Жанр: Электронное издание
Kosh1
...уло. А может и не током, но задергался он, как будто
сунул два пальца в розетку.
Ну так вот, когда я вылетел, да-да именно вылетел, из здания, я оказался
напротив здания театра. И так получилось, что я как раз налетел на девушку,
продающую билеты на вечерний сеанс. Мне просто повезло, да и у охранника в
кармане как раз нашлись деньги. И вот я теперь сижу в театре и расслабляюсь. И
почему я раньше в театр не ходил?
- Он без нее, иль без него она... кто б что не говорил, а друг без друга...
Их жизнь не будет радостью полна... Так стань же женщина счастливой ты
супругой... - закончил рассказчик и занавес начал закрываться под бурные
аплодисменты.
Что, уже все? Вот досада. Я так половину и пропустил. Слишком отвлекся на
свои мысли, да и на чужие тоже. Однако ж все-таки, тут есть, о чем поразмыслить.
Хотя моя многострадальная голова вместе с не менее многострадальным мозжечком
начнет болеть сразу, как толь коя задумаюсь о последних событиях.
Что со мной было? Повторится ли это еще? Как Колдун с меня снял перстень?
Почему со снятием перстня способности совершенно не уменьшились? Что мне делать
дальше? Стоит ли возвращаться в квартиру, или меня уже опять похоронили? И,
кстати, о квартире: что это все-таки за глаз такой и почему никто на него не
обращает должного внимания? Никому даже не кажется странным, что в стене выбит
огромный глаз, а в центре глаза находится перстень, сродный тем, за которыми все
охотятся. Почему? А уж про то, как же мне все-таки управлять теми способностями,
что у меня есть, я и вовсе молчу.
Ну вот, уже голова заболела. Лучше не думать об этом. Я уже решил, что отныне
я не буду зря тратить свое время. Я должен его тратить с максимально пользой для
себя и других. И вот что касается себя... то время-то всего девять часов! Я еще
могу успеть пойти на тренеровку к Чину. Подумаешь, немного опоздаю и приду без
спортивного костюма...
Пока я размышлял, толпа уже вынесла меня на улицу. Неожиданно мне вспомнилась
встреча на Красной площади после моего первого побега. Не хотелось бы повторять
свои ошибки. Вот только где метро я, к сожалению, не знаю. Если честно, то я
даже не знаю, в каком театре-то был.
Однако решать надо было быстро, потому что медлить не стоило. Тем более, что
я находился всего метрах в ста от здания лаборатории. Почему-то пожарных машин
нигде не было. Видать не сильный пожар-то был... а жаль.
Я подошел к ближайшей парочке, одетой в кожаные "косухи", и спросил, в какой
стороне находится метро. Униформа охранника внушала уважение даже на моих худых
плечах, поэтому мне охотно объяснили весь путь и еще предложили сигарету и пива.
От сигареты я отказался, а вот пива хлебнул.
До метро я обрался довольно быстро и вскоре, предварительно поплутав по
переходам, уже ехал в Новогиреево.
В вагоне метро было довольно много народу, но это не помешало мне
удовлетворить свое любопытство. Первым делом, вбежав в вагон, я посмотрел в
закрывающиеся двери и конечно ничего не увидел. Мое отражение по-прежнему было в
увольнительной и явно не собиралось приступать к своим обязанностям. Поэтому я,
уже по привычке, отошел от двери и спрятался между двумя людьми в военной форме.
Так я и ехал, постоянно прячась от стекол, на которых мог бы отразиться мой лик.
Мог бы... если бы не... Хмм... Если бы не что? Что же со мной такое. Все гипноз
их экспериментальный и посвящение фиг знает во что.
Кстати, жажда стала бить по моим нервам немного настойчивей. И еще, я заметил
жуткую вещ - мне стало все равно, какую шею провожать жадным взглядом. А уж вид
женской шейки и вовсе заставлял меня едва ли не скрежетать зубами. В голову
лезли странные мысли, иногда совершенно глупые и даже, я был почти уверен, не
совсем мои.
Еще меня беспокоит то, что я очнулся из своего очень глубокого онемения ближе
к вечеру. А началось оно примерно в районе утра. А вдруг это именно "вампирский"
дневной сон? Вот ужас-то. Еще одного дня в таком состоянии я не выдержу.
В любом случае, я об этом скоро узнаю... через каких-нибудь шесть-семь часов.
Но лучше об этом вообще не думать.
За размышлениями я не заметил, как оказался около спортивного зала. Из него
как раз выходили последние ученики.
Значит, я все-таки опоздал. Досадно конечно... но с другой стороны, я так не
привык к мысли о занятии спортом, что никакого особого огорчения не испытал. И
когда меня окликнул уже знакомый тихий голос, я даже немного огорчился.
- Здравствуйте Виктор. Вы все-таки пришли. Вот уж не думал.
А уж как я-то не думал.
- Здравствуйте. Да, решил вот немного физически и духовно облагородится, но
занятия, к сожалению уже кончились, - огорченно сказал я.
Как только я увидел этого удивительного человека, мне действительно стало
жаль, что я опоздал.
- Ничего страшного. Я не тороплюсь, так что проходите и переодевайтесь.
Я немного удивился, но все-таки было приятно. Со мной будет заниматься
мастер. Вот только...
- А мне не во что переодеваться, - признался я.
- Ничего страшного, - ничуть не возмутился Чин Кхо, - это не столь важно.
Мне ничего не оставалось, кроме как пройти вслед за Чином в спорт зал.
Мы прошли по площадке и начали спускаться по лестнице вниз. Как я и
подозревал, спортзалом оказался подвал. Однако оборудован он был по высшему
разряду: покрытые серым пластиком стены, мягкие маты, груши, какие-то деревянные
фигуры, все это располагалось на площади в шестьдесят квадратных метров. Совсем
не плохо, для "скромного зала".
- Проходите в раздевалку и оставьте там обувь, - проинструктировал Чин Кхо, -
потом возвращайтесь и мы начнем занятия.
Я, конечно, подозревал, что я не в форме, но чтобы настолько! Я даже про себя
невольно вспомнил то приятное время, когда не мог ощущать свое тело. Потому что
теперь оно просто сводило меня с ума дикими болями в непривыкших к работе мышцах
и порванных связках. Но начну по порядку.
Сначала была разминка. Всего лишь пол часа. Всего лишь пол часа, по истечению
которых я жутко захотел домой, но, мне кажется, уже не дошел бы. С виду простые
упражнения, с виду всего немного раз и довольно медленно просто убивали меня.
Тело с хрустом в позвонках прокручивалось влево - вправо. Руки делали круговые
движенья, постоянно напоминая о себе дружным хрустом локтей. Ноги едва держали
бедное измученное тело, не забывая хрустеть при каждом движении. А ведь как все
хорошо начиналось.
- Ну, я думаю, что для первого раза мы сделаем тренеровку попроще. Скажем
упрощенную тренеровку детей - первогодок, - сказал Чин Кхо, окинув сочувствующим
взглядом мою фигуру. Меня покоробило то, что он явно говорил совершенно
серьезно.
Я естественно скрепя сердце согласился, хотя все же хотел сказать, что жалеть
меня не стоит и что он меня недооценивает. Оказалось, что он меня переоценил.
Лучше было мне сделать тренеровку, рассчитанную на детей с нарушенной
координацией или с проблемами опорно-двигательной системы, было бы не так
страшно. А еще лучше было сразу отказаться от этой глупой затеи. Ну не выходит
из меня спортсмен.
Самое обидное, что просто упасть и спокойно умереть мне не позволяли остатки
гордости. Если уж я не могу упрощенную тренеровку первогодок выдержать, то что
уж говорить об остальном. Пить было так же нельзя, поэтому все три часа
тренеровки я мучился от дикой жажды.
Но разминка все же закончилась, я был еще жив и даже почти еще мог двигаться.
Поэтому тренеровка продолжалась. После того, как я в течение часа простоял в
одной и той же стойке, постоянно понукаемый к "поправлению ноги", "выпрямлению
позвоночника" и "слежению за своим телом", дескать оно само знает, что ему
лучше, просто нужно ему не мешать.
Не знаю, как тела других учеников, но мое тело хотело только одного -
завалиться в постель и тихо умереть. Я с ним был, в общем-то, полностью
согласен.
Потом еще в течение часа я повторял одно и то же движение, так, впрочем,
мало-мальски правильно его и не сделав. И под конец меня заставили отжаться
столько раз, сколько я не отжимался за всю жизнь. К растяжке мы сегодня
приступать не стали, потому что я все же был в брюках. Как я подозреваю, это
меня спасло от чего-то ужасного.
При выходе из спортзала Чин меня подбодрил, сказав, что я сегодня занимался
совсем неплохо для новичка. Следующее занятие мы перенесли на понедельник.
Выходные мне оставили для расслабления "натруженных" мышц. Если честно, то я
очень надеялся на способности к восстановлению, потому что без них раньше чем
через месяц-другой я в строй вернусь.
Чин пожал мне руку и отправился в противоположную от моего маршрута сторону.
Я же, дождавшись пока он скроется за поворотом, согнулся в три погибели и пополз
к автобусной остановке. Более всего я сейчас напоминал Квазимодо в его самые
худшие дни, хотя, мне кажется, меня все же скрутило сильнее. В общем как бы то
ни было, я сел в автобус и поехал домой.
Тело у меня болело ничуть не меньше, чем когда я упал из окна морга. Может
даже больше. Вот уж не скажешь, что в этом тихом человеке со спокойным взглядом
столько склонности к мазохизму. Ну, это я, конечно, шучу, вообще-то мне Чин
нравится. Хорошо, что есть такие люди, которые привносят в этот мир хаоса
какую-то стабильность.
Вот бы сейчас в горячую ванну... ах да, лучше не рисковать, пока
водопроводчик не придет.
К дому я подошел с опаской.
Выглянул из-за поворота и вроде бы ничего не заметил. Подошел к подъезду и,
тихо открыв дверь, заглянул внутрь. Пусто и тихо. Это хорошо.
Я тихонько, только немного хрустя костями, поднялся на второй этаж и, в
который раз понял, что ключей у меня нет. Уж не знаю где они. В доме, или где-то
в Агентстве. Но без ключей в квартиру не попасть.
Вот что за нахальство, а? В мою квартиру могже попасть кто угодно, и милиция,
и воры, и вандалы, и убийца (мой причем), и Лана. Кто угодно, кроме меня -
собственно хозяина квартиры.
Тело болело, но все равно другого выхода я не видел. Нужно лезть через
балкон.
На улице я огляделся по сторонам и, никого не увидев, схватился за трубу и
начал по ней подниматься, с трудом превозмогая боль в суставах, связках и
мышцах.
- Вы куда это собрались Виктор Михайлович, - послышалось за спиной.
Это было столь неожиданно, что последние силы покинули мое тело, и я бухнулся
вниз с высоты второго этажа, на который уже почти забрался.
Сильные руки меня заботливо подняли и оперли на не менее сильное плечо.
Удивительно. А с виду капитан Лысько таким уж крепким не кажется.
- Что же вы в таком состоянии еще и по трубам лазеете? - осведомился капитан.
Я все еще восстанавливал дыхание после падения и не очень-то мог ответить.
- Уфф...
- Где же это вас так угораздило? - немного дав мне прийти в себя, спросил он.
- Да вот не поверите, спортом решил заняться. Пошел в спортивную секцию, а на
обратном пути выяснил, что ключи где-то потерял.
- И каким же вы спортом, с вашего позволения, занялись? - с еще большим
интересом спросил капитан.
- Кун...Ушу, - поправился я.
Лицо Лысько просветлело.
- Не у Чина случаем?
- Да, - немного удивленно ответил я.
Это что же, все всех знают, кроме меня? А вообще-то я всегда считал, что
Москва город маленький...
Капитан понимающе улыбнулся.
- Первая тренеровка. Тогда все понятно. Я помню свою первую тренеровку, я
потом неделю компрессы прикладывал.
- Вы там занимаетесь?!
Вот уж удивительно. А с виду и не скажешь.
- Не занимаюсь, но пробовал, было дело, - ответил капитан, а потом задумчиво
добавил. - Я вас тут ждал, чтобы разобраться, наконец, со странными событиями
вокруг вас. Не внушали вы мне доверия Виктор Михайлович. Да тут еще с самого
верха пришло указание ни в коем случае вас не трогать. Я решил вас тут
подкараулить и поговорить по душам, тем более что у подъезда нашел вот это, -
капитан показал мне довольно знакомые ключи.
Если честно, то я не думал, что настолько заинтересовал здешнюю милицию.
- Однако Мастеру Чину я доверяю. Он-то в людях разбирается, и просто так
учить бы вас не стал. Но все же хотелось бы услышать некоторые объяснения.
Например, откуда форма охранника? Неужели переквалифицировались.
Я немного помолчал.
- Это долгая и немного, - я решил преуменьшить, - странная история.
- И без ста грамм не разберешься, - неожиданно заговорчески подмигнул мне
Лысько.
На том мы и порешили. Я забежал домой, полазил по завалам в комнате и взял
остатки денег за батареей - целые двадцать рублей. Я про них вспомнил, пока
лежал онемевший, я вообще много чего тогда вспомнил. В том числе и об этой
старой заначке.
Потом мы с Алексеем Геннадиевичем, после первой мы уже перешли на ты,
отправились в близлежащий кафе-бар.
Сказать по правде, фактов я мог предоставить не так уж то и много, в основном
размышления и догадки, но после третьей из меня просто полились откровения.
Алексей был хорошим слушателем и не перебивал меня. Только иногда делал
некоторые уточнения. И даже не выказывал недоверия или скептицизма. Просто
внимательно слушал. Ну... почти внимательно.
- Ну вот я и думаю. Что-то тут не то. Ну, заставил я этого мужика бросить
пистолет и пойти с повинной к вам в контору...
- А! Так вот значит оно как. У нас весь участок ржал. Пришел мужик, подписал
повинную, дал показания. Собственно его и так разыскивали. Сам зашел в камеру, а
потом давай удивленно глазами лупать и кричать, чтобы его немедленно выпустили,
и что у нас нет доказательств. Теперь все понятно. - Лысько неопределенно
хмыкнул.
Или вот еще интересный момент.
- И тут как раз ты зашел, сказал что соседку ограбили. А как потом
выяснилось, она имеет какое-то отношение ко всей этой катавасии. Хотя я сам еще
не очень представляю какое. Ее муж чем-то очень важным занимался...
- Ага! Вот про мужа я тебе кое что интересное поведать, пожалуй, могу. Меня
это дело тоже заинтересовало, и я навел справки, какие позволяет мое довольно
скромное положение. Муж ее пять лет работал в Америке, а потом вернулся на
родину, чтобы тут какие-то опыты проводить. Его тут, стоило ли сомневаться,
приняли с распростертыми объятьями, мозги-то в кои-то веки не утекают, а
наоборот. Возвращаются, да еще и не с пустыми руками. Уже тут он женился на
Клавдии Степановне и продолжил свою работу в домашних условиях.
- А над чем он работал? - с надеждой спросил я.
- Я тебе кто, Джеймс Бонд что ли? Или хакер какой? Узнал, что доступно для
смертных мира сего, а остальное тебе и то легче узнать через Агентство это...
кстати, странно, что я о нем никогда не слышал. Хотя, опять таки, мы люди
простые...
Ну не такие уж и простые. Ведь как же это он удачно интересуется именно теми
вещами, которые действительно заслуживают внимания. Ну откуда ему было знать,
что кража у соседки как-то связана со мной? Интуиция брат. Это так просто не
пропьешь. Да и верит он моим бредням, или очень хорошо притворяется. Только не
нужно ему притворяться. Значит, все таки верит...
- А какую ты ждал реакцию? - насмешливо ответил вопросом на мой вопрос
Алексей. - Во-первых, против фактов не попрешь, а во-вторых современный человек
уже ко всему приспособлен. К гадалкам ходим, белым и черным магам, потомственным
колдунам и шаманам. Порчи снимаем и наводим, читаем гороскопы, крестимся. Нынче
такое время. Время, когда все правила и законы, в том числе и природы, имеют
сугубо личностный характер. Кто-то верит в Бога, а кто-то называет себя атеистом
и читает построенные сугубо на "научном" принципе гороскопы. Да и всякое в моей
жизни бывало, и сверхъестественное встречалось. Будет время - расскажу, -
предупреждая мой вопрос, сказал капитан.
В общем, мы посидели весьма неплохо. Даже, несмотря на веселящихся в баре
обычных братков, не встретив которых уже шагу ступить нельзя. Форма капитана и
моя форма охранника внушали некоторое уважение. В кои-то веки я спокойно посидел
в баре без всяких проблем. Я даже на время забыл про свое бренное тело, которое
наконец-то немного расслабилось. Однако едва я попытался встать, чтобы сходить в
туалет, как его скрутила болезненная судорога, хотя и слегка притупленная
алкоголем.
- Э брат, - посмотрев на меня, произнес Алексей. - Да я и забыл, что у тебя
сегодня первый день в спорте. Тебе бы полежать нужно. Могу тебя немного
успокоить, - с улыбкой добавил он, - завтра будет еще хуже, а уж после завтра и
вовсе...
Он взглянул на страдальческое выражение моего лица и сжалился.
- Ну ладно, остальное расскажешь завтра. Я к тебе вечерком заскочу. Ты
смотри, лучше завтра из дома не выходи. Мало ли что.
- Да моя бы воля, я бы с недельку не выходил, - честно признался я.
На том и порешили.
Поскольку я успел ему рассказать историю своих злоключений только до побега
из больницы в Кремле, он еще не знал, что до вечера я могу опять потерять
контроль над телом.
На обратном пути к дому я только об этом и думал. В конце концов, я пришел к
выводу, что это не так уж и плохо. Зато не буду чувствовать больного тела. Это
было конечно глупо, но на не совсем трезвую голову казалось замечательным
выходом из ситуации.
Поэтому, попрощавшись с Алексеем у своего подъезда, и поднявшись домой, я
спокойно прошел по уже привычным завалам в комнате и лег в кровать не
раздеваясь. На тот случай, если тело все-таки отключится и кто-нибудь опять
припрется в незваные гости. Не хотелось бы, чтобы меня нашли голым.
В голове был сумбур от повторного переживания событий во время рассказа
Алексею и, главным образом, от выпивки.
На самом деле я никогда особенно не пил. Только в последнее время. Ну, в
последнее время-то все идет, мягко говоря, не так, как обычно.
В задумчивости я окинул беглым взглядом свою комнату. Завалы достигли прямо
таки глобальных масштабов. Тут и все мои многострадальные, потоптанные и
многократно порванные книги. От мебели, не считая кровати и стола, ничего не
осталось. Все полки раскиданы, стулья в щепки, на слегка подкошенном столе
одиноко лежит почерневшая клавиатура. Всюду грязь, все в следах. О ванной я
вообще боялся думать, наверное, там уже целый пруд с лягушками. И так вдруг
противно стало. В голове не бьется не одной мысли, кроме брезгливости.
Скорее автоматически, чем осознанно, я поднялся с кровати и начал убираться.
Сначала, конечно, собрал все уцелевшие книги. Затем начал разгребать мусор и
стаскивать его в коридор. Не удержавшись, заглянул в ванную и ужаснулся
открывшимся водным просторам. Последующие несколько часов вычерпывал, а затем
вытирал воду.
Как когда-то мне помогло мытье посуды, так и теперь уборка быстро избавила от
головной боли и похмелья. Единственное, что страдало от уборки, так это мое
многострадальное тело. Когда я, наконец, вышел из ванной, то походил не на
Квазимодо (тот показался бы в сравнении со мной просто стройняшкой), а на
раздавленную сороконожку. Спина просто не разгибалась. Но все же я с
удивительным упорством продолжал убираться. На улице уже начало светать.
Пока я убирался, я уже успел решить, что напишу записку, на всякий случай. И
если тело опять отключится, то те, кто наверняка ко мне ворвутся, будут знать,
что резать и хоронить меня не стоит. С другой стороны, смотря кто еще ворвется.
А то может даже лучше, чтобы похоронили.
Пока я так рассуждал, дело уже дошло до книжных полок. Я как раз взялся за
первую полку, повесил на один гвоздь и собрался уже вешать на второй, когда
неожиданно заметил, что она никак не желает на этот гвоздь вешаться. Я даже не
сразу понял, что на самом деле, это моя рука, как я не стараюсь, не может
двинуться с места. Я хотел, было, посмотреть, что с ней не так, но голова так же
двигаться отказалась.
Все повторялось, а я даже записку написать не успел. И не убрался до конца.
Перед глазами была только полка и обои, но зато тело больше не болело.
Собственно, тела вообще больше не было. Была только тюрьма с двумя открытыми
окнами. Ну, ничего. Дело уже привычное, в общем-то.
Глава 10.
Нет, стоять так дело уже почти привычное, но все равно не удобно и чертовски
скучно. Я уже успел исследовать каждый миллиметр видимого участка жутко грязных
обоев с неизвестно откуда взявшимися следами ботинок и знал наизусть всю
поверхность полки, которую, кстати, уже довольно долгое время продолжал держать.
С другой стороны, стоять таким образом было весьма полезно и продуктивно с точки
зрения мышления. Я смог, наконец-то, подключить все свои умственные ресурсы (ну,
сколько есть, по крайней мере) и задуматься над тем, почему, хотя с меня сняли
перстень, я все равно опять ушел в спячку. Спячку тела, но не разума. Кстати,
тело после тренеровки болело довольно долго, чего наверняка не было бы, будь на
моей руке перстень. Вроде бы логично, ведь перстня-то нет, но тело опять не
действует. А это уже не логично. Значит, либо я чего-то не знаю, либо чего-то
упускаю. В обоих случаях найти в ближайшее время ответы на свои вопросы мне не
грозит.
Я мысленно зевнул. Минуточку! Мысленно? Может, я и поспать наконец-то смогу,
хотя бы мысленно? Стоило бы попробовать, но как? Закрыть мысленно глаза? Глупо.
Так я и раздумывал, уставившись в одну точку, пока, сам не заметил как,
действительно отключился. Мне даже что-то снилось. Кажется, немного странная
деревня, или даже маленький городок. Со странными, комично-невероятными, домами.
Они были самых невероятных форм и цветов, а уж про материал, из которого они
были построены, я и вовсе молчу. Хотя бы потому, что, в общем-то, как минимум
половину из них не знаю.
Тут и розовые конические, и зеленые в форме сферы, и черные, напоминающие
маленькие останкинские телебашни. Все это смотрелось жутко гротескно и более чем
странно. При этом, хотя я и не уверен, над каждым домом была своя погода: шел
снег, пекло солнце, лил дождь. По улицам ходили странно одетые люди. Более всего
это напоминало показ мод какого-нибудь новомодного кутюрье: кричащие цвета,
пугающие фасоны. Тут платье в горошек могло сочетаться чуть ли не с чем-то
напоминающим русскую народную шапку-ушанку. От всей этой пестроты мне даже во
сне стало дурно.
Сон был очень расплывчатым, как, впрочем, и всегда. Просто раньше мне ничего
похожего никогда не снилось. Поэтому, когда я все-таки проснулся, мне
потребовалось некоторое время, чтобы сбросить наваждение. А помогла мне его
сбросить полка, которая неожиданно грохнулась мне на ногу.
Я подскочил и принялся прыгать по комнате на одной ноге, и потирать другую.
Во время этого действа я не забывал ругаться, на чем свет стоит. Тут еще под
ногу подвернулась стопка аккуратно сложенных, мной же, книг. Я с размаху
грохнулся на пол и затих, продолжая молча скрежетать зубами.
Спустя пару секунд до меня дошло, что пол-то грязный, а форма охранника, что
на мне - единственная чистая и целая одежда во квартире.
Я вскочил и начал отряхиваться. Мысли в голове забегали табуном то в одну, то
в другую сторону, сопровождая свое движение жутким топотом.
Неужели я теперь буду каждый день отключаться? Минуточку... день? Я даже не
сразу заметил, что на улице-то уже вечер. Видел я в окружающей меня темноте
просто прекрасно, поэтому, уже почти привыкнув к своей весьма полезной
способности, не сразу заметил смену времени дня. И самое удивительное, я не
только видел, но и чувствовал себя тоже просто замечательно. Мышцы больше не
ныли, связки не болели. Даже похмельного синдрома не было. Это конечно явный
плюс. Об этом стоит подумать во время завтрака.
Вот только есть-то нечего.
Желудок отчаянно заурчал.
Не водится в моей квартире еда, даже в холодильник заглядывать бесполезно. Да
и опасно. До того, как выключилось электричество, там уже ничего съедобного не
было, а уж теперь... И деньги все вчера в баре проел, вернее, в основном,
пропил. Все свои двадцать рублей. А что?! Мне теперь и пить можно. Как
показывает практика, дневной сон действует прямо-таки воскрешающе. За
погубленный организм можно не волноваться, хрен его еще погубишь. А вот кушать
все равно хочется. Что же делать-то?
А ведь ко мне даже никто не вломился за весь день. Что удивительно, учитывая
то, что в последнее время моя квартира стала просто проходным двором. Но не все
так плохо.
Можно.. можно... можно зайти к соседке.
Хотя все же не стоит. Не прилично как-то. А вот если...
Мои размышления прервал стук в дверь. В кои-то веки в нее хотя бы постучали.
Не вышибли, не открыли отмычкой, а именно постучали.
Я судорожно оглядел все еще весьма захламленную комнату, все еще, весьма
помятого себя и, вздохнув, поспешил открыть дверь. Может быть, пришла добрая
душа покормить голодного меня? Хоть бы пару крошек свежего хлебушка или мяса
кусочек... с кровью. Ой ты ё! Как же меня все достало!
В глазок я посмотреть забыл, потому что перед моим голодным взором уже
проплывали самые разнообразные блюда. От фаршированных баклажанов до супа Галина
с Бланком. Эх, слюнки текут...
- Сантехника вызывали?
Я с трудом отвлекся от столь вкусных и приятных мыслей и попытался вникнуть в
смысл фразы, попутно сглатывая слюну.
- Я грю, сантехника вызывали? - повторил глубокий, хотя и слегка пропитый
баритон.
- Да, конечно вызывал, проходите. Я еще неделю назад вызывал, - наконец на
удивление осмысленно среагировал я.
Здоровенный мужик в довольно приличном костюме (ну для сантехника приличном),
почесал бороду.
- Дык я же говорил, что пока электрик не придет, я ничего делать не могу.
- Простите, что спрашиваю, но зачем вы тогда зашли? - не слишком приветливо
поинтересовался я.
- Да мимо просто проходил вот и зашел.
Поиздеваться он, что ли зашел?
- Гмм... - многозначительно произнес я, - но ведь электрик сказал...
- Да знаю я, что он сказал, - перебил сантехник. - Мы с ним на днях согласуем
наши расписания и через недельку или две будет окно, в которое мы неофициально
придем вместе и все сделаем.
- Неофициально, это значит, что и оплата неофициальная? - подозрительно
спросил я.
- Конечно. А вы что думали? У нас расписание. Не можем же мы из-за вас его
нарушать.
- Ну, это допустим понятно. Но не через две недели же! Как же я буду без
электричества и с протекающим водопроводо
...Поділитися у соцмережах
