Жанр: Электронное издание
MOONRAIN
... обвинение в нелогичности. Женщину
трудно бывает смутить ссылками на нелогичность. В лучшем случае
она пропустит это мимо ушей, в худшем - ответит насмешкой.
Мужчина - другое дело, нелогичность очень его стесняет.
- Как хотите, - смущенно проговорил Рэнд, - но я ничего не
выдумываю. Все правда.
Я промолчал. Я верил ему, но ничего пока не понимал. Рэнд
мялся, переступая с ноги на ногу. По-видимому, хотел задать
какой-то вопрос и не решался.
- Хотите о чем-то спросить?
- Да. Скажите... разговор о чужаке вам передал Нортон?
- Нет, - сказал я. - Не Нортон.
- Благодарю вас, - пробормотал Рэнд.
- Не за что. Похоже, вы наводите справки о состоянии
моральных качеств своего командира?
- Ничего подобного, - ответил он, пожимая плечами. - Я
неплохо знаю своего командира и не имею к нему ни малейших
претензий. И потом... мне, вообще говоря, нет до него никакого
дела. О Нортоне я спросил по другому поводу.
- Ну разумеется, - сказал я с иронией. - По поводу рыбных
запасов Балтийского моря.
- Я понимаю, - сказал он, - со стороны все это выглядит
довольно глупо...
- Прежде всего очень путано, а потому не очень красиво.
- Тут как ни поверни - красиво не будет. - Рэнд протяжно
вздохнул. - Ведь это касается не только меня лично. Не могу же
я... Ну, в общем, у нас так не принято, вы уж меня простите.
Одно могу сказать откровенно: это сначала я думал, что чужак
был.
- А теперь?
- Теперь думаю: чужака не было.
"Что за черт!" - подумал я. В эту минуту я ощутил себя в
положении растяпы-шахматиста, который, разбирая шахматный этюд,
вдруг обнаружил, что все четыре слона стоят на одной линии
белого поля.
Десантник вежливо попрощался и вышел. Я его не удерживал.
В голове у меня царил хаос.
Итак, что мне известно?
Мне известно, что отправная точка истории о чужаке - Рэнд
Палмер. Скромен, тверд, правдив, к мистификации не склонен.
Лгать своему ближайшему другу Бугримову не стал бы. Тем более
не стад бы вводить в заблуждение своего командира. Уж наверное
понимал: посвящать Нортона в подробности такого рода
происшествия - значит рисковать собственной репутацией. Но,
посоветовавшись с другом, все же решился. Вывод: Рэнд
действительно встретился в коридоре с незнакомым ему человеком.
Ошибиться, не узнать "своего" десантник не мог. Это исключено.
Коридоры жилого яруса великолепно освещены даже в ночное время.
Вдобавок Рэнд столкнулся с незнакомцем, что называется, нос к
носу... Кроме всего, у Рэнда (как, впрочем, у космодесантников
вообще) профессионально развита наблюдательность. По
свидетельству того же Бугримова, "у Рэнда глаз верный" - такая
оценка в их среде кое-чего стоит. Да, на этом участке анализа
логика торжествует, логически концы превосходно увязаны.
Дальше... А дальше все летит вверх тормашками.
Против Рэнда... вернее, против его сногсшибательной
истории о чужаке выступают два серьезных свидетеля: схема
дислокации в командной рубке и обыкновенный здравый смысл. И я,
безусловно, принял бы сторону этих очень серьезных свидетелей,
если бы... Если бы я не верил десантнику Рэнду. Если бы на
предыдущем участке анализа был хоть один логический ухаб. И
наконец, если бы на борту корабля не было никаких других
историй... Но ведь Рэнд и сам теперь отрицает бытность
чужака!..
Что ж, видимо, следует поразмыслить над логикой схемы
"чумак был - чужака не было". Как понимать? Сначала был, потом
не было? Не годится. Куда он мог улетучиться с корабля?..
Значит, надо принять во внимание одновременность... Но как это
можно: быть и не быть одновременно?! Оптическая иллюзия? Обман
зрительного восприятия в состоянии галлюцинаторного эффекта?..
Увы, как медикологу, мне было отлично известно, что состоянию
психики десантника можно только завидовать. С другой стороны,
оптические иллюзии не имеют обыкновения расталкивать встречных
прохожих локтями. Ну что тут можно придумать еще?.. Если
пофантазировать, можно, пожалуй, придумать нахального робота, в
достаточной степени хорошо замаскированного под человека. По
образу и подобию. И все было бы превосходно, все сразу бы стало
на свои места. Внешне - чужак, по сути же нет его - чучело. Был
и не было. И Рэнд прав, и я прав, схема дислокации права,
логика не в обиде. Жаль, что в пределах Солнечной Системы
человекоподобных роботов, увы, пока не производят -
единственный негативный момент моего остроумного допущения.
А что, если... Стоп! Но ведь это мысль!..
Не надо несуществующих роботов, не надо никаких оптических
иллюзий, все просто: Рэнд принял за "чужого" хорошо
замаскированного "своего"!.. Вот тебе логика схемы "был - не
было". Сначала Рэнд обманулся - "был". Потом догадался - "не
было"!..
Но открытие, как водится, потянуло за собой цепочку новых
вопросов... Допустим, кому-то из десантников действительно
явилась странная идея временно изменить свою внешность.
Искусный грим или искусно сделанная маска. В принципе это
возможно, хотя и не так просто, как кажется на первый взгляд.
Чтоб обмануть цепкий глаз Рэнда, грим или маска должны были
выглядеть слишком естественными. Слишком... Это, пожалуй, и не
каждому специалисту-гримеру под силу... Впрочем, откуда я знаю:
может, в отряде наших десантников есть бывшие крупные
специалисты по гриму. Возьмем на заметку. Вопрос другой: чего
ради затеян маскарад? Ради шутки? Ничего себе шутка: пролетел
мимо Рэнда как угорелый, нырнул в атриум, словно в воду канул.
И все - никаких последствий, никакой огласки, а шутка - не
шутка, если она без огласки. Шутник сродни актеру: ему нужна
публика, нужны аплодисменты - нужна публичная оценка его
мастерству. Н-да, здесь, как говорится, шутки к сторону..
Но (кроме шуток) маскарад еще затевают ради инкогнито. И
чем строже надо инкогнито соблюсти, тем искуснее должен быть
маскарад... Кстати, в тот "маскарадный" вечер Бак получил в
кухонном отсеке затрещину именно потому, что предпринял попытку
узнать "диверсанта". Круг замыкается, а?.. Что же это у нас на
"Лунной радуге" происходит?..
- Можно войти? - прервал мои размышления знакомый голос.
- Да, конечно. Входите.
Я обернулся и увидел приятно улыбающуюся физиономию Бака.
Ему я был рад. Давненько мы не встречались. Вернее,
встречались, но все как-то на ходу, мимолетно, едва успевая
обменяться друг с другом приветственными жестами. Масса
неотложных дел не оставляла времени для частных бесед. Сегодня
утром я издали видел Бака в кафе и мог бы поклясться, что он
был явно не в своей тарелке Сейчас я бы этого не сказал.
- Присаживайтесь, Феликс. Рад желанному гостю.
- Мимо вот проходил... Решил зайти. - Он бросил взгляд на
открытые панели диагностической аппаратуры, добавил: - Если вы,
конечно, не очень заняты.
Механик выглядел изрядно похудевшим, но свежим, спортивно
подтянутым, как никогда. Очевидно, работа в профиле основной
специальности пошла ему на пользу - он словно бы помолодел. От
него исходил холодноватый, тонкий запах хорошего одеколона. Это
было так необычно, что я невольно принюхался. Одеколон
"Антарктида"? Похоже. Бак редко пользовался парфюмерией и, если
это случалось, предпочитал ароматы тяжелые, приторные...
- Нет, не очень, - спохватившись, ответил я. - Как
настроение? Как идут дела?
- Пока все в норме, - ответил Бак. Заботливо осведомился:
- А как у вас там... в госпитале?
- Спасибо, тоже неплохо.
- Если нужно чем-либо помочь, я готов, можете на меня
рассчитывать.
- И ты, Врут! - в шутливом ужасе воскликнул я.
Добровольные помощники соколами кружили над медицинским
сектором, предлагая любые услуги, и мне надо было тратить много
энергии, чтобы госпиталь не превратился в привокзальную
площадь, а госпитализированные десантники - в главную
достопримечательность корабельного быта. - Вероятно, у вас
появилось больше свободного времени?
- Да как сказать... По сравнению с тем, что было в системе
Урана...
- Да, понимаю, никакого сравнения... Нет, Феликс, помощь
не требуется. Но все равно спасибо! Если потребуется, буду
иметь вас в виду... Кстати, как там наши экраны? Много во время
десантных работ перебили?
- Много. - Бак улыбнулся. - Десятка два изберется.
Сумасшедшая была обстановка... До сих пор еще кое-где вместо
экранов дыры зияют. В техотсеках, трюмах, ангарах, на катерах.
Руки пока не доходят. Ведь прежде всего я обязан свое
вакуум-оборудование в порядок привести. Ну и с экранами тоже
приходится... Вот только что экран дисплея наверху сменил.
- На верхнем ярусе? - насторожился я.
- Да. Но это... не то, - Бак опять улыбнулся. - Это в
салоне совещаний, где комиссия работает. Не знаю, что там между
учеными было, но дисплей пришлось ремонтировать. Думаю, крепко
они там о чем-то поспорили... Их теперь не узнать. Раньше вели
себя тихо, солидно, спортзал посещали... А вот получили тору
всяких материалов по лунам Урана - и будто их кто подменил.
Внутренний распорядок ни во что не ставят, спят и едят как
попало и когда попало, бороды отпустили. Некоторые из салона
сутками не выходят. Сегодня забрел к ним экран менять, а в
салоне шум стоит - боязно в дверь войти. В" шел - на меня никто
внимания не обращает. Кричат, смеются, друг друга с чем-то
поздравляют, по спинам хлопают. И меня хлопали, пока я ремонтом
занимался. Как дети, честное слово. А вчера один... длинный
такой математик, ну фамилия у него еще двойная -
Чулымов-Енисейский... в кафе за ужином ковш киселя на себя и
меня опрокинул. Случайно, конечно, - торопился уж больно. "Куда
торопитесь?" - спрашиваю. Извиняется си. "Ждут меня наверху, -
отвечает. - Без меня, - говорит, - работа у них там не
клеится". Вижу, очень ему неудобно за свою неловкость. Ну я,
конечно, все это в шутку обернул: "Работа, - говорю, - не волк,
в лес не убежит". Он растерянно так посмотрел на меня,
отвечает: "Верно, в лес не убежит, поэтому ее, окаянную, делать
надо..." А сам небритый, бледный какой-то, глаза красные, а под
глазами круги... В общем, пора, я думаю, вам в это дело
вмешаться. Дай им волю - загонят они себя этаким-то аллюром!..
- Непременно вмешаюсь. К сожалению, Феликс, все это так...
Давайте-ка сменим тему, - предложил я. - Как там наш
"диверсант"? Неужели притих?
- Не знаю, - вяло ответил механик. - Может, притих.
Разбитых экранов много, и мне пока трудно ориентироваться.
Экраном меньше, экраном больше - в теперешней обстановке не
очень-то уследишь...
- Ладно, - сказал я, - допустим... По поводу чужака
никаких новостей?
Бак неуверенно пожал плечами:
- Если говорить конкретно - нет. Однако мне кажется, чужак
потревожил не только десантников.
- Да? А почему это вам кажется?
- Понимаете ли... Недавно мне выпало быть свидетелем
одного занятного происшествия. - Бак оживился. - Происшествие,
в общем-то, ерундовое, но с криминальным намеком... Принял я
душ перед сном, за полчаса до полуночи. Время позднее, тихо
вокруг, в душевой я один. Переоделся в гардеробной, к выходу
подошел и уж было дверь отодвинул, да вспомнил, что белье в
утилизатор не сбросил В коридор по инерции все-таки выглянул.
Вижу, там, в самом конце коридора, человек из атриума вынырнул
и быстренько так оттуда в моем направлении засеменил. "Куда
это, - думаю, - он торопится?" Только подумал, а тут еще двое
из атриума вынырнули. Человек оглянулся на них и шагу прибавил.
Кухонный отсек миновал, отсек холодильников тоже... Те двое его
окликают: "Эй, парень, погоди!" А тот от них чуть ли не бегом.
Двое не отстают. Озадачило это меня. Я осторожно выставил глаз
из дверного проема, наблюдаю. Судя по костюмам, все трое -
парни из корабельной команды. Но кто такие, конкретно издали
определить не могу. К тому же первый, торопыга этот, лицо рукой
прикрывает. Вот так... - Бак показал как: прикрыл растопыренной
пятерней нижнюю половину лица.
- Потом вижу: рука у него нормальной окраски, белая, а
лицо и волосы голубовато-серые. Прямо оторопь меня взяла... Тех
двоих я узнал наконец - ребята из группы энергетиков. А
"серого" узнать не могу, хоть тресни!.. Энергетики "серого"
нагоняют - недалеко уж от меня это было - и бесцеремонно так,
грубо за руки его хватают. Тот разозлился, шипит на них:
"Какого черта вам от меня надо?! Вы что, - говорит, - балбесы,
не видите, как меня краской заляпало?! Не дадут человеку
спокойно пройти в душевую!" Энергетики узнали его, стушевались.
"Прости, - говорят, - друг Жора, не за того тебя приняли".
Укоряют его: "Чего же ты, сякой-этакий, не отзываешься, когда
тебя окликают!.." Жора глазами похлопал, да как рассмеется.
"Ой, - говорит, - не могу! А ведь вы, парни, меня именно за
"того" и приняли, не отпирайтесь! Ловлю, значит, затеяли? Ой,
не могу!.." Энергетикам, конечно, обидно. "Заткнись, - отвечают
ему. - В таком виде будешь ночью по коридорам шататься -
нарвешься, это уж точно. Кто верит, кто нет, но, если слух
пошел, ребята начеку, сам знаешь. Фонарь ненароком подвесят -
иди потом доказывай, что ты не верблюд!.." Смеяться Жора сразу
перестал: "Да, - говорит, - что верно, то верно. Вы, - говорит,
- ребята, почаще в зоопарк забегайте на верблюдов смотреть -
может, будет нам, двигателистам, безопаснее по коридорам
ходить".
- Георгий Шульгин? - полюбопытствовал я. - Из группы
двигателистов? Наш корабельный художник?
- Он самый, - подтвердил механик. - Ну так вот, заходит
Жора в душевую, раздевается, одежду бросает в утилизатор.
Посмотрел я на его заляпанное краской обличье и говорю:
"Нервный тебе, видать, сегодня натурщик попался..." Он зырк на
меня, но молчит. Я опять ему шпильку: "Художником быть нынче
небезопасно, а?.." И тут с ним припадок веселого настроения
приключился. Ростом невелик, а хохотать умеет будь здоров!
Стоит передо мной голый, с испачканной физиономией и заливается
во все горло, слезы вытирает. "Да, - говорит, - чувствовал я,
что в искусстве ты разбираешься, но чтобы до такой степени
превосходно!.." Головой в изнеможении покачивает.
Разговорились. Оказалось, натурщики здесь ни при чем. Жора
большое полотно для картины готовил, допоздна в изостудии
задержался - фон какой-то накладывал. Распылитель красок
чего-то испортился, и фон ему, Жоре, вместо картины прямо на
физиономию лег... Он, бедняга, выглянул в дверь - вроде бы нет
никого в коридоре. Лицо кое-как руками прикрыл - стеснительно
все же перед людьми, если встретишь, - и бегом в душевую.
Остальное я видел. Ну, конечно, спрашиваю его: "А что это на
тебя энергетики навалилась?" - "Да так, - говорит, - делать им
нечего. Одну гипотезу им любопытно проверить..." - "Какую, -
спрашиваю, - гипотезу?" - "Это их, - отвечает, - дело какую..."
Ну я ему прямо: "А тебе это разве не любопытно, не трогает?" Он
смеется: "Отчего же не трогает? Ты что, ослеп, радость моя
бритоголовая, не видел, что ли, как они мне пытались руки за
спину завернуть?" Подмигнул мне заляпанным глазом и пошел
мыться... Такие вот дела, - подытожил Бак. - Выходит, все
знают, но помалкивают.
"Н-да, - подумал я. - Десантники знают, администрация
знает, энергетики, двигателисты... Знает практически весь
экипаж - от художника до начальника рейда и капитана. Одни
шепчутся за углами, другие - таких большинство - недоумевают
молча. И ожидают, наверное: не скажет ли чего-нибудь дельного
по этому поводу администрация... А что ей сказать? Для этого
надо как минимум разобраться в существе вопроса. Попробуй тут
разберись, если источники информации ненадежны, а сама
информация настолько же необычна, насколько бездоказательна. А
откуда черпать доказательства, если весь экипаж делает вид,
будто ничего особенного не происходит?.. Да, круг логически
замкнут. В конечном счете администрация права. Ведь в общем и
целом полет протекает нормально. Так, глядишь, молча все до
финиша и долетим, а там видно будет..."
- Видно будет, - повторил я вслух. - Ладно, Феликс, я вот
что хотел бы спросить. Этот Жора... Вы не могли бы представить
себе его в роли известного нам "диверсанта", с которым вам
довелось выяснять отношения в кухонном отсеке?
Механик быстро взглянул на меня. Однако с ответом не
торопился. Полез в карман, вынул свой чудовищно яркий носовой
платок, промокнул бритое темя. В кабинете распространился
явственный аромат "Антарктиды".
- Жора?.. - Бак отрицательно покачал головой. - Нет, это
был не он. Куда ему! Ростом не вышел. Да и все остальное... В
роли того "диверсанта" я мог бы представить теперь... - Механик
странно потемнел лицом, добавил:
- Ну, к общем, другого.
- Командира десантников Нортона, - подсказал я.
Лицо механика медленно изменилось.
- Да, - пробормотал он, уколов меня взглядом. - Теперь я
мог бы поручиться толовой, что это был Нортон.
- Откуда у вас такая уверенность?
- Видите ли... - Механик задумался. - Тогда в кухонном
отсеке было очень темно, однако... Ну как бы это сказать?..
- Вы хотите сказать, что ваша моторная память запечатлела
в себе целый ансамбль ощущений, которыми сопровождалась борьба
с неизвестным?
- Да.
- С той поры вы пытались как бы "примерить" весь этот
"ансамбль" к окружавшим вас людям. Не ко всем, разумеется, а
именно к тем, чья кандидатура казалась вам наиболее подходящей.
- Верно...
- После "примерки" круг вероятных кандидатур на роль
"данного вам в ощущениях" рослого, быстрого, сильного, гибкого
и хладнокровного диверсанта значительно сузился. В конце концов
остались считанные единицы
- меньше, чем пальцев на одной руке. Сколько? Готов спорить,
двое.
- Двое... - как эхо, подтвердил механик. Вид у него был
ошарашенный.
- Однако Нортона среди этих двоих не было, - продолжал я
(меня буквально несло на крыльях прозрения). - Мысль о Нортоне
у вас возникла недавно.
Мне показалось, в глазах у механика мелькнула тень
суеверного страха.
- Не было... - бормотал он словно в гипнотическом трансе.
- И давно...
- Да, заподозрить командира десантников - такое не сразу и
в голову может прийти... Нужен был достаточно весомый повод. И
повод случился. Я имею в виду слух об отставке Нортона.
Размышляя о странном решении командира десантников, вы - уже
скорее по инерции - попытались "примерить" памятный вам
"ансамбль" ощущений к этому человеку. И вдруг обнаружили, что
Нортон, пожалуй, точнее всех остальных "вписывается" в контуры
происшествия в кухонном отсеке... Подозрение вас потрясло.
Первой вашей мыслью было: явиться ко мне за советом. Вы не
сделали этого - вас одолевали вполне понятные сомнения. Но
сегодня вам повезло: вы уловили еще одну особенность Нортона,
которой был отмечен и ускользнувший от вас диверсант. Не так
ли?
- Верно, черт побери!..
На лице Бака отразилась панически напряженная мозговая
работа. Я предложил механику высказаться, но он не слушал меня.
Он хотел разгадать секрет моего "ясновидения" и спросил для
проверки:
- Скажите, какую особенность Нортона я уловил?
- Запах, - ответил я. - Запах одеколона "Антарктида".
- Но ведь я никому... - пролепетал он. Краска бросилась
ему в лицо. - Ни единым намеком!..
- Успокойтесь, - сказал - я с досадой. - Никто,
разумеется, ничего мне об этом не говорил. И я, понятно, не
факир-ясновидец. Все значительно проще: исходную информацию вы
дали мне сами.
- Насчет моторной памяти и ощущений борьбы - это я
понимаю, - упорствовал Бак. - Те двое... Да... Вы, должно быть,
заметили, как я обхаживал их, и догадались. Ведь, кроме всего
прочего, вы еще и психолог.
- Вот именно.
- По поводу Нортона... Да, здесь тоже логично. А вот
насчет запаха!.. Да, я ведь только сегодня и уловил.
- Утром, - добавил я. - Около трех часов назад. Когда
столкнулись с Нортоном у входа в кафе.
- И это вы знаете!..
- Почему бы и нет, если я сидел в кафе недалеко от двери и
все прекрасно видел. По выражению вашего лица я догадался, что
встреча с Нортоном чем-то вас поразила. На мой приветственный
кивок вы не ответили, слепо я бестолково прошлись между столами
и ушли не позавтракав. Тогда я, конечно, не знал, что вы
торопились к отсек гигиены. Вы торопились вспомнить по свежим
следам запахи кое-каких парфюмерных изделий. Результаты ваших
экспериментов с душистыми аэрозолями я ощутил. И понял, хотя и
не сразу, чем это пахнет... Надо ли говорить, насколько хорошо
мне известны парфюмерные вкусы ваши и Нортона?
- Теперь не надо, - сдался наконец Бак.
- Не обижайтесь. На психолога не стоит обижаться за то,
что он психолог. Открытие сделали вы, я о нем догадался, и
только.
- Это открытие нам ничего не дает, - заметил механик.
Я посмотрел на него.
- Ведь дело-то теперь не наше, - пояснил он, опустив
глаза. - Я понял так, что по медицинской части у вас претензий
к Нортону нет. Психика у него в порядке, и свои поступки он
сознает. В общем... вы как хотите, но что до меня, то скажу
откровенно: связываться с Нортоном я больше не желаю.
Неприлично как-то, знаете ли, затевать драки с членом
командного совета корабля. Пусть ломает экраны, если ему это
нравится. - Бак махнул рукой и поднялся. - В конце концов
лишний десяток экранов можно сменить, а мне мои зубы дороже.
Уходя, Бак осторожно полюбопытствовал, намерен ли я как-то
использовать новые обстоятельства, и, когда я ответил, что нет,
не намерен, вздохнул с облегчением. Ужасно ему не хотелось
расстраивать нашего капитана...
Итак, раскрыв инкогнито "диверсанта", мы словно связали
себя по рукам и ногам. Своеобразие личных качеств "экранного
злоумышленника", уровень его служебного положения на корабле
лишали нас, дилетантов, практически всяких надежд добраться до
истины - тут хоть лопни от любопытства, как выразился бы
старина Бак. Зачем понадобилось Нортону ломать экраны? Имеет ли
Нортон отношение к загадочной истории о чужаке? Если да, то
какое? Ни на один из этих вопросов к до сих пор не знаю ответа.
Я, разумеется, совершенно отчетливо понимаю, что тайное битье
экранов не есть экстравагантный каприз или, если хотите, некий
ритуал абсурда, однако более правдоподобной версии
просто-напросто не имею. Вот, пожалуй, и все, что по этому
поводу я могу сообщить...
Раут-холл погрузился в глубокую тишину.
- Конец текста звукозаписи, - произнес Купер, и слушатели,
стряхивая с себя оцепенение, зашевелились в креслах.
- Необыкновенно любопытный текст, - сказал Никольский. - Я
хотел бы иметь его фонокопию.
- Считайте, что фонокопия у вас в руках, - ответил
Гэлбрайт. - Ну что ж, профессор, - сказал он Рогану, - должен
вас поздравить. Кое в чем медицина утерла нос нашим парням из
отделов Наблюдения Внеземельного сектора. А этот Альберт...
- Альбертас Грижас, - поправил Роган.
- Да, Альбертас Грижас... Отчего мне кажется знакомым это
имя?.. Он что, по-прежнему в составе экипажа "Лунной радуги"?
- Нет, шеф, - ответил Купер. - Я успел связаться с
информаторием УОКСа. Альбертас Грижас временно исполняет
обязанности медиколога на суперконтейнероносце "Байкал".
- Причины?
- Самые приятные для Грижаса, Гэлбрайт, - вмешался Роган.
- Равно как и для его друзей. Участвовать в последнем рейде
"Лунной радуги" к Плутону Грижас не мог, поскольку...
во-первых, защита докторской диссертации в Москве. Весьма
успешная, кстати. Во-вторых, необходимость его присутствия в
Вильнюсе в ответственный момент существенного пополнения
семейства Грижасов. Инга Грижас готовилась стать матерью
очередной четверки близнецов.
- Так вот откуда мне знакомо это имя! - оживился Гэлбрайт.
- "Вильнюсский феномен", "Дважды по четыре - сенсация!"
- В самом деле, - смущенно произнес Никольский. -
"Прибалтийские витязи-близнецы", "Демографический микровзрыв в
Европе". Я как-то упустил из виду...
- Естественно, - заметил Роган. - Факты рождения близнецов
не входят в сферу забот Управления космической безопасности.
- Пока, - подал реплику Фрэнк.
- Что "пока"? - нервно отреагировал на реплику шеф.
- Пока не входят, - пояснил Фрэнк.
- Не понял. Должно быть, очень тонкая шутка.
- Еще неизвестно, чем может обернуться эта "шутка" для
наших потомков.
Гэлбрайт удивленно поднял брови.
"Что это со мной сегодня происходит?.." - уже с тревогой
подумал Фрэнк, ощущая нависшую в холле атмосферу всеобщей
неловкости.
- Молодой человек в некотором смысле прав, - прервал
молчание Роган.
- По данным статистики, в семьях работников Внеземелья, или - я
не люблю этого слова - косменов, близнецы рождаются в двадцать
раз чаще, чем в семьях оседлых землян. Особенно это касается
"наследственных" работников Внеземелья, то есть косменов
второго и третьего поколений. Объяснить упомянутый результат
простым совпадением невозможно. Теперь даже скептики понимают,
что мы имеем дело с генетической аномалией внеземельного, так
сказать, происхождения. Как аномалия проявит себя в дальнейшем,
нам неясно. Будет ли это во вред человечеству... Вопрос
изучается.
- Честно говоря, - сказал Никольский, - я не в состоянии
вообразить, какую проблему для человечества могут таить в себе
факты пусть даже резко возросшей рождаемости близнецов.
- Весьма серьезную проблему антропогенети
...Закладка в соц.сетях
