - все казалось ему настолько
естественным - он из всех сил бросился бежать в ту сторону. Она вцепилась
ему в рукав, пыталась удержать, быстро говорила:
- Эта планета нас с ума сводит! Нам не избежать смерти, так хоть смерть
вместе примем. Мы, все-таки, семья - вот и будем стоять, обнявшись. Так
лучше, чем с воплями разбегаться.
Вилтор попросту оттолкнул ее, и продолжил свой бег. Он бежал не
останавливаясь, чувствовал, что весь взмок от пота, в боку была сильная
резь, еще более сильная резь вклинивалась в голову, и весь подбородок его
уже был залит кровью из носа. Он, верно, не выдержал бы всего этого - но
ведь уверен был, что впереди ждет его Кэролайн. Сияние все усиливалось, и,
наконец, он вбежал в оранжевый туман - мчался в нем неведомо сколько
времени, мчался из всех сил, даже и не задумываясь, что может во что-нибудь
врезаться, и вообще - сколь ничтожен шанс найти этот корабль, если он вообще
есть. Закончилось это тем, чем и должно было закончится - он врезался в
какой-то выступ, от удара потерял сознание, а когда очнулся, то обнаружил,
что оранжевый туман ушел в сторону, а этот выступ был последним перед ровной
площадкой за которой начиналось матовое озеро.
И Вилтор как-то сразу понял, что - это разъедающая все кислота. Чтобы еще
уверится в этом, он вытащил из кармана им же изобретенный пакет с комплексом
питания на несколько недель и зашвырнул его подальше от берега. Видно было
как в мгновенье пакет сжался в черную точку да и вовсе исчез...
И вот теперь Вилтор стоял в одном шаге от матовой поверхности, и страшно
терзался в душе. С одной стороны ему еще хотелось жить, бороться, надеяться,
что он увидит Кэролайн, с другой стороны, когда он только увидел эту гладкую
матовую поверхность, пришла осознанность, что все это самообман, и никакой
Кэролайн здесь нет. Он даже приговаривал: "Надо же мне было врезаться в этот
выступ в тумане. Вот пробежал бы еще немного, и упал бы в эту кислоту.
Ничего бы и не понял, и испугаться бы не успел - сразу бы все оборвалось, и
никаких терзаний!.. Раз так думаешь, значит - действительно хочешь смерти!
Ну, что же ты - собери ноги для прыжка, только оттолкнись посильнее - все,
что от тебя требуется - это оттолкнуться посильнее. Дело одного мгновенья".
И, пытаясь найти силы для этого решительного действия, он взглянул на
небо, на котором не осталось ни одной звездочки - все оно, непроницаемо
черное, в любое мгновенье грозилось обрушится, поглотить его в эту черноту.
И вновь представилось исполинское чудище, в утробе которого ад, и там
безвыходно обречена метаться его душа. Ведь он даже не знал, сколько
осталось времени до столкновения - но он точно знал, что вся эта масса
движется очень стремительно, что, когда начнется ее падение, он не успеет
прыгнуть в спасительную кислоту. И вот отчетливо - до рези отчетливо
промелькнула картина, как он совершает этот прыжок, как тело его обращается
в ничто - вновь ужас - ужас перед смертью, перед забвением. Вспомнилась
Кэролайн, вспомнился ее райский голос, и так захотелось жить, надеяться, что
все-таки будет встреча. И он отступил на шаг, намеривался уж бежать прочь,
продолжать поиски и тут...
Тут с одной стороны небосклон заполнился жуткой, мерцающей вспышкой цвета
запекшей крови - это сияние разлилось по куполу атмосферы на многие мили
вверх, и вот в этом куполе прорезалась, неожиданно встала до земли колонна
непроницаемого мрака, поверхность всколыхнулась, колонна оборвалась, а там
далеко-далеко, в месте столкновения, медленно стало подниматься облако
раскаленных газов. И вся эта картина представлялась такой жуткой, что Вилтор
почувствовал себя жалкой песчинкой, и уже уверился, что сейчас вот бросится
в кислотное озеро. У него даже страх был, что и метнувшись прямо сейчас, он
уже не успеет, что через мгновенье произойдет планетарная катастрофа. Вот он
сделал несколько судорожных, стремительных шагов - он уже готов был
прыгнуть, и в это время, все это расходившиеся над матовой поверхностью
дымчатые стены, разошлись окончательно. Произошло это словно в чудесной
сказке - разом, по волшебству, открылась прекраснейшая картина, открылось
спасение его. Теперь прекрасно было видно, что метрах в двухстах от берега
выступал из кислоты каменный островок, а на нем... на нем, словно лебедь
белогрудый возвышался, прекраснейшим храмом стоял корабль Кэролайн. Видение
было настолько необычным, настолько прекрасным, что Вилтор тут же, в одном
стремительном порыве, пал на колени, и, вытягивая к этому кораблю дрожащие
руки, стал молить, чтобы снизошла она, чтобы спасла. Вот вновь в голове
прорезалось раскаленное шило - в иное время Вилтор застонал бы от боли,
теперь же он попросту не заметил этого. Вот он заметил, что упал на колени,
почти соприкасаясь с кислотою, и одним сильным рывком отпрянул назад - при
этом все продолжал вытягивать к кораблю руки. Он вглядывался в эту
белоснежную поверхность, с тревогой искал - нет ли каких повреждений -
корабль выглядел так, будто только что был создан. И тогда новая боль
полыхнула в его сердце: ведь в любое мгновенье мог взмыть этот корабль,
исчезнуть в этих черных небесах. Да и что, право, ему было делать здесь,
среди этого мрака?.. И так ему ясно представилось, как останется он один,
уже без всякой надежды, перед тем надвигающимся космическим ужасом, что
сначала завыл он зверем раненным, а потом, все разрастаясь, вырвался из него
вопль: "КЭРОЛАЙН!!!" - на этом вопле он сорвал себе голос, захрипел, но тут
же, стремительно набрав себе в легкие жаркого воздуха, вновь завопил,
надрываясь это имя. Эхо загудело над озером, заметалось среди окружающих его
каменных выступов, в отдалении отозвалось грохотом, а Вилтор уже вновь
набрал в легкие воздуха, вновь завопил. Ему нечего было терять - либо Она
услышит, придет - либо... ад.
И вот Вилтор увидел, как от борта корабля словно белое перо отделилось,
стремительно полетело к берегу, к нему. Он всю жизнь ждал этой встречи, а
произошло все настолько стремительно, неожиданно, что он и опомнится не
успел. Перо оказалась капсулой для перелета на небольшие расстояния, оно
опустилось в двух шагах от него и тут же вышла из него, встала пред ним, по
прежнему на коленях молящих Кэролайн, Звезда.
Вилтор слова не мог вымолвить, не мог пошевелится. Теперь какие-либо
житейские волнения, воспоминания, любые чувство - ничто ничего не значило.
Была только Кэролайн, был только свет, который могут видеть разве что
блаженные после смерти - свет льющийся из очей ее. И что там какой-то
космический поток из черной дыры? Пусть изжигает, пусть не станет тела - он
уже чувствовал себя умершим, и бесконечно счастливым, он свято верил, что
ника
...Поділитися у соцмережах
