Жанр: Электронное издание
nomeddle
...ка пополам, отражали удары,
били в ответ и падали под копыта коней, разбрызгивая кровь. Кони с пустыми
седлами носились по полю.
Справа от меня схватились двое дружинников. Оба как на подбор, рослые,
крутоплечие, с широкими лицами,
светлыми волосами, даже оружие одинаковое, только цвета одежд разные. Мечи в их
руках мелькали словно легкие
прутики. Гнулись под ударами наплечники, слетали с груди чешуйки дощатой брони,
у одного поперек лица пролегла
багровая полоса, быстро заполнявшаяся кровью. На миг они исчезли за телами
других воинов, а когда я вновь увидел их,
оба уже потеряли щиты. Дружинник маркиза вдруг изогнулся в седле, нанося
коварный удар в бок, в последний миг меч
сменил направление, и клинок ударил по шее. Бармица выдержала выпад, но глубоко
прогнулась. Воин герцога качнулся в
седле, выпустил шестопер из рук и упал на гриву коня. Тот, почуяв неладное,
шарахнулся в сторону, унося седока из-под
второго удара.
Возле Владина внезапно возникли трое чужих воинов. В этот момент рядом
никого, кроме двух ребят, не было.
Они смело бросились на перехват.
Денис умело отбил удар, махнул мечом, заставляя противника подать коня
назад, и стал теснить его дальше.
Андрей тоже сначала насел на воина маркиза, но тот оказался ловчее и сам перешел
в атаку. Несколько секунд я смотрел на
это фехтование, отметив, что третий воин беспрепятственно скачет к герцогу, а
потом сорвал с седла лук.
Сначала вылетел из седла дружинник, напавший на Владина со спины. Вторым
покатился по траве со стрелой в
груди противник Дениса. Тот сперва непонимающе огляделся, пытаясь сообразить,
куда делся враг, потом обернулся ко мне
и погрозил кулаком.
- Щенок... - прошептал я, растягивая тетиву, - подраться ему захотелось.
Тореадор хренов...
Третья стрела ударила в плечо противнику Андрея. Воин выронил щит, и
Андрей всадил меч ему в грудь.
Бой подходил к концу, дружинники Корхана большей частью погибли.
Остальных зажали у оврага и добивали. По
краю леса, метрах в десяти от меня, удирал один из воинов маркиза.
"Язык..." - мелькнула мысль. Рука сорвала с седла аркан. Петля упала на
плечи воина. Я резко тронул с места Грома,
дружинник вылетел из седла и кулем свалился в высокую траву.
- Пошел...
Гром устремился вперед, следом, на аркане, волочился пленный. "Сейчас
узнаем, куда уехал цирк..."
Я остановил коня за деревьями и подбежал к пленнику. Тот успел встать на
колени и пытался стащить петлю.
Мощный удар ноги отбросил его назад.
Пока пленник приходил в себя, я привязал его к дереву и похлопал по
плечу. Он поднял на меня глаза, вздрогнул и
опустил голову.
- Слушай, парень. Мне от тебя ничего не нужно, кроме одного. Ты говоришь,
в какую сторону уехал Корхан, и я
тебя отпускаю.
Я говорил, сам холодея от своего голоса. Он звучал как близкие раскаты
грома, зловеще и мощно. Каждое слово
резонировало в голове, вгоняя в дрожь. Пленник испуганно вытаращил глаза и
побледнел. Беспокойно завозился.
- Скажешь?
Тот отрицательно помотал головой. Я присел перед ним, схватил за
подбородок и рывком поднял вверх.
- Смотри на меня! Твой маркиз предал вас, бросив на съедение войску
короля. Он убежал, как трус, а вы до конца
выполняли долг перед этим шакалом! Скажешь, где он, и я отпущу тебя. Ну?!
Я чувствовал, как во мне поднимается волна ярости.
- Говори, щенок! На куски разорву, мразь!..
Пленник судорожно забился в путах, скуля, как щенок. Мой голос звучал
громовыми раскатами, леденя кровь и
загоняя душу в пятки. Ужас отразился на его лице, белом как мел.
Уже не владея собой, зарычал и протянул пальцы к его горлу, собираясь
оторвать голову голыми руками. В тело
вынула странная мощь, распиравшая меня изнутри.
- Говори-и-и!..
И тут я впервые увидел, как человек седеет буквально на глазах. Его
темные как смоль волосы за какие-то
мгновения превратились в пепельно-белые, начиная от корней и заканчивая самыми
кончиками. Он выл, уже не пытаясь
убежать, выл, глядя в никуда ошалевшими газами.
Я отошел на шаг. Вой постепенно стих, перешел в скулеж. Изо рта потекла
слюна, на губах заиграла улыбка. Он
сошел с ума...
- Твою мать!..
Отвязал его и пошел к коню. Пленник сидел на месте, не вставая, то
смеялся, то плакал, утирал слезы грязной
рукой, глядя в недоступную мне даль. Это был уже не человек, а безумное
существо. Даже убивать противно. Я плюнул и
пошел прочь, кипя от ярости - маркиз скрылся безвозвратно. Где теперь его
искать?
От места боя ко мне спешил герцог в сопровождении ребят.
- Маркиза нет... Пленный ничего не сказал.
Герцог посмотрел мимо меня, туда, где у дерева сидел обезумевший воин.
- Мы тоже захватили пленного и допросили. Корхан вместе с графом Костутом
и полутора десятками воинов ушел.
С ними была одна подвода.
"С подводой они быстро не поедут... есть шанс..."
- Он идет к границе, до нее не больше сорока верст, - добавил Владин.
- Я найду его. - Низкий рык вырвался у меня из глотки.
Герцог вздрогнул, кони испуганно отпрянули назад и тревожно запрядали
ушами.
- Ты поедешь один? - спросил Андрей.
- Да.
- Может, мы с тобой?
- Не надо... возвращайтесь назад. Совсем возвращайтесь. - Я взглядом дал
понять, куда надо возвращаться. - Или,
думаете, один не справлюсь?
Парни стушевались, не стали спорить. А я больше не обращал ни на кого
внимания, целиком поглощенный только
одной заботой - догнать и убить.
В лагере герцога ждал граф Славид.
- Наконец-то. - Владин пригласил графа к столу. - От вас не было
известий, и я начал беспокоиться.
- Я с сотней пришел раньше, остальные подойдут к вечеру. - Славид вертел
в руках тонкий прутик. - У меня плохие
вести.
- В чем дело?
- Нам стало известно, что Корхан склонил-таки степняков к вторжению в
Аберен.
Владин скрипнул зубами и с силой сжал бокал в руке.
- Как вы узнали?
- Из степи... из Юджики вернулся микенский купец. Он возил на продажу
седла... сам знаешь, в Микенах самые
лучшие... Так вот, степняки раскупили все, причем не торгуясь. - Славид
взволнованно провел рукой по волосам. - Да они
особо и не скрываются. По словам купца, в поход идут два пятитысячных корпуса.
Герцог ударил кулаком по столу.
- Мы послали известие королю, но что толку. Степняки ждут сигнала от
Корхана, а там...
- Но Корхан здесь.
- Где - здесь? - удивился граф.
- У Нилда... был у Нилда. А сейчас уходит к границе. Мы только что
разбили его последний отряд.
- Ушел... - разочарованно протянул Славид. - Теперь вторжение неминуемо.
- За ним пошел Артур.
- Кто?
- Это он сообщил королю о Храме.
- А! Слышал... Чего он вдруг?
- Корхан приказал убить его.
- Ну и что? Преследовать, да еще в одиночку... рискованно.
Владин пожал плечами. Он не знал, какими словами пересказать увиденное им
на опушке леса.
- Маркиз послал шестьдесят человек...
- Шестьдесят? Как он только убежал?
- А он и не бежал. - Владин пристально взглянул на друга. - Хочешь,
покажу это место?
Граф, заинтригованный странным тоном собеседника, спросил:
- И что там?
- Там они и лежат, все шестьдесят! Трое ушли, да человек восемь мои воины
добили.
Широкое малоподвижное лицо графа вытянулось.
- Он всех? Один?..
- Всех...
Перед глазами герцога встала картина вчерашней бойни: поле, усеянное
трупами, искалеченные тела, кровь бьет из
страшных ран, стоны и крики, звон стали. А посреди этого - ураган, сеющий
смерть. Залитый чужой кровью с головы до
ног, в руках черные молнии, глаза безумные, на губах пена, из груди вырывается
хриплый рев, повергающий в ужас даже
его, былого воина...
- Твой Артур - бог, сошедший с небес?
- Не знаю.
- Но даже бог не в силах нам помочь. Маркиз ушел, а значит, вторжение
неминуемо. Скоро здесь такое начнется...
- Да. - Владин помрачнел. - У нас на границе два полка... может, дворяне
выставят тысячу. И здесь будет полторы.
На юге еще сражаются сторонники маркиза. Когда узнают о вторжении, сами пойдут
вперед. Король в лучшем случае
пришлет еще три полка, итого пять тысяч. А у одних степняков - десять. Десять
против пяти!
Оба хорошо понимали, что это значит. Степняки, привлеченные богатством
Храма, не отступят. И все будет, как и
тридцать, сорок, сто лет назад, когда эмиры степи нападали на пограничье почти
каждый год.
- Надо разместить твоих людей и готовить оборону, - нарушил молчание
Владин.
- Хорошо, - вздохнул Славид. - Потом покажешь сокровища, я даже их
увидеть не успел.
- Насмотришься еще. - Владин встал, - Пора на боковую...
...Пламя освещало маленькую поляну и людей, сидящих у костра. Здесь же
стояли два шатра и повозка. Рядом с
деревьями паслись лошади. Я наблюдал за ними из густого кустарника метрах в
двадцати от поляны. Люди давно сосчитаны
и опознаны. Это дружинники Корхана. Двое охраняют лагерь, еще трое сидят у
костра. В шатрах отдыхают пять человек, и
маркиз там. А еще двое лежат в лесу, у родника. Они пошли за водой и неосторожно
наткнулись на меня. Теперь я ждал,
когда оставшиеся потеряют терпение и начнут искать своих товарищей.
На лежащих у костра плоских раскаленных камнях жарились тонкие ломти
мяса. Дразнящий аромат достигал края
поляны, где сидел я.
Коренастый воин в кожаной безрукавке что-то сказал, его сосед встал,
подхватил с земли факел и пошел в мою
сторону. Зашуршала трава под сапогами. Я быстро отполз метров на десять назад,
приготовил нож и замер. Воин протопал
мимо, освещая себе путь факелом и ругаясь вполголоса. Он материл товарищей,
вздумавших играть в прятки в такое время,
и начальника, пославшего его на поиски. Я подождал, пока он не спустится ниже,
чтобы не было видно с поляны, и возник
за его спиной. Левая рука ударила по губам, зажимая рот, правая всадила клинок
до рукоятки в ямку над ключицей.
Тело мягко опустилось в густую траву, факел отлетел в сторону. Я бегом
вернулся обратно, поднял лук с земли,
выровнял дыхание и взял на прицел ближнего дозорного. Сухо щелкнула тетива, воин
запрокинул голову и упал, ломая
тонкие ветки кустарника. Второй дозорный с криком покатился по склону, в его
спине торчал обломок стрелы. Воин в
безрукавке оказался опытным бойцом. Он с криком отпрыгнул в сторону, в руке
словно по волшебству возник меч. Его
товарищ упал на землю, пополз к повозке.
Я отложил бесполезный лук и выскочил на поляну. Из ближнего шатра вылетел
двухметровый гигант в одной
рубахе. Его лицо показалось мне знакомым. Следом выскочил низкорослый дружинник
с топором. Я бросил нож, и гигант
упал навзничь, ломая опору шатра. Низкорослый взревел и подлетел ко мне, занося
топор над головой.
Носок сапога подцепил горящую головешку и швырнул ее в лицо противника.
Тот отшатнулся, закрыл лицо рукой,
и в следующий миг рухнул в костер с пробитой грудью. Зашипели угли от полившейся
на них фонтаном крови. Запахло
горелым мясом.
Я срубил двух дружинников и подскочил к шатру. Заглянул - никого. Во
втором тоже. А где маркиз? И еще двое
воинов? Обвел взглядом поляну и заметил, что гигант еще жив.
Подошел ближе. Дышал он с трудом, хрипло, с подбородка капала кровь. Рука
бессильно шарила по груди, пытаясь
вытащить нож.
- Забыл... коль... чугу...
Отсвет пламени упал на дерзкое и холеное лицо, и узнал его. Барк, граф
Костут. Правая и левая руки Kopхана.
- Где Корхан?
- Что? - Он с трудом сдерживал порывы кашля. За... чем... тебе?
- О здоровье спросить. Так где он? Угасающий взгляд ушел в сторону.
- Что, Барк, не хочется умирать?
- От... откуда знаешь меня?
- Знаю. Так где Корхан?
Он же хотел меня увидеть.
- А-а... ты тот самый... Как ты ушел? Ведь Мэд послал...
- Послал. Их было шестьдесят, Барк. Шестьдесят человек. И все они
остались там.
На бледном лице проступило изумление и страх.
- Гайяр.
- Что?
- Ты оборотень. - Кровь тонкой струйкой полилась изо рта. - Пришел по мою
душу...
- Не по твою, Барк. Мне нужен Корхан. Где он?
Что-то булькнуло у него внутри, кровь пошла быстрее. Едва слышный голос
прошептал:
- Они с другой... стороны... горы. Ждут... когда придут за... ними...
Мускулистая грудь вздрогнула и опустилась, глаза замерли, глядя в небо.
Еще мгновение я разгядывал труп, потом
вытащил нож, вытер его и сунул в ножны.
До горы несколько часов ходу, при хорошей скорости к утру буду на месте.
Я стреножил Грома, оставил на седле
секиру и лук и отвел коня к деревьям. Вернулся к костру, посмотрел на сваленное
в кучу трофейное оружие. Дорога ему в
овраг, пусть там ржавеет. Найдет кто, его счастье, нет - и ладно.
За спиной вдруг зашуршало. Я отпрыгнул в сторону, в полете развернулся, и
вытащил меч. Кто-то прятался в
повозке.
- Влезай, не то подожгу...
Вряд ли это Корхан. Маркиз, конечно, негодяй и сволочь, но он воин, не
трус.
- Ну?.. - Я перебросил меч в левую руку, а в правую взял нож, готовый при
малейшем подозрении метнуть его.
Полог откинулся, и из повозки вылез... вылезла девчонка. Оба-на... Я
опустил оружие и удивленно присвистнул.
Девчонка обвела поляну испуганным взглядом, вздрогнула, узрев трупы воинов, и
закусила губу.
Наверное, это наложница маркиза, пожелавшего развлечься в дороге. Судя по
виду, очередная забава Корхана -
дворянка. Стройная фигура, гордая осанка, несколько надменный вид. Красивое лицо
с тонкими чертами, длинные волосы,
тонкая шея. Длинное до икр платье в пламени костра просвечивает, насквозь, являя
моим глазам соблазнительную картину.
Я спрятал меч и нож, вытер потное лицо и негромко спросил:
- Кто ты?
- А ты? - мгновенно парировала она.
- Я так... мимо шел.
- Тогда почему напал? - Она держалась слишком смело для дорожной шлюхи.
Девочка хорохорится, но сквозь маску высокомерия явно проступает страх. Я
поправил пояс, по привычке
проверил снаряжение и посмотрел на небо. Пора выступать.
- Ты не ответил.
- Послушай, малышка, ты слишком любопытна...
- Я не малышка! - Она сердито топнула ногой. - Изволь отвечать мне.
Спорить с девчонкой, у которой сдали нервы, я не стал. Пусть упражняется
в выработке повелительного тона на
ком-нибудь другом.
- Тебя поймали неподалеку отсюда? Корхан с тобой забавлялся... Как твое
имя?
Девчонка вспыхнула, словно факел, гневно повела глазами и неожиданно тихо
ответила:
- Лера... Ты уходишь? А я?
- Что - ты?
- Ты оставляешь меня одну? Я пожал плечами и пошел прочь.
- Да подожди же... - Лера подбежала ко мне и схватила за руку. - Я пойду
с тобой.
- Куда?
- Куда и ты.
- Нет. Оставайся здесь или уходи куда хочешь, но со мной ты не пойдешь.
Там, в низине, четырнадцать коней,
выбирай любого. Вон оружие, вещи, припасы. Все теперь твое.
- Я... - Она смутилась, опустила глаза. - Мне страшно. Здесь эти...
- Эти? А-а... Они не кусаются, не царапаются и даже не кричат. Отпугали
свое. Можешь смело не обращать на них
внимания.
- Стой! - с упрямством заявила она. - Я пойду с тобой. Ты мне не можешь
запретить.
Я выругался про себя, проклиная дворянское упрямство наложницы маркиза, и
произнес, четко разделяя слова,
чувствуя, как из глотки вырывается приглушенный рев:
- Ты! Останешься! Здесь!
Лера застыла у повозки, в глазах плескался страх.
- Ты меня поняла?
Девчонка молчала, глядя расширенными глазами на меня. Руки сжались в
кулаки, щеки покраснели. Видимо, мое
поведение не укладывалось в рамки привычного ей, и это сбивало с толку. Не
дожидаясь ответа, я пошел прочь.
...Отблеск начищенных доспехов я увидел в тот момент, когда уже хотел
плюнуть на все. К счастью, двухчасовой
поиск не прошел напрасно. Солнечный зайчик стеганул по глазам нестерпимо ярким
светом и исчез. Я сморгнул и сквозь
выступившие слезы разглядел метрах в тридцати от себя дружинника. Тот стоял на
небольшой площадке, около маленькой
пещеры. Над головой нависал каменный карниз.
Стараясь не шуметь, я полез наверх.
- Возьми шест, воткни в ту трещину... чтобы стоял повыше.
Голос показался знакомым. Я вполз на карниз и осторожно выглянул за край.
Прямо подо мной стоял Корхан
собственной персоной. Рядом два телохранителя.
Один возился с шестом, устанавливая его в расщелине между камней.
Значит, господин маркиз ждет гостей из степи. Устроим ему небольшой
сюрприз. Выбрав место, я спрыгнул вниз.
- Проклятие!
Маркиз отступил в глубь пещеры, когда с неба на голову свалился незваный
гость. Его воины синхронно вытащили
мечи и закрыли телами хозяина.
Не дав им опомниться, я метнул нож в глаз первому. Второй получил кинжал
в гортань. Оба рухнули под ноги
хозяину.
Все произошло настолько быстро, что маркиз не успел опомниться. Я вытащил
меч и сделал шаг навстречу.
- Я принес свою голову, Корхан. Сними ее сам, если сможешь!
И опять вместо нормального голоса вышел резонирующий рык. Маркиз
побледнел, вытащил из ножен кривой меч
и хрипло выдохнул:
- Кто ты?
- Тот, кого ты приказал убить.
Маркиз изумленно выдавил:
- Ты? Жив, гайяр...
- В отличие от тебя.
Глаза Корхана сузились. Внезапно он прыгнул вперед, нанося удар
наискосок. Я снял выпад, заставив
переместиться маркиза вбок. Второй удар прошел мимо, едва коснувшись моего меча,
а на третьем я его поймал, выгадав
момент замаха. Нырнул под поднятую руку, серединой клинка принимая его локоть.
Лезвие перерезало мышцы, сабля
вылетела из ослабившей хватку ладони.
Я сбросил его руку в сторону и ударил сам. Клинок располосовал льняную
рубашку и пробил грудину. Кровь
моментально залила легкую куртку светло-синего цвета. Сильный пинок отбросил
маркиза назад. Он отлетел, ударился
спиной о стену и упал на колени. Прижатая к груди рука окрасилась кровью.
- Не успел надеть кольчугу? - сочувствующе проговорил я. - Прямо как
Барк.
- Ты и его?..
- Да, вчера.
- Тварь...
Маркиз скривил губы, опустил голову, глядя, как вытекает из раны кровь и
заливает камни под ногами. Из горла
вырвался хриплый стон.
Я подобрал саблю, взвесил в руке, последний раз взглянул на того, кто
стал моим смертельным врагом, и нанес
удар. С легким стуком отрубленная голова откатилась к краю площадки. На стены
пещеры брызнула кровь, труп yпал под
ноги. Я отступил на шаг.
- Ну вот и все, Корхан...
Вытащил нож из горла убитого телохранителя, вытер клинок и сунул обратно
в чехол. Усадил трупы воинов у входа
в пещеру. В центре устроил тело маркиза. Вытянул шест из расщелины, обломил
длинное древко, оставив полуметровый
конец с острым краем. И воткнул его в то, что осталось от шеи маркиза. Отыскал
мешок, вытряхнул из него припасы и
бросил туда отрубленную голову. Работал автоматически, даже не особенно
осознавая, зачем все делаю. Словно выполнял
заранее заложенную программу.
Месть не остудила голову и не сняла камень с души. Ни угрызений совести,
ни радости... Он хотел меня убить,
получил по заслугам, и это верно. В каком бы мире ни жил, всегда надо защищать
свою жизнь. Она дана человеку
родителями, и никто не вправе ею распоряжаться, никто! Каждый имеет право
ответить на удар ударом, если, конечно, не
хочет превратиться в послушное быдло, которое ведут на бойню. Древний закон
верен - око за око, зуб за зуб!..
...Вершина горы уже скрылась за листвой деревьев, под ногами вновь
шуршала трава. В лесу было прохладнее,
солнце только изредка мелькало между ветвей, спину приятно охлаждал легкий
ветерок. В воздухе витал слабый аромат
влаги - впереди тек большой ручей. Я смахнул рукавом пот со лба и направился к
нему.
До поляны осталось метров десять, когда оттуда донесся громкий вскрик и
шум драки. Я подбежал к кустарнику,
отвел ветку и осторожно выглянул.
У дерева, прислонившись к стволу, стоял рослый человек в плаще жреца,
зажимая рукой плечо. Сквозь пальцы на
землю капала кровь. Второй замер рядом, держа в руках короткий посох. Третий
неподвижно лежал в траве у родника.
В нескольких шагах от них стоял широкоплечий воин с секирой в руках. По
виску стекала струйка крови, на локте
левой руки пламенела царапина. На одежде я различил знак дружины Корхана. У
кустарника, зажав голову руками, сидел
второй дружинник.
За спиной раздался едва слышный шорох. Я быстро оглянулся и увидел
незаметно подкравшегося воина с коротким
топориком в руке. Поняв, что обнаружен, воин прыгнул вперед.
Мешок полетел ему в лицо, я присел, отводя опускающуюся руку в сторону.
Тяжелое тело, закованное в доспехи,
сбило меня с ног. Сплетясь в клубок и ломая кустарник, мы вылетели на поляну.
Дружинник оказался сверху. Я выбил
топорик из рук, боднул головой в лицо и, ухватив за наплечник, дернул вправо,
поддав бедрами. Противник рухнул в траву,
пятная ее кровью из разбитого носа. Я мгновенно прижал его к земле, просунул
руку под подбородок, нащупал кадык и
сдавил его. Коротко дернувшись, дружинник замер.
Вскочив на ноги, я вытащил меч и отпрянул назад, не зная, с какой стороны
ждать нападения. Все замерли, не
сводя с меня глаз. Державший посох жрец внезапно шагнул вперед и высоким
властным голосом произнес:
- Кто бы ты ни был, странник, заклинаю тебя светлым небом, помоги нам!
Дружинник покосился на своего товарища, кинул взгляд на меня и вдруг
прыгнул на жреца, высоко подняв секиру.
Сверкающий полумесяц мелькнул в воздухе, грозя развалить жреца пополам, но на
встречу ему метнулся посох. Сухой
треск прокатился по поляне, жрец неимоверным усилием отбросил воина от себя и
отпрянул, тяжело дыша.
Я еще миг помедлил, потом шагнул вперед. Клинок легонько коснулся шеи
сидящего воина. Брызнула фонтаном
кровь, крупное тело без звука рухнуло в траву.
Его товарищ рванулся ко мне, прыжком преодолев три шага, разделявших нас.
Я поднырнул под опускающиеся
руки, принял тяжелое тело на плечи и полоснул мечом по промежности противника.
Поляна огласилась криком боли.
Перебросил воина через себя и вогнал меч в его шею.
Дернувшись последний раз, тот затих. Изо рта потекла струйка крови.
- Благодарю тебя, рыцарь! Ты спас наши жизни...
Ко мне шел жрец, держа посох в левой руке, а правую потягивая для
пожатия.
- Ерунда... - Я вытер клинок, встал, пытаясь отдышаться после скоротечной
схватки.
Жрец замер в двух шагах, внимательно оглядел меня и торжественно
произнес:
- Я прошу отважного рыцаря быть гостем в нашем храме.
- Где?
Второй жрец подошел к своему товарищу, лежавшему в траве.
- Я все объясню, но сначала мы должны помочь нашему спутнику.
Игнорируя протянутую руку, я подошел к раненому жрецу.
- Пожалуй, ему уже ничем не поможешь.
Удар мечом распорол мышцы живота. Синеватые кишки выпали наружу и
дымились в траве. Жрец был без
сознания. Я с трудом нащупал пульс и покачал головой. Жить ему осталось минут
десять - пятнадцать.
- Он умрет.
Второй жрец вскинул голову.
- Он не может умереть!
Его товарищ успокаивающе похлопал по руке и устало прошептал:
- Это воля богов... надо заняться твоей раной.
Пока мы перевязывали пропоротое клинком плечо, жрец уговорил меня принять
приглашение и посетить храм.
После недолгого колебания я согласился. Следовало хоть немного отдохнуть,
обратная дорога не обещала быть легкой.
...Забытый ныне культ бога Явора уцелел только в лесном храме,
расположенном на границе Аберена со степью.
Властелин ночного неба, могучий и страшный в гневе бог, требовал множества
жертв, в том числе и людских. Когда-то
каждую осень ему отдавали молоденькую девушку, непременно девственницу, а зимой
дарили пять кобылиц. Перед войной
сжигали младенца, а после победы срубали головы пленникам.
- ...Позже культ нашего бога выродился, на смену ему пришел бог Ночи, а
еще позже и бог Дня. Мы сами стали
забывать многие обряды и перестали делать кровавые жертвы. Теперь вместо людей
отдаем коней, овец... - говорил жрец,
назвавшийся Сконоро.
Его раненый товарищ - Равен - шел молча. Тело убитого жреца оставили на
поляне. За ним пришлют слуг, чтобы
перенести в храм.
Я слушал рассказ краем уха, думая о своем. Вскоре дорога сделала резкий
поворот и впереди показался островерхий
купол лесного храма.
Большой треугольный стол стоял в центре просторного помещения в глубине
пещеры. Свет от шести огромных
факелов едва разгонял подступавшую со всех сторон тьму, и по углам комнаты
зловеще чернели уродливые тени. Во главе
стола на широком диване сидел настоятель храма брат Куник - благообразный
мужчина лет пятидесяти, в чьих руках были
владения, по моим скромным подсчетам, ничуть не уступавшие владениям маркиза
Корхана или герцога Владина.
В ходе продолжительной и обильной трапезы настоятель, говоря густым
басом, поведал мне об истории храма и
делах насущных. Я слушал его вполуха, только кивал и улыбался, а сам все
прикидывал, как и когда лучше исчезнуть
отсюда.
За убитым жрецом уже послали людей, настоятель велел принести в храм и
тела убитых воинов, предать их земле,
согласно древним обрядам. В цветастых выражениях он поблагодарил меня за
оказанную помощь, преподнес н дар
серебряную чару с золотой насечкой и предложил погостить в храме, обещая
показать удивительные для непосвященного
обряды.
Я хотел было откланяться, но в этот момент вошедший послушник принес
весть.
- Настоятель. К нам приехали гости из степи. Шесть всадников просят
принять их и дать приют на несколько дней.
- Из чьего клана люди? С чем приехали?
- Судя по виду, это воины Салибека. Они хотят отдохнуть с дороги и,
возможно, принять участие в нашем обряде.
- Шесть человек? - недоверчиво протянул Куник. - Пуститься в такую даль
столь малым отрядом, это странно.
Послушник едва заметно улыбнулся и с поклоном произнес:
- Мы обнаружили второй отряд. Десять человек, конные, встали лагерем на
противоположном краю леса. Они
наверняка приехали вместе, но сюда пришли только шесть человек.
Настоятель удовлетворенно опустил голову.
- Они знают наш закон. Пропустите их, накормите и расположите в комнатах
для гостей. Раз они решили принять
участие в испытаниях, так тому и быть. Вечером пригласишь всех на беседу, а пока
пусть отдыхают. Послушник неслышно
исчез.
- Прошу меня извинить, но что это за обряд, на который так стремятся
попасть степняки?
Куник улыбнулся:
- Тебе стало интересно? Многие приходят к нам, испытывая сперва только
любопытство. Но потом остаются,
признав, что наша вера - лучшее, что есть под этим небом. Никакого секрета нет,
раз в три месяца сюда съезжаются
силь
...Закладка в соц.сетях
