Жанр: Электронное издание
Kosh1
...выми искусствами?
Я честно отвечал, что живу один, что работаю переводчиком текстов, что
работаю дома по свободному графику, и что занимался в детстве каратэ.
Помню, тогда это было очень модно, и я получил свой желтый пояс. На этом мне
пришлось остановиться, потому что драться я не любил.
Далее было много разных вопросов, из которых меня встревожил только один.
- Верите ли вы в потусторонние силы? В вампиров, оборотней?
Признаюсь, я сначала немного испугался. Но потом понял, что ничего особенного
он, наверняка, в виду не имеет.
- Я? А почему бы и нет? Ведь в мире есть столько всего необъяснимого, так
почему бы и не быть вампирам и оборотням?
- Да, а почему бы и не быть... - задумчиво пробормотал Колдун.
Я его сразу мысленно окрестил Колдуном, тем более что на вопрос об имени он
ответил, что имя его знать мне не полагается по статусу. Даже посвященные, и те
не знают имен друг друга.
Еще меня весьма удивил вопрос об отношениях с соседями. А вообще-то вопросы
он задавал как-то вяло и, мне показалось, что он не очень-то и слушает мои
ответы.
После того, как его вопросы иссякли, я попытался задать вопрос о том, что же
такое это посвящение, но он мне ответил, что мне все объяснят на самом
посвящении, и я бросил свои бесполезные попытки что-либо у него узнать.
Выйдя из "прибежища Колдуна", я встретил ту девушку, которая меня встретила у
входа. По всей видимости, она меня тут ждала все полчаса, что я отвечал на
вопросы Колдуна.
- Вы не меня случаем ждете? - я подарил ей самую очаровательную улыбку, на
которую был способен.
- Вас уже ждут на церемонии. Вы всех задерживаете, проходите за мной, -
холодно отчеканила сия леди и пошла по лестнице вниз.
Этой лестницы я что-то не заметил, когда проходил по коридору. Может, моя
невнимательность? Будем надеяться, что так и есть.
Спустившись по лестнице, мы попали в просторную залу. Как это она интересно в
подвале-то поместилась? Тут же высота потолков метров десять, да и от стенки до
стенки метров сто.
- А вот и последний адепт, - произнес безжизненный голос откуда-то сверху.
- Всем привет, - радостно известил всех я о своем приходе.
Вот только что-то никто особо не рад моему приходу. По-моему никто его вообще
не заметил. Двенадцать человек стояло полукругом напротив статуи какой-то... то
ли гаргульи, то ли огромной летучей мыши, сделанной из цельного камня и размером
не уступающей памятнику Петра 1 на коне вместе с конем. Красная фигура с не
менее красными глазами и такой физиономией, что кошмары теперь мне будут сниться
до глубокой старости.
- Попрошу занять место среди собратьев.
Откуда голос-то доносится?
Я молча прошел в левый угол зала и встал лицом к статуе. Сразу стало ясно,
что я единственный, кто не был одет в рясу с капюшоном. Видимо, мне ее выдать
забыли. Вечно все на мне экономят.
- Испейте же кровь богов дети мои, - в безжизненном голосе прорезались нотки
торжественности.
Все одновременно двинулись к чашам, которые я поначалу счел за часть помоста,
на котором стояла статуя.
Я старался не отставать от остальных и, взяв в руки чашу, подозрительно
принюхался. Вроде запах ничего, пахнет какими-то пряностями. Я залпом осушил
сосуд, и тут промелькнула мысль.
Чем-то кровь по вкусу напоминает.
Дальше был только туман, возможно, я отключился...
Вот так всегда. Только я лягу спать, как звонит звонок.
Звонок напевал свою любимую песенку.
Я кубарем скатился с кровати и поплелся открывать дверь. По пути я заметил,
что частично одет (или частично раздет). На мне были брюки, причем в жутком
состоянии, и рваная рубашка. На автомате я скинул рваную рубашку и пригладил
волосы.
Заглянув в глазок, я же тоже чему-то учусь, я увидел за дверью девушку,
которая упорно давила на звонок с таким видом, будто ее не пускают в собственную
квартиру. Интересно, что ей нужно от бедного, не выспавшегося и побитого меня.
Побитого?
Я вдруг заметил, что тело мое покрывают синяки. Они уже стали желтого цвета,
как будто я их получил неделю назад. Какой ужас. И когда я успел-то?
Я открыл дверь с таким удивленным лицом, что даже эта милая леди, видимо,
решила меня пожалеть и не убивать сразу. Вот только за что убивать?
- Вы что там? Спите? - раздраженно спросила она.
Какая догадливая девушка.
Я старательно прятался за дверью, пытаясь скрыть синяки. Пока что мне это
удавалось.
- А как вы догадались?
Сонное ехидство - новый вид юмора.
- Уже три часа дня. А вы все спите. Как не стыдно? Здоровый мужчина.
Судя по тону, которым это было сказано, в последних двух словах она сильно
сомневалась.
- А вы, простите, кто будете?
Я еще в себя не пришел, и на манеры мне было плевать.
- Я ваша соседка сверху.
- А. Ну тогда все ясно, тогда конечно. Соседка сверху имеет полное право на
меня кричать и звонить в звонок до потери пульса.
Боюсь, что эта соседка будет похуже старушки. Да старушка ангел, по сравнению
с этой девушкой, в чем я тут же и убедился.
- Не смешно. Хватит. Мне совершенно не нравитесь ни вы, ни ваше чувство
юмора.
Правда?
- Я зашла потому, что вчера вы врезались в мою коробку с музыкальным центром,
и он теперь не работает. Попрошу вас, починить то, что вы сломали.
Я не стал указывать на то, что это она в меня врезалась, и что от простой
встречи с моим лбом, должен согласиться весьма крепким лбом, ни один центр
работать не перестанет.
- Я с радостью вам помогу, как только высплюсь, позавтракаю, поглажу шнурки и
вообще приду в себя, - сказал я, пытаясь закрыть дверь перед ее носом.
Она придержала дверь ногой и быстро проговорила.
- Мне нужно, чтобы вы починили его сейчас же, и тогда, может быть, я даже
накормлю вас завтраком.
А она не такая уж и вредная. Надо же. Может, она меня даже не отравит.
- Ну ладно. Можно я хоть рубашку накину?
- Накидывайте, только побыстрее.
Я быстренько накинул новую рубашку и, захлопнув дверь, пошел вслед за
соседкой наверх. Жила она, как выяснилось, прямо надо мной.
В квартире ее была чистота. Удивительно. Как я понял, она только вчера
въехала, и уже все разобрано, мебель расставлена. Я так удивился, что даже
отважился у нее спросить, как она так быстро все разобрала.
- Очень просто. Мне помогли соседи, они такие милые люди.
Ну да, конечно. Как же я сразу не догадался? Такой девушке наверно бросились
помогать все соседи мужского пола старше десяти и младше восьмидесяти.
Должен признать, что это стоило того. Только сейчас я, наконец, пригляделся к
своей соседке как следует.
Ладная девушка лет двадцати трех, блондинка, красивое личико, хотя и немного
высокомерное, длинные ноги, соответствующий бюст. В общем все, что нужно
девушке, чтобы стать объектом мечтаний некоего Виктора, вот только характер...
- А вот где вы были в это время? Мне сказали, что вы из дома вообще не
выходите в последний месяц, а тут вдруг взяли и ушли. Тут все соседи были так
удивлены, что только о вас и говорили, - произнесла она, как бы, мельком.
Я, кажется, уловил обиду? И правда, соседи говорят о каком-то жалком чудике,
который не выходит из дому в то время, когда есть куда более приятный объект для
обсуждения - она.
- Дела знаете ли.
- Да? И именно эти дела вам и насажали синяков?
Вот черт. Я же забыл рубашку до конца застегнуть. Мои синяки на шее были на
виду.
Я быстро застегнул рубашку до самого горла.
- Поскользнулся, упал. Очнулся - синяки, - слегка нервно пошутил я.
Попробуем отшутиться.
Мы зашли в комнату, в которой явно делали настоящий евроремонт. В углу на
столе сиротливо расположился музыкальный центр.
- Ну да. А не друзья ли их насажали, которые вчера к вам заходили? - ехидно
спросила она, глядя на то, как я пытаюсь сделать вид, что чиню центр.
- Которые из? - не моргнув глазом, спросил я.
Она улыбнулась. О господи! Какая у нее улыбка.
Я поскорее уткнулся носом в панель музыкального центра, кстати, хороший
центр. Такой "Пионер", наверное, стоит не одну мою месячную зарплату.
- Ну, это вы мне должны сказать.
Я бы с радостью. Вот только я, хоть убей, не помню, что же я вчера делал.
Помню, как я вышел из дома, помню, как поехал в эту секту. Я даже названия-то не
помню, кажется, братья какие-то. А дальше пробел...
- Вот как вспомню, так сразу скажу, обещаю, - сказал я, попытавшись
изобразить ослепительную улыбку.
Улыбка получилась какой-то виноватой.
- Вот и все. Все работает. У вас просто провод питания отошел, и мой лоб тут
не при чем.
- Вот спасибо, тогда я вам сейчас чаю налью за беспокойство, пойдемте на
кухню.
Вот это да. Я же даже как ее зовут не знаю. Вот я болван-то.
- Простите. А как вас зовут? Я, конечно, понимаю, что я немного опоздал...
Я опять виновато улыбнулся и чуть не врезался в дверь кухни.
- Меня зовут Светлана, но друзья зовут меня Ланой, - она опять улыбнулась.
Какая же у нее улыбка. Так и с ума сойти не долго.
- А меня, как вы уже наверно знаете - Виктор. Очень рад нашему знакомству.
Она вопросительно подняла бровь.
- Рады? А поначалу особой радости я за вами не наблюдала.
Сказав это, она повернулась к плите и взяла с полки чашки.
- Ха! А вы попробуйте порадоваться, когда у вас все тело болит, и вас
разбудили, когда вы только легли... наверно... - я сам замолчал, поскольку не
помнил ни когда лег, ни когда пришел домой. И вообще все события вчерашнего дня,
с того момента, как я вышел из квартиры, как в тумане.
- Что? Так все болит? - она озабоченно оглянулась.
- Да уже нет.
И вправду все уже прошло. Совсем. По-моему даже синяков уже не было. Вот
только куда они делись?
- А то давайте я вам йодом все помажу, - сказала она, ставя чашки на стол.
- Нет. Спасибо не надо.
Видимо я ответил слишком резко, потому что она нахмурилась.
- Ну, нет, так нет.
Я побыстрее заткнул свой рот печеньем из вазочки, стоящей на столе, чтобы еще
чего не ляпнуть.
- Так чем вы зарабатываете на жизнь? - не сдавалась Лана.
- Я переводчик художественной литературы.
- Да? Значит, много языков знаете?
- Много, но в основном со словарем, - признался я, - А чем вы занимаетесь?
- Давайте перейдем на ты, - улыбнулась Лана.
- Конечно. Так кем ты работаешь?
Говоря это, я во всю пил чай с печеньем. А то дома даже и печенья-то нету.
- Да так. В основном статьи в газеты пишу, плюс фотографии делаю.
- Здорово, так мы с тобой практически в одной сфере работаем, - обрадовался
я.
- Ну да, почти.
Все это конечно хорошо, но...
- Вы меня извините, но мне надо идти.
А что тут еще делать? Чай выпит, печенье съедено... Хотя, я бы все равно с
удовольствием остался поболтать, но она меня слишком отвлекает. А мне нужно
подумать о том, что же произошло вчера.
- Да конечно. Пойдемте, я с вами спущусь, мне все равно в магазин надо.
Признаюсь, я обрадовался. Я бы с удовольствием все свое время с ней проводил,
но я сомневаюсь, что я ей интересен, как мужчина. Только если, как странный
сосед, о котором никто и ничего не знает.
Спустившись на второй этаж, я обнаружил очень интересный факт. Моя входная
дверь отсутствовала. Ее просто не было.
Я бы так и стоял с открытым ртом, если бы не Лана. Она деловито достала
сотовый телефон и вызвала милицию. Вот тут я опомнился и, не торопясь, вошел в
квартиру.
- Видимо, кому-то очень понадобилась ваша входная дверь, - заметила Лана. -
Ведь, похоже, что больше ничего не взяли.
Она зашла вслед за мной и высказала свое мнение:
- Похоже, тут что-то искали, все перевернуто.
Я, пожалуй, промолчу, что ничего не переворачивали, а это самое обычное
(причем, далеко не самое худшее) состояние моей квартиры.
Она по-хозяйски осматривала мою квартиру. Я даже возмутиться не успел, как
она прошла в мою комнату, и тут же оттуда послышался вскрик.
Вбежав в комнату, я окинул взглядом комнату и тут же увидел ЭТО. ЭТО было на
стене. ЭТО было изображением красного глаза, с голубым зрачком, размером с
полстены. Но самое странное было в том, что рисунок был выжжен в стене, а глаз
был красным вовсе не от краски. У меня появилось подозрение, что кто-то не
пожалел пары литров крови на сие произведение искусства.
- Если я скажу тебе, что так и было, ты не поверишь, да?
Глупый вопрос, но надо же хоть что-то сказать.
- Ты прав. Кстати, рисунок похож на тот, который нарисован на твоем перстне.
- Каком перстне?!
- Том, который одет на твой палец дурачок.
Она усмехнулась немного бледной улыбкой.
Я глянул на свою руку и ахнул. На пальце у меня был надет перстень с
изображением того самого глаза. Сначала я подумал, что это то кольцо, которое
пришло мне по почте, но тут же понял, что это вовсе не так. Оно было вовсе не
зеленым, а красным. А я его и не заметил.
Но откуда оно взялось?!
Я начинал потихоньку припоминать события вчерашнего дня.
Я поехал в ту секту, на посвящение. Кажется, я прошел это посвящение, но как
это происходило, я не помню.
Попытка снять перстень не увенчалась успехом. Лана смотрела на мои попытки
избавиться от перстня с возрастающим интересом.
- Что, никак не снимается? - сочувственно спросила она, наконец.
- Ага. Ничего не понимаю. Размер нормальный, а все равно не снимается.
Чертовщина какая-то.
- Ты лучше оберни его чем-нибудь, а то милиция заинтересуется связью перстня
на твоей руке с этим рисунком.
Какая же она умница, не то, что я - остолоп.
Я быстро сбегал за бинтом и замотал для верности всю ладонь. Лана в это время
ходила и рассматривала мои книжные полки.
- Однако, интересная направленность: "Вампиры", "Легенды об оборотнях",
"Нечисть и способы борьбы с ней". Ты что фильмов ужасов пересмотрел? -
покосилась она на меня.
- Просто я перевожу книги по этой теме.
Кстати, опять-таки почти чистая правда.
- Ага. Понятно.
Видимо не поверила. И правильно сделала, я врать все-таки разучился.
Очень удачно я вспомнил об объявлении, которое видел в газете. Там была
реклама установки железных дверей новейших моделей в течение часа. Я позвонил в
эту фирму и, назвав свой адрес, вызвал бригаду рабочих. Не хотелось бы сегодня
спать без входной двери. Неуютно как-то, да и дуть будет.
Через час приехала милиция в лице лейтенанта Лысько. За это время каждый
сосед по дому успел зайти ко мне в гости, посочувствовать и поглазеть на Лану.
Видимо, последнее их тянуло даже больше, чем возможность молча позлорадствовать,
глядя на мой раскуроченный вход в жилище.
Лана же оставалась со мной до последнего, за что я ей был очень благодарен.
Ведь она могла давно уже уйти, но она сидела со мной вплоть до того момента,
когда вся милиция (в лице все того же лейтенанта Лысько) разъехалась, и рабочие
начали установку двери.
Ближе к одиннадцати вечера я распрощался с Ланой и предложил, в благодарность
за помощь и поддержку, сводить ее вечером следующего дня в ресторан. Самое
удивительное, что она согласилась. Я был так счастлив, что даже забыл о том, что
мне следует обдумать события прошлого дня, да и события этого дня были не менее
странны.
Распрощавшись с рабочими и отдав им свою последнюю заначку, я лег спать под
этим огромным глазом. А что делать? Я так и не решил, как его можно удалить, не
снеся несущую стену. Может, потом завешу чем-нибудь. Да и внимания на него никто
из рабочих не обратил, можно подумать глаз в пол стены - обычное дело. Даже
Лысько лишь мельком взглянул на глаз и пошел дальше осматривать квартиру. А ведь
я боялся, что его этот глаз очень сильно заинтересует. Даже Лана больше не стала
спрашивать про глаз и перстень. Вот уж действительно странно, ведь женское
любопытство бесконечно.
Я неожиданно зевнул.
Странно, обычно меня совершенно не тянет ночью спать, даже наоборот. Ночью я
чувствую прилив сил, а тут я почувствовал себя таким разбитым, что едва сумел
доплестись до кровати, прежде чем отключиться.
Глава 3.
Мне снилась та памятная ночь в Киеве. Я вышел из вагона поезда и направился
вдоль перрона к автобусной остановке. Я даже и не предполагал, что приеду сюда
так поздно ночью. Меня пригласили на съезд писателей и переводчиков
художественной литературы. Вообще-то я слышал о таком съезде впервые, но не
упускать же возможность съездить в другой город, тем более за чужой счет.
Вокруг была жуткая темень, видно было только редкие горящие окошки в домах.
Дворы почему-то совершенно не освещались, даже на перроне горела только одна
лампочка и та отживала свои последние минуты и то и дело мигала.
Я дождался автобуса и сел в самый дальний угол. Я был единственным
пассажиром. Да и кто еще в час ночи будет ездить по городу в автобусе? Районы
тут довольно опасные...
На одной из остановок в автобус вошла девушка с каким-то пареньком. Они сели
в противоположном конце автобуса и начали целоваться. Я отвернулся и сделал вид,
что очень заинтересован ночными пейзажем. Так я и задремал. Проснулся я оттого,
что кто-то меня тряс. Водитель автобуса сообщил мне, что это конечная и что я
его задерживаю. Я, еще ничего не понимая, вышел из автобуса и огляделся. Кроме
меня на улице никого не было. Куда я приехал, я не имел не малейшего понятия.
"Эххх... До гостиницы мне уже не добраться", - подумал я. Взяв свою сумку с
вещами, я побрел по улице...
Я два часа пробродил по ночному Киеву и не увидел ни одного человека. Даже
собак не было. Неожиданно, проходя мимо парка, я услышал женский вскрик. Я
вбежал в парк и не увидел ровным счетом ничего. Темно, хоть глаз выколи. Пройдя
пару шагов, я споткнулся обо что-то мягкое. Едва не упав, я сообщил темноте, что
я о ней думаю и, сев на корточки, стал рассматривать то, обо что я споткнулся.
Приглядевшись, я узнал ту самую девушку, что ехала со мной в одном автобусе. Она
была мертва. Темная куча немного поодаль, видимо, недавно была ее дружком.
Сердце забилось, выбивая дикий ритм. Я огляделся по сторонам в поисках хоть
одного прохожего. Прохожих не было, но невдалеке я заметил телефонный автомат.
Он был всего в двадцати метрах, и я, не теряя времени, отправился к нему. На
полпути к телефону, я услышал за спиной мужской голос: "Не стоит звонить в
милицию дружок. Им это уже не поможет"...
Я не стал оглядываться, а просто побежал. Я бежал минут двадцать со
скоростью, с которой никогда еще не бегал. Вот что с людьми страх делает. Устав,
я, наконец, опустился на скамейку и попытался осмыслить происшедшее. Я видел
трупы и, видимо, слышал голос убийцы, возможно маньяка. Остается надеяться, что
он за мной не побежал, или очень сильно отстал, потому что сил бежать, у меня
больше нет. Неожиданно я увидел вдалеке приближающуюся парочку. Я, было, побежал
снова, но то, что я увидел, заставило меня застыть на месте. Ко мне приближалась
та самая парочка из автобуса. Но это же невозможно! Я видел их трупы. Я встал со
скамейки и пошел из последних сил. Я не успел пройти и пары шагов, как на плечо
мне легла тяжелая рука и тот же голос, что я слышал в парке, произнес: "Ну что?
Еще не набегался?". Я тяжело опустился на землю, и подумал, что все, видимо, уже
кончено.
Но незнакомец меня не убивал, он терпеливо ждал, пока подойдет та самая
парочка.
- Ну что дети? Хотите есть? - ласково спросил незнакомец.
- Да,- промурлыкала девушка, - я хочу его крови
Больные они что ли?
- Только не торопись и оставь немного своему другу.
Я почувствовал легкие дуновение ветра на своей шее, я было подумал, что это
дыхание, но оно было совершенно холодным... Вдруг я почувствовал острую боль в
шее. Едва не потеряв сознание, я все же вырвался и бросился бежать.
- Куда же ты, дичь? Тебе не уйти, дичь! - обрадовано закричала девушка,
брызгая кровью... моей кровью...
Я бежал, не останавливаясь долго, казалось, целую вечность. И когда силы мои
были на исходе я упал и потерял сознание.
Очнулся я на рассвете. Солнце только взошло и еще не вошло в полную силу, но я
сразу почувствовал, что глаза начали слезиться. Я поспешил скрыться в каком-то
подъезде и просидел там до самого вечера. Я долго думал о том, что произошло, и
пришел к выводу, что это не было сном, и я действительно видел вампиров. Более
того, я сам частично стал вампиром. Почему частично? А потому что солнце меня не
убило, да и чувствовал я себя вполне живым. Как раз перед поездкой, я прочитал
множество статей и книг - про вампиров, так как мне нужно было перевести текст,
связанный с легендами о вампирах. Так что, я опознал в тех людях вампиров и
понял, что и сам, по всей видимости, стану вампиром со временем, ведь укус
вампира делает из людей вампиров.
Вечером я доехал на автобусе до станции и купил билет на обратный путь. Про
съезд писателей я уже давно забыл, мне было не до этого.
Я уже понял, что таким, как раньше мне уже не быть, и что мои проблемы только
начинаются...
В этот раз я проснулся не от звонка. Кто-то упорно тряс меня за плечи.
Я открыл глаза и увидел ангела. Ангел дико ругался и, мне кажется, даже
плакал. С чего бы это?
- Ангел, не плачь, - сказал я спросоня, еще не придя до конца в себя.
Ангел влепил мне пощечину.
- Ау!
Я вскочил с постели и удивленно уставился на... Лану?
- Эээ... А что ты тут делаешь?
Скажем так, я удивлен, даже более того, я в ступоре.
- Ты что творишь?! - крикнула Лана, схватив меня за плечи и продолжая трясти.
- Я? Это ты что творишь?! Я спю, - обиженно пробормотал я, пытаясь вырваться
из ее рук.
- У тебя же сердце не билось. Я тебя целых десять минут трясу, - едва не
всхлипнула она.
- Ну вот, - огорчился я, - Даже умереть спокойно не дадут.
И едва успел увернуться от летящей в меня книжки. Кажется, Фауст полетел...
- Эй! Хватит. А то я так и вправду концы отдам. Тебе показалось, - попытался
я ее успокоить, да и себя заодно.
- Ага. Показалось. У тебя пульса не было вообще. Ты холодный был.
Мне кажется, она немного успокоилась.
- А что ты тут вообще делаешь-то? Вроде я дверь новую поставил? Как же ты
вошла? И вообще, я же не одет, - сделал я неожиданное открытие.
Она покраснела. Как ей идет этот румянец. Так, не будем отвлекаться.
- Ну... - протянула она, отвернувшись. - Я подумала, что уже пора идти в
ресторан, а ты все не заходил. Вот я и решила зайти. Звонила целый час, а когда
ты так и не открыл, позвонила в фирму, которая тебе дверь ставила и заказала им
ключ к твоей двери, вот и все.
- А что? Нынче все фирмы так просто раздают ключи от дверей, которые только
что установили?
Лана покраснела еще больше. Боже мой, как она прекрасна.
- А я сказала, что твоя девушка. Так мы идем в ресторан?
Тему переводим? Ладно, сделаем вид, что не заметили.
- В ресторан? Так мы же на вечер договорились, а сейчас... а сколько сейчас?
Я начал волноваться.
- Уже седьмой час, - сказала Лана, глядя на свои золотые часики.
- Оппа, - я плавно осел на кровать.
Но я же только что лег. Как я мог столько проспать? Это же просто не
возможно. Дайте ка подумать... почти двадцать часов проспал!
Из оцепенения меня вывела Лана.
- Я пойду, переоденусь, а ты пока одевайся и приходи в себя. В ресторане все и
обсудим. Кстати, ты же был весь в синяках...
Действительно, синяки-то пропали. Как же я это могу объяснить? Ресторан - это
конечно хорошо, но вот обсуждать я ничего не хочу. Что я ей скажу? Что я вампир?
Нет уж.
- Ресторане? - рассеянно пробормотал я. - Да, конечно...
Лана не заметила ничего странного в моем тоне и отправилась переодеваться.
Размышляя, я автоматически провожал взглядом Лану. Я даже не сразу заметил,
что слежу не за фигурой девушки, а за ее шеей. Помимо моего желания у меня в
голове пронеслась мысль о том, как было бы приятно вонзить в ее шею зубы и
выпить кровь... красную... вкусную...теплую...
Да что это со мной?! Нет, мне нужно срочно уходить отсюда, чтобы не случилось
чего-нибудь непоправимого и ужасного. Не хотелось бы расслабиться и невольно
бросится на Лану, ведь именно такие желания и проносились в моей голове.
Я быстро оделся и, взяв бумагу и ручку, начеркал на листке, что сожалею, но
мне надо бежать, и чтобы она не волновалась, если некоторое время меня не будет.
Прилепив записку к двери, я кинул ключ от квартиры под коврик и выбежал из
подъезда. Несмотря на плохое настроение, я себя чувствовал просто великолепно.
Ощущение было, словно я вот-вот взлечу. Мне даже показалось, что я немного
отрываюсь от земли, когда бегу. Солнце уже почти село и кожа практически не
зудела от его надоедливых лучей.
Пробежав пару кварталов, я даже не запыхался. Я свернул в парк и побежал по
тропинке к озеру. Мне нужно было подумать, а берег небольшого озера в парке
всегда меня успокаивал.
Я сидел возле озера и размышлял о том, что со мной случилось за последние три
дня. Все началось в субботу, сначала это посвящение, потом исчезнувшая дверь в
квартире, теперь подозрительно долгий сон. Что же будет дальше? Стоп. Прежде
всего, следует вернуться к тому, с чего все началось.
Память определенно играла со мной в прятки. Она прятала куски того самого
злополучного дня, когда я отправился в эту дурацкую секту. Со мной такое было
впервые. Нет, я, бывало, напивался, но оставались же хоть какие-то отрывки в
памяти. А тут сплошной пробел. Сходить что ли на сеанс гипноза?
И кой черт меня дернул пойти в эту секту?
Я никак не мог сосредоточиться на самом главном, потому что перед глазами все
время появлялась Лана. В результате, я просто просидел несколько часов, думая о
девушке, от которой так позорно сбежал, и любовался на водную гладь.
Единственное к чему я пришел, так это к тому, что мне надо еще раз наведаться
в здание "прохождения посвящения".
Добежав до метро всего минут за десять, я сел на поезд, в сторону центра.
Стоя напротив двери, я вдруг заметил, что не могу сфокусироваться как обычно, и
увидеть свое отражение. Я простоял все время пути перед дверью, но так и не смог
его углядеть. Что же изменилось с тех пор, как я проснулся в тот "первый день"?
Это очевидно. Во всем виновато это непонятное "посвящение". Но что же там со
мной сделали, что я начал меняться намного быстрее, чем до этого? Я бы даже
сказал, что до этого я практически не менялся. Только в темноте стал лучше
видеть, свет перестал любит
...Закладка в соц.сетях
