Жанр: Электронное издание
Orlex-07
...рел заговаривать нужно, лучше
всего тройным сухим заклятием. Кстати, Фрай, ты меня помнишь?
- Помню, - угрюмо ответил Каспар, досадуя, что не сдержался и выстрелил. - Ты в
гости ко мне наведывался, да со страху чуть не обделался. Сбежал так быстро, что я даже не
успел спросить, как тебя звать.
- Дерзи-и-и-ишь. - Демон погрозил острым когтем. - Мое полное имя - Осборн, а
друзья зовут просто - Оззи.
- Ты как будто похудел по сравнению с прошлым разом! - крикнул Каспар, едва
удерживая коня, с губ которого падала пена.
- Да? - Демон с серьезным видом осмотрел себя. - Очень может быть, питание-то
нерегулярное. Вот сейчас я немного и подзаправлюсь. Проглочу тебя целиком вместе с
твоими блошками-вошками и не побрезгую.
- А не подавишься? - Каспара душила отчаянная злоба.
- С чего это? Или ты на свой талисман намекаешь, что под курткой спрятан? Так я же
не дурак, хоть и демон. Я его сковырну аккуратненько, а потом сожру тебя. Итак, довольно
разговоров, я начинаю!
Сказав это, демон вытянул лапу, оказавшуюся вдруг необычайно длинной. Когти
блеснули вороненой сталью, члены отряда, сомкнувшись, подняли оружие, чтобы подороже
продать свою жизнь.
- Постой, Осборн, ты сильно рискуешь, разевая свою пасть! - предупредил мессир
Маноло, в глазах которого зажегся прежний огонь.
- Ты иссяк, колдун, не пытайся напугать меня, я же вижу, что ты выжат - у тебя не
осталось сил, так хотя бы не порть мне аппетит.
- А я говорю - остерегись. Моих сил не осталось, но их достаточно в золоте
волшебного единорога.
С этими словами мессир демонстративно приложил левую ладонь к груди Каспара,
туда, где под курткой находился талисман.
- Эта сила здесь, Осборн, я чувствую, как она переполняет меня... Посмотри!
Мессир направил правую руку на демона, соскочившая с его пальцев голубоватая
искорка метнулась к Осборну, скользнула по его чешуе и исчезла с легким хлопком.
- Это все крохи, Маноло! Умри достойно! Умри-и-и! - загрохотал Осборн, в одно
мгновение превращаясь в настоящие исчадие нижних миров, чем он и являлся. Пасть его
раздалась вчетверо, клыки и рога начали вытягиваться, а на косточках крыльев стали
образовываться загнутые крючья. Еще мгновение - и демон готов был обдать свои жертвы
пламенем преисподней, чтобы опалить их и поглотить без остатка, однако на крик демона
мессир Маноло ответил своим криком, от чего Каспар и все остальные едва не повылетали из
седел.
С руки мессира сорвался фиолетовый шар. Бешено вращаясь, он понесся на демона,
приобретая форму секиры. Та врезалась в Осборна, полыхнув страшным ярким пламенем,
треск и грохот сбили с ног лошадей, так что они повалились вместе с всадниками. Осборну
оторвало одну лапу, которая улетела далеко за дорогу, а синяя молния, ударившая в демона
еще раз, отскочила от его шкуры и унеслась к вершине холма, где поразила преждевременно
торжествовавшего Дюрана.
- Дюр-ран, мер-рзавец! Дюр-ран подлец! - завыл демон, фонтанируя черной кровью,
и провалился сквозь расступившиеся пласты земли.
91
Как только земля над ним сомкнулась, воздух снова стал прозрачным, появилось синее
небо, облака и солнце.
Солдаты Каспара стали подниматься на ноги, кашляя от пыли и протирая глаза. Лошади
тоже поднялись, их кожа судорожно подергивалась - животные все еще пребывали в
сильном шоке.
- Мы снова победили! - воскликнул Фундинул, пошатываясь. - Его больше нет!
- Да, кажется, обошлось... - отозвался Каспар, пытаясь выдернуть ногу из
перекрученного стремени. Лошадь приплясывала на месте, усложняя ему задачу.
Каспар похлопывал коня по спине, чтобы успокоить, и тут его взгляд упал на мессира
Маноло, который неподвижно лежал на земле под раскинутым, словно крылья птицы,
плащом.
Оставив коня, Каспар подбежал к колдуну и перевернул его на спину.
- Мессир! Мессир! - позвал он и замолчал: перед ним был мертвец. Не просто
бездыханное тело, а тело, высушенное где-нибудь в диких песках. Каспар слышал, что
именно так выглядят тела путников, погибших среди солнца и дюн. Ни руки, ни ноги мессира
Маноло не гнулись, глаза глубоко запали. Это был один лишь скелет, обтянутый серой
кожей.
Неожиданно губы колдуна шевельнулись, казалось, он пытался что-то сказать.
- Я слушаю, мессир! Говорите! - в отчаянии закричал Каспар.
- Я - умер... - едва слышно прошелестел голос колдуна. - Закопай меня...
- Закопать? Куда?
- В землю... На семь футов...
- Но вы ведь еще живы, мессир, вы разговариваете! Вы еще поправитесь, просто вам
нужно отдохнуть... - Каспар говорил и сам понимал, что городит нелепицу.
- Три дня... Откопаешь... через три дня...
- Через три дня? Я понял! Через три дня, мессир, я понял!
- Что он сказал, что? - спросил Бертран. Из-за его плеча выглядывал испуганный
Углук.
- Как же плохо выглядит мессир Маноло, - произнес он.
- О, да, - согласился с ним гном, стоявший позади Каспара.
- Он сказал, что мы должны закопать его в землю на семь футов...
- То есть похоронить? - уточнил Бертран.
- Похоронить, но выкопать через три дня.
- Через три дня? Может, это какой-то ритуал исцеления?
- Не знаю. Он отдал всего себя, чтобы поразить демона, и мы, возможно, больше
никогда не увидим мессира Маноло. Я сделаю так, как он сказал, берите деревянные скребки,
Бертран и Фундинул, захватите свои щиты, ими удобно вынимать землю. Мы похороним его
возле вон того дерева. - Каспар указал на дуб, стоявший недалеко от границы леса.
- Захватите моего коня, - сказал он и поднял на руках невесомое тело мессира
Маноло. Бархатная шапочка соскочила с его усохшего черепа, Фундинул тотчас поднял ее.
Земля под дубом оказалась песчаной, мягкой. Каспар быстро копал, пока не взмок. За
ним в очереди стояли Бертран, потом Углук, Фундинул и Аркуэнон.
Заканчивал могилу снова Каспар. Он тщательно почистил яму, соорудил из чистого
песка что-то вроде подушки, потом взял на руки лежавшее на краю ямы тело и осторожно
уложил на песок. Прикрыв лицо колдуна его же плащом, Каспар распрямился и вздохнул,
прощаясь. Казалось, навсегда.
Углук подал ему руку, и Каспар выбрался из могилы, а потом все вместе они начали
засыпать мессира Маноло.
Когда песчаный бугорок был готов, Каспар предложил прикрыть его сорванной травой
- для маскировки.
- Если бы мы просто похоронили его, этого бы не понадобилось, но мессир Маноло
обещал вернуться, и я верю ему.
- И я... - добавил гном.
- Нам нужно выбрать такой маршрут, чтобы вернуться к этому месту через три дня, -
сказал Каспар.
- В любом случае нужно ехать в Гак, - заметил Бертран.
- Почему именно в Гак?
- Здесь все дороги ведут к реке - в Гак. Это маленький городишко, однако здесь он
вроде местной столицы.
- И что, до самого Гака не будет ни одного селения? - спросил Каспар, отряхивая
руки.
- Одно селение будет, там живут чесальщики бараньей шерсти. Люди очень
подозрительные и негостеприимные.
- Для нас это не важно. Главное, за эти три дня не попасться под руку де Гиссару и
двенадцати эльфам. А когда с нами снова будет мессир Маноло, мы никого не станем
бояться. В седла, друзья мои, нельзя долго оставаться на одном месте, возможно, по нашему
следу уже идет погоня.
В селении чесальщиков появлению отряда никто не обрадовался, чужаков не встречали
даже вездесущие деревенские собаки. Редкие прохожие попрятались по домам и не
высовывали носа.
Каспар слез с лошади и пошел по улице, высматривая хоть одного любопытного. Дома
примерно на треть оказались покинутыми. Они стояли с заколоченными окнами, и с их
подворий не доносилось привычного гомона домашних животных.
Наконец одного любопытного найти все же удалось, это был носатый человек с
всклокоченными волосами и выпученными глазами, которыми он и уставился на незнакомца.
- Добрый день, селянин, - поздоровался Каспар.
- И вам не кашлять, - отозвался тот.
- А где все население деревни? Почему я никого не вижу?
- По домам сидят, - сухо ответил селянин.
Каспар хотел задать следующий вопрос, но неожиданно селянин продолжил:
- Какие в лесу попрятались, а иные к герцогу подались, поближе к его войску, чтобы
разбойник не поймал.
- Какой разбойник?
- Известно какой, тот, что из-за речки пришел и воевать нас хочет.
- А ты чего ж не ушел, в лес или к герцогу? - А у меня все тут. Конь, две коровы, кур
четырнадцать штук, а дом еще отец мой ставил. Так что будем дожидаться от разбойника
милости, может, не всех изведет.
- Мудро, - кивнул Каспар. - А много ли народу мимо ездит?
- Когда много, а когда и немного. Каспар молчал, ожидая, что селянин продолжит
рассказ, и не ошибся.
- А вчера, как смеркаться стало, появились одни, в шапках хорьих. По всему видно,
люди чужие, и кони у них масти дивной - с золотым отливом. Тоже все пытались
расспрашивать, только я с ними даже разговаривать не стал.
- А почему?
- Подозрительные какие-то.
- Куда поехали?
- Не знаю. Я тут ни за кем не слежу. Должно, по своим делам отправились.
- Ну и мне пора. Всего вам хорошего.
- И ты не кашляй.
Оставив странного селянина, Каспар вернулся к своим - отряд скрывался в
заброшенном проулке, между двумя нежилыми домами.
- Ну что? - спросил Бертран.
- Здесь ждут прихода армии де Гиссара, поэтому половина жителей сбежала, а
половина уповает на его милость. Еще удалось выяснить, что эльфы здесь уже были, правда,
с ними никто не стал разговаривать.
- Я предлагаю идти дальше, до Гака.
- А смысл?
- Но ведь ты собирался двигаться по кругу.
- Я собирался быть неподалеку от мессира.
- Так и будет, - заверил Бертран. - Мы доберемся до Гака, возможно, соберем
какие-то сведения о де Гиссаре, потом двинемся к месту, где разбойник переправлялся через
реку - его там уже не будет, а оттуда прежним путем выйдем к месту, где закопали... где
оставили мессира.
- Хорошо, Бертран, едем в Гак.
Отряд не мешкая двинулся по дороге, ведущей к городу. Погода стояла ясная, пели
птицы, с цветка на цветок перелетали бабочки. Дорога была хорошо наезженной, а на
обочинах попадалось много мусора: черепки от глиняной посуды, порванная упряжь и
оброненные подковы.
Каспара не оставляла мысль о мессире Маноло. Что, если они вступят в бой и погибнут,
кто тогда его откопает?
Часа через три отряд вступил в пригород Гака, представлявший собой длинную череду
выстроившихся по обе стороны дороги деревенских домов. Слышалось блеяние овец, на
обочине рыли землю свиньи, разгребавшие дорожную пыль куры разбегались при
приближении всадников...
Отряд остановился. Дорогу перегораживала лежавшая на двух рогатинах жердь, перед
ней стояли два гвардейца с гербами герцога на кирасах.
- Застава, - сказал Бертран. - Стой! - скомандовал один из гвардейцев, наставляя
на Бертрана алебарду.
Отряд остановился, из дощатой будки вышли еще полдюжины солдат и с ними
гвардейский капитан.
- Кто такие и куда едете? - спросил он. Вместо ответа Каспар стащил перчатку и
показал перстень-печатку с вензелем герцога.
- Прошу прощения, ваша милость, - отсалютовав Каспару, произнес капитан. - У
нас тут застава с сотней солдат. Поддерживаем порядок в дальних тылах войск его светлости.
Если в чем нуждаетесь, можем помочь, есть фураж, солонина.
- Нет, у нас всего в достатке, - отказался Каспар. - Что слышно о разбойнике?
- Разбойник стоит на пустыре лагерем и пока никуда не движется. Мы полагаем, -
капитан понизил голос и шагнул к Каспару ближе, - мы полагаем, разбойник рассылает
лазутчиков и разведку, чтобы вернее нанести удар.
- Скорее всего, так и есть, - согласился Каспар. - А скажите, капитан, не проезжал
ли здесь отряд из двенадцати воинов на коричневых лошадках с золотым отливом?
- Это вы об эльфах, ваша милость?
- Да, о них.
- Вчера были. Подъехали к заставе, я их остановил и спросил, кто они такие и за какой
надобностью здесь, когда вокруг война.
- А они?
- Сказали, что они честные негоцианты, а товар свой для сохранности пока в Ливене
оставили. Пришлось пропустить, проверить я не могу, до Ливена слишком далеко.
- Понятно. А если разбойник сюда двинет, будете стоять насмерть?
- Если прикажут - будем, только это едва ли. Разбойник скорее на Ливен пойдет, а
здесь герцог близко. Такие, как де Гиссар, хорошего боя избегают.
Попрощавшись с гвардейским капитаном, Каспар повел отряд дальше. Чем ближе к
городу, тем оживленнее становилось движение на дороге. В обоих направлениях двигались
обозы с домашним скарбом - это ехали беженцы. Одни уходили из города на юг, другие -
из ближних селений стремились в Гак, чтобы затем, пройдя вдоль границы, оказаться под
прикрытием герцогских войск. Народ верил, что его светлость защитит.
Помимо беженцев попадалось много купеческих и крестьянских возов. В ожидании
войны цены на рынке в Гаке подпрыгнули, и те, кому было что продавать, стремились
извлечь из этого максимальную выгоду.
Каспар скоро пожалел, что они въехали в город. Тут творилось настоящее
столпотворение, улицы были запружены людьми и перегорожены телегами. Возницы сердито
переругивались, временами дело доходило до зуботычин.
Здесь же, в ожидании неизвестно чего, коротали время беженцы, справлявшие нужду
прямо в сточных канавах, отчего над улицами стояла невыносимая вонь.
Каспар окликнул Бертрана и сказал, что нужно выезжать из города. Он надеялся
почерпнуть здесь дополнительных сведений, но, видимо, напрасно.
- Ехать назад будет потруднее! - перекрывая гвалт, прокричал в ответ Бертран. -
Проще поехать налево, вдоль стены, и выбраться через западные ворота!
- Веди как знаешь! - махнул рукой Каспар. Вскоре отряд, не без трудностей, все же
выбрался из городского нужника на чистый воздух. Оказавшись на дороге, благородные
мардиганцы стали брезгливо бить копытами, очищая их от человеческого дерьма.
- Я боялся, как бы мой Шустрик не лишился чувств, - признался Фундинул.
- Не беспокойся, у мулов обмороков не бывает, - заверил его Бертран.
Гном погладил своего мула, повернулся и похлопал по морде мардиганца,
принадлежавшего мессиру Маноло. Пока колдун отсутствовал, обязанности по уходу за
лошадью были возложены на Фундинула.
Отъехав на полмили от городских стен, отряд спешился, чтобы пообедать. Разжигать
костер не стали, ограничившись солониной, печеными яйцами и сыром. Лошадям досталось
по нескольку горстей овса и полмеры воды. Больше давать было нельзя - предстояла
дальняя дорога.
Как только бойцы пообедали, Каспар приказал садиться в седла.
- Но куда нам спешить, ваша милость? - попытался возразить гном. - Впереди де
Гиссар со своей армией, не лучше ли отсидеться в тихом месте?
- По нашему следу идет погоня, задержимся дольше положенного - станем добычей
многочисленных врагов.
- Ох! - покачал головой Фундинул. - Вот уж точно сказано: многочисленных
врагов. А ведь я простой трудолюбивый гном, штамповал пуговицы и брошки. За что же мне
столько врагов, чем я заслужил?
- Несешь, прямо слушать противно, - скривился Углук. - Да на тебе крови не
меньше, чем на наемнике. Небось с топором-то своим не расстаешься, душегубец?
- Я не душегубец, я защищаю свой живот! - возразил гном.
- В глазах очень многих это и есть самое большое преступление, Фундинул, -
пояснил Бертран.
- Но стоит ли так спешить, если впереди этот самый враг?
- До этого врага, по моим подсчетам, миль пятнадцать, не меньше, так что можешь
пока не бояться.
Каспар улыбнулся. Он был благодарен Бертрану за то, что тот отвечал на часть
вопросов, которые предназначались самому Каспару.
Отряд двигался по дороге, пролегавшей между грядой зеленых лесистых холмов с
одной стороны и цепью оврагов - с другой. Места здесь были красивые, они располагали к
созерцанию и отдыху, но Каспара ни на минуту не оставляла мысль о мессире Маноло и о
страшном чешуйчатом демоне, которого тот сразил.
Время от времени давал о себе знать талисман. Он то вибрировал, то вздрагивал, словно
сонная птица, заставляя Каспара хвататься за лук. Однако все тревоги оказывались
напрасными, вокруг по-прежнему было светло и тихо. Лишь изредка взгляд Каспара
выхватывал из лесной чащи неясное движение, но, присмотревшись, он замечал птицу или
белку, потревожившую ветку.
Неожиданно на дорогу выехал всадник. Это был эльф.
Бертран натянул поводья и остановился, Каспар, напротив, дал коню шенкеля,
собираясь его объехать.
- Что будешь делать? - спросил Бертран.
- Посмотрим, - неопределенно ответил Каспар.
- Они уже здесь, - вздохнул Аркуэнон. Эти слова были единственным проявлением
его волнения.
Каспар медленно ехал навстречу эльфу, чувствуя на себе взгляды его собратьев,
прятавшихся на склоне заросшего лесом холма.
Не зря трепыхался талисман, ой не зря!
Остановив мардиганца в нескольких шагах от неподвижного эльфа, Каспар небрежнотребовательным
тоном, словно обращался к слуге, спросил:
- Что тебе нужно?
- Я буду говорить только с эльфом, - ответил всадник, скучающе глядя куда-то вдаль.
- Ты будешь говорить со мной, я главный в отряде.
- У тебя не отряд, вас всего пятеро.
- Я и сам умею считать. Говори, что тебе нужно?
- Я буду говорить только с эльфом.
- Ты будешь говорить с тем, с кем я тебе разрешу, - сказал Каспар, намеренно выводя
эльфа из себя. Трехглавый дракон, пристроенный у него на бедре, смотрел эльфу прямо в
лицо.
- Что это? - заметив направленное на него оружие, спросил эльф.
- Это то, что размозжит твою голову раньше, чем ты коснешься лука.
- Тогда вам не уйти, здесь повсюду мои воины.
- Я это знаю. О вашем появлении в здешних лесах известно каждой собаке.
- Почему собаке? - спросил эльф. В его голосе звучало любопытство.
- Я хочу сказать, что вы не умеете прятаться, а в своих хорьковых шапках смотритесь
как городские сумасшедшие.
Последней фразой Каспар хотел окончательно вывести эльфа из себя, однако тот ничего
не понял.
- Это не важно, - сказал он, - мы пришли забрать свое. Отдай нам Аркуэнона и
можешь ехать дальше.
- Это невозможно, Аркуэнон мой солдат.
- Тогда ты примешь смерть вместе с ним.
- Что ж - я готов. А готов ли ты? Прежде чем умру я и умрет Аркуэнон, ты покинешь
этот мир безо всякой чести.
Теперь эльф не мигая смотрел на Каспара. Он явно пытался оценить решимость
человека, однако страха в его глазах не увидел, только свою собственную смерть.
- Я могу отпустить вас, а потом убить Аркуэнона из-за угла. Я могу вогнать ему в
затылок стрелу уже за следующим поворотом...
- Я знаю. Поэтому предлагаю решить наш спор раз и навсегда.
- Как?
- Я предлагаю дистанцию.
- Для Аркуэнона это не годится. Дистанция - для честных эльфов, Аркуэнон же -
преступник, которого может убить каждый эльф.
- Я предлагаю тебе дистанцию не с Аркуэноном.
- А с кем же? Я не вижу среди твоих солдат других эльфов.
- Со мной.
- Ты хочешь стреляться только со мной или с кем-то еще?
- Мне все равно.
- Тогда это буду я.
- Годится. Если застрелишь меня, Аркуэнон - ваш. Если я застрелю тебя, остальные
уходят и больше никогда не преследуют Аркуэнона.
- В пределах вашей страны?
- В пределах всех стран, кроме страны эльфов, - сказал Каспар, понимая, что у себя
дома они Аркуэнона не потерпят.
- Хорошо, я принимаю твои условия. Когда и где мы устроим дистанцию?
- Выбирай место сам, - предложил Каспар.
- Здесь за холмами есть большая поляна. Там устраивают праздники. Приходи туда
завтра в полдень, когда солнце поднимется над макушками деревьев.
- Хорошо, я буду там.
Каспар махнул рукой, и его солдаты двинулись вперед, а эльф посторонился, пропуская
их.
Бертран, Углук, Аркуэнон и Фундинул с лошадью мессира на привязи замыкал
процессию.
Эльф сделал вид, будто и не замечает Аркуэнона, тот же в свою очередь проехал мимо
сородича не повернув головы, оставаясь верным кодексу эльфов.
Убрав в набедренный чехол Трехглавого дракона, Каспар пристроился за Фундинулом.
Он чувствовал, как его спину сверлят взгляды укрывающихся в лесу эльфов, однако был
уверен, что сейчас стрелу не получит.
Когда отряд углубился в густую рощу, Бертран остановился, и следом за ним натянули
поводья остальные - всем хотелось знать, как Каспару удалось разрешить непростую
ситуацию.
Первым не выдержал Аркуэнон:
- Как тебе удалось сделать это, Каспар? С Лоргайлом невозможно договориться.
- Да, как ты убедил его? - поинтересовался Бертран.
- Начнем с того, что я пригрозил ему драконом.
- Лихо! - воскликнул Фундинул.
- Ты блефовал? Он ведь мог с легкостью уничтожить нас!
- Нет, Бертран, я предложил ему честный размен: сначала умирает он, а уж потом все
мы.
- Лоргайл не мог испугаться, - заметил Аркуэнон. - Он скорее умрет, чем отступит.
- Да, он потребовал твою голову, однако я предложил ему разыграть ее.
- Что значит разыграть?
- Я вызвал его на дистанцию.
- Ты вызвал на дистанцию Лоргайла? - поразился Аркуэнон.
- Вызвал. А почему это тебя так удивляет?
- Но это означает для тебя неминуемую смерть, Лоргайл выходил, на дистанцию
десятки раз! Стоило ли идти на это из-за меня, Каспар, ведь рано или поздно я получу свою
стрелу...
- Да, друг мой, - согласился с Аркуэноном Бертран, задумчиво перебирая гриву
своего мардиганца. - Несмотря на твое мастерское владение луком, схватка с этим эльфом
будет означать для тебя смерть.
- Не будет, если я не появлюсь в назначенное время в назначенном месте.
- Но это невозможно! - воскликнул Аркуэнон. - Это бесчестно, позор падет не
только на тебя, но и на меня!
- Да, Каспар, как ты вообще мог подумать о таком?
- Очень даже мог. Я не эльф, я не дворянин, а потому не понимаю, с чего это я должен
лезть в петлю, если есть возможность избежать ее.
- Но эльфы разнесут эту весть по всему миру! - воскликнул Аркуэнон.
- Не думаю. Когда я не приду на дистанцию, они очень рассердятся, правильно?
- Ну, еще бы, - кивнул Бертран.
- Они погонятся за нами, чтобы убить безо всякой чести, - подтвердил Аркуэнон.
- Вот именно. И потеряют осторожность, а мы устроим им ловушку где-нибудь в
узком месте дороги, в лощине. Луки там не помогут, придется им положиться на свои
кинжалы.
- Это будет убийство, - тихо сказал Аркуэнон.
- Это будет засад а, - возразил Каспар. - Если кто-то угрожает мне смертью, у меня
хватит ума прикончить его первым. Возможно, у кого-то другие методы, ну а мне этот
больше по вкусу.
- Но ведь существует честь, Каспар, - заметил Бертран.
- Не знаю, что для тебя честь, граф фон Марингер, но для меня честь выполнить
задание герцога и спасти от короля наше герцогство и город Ливен, где у меня семья. И еще
для меня честь - беречь моих солдат, а если какие-то поганцы приезжают сюда из какого-то
леса и требуют голову моего солдата, то честью для меня будет увидеть их головы
отрезанными. Есть еще вопросы? Возражения?
Каспар сам не заметил, как перешел на крик, а когда понял, смутился и замолчал.
- М-да, - произнес Бертран, откашлявшись. - Если не принимать во внимание
некоторую горячность и эмоциональность сказанного, то должен заявить, что в известной
логике нашему командиру не откажешь. У меня к тебе, Каспар, вопросов больше нет.
Все посмотрели на Аркуэнона, который смотрел куда-то в сторону.
Наконец он вздохнул и, повернувшись к Каспару, спросил:
- Ты действительно покажешь мне отрубленную голову Лоргайла?
- Да, - кивнул Каспар. - Если только останусь жив.
Закончив разговор, Каспар тронул коня и повел отряд по накатанной извилистой дороге,
которая то исчезала в лощине, то выбиралась на возвышенность. За неполные три дня им
предстояло сделать большой круг, чтобы вернуться к временной могиле мессира Маноло.
- Ваша милость! - позвал гном, догоняя Каспара на своем Шустрике. Лошадь
мессира Маноло бежала следом.
- Ну?
- Ваша милость, а вы, правда, надеетесь увидеть мессира Маноло живым?
- Надеюсь, Фундинул.
- И мы с Шустриком тоже надеемся.
Талисман на груди Каспара снова завибрировал, предупреждая об опасности.
"Наверное, они мне не поверили", - подумал Каспар. Он решил, что эльфы следят за
отрядом, пробираясь по лесистым холмам.
Дорога понемногу забирала влево, повторяя изгиб реки. Прежде она проходила по
самому берегу, но после того как расплодились озерные люди, дорогу перенесли за холмы,
барьером ограждавшие прибрежные леса от равнины.
Впрочем, даже после этого озерные чудовища каким-то образом пробирались к дороге и
нападали ночью на спящих путников. В долине они воровали скот - отказать озерному
человеку в чем-либо было невозможно, всякого, кто пожалел лошадь или не отдал золото,
ожидала кара. За этим человеком начинали охотиться озерные люди всех рек, озер и болот. В
конце концов жизнь проштрафившегося заканчивалась трагически.
Убийство чудовища тоже не помогало, каким-то образом оно успевало передать имя
своего обидчика общине.
Дорога спустилась в заросшую молодым лесом лощину. Каспару подумалось, что это
идеальное место для засады на эльфов. Жаль, что ставить ее было еще рано, сначала
требовалось обмануть эльфов, не явившись на дистанцию, а уже потом ждать их у дороги.
Снова завибрировал талисман, и Каспар прикрыл его рукой, словно успокаивая. В этот
момент с ветки свесилась чья-то рожа и весь лес сразу будто ожил - с обеих сторон дороги,
с визгом и улюлюканьем, к всадникам бросились разбойники.
Каспар ударил наотмашь одного, оттолкнул ногой другого, но в следующее мгновение
получил по затылку дубинкой. Короткого замешательства хватило, чтобы враги стащили его
за платье и принялись избивать ногами и пустыми ножнами.
Неподалеку, словно раненый лев, катался по земле облепленный уйгунами Углук.
Фундинул успел спрятаться под брюхом Шустрика и яростно кусал за руки всех, кто
пытался его оттуда вытащить. Приплясывающий от щекотки Шустрик орал по-ослиному и
брыкался, пресекая атаки на своего хозяина.
Бертран уже валялся без чувств, однако разбойники не прекращали его избивать, хотя
большинство ударов приходилось на доспехи.
Каспар прикрывался как мог. Он уже понял, что прямо сейчас убивать его не станут,
иначе колотили бы не ножнами, а мечами. Где-то шипели и орали кошки, впрочем, от
сильных ударов, которыми его награждали, могло почудиться что
...Поділитися у соцмережах
