Жанр: Электронное издание
Mazin-07
...ев полностью скрывала и Уанха, и его спутника,
эдзамского чародея Повелителя Демонов, от посторонних взглядов без всякой магии.
И это было хорошо. Магию тот, кого выслеживали чародеи, мог бы и почуять.
- И что? - В голосе Повелителя Демонов Уанх уловил насмешку. - Не будь у
него Меча, ты рискнул бы с ним схватиться?
Тайдуанский маг промолчал.
- А я рад, что у него Меч! - заявил эдзак. - С ним он втрое беспечнее!
- И втрое защищеннее! Или это ты решил с ним сразиться? - съязвил маг. -
Теперь, когда у него Меч?
- Да, я решил! - хладнокровно заявил Алчущий. Силы, развязывая мешок.
Увидев части какого-то механизма, выложенные на землю, Уанх попытался
сообразить, что это, но не сумел. Тайдуанский чародей ничего не смыслил в
механике.
Повелитель Демонов выглянул из-за дерева, прикидывая расстояние до дороги.
- Далековато, - пробормотал он. - Но попробовать можно!
- Что это у тебя? - не утерпел Уанх.
- Что? - эдзак усмехнулся. - Сейчас увидишь! И ловко соединил разложенные
части.
- Арбалет... - разочарованно пробормотал Уанх. Как большинство сильных
магов, он с презрением относился к оружию воинов.
Оттянув рычагом паутинный жгут, эдзак зарядил арбалет короткой толстой
стрелой с треугольным наконечником из черной стали.
- В игрушки играешь... - проворчал Уанх неодобрительно.
- Угу! - согласился его партнер. - В игрушки. Такая игрушка со ста шагов
прошибает конгский панцирь. Тут, конечно, побольше, чем сто шагов, но ведь и
панциря нет!
- Вижу, ты хорошо в этом разбираешься! - насмешливо заметил Уанх. Иногда
ему с трудом удавалось скрывать неприязнь. - Но не пытайся убедить меня, что
какая-то дырка в спине лишит тебя силы!
- Меня - нет! - спокойно сказал эдзак, опускаясь на землю. - А его - да!
Поверь, если я попаду, куда надо, у нас будет почти минута. А за минуту можно
многое сделать! Давно я не стрелял! - проговорил он, устраиваясь так, чтобы
локти прочно упирались в землю. - Давно не стрелял, а попаду непременно, будь
уверен!
Человек на обочине дороги сидел, положив ладонь на рукоять меча, и
неторопливо разбирал свои медленные мысли. В первый раз за последние десять дней
он чувствовал себя в полной безопасности. Сухая веточка, которую он держал в
пальцах, сама собой выписывала замысловатый знак в дорожной пыли, облитой лучами
солнца...
* Глава двадцать девятая
... Однажды некий муж и сын его, недавно достигший совершеннолетия, беседовали у
ступеней своего дома.
- Скажи, отец, - промолвил юноша, - зачем здесь этот колокол?
- Он - мой друг, - отвечал мужчина. - Трижды прошли мы с ним пенное море
Зур. Ему ведомо все.
- О! - удивился юноша. - Позволь, спрошу я: эй, скажи, бронзовобокий, кто
дал нам жизнь?
- Конг! - отвечал колокол. - Конг!
- Да? Ладно. А кто даст мне то, чего я жажду?
- Конг! - отвечал колокол.
- Любовь! Он имеет в виду любовь! - вмешался старший. - Назови ему имя!
- Конг! - отвечал колокол.
- Вздор! - воскликнул юноша. - Разве это имя жен-шины? Отец, ты знаешь:
ничего нет сильнее любви!
- Закон! - отвечал колокол.
- Ты врешь! - вскричал юноша. - Я - воин! Я выбрал! Вот, я начинаю путь!
Правый путь! Кто остановит меня?
- Конг! - отвечал колокол. Засмеялся юноша:
- Спасибо, отец, я понял! Последний вопрос! Завтра наш корабль уходит в
море Зур. Где он бросит якорь?
- Конг! - отвечал колокол.
- Прости, отец: я смеюсь! Вот славная шутка! Что ни
спроси, ответ всегда один - слово без смысла. Конг!
Конг! .. Но отчего ты не смеешься, отец?
- Шутка! - сказал старший. - Добрая шутка! Трижды прошли мы с ним море
Зур. Но с тобой - лишь однажды, сын. Конг - твоя родина.
Притча о Корабельном Колоколе
Северный Конг.
Восьмой день осени тысяча двенадцатого года
... Жаркий и яркий день померк для Повелителя Демонов, едва ушла стрела. Но
извне пришел свет, а с ним - знакомое лицо в цветах вечернего золота.
"Так ты хочешь убить меня, Алчущий? "
"Да! - подтвердил храбрый маг. - Что мне в твоей жизни? "
И содрогнулся невольно, увидев, как сквозь человечьи черты проступил
темный лик дракона.
Но собеседник отослал прочь гнев.
"В жизни моей - исполнение твоей! - пропел он голосом Власти. - Вспомни о
Сути, эдзак. Разве боги не открыли тебе, где истинная сила Знания для тебя? "
"Это ты? " - всколыхнулся стеной сумрака Алчущий.
"И да и нет". "Ты - Сила! "
"Не путем Силы пойдем мы. Хотя и не избегая Ее".
"Что ждет меня, если я скажу - нет? "
"Тебе ведомо".
"Да, так. Я иду за тобой! Верность мою пусть свидетельствует..."
"Не клянись. Помыслы твои - вижу. С нами Судьба, эдзак! "
Порыв Власти вытолкнул Повелителя Демонов в зримый мир, под ясный свет
полдневного солнца, в миг, когда завершился полет посланной им стрелы.
Чародей увидел, как вспыхнул голубым огнем знак, Что рисовал сидящий у
дороги в мелкой пыли. И, затрепетав, повисла в воздухе короткая арбалетная
стрела, сидящий же повернулся, взял ее тремя пальцами и бросил на дорогу. А
потом встал.
Поднялся и эдзак, смотрел, как неторопливо поднимается вверх по склону его
новый господин.
- Он идет! Идет! - в ужасе закричал Уанх.
И испустил неслышимый вопль, призывая дракона. Но Повелитель Демонов знал:
дракон не прилетит. А юноша в серо-зеленом, хоть и шел совсем медленно, как-то
очень быстро оказался рядом...
- Прочь! - уронил он.
Эдзака обдало порывом холодного свежего ветра.
Он быстро оглянулся: Уанх пропал.
И еще один порыв ветра, другого, с запахом лимонных листьев - сверху.
"Я ошибся? - удивился эдзак. - Дракон прилетел? "
Но одного взгляда оказалось достаточно, чтобы убедиться: закружились в
танце сорванные листья, - не серый - бронзовый дракон опускался на прогалину.
- Идем, - сказал магу новый его господин. - Он голоден и не станет ждать,
пока ты подберешь свой хлам. - Юноша в серо-зеленом пренебрежительно толкнул
ногой брошенный арбалет.
- Да, - сказал эдзак, повернулся, шагнул и первым коснулся опущенного
гладкого крыла.
Сарбур.
Двадцать третий день первого месяца осени тысяча двенадцатого года по
исчислению Империи, или первого года от прихода Освободителя - по новому
исчислению Конга
- Ну, что ты скажешь? - спросил Нил, глядя сквозь решетку на погруженную в
сон Нассини.
- Лучше бы ты убил ее там, во дворце, - задумчиво произнес зодчий, изучая
маленькое бледное личико. - Боюсь, сам я на это не способен!
- Подари ее мне! - вдруг предложил Эрд. И, спохватившись, добавил: - Если
только сие не оскорбительно для твоей страны.
- Эо! Светлейший! Я полагаю, Этайа излечила тебя?
- Да, разумеется! - Эрд успокаивающе коснулся плеча вагара. - Она мне
просто любопытна. А без своих снадобий, без стражей...
- Несмех, - вдруг вмешалась Эйрис. - Я чувствую: эта женщина опасней
желтой змеи. Убей ее! - И оборотясь к Эрду: - Брат, не делай того, что пожелал!
Несмех! Хочешь, я сама убью ее?
- Вы говорите так, словно эта бледная крошка - демон! - воскликнул Робур,
присоединившийся к ним из любопытства: он никогда прежде не видел соххоггоя.
- Она не настолько красива, чтобы очаровывать, а такую шейку можно
переломить двумя пальцами! - Светлорожденный просунул руку между прутьями, чтобы
потрогать Нассини.
- Нет! - крикнул Эрд, хватая брата за рукав. - Соххоггои - не те, с кем
можно быть беспечными! Даже когда они спят!
И в подтверждение выложил историю смерти Иллана.
Но на Робура рассказ произвел совсем не такое впечатление, на какое
рассчитывал Эрд. Глаза молодого воина загорелись.
Биорк рассмеялся.
- Светлейший! - сказал он удивленному Эрду. - Постарайся вспомнить, каким
ты был год назад. Может, тогда ты подыщешь более удачные аргументы, чтобы
предостеречь светлорожденного Робура?
- Нет! - принял решение Тилод. - Она не уедет из Конга. И ее не убьют. Она
- последний Великий Анган. Пусть остается в живых. Как напоминание. Я поручу
жрецам Тура присмотреть за ней. Они искусны в магии. Но пока пусть она побудет в
твоем дворце, Дракон Юга. У нас есть более важные дела!
- Как скажешь, вождь, - согласился Керанраон. - Не перейти ли нам в более
удобное для беседы место?
Более удобное место оказалось открытой полукруглой террасой, утонувшей в
зелени и синеве листьев. Горшки с растениями были расставлены так, чтобы не
заслонять открывающегося сверху вида Сарбура. Дворец возвели на холме, и с его
террас замечательно просматривался весь северный берег и широкое устье реки.
- Взгляни-ка, - сказал сыну Биорк, указывая на белые, украшенные башенками
стены, обрамляющие сад.
Сразу за ними начинался крутой склон, поросший травой. Белая лента дороги
серпантином поднималась наверх.
- Неплохо! - одобрительно отозвался Нил. - Довольно пары сотен
арбалетчиков!
- Попробуйте этого вина! - раздался рядом голос хозяина. Если он и слышал
реплики, которыми обменялись северяне, то виду не подал.
- Черное сарбурское не хуже, чем черное орхонское, клянусь языком Тура!
Ему уже восемьдесят шесть лет, господа мои!
Нил облапил протянутый бокал, пригубил и кивнул одобрительно:
- Годится.
- Как здоровье твоего сына? - осведомился Керанраон. - Я имею в виду того,
в ком кровь конгайки.
- Здоров! - буркнул Нил. Его раздосадовал намек. - Это мой единственный
сын, Раон. Боги не удостоили меня, ведь я лишь наполовину человек.
- Прости! - огорчение Керанраона было искренним. - Я не знал! Надеюсь, ты
нашел свою женщину и милость Тура останется с вами!
- Добрые слова! - сказал Биорк. Керанраон похлопал Нила по плечу и отошел
к столу, за которым сидел Тилод.
- Вождь! ! Зодчий повернулся, ответив улыбкой на улыбку хозяина.
- Позволь спросить! Как я понял, ты не намерен ехать в Далаанг?
- Ты прав.
- Тогда... где ты намерен... Вождь, не можешь ли ты удовлетворить мое
любопытство, назвать место, откуда ты намереваешься повелевать страной?
Керанраон ждал с волнением и испытал огромное облегчение, услышав ответ
Тилода.
- Ты мог бы осведомиться и не так витиевато! Нет, мой друг! Я не собираюсь
обосновываться здесь, в Сарбуре! Он останется твоим!
- Под твоей рукой, вождь!
- Да, если так решит Судьба!
- Не Далаанг, не Сарбур... - продолжал Керанраон. - Тогда - Фаранг?
- И не Фаранг! Это тоже было бы несправедливо.
- К Гангу?
- К твоему Сарбуру.
Дракон Юга недоуменно поглядел на зодчего.
- Я не слишком люблю загадки! - сказал он.
- Если столица будет в Фаранге, это сделает Фаранг выше Сарбура.
- Тогда где она будет, твоя столица?
- Я думаю, - произнес Тилод, - пришло время восстановить древнюю столицу!
- Ангтъян? Ты не шутишь? Зодчий посмотрел в глаза собеседника.
- Ты что же, не одобряешь мой выбор?
- Слишком неожиданно... И... Да! - заявил воин решительно. - Ты целиком
прав! Пришло время вернуть жизнь берегам залива Донхен! Я - с тобой!
- Я еще не Владыка Конга! - напомнил Тилод. - И предпочел бы...
- Не говори ничего! - поднял руку Керанраон. - Я никогда не видел твоего
сына, но охотно присягну ему, если он...
- Если он вернется! - закончил Тилод вместо заколебавшегося Керанраона. -
Нам с тобой, достойный, не подобает отворачиваться от Судьбы! Ты - первый, кому
я сказал о своем желании восстановить Ангтъян, но нынче вечером я объявлю об
этом всем.
- Носитель Дракона Нгау, как я слышал, намерен воздать тебе почести
Великого Ангана, - негромко сказал Керанраон.
- Я не слыхал об этом!
- Еще бы! Он знает свое дело, маленький Нгау! - Если он тебя не
устраивает, ты можешь...
- Наоборот. - И, прежде чем отойти, добавил: - Знаешь, я рад, что ты
разбил меня тогда, у Медного Тракта!
Приемный зал Наместника Сарбура был поистине огромен. Площадь мозаичного
пола равна сотой части квадратной мили. Число же колонн, поддерживающих
исполинские своды, - сто восемьдесят шесть. Мраморный лес. Но и гостей,
прибывших на прием, - не меньше полутысячи.
Явились все наиболее уважаемые сарбурцы, высшие чиновники большинства
городов Конга, военачальники, купцы, капитаны кораблей, прибыл даже сам
Начальник Канцелярии Великого Ангана Пенет. Сверкали доспехи, сияли
драгоценности, тусклая униформа чиновников контрастировала с пестрыми нарядами
купцов.
Тилод долго глядел с верхней галереи на бурлящую толпу прежде, чем решил
спуститься вниз. Его сопровождали Эйрис и три молодых Черных Охотника. Скромная
одежда позволила зодчему на некоторое время просто смешаться с толпой.
Ненадолго. Высокий рост Тилода сам по себе привлекал внимание. Вождя заметили -
и гул голосов поплыл от него расходящимися волнами, как круги - от упавшего в
воду камня.
Толпа прихлынула к нему и одновременно расступилась, освобождая проход к
возвышению. Дракон Юга Керанраон протиснулся вперед и, поклонившись, зашагал на
шаг впереди зодчего. Дракон Севера Ганг тут же оказался рядом. Так, плечо к
плечу, они достигли широкой лестницы и расступились, давая путь Тилоду.
Зодчий кивнул каждому из них и неторопливо поднялся по застланным ковром
ступеням. Повернувшись, он подождал, пока вырастет и опадет гул голосов, и тогда
поднял руку. Воцарилась полная тишина.
- Судьба привела меня сюда, - произнес Тилод так же неторопливо и веско,
как двигался, - и не в моей власти решать, справедливо ли это. Решать будете вы.
И наклонил голову в знак того, что сказал все, что хотел.
- Он - не оратор! - сказал светлорожденный Эрд своему дяде Адальгу. - Наш
Санти нашел бы лучшие слова!
- Он мог бы вовсе ничего не говорить! - заметил стоявший тут же Биорк. -
Корона Конга и так достанется ему! Мы все немало потрудились для этого! А, вот и
Нил! - воскликнул вагар, заметив сына, который, пройдя мимо Ганга и Керанраона,
поднимался по лестнице. В руках великан нес завернутый в красный шелк предмет.
Остановившись на предпоследней ступени, Нил повернулся к толпе и,
освободив свою ношу от ткани, поднял ее над головой. То была Маска Великого
Ангана. Толпа загудела.
Подержав Маску над головой ровно столько, сколько? необходимо, великан
поклонился и положил древний символ Владык Конга к ногам Тилода.
- Надеюсь, ты не станешь ее напяливать? - прошептал он так тихо, что
услышал его только зодчий.
- уж не сомневайся, - чуть слышно отозвался Тилод.
Нил ухмыльнулся, но когда повернулся к толпе, лицо его уже было вполне
торжественным.
С подобающей случаю важностью он спустился вниз - к присоединился к группе
северян.
- Конгаи! - низкий глубокий голос Тилода, отразившись от сводов, разлился
над головами людей. - Конгаи, я жду вашего слова!
Керанраон поднялся на вторую ступень лестницы и, сняв с головы золоченый
шлем с голубым плюмажем, положил его на ковер. Потом поднялся еще на несколько
ступеней и вынул из ножен меч. В полной тишине был отчетливо слышен шелест
извлекаемого клинка. Взяв меч двумя руками, Дракон Юга низко поклонился и
положил свой меч рядом с Маской. Когда он начал спускаться, Ганг уже поднимался
навстречу. Островерхий шлем Дракона Севера лежал рядом со шлемом Керанраона.
Поравнявшись, военачальники обменялись напряженными улыбками.
Ганг остановился и медленно вынул меч. Прежде, чем положить его к ногам
Тилода, он, через плечо, оглянулся назад...
И застыл на месте.
После того как толпа гостей прихлынула к возвышению, между нею и главным
входом в Приемный Зал образовалось обширное пустое пространство.
И вот сейчас по этому пространству двигалась небольшая группка людей.
Ганг судорожно вздохнул.
Шаги идущих разнеслись по залу.
Глаза Тилода вспыхнули. Эйрис, стоявшая за его спиной, быстро шагнула
вперед, оказавшись рядом с мужем.
Вновь прибывшие двигались между мраморными колоннами и с возвышения
казались совсем крохотными. Полминуты, потребовавшиеся им, чтобы пройти полсотни
шагов, показались зодчему вечностью.
Пятеро - их было пятеро - достигли толпы, и она расступилась, будто сама
собой освобождая проход.
Два воина в черных доспехах замыкали маленькую группу. Перед ними легким
шагом двигался высокий черноволосый мужчина с широкоскулым желтым лицом эдзака.
Капюшон зеленого плаща откинут, плечи приподняты, отчего шея казалась короче,
чем на самом деле. Исходившая от него сила ощущалась даже на расстоянии.
На шаг впереди эдзамского чародея шествовала женщина с темнокожим
благородным лицом, в серебряной диадеме, венчающей высоко поднятую голову.
И, далеко обогнав этих четверых, сияя улыбкой, навстречу спускающемуся
Тилоду спешил Санти.
Они обнялись - как будто не было множества людей вокруг - обнялись и
застыли на несколько мгновений, позабыв обо всем.
Ронзангтондамени из деликатности остановилась в нескольких шагах. То же
сделала и Эйрис, хотя ей было труднее. Она впервые увидела своего сына с тех
пор, как много лет назад Тилод увез его в Фаранг.
Как ни странно, именно Санти первым вспомнил о том, что происходит вокруг,
и деликатно отстранил отца.
- Конг! - чуть слышно шепнул он.
И зодчий понял.
Бок о бок они двинулись к возвышению. Санти остановился лишь на мгновение,
поравнявшись с матерью. Он наклонился, чтобы поцеловать ее руку. Пальцы Эйрис
легко коснулись затылка сына, а он уже шел дальше, стройный и изящный, будто
подросток - рядом с высоченным широкоплечим отцом. Вместе они поднялись наверх,
и там зодчий шагнул в сторону, уступая свое место Санти. Больше у него не было
сомнений. Одной минуты оказалось достаточно, чтобы Тилод понял, как далек
теперешний Сантан-Освободитель от юноши, которого помнил зодчий.
Санти окинул взглядом собравшихся. И улыбнулся. Так заразительно, что мало
кто сумел удержаться от ответной улыбки.
- Братья! - воскликнул он весело. - Вот мы здесь! И мы свободны! И мир -
на благословенной земле Конга! А дорога пред нами светла, как восходящее солнце!
Слава богам, есть кому повести нас по этой дороге навстречу Судьбе!
Приветствуйте же его и радуйтесь вместе со мной!
И взяв правую руку отца двумя руками, поднял ее вверх.
Красная Твердь. Горы Хох. Безвременье
Санти медленно плыл над бурыми горами. Лучи солнца, пробиваясь сквозь
красноватую дымку, прибавляли к черным рубцам ущелий черные провалы теней. Санти
плыл в неощутимом воздухе, согнув несуществующие колени, сцепив иллюзию рук. То
был сон. Но из тех снов, что направляют жизнь больше, чем явь.
Санти знал, куда летит. И, все-таки, увидев выпирающий из склона черный
пузырь, ощутил удивление. Так человек, опустив руку в ручей, вдруг замечает, что
вода теплей, чем ожидалось. Черный громадный купол - верхняя часть вросшего в
гору шара, испускал некий трепет. Трепет Жизни.
Но ни живое тело, ни мысль, ни ветер, ни луч солнца не могли проникнуть
внутрь. Ни один маг не смог бы разрушить этих чар. Только сам Черный Купол.
Хранитель. Если пришедшему известен Ключ.
Санти Ключ был неизвестен. Поэтому он просто позвал. И получил отклик.
Разве слуга потребует ключ у вернувшегося хозяина? Даже, если дом его пуст...
И все-таки Вечный Хранитель Окрыленной Колесницы (отсутствующей Колесницы!
) Повелителя Махд-Шагош впустил его не сразу. Потому что внутри него уже было
живое существо. Человек. Маг. Хранитель обязан был испросить позволения. Но не
получил его. Бывший внутри не знал языка вопроса.
"Он не ответит! - передал прикосновением Санти. - Спроси его иначе! "
Молодой маг понимал: Хранитель не может нарушать законы создавших его. Но
может - обойти.
И, спросив иначе, Шар не получил запрещения.
"Входи, - прошептал Вечный Хранитель. - Я истосковался по чувству друга!
Войди же! "
Санти скользнул внутрь. Он не ощутил ровно ничего, минуя ткань Тьмы.
Огромное светлое пространство окружило его. Живое пространство. Санти
понадобилось гигантское усилие, чтобы устоять в обрушившейся на него волне.
Потому он не сразу заметил того, кто опередил его.
Маг же и вовсе не ощутил присутствия другого. Он так привык к
непроницаемости древнего укрывища, что позволил себе полную замкнутость. Маг
сидел на ковре, вернее, парил чуть выше ковра, и струи света переливались в его
руках. Мерцание их внушало тревогу. Санти, не видя лица мага, знал, что чело его
прорезают морщины напряжения. Паривший над ковром пытался сотворить чудо, но оно
вытекало из рук, ускользало, уходило, как рыба из рваной сети.
- И боль моя глубока и черна,
Как следы в снегу,
Когда золотая луна
Начинает свой путь! -
мысленно произнес Санти, и маг мгновенно обернулся к нему.
Начинает путь и плывет в зенит.
Я просил - и вот:
Меня исцелит
Луна,
Что жива и тепла,
Как женская грудь...
Струи света, порхающие между руками мага, вдруг затрепетали и начали
сливаться в единую форму.
Маг посмотрел на них в удивлении, потом - с еще большим удивлением - на
Санти.
Молодость его удивила Санти потому, что он знал: маг был много старше
Биорка.
"А я? " - тут же спохватился он.
Едва Санти пресек движение слов, творение оборвалось и вновь распалось на
разноцветные световые нити. Ему еще предстояло познать себя. И тот, кто стоит
сейчас перед Санти, поможет ему.
- Мне нужна твоя помощь! - мысленно обратился Санти к магу - и остро
ощутил его разочарование.
- Как Шар пропустил тебя? - спросил Познающий Суть. - Если ты - не
Создатель?
Санти уклонился от ответа.
"Прими мое уважение! - примерно так выглядела, его мысль. - У тебя есть
то, что нужно мне! Я же принесу то, что нужно тебе! "
"Ты придешь и придешь не один! - так же мысленно ответил Познающий. - И я
готов! "
"Ты мудр! - склонился Санти, равный равному. - Твой дар не заставит ждать,
а мой... Он жив! "
И исчез, оставив нового друга (О да! ) размышлять о сказанном. Когда они
встретятся вновь, ответ будет найден.
Черный шар раскрылся, пропуская Санти к новому? ню, одному из тысяч и
тысяч неторопливых дней, оседающих на горы Хох.
"Ты придешь! - напутствовал его Вечный Хранитель. - Возвращайся... с ней!
Мне одиноко! "
Санти всплыл ввысь над путаницей острых пиков, обратясь к северу, послал
свою печаль и радость туда, где за голубыми водами моря лежала земля фьельнов.
Санти понимал Хранителя. Но где та, которую Хранитель создан оберегать,
Санти не знал.
Сарбур.
Двадцать четвертый день осени первого года от Прихода Освободителя
Утром следующего дня Санти и Эйрис, вдвоем, сидели в одной из маленьких
уютных комнатушек под самой крышей дворца Керанраона.
"Вот единственное, что он унаследовал от отца! " - подумала Эйрис, глядя в
зеленые глаза сына.
-... Надеюсь, ты не стыдишься меня, - продолжал Санти, улыбнувшись.
- Стыдишься? - Эйрис была удивлена.
- Когда я был маленьким, отец говорил: ты должен сделать это, Санти, иначе
твоей матери будет стыдно за тебя! Ты должен сделать правильно! Так что же?
- Нет. - Женщина покачала головой. - То, что ты делаешь, я не могу
почувствовать. И... мне трудно... считать тебя своим сыном!
- И давно?
- Ты знаешь. И... Ты читаешь мои мысли?
- Я вижу их. Ты права. Но ты не должна думать, что от твоего сына ничего
не осталось. Я здесь. Только теперь я внутри. А снаружи... он. Ты можешь
привыкнуть. Если захочешь.
- Я привыкну. Постараюсь... Все-таки ты... намного старше меня...
- Так и есть... мама!
- Не называй меня так... пока!
- Привыкай. Ты - не единственная, кому придется... привыкнуть!
- Какая она?
- Видишь, и ты читаешь мои мысли! Смотри!
- О! Это... необычно! Я не назвала бы ее красивой, но...
- Она прекрасна! Как все фьёльны. Хотя другой такой - нет. Мы оба, она и
я, - выродки.
- Грубое слово!
- Правдивое! Во всяком случае - в отношении меня. Я не оправдал надежд
моих... создателей! У них были слишком разные цели. В том числе и твоих надежд,
Харрок. Ты ведь - одна их них... Не надо! Ты чувствуешь: в моем сердце нет
горечи! И мой путь далеко не окончен. А у тебя есть Тилод... Мама! Я ведь знаю:
отец значит для тебя куда больше сына, которого ты не видела двадцать лет! Даже
больше Вечного Лона! Разве нет?
- Что ты можешь знать об этом, сын?
Санти рассмеялся.
- Я там рожден! Я был в Городе-на-Берегу всего лишь шесть дней назад.
Поверь, и мне нелегко было покинуть эту землю!
- Прости! Забыла, кто ты! Скажи, эта женщина из Урнгура, она тоже была
там?
- Она пришла за мной. Думала: мне грозит опасность. Но ничто в Лоне не
может причинить вреда ни мне, ни ей. Там - корни нашей силы.
- Вашей?
- Не пустой случай свел нас.
- И фьёль?
- Этайа! Ее имя - Этайа! И она тоже всегда рядом со мной! Хотя даже я
редко ощущаю ее присутствие! - Санти улыбнулся, не слишком весело.
- Они двое... - тихо сказала Эйрис. - Похоже, для меня места не осталось?
- Нет, не осталось. Вспомни свое истинное имя, Харрок, - и ты поймешь! А
место рядом со мной... Оно не самое лучшее.
- Не говори, я вижу! Из-за этого ты отказался от власти?
- Из-за этого я не принял ее! Моя страна не должна разделить мою судьбу!
- Понимаю. Твой отец будет хорош на троне.
- Он и ты. Я вам завидую!
- Ты? !
- Я пошутил
. - Когда ты уплываешь?
- Послезавтра, вместе с Биорком. Он повезет своих урнгриа в Гурам. Нам -
по пути.
- Гурам?
- Нет. Я поплыву дальше. К горам Хох. Судьба дарит мне целый год. Мне
предстоит многое узнать о пределах своей силы. И у меня будет в этом помощник.
Вернее, друг.
- Кто?
- Человек. Маг.
- Так ты не останешься на посвящение отца?
- Зачем? Жрецы Тура отлично справятся сами. Тилод-Зодчий - самый
подходящий правитель для нынешнего Конга. Боги будут довольны.
- Тилод-Зодчий?
- Так звали отца в Фаранге. И будут звать впредь, когда он станет
Владыкой. Кстати, он уже давно хочет тебя видеть.
- Я чувствую. Но подожди. Мы ведь не скоро окажемся вдвоем!
- Судьба. Эйрис, из рода Асенаров, Харрок, дочь Народа, я благодарен богам
за то, что ты - моя мать! Но, боюсь, наступит день, когда ты проклянешь своего
сына.
- Не знаю ничего, что ты мог бы сделать, чтобы навлечь мое проклятие! -
сказала Эйрис.
- Не я - ты сделаешь... Не спорь, мама, я вижу... Эйрис молчала.
Санти закрыл глаза и увидел степь: постепенно поднимающееся вверх
разнотравье и алые цветочные бутоны, вспыхивающие в зелени, как разбросанные
гранаты.
Санти поднял голову. Дальше, на восходе, лежали круглые горбы предгорий, с
редкими фиолетовыми пятнами виноградников. А над ними, стряхнув с себя все
живое, - грозные ржавые пики горного хребта.
Дюжина всадников змеей ползла по узко
Поділитися у соцмережах
