Жанр: Электронное издание
Rudaz-08
...смотрят, что это их бывший коллега. Будут экспериментировать,
пока не разберут на кусочки. Я и сам пару раз чудом избегал подобной участи.
А теперь он живет и работает прямо тут - устроился кладбищенским сторожем.
Платят гроши, но зато бесплатное жилье. Вполне приличное, кстати. С пропиской
ему помог какой-то старый приятель, он же и деньгами субсидировал - Святогневнев
ему слегка намекнул на кое-какие свои проекты. Да и я малость подсобил - у меня
в этом тоже есть свой интерес. Какой? Да вот этот самый - теперь у меня в Москве
всегда есть удобная хаза, где можно спокойно отсидеться пару деньков.
- Мне сначала еще и могильщиком предлагали устроиться, но ты же знаешь, я копать
не люблю... Хотя клиентура все равно докапывается. Недавно прикопалась одна -
выкопай, да выкопай могилу мужу! Я ее саму чуть не закопал!
- А других проблем нет? - уточнил я. - Никто не наезжает? А то сам знаешь - если
что, я всегда...
- Было на той неделе... - хихикнул мертвый ученый. - Какие-то панки тут праздник
устроили - могилы в краске испачкали, кресты ломали, газоны все истоптали...
- А ты?
Святогневнев осклабился и кивнул на груду хлама, лежащего поодаль. Там оказались
какие-то каски, кожаные ремни, куртки с заклепками, еще что-то...
- Иногда покойником быть лучше, - грустно сообщил он. - Если б я был живым, они
бы меня убили...
- А так ты их?..
- Да нет... Вот, гляди.
Лев Игнатьевич задрал обляпанную краской рубашку и продемонстрировал мне торс со
свежим ножевым ранением в левой грудине. Да, после такого обычно умирают -
сердце пробито насквозь. Но в данном случае ничего не вышло - крови не вытекло
ни капли, только остался косой разрез. Думаю, это было для несостоявшихся убийц
настоящим шоком...
- Заживает помаленьку... - удовлетворенно провел пальцем по ране Святогневнев. -
Только есть приходится больше обычного. Я по этой теме думаю диссертацию
написать - "Новая форма жизни". Название пока рабочее, - извиняющимся голосом
добавил он. - Но тема очень интересная. Особенно интересна реакция среднего
человека на живого мертвеца - это почти всегда страх и отторжение.
- А ты как думал?
- Да примерно так же и думал, - пожал плечами доктор наук. - Когда они поняли,
что я... не совсем живой, то так быстро убежали... Даже одежду бросили.
- Зачем?
- Некогда надевать было.
- Угу. Так они что - голышом тут бегали?
- Не то чтобы бегали... - засмущался Святогневнев. - Их тут человек десять было -
обоего пола.
- Ах вот оно как... А потом?
- А что потом? За вещами не возвращались, если ты об этом. Краска, видишь,
пригодилась - хоть заборчик подновлю, а то неаккуратно как-то...
При этих словах мне почему-то вспомнился один старый анекдот.
- Ну ладно, так я у тебя поживу недельку-другую? - уточнил я.
- А мне что - жалко? Хотя, конечно, придется завтра за продуктами идти...
Святогневнев хорошо помнит, в каких количествах я потребляю консервы и все
остальное. Когда я гостил у него в прошлый раз, то за три дня умял месячный
запас тушенки. Он сам, безусловно, мертвый, но есть ему нужно, как и живому -
ходячим трупам тоже надо пополнять запасы питательных веществ. Конечно, он может
воздерживаться от питания неограниченно долгий срок, но в этом случае очень
скоро станет похож на обыкновенного зомби - вонючего, подгнившего,
разваливающегося на ходу. Это сейчас нужно обладать дедукцией Шерлока Холмса,
чтобы понять, кто он такой на самом деле.
- Со мной еще один знакомый, - признался я. - Странный тип...
- Страннее нас с тобой? - удивился Святогневнев.
- В чем-то да.
- Ну ладно, пусть и он живет... - растерянно пожал плечами мертвец. - Где он у
тебя?
- В машине сидит.
- Ну, ключи ты знаешь где - идите в дом. Я сейчас, докрашу только - немножко
осталось...
- Давай помогу, - предложил я, роясь в куче красильных принадлежностей.
Как и ожидал, там нашлось несколько дополнительных кистей - все-таки маляроввредителей
было десять человек. Я взял в каждую руку по одной, обмакнул их все в
краску и заработал с бешеной скоростью, покрывая забор ровным слоем бордовокрасного
тона.
Всего через пару минут работа была закончена.
- А почему ночью-то? Днем красить вроде ловчей... - спросил я, пока мы шагали к
машине. Святогневнев слегка подволакивал ноги - даже его чудо-сыворотка не до
конца справлялась с трупным окоченением.
- Днем я наружу не выхожу, - признался доктор. - Опасаюсь - мало ли что бывает...
- Сочувствую.
"Москвич" мы отогнали на небольшой пустырь в дальнем конце кладбища. А сами
разместились в сторожке Льва Игнатьевича... если, конечно, этот дом можно так
назвать.
Коттеджик у него, надо сказать, вполне ничего, приличный. Этаж один, две комнаты
и кухня. Правда, одну комнату Святогневнев разделил книжным стеллажом на две
маленькие. И подвал имеется - большой такой, просторный. Он там лабораторию
оборудовал - по-прежнему продолжает проект "Зомби", теперь уже в одиночку.
Щученко въедливо проанкетировал нового знакомого, но ничего предосудительного не
обнаружил. Документы у того оказались в порядке. Правда, полковник долго и
ехидно прохаживался насчет того, что интеллигенция - это не слой, а прослойка.
Мол, перышком по бумаге чирикать легко, а ты вот раковину на пляже почини или
быка подои! А о административных работниках он вообще скромно умолчал, хотя и
намекал всем видом, что без них, доблестных работников КГБ, не то что страна -
вся планета развалится на кусочки!
Потом он тяпнул стопку, брякнулся на раскладушку и громко захрапел. Сам
Святогневнев никогда не спит, но одно спальное место все-таки держит в боевой
готовности - на всякий пожарный. А то когда у кого-то в доме отсутствует такая
простая и распространенная вещь, как кровать (диван, тахта, софа, гамак, да что
угодно), это выглядит довольно-таки подозрительно... Нормальный человек ведь не
может не спать, верно?
Святогневнев поглядывал на Щученко с большим недоумением, явно гадая, что это за
странный тип, и откуда я его выкопал. О себе я ему мало рассказываю - так,
намеками, обмолвками... Он предпочитает не расспрашивать - вежливость пополам с
осторожностью. В конце концов, у него свои секреты, у меня свои.
- Вздрогнули? - предложил он, наливая мне уксусу.
Само собой, это чисто символически - с прошлой жизни у нас обоих осталась
глубокая убежденность, что при встрече друзей первым делом нужно малость
остаканиться. Но вот какая загогулина - ни ему, ни мне от алкоголя нет ни
малейшего удовольствия. Он может пить этиловый спирт, как лимонад, а я... я очень
быстро пьянею и еще быстрее трезвею. У меня бешеный метаболизм. К тому же Рабану
не нравится алкогольная токсикация, и он протрезвляет меня насильно. И каждый
раз при этом ворчит, что я эгоист - лопаю всякую дрянь, не задумываясь, как к
этому отнесется симбионт.
Поэтому мы пьем уксус. И не морщимся!
Мы сидели в подвальной лаборатории - а то еще полковник проснется, да начнет
выпытывать у Святогневнева, шо, значить, тут происходит и как мы относимся к ЦК
КПСС. Мы с Львом Игнатьевичем против них, в принципе, ничего не имеем, но
Щученко такой не слишком восторженный ответ устроит вряд ли.
А в этой лаборатории довольно уютно. Почти как в той, на базе "Уран", в которой
мы встретились в первый раз - больше года назад. Только чисто и кровавых потеков
на стенах нет.
Да, было время, аж на ностальгию прошибает... Меня вообще ностальгия довольно
часто мучает - по всему подряд. Помню, три месяца назад так заскучал по нашим
русским березкам, что смотался из Лэнга на Землю, слетал в одну подмосковную
рощицу и... срубил штук двадцать. Сразу полегчало. Две штуки я с собой прихватил -
теперь, когда заскучаю, съедаю щепку-другую. Давно, кстати, заметил - если
съесть то, что очень любишь, грусть уходит, а взамен является глубокая
удовлетворенность. Потому что теперь-то уж точно никуда не денется.
Может, мне леди Инанну съесть?..
В колено ткнулся собачий нос. Я рассеянно погладил черного добермана и спросил:
- А что это ты собаку вдруг завел?
Святогневнев вяло пожал плечами, высыпая прямо на пол пакетик сухого корма.
Псина равнодушно принялась есть. Странно как-то она ела - без малейшей
заинтересованности, как заведенная игрушка.
- Как зовут?
- Дюк...
- Угу. Хорошее имя. Что еще новенького?
- Да вот - вакцину недавно испытал, - слегка оживился доктор, открывая дверь
холодильника и доставая оттуда колбу с вязкой буроватой жидкостью. - Вирус
"Зомби"! Только улучшенная модель - незаразная. И рассудок сохраняется...
частично... вроде бы...
- Испытал? - подивился я. - На человеке, что ли?
- Скажешь... Нет, Олег, на такой эксперимент добровольцев почему-то нет...
- А на ком же тог... [Note16 - цензура] мать! - догадался я, с ужасом глядя на
Дюка. - [Note17 - цензура] тебя в рот, Лева, ты что - сдурел?!!
- Но надо же было проверить... - виновато сжался Святогневнев. - На себе-то уже
бесполезно...
- А собачку не жалко? Нет, он что - правда мертвый?! То-то я смотрю - не лает
совсем... и глаза какие-то пустые...
- И холодный еще, - грустно добавил доктор.
- Ну, тут придется на слово поверить - я температуру не чувствую. Знаешь, Лева,
я был о тебе лучшего мнения.
- Так это же не человек! Я его сам купил - на свои, кровные! В специальном
питомнике! Олег, да у нас на "Уране" все на животных испытывали! Да еще доктор
Павлов...
- Вивисектор, - отрубил я.
- Но надо же чем-то жертвовать... - тихо пробормотал Святогневнев. - Я бы и на
себе испытал, но поздно ведь уже...
- Говорил. Ладно, фиг с ним, замяли. Песика только жалко...
- Ну, это ты зря, - заупрямился Лев Игнатьевич. - Это он сейчас добрый и тихий,
а раньше злющий был, кусачий, гадил везде, как свинья!.. В ванной до сих пор
пятно - никак отмыть не могу...
- Угу. Лева, а когда эта... штука... еще была собакой, это кобель был или сука?
- Кобель. Но такая сука!
- Теперь ясно, за что ты его так жестоко... А обратно-то вернешь, или так и будет
дохлый ходить?
- Если б я мог обратно... - заерзал на жесткой табуретке доктор. - Я бы первым
делом самого себя вылечил...
- Угу. Слушай, а я вот чего-то смысла не догоняю. На фига тебе эта вакцина? Если
она незаразная, биологическое оружие из нее фуфельное...
- Не придумал пока... Может быть, как лекарство...
- От чего?
- Ну... от всего.
- Угу. Понятно. Значит, болеет какой-нибудь кекс, допустим, СПИДом, а ты ему
укольчик - и все, больше не болеет? Ходит и радуется жизни... в виде зомбака. Чтото
я опять смысла не догоняю...
- Я ученый, а не рационализатор! - огрызнулся Святогневнев. - Мое дело -
закончить проект! А для чего его будут применять - это уже не мое дело!
- Вот и Нобель так же рассуждал... Мол, хорошая штука динамит - для горных работ
пригодится и вообще...
- Олег, ну чего ты привязался? У меня и так все через пень-колоду - уже неделю
ничего нового не родил... Эх, мне бы сюда Бориса с Аскольдом, мы бы втроем таких
дел наворотили...
- Угу. И еще Краевского до кучи.
- Кстати, о Краевском, - вдруг оживился доктор. - Я ведь кое-что из его вещей
купил...
- О, то-то я смотрю - сервант знакомый! - сообразил я. - Думаю - ну где же я его
видел? А где это ты достал?
- Да на аукционе... Я этим делом очень интересовался, попросил Петра Иваныча
разузнать что-нибудь. Он и выяснил, что там стало. У Краевского дом-то весь
разворовали - уже через неделю после смерти залезли какие-то, половину вещей
вынесли. Потом милиция подключилась, ФСБ тоже пошуровало... Лабораторию его,
наверное, на "Гею" отправили - тут уж я не стал узнавать. А остальное...
наследников у него вообще никого не было, вот и распродали с аукциона. Петр
Иваныч мне купил, что успел - там почти все еще в прошлом году взяли, а это так,
остаточки...
- Угу. Ну и чего?
- Да я там, понимаешь, одну книжку нашел, с пометками на полях... и узнал о его
последнем проекте... - замялся Святогневнев, как-то жадно поглядывая на меня. - О
твоей тканевой жидкости...
Я на всякий случай насторожился. А то мало ли - грохнется сейчас с потолка
какая-нибудь клетка... Лева мне, конечно, друг, но кто ж его знает - вдруг решит,
что ради науки иногда приходится идти на жертвы?
- Ты мне немножечко не нацедишь, а? - сблизил указательный и средний пальцы,
показывая, сколько именно требуется, Святогневнев. - Одну рюмочку... Я бы
исследования провел - вдруг удастся синтезировать?
- А-а-а, ну это сколько угодно, - успокоился я, подходя к лабораторному столу. -
Всегда пожалуйста. Только у тебя ничего не получится - у Краевского же не
получилось...
- Ну, попытка не пытка, - пожал плечами доктор, подставляя мне чашечку.
Пару минут мы внимательно наблюдали, как тягучая черная слизь сочится из надреза
в хитине. Я вставил туда ложку - царапины срастаются так быстро, что приходится
силой удерживать их раскрытыми.
- О Палаче ничего не слышно? - между делом спросил я.
- Совершенно.
Палач - это еще один мой старый знакомый с прошлых времен. Мы с ним товарищи по
несчастью - оба детища шального гения русской генетики. Я, правда, только
частично - в моем создании куда большее участие приняла Инанна. Да и без демонов
Лэнга я никогда бы не получился таким, как сейчас - ведь это именно Лаларту...
одолжил мне внешность, если можно так выразиться.
Последний раз я видел Палача в мае прошлого года, когда оставил его в купе
поезда Кемерово-Москва. Так уж получилось, что я этот поезд покинул... немного не
по своей воле. А потом я немножечко закрутился, мотаясь по мирам, как-то не до
того стало. Осенью прошлого года я пытался его разыскать, но безуспешно - Палач
как в воду канул...
Уж не знаю, что с ним случилось - добрался ли он все-таки до этой "Геи" и исчез
в ее закоулках, погиб ли в бою с московской милицией или, наоборот,
криминалитетом, а может, просто сглючил особенно фатально и самоуничтожился... Но
я его с тех пор не встречал и ничего о нем не слышал. Направление его не
улавливает - у него есть почти такая же система, и он умеет блокировать мои
сигналы.
И блокирует... если еще жив, конечно.
- Так что у тебя за проблема? - спросил Святогневнев, бережно принимая у меня
чашку, до краев наполненную "краевином".
- А почему ты решил, что у меня проблема? - деланно удивился я.
- Потому что у тебя всегда проблема. Каждый раз, как ты появляешься... это ведь
уже в четвертый раз?.. у тебя обязательно какая-нибудь проблема. Кстати, ты
когда свой заказ заберешь?
- А что, уже доставили?
- Так ты же еще в апреле заказал - месяц, как доставили. Пылится у меня там,
только место зря занимает... Зачем тебе эта штука?
Я задумался. В самом деле - и зачем мне понадобился ткацкий станок? Нет, я-то
знаю, зачем, но как объяснить Льву Игнатьевичу, что одна из моих дьяволиц (самая
симпатичная) увлекается ковроткачеством, и я решил сделать ей маленький презент?
Не поверит ведь. А если поверит... нет, лучше не буду ничего объяснять.
Скажете, я тронулся? А вы бы видели ее ковры! И видели бы вы ее саму! Я, между
прочим, где-то внутри все еще человек, хотя и выгляжу сюрреалистическим
чудовищем. К тому же Рабан обещает, что я уже через пару-тройку месяцев смогу...
ну, вы понимаете, что я имею в виду.
- Заберу, когда буду уходить, - неопределенно пообещал я. - Лева, а тебе сколько
лет?
- Сорок шесть... и еще один - в мертвом состоянии. А что?
- Да так, полюбопытствовал... - рассеянно пошевелил пальцами я. - Слушай, ты,
случайно, не посоветуешь, где можно быстренько раздобыть миллион долларов?
Святогневнев задумался. К моему вопросу он отнесся без малейшего удивления -
привык, что от меня можно ждать любого закидона.
- В банке... - предложил он. - Ты, думаю, сумеешь...
- Сумею, сумею, - быстро согласился я. - Но это будет воровство. А воровать -
плохо.
- Ой, патрон, да что ты говоришь? - съязвил Рабан. Что-то его давно не было
слышно... - Откуда столько морали?
"Ты же сам мне все уши прожужжал, что энгахи не воруют".
- А я разве что говорю? - сразу пошел на попятный мой симбионт. - Только
обстоятельства иногда так складываются, что или воруй или... или плохо будет, в
общем. Вот как у нас сейчас. Ты что выбираешь?
"Сначала попробуем другие варианты".
- А есть ли они - другие-то? - усомнился Рабан.
- Есть одна мыслишка... - задумчиво сообщил Святогневнев. - Даже две. Тебе к
какому сроку?
- За три дня надо управиться.
- О-ох... Тогда только одна мыслишка. Зачем так срочно?
- Надо... - вздохнул я.
- Хм, хм, хм... Знаешь, честно такую сумму за такой короткий срок достать
нереально.
- Знаю.
Я и сам усиленно прокручивал в голове все возможные варианты раздобыть много
денег быстро и честно. Один такой способ у меня есть - просто прыгнуть на Девять
Небес. Для леди Инанны такая сумма - тьфу, в подвалах Хрустальных Чертогов
хранятся миллиардные сокровища. Только вот пока я не окончу свой контракт по
работе Золотой Рыбкой, даже Слово энгахов не поможет мне покинуть этот мир.
Другие способы выглядят не намного перспективнее. К примеру, можно поискать клад
- с помощью Направления это вполне возможно. Но для этого потребуется много
времени - пока-то я разыщу достаточно ценное сокровище, пока обращу его в
деньги... это может затянуться на недели, если не на месяцы. Мне ведь требуются
именно доллары - в магии требуется досконально придерживаться буквы контракта.
На дух всем наплевать - если соблюдена буква, претензий не будет.
А как еще? Выиграть в казино? Или в лотерею? Да, но лотерей с такими огромными
выигрышами существует не так уж много, и в ближайшие дни я вряд ли успею
поучаствовать в такой. И тут мне Направление уже не поможет - это очень полезное
чувство, но отнюдь не всесильное. Оно не позволяет предвидеть будущее. Вот в
карты я выигрываю с легкостью - трудно проиграть, "видя" руку партнера. Но на
такие крупные ставки играют редко. Да и не с моей внешностью замахиваться на
подобное...
Думай, голова, думай... Должны же быть способы... Нет, совершенно ничего не
придумывается.
- Ладно, так что там за мыслишка? - сдался я.
- Не слишком честная, - предупредил Святогневнев. - Но все-таки лучше, чем банк
грабить. Ты Петра Иваныча помнишь? Ну, я тебе рассказывал?
Колобков Петр Иванович - это тот самый знакомый Святогневнева. Они оба питерцы,
в детстве в одном подъезде жили. Потом Лев Игнатьевич пошел по научной части,
стал большим ученым, да так и пропал на двадцать лет в недрах "Урана".
Правительственная программа - полный секрет, государственная тайна. Ну а Петр
Иванович лет десять работал простым крановщиком на стройке, а в начале
девяностых выбился в серьезные люди, разбогател, стал крупным бизнесменом. Хотя
занимается по-прежнему строительством.
- Я ему ту твою лодку презентовал... ничего? - обеспокоился Святогневнев.
Я на миг задумался, вспоминая, о какой лодке идет речь. Потом вспомнил - когда я
разыскивал вавилонских рыбок для мистера Креола, меня занесло в один необычный
мир. Эйкр называется. Между прочим, именно в этом мире находится гильдия Эсумон,
членом которой я формально являюсь. Впрочем, это неважно. Важно то, что
сматывался я оттуда немножко впопыхах, причем через Землю - этот мир соседствует
с моим родным миром, но не с Девятью Небесами. И кроме аквариума с этими
рыбешками нечаянно прихватил еще и корабельную шлюпку - совершенно случайно,
честное слово. Я, знаете ли, этих рыбок позаимствовал у трех волшебников...
совершенно чокнутые старые пердуны, но превратить меня в пыль они вполне могли.
Пришлось драпать с максимальной скоростью, вот я нечаянно и прихватил у них еще
и лодку. Само собой, мне этот баркас даром не ударился, так что его я оставил
прямо тут - у Святогневнева. Он, кстати, вполне ничего был - работа хорошая,
дерево редкое, весла прилагаются. В нашем мире может сойти за антиквариат века
этак семнадцатого-восемнадцатого.
- Да на здоровье, - прохрипел я, сообразив, что доктор все еще ждет ответа. - А
на фига она ему?
- А он недавно купил себе супер-пупер-яхту - дорогая, мерзавка, я таких денег за
всю жизнь не заработал... По-моему, как раз около миллиона евро и стоит.
- Так ты предлагаешь мне эту яхту украсть? - не сообразил я. - Лева, ты не
понял...
- Да понял я все! - поморщился мертвец. - Ты, Олег, не беги впереди паровоза - я
тебе не об этом говорю! Петра Иваныча я тебе обижать не позволю! Да его и нет в
Москве - он же в Питере живет, а тут так, наездами... А через несколько дней
вообще в стране не будет - собирается в семейный круиз на этой самой яхте. И
шлюпку твою прихватил - он как раз к антиквариату неровно дышит... Кстати, а где
ты ее раздобыл? Петр Иванович сказал, такая вещица на каком-нибудь аукционе тыщ
на двадцать-тридцать потянет... не рублей, конечно.
- Где раздобыл, там больше нет... - сложил все шесть рук на груди я. - Ты, Лева,
не отвлекайся, у меня время не резиновое. Челюсть у тебя больше не отваливается,
разговариваешь нормально, так что не тормози.
- А, ну да...
Святогневнев уселся на вертящийся стул и подъехал к столу с компьютером. Тронул
мышку, выводя аппарат из спящего режима, и на экране появилась какая-то
анатомическая модель. Хотя Святогневнев почему-то очень смутился, моментально
переключаясь на что-то другое. И чего это он? Если у биолога на лабораторном
столе голая женщина - так это же ему по работе нужно, правильно я рассуждаю?
- Когда вирус "Зомби" попадает в организм, он первым делом внедряется в
лимфоцитов, разрушая иммунную систему организма. Постепенно B-лимфоциты
перестают вырабатывать антитела и вместо этого начинают производить новых
"солдат" вируса. T-лимфоциты же просто-напросто мутируют, полностью преобразуясь
в особо мощные клетки-убийцы, с огромной скоростью распространяющиеся по
организму. Эритроциты гибнут, сердце останавливается и превращается в рыхлый
комок бесполезной плоти. Структура тканей полностью меняется. Инкубационный
период продолжается пятнадцать-двадцать часов, затем наступает смерть. Вирус
использует ДНК хозяина, чтобы воспроизводить свой генетический материал, а
потом...
- Лева, это на тебя уксус так действует? - вежливо спросил я, отчаявшись
вычленить из этой лекции полезную информацию.
- Это важно! - обиделся Святогневнев. - Хотя подробности можно опустить, ты все
равно не поймешь...
- Где уж нам, неученым...
- Если говорить проще, после смерти труп вновь оживает. Вирус, проникший в
каждую клеточку, снабжает его подобием жизни... но мозг гибнет окончательно.
Поэтому ходячие мертвецы ненамного умнее устриц - только простейшие инстинкты.
Как у кишечнополостных. Сыворотка ограждает мозг от проникновения вируса и
позволяет сохранить прежний интеллект. А улучшенная форма вируса на мозг не
действует вообще... в теории. По собаке особо не определишь - спросить-то не
получается...
Через несколько минут я поймал себя на том, что не слушаю импровизированную
лекцию, а размышляю о собственных проблемах. А точнее - об этой треклятой
записке! Я-то рассчитывал быстренько смотаться на Землю-2016, в тот же день
вернуться на Девятые Небеса и вплотную приступить к разоблачению этой коварной
личности, которая вздумала меня шантажировать...
Миледи Инанна, наверное, уже волнуется... Да и вообще - если я задержусь тут на
две недели, в Лэнге все-таки могут меня хватиться - так надолго я еще не
отлучался. Дольше всего было... да, в последний раз, когда я летал на Рари,
сообщить мистеру Креолу плохие новости. Три дня с небольшим...
И кто же мог написать эту чертову записку?! Кто узнал мою тайну и как? И что он
собирается с этим делать? Одни вопросы, никаких ответов!
Может, подумать, кто точно не мог ее написать? В конце концов, список не так уж
велик...
Ктулху? Вычеркиваем. Этот до сих пор дрыхнет, как младенец.
Азаг-Тот? Пока оставляем в списке, хотя лично мне сомнительно. Абсолютно
бессмысленный поступок - если повелитель Лэнга (а формально он именно таковым и
является) узнал о шпионе, зачем затевать игру с тайными посланиями?
Йог-Сотхотх? А вот такая возможность есть, хотя и слабая. Поступок как раз в его
стиле - Хранитель Врат Бездны обожает плести хитроумные интриги. Ведь на самомто
деле именно он правит этим Темным миром, а Азаг-Тота держит в качестве
"зицпредседателя". С другой стороны, я фигура не того уровня, чтобы затевать со
мной такую игру. К тому же с выявленными шпионами (вы не поверите, как мало их
было за все эти годы) он расправляется с максимальной жестокостью и очень
быстро. В общем, пятьдесят на пятьдесят.
На-Хаг? Вычеркиваем. Причины те же, что и у Ктулху - На-Хаг временно не у дел. И
это очень хорошо - все-таки среди архидемонов этот тип уверенно держит четвертую
позицию после вышеупомянутых лиц.
Шаб-Ниггурат? Вычеркиваем. Чрезвычайно могуч, но крайне прямолинеен. Солдафон до
мозга костей. Если он узнает, что я из себя представляю, я об этом тоже очень
быстро узнаю.
Носящий Желтую Маску? Вполне возможно. Пожалуй, наиболее вероятный кандидат.
Большой хитроумец, да к тому же втайне недолюбливает свой родной мир. Один из
немногих, кто согласен признать, что теперешний путь Лэнга ведет в тупик.
Нъярлатхотеп? Может быть, хотя я ума не приложу, зачем бы ему это понадобилось?
Может, хочет о чем-то предупредить? С Нъярлатхотепом у нас есть некоторое
понимание...
Хастур? Вот уж не знаю... Об этом гражданине я почти ничего не знаю - мы с ним
даже ни разу не разговаривали. С ним вообще непросто разговаривать - очень уж
велик.
Кутулу Трупобог? Вряд ли. Он почти никогда не покидает Глубинное Царство -
держится поближе к отцу. Кутулу - сын Ктулху, у них даже имена похожие. Да и
внешне очень похожи, только Кутулу, так сказать, "уменьшенный вариант". Раз в
двадцать мельче и слабее.
Акхкхару? Никаких мыслей. О нем я знаю даже меньше, чем о Хастуре - даже толком
не в курсе, как он выглядит. За последние полгода этот тип ни разу не
показывался ни в Кадафе, ни в Иреме. Он живет в Троке, а я там был всего один
раз.
Лалассу? Хрен его знает... Я так и не раскусил своего "брата" (а на самом деле
дядю) и понятия не имею, чего от него можно ждать.
Дагон? Вычеркиваем. Верная шестерка Йог-Сотхотха - если он ч
...Поділитися у соцмережах
